- Ну что, - сказал он, выйдя обратно. – Дом хорош, но конечно необходим ремонт. А что, мебель тоже вывезли?
Управляющий только руками развел.
- Ну а там что? – Басов показал на постройки за стеной.
- Там у нас целый комплекс по переработке винограда. Видишь ли, наше хозяйство специализировалось на виноделии. Поэтому никаких особых вспомогательных служб для огородничества или скотоводства у нас не было. А вот там находятся площадки-давильни, прессы, цистерны для стока сока. Ну и конечно цистерны для сусла и предварительное, так сказать, винохранилище. потому что основное находилось в подвалах внутри стен, а также под самим домом.
- Так там еще и подвал есть? – удивился Басов.
- Есть и довольно глубокий. В одном месте даже в два этажа.
- Как интересно, - протянул Басов
А Злата, услышав про подвал, боязливо поежилась. Басов заметил это и прозорливо предположил, что девушке такие места должны быть знакомы. А в подвале, как известно, держат не за отличную учебу и примерное поведение.
- Ну я, собственно увидел, что хотел, - сказал Басов, повернувшись к управляющему. – Не скрою, усадьба мне понравилась. Как мы теперь будем? Доложишь хозяину или предоставишь это дело мне?
- Что мне-то докладывать? – пожал плечами управляющий. – Я же у него считай, что и не работаю. Сам все обскажешь.
- Да вот, хорошо, что напомнил. Говоришь, не работаешь? А к нам на работу пойдешь в прежней должности?
- Управляющим что ли? А сколько положишь?
- Ну давай пойдем от имеемого. Вот сколько ты получал, так сказать, на старом месте?
Управляющий усмехнулся.
- На старом, говоришь? Одну драхму в день.
- Тогда я положу полторы. Идет? Только платить буду не каждый день, а раз в неделю. Ну, у нас так принято. Жилье, соответственно, бесплатно и питание тоже. Семья есть?
Управляющий посмотрел заинтересованно.
- Семьи нет, - сказал он. – А вот условия меня устраивают.
- Ну и отлично. Тогда насчет бумаг, если надо, договоришься с владельцем.
- А ты разве…
- Я плачу деньги, - усмехнулся Басов. – А владельцем будет другой. Ну он завтра подъедет.
Незаметно подошел Серега. Сделав знак Басову, что все нормально, он с интересом стал оглядываться.
- А там кто? – показал он на соседний участок.
- Там? Ах, там. Так… - он назвал ничего не говорящее имя.
Серега не стал уточнять, чем славен сосед. Он просто принял его имя к сведению. Но Басов знал, что тот рано или поздно наведет о соседе справки.
Распрощавшись с управляющим, общество поехало обратно. Уже когда выехали за огораживающую имение стенку, Злата, которой, видимо, этот вопрос не давал покоя с момента посещения дома, спросила:
- А я там в качестве кого буду? – и посмотрела почти что требовательно.
Серега сделал непроницаемую морду, и отвечать пришлось Басову. Он посмотрел на девушку, усмехнулся, отчего она слегка покраснела и попыталась прикрыть ладошкой растекшийся по скуле синяк.
- Ты будешь в качестве хозяйки, - сказал он буднично, так, словно говорил Искару: - Закрой-ка за мной дверь.
- Как хозяйкой? – испугалась девушка еще недавно, не далее, как вчера бывшая рабыней.
- Да очень просто. Вот ты сейчас видишь перед собой двух хозяев этой усадьбы. Видела еще управляющего, но он наемный работник. Будут и еще наемные работники, будут и рабы. Но свободных женщин больше не будет. По крайней мере, пока. То есть ты, получается, единственная. Ну и кому после этого быть хозяйкой?
- То есть… ты хочешь сказать… что я… свободная? – запинаясь, выговорила Злата.
- А ты чего ж, сомневалась? – вопросом ответил Басов.
- Ой! – сказала девушка и, закрыв лицо ладонями, заплакала.
- Ты чего это? – спросил Басов. – Слышь, Серега, а у нас хозяйка – плакса.
- Ну, дык, - глубокомысленно ответил Серега.
