В общем, в участок мне сегодня не надо. Зато Денис с Элей больно проникнутся тюремной романтикой родины. Это им не в Финляндии с комфортом ванны принимать.
Я с тоской посмотрела на мягкий, удобный диван в гостиной и пошла собираться. Дениса не уволят из фирмы без моей подписи. А избавиться от паразита хотелось как можно скорее. Да и на цифры аудита неплохо бы взглянуть. Даже и не знаю, что хуже, попытка убить или обокрасть?
Юрист и бухгалтер встретили меня с лицами инквизиторов, которые только что собрались поджечь хворост костра вокруг столба с привязанной ведьмой. В кабинете отчетливо пахло кофе и валерианкой. Так себе коктейль «взболтать, но не смешивать».
К моей великой печали, уволить директора за хищения средств, согласно толстым папкам с отчетами, мне не дал Олег Романович. Юрист буквально сел попой на трудовую книжку Дениса. Если мы хотим возмещения денег, то это только через суд. В том числе и увольнение по статье. Пришлось смириться.
Свекровь звонила, визжала в трубку, будто я должна срочно броситься к крестному в ноги, чтобы ее сыночку отпустили. Мое возражение о причинах нахождения в следственном изоляторе Дениса она просто проигнорировала. Мол, ты же не сдохла, гадина такая. Я ей пожелала здоровья, ведь маменьке придется посылки сыну регулярно посылать, и положила трубку. С большим удовольствием отправила номер свекрови в черный список.
В общем, день вышел изматывающим, и, придя домой, у меня было несколько простых желаний: поесть, помыться и лечь спать.
Только дверной звонок звучит всегда не вовремя.
Майор Волков, ввалившийся в мою квартиру, выглядел откровенно офигивающим. И это состояние ему определенно не нравилось. Он сердито хмурил брови и в то же время хлопал ресницами, будто не понимая, где он и кто он. Наверное, Эйнар точно так же будет смотреть на серийного маньяка, который пришел добровольно сдаться и тортик с собой прихватил для доблестных следователей.
– Объяснись! – он фактически втолкнул меня в квартиру, не дожидаясь приглашения зайти. Дверь он закрыл мягко, хотя на лице отчетливо читалось желание хлопнуть ею погромче.
– По какому вопросу? – осторожно уточнила я, наблюдая, как Эйнар скидывает тяжелые зимние ботинки и опять же без спросу роется в запасе тапок для гостей.
– Господи, – удивленно выдохнул майор, крутя в руках голубые тапочки сорок восьмого размера, – у тебя в доме живет йети?
– Ногу начальника надо знать, – фыркнула я.
– Думаешь, мне часто сапог в морду прилетает? – майор наградил меня нечитаемым взглядом. Дергающаяся щека аккуратно намекала, что с вопросами и претензиями пока стоит повременить. – Кофе в доме есть?
– В этом доме сто квартир. У кого то кофе точно есть, – привычно пробубнила я и тут же спохватилась: – Тебе крепкий?
– Как сама бездна, – Эйнар послушно поплелся за мной на кухню. – И пустырника туда накапай.
– Тут либо одно, либо другое, – я включила кофемашину. – Какой смысл сажать сердце, если одновременно от нервов что то принимать? Да и нет у меня в доме успокоительного.
– Совсем? – удивился майор.
– Да вот как то раньше надобности не было, – развела я руками. – Не каждый день меня муж убить пытался. Крестный сказал, что ты сегодня отдых взял из за переутомления.
– Еще бы, – Эйнар отодвинул стул, перевернул его спинкой вперед и оседлал. – Знаешь, когда меня из зеркала позвал голос, я чуть его не разбил кулаком от неожиданности.
– Зеркало старинное? – я заинтересованно прищурилась. Значит, все таки дух не был галлюцинацией. Это же не простуда, чтобы у обоих одновременно одно и то же видение было.
