Я. Могла. Не. Вернуться.
Я закрыла глаза, и пустота снова нахлынула. Та самая, серая, бесконечная.
Это хуже, чем заточение в сосуде. Там была хоть какая-то надежда. А тут…
Меня пробрал озноб. Начало колотить.
Я вернулась в ванную, снова встала под горячий душ. Вода лилась на спину, обжигала, но холод сидел где-то внутри. Паника начала расползаться по моему сознанию.
Меня. Могло. Не. Стать.
Я. Могла. Исчезнуть.
Навсегда.
Я вытерлась полотенцем, пытаясь растереть кожу посильней, дышать, отвлекаться на рутинные действия, метод диссоциации…
Чёрт. Ничего не работает.
Вдох. Выдох. Ира. Заземляйся. Сергей тебя ждёт, дети ждут. Ты — здесь. Дыши.
Я накинула халат, цепляясь за такие простые движения, и вышла к Каину.
— Мне нужен горячий сладкий чай, — проговорила я сквозь дрожь и стук зубов. — И чтобы кто-то был рядом. Иначе я сойду с ума. Меня накрыло.
Я села на диван и начала дышать в ладошки. Когда-то слышала про такой метод, и в фильмах часто показывают, как паникующих заставляют дышать в кулёк — что-то там про углекислый газ, угнетение нервной системы. И я дышала. А ещё надо считать… И я считала. Вдох. Раз. Выдох. Два.
Каин принёс чай, сел рядом, обнял за плечи и прижал к себе.
— Выдохни. Всё закончилось. Я буду считать с тобой.
Я кивнула, не в силах говорить.
Вдох. Три. Выдох. Четыре.
Рядом было тепло. Каин не просто сидел и считал — он держал, не давая рассыпаться. Ровно. Спокойно. Как учили в храме. Как учил Сергей.
— …семнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать. Двадцать.
Дыхание выровнялось. Дрожь утихла.
— Спасибо, — сказала я.
Каин подал чай. Зубы уже не стучали. От тёплого напитка начало клонить в сон. Я отставила кружку.
— Ты молодец, — тихо сказал Каин. — Для меня честь быть в твоей команде. Таких, как ты, я не встречал. Всё. Иди спать.
Он поднял меня с дивана и довёл до кровати, уложил как ребенка. Я уже уплывала в сон. Организму нужен был отдых, очень нужен. Уже сквозь дрёму я почувствовала, как Каин укрыл меня и вышел.
**// вариация на тему Каин, первый набросок - мой набросок 1999 года, с него писался Каин, второй - доработка ИИ Леонардо
Утром нас пригласили в малую столовую восточного крыла. Место было уютным, почти домашним — не чета парадным залам. Стол накрыт на десять человек, но гостей было немного.
Нас встретил высокий, статный мужчина с благородной осанкой, которую не спутаешь ни с чем. Седые волосы, стянутые на затылке, открывали остроконечные уши. Его лицо было спокойным, даже отстранённым, но глаза — цвета старого янтаря — смотрели цепко. В нём чувствовалась сдержанная, древняя сила. Густые седые усы придавали ему сходство с мудрым лесным королём.
— Лорд Миррисвель, — представился он, поворачиваясь ко мне и протягивая руку. — Отец Наянель. Благодарю вас. За дочь.
Я пожала его руку, чувствуя себя неловко.
— Я просто сделала то, что должна была, — ответила я.
— Должны? — лорд усмехнулся. — Наянель рассказала мне, что произошло. Вы вытащили её из пустоты, когда себя-то должны были с трудом помнить, но подумали о другом...
Я хотела сказать, что не могла иначе, но он поднял руку.
— Не скромничайте. Я знаю, что такое Сон разума. Знаю, чего стоит вырваться из него самому. А вы вытащили другого человека не просто из сна, а из небытия. Это выше всяких похвал.
Он перевёл взгляд на Лорэна, потом на Каина, потом снова на меня.
— Ваша команда, как я понимаю, тоже не осталась в стороне.
— Без них я бы не справилась.
Я посмотрела на Наянель. Под глазами — тени, в уголках губ — едва заметная горечь. Держится молодцом, но видно, что силы на пределе.