Немилосердно громыхая, повозка подкатила к воротам.
- Нет, - сказал Басов. – Вы как хотите, а я пешком. Нет сил больше терпеть эту тряску. Вот пусть местные архонты покатаются.
И он слез с повозки в твердой решимости преодолеть оставшийся путь на ногах. Следом решительно слезла Злата.
- Ах так! – сказал Серега. – Ну тогда и я.
Искар посмотрел осуждающе и слегка хлестнул мула по спине прутом. Скрипя и подпрыгивая, повозка удалилась.
- Предлагаю зайти на базар, - сказал Серега. – И купить амфору хиосского.
- Это с чего вдруг? – воззрился на него Басов.
- Ну так сделку же надо обмыть.
- В ужин обмоем, - отмахнулся Басов. – Мы еще и деньги не отдали.
- А хиосское надо брать заранее, - заметил Серега. – И потом, мы же не метретес будем брать. Так, по литру на нос.
Возле лавки стояла толпа из целых трех человек. Греки, в отличие от родных советских людей, порядок в очереди соблюдать не могли. Зато очень живо изображали толпу. И каждый что-то говорил, стоящему за прилавком Никитосу. Никитос уже не радовался обилию покупателей. Судя по его замученному виду, самым большим желанием его было послать всех подальше и завалиться на ложе. Но он мужественно отвечал на вопросы, подавал товар, принимал деньги. И все это с улыбкой, с приговором – ну просто загляденье. Басов с Серегой и загляделись, пока Злата не дернула их за хитоны.
- Ах да, - опомнился Басов. – Обед и по делам. Надо до конца оформить сделку и… Серега, когда у нас встреча по товару?
Серега посмотрел непонимающе, потом до него дошло, и он сказал:
- А-а, ты об этом. Завтра вечером вроде.
Никитос, выдернутый из своей любимой лавки, обреченно тащился сзади. Становиться владельцем усадьбы, пусть даже и номинальным, у него как-то душа не лежала. Но что поделать, законы Херсонеса были суровы – нельзя покупать недвижимость, не будучи гражданином. Ждать пока истечет необходимый срок ни Басову, ни Сереге не хотелось. Можно было конечно сунуть кому надо, коррупцию и здесь никто не отменял, но было жалко денег, которые нужны были на другие дела. Поэтому пошли по уже проторенному пути – через Никитоса. Тем более, что он особо и не возражал. Правда и радости не выказывал, ну так это от неведения. Вот прочувствует…
Басов готовился к длительной процедуре с юристами, нотариусами, понятыми и представителями власти. Как-никак приличный кусок земли с капитальными постройками покупал. А Херсонес город цивилизованный или, по крайней мере, старается таковым выглядеть. Каково же было его удивление, когда вместо многочисленной толпы причастных он увидел хозяина, его секретаря и какого-то хмыря из местного муниципалитета. Процедуру провели молниеносно. Никитос что-то там подписал. Владелец тоже подписал. Дольше деньги пересчитывали. Пару драхм отложили ввиду сомнительности их происхождения. Басов не возражал, у него на этот случай был запас. Большой кожаный мешок перешел из рук в руки и уже бывший хозяин поздравил Никитоса с повешенным на шею ярмом.
На обратном пути Серега чуть ли не прыгал, Никитос был задумчив, а Басов радовался про себя, пока совершенно не представляя, чем может обернуться для них приобретение этой усадьбы. Это ж… Басов сказал сам себе, что подумает над этим потом.
Вечером Серега выставил на стол, все-таки купленный кувшин хиосского, которое считалось самым дорогим вином в Херсонесе и окрестностях. Басов предупредил, чтобы приберегли напоследок к фруктам и сладостям, но Серега не послушал и разлил чуть ли не в качестве аперитива. Ну и первым хватанул.
- А я предупреждал, - сказал Басов. – Вот вечно ты старших не слушаешь.
- Шеф, - проскрипел Серега, выпив наверно целый литр воды. – С завтрашнего дня – обязательно.
