- Что, все потратил? – ужаснулся Басов.
- Чего это все? – удивился Серега. – Я только приценивался и торговался. А потом зацепился с тем торговцем, помнишь, мы у него еще хитоны брали. Так вот, очень интересный мужик оказался, если меня не подвел мой греческий.
- И чем же он интересен? – недоверчиво спросил Басов.
- А тем, что недоволен своим нынешним положением. Ему, если считать по нашим меркам, дают товары на реализацию, и он с продаж имеет сущие оболы. Ну то есть, купец дает товар по такой цене, что наш торговец вынужден его продавать с минимальной наценкой, чтобы продать. Будет держать свою наценку – никто не купит.
- Это понятно, - нетерпеливо сказал Басов. – Что дальше?
- А дальше, он хотел бы найти такого купца, который давал бы ему товар по более низкой цене.
- Ну и что? Его поиски не увенчались успехом? Или он нашел-таки, но в лице тебя?
Серега приосанился. Видно было, что Басов попал в точку.
- Ну да, - сказал он. – А что. Между прочим, он гораздо лучше Алкеона, который мне вот категорически не нравится. А ты что привез? Это ж вроде как самое главное.
- Ну что, - сказал Басов. – Как и собирались, ткань я привез всякую разную. Брал кусками по десять метров. Там тебе и бязь, и сатин, и сукно. Разноцветное не брал. Ну его. Брал однотонное: белое, синее, зеленое. Вобщем всего восемьдесят метров. На больше просто денег не хватило. Я и так всю свою казну выгреб.
- А как же наши монеты?
- Ха! Монеты Юрка толкнул за пятьсот баксов. Потеха, ему теперь там лучше не появляться. Вобщем наш бизнес на монетах принес свои плоды и тут же кончился. Следующий, типа, транш пойдет как раз на эти деньги. Ну и на рыбные.
- Жаль, - сказал Серега. – Бизнеса жаль. Сколько лохов вокруг, - он даже зажмурился.
- Греби давай, бизнесмен, - подбодрил его Басов. – Ты там со своим хорошим человеком насчет жилья не говорил?
- Ах да, - Серега опять перестал грести, хотя они были уже на подходе к порту и навстречу разворачивался пузатый купеческий корабль, очень похожий на большую лодку. – Конечно, говорил. Только не насчет жилья, а насчет лавки. Ну у них тут, понимаешь, жилье и лавка едины.
- И каков же результат?
- Ну, цена вопроса двести драхм. Причем он знает, где продают и готов посодействовать как посредник.
- Ну, двести драхм – это не деньги. Даже если домик совсем уж на окраине, мы запросто сможем эту окраину сделать торговым центром. Знаешь, что, давай-ка сходим к нему прямо сейчас. Я надеюсь, что он уже за прилавком. Заодно можем оставить у него часть барахла. Главное, сейчас Алкеона не встретить.
- А мы все это унесем? – засомневался Серега.
- Тебе, при твоих габаритах, должно быть стыдно, - укоризненно сказал Басов. – Спрашивать такие вещи. Не унесем, наймем какого-нибудь оборванца за обол.
Через полчаса тяжело нагруженная процессия из двух человек двигалась переулками к центральной площади. Носильщика Серега брать категорически отказался, сказав, что, если сэкономил, значит, заработал и поволок все сам. Басов, похохатывая, шел сзади с гораздо меньшей ношей. Алкеона счастливо избежали.
Вообще-то центральная площадь должна была быть совсем рядом, если судить по масштабам века двадцатого. Однако, пока дошли, Серега раз двадцать проклял свою ношу и свою бережливость. Хорошо, что он проклинал все это по-русски и его никто не понял. Ну, кроме Басова. Тот на последней трети пути сжалился и предложил забрать часть поклажи, и Серега с радостью согласился. На площади Серега сразу пошел в нужном направлении из чего Басов сделал вывод, что он тут не первый раз. И не ошибся, Серега был здесь в третий раз.