— Наянель, простите за бестактность, но вы… вы хорошо себя чувствуете? Может, перенесём завтрак? Не надо ради нас…
Она подняла голову, и в её глазах мелькнула слабая, но искренняя улыбка.
— Ничего страшного. Я с удовольствием проведу с вами время. После того, что было… мне нужно не замыкаться в себе. А с вами, — она посмотрела на меня, потом на Лорэна, — я чувствую себя в безопасности.
Лорд Миррисвель, до этого молчавший, положил руку на плечо дочери.
— Вечером у Наянель была истерика. После того, что произошло. Пришлось приглашать придворных целителей. Лучших в столице. — Его голос стал тише, жёстче. — Полночи не могли привести дочь в себя. Говорят, ещё немного — и я мог её потерять. Уже не в небытии… Психика могла не справиться. Целителям вдвоём пришлось потрудиться.
— А Вы? — спросила Наянель вдруг, поднимая на меня глаза.
Я покачала головой.
— Вечером было плохо, но у меня свои методы. Справилась…
Я посмотрела на Каина. Он чуть кивнул.
Лорэн повернулся ко мне. В его глазах мелькнул вопрос — и тут же погас. Он ничего не сказал. Элиана подалась вперёд, замерла на мгновение, но тоже промолчала.
Лорд Миррисвель перевёл взгляд с меня на Каина, потом обратно. В его глазах светилось уважение и что-то еще похожее на восторг.
— Вы справились сами, — сказал он. — Без целителей. После такого стресса. Поразительно.
Я не знала, что на это ответить.
Мы расселись за столом. Наянель оказалась рядом с Лорэном, и я заметила, как он то и дело бросает на неё взгляды, которых раньше у него не было. Она — тоже. Между ними будто пробегали искры, едва заметные, но я их чувствовала.
Элиана перехватила мой взгляд и едва заметно улыбнулась.
Каин делал вид, что ничего не замечает.
Четвёртый, как всегда, был невидим, но я чувствовала его присутствие где-то рядом. И ещё одно — лёгкий холодок. Ирения. Она тоже здесь.
— У меня для вас есть подарок, — сказал лорд Миррисвель, когда слуги унесли второе блюдо. Он сделал знак, и один из его людей принёс тяжёлый, окованный серебром ларец. — Я знаю, кто вы, молодой человек. — Он посмотрел на Лорэна. — Вы работаете в Совете над ритуалом против Голода. Я слежу за этими исследованиями.
Потом перевёл взгляд на меня.
— Видел, Рина, что вы, в отличие от других девушек, интересуетесь боевыми искусствами. Поэтому эти свитки будут интересны всем в вашей команде.
Лорэн открыл ларец. Внутри, на тёмном бархате, лежали несколько старых свитков в потёртых кожаных футлярах. Он осторожно взял первый, развернул.
— «Душа, тело, разум — триединство воина», — прочитал он, и его голос дрогнул. — Это же… это же один из древнейших трактатов! Я думал, он утерян безвозвратно.
— Думаю, вы сможете почерпнуть из него полезную для наших миров информацию, — сказал лорд Миррисвель.
Лорэн осторожно взял первый свиток. Его глаза загорелись.
— Здесь техники, о которых я только слышал. Энергетические структуры, боевые плетения, работа с сознанием… Это же… — он посмотрел на меня. — Я тебе почитаю. Ты пока не умеешь читать на нашем языке, а учиться сейчас некогда.
И снова уткнулся в свиток.
— А мне тоже почитаешь? — усмехнулся Каин.
— И мне, — раздался из воздуха голос Четвёртого.
— Сами прочитаете, не дети, — огрызнулся Лорэн, но от свитка не оторвался.
Лорд Миррисвель, кажется, впервые заметил, что в комнате есть кто-то ещё.
— Это… — начал он, махнув рукой в сторону, откуда донесся голос.
— Наиль, — ответила я. — Наш Четвёртый. Не обращайте внимания.
А потом я почувствовала знакомый холодок. Ирения.
— А мне тоже дадите почитать? — её голос был тихим, но в нём чувствовалось любопытство. — Когда-то я была неплохим боевым магом. Может, и подскажу что-то…
Лорд Миррисвель перевёл взгляд на меня, потом на пустой угол, откуда доносился голос.