На следующий день был переезд. Собственно, и перевозить было почти нечего. Взяли кое-какую мебель, которая Никитосу с семейством была непривычна, ложе для Златы, погрузили все это на повозку, Искар разобрал вожжи и поехали. Вернее, пошли, потому что места в повозке не было. Серега нес самую значительную часть имущества – у него к поясу был прицеплен кошель с почти тысячей драхм. Это был весь капитал для начала новой жизни.
Когда проходили ворота, Басов попросил его подождать, а сам прошел в караульное помещение. Начальник караула встретил его настороженно. Но Басов спросил, не предполагается ли в ближайшее время увольнение кого-нибудь из гоплитов по старости или из-за ран.
- Нанять хочешь? – сразу осведомился начальник.
- Ну да, - не стал отнекиваться Басов.
- А сколько платить собираешься?
- Три обола, - не стал скрывать Басов. – Плюс кормежка и кров.
Начальник задумался. Потом спросил:
- А куда обращаться в случае чего?
- А вон усадьба за бухтой, на мысу, - показал Басов. – Спросить любого, все равно ко мне приведут.
Начальник покивал, и Басов пошел догонять своих. Через полчаса добрались до усадьбы.
- Это что, все? – удивился встретивший их управляющий.
- Нет, - успокоил его Басов. – Один сейчас уедет в город. Кстати, кухарка и сторож остаются?
Управляющий его не порадовал.
- Нет, - сказал он. – Они несвободные и с сегодняшнего дня уходят в город.
- Жаль, - не стал скрывать Басов. – Я рассчитывал на них. Получается, у нас пока некому готовить.
- Я, - вдруг сказала доселе молчавшая Злата. – Я могу сварить что-нибудь.
- Давай, - обрадовался Басов. – Давай, девочка. А в кладовых что-нибудь осталось? – обратился он к управляющему.
Тот развел руками.
- Вот гад! – сказал Серега, имея в виду прежнего хозяина.
В результате меланхоличный Искар поехал обратно в город, обремененный заданием, которое он должен был довести до хозяйки, а уж она озаботиться закупкой всего необходимого, которое потом тот же Искар доставит в усадьбу. Вот такое сложное было у него задание. Когда Искар убыл, Басов и Серега допросили с пристрастием управляющего на предмет последовательности работ по ведению внутриусадебного хозяйства.
Сроки уборки винограда, слава Богу, еще не наступили. А так как больше ничего на участке не росло, то Басов первое время мог дышать свободно. Сереге специализация хозяйства в области виноделия очень нравилась. Не нравилось только, что слишком долго приходилось ждать. Ведь даже после сбора и, так сказать, подавления необходимо было дождаться конца процесса брожения, после чего ждать еще, как минимум, два месяца, чтобы вино хоть немного вызрело. Серега был крайне разочарован.
Но Басов не дал ему погрузиться в меланхолию. У него уже был готов краткий план превращения усадьбы в перевалочный пункт из одного мира в другой, а также параллельно в опорный пункт их экспансии на суше и на море. И первой в этом плане, кроме, собственно, обустройства усадьбы до нормальных жилых стандартов, стояла постройка нормальной пристани.
Серега план горячо одобрил и спросил, а с чего, собственно, начинать.
- Начинать мы будем как все нормальные люди – с денег, - ответил Басов. – Поэтому ждем Искара с продуктами, обедаем и едем в город. Нам сегодня надо встретиться с лесоторговцем, нанять плотников и столяров. Кстати, и кухарку. А вечером у нас поездка за товаром. Поэтому садись Серега и пиши список на следующий раз. И первой позицией запиши ручную лебедку на полтонны и пару двушкивных блоков для растительного троса окружностью не меньше тридцати.
Челн приближался к мысу.
- Вон, смотри, стоит! – сказал сидевший на руле Басов.
Серега прекратил грести и повернулся. На самом верху мыса маячила тоненькая фигурка. Злата строго выполняла просьбу Басова.
- Надо немного от берега отойти, - сказал Серега. – Иначе сверху не видно будет. Там очень хитрый откос, сначала метра три просто крутой склон, а потом практически отрицательная стенка. Поэтому нас сверху никто видеть и не мог.
- Надо – отойдем, - сказал Басов. – Ты греби, не отвлекайся.