– Бабкино наследство, – майор жадно втянул в себя аромат свежезаваренного кофе. – Я порошковые замены не признаю. Считаю, что в жизни и так немного радостей, чтобы лишать себя отличного вкуса. – Она что то о Франции говорила. Мол, ее мать в подарок на свадьбу от родни мужа получила. Типа по наследству передали. Я его выбросить сначала хотел, потом жалко стало. Нафига мне трельяж? Я не настолько восхищаюсь своим лицом, чтобы с разных ракурсов на него любоваться.
Я нырнула в холодильник. Конечно, есть у меня и конфетки с печеньками, и тем не менее такого мужчину, как Эйнар, надо кормить чем то солидным. Мясную нарезку майор встретил горящим взглядом.
– Франция? – уточнила я. – А давай куплю у тебя трельяж. Только мне сначала надо осмотреть его.
Маленькая чашечка эспрессо Эйнара развеселила. Он манерно, двумя пальцами взял за ручку, при этом оттопырив мизинец.
– Всегда хотел так сделать, – пояснил он с довольной улыбкой. – Мы же на работе из литровых кружек пьем, иначе кофеин не усваивается, а тут же выходит из организма. А что касается зеркала… Нет, не продам. Меня совесть и дух бабушки замучает. Я же обещал, что жене подарю на свадьбу. Традиция такая. Стой-ка! У меня появилась идея.
– Не-не-не, – я резче, чем нужно, опустила на стол корзинку с хлебом. – Вот ради зеркала я еще замуж не выходила. Тем более я от первого мужа не успела избавиться.
Майор церемониться не стал и быстро сполоснул руки в раковине прямо на кухне, чтобы вернуться за стол, развернув стул как положено, и начать уничтожать предложенное угощение. За минуты три тарелка с нарезкой опустела.
– Спасибо, – вежливо поблагодарил Эйнар, но сразу проказливо улыбнулся: – С точки зрения уголовки твоя фраза звучит очень провокационно. Может, у вас это семейное развлечение по выходным – пытаться убить друг друга? Нацедишь мне еще из своей шайтан машины кофейку? А то складывается впечатление, что я у нее последнее отбираю. По капле выцеживает.
Майор откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Его ленивый взгляд, скользивший по обстановке кухни, выражал сытое удовлетворение. Всегда знала, что голодный мужчина – злой мужчина. Хотя на Дениса это не распространялось. Он и ел-то, как птичка. Клевал больше. А если мы выбирались в ресторан, заказывал горстку каких нибудь деликатесов. Да и дома предпочитал слишком правильное питание. В общем, перекусить бутербродами – неприемлемый для столь важной персоны вариант. И как он будет на тюремной баланде? Когда его посадят, обязательно пришлю ему посылку с одной упаковкой дешевого чая. Вот какая я добрая.
– А теперь, – вкрадчивым тоном проговорил Эйнар, – мне бы хотелось узнать, в честь чего в моих волосах появились седые пряди? Почему голос из зеркала сказал мне идти к тебе?
– Точно ко мне? – рискнула уточнить я. Мало ли какие духи по зеркалам гуляют. – Тебе и адрес мой назвали?
– Сам пробил, – взгляд майора потяжелел. Вот опять в воздухе запахло морозом. – Мне сказали найти ведающую, Велесом отмеченную, доброй славой отца покрытую. Шарада была несложной. Велесова Ведана Доброславовна. Тьфу ты. Твое имя, фамилию и отчество можно для улучшения дикции использовать. Знаешь, сколько таких в России матушке проживает? Уникальная ты наша.
Я для храбрости залпом выпила кофе. Далеко не каждый день приходится рассказывать о встрече с Одином. И все бы ничего, если бы я в процессе глупо не похихикивала.
На удивление, майор Волков слушал меня внимательно, не перебивая. На всякий случай следила за его руками. Вдруг он достанет телефон и позвонит врачам, которые отбирают у психов яркую цветную жизнь, делая ее обычной и скучной.
– Хм, – протянул Эйнар, когда на кухне повисла нездоровая тишина, – получается, дед мне не байки рассказывал, а правду? Говорил, что мы искателей должны защищать. Типа духи над нами власти не имеют.