— Однако, вот это у вас помощники…
— Самые лучшие, — усмехнулась я.
Наянель тихо рассмеялась. Легко, спокойно. Кажется, напряжение вчерашнего дня начало ее отпускать. И я заметила, как её рука на мгновение коснулась руки Лорэна. Лорэн посмотрел на Наянель и тепло улыбнулся, но потом снова уткнулся в свиток.
— Я снимаю свою кандидатуру с отбора, — сказала вдруг Наянель. — Отец договорился с Хранителем. В качестве компенсации за нарушение испытания мы имеем на это право.
Я подняла бровь.
— Но вы же прошли…
— Прошла, — кивнула она. — Но… я не настолько хочу замуж за принца. А отказаться не могла — артефакт выбрал. И играть нужно было по полной, иначе была бы отдача. Если специально проиграешь, артефакт может наказать.
Я посмотрела на свою команду.
— И я узнаю об этом только сейчас?
— А ты разве планировала отказываться? — парировала Элиана. — Так зачем забивать голову ненужной информацией?
— А если бы решила? Оберегали меня как от Ирении? — во мне проснулась язва, а может, просто был отходняк после вчерашнего стресса. Да еще тренировок не было ни вечером, ни утром. Утром я встала как обычно, но во дворе Каину показалось что-то угрожающее, и мы вернулись в крыло и продолжили тренировку в коридоре, недолго, а потом стали повторять танец.
— Девочки, не ссорьтесь, — раздался голос Четвёртого.
Я прикусила язык. Глупо. Они правы, незачем было забивать голову. И вообще, что это на меня нашло? С утра всё было нормально, а теперь… Может, тренировок не хватило?
Лорд Миррисвель переводил взгляд с меня на Элиану и на стул, с которого слышался голос Четвёртого, с какой-то отеческой усмешкой.
— Лорд Миррисвель, — сказала я, чувствуя, что напряжение надо снимать. — Мы планируем прогуляться после завтрака. Не отпустите ли Наянель с нами?
Лорд всё понял. Усмехнулся в усы.
— Дочь, ты пойдёшь на прогулку?
Наянель слегка порозовела, снова бросила взгляд на Лорэна.
— Если вы позволите, отец.
— Тогда позвольте откланяться, молодёжь, отдыхайте, гуляйте.
Лорд Миррисвель поднялся из-за стола, поклонился и ушёл.
— Наянель, вам хватит получаса на сборы? — спросила я. — Мы зайдём за вами.
— Да, спасибо, — ответила она. — Я буду вас ждать.
Мы поблагодарили за завтрак, Лорэн взял шкатулку, и мы вернулись в своё крыло.
— Что за прогулка? — возмутилась Элиана. — Тебе репетировать танец надо…
— Всё правильно, — ответила я. — Вы с Лорэном и Наянель пойдёте гулять. А мы с Каином будем репетировать.
Элиана открыла рот, чтобы возразить, потом посмотрела на Лорэна, который уже успел открыть шкатулку и снова уткнулся в свиток, потом на меня, потом снова на Лорэна.
— А, поняла, — сказала она с хитрой улыбкой. — Хорошая идея. Идём, Лорэн, поможешь мне выбрать, в какой парк лучше пойти.
Лорэн поднял голову, явно отвлекаясь от свитка с трудом.
— Что? А… да, конечно.
Каин дождался, пока они выйдут, и посмотрел на меня.
— Ты действительно хочешь репетировать? Уверена, что тебе сейчас нужно именно это?
— Я уверена, что мне не хватает тренировок, — призналась я. — что-то я начала на людей срываться.
— Тогда на полигон, — сказал он, и в его голосе впервые за утро прозвучало одобрение.
Мы вышли во двор. Я сделала глубокий вдох. Воздух был холодным, но свежим. Хороший день для того, чтобы снова почувствовать себя живой.
Занимаясь тренировкой, мы не забыли повторить элементы танца. Ощущения враждебности или наблюдения больше не было, и мы не переживали, что кто-то увидит наш номер. Закончили мы уже в своём крыле, куда вернулись разгорячённые, но довольные.