Напротив портала Басов скомандовал: «Табань!» и махнул Злате. Та махнула в ответ и скрылась из вида. Потом появилась вновь, таща на животе большой камень. Плюхнув его на место, опять махнула Басову.
- Все, иди! – крикнул Басов. – Давай, Серега, к ловушке.
На этот раз они не пошли сразу в порт, а сначала завернули к себе, где на будущем Песочном пляже ждала их Злата с большой корзиной. Серега щедро загрузил ее рыбой.
- Дотащишь? – спросил он с сомнением.
- Дотащу, - пропыхтела девчонка, чуть ли, не ломаясь в поясе.
Обратно Басов с Серегой возвращались почти в сумерках. Рыба была продана уже известному оптовику за две драхмы. И это все серебро, которое у них было. Соратники шли неспешно, огибая бухту и почти на подходе к каменной стенке, ограничивающий их участок, из тени вышли сразу трое.
- Ну вот, - сказал Басов. – И соседи нарисовались.
- Деньги давай, - без всяких предисловий заявил передний, гораздо ниже Басова, но раза в полтора шире.
- Главный что ль? – спросил Басов, привыкший в своем времени ко всякого рода наездам.
- Не твое дело, - заявил широкий, поднимая увесистую дубину.
- Ну так бы сразу и сказал, - примирительно произнес Басов и отстегнул от пояса полупустой мешочек, в котором сиротливо болтались жалкие две драхмы и несколько оболов.
Побренчав ими в доказательство, что он ни в коем случае почтенных разбойников не обманывает, Басов протянул мешочек предводителю, но в последний момент выронил его.
Со словами «ах какой же я неловкий» Басов наклонился. Серега ударил от души. Пользуясь тем, что все трое следили за действиями Басова, он занял выгодную позицию справа от него. И предводителю прилетело в левое ухо. Мужик он оказался крепкий, и перед тем как вырубиться громко хрюкнул, обратив тем самым внимание подельников на новые обстоятельства. Но подельники отреагировать просто не успели. Басов из положения «ноги на ширине плеч, наклон вперед» засветил ближайшему гопнику кулаком в промежность. Не ногой конечно, но все равно чувствительно. Ну а Серега врезал второму как раз ногой. Оба почти синхронно согнулись, но Басовский только застонал протяжно, а вот Серегин так вперед и рухнул. Молча.
- Ну и что теперь с этими делать? – поинтересовался Серега, потирая кулак и глядя на три лежащих тела, одно из которых слабо шевелилось и поскуливало.
- Можно конечно прирезать, - задумчиво произнес Басов.
Скулеж усилился.
- А можно и утопить, - обрадовался Серега. – И следов никаких. Вон море, рядом.
- Ну, тем, кому ты приложил, уже все равно, - резонно заметил Басов. – А вот этот еще наверно в силах сам выбрать, - он присел и постучал согнутым пальцем лежащего по маковке. – Эй, тебя прирезать или утопить?
- Пощади, добрый господин! – взвыл ушибленный и, держась за промежность, встал на колени.
В это время тяжело заворочался и застонал предводитель.
- Ты смотри, - удивился Басов. – И этот ожил. Ослаб ты, Серега. Наверно ешь мало. Или наоборот, пьешь много.
- Да ладно, - не смутился Серега. – Я ж в полную силу и не бил.
- Хорошо, реабилитирован, - сказал ему Басов. – Так, теперь с тобой, - он повернулся к стоящему на коленях ушибленному. – Встал и попрыгал. Вот молодец. Должно пройти. Теперь берешь на спину вот этого здорового и тащишь, куда покажу. Если не сможешь, мы его тут и бросим, предварительно приколов. Так что, выбирай
- А что вы с нами сделаете? – голос у клиента подозрительно дрожал.
- Для начала запрем, - подумав, ответил Басов. – А там посмотрим. Рабочие руки нам очень нужны. А вот разбойники, как раз нет.
- А этот? – спросил Серега, показывая на третьего, по-прежнему не подающего признаков жизни.
- Да пусть пока полежит на холодке, - небрежно заметил Басов. - Выживет – его счастье. Нет, значит нет. Через часок проверим.