Площадь, несмотря на столь ранний час, уже была заполнена народом. Херсонес действительно оказался торговым городом, и жители его пользовались предоставленными им возможностями на полную катушку. Серега, не отвлекаясь, целеустремленно протопал мимо торговцев горшками, обувью и тканями и оказался перед знакомым прилавком. Стоящий за ним кудрявый бородатый парень встретил его веселым возгласом.
- Уф! – сказал Серега, сбрасывая с плеч тючок и отирая трудовой пот.
Басов тоже опустил свою ношу на землю, однако пакет с ножами продолжал держать в руках.
- Йа, Никитос! – поприветствовал Серега торговца, и на этом, видно, его словарный запас закончился, потому что он перешел на язык жестов.
Более продвинутый Басов решил вмешаться.
- Пос та пас ме то магаси? * – спросил он и замер, так как сам не ожидал от себя такой прыти.
* как дела с лавкой? (греч.)
Поименованный Никитосом сморщился, будто у него разболелся зуб, но ответил вполне связно:
- Ола та кола. Диакосис драхмес. *
*все хорошо. Двести драхм (греч.)
Теперь настал черед морщиться Басову. «Драхмесы» он вполне понял, а вот с «диакосисом» были проблемы. Но тут вмешался Серега, который как раз в прошлый визит слово «диакосис» и усвоил.
- Двести, - подсказал он Басову.
Басов думал недолго.
- Годится, - сказал он.
Серега повеселел и показал Никитосу на пальцах, что его предложение принимается. Тот тоже вроде обрадовался и пригласил его и Басова в закуток за прилавком, отгороженный от базарного шума какими-то тряпками. Басов с сомнением осмотрел хлипкое сооружение, но возражать не стал. Задернув за собой что-то типа занавески, Никитос повернулся к товарищам и извлек из-под какого-то ящика маленький кувшин, набулькав в три плошки красного вина и сделав попытку разбавить его водой.
- Не-не, - сказал Басов, прикрыв свою плошку ладонью.
Серега поступил аналогично. Торговец посмотрел на них недоуменно, но долил воду только в свою плошку. После этого он еще слил несколько капель на землю. А вот тут Басов решил последовать его примеру. К чужим богам надо относиться с уважением, если ты хочешь, чтобы тебя уважали их последователи.
Они медленно выцедили содержимое плошек. Вино оказалось терпковатым, но вполне приличным, хотя, если честно, Басов не был большим знатоком, как, впрочем, и Серега. Жизнь не способствовала. Никитос посмотрел на них с интересом, ожидая верно неадекватной реакции, но на путешественников полстакана слабенького винца совершенно не подействовали.
- Я узнал то, что просил Серегос, - сказал торговец, стараясь выговаривать слова медленно и подкрепляя свою речь жестами.
- Охи, - подбодрил его Басов.
Мол, мы практически все понимаем, поэтому можно особо не стесняться. Ну, Никитос его так и понял.
- Я здесь буду стоять примерно до полудня, а потом придет сын, и я могу вам показать лавку и познакомить с хозяином.
Басов понял его с пятого на десятое, но суть все-таки уловил. И мешая греческие слова с русскими, отчаянно жестикулируя, с помощью Сереги спросил о возможности оставить у него часть товара.
- А что за товар? – поинтересовался Никитос.
- Покажи, - кивнул Басов Сереге.
Серега развернул перед Никитосом один из привезенных Бобровым тюков. Там были собраны куски материи, которые Басов хотел использовать в качестве образцов. Он покупал метров по десять самых дешевых тканей, но, по крайней мере, пяти разных расцветок. Никитос как увидел это многоцветье, так сразу практически потерял дар речи.
- Откуда? – спросил он, едва придя в себя. – Это же целое состояние. такую широкую ткань очень трудно сделать и стоит она очень дорого.
Никитосу можно было верить, он хотя и торговал якобы готовой одеждой, но она здесь представляла собой просто грубо раскроенные куски тканей. Как тот же хитон или, к примеру, гиматий. Поэтому он поневоле был специалистом.
- А если мы тебе их оставим, сможешь продать? – осторожно поинтересовался Басов, предпочтя не отвечать на вопрос.