– Вот как-то так, – я виновато поковыряла пальчиком пятно на столешнице. – Теперь надо умудриться попасть на рынок…
– Погоди, – майор резко перебил меня. – Прости, но я не верю. Да, дед байки травить любил. Но волшебства не существует. Духов и подавно. Один – вообще мифический персонаж.
Я вот тоже в этом была уверена, пока зеркало в ванной не заговорило. Кстати, идея-то недурна.
– Пошли со мной, – я встала с решительностью Наполеона – и тут же поняла, что это была ошибка, как поход на Москву.
Потому что Эйнар тоже встал, и кухонька на пятнадцать квадратных метров оказалась какой-то слишком тесной. Этот мужчина умудрялся заполнять собой буквально все пространство. А в ванной комнате, выполненной в розовых тонах, вообще развернуться было негде. Причем с Денисом такой проблемы не возникало. Так, хватит мне сравнивать майора с бывшим мужем. Это даже как-то оскорбительно для Эйнара.
По зеркалу я постучала, затаив дыхание. Если сейчас дух не появится – мне точно хана.
– Чего зовешь? – раздался ворчливый голос. – Я только прилегла после встречи с подругами. Читали некрологи и радовались, что скоро со знакомыми чаи распивать будем.
– Простите, – я неуверенно переступила с ноги на ногу и бросила взгляд через плечо на задумчивого майора, – тут просто защитник, которого вы позвали, отказывается верить.
– Еще одна бестолочь на мою голову, – бабушка недовольно скривилась. – Ты кого, касатик, обманываешь? Твой предок все рассказывал. Вон даже метку сам поставил. От твоей веры ничего не поменяется. Никуда ты не денешься, пока она, – в мою сторону ткнули прозрачным пальцем, – задание не выполнит.
– Ладно, с этим чуть позже, – Эйнар скрестил руки на груди. – Кто вам разрешил вламываться в мой дом и в мое зеркало? Незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, по законам нашей страны либо штрафом облагается, либо сроком до трех месяцев. Мне составить протокол?
Бабка в зеркале удивленно моргнула, а затем весело расхохоталась:
– А составляй, касатик, составляй. Мне вот только интересно, что ты будешь в качестве доказательства прикладывать? Справку от врача? Я хоть и дух, но все же образованная.
– Кхм, чисто теоретически проникновения не было, – посчитала нужным уточнить я. Да, иногда случается со мной приступ душноты. – Это скорее… подглядывание. Ну как в окно к соседу заглянуть. – И, прежде чем майор решил повесить на духа очередную статью, быстро добавила: – Случай однократный. Без умысла и цели сбора информации.
Эйнар заинтересованно приподнял брови:
– Смотрю, ты уже сталкивалась с этим?
– Одна деятельная соседка пыталась окрутить моего крестного номер три, – усмехнулась я. – Она на первом этаже жила и заявила, мол, он за ней в окно подглядывал, когда женщина голенькая по квартире ходила. Конечно, владелец сети частных клиник, практикующий маммолог, сисек никогда в жизни не видел, чтобы ради этого лезть на дерево. Ведь «подглядеть» можно только на уровне окна, а крестный ростом не вышел.
– Номер три? – майора ложное обвинение совершенно не заинтересовало. А вот порядковый номер крестного – вполне.
– Ну да, – я пожала плечами. – У папы было пятеро друзей. И каждый хотел быть крестным. Чтобы не поругались, у меня теперь пять крестных.
– Простите, – прошамкала бабка в зеркале, – я вам не мешаю? Может, обменяетесь подробностями ваших жизней без свидетелей? Ироды, зачем позвали то? Ты уже нашла записи отца? Нет? И чего дергаешь тогда? Мы, духи, очень занятые. Опять же сегодня собирается петиционная кампания «За права потусторонних». Затем с подругами будем вязать из лунных ниток шарфики. Да и духи-новички пригляда требуют. Ведь все на мне. Весь мир за зеркалом на одной мне держится. Ах да. Еще в ЖЭК заскочить поскандалить.
– У вас там есть ЖЭК? – искренне удивилась я.