Управляющий только руками развел.
- Ну а там что? – Басов показал на постройки за стеной.
- Там у нас целый комплекс по переработке винограда. Видишь ли, наше хозяйство специализировалось на виноделии. Поэтому никаких особых вспомогательных служб для огородничества или скотоводства у нас не было. А вот там находятся площадки-давильни, прессы, цистерны для стока сока. Ну и конечно цистерны для сусла и предварительное, так сказать, винохранилище. потому что основное находилось в подвалах внутри стен, а также под самим домом.
- Так там еще и подвал есть? – удивился Басов.
- Есть и довольно глубокий. В одном месте даже в два этажа.
- Как интересно, - протянул Басов
А Злата, услышав про подвал, боязливо поежилась. Басов заметил это и прозорливо предположил, что девушке такие места должны быть знакомы. А в подвале, как известно, держат не за отличную учебу и примерное поведение.
- Ну я, собственно увидел, что хотел, - сказал Басов, повернувшись к управляющему. – Не скрою, усадьба мне понравилась. Как мы теперь будем? Доложишь хозяину или предоставишь это дело мне?
- Что мне-то докладывать? – пожал плечами управляющий. – Я же у него считай, что и не работаю. Сам все обскажешь.
- Да вот, хорошо, что напомнил. Говоришь, не работаешь? А к нам на работу пойдешь в прежней должности?
- Управляющим что ли? А сколько положишь?
- Ну давай пойдем от имеемого. Вот сколько ты получал, так сказать, на старом месте?
Управляющий усмехнулся.
- На старом, говоришь? Одну драхму в день.
- Тогда я положу полторы. Идет? Только платить буду не каждый день, а раз в неделю. Ну, у нас так принято. Жилье, соответственно, бесплатно и питание тоже. Семья есть?
Управляющий посмотрел заинтересованно.
- Семьи нет, - сказал он. – А вот условия меня устраивают.
- Ну и отлично. Тогда насчет бумаг, если надо, договоришься с владельцем.
- А ты разве…
- Я плачу деньги, - усмехнулся Басов. – А владельцем будет другой. Ну он завтра подъедет.
Незаметно подошел Серега. Сделав знак Басову, что все нормально, он с интересом стал оглядываться.
- А там кто? – показал он на соседний участок.
- Там? Ах, там. Так… - он назвал ничего не говорящее имя.
Серега не стал уточнять, чем славен сосед. Он просто принял его имя к сведению. Но Басов знал, что тот рано или поздно наведет о соседе справки.
Распрощавшись с управляющим, общество поехало обратно. Уже когда выехали за огораживающую имение стенку, Злата, которой, видимо, этот вопрос не давал покоя с момента посещения дома, спросила:
- А я там в качестве кого буду? – и посмотрела почти что требовательно.
Серега сделал непроницаемую морду, и отвечать пришлось Басову. Он посмотрел на девушку, усмехнулся, отчего она слегка покраснела и попыталась прикрыть ладошкой растекшийся по скуле синяк.
- Ты будешь в качестве хозяйки, - сказал он буднично, так, словно говорил Искару: - Закрой-ка за мной дверь.
- Как хозяйкой? – испугалась девушка еще недавно, не далее, как вчера бывшая рабыней.
- Да очень просто. Вот ты сейчас видишь перед собой двух хозяев этой усадьбы. Видела еще управляющего, но он наемный работник. Будут и еще наемные работники, будут и рабы. Но свободных женщин больше не будет. По крайней мере, пока. То есть ты, получается, единственная. Ну и кому после этого быть хозяйкой?
- То есть… ты хочешь сказать… что я… свободная? – запинаясь, выговорила Злата.
- А ты чего ж, сомневалась? – вопросом ответил Басов.
- Ой! – сказала девушка и, закрыв лицо ладонями, заплакала.
- Ты чего это? – спросил Басов. – Слышь, Серега, а у нас хозяйка – плакса.
- Ну, дык, - глубокомысленно ответил Серега.
Немилосердно громыхая, повозка подкатила к воротам.