Никитос даже не раздумывал. Он, видимо, тоже считал, что удача приходит редко и упускать ее нельзя ни в коем случае.
- Конечно, - сказал он решительно, и сразу стало ясно – этот продаст.
- У нас вообще-то еще кое-что есть, - небрежно заявил Серега на смешанном русско-греческом диалекте.
- Покажете? – с надеждой спросил Никитос.
Серега переглянулся с Басовым и тот вытащил из своего пакета складной нож китайского производства. Хорошо, что Никитос не знал, что это такое «китайское производство». Торговец с интересом покрутил в руках штуку непонятного назначения и вопросительно посмотрел на Басова. Тот взял нож, поудобнее перехватил его и незаметно нажал на кнопку. Раздался громкий щелчок. Никитос даже подскочил на месте. Из кулака Басова высовывалось блестящее лезвие.
- Но как? Как? – на лице Никитоса любопытство было написано огроменными буквами.
- Элементарно, Ватсон, - сказал Басов, пожимая плечами, и Никитос его понял. – Показываю еще раз.
Он демонстративно сложил нож и на глазах Никитоса нажал кнопку. Опять со щелчком выскочило лезвие, заставив темпераментного торговца едва не запрыгать на месте. Он протянул руку:
- А можно мне?
- Да пожалуйста, - Басов сложил нож и протянул его Никитосу.
Тот взял его осторожно, держа подальше от себя, и опасливо нажал на кнопку.
- Сильнее, - скомандовал Серега.
Никитос нажал сильнее и лезвие, опять щелкнув, выскочило. Грек повернул к Басову обалдевшее лицо. Чувствовалось, что слов у него много и он просто не знает с какого начать. Басов ему помог.
- Понравилось? – спросил он.
Никитос наконец нашел нужное.
- Очень, - ответил он. – И вы решили это продать?
- Да как не фиг делать, - сказал Басов, присел и вывалил на землю содержимое своего пакета. Всё.
Никитос разинул рот и забыл его закрыть, когда на землю вывалилось полтора десятка разных ножей. Видно было по его лицу, что он лихорадочно прикидывает стоимость этого необычно товара, его происхождение, возможности тех, кто ему такой товар предлагают и никак не может прийти к однозначным выводам. Басов решил помочь человеку, тем более, что, если судить по внешним данным, он совершенно не походил на Алкеона. Жулик конечно, но жулик контролируемый и даже заинтересованный.
- Мы подбираем себе партнера, - сказал он, как и Серега, мешая греческие слова с русскими и скупо жестикулируя. – Не хотел бы ты стать им? Часть наших возможностей ты уже видел. А нам хотелось бы иметь честного человека, желательно местного гражданина, знакомого с реалиями жизни.
Никитос тут же горячо уверил их, что он и есть тот самый искомый человек и они очень не пожалеют, если свяжут свою судьбу именно с ним. Басов с Серегой выслушали, обменялись репликами на предмет, правильно ли они поняли эту исполненную эмоций речь и когда пришли к общему знаменателю, Басов важно кивнул.
Через пятнадцать минут на прилавке Никитоса среди хитонов и гиматиев с туниками были ненавязчиво выложено пара кусков ткани синего и красного колеров, а путешественники, взвалив на плечи несколько уменьшившуюся поклажу, пошли утолить голод в ближайшую забегаловку. Как пройти до забегаловки им популярно объяснил Никитос, который считал себя уже чем-то вроде компаньона.
Забегаловка оказалась довольно приличным заведением, в отдельной комнате которого даже наличествовали обеденные ложа. Но Басов с Серегой посчитали себя к такому приему пищи неготовыми и предпочли усесться за обычный стол. С греческими наименованиями блюд они уже были хорошо знакомы, поэтому заказали хлеб, оливки, традиционную жареную рыбу и вино. Воду Серега проигнорировал, а Басов как-то вообще не обратил внимания на ее отсутствие. Трактирщик, или как там его называли, удивился, клиенты не очень походили на скифов, но вида не подал. Заказанное вынесли почти сразу.