Кажется, эта организация просочится куда угодно. Даже в ад, и тогда там начнется коллапс: то воды нет, то отопление под котлами отключат. А уж когда хозяин подземного царства увидит счет за коммуналку – расстроится. Он-то наивно думал, что хуже наказания, чем попасть в его владения, нет. А на самом деле достаточно неплотно закрыть кран с водой, чтобы она целый день текла тонкой струйкой.
– Есть, – гордо подбоченилась бабка. – Они с меня три шкуры за отопление содрали, а батареи чуть теплые. Ничего не знаю. Пускай пересчитывают. А ты, касатик, можешь верить, можешь не верить, а все искательнице поможешь. Судьбу гневать – проблем наживать. Больших таких.
– Это угроза? – подозрительно прищурился майор. Подозреваю, он поставил себе цель все-таки составить протокол на духа. Я бы очень хотела поприсутствовать в момент, когда он понесет бумаги на подпись начальству. А тот потом в прокуратуру их направит. Главное, семечек с собой побольше прихватить и блокнот, чтобы новые ругательства записывать.
– Констатация факта, – дух с тоской посмотрел на нас. Мол, вот не свезло, так не свезло – связаться с двумя идиотами. – Нет, хочется тебе просыпаться в холодном поту от всяких кошмаров – твое дело. Ну, или угодить в лет пять невезения тоже можно. Она каждый раз что то новенькое придумает для тех, кто ее не уважает.
– Это какой то сюр, – пожаловался потолку в ванной Эйнар. – О, прикольные панели. Где брала?
– Крестный из Англии привез. – Кстати, мой интерьер Денису не нравился. Он сначала хотел все переделать, но, как только услышал сумму, вложенную в дизайн, бывший муж сразу молиться стал на вещи. И на этот потолок в частности.
– Это который? – поинтересовался майор, протягивая руку, чтобы пощупать плитку на стене. Еще и швы пальцем проверил.
– Который главный редактор ведущей городской медиагруппы, – чуть рассеянно ответила я, наблюдая за попытками духа выглянуть из зеркала.
– У у, – сердито протянула бабка, – буржуи. Дорого богато живешь, а старого больного духа по пустякам дергаешь. Все! Разбирайтесь сами. Я ушла в ЖЭК восстанавливать нервы. А записи поищи там, где прошло детство предыдущего искателя.
Мы еще пару минут молча смотрели в зеркало, ожидая, что дух пошутил. Точнее, смотрел Эйнар, а я смотрела на Эйнара. Интересно, а у него есть девушка? Или, хуже того, жена? Спросить в лоб или попытаться узнать через крестного?
– И что нам теперь делать? – в тишине громом прозвучал голос майора. – Пойти небольшим, но тесным коллективом к врачу или притворимся, будто все в порядке?
– Второй вариант более предпочтителен, – я скорбно поджала губы. – Хоть и люблю историю, но общаться с умершими личностями не стремлюсь. Мало ли кто будет твоим соседом по палате.
– Логично, – кивнул майор. – Мне и подавно наблюдаться у психиатра на постоянной основе нельзя. Табельное оружие психам не выдают. Поэтому предлагаю сделать умные лица и начать выполнять задание. Что нам известно?
– Пойдем в зал, – я махнула рукой на дверь.
Еще немного времени в небольшом пространстве ванной – и майору придется от меня отбиваться. И главное – саму себя понять не могу. Вроде не март на дворе, а веду себя, словно изголодавшаяся кошка. Никогда за собой такого поведения не замечала. Вот до чего стресс людей доводит.
В этот раз майор слушал меня внимательно, будто еще на что то надеясь.
– М м, – протянул он, когда я выложила имеющиеся крохи информации, – а я-то наивно полагал, что мне повезло в армии. Там никто не заставлял копать от забора и до обеда. Начальники на работе тоже адекватные попадались, которые не давали заданий типа разложить бумаги по размеру. А вот где-то меня карма догнала. Поди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что. А может, еще бабку в зеркале допросить?
– Приковав к столу и лампой в лицо светить? – хмыкнула я. – Что то мне подсказывает, результат нам не понравится. Она из принципа ничего не скажет.