К возвращению Элианы и Лорэна — они как раз вернулись с прогулки — танец мы могли танцевать даже без музыки. Однако Элиана, едва переступив порог, потребовала показать всё целиком. Пришлось прогнать номер ещё раз под музыку и со световыми эффектами, которые устроил для нас Лорэн. Элиана осталась довольна.
— А теперь на обед, — объявила она. — Там общий сбор. А после обеда — подготовка к балу.
Я кивнула, тяжело вздохнув, представив, что Элиана будет со мной делать: причёска, макияж, платье подогнать… маска…
К обеду спустились в столовую. Хранитель подождал, пока унесут тарелки, и только тогда заговорил. Его голос был сух и лишён эмоций, как всегда, будто не было вчерашнего дня.
— Три испытания пройдены. Из тринадцати участниц осталось пятеро. Впереди — заключительный этап: испытание на Совместимость. Однако перед ним будет неделя, отведённая для взаимного познания. Вы будете проводить время с Его Высочеством, Принцем Эдораном. Вечером бал. Напоминаю, что мы ждём на бал всех участниц, даже выбывших. Также ждём от всех вас номера.
Слова повисли в воздухе.
После обеда мы вернулись в наше крыло. Времени до вечера оставалось немного, и мы занялись самым важным — подготовкой к маскараду. Танец был отточен до автоматизма, теперь оставалось главное: сделать так, чтобы на балу меня никто не узнал.
Я решила развлечься. Мы с Элианой взялись создавать призрака — Элиана будет моей копией на балу. Принц будет знать, кто я на самом деле, а остальные пусть гадают, кто из нас настоящая. Команду мы тоже решили не посвящать — пусть их реакция будет естественной.
Ирения крутилась вокруг нас, давая советы и оценивая со стороны. Что сказать, женщина — сама не может нарядиться, так хоть в процессе поучаствовала.
Самая кропотливая работа началась с внешности.
Мои пепельно-русые волосы исчезли под ловкими пальцами Элианы. На их месте появились густые, тяжёлые пряди цвета тёмного шоколада, уложенные в сложную, воздушную причёску. Я смотрела в зеркало и не узнавала себя.
Я заказала у шкафа полную венецианскую маску, закрывающую лицо до подбородка. Она была сделана из папье-маше цвета слоновой кости с тончайшей позолотой по краям. Отверстия для глаз — узкие, затянутые тёмной тканью, сквозь которую можно было видеть, но которая скрадывала цвет и выражение глаз.
С фигурой пришлось повозиться. Моё тело было телом воина и аскета — стройное, без лишних округлостей. В этом мире такие формы не в моде. Пришлось вспомнить хитрости портных: корсет с дополнительными вставками, валики по бокам, драпировка, зрительно расширяющая бёдра. В итоге я выглядела почт как Элиана.
Мы создали для Элианы такое же платье, чуть отличающееся по оттенку (у меня — глубокий цвет ночного моря, у неё — тёмный, как чернила), но абсолютно одинаковое по силуэту и деталям. Её волосы мы уложили так же, маску сделали зеркальным отражением моей.
Проверку устроили в гостиной, когда позвали Каина и Лорэна. Мы с Элианой стояли к ним лицом — в идентичных платьях, причёсках и масках.
— Узнайте свою претендентку, — объявила Ирения со смехом.
Мужчины несколько секунд молча изучали нас. Каин первым сдался:
— Чушь. Вы как две капли воды.
Я чувствовала полёт Четвёртого вокруг нас и слышала его бормотание:
— Вот учудили, придумали же тоже…
Лорэн, прищурившись, указал на Элиану: «Это Рина? Нет… слишком уверенная осанка…» — и затем на меня: «А это… слишком спокойное дыхание…» В итоге он ошибся.
Моя шутка удалась. Даже наши мужчины, зная нас, не смогли с уверенностью отличить одну от другой.
Чтобы меня не узнали по моей команде, на балу решили держаться друг от друга на расстоянии.
Мы были готовы к выходу. Элиана в последний раз поправила на мне маску, Ирения кружила где-то под потолком, оценивая. Четвёртый молчал.
— Всё, — сказала Элиана, отступая на шаг. — Я даже себя не узнаю.