- Нашим ресторанам бы так, - мечтательно сказал Серега.
- Умгм, - ответил Басов, который не ел со вчерашнего вечера и теперь спешил наверстать упущенное.
Рыба, поджаренная на оливковом масле, да к тому же не ведавшая морозильника, была не просто хороша, а очень хороша и Басов даже слегка урчал от удовольствия. Вино, конечно, показалось кисловатым, но тоже не задержалось. Несколько окружающих, правда, посматривали вроде бы с осуждением, но и Басову и Сереге было как-то все равно. Вина было не больше литра, и они его даже не ощутили. Весь процесс поглощения пищи не занял и получаса. До полудня времени было еще полно, и Басов решил все-таки сходить в, типа, отель повидаться с Алкеоном. Серега принялся его отговаривать, но потом все-таки согласился.
Нагруженные узлами и свертком они как можно медленней пошли к порту. Но как они не тормозили, дошли за каких-то пятнадцать минут. Басов по часам проверил. Взял он с собой на этот раз электронные часики, протащив их через портал в полиэтилене, а на запястье носил, обмотав тряпицей. В хитоне-то карманов не было. Хотя Серега и грозился ввести в обычай нашивать на хитоны карманы.
Алкеон встретил их приветливо, но в то же время с подозрением косился на Басова, видимо, желая о чем-то расспросить, но не решаясь. А если уж такой человек как Алкеон не решался, значит, авторитет среди него Басов заслужил. Ну а Басов не стал корчить из себя крутого купца и спросил Алкеона по-свойски:
- Ну что, Алкеон, как тут наши дела?
И все это исключительно по-гречески, хотя конечно с акцентом. Серега даже обзавидовался, - он-то почти на сутки дольше находился в языковой среде, а говорить так же здорово у него не получалось. А Алкеон сразу понял, что расспрашивать теперь уже можно и заторопился. Сперва он, естественно, поинтересовался, где же Басов гостил, но тот с великолепной небрежностью ответил, что, мол, где надо там и гостил, о чем никому отчитываться не обязан. И добавил, усмехаясь, что ежели только архонтам.
А вот тут Алкеон загрустил. Наверно все-таки упоминание архонтов имело для него какое-то неприятное значение, а еще он, скорее всего, прикинул возможности Басова, который запросто вхож к архонтам. Но Басов выглядел так простецки, что Алкеон на какое-то время успокоился. Пока он гонял домашних рабов, Серега повел Басова в комнату. Там они устроились на ложах. После столь плотного завтрака, совмещенного то ли с ланчем, то ли уже с обедом, захотелось немного отдохнуть. Но наверно еще сверху наложилось напряжение, в котором они с утра пребывали, потому что, когда Басов проснулся, по его часам было уже 13-10.
- Серега, вставай! Проспим все на свете! – толкнул он сладко сопящего напарника.
Серега подскочил как очумелый, недоуменно таращась по сторонам. однако, Басов быстро привел его в чувство, и наскоро одернув хитоны, они подхватили свою поклажу и помчались на площадь, предварительно убедившись, что Алкеон занят где-то на кухне.
Они успели вовремя. Никитос как раз давал последние наставления пацану лет двенадцати. Он явно обрадовался появлению Басова и Сереги и тут же доложил, что продал один кусок синей ткани полностью за тридцать драхм. Причем покупатель интересовался, нельзя ли будет прикупить еще такой же ткани.
- Вот я бестолочь, - признался Басов Сереге. – Надо было артикулы записывать. Как теперь спрос изучать?
- Да ладно, - сказал Серега, но заметно было, что он мнение Басова о себе самом целиком поддерживает.
- И нож один, - добавил Никитос. – Но его за двадцать пять драхм.
И он вопросительно посмотрел на Басова.
- Ну что, - сказал тот. – Прекрасно сработано, Никитос. Всего пятьдесят пять драхм. Твоя десятина, то есть пять с половиной.
Грек обомлел. Вот так просто за полдня заработать такую кучу денег. Да у него сегодня будет праздник. Это вам не на три обола в день существовать.