Я с тоской посмотрела на мягкий, удобный диван в гостиной и пошла собираться. Дениса не уволят из фирмы без моей подписи. А избавиться от паразита хотелось как можно скорее. Да и на цифры аудита неплохо бы взглянуть. Даже и не знаю, что хуже, попытка убить или обокрасть?
Юрист и бухгалтер встретили меня с лицами инквизиторов, которые только что собрались поджечь хворост костра вокруг столба с привязанной ведьмой. В кабинете отчетливо пахло кофе и валерианкой. Так себе коктейль «взболтать, но не смешивать».
К моей великой печали, уволить директора за хищения средств, согласно толстым папкам с отчетами, мне не дал Олег Романович. Юрист буквально сел попой на трудовую книжку Дениса. Если мы хотим возмещения денег, то это только через суд. В том числе и увольнение по статье. Пришлось смириться.
Свекровь звонила, визжала в трубку, будто я должна срочно броситься к крестному в ноги, чтобы ее сыночку отпустили. Мое возражение о причинах нахождения в следственном изоляторе Дениса она просто проигнорировала. Мол, ты же не сдохла, гадина такая. Я ей пожелала здоровья, ведь маменьке придется посылки сыну регулярно посылать, и положила трубку. С большим удовольствием отправила номер свекрови в черный список.
В общем, день вышел изматывающим, и, придя домой, у меня было несколько простых желаний: поесть, помыться и лечь спать.
Только дверной звонок звучит всегда не вовремя.
Прода от 15 ферваля
ГЛАВА 3
Майор Волков, ввалившийся в мою квартиру, выглядел откровенно офигивающим. И это состояние ему определенно не нравилось. Он сердито хмурил брови и в то же время хлопал ресницами, будто не понимая, где он и кто он. Наверное, Эйнар точно так же будет смотреть на серийного маньяка, который пришел добровольно сдаться и тортик с собой прихватил для доблестных следователей.
– Объяснись! – он фактически втолкнул меня в квартиру, не дожидаясь приглашения зайти. Дверь он закрыл мягко, хотя на лице отчетливо читалось желание хлопнуть ею погромче.
– По какому вопросу? – осторожно уточнила я, наблюдая, как Эйнар скидывает тяжелые зимние ботинки и опять же без спросу роется в запасе тапок для гостей.
– Господи, – удивленно выдохнул майор, крутя в руках голубые тапочки сорок восьмого размера, – у тебя в доме живет йети?
– Ногу начальника надо знать, – фыркнула я.
– Думаешь, мне часто сапог в морду прилетает? – майор наградил меня нечитаемым взглядом. Дергающаяся щека аккуратно намекала, что с вопросами и претензиями пока стоит повременить. – Кофе в доме есть?
– В этом доме сто квартир. У кого то кофе точно есть, – привычно пробубнила я и тут же спохватилась: – Тебе крепкий?
– Как сама бездна, – Эйнар послушно поплелся за мной на кухню. – И пустырника туда накапай.
– Тут либо одно, либо другое, – я включила кофемашину. – Какой смысл сажать сердце, если одновременно от нервов что то принимать? Да и нет у меня в доме успокоительного.
– Совсем? – удивился майор.
– Да вот как то раньше надобности не было, – развела я руками. – Не каждый день меня муж убить пытался. Крестный сказал, что ты сегодня отдых взял из за переутомления.
– Еще бы, – Эйнар отодвинул стул, перевернул его спинкой вперед и оседлал. – Знаешь, когда меня из зеркала позвал голос, я чуть его не разбил кулаком от неожиданности.
– Зеркало старинное? – я заинтересованно прищурилась. Значит, все таки дух не был галлюцинацией. Это же не простуда, чтобы у обоих одновременно одно и то же видение было.
– Бабкино наследство, – майор жадно втянул в себя аромат свежезаваренного кофе. – Я порошковые замены не признаю. Считаю, что в жизни и так немного радостей, чтобы лишать себя отличного вкуса. – Она что то о Франции говорила. Мол, ее мать в подарок на свадьбу от родни мужа получила. Типа по наследству передали. Я его выбросить сначала хотел, потом жалко стало. Нафига мне трельяж? Я не настолько восхищаюсь своим лицом, чтобы с разных ракурсов на него любоваться.