- Нет, - сказал Басов. – Вы как хотите, а я пешком. Нет сил больше терпеть эту тряску. Вот пусть местные архонты покатаются.
И он слез с повозки в твердой решимости преодолеть оставшийся путь на ногах. Следом решительно слезла Злата.
- Ах так! – сказал Серега. – Ну тогда и я.
Искар посмотрел осуждающе и слегка хлестнул мула по спине прутом. Скрипя и подпрыгивая, повозка удалилась.
- Предлагаю зайти на базар, - сказал Серега. – И купить амфору хиосского.
- Это с чего вдруг? – воззрился на него Басов.
- Ну так сделку же надо обмыть.
- В ужин обмоем, - отмахнулся Басов. – Мы еще и деньги не отдали.
- А хиосское надо брать заранее, - заметил Серега. – И потом, мы же не метретес будем брать. Так, по литру на нос.
Возле лавки стояла толпа из целых трех человек. Греки, в отличие от родных советских людей, порядок в очереди соблюдать не могли. Зато очень живо изображали толпу. И каждый что-то говорил, стоящему за прилавком Никитосу. Никитос уже не радовался обилию покупателей. Судя по его замученному виду, самым большим желанием его было послать всех подальше и завалиться на ложе. Но он мужественно отвечал на вопросы, подавал товар, принимал деньги. И все это с улыбкой, с приговором – ну просто загляденье. Басов с Серегой и загляделись, пока Злата не дернула их за хитоны.
- Ах да, - опомнился Басов. – Обед и по делам. Надо до конца оформить сделку и… Серега, когда у нас встреча по товару?
Серега посмотрел непонимающе, потом до него дошло, и он сказал:
- А-а, ты об этом. Завтра вечером вроде.
Никитос, выдернутый из своей любимой лавки, обреченно тащился сзади. Становиться владельцем усадьбы, пусть даже и номинальным, у него как-то душа не лежала. Но что поделать, законы Херсонеса были суровы – нельзя покупать недвижимость, не будучи гражданином. Ждать пока истечет необходимый срок ни Басову, ни Сереге не хотелось. Можно было конечно сунуть кому надо, коррупцию и здесь никто не отменял, но было жалко денег, которые нужны были на другие дела. Поэтому пошли по уже проторенному пути – через Никитоса. Тем более, что он особо и не возражал. Правда и радости не выказывал, ну так это от неведения. Вот прочувствует…
Басов готовился к длительной процедуре с юристами, нотариусами, понятыми и представителями власти. Как-никак приличный кусок земли с капитальными постройками покупал. А Херсонес город цивилизованный или, по крайней мере, старается таковым выглядеть. Каково же было его удивление, когда вместо многочисленной толпы причастных он увидел хозяина, его секретаря и какого-то хмыря из местного муниципалитета. Процедуру провели молниеносно. Никитос что-то там подписал. Владелец тоже подписал. Дольше деньги пересчитывали. Пару драхм отложили ввиду сомнительности их происхождения. Басов не возражал, у него на этот случай был запас. Большой кожаный мешок перешел из рук в руки и уже бывший хозяин поздравил Никитоса с повешенным на шею ярмом.
На обратном пути Серега чуть ли не прыгал, Никитос был задумчив, а Басов радовался про себя, пока совершенно не представляя, чем может обернуться для них приобретение этой усадьбы. Это ж… Басов сказал сам себе, что подумает над этим потом.
Вечером Серега выставил на стол, все-таки купленный кувшин хиосского, которое считалось самым дорогим вином в Херсонесе и окрестностях. Басов предупредил, чтобы приберегли напоследок к фруктам и сладостям, но Серега не послушал и разлил чуть ли не в качестве аперитива. Ну и первым хватанул.
- А я предупреждал, - сказал Басов. – Вот вечно ты старших не слушаешь.
- Шеф, - проскрипел Серега, выпив наверно целый литр воды. – С завтрашнего дня – обязательно.