- Чего это все? – удивился Серега. – Я только приценивался и торговался. А потом зацепился с тем торговцем, помнишь, мы у него еще хитоны брали. Так вот, очень интересный мужик оказался, если меня не подвел мой греческий.
- И чем же он интересен? – недоверчиво спросил Басов.
- А тем, что недоволен своим нынешним положением. Ему, если считать по нашим меркам, дают товары на реализацию, и он с продаж имеет сущие оболы. Ну то есть, купец дает товар по такой цене, что наш торговец вынужден его продавать с минимальной наценкой, чтобы продать. Будет держать свою наценку – никто не купит.
- Это понятно, - нетерпеливо сказал Басов. – Что дальше?
- А дальше, он хотел бы найти такого купца, который давал бы ему товар по более низкой цене.
- Ну и что? Его поиски не увенчались успехом? Или он нашел-таки, но в лице тебя?
Серега приосанился. Видно было, что Басов попал в точку.
- Ну да, - сказал он. – А что. Между прочим, он гораздо лучше Алкеона, который мне вот категорически не нравится. А ты что привез? Это ж вроде как самое главное.
- Ну что, - сказал Басов. – Как и собирались, ткань я привез всякую разную. Брал кусками по десять метров. Там тебе и бязь, и сатин, и сукно. Разноцветное не брал. Ну его. Брал однотонное: белое, синее, зеленое. Вобщем всего восемьдесят метров. На больше просто денег не хватило. Я и так всю свою казну выгреб.
- А как же наши монеты?
- Ха! Монеты Юрка толкнул за пятьсот баксов. Потеха, ему теперь там лучше не появляться. Вобщем наш бизнес на монетах принес свои плоды и тут же кончился. Следующий, типа, транш пойдет как раз на эти деньги. Ну и на рыбные.
- Жаль, - сказал Серега. – Бизнеса жаль. Сколько лохов вокруг, - он даже зажмурился.
- Греби давай, бизнесмен, - подбодрил его Басов. – Ты там со своим хорошим человеком насчет жилья не говорил?
- Ах да, - Серега опять перестал грести, хотя они были уже на подходе к порту и навстречу разворачивался пузатый купеческий корабль, очень похожий на большую лодку. – Конечно, говорил. Только не насчет жилья, а насчет лавки. Ну у них тут, понимаешь, жилье и лавка едины.
- И каков же результат?
- Ну, цена вопроса двести драхм. Причем он знает, где продают и готов посодействовать как посредник.
- Ну, двести драхм – это не деньги. Даже если домик совсем уж на окраине, мы запросто сможем эту окраину сделать торговым центром. Знаешь, что, давай-ка сходим к нему прямо сейчас. Я надеюсь, что он уже за прилавком. Заодно можем оставить у него часть барахла. Главное, сейчас Алкеона не встретить.
- А мы все это унесем? – засомневался Серега.
- Тебе, при твоих габаритах, должно быть стыдно, - укоризненно сказал Басов. – Спрашивать такие вещи. Не унесем, наймем какого-нибудь оборванца за обол.
Через полчаса тяжело нагруженная процессия из двух человек двигалась переулками к центральной площади. Носильщика Серега брать категорически отказался, сказав, что, если сэкономил, значит, заработал и поволок все сам. Басов, похохатывая, шел сзади с гораздо меньшей ношей. Алкеона счастливо избежали.
Вообще-то центральная площадь должна была быть совсем рядом, если судить по масштабам века двадцатого. Однако, пока дошли, Серега раз двадцать проклял свою ношу и свою бережливость. Хорошо, что он проклинал все это по-русски и его никто не понял. Ну, кроме Басова. Тот на последней трети пути сжалился и предложил забрать часть поклажи, и Серега с радостью согласился. На площади Серега сразу пошел в нужном направлении из чего Басов сделал вывод, что он тут не первый раз. И не ошибся, Серега был здесь в третий раз.