Я нырнула в холодильник. Конечно, есть у меня и конфетки с печеньками, и тем не менее такого мужчину, как Эйнар, надо кормить чем то солидным. Мясную нарезку майор встретил горящим взглядом.
– Франция? – уточнила я. – А давай куплю у тебя трельяж. Только мне сначала надо осмотреть его.
Маленькая чашечка эспрессо Эйнара развеселила. Он манерно, двумя пальцами взял за ручку, при этом оттопырив мизинец.
– Всегда хотел так сделать, – пояснил он с довольной улыбкой. – Мы же на работе из литровых кружек пьем, иначе кофеин не усваивается, а тут же выходит из организма. А что касается зеркала… Нет, не продам. Меня совесть и дух бабушки замучает. Я же обещал, что жене подарю на свадьбу. Традиция такая. Стой-ка! У меня появилась идея.
– Не-не-не, – я резче, чем нужно, опустила на стол корзинку с хлебом. – Вот ради зеркала я еще замуж не выходила. Тем более я от первого мужа не успела избавиться.
Майор церемониться не стал и быстро сполоснул руки в раковине прямо на кухне, чтобы вернуться за стол, развернув стул как положено, и начать уничтожать предложенное угощение. За минуты три тарелка с нарезкой опустела.
– Спасибо, – вежливо поблагодарил Эйнар, но сразу проказливо улыбнулся: – С точки зрения уголовки твоя фраза звучит очень провокационно. Может, у вас это семейное развлечение по выходным – пытаться убить друг друга? Нацедишь мне еще из своей шайтан машины кофейку? А то складывается впечатление, что я у нее последнее отбираю. По капле выцеживает.
Майор откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Его ленивый взгляд, скользивший по обстановке кухни, выражал сытое удовлетворение. Всегда знала, что голодный мужчина – злой мужчина. Хотя на Дениса это не распространялось. Он и ел-то, как птичка. Клевал больше. А если мы выбирались в ресторан, заказывал горстку каких нибудь деликатесов. Да и дома предпочитал слишком правильное питание. В общем, перекусить бутербродами – неприемлемый для столь важной персоны вариант. И как он будет на тюремной баланде? Когда его посадят, обязательно пришлю ему посылку с одной упаковкой дешевого чая. Вот какая я добрая.
– А теперь, – вкрадчивым тоном проговорил Эйнар, – мне бы хотелось узнать, в честь чего в моих волосах появились седые пряди? Почему голос из зеркала сказал мне идти к тебе?
– Точно ко мне? – рискнула уточнить я. Мало ли какие духи по зеркалам гуляют. – Тебе и адрес мой назвали?
– Сам пробил, – взгляд майора потяжелел. Вот опять в воздухе запахло морозом. – Мне сказали найти ведающую, Велесом отмеченную, доброй славой отца покрытую. Шарада была несложной. Велесова Ведана Доброславовна. Тьфу ты. Твое имя, фамилию и отчество можно для улучшения дикции использовать. Знаешь, сколько таких в России матушке проживает? Уникальная ты наша.
Я для храбрости залпом выпила кофе. Далеко не каждый день приходится рассказывать о встрече с Одином. И все бы ничего, если бы я в процессе глупо не похихикивала.
На удивление, майор Волков слушал меня внимательно, не перебивая. На всякий случай следила за его руками. Вдруг он достанет телефон и позвонит врачам, которые отбирают у психов яркую цветную жизнь, делая ее обычной и скучной.
– Хм, – протянул Эйнар, когда на кухне повисла нездоровая тишина, – получается, дед мне не байки рассказывал, а правду? Говорил, что мы искателей должны защищать. Типа духи над нами власти не имеют.