На следующий день был переезд. Собственно, и перевозить было почти нечего. Взяли кое-какую мебель, которая Никитосу с семейством была непривычна, ложе для Златы, погрузили все это на повозку, Искар разобрал вожжи и поехали. Вернее, пошли, потому что места в повозке не было. Серега нес самую значительную часть имущества – у него к поясу был прицеплен кошель с почти тысячей драхм. Это был весь капитал для начала новой жизни.
Когда проходили ворота, Басов попросил его подождать, а сам прошел в караульное помещение. Начальник караула встретил его настороженно. Но Басов спросил, не предполагается ли в ближайшее время увольнение кого-нибудь из гоплитов по старости или из-за ран.
- Нанять хочешь? – сразу осведомился начальник.
- Ну да, - не стал отнекиваться Басов.
- А сколько платить собираешься?
- Три обола, - не стал скрывать Басов. – Плюс кормежка и кров.
Начальник задумался. Потом спросил:
- А куда обращаться в случае чего?
- А вон усадьба за бухтой, на мысу, - показал Басов. – Спросить любого, все равно ко мне приведут.
Начальник покивал, и Басов пошел догонять своих. Через полчаса добрались до усадьбы.
- Это что, все? – удивился встретивший их управляющий.
- Нет, - успокоил его Басов. – Один сейчас уедет в город. Кстати, кухарка и сторож остаются?
Управляющий его не порадовал.
- Нет, - сказал он. – Они несвободные и с сегодняшнего дня уходят в город.
- Жаль, - не стал скрывать Басов. – Я рассчитывал на них. Получается, у нас пока некому готовить.
- Я, - вдруг сказала доселе молчавшая Злата. – Я могу сварить что-нибудь.
- Давай, - обрадовался Басов. – Давай, девочка. А в кладовых что-нибудь осталось? – обратился он к управляющему.
Тот развел руками.
- Вот гад! – сказал Серега, имея в виду прежнего хозяина.
В результате меланхоличный Искар поехал обратно в город, обремененный заданием, которое он должен был довести до хозяйки, а уж она озаботиться закупкой всего необходимого, которое потом тот же Искар доставит в усадьбу. Вот такое сложное было у него задание. Когда Искар убыл, Басов и Серега допросили с пристрастием управляющего на предмет последовательности работ по ведению внутриусадебного хозяйства.
Сроки уборки винограда, слава Богу, еще не наступили. А так как больше ничего на участке не росло, то Басов первое время мог дышать свободно. Сереге специализация хозяйства в области виноделия очень нравилась. Не нравилось только, что слишком долго приходилось ждать. Ведь даже после сбора и, так сказать, подавления необходимо было дождаться конца процесса брожения, после чего ждать еще, как минимум, два месяца, чтобы вино хоть немного вызрело. Серега был крайне разочарован.
Но Басов не дал ему погрузиться в меланхолию. У него уже был готов краткий план превращения усадьбы в перевалочный пункт из одного мира в другой, а также параллельно в опорный пункт их экспансии на суше и на море. И первой в этом плане, кроме, собственно, обустройства усадьбы до нормальных жилых стандартов, стояла постройка нормальной пристани.
Серега план горячо одобрил и спросил, а с чего, собственно, начинать.
- Начинать мы будем как все нормальные люди – с денег, - ответил Басов. – Поэтому ждем Искара с продуктами, обедаем и едем в город. Нам сегодня надо встретиться с лесоторговцем, нанять плотников и столяров. Кстати, и кухарку. А вечером у нас поездка за товаром. Поэтому садись Серега и пиши список на следующий раз. И первой позицией запиши ручную лебедку на полтонны и пару двушкивных блоков для растительного троса окружностью не меньше тридцати.
Челн приближался к мысу.
- Вон, смотри, стоит! – сказал сидевший на руле Басов.
Серега прекратил грести и повернулся. На самом верху мыса маячила тоненькая фигурка. Злата строго выполняла просьбу Басова.
- Надо немного от берега отойти, - сказал Серега. – Иначе сверху не видно будет. Там очень хитрый откос, сначала метра три просто крутой склон, а потом практически отрицательная стенка. Поэтому нас сверху никто видеть и не мог.
- Надо – отойдем, - сказал Басов. – Ты греби, не отвлекайся.