Площадь, несмотря на столь ранний час, уже была заполнена народом. Херсонес действительно оказался торговым городом, и жители его пользовались предоставленными им возможностями на полную катушку. Серега, не отвлекаясь, целеустремленно протопал мимо торговцев горшками, обувью и тканями и оказался перед знакомым прилавком. Стоящий за ним кудрявый бородатый парень встретил его веселым возгласом.
- Уф! – сказал Серега, сбрасывая с плеч тючок и отирая трудовой пот.
Басов тоже опустил свою ношу на землю, однако пакет с ножами продолжал держать в руках.
- Йа, Никитос! – поприветствовал Серега торговца, и на этом, видно, его словарный запас закончился, потому что он перешел на язык жестов.
Более продвинутый Басов решил вмешаться.
- Пос та пас ме то магаси? * – спросил он и замер, так как сам не ожидал от себя такой прыти.
* как дела с лавкой? (греч.)
Поименованный Никитосом сморщился, будто у него разболелся зуб, но ответил вполне связно:
- Ола та кола. Диакосис драхмес. *
*все хорошо. Двести драхм (греч.)
Теперь настал черед морщиться Басову. «Драхмесы» он вполне понял, а вот с «диакосисом» были проблемы. Но тут вмешался Серега, который как раз в прошлый визит слово «диакосис» и усвоил.
- Двести, - подсказал он Басову.
Басов думал недолго.
- Годится, - сказал он.
Серега повеселел и показал Никитосу на пальцах, что его предложение принимается. Тот тоже вроде обрадовался и пригласил его и Басова в закуток за прилавком, отгороженный от базарного шума какими-то тряпками. Басов с сомнением осмотрел хлипкое сооружение, но возражать не стал. Задернув за собой что-то типа занавески, Никитос повернулся к товарищам и извлек из-под какого-то ящика маленький кувшин, набулькав в три плошки красного вина и сделав попытку разбавить его водой.
- Не-не, - сказал Басов, прикрыв свою плошку ладонью.
Серега поступил аналогично. Торговец посмотрел на них недоуменно, но долил воду только в свою плошку. После этого он еще слил несколько капель на землю. А вот тут Басов решил последовать его примеру. К чужим богам надо относиться с уважением, если ты хочешь, чтобы тебя уважали их последователи.
Они медленно выцедили содержимое плошек. Вино оказалось терпковатым, но вполне приличным, хотя, если честно, Басов не был большим знатоком, как, впрочем, и Серега. Жизнь не способствовала. Никитос посмотрел на них с интересом, ожидая верно неадекватной реакции, но на путешественников полстакана слабенького винца совершенно не подействовали.
- Я узнал то, что просил Серегос, - сказал торговец, стараясь выговаривать слова медленно и подкрепляя свою речь жестами.
- Охи, - подбодрил его Басов.
Мол, мы практически все понимаем, поэтому можно особо не стесняться. Ну, Никитос его так и понял.
- Я здесь буду стоять примерно до полудня, а потом придет сын, и я могу вам показать лавку и познакомить с хозяином.
Басов понял его с пятого на десятое, но суть все-таки уловил. И мешая греческие слова с русскими, отчаянно жестикулируя, с помощью Сереги спросил о возможности оставить у него часть товара.
- А что за товар? – поинтересовался Никитос.
- Покажи, - кивнул Басов Сереге.
Серега развернул перед Никитосом один из привезенных Бобровым тюков. Там были собраны куски материи, которые Басов хотел использовать в качестве образцов. Он покупал метров по десять самых дешевых тканей, но, по крайней мере, пяти разных расцветок. Никитос как увидел это многоцветье, так сразу практически потерял дар речи.
- Откуда? – спросил он, едва придя в себя. – Это же целое состояние. такую широкую ткань очень трудно сделать и стоит она очень дорого.
Никитосу можно было верить, он хотя и торговал якобы готовой одеждой, но она здесь представляла собой просто грубо раскроенные куски тканей. Как тот же хитон или, к примеру, гиматий. Поэтому он поневоле был специалистом.
- А если мы тебе их оставим, сможешь продать? – осторожно поинтересовался Басов, предпочтя не отвечать на вопрос.