– Вот как-то так, – я виновато поковыряла пальчиком пятно на столешнице. – Теперь надо умудриться попасть на рынок…
– Погоди, – майор резко перебил меня. – Прости, но я не верю. Да, дед байки травить любил. Но волшебства не существует. Духов и подавно. Один – вообще мифический персонаж.
Я вот тоже в этом была уверена, пока зеркало в ванной не заговорило. Кстати, идея-то недурна.
– Пошли со мной, – я встала с решительностью Наполеона – и тут же поняла, что это была ошибка, как поход на Москву.
Потому что Эйнар тоже встал, и кухонька на пятнадцать квадратных метров оказалась какой-то слишком тесной. Этот мужчина умудрялся заполнять собой буквально все пространство. А в ванной комнате, выполненной в розовых тонах, вообще развернуться было негде. Причем с Денисом такой проблемы не возникало. Так, хватит мне сравнивать майора с бывшим мужем. Это даже как-то оскорбительно для Эйнара.
По зеркалу я постучала, затаив дыхание. Если сейчас дух не появится – мне точно хана.
– Чего зовешь? – раздался ворчливый голос. – Я только прилегла после встречи с подругами. Читали некрологи и радовались, что скоро со знакомыми чаи распивать будем.
– Простите, – я неуверенно переступила с ноги на ногу и бросила взгляд через плечо на задумчивого майора, – тут просто защитник, которого вы позвали, отказывается верить.
– Еще одна бестолочь на мою голову, – бабушка недовольно скривилась. – Ты кого, касатик, обманываешь? Твой предок все рассказывал. Вон даже метку сам поставил. От твоей веры ничего не поменяется. Никуда ты не денешься, пока она, – в мою сторону ткнули прозрачным пальцем, – задание не выполнит.
– Ладно, с этим чуть позже, – Эйнар скрестил руки на груди. – Кто вам разрешил вламываться в мой дом и в мое зеркало? Незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, по законам нашей страны либо штрафом облагается, либо сроком до трех месяцев. Мне составить протокол?
Бабка в зеркале удивленно моргнула, а затем весело расхохоталась:
– А составляй, касатик, составляй. Мне вот только интересно, что ты будешь в качестве доказательства прикладывать? Справку от врача? Я хоть и дух, но все же образованная.
– Кхм, чисто теоретически проникновения не было, – посчитала нужным уточнить я. Да, иногда случается со мной приступ душноты. – Это скорее… подглядывание. Ну как в окно к соседу заглянуть. – И, прежде чем майор решил повесить на духа очередную статью, быстро добавила: – Случай однократный. Без умысла и цели сбора информации.
Эйнар заинтересованно приподнял брови:
– Смотрю, ты уже сталкивалась с этим?
– Одна деятельная соседка пыталась окрутить моего крестного номер три, – усмехнулась я. – Она на первом этаже жила и заявила, мол, он за ней в окно подглядывал, когда женщина голенькая по квартире ходила. Конечно, владелец сети частных клиник, практикующий маммолог, сисек никогда в жизни не видел, чтобы ради этого лезть на дерево. Ведь «подглядеть» можно только на уровне окна, а крестный ростом не вышел.
– Номер три? – майора ложное обвинение совершенно не заинтересовало. А вот порядковый номер крестного – вполне.
– Ну да, – я пожала плечами. – У папы было пятеро друзей. И каждый хотел быть крестным. Чтобы не поругались, у меня теперь пять крестных.
– Простите, – прошамкала бабка в зеркале, – я вам не мешаю? Может, обменяетесь подробностями ваших жизней без свидетелей? Ироды, зачем позвали то? Ты уже нашла записи отца? Нет? И чего дергаешь тогда? Мы, духи, очень занятые. Опять же сегодня собирается петиционная кампания «За права потусторонних». Затем с подругами будем вязать из лунных ниток шарфики. Да и духи-новички пригляда требуют. Ведь все на мне. Весь мир за зеркалом на одной мне держится. Ах да. Еще в ЖЭК заскочить поскандалить.
– У вас там есть ЖЭК? – искренне удивилась я.