Напротив портала Басов скомандовал: «Табань!» и махнул Злате. Та махнула в ответ и скрылась из вида. Потом появилась вновь, таща на животе большой камень. Плюхнув его на место, опять махнула Басову.
- Все, иди! – крикнул Басов. – Давай, Серега, к ловушке.
На этот раз они не пошли сразу в порт, а сначала завернули к себе, где на будущем Песочном пляже ждала их Злата с большой корзиной. Серега щедро загрузил ее рыбой.
- Дотащишь? – спросил он с сомнением.
- Дотащу, - пропыхтела девчонка, чуть ли, не ломаясь в поясе.
Обратно Басов с Серегой возвращались почти в сумерках. Рыба была продана уже известному оптовику за две драхмы. И это все серебро, которое у них было. Соратники шли неспешно, огибая бухту и почти на подходе к каменной стенке, ограничивающий их участок, из тени вышли сразу трое.
- Ну вот, - сказал Басов. – И соседи нарисовались.
- Деньги давай, - без всяких предисловий заявил передний, гораздо ниже Басова, но раза в полтора шире.
- Главный что ль? – спросил Басов, привыкший в своем времени ко всякого рода наездам.
- Не твое дело, - заявил широкий, поднимая увесистую дубину.
- Ну так бы сразу и сказал, - примирительно произнес Басов и отстегнул от пояса полупустой мешочек, в котором сиротливо болтались жалкие две драхмы и несколько оболов.
Побренчав ими в доказательство, что он ни в коем случае почтенных разбойников не обманывает, Басов протянул мешочек предводителю, но в последний момент выронил его.
Со словами «ах какой же я неловкий» Басов наклонился. Серега ударил от души. Пользуясь тем, что все трое следили за действиями Басова, он занял выгодную позицию справа от него. И предводителю прилетело в левое ухо. Мужик он оказался крепкий, и перед тем как вырубиться громко хрюкнул, обратив тем самым внимание подельников на новые обстоятельства. Но подельники отреагировать просто не успели. Басов из положения «ноги на ширине плеч, наклон вперед» засветил ближайшему гопнику кулаком в промежность. Не ногой конечно, но все равно чувствительно. Ну а Серега врезал второму как раз ногой. Оба почти синхронно согнулись, но Басовский только застонал протяжно, а вот Серегин так вперед и рухнул. Молча.
- Ну и что теперь с этими делать? – поинтересовался Серега, потирая кулак и глядя на три лежащих тела, одно из которых слабо шевелилось и поскуливало.
- Можно конечно прирезать, - задумчиво произнес Басов.
Скулеж усилился.
- А можно и утопить, - обрадовался Серега. – И следов никаких. Вон море, рядом.
- Ну, тем, кому ты приложил, уже все равно, - резонно заметил Басов. – А вот этот еще наверно в силах сам выбрать, - он присел и постучал согнутым пальцем лежащего по маковке. – Эй, тебя прирезать или утопить?
- Пощади, добрый господин! – взвыл ушибленный и, держась за промежность, встал на колени.
В это время тяжело заворочался и застонал предводитель.
- Ты смотри, - удивился Басов. – И этот ожил. Ослаб ты, Серега. Наверно ешь мало. Или наоборот, пьешь много.
- Да ладно, - не смутился Серега. – Я ж в полную силу и не бил.
- Хорошо, реабилитирован, - сказал ему Басов. – Так, теперь с тобой, - он повернулся к стоящему на коленях ушибленному. – Встал и попрыгал. Вот молодец. Должно пройти. Теперь берешь на спину вот этого здорового и тащишь, куда покажу. Если не сможешь, мы его тут и бросим, предварительно приколов. Так что, выбирай
- А что вы с нами сделаете? – голос у клиента подозрительно дрожал.
- Для начала запрем, - подумав, ответил Басов. – А там посмотрим. Рабочие руки нам очень нужны. А вот разбойники, как раз нет.
- А этот? – спросил Серега, показывая на третьего, по-прежнему не подающего признаков жизни.
- Да пусть пока полежит на холодке, - небрежно заметил Басов. - Выживет – его счастье. Нет, значит нет. Через часок проверим.