Никитос даже не раздумывал. Он, видимо, тоже считал, что удача приходит редко и упускать ее нельзя ни в коем случае.
- Конечно, - сказал он решительно, и сразу стало ясно – этот продаст.
- У нас вообще-то еще кое-что есть, - небрежно заявил Серега на смешанном русско-греческом диалекте.
- Покажете? – с надеждой спросил Никитос.
Серега переглянулся с Басовым и тот вытащил из своего пакета складной нож китайского производства. Хорошо, что Никитос не знал, что это такое «китайское производство». Торговец с интересом покрутил в руках штуку непонятного назначения и вопросительно посмотрел на Басова. Тот взял нож, поудобнее перехватил его и незаметно нажал на кнопку. Раздался громкий щелчок. Никитос даже подскочил на месте. Из кулака Басова высовывалось блестящее лезвие.
- Но как? Как? – на лице Никитоса любопытство было написано огроменными буквами.
- Элементарно, Ватсон, - сказал Басов, пожимая плечами, и Никитос его понял. – Показываю еще раз.
Он демонстративно сложил нож и на глазах Никитоса нажал кнопку. Опять со щелчком выскочило лезвие, заставив темпераментного торговца едва не запрыгать на месте. Он протянул руку:
- А можно мне?
- Да пожалуйста, - Басов сложил нож и протянул его Никитосу.
Тот взял его осторожно, держа подальше от себя, и опасливо нажал на кнопку.
- Сильнее, - скомандовал Серега.
Никитос нажал сильнее и лезвие, опять щелкнув, выскочило. Грек повернул к Басову обалдевшее лицо. Чувствовалось, что слов у него много и он просто не знает с какого начать. Басов ему помог.
- Понравилось? – спросил он.
Никитос наконец нашел нужное.
- Очень, - ответил он. – И вы решили это продать?
- Да как не фиг делать, - сказал Басов, присел и вывалил на землю содержимое своего пакета. Всё.
Никитос разинул рот и забыл его закрыть, когда на землю вывалилось полтора десятка разных ножей. Видно было по его лицу, что он лихорадочно прикидывает стоимость этого необычно товара, его происхождение, возможности тех, кто ему такой товар предлагают и никак не может прийти к однозначным выводам. Басов решил помочь человеку, тем более, что, если судить по внешним данным, он совершенно не походил на Алкеона. Жулик конечно, но жулик контролируемый и даже заинтересованный.
- Мы подбираем себе партнера, - сказал он, как и Серега, мешая греческие слова с русскими и скупо жестикулируя. – Не хотел бы ты стать им? Часть наших возможностей ты уже видел. А нам хотелось бы иметь честного человека, желательно местного гражданина, знакомого с реалиями жизни.
Никитос тут же горячо уверил их, что он и есть тот самый искомый человек и они очень не пожалеют, если свяжут свою судьбу именно с ним. Басов с Серегой выслушали, обменялись репликами на предмет, правильно ли они поняли эту исполненную эмоций речь и когда пришли к общему знаменателю, Басов важно кивнул.
Через пятнадцать минут на прилавке Никитоса среди хитонов и гиматиев с туниками были ненавязчиво выложено пара кусков ткани синего и красного колеров, а путешественники, взвалив на плечи несколько уменьшившуюся поклажу, пошли утолить голод в ближайшую забегаловку. Как пройти до забегаловки им популярно объяснил Никитос, который считал себя уже чем-то вроде компаньона.
Забегаловка оказалась довольно приличным заведением, в отдельной комнате которого даже наличествовали обеденные ложа. Но Басов с Серегой посчитали себя к такому приему пищи неготовыми и предпочли усесться за обычный стол. С греческими наименованиями блюд они уже были хорошо знакомы, поэтому заказали хлеб, оливки, традиционную жареную рыбу и вино. Воду Серега проигнорировал, а Басов как-то вообще не обратил внимания на ее отсутствие. Трактирщик, или как там его называли, удивился, клиенты не очень походили на скифов, но вида не подал. Заказанное вынесли почти сразу.