Кажется, эта организация просочится куда угодно. Даже в ад, и тогда там начнется коллапс: то воды нет, то отопление под котлами отключат. А уж когда хозяин подземного царства увидит счет за коммуналку – расстроится. Он-то наивно думал, что хуже наказания, чем попасть в его владения, нет. А на самом деле достаточно неплотно закрыть кран с водой, чтобы она целый день текла тонкой струйкой.
– Есть, – гордо подбоченилась бабка. – Они с меня три шкуры за отопление содрали, а батареи чуть теплые. Ничего не знаю. Пускай пересчитывают. А ты, касатик, можешь верить, можешь не верить, а все искательнице поможешь. Судьбу гневать – проблем наживать. Больших таких.
– Это угроза? – подозрительно прищурился майор. Подозреваю, он поставил себе цель все-таки составить протокол на духа. Я бы очень хотела поприсутствовать в момент, когда он понесет бумаги на подпись начальству. А тот потом в прокуратуру их направит. Главное, семечек с собой побольше прихватить и блокнот, чтобы новые ругательства записывать.
– Констатация факта, – дух с тоской посмотрел на нас. Мол, вот не свезло, так не свезло – связаться с двумя идиотами. – Нет, хочется тебе просыпаться в холодном поту от всяких кошмаров – твое дело. Ну, или угодить в лет пять невезения тоже можно. Она каждый раз что то новенькое придумает для тех, кто ее не уважает.
Прода от 16 февраля
– Это какой то сюр, – пожаловался потолку в ванной Эйнар. – О, прикольные панели. Где брала?
– Крестный из Англии привез. – Кстати, мой интерьер Денису не нравился. Он сначала хотел все переделать, но, как только услышал сумму, вложенную в дизайн, бывший муж сразу молиться стал на вещи. И на этот потолок в частности.
– Это который? – поинтересовался майор, протягивая руку, чтобы пощупать плитку на стене. Еще и швы пальцем проверил.
– Который главный редактор ведущей городской медиагруппы, – чуть рассеянно ответила я, наблюдая за попытками духа выглянуть из зеркала.
– У у, – сердито протянула бабка, – буржуи. Дорого богато живешь, а старого больного духа по пустякам дергаешь. Все! Разбирайтесь сами. Я ушла в ЖЭК восстанавливать нервы. А записи поищи там, где прошло детство предыдущего искателя.
Мы еще пару минут молча смотрели в зеркало, ожидая, что дух пошутил. Точнее, смотрел Эйнар, а я смотрела на Эйнара. Интересно, а у него есть девушка? Или, хуже того, жена? Спросить в лоб или попытаться узнать через крестного?
– И что нам теперь делать? – в тишине громом прозвучал голос майора. – Пойти небольшим, но тесным коллективом к врачу или притворимся, будто все в порядке?
– Второй вариант более предпочтителен, – я скорбно поджала губы. – Хоть и люблю историю, но общаться с умершими личностями не стремлюсь. Мало ли кто будет твоим соседом по палате.
– Логично, – кивнул майор. – Мне и подавно наблюдаться у психиатра на постоянной основе нельзя. Табельное оружие психам не выдают. Поэтому предлагаю сделать умные лица и начать выполнять задание. Что нам известно?
– Пойдем в зал, – я махнула рукой на дверь.
Еще немного времени в небольшом пространстве ванной – и майору придется от меня отбиваться. И главное – саму себя понять не могу. Вроде не март на дворе, а веду себя, словно изголодавшаяся кошка. Никогда за собой такого поведения не замечала. Вот до чего стресс людей доводит.
В этот раз майор слушал меня внимательно, будто еще на что то надеясь.
– М м, – протянул он, когда я выложила имеющиеся крохи информации, – а я-то наивно полагал, что мне повезло в армии. Там никто не заставлял копать от забора и до обеда. Начальники на работе тоже адекватные попадались, которые не давали заданий типа разложить бумаги по размеру. А вот где-то меня карма догнала. Поди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что. А может, еще бабку в зеркале допросить?
– Приковав к столу и лампой в лицо светить? – хмыкнула я. – Что то мне подсказывает, результат нам не понравится. Она из принципа ничего не скажет.