- Нашим ресторанам бы так, - мечтательно сказал Серега.
- Умгм, - ответил Басов, который не ел со вчерашнего вечера и теперь спешил наверстать упущенное.
Рыба, поджаренная на оливковом масле, да к тому же не ведавшая морозильника, была не просто хороша, а очень хороша и Басов даже слегка урчал от удовольствия. Вино, конечно, показалось кисловатым, но тоже не задержалось. Несколько окружающих, правда, посматривали вроде бы с осуждением, но и Басову и Сереге было как-то все равно. Вина было не больше литра, и они его даже не ощутили. Весь процесс поглощения пищи не занял и получаса. До полудня времени было еще полно, и Басов решил все-таки сходить в, типа, отель повидаться с Алкеоном. Серега принялся его отговаривать, но потом все-таки согласился.
Нагруженные узлами и свертком они как можно медленней пошли к порту. Но как они не тормозили, дошли за каких-то пятнадцать минут. Басов по часам проверил. Взял он с собой на этот раз электронные часики, протащив их через портал в полиэтилене, а на запястье носил, обмотав тряпицей. В хитоне-то карманов не было. Хотя Серега и грозился ввести в обычай нашивать на хитоны карманы.
Алкеон встретил их приветливо, но в то же время с подозрением косился на Басова, видимо, желая о чем-то расспросить, но не решаясь. А если уж такой человек как Алкеон не решался, значит, авторитет среди него Басов заслужил. Ну а Басов не стал корчить из себя крутого купца и спросил Алкеона по-свойски:
- Ну что, Алкеон, как тут наши дела?
И все это исключительно по-гречески, хотя конечно с акцентом. Серега даже обзавидовался, - он-то почти на сутки дольше находился в языковой среде, а говорить так же здорово у него не получалось. А Алкеон сразу понял, что расспрашивать теперь уже можно и заторопился. Сперва он, естественно, поинтересовался, где же Басов гостил, но тот с великолепной небрежностью ответил, что, мол, где надо там и гостил, о чем никому отчитываться не обязан. И добавил, усмехаясь, что ежели только архонтам.
А вот тут Алкеон загрустил. Наверно все-таки упоминание архонтов имело для него какое-то неприятное значение, а еще он, скорее всего, прикинул возможности Басова, который запросто вхож к архонтам. Но Басов выглядел так простецки, что Алкеон на какое-то время успокоился. Пока он гонял домашних рабов, Серега повел Басова в комнату. Там они устроились на ложах. После столь плотного завтрака, совмещенного то ли с ланчем, то ли уже с обедом, захотелось немного отдохнуть. Но наверно еще сверху наложилось напряжение, в котором они с утра пребывали, потому что, когда Басов проснулся, по его часам было уже 13-10.
- Серега, вставай! Проспим все на свете! – толкнул он сладко сопящего напарника.
Серега подскочил как очумелый, недоуменно таращась по сторонам. однако, Басов быстро привел его в чувство, и наскоро одернув хитоны, они подхватили свою поклажу и помчались на площадь, предварительно убедившись, что Алкеон занят где-то на кухне.
Они успели вовремя. Никитос как раз давал последние наставления пацану лет двенадцати. Он явно обрадовался появлению Басова и Сереги и тут же доложил, что продал один кусок синей ткани полностью за тридцать драхм. Причем покупатель интересовался, нельзя ли будет прикупить еще такой же ткани.
- Вот я бестолочь, - признался Басов Сереге. – Надо было артикулы записывать. Как теперь спрос изучать?
- Да ладно, - сказал Серега, но заметно было, что он мнение Басова о себе самом целиком поддерживает.
- И нож один, - добавил Никитос. – Но его за двадцать пять драхм.
И он вопросительно посмотрел на Басова.
- Ну что, - сказал тот. – Прекрасно сработано, Никитос. Всего пятьдесят пять драхм. Твоя десятина, то есть пять с половиной.
Грек обомлел. Вот так просто за полдня заработать такую кучу денег. Да у него сегодня будет праздник. Это вам не на три обола в день существовать.