— Тогда пора, — отозвался Лорэн. — Хранитель предупредил: доставка на бал — портальная. Тайна должна быть соблюдена максимально.
Я закрыла глаза, и пустота снова нахлынула. Та самая, серая, бесконечная.
Это хуже, чем заточение в сосуде. Там была хоть какая-то надежда. А тут…
Меня пробрал озноб. Начало колотить.
Я вернулась в ванную, снова встала под горячий душ. Вода лилась на спину, обжигала, но холод сидел где-то внутри. Паника начала расползаться по моему сознанию.
Меня. Могло. Не. Стать.
Я. Могла. Исчезнуть.
Навсегда.
Я вытерлась полотенцем, пытаясь растереть кожу посильней, дышать, отвлекаться на рутинные действия, метод диссоциации…
Чёрт. Ничего не работает.
Вдох. Выдох. Ира. Заземляйся. Сергей тебя ждёт, дети ждут. Ты — здесь. Дыши.
Я накинула халат, цепляясь за такие простые движения, и вышла к Каину.
— Мне нужен горячий сладкий чай, — проговорила я сквозь дрожь и стук зубов. — И чтобы кто-то был рядом. Иначе я сойду с ума. Меня накрыло.
Я села на диван и начала дышать в ладошки. Когда-то слышала про такой метод, и в фильмах часто показывают, как паникующих заставляют дышать в кулёк — что-то там про углекислый газ, угнетение нервной системы. И я дышала. А ещё надо считать… И я считала. Вдох. Раз. Выдох. Два.
Каин принёс чай, сел рядом, обнял за плечи и прижал к себе.
— Выдохни. Всё закончилось. Я буду считать с тобой.
Я кивнула, не в силах говорить.
Вдох. Три. Выдох. Четыре.
Рядом было тепло. Каин не просто сидел и считал — он держал, не давая рассыпаться. Ровно. Спокойно. Как учили в храме. Как учил Сергей.
— …семнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать. Двадцать.
Дыхание выровнялось. Дрожь утихла.
— Спасибо, — сказала я.
Каин подал чай. Зубы уже не стучали. От тёплого напитка начало клонить в сон. Я отставила кружку.
— Ты молодец, — тихо сказал Каин. — Для меня честь быть в твоей команде. Таких, как ты, я не встречал. Всё. Иди спать.
Он поднял меня с дивана и довёл до кровати, уложил как ребенка. Я уже уплывала в сон. Организму нужен был отдых, очень нужен. Уже сквозь дрёму я почувствовала, как Каин укрыл меня и вышел.
**// вариация на тему Каин, первый набросок - мой набросок 1999 года, с него писался Каин, второй - доработка ИИ Леонардо
Глава 15 Утро после бури
Утром нас пригласили в малую столовую восточного крыла. Место было уютным, почти домашним — не чета парадным залам. Стол накрыт на десять человек, но гостей было немного.
Нас встретил высокий, статный мужчина с благородной осанкой, которую не спутаешь ни с чем. Седые волосы, стянутые на затылке, открывали остроконечные уши. Его лицо было спокойным, даже отстранённым, но глаза — цвета старого янтаря — смотрели цепко. В нём чувствовалась сдержанная, древняя сила. Густые седые усы придавали ему сходство с мудрым лесным королём.
— Лорд Миррисвель, — представился он, поворачиваясь ко мне и протягивая руку. — Отец Наянель. Благодарю вас. За дочь.
Я пожала его руку, чувствуя себя неловко.
— Я просто сделала то, что должна была, — ответила я.
— Должны? — лорд усмехнулся. — Наянель рассказала мне, что произошло. Вы вытащили её из пустоты, когда себя-то должны были с трудом помнить, но подумали о другом...
Я хотела сказать, что не могла иначе, но он поднял руку.
— Не скромничайте. Я знаю, что такое Сон разума. Знаю, чего стоит вырваться из него самому. А вы вытащили другого человека не просто из сна, а из небытия. Это выше всяких похвал.
Он перевёл взгляд на Лорэна, потом на Каина, потом снова на меня.
— Ваша команда, как я понимаю, тоже не осталась в стороне.
— Без них я бы не справилась.
Я посмотрела на Наянель. Под глазами — тени, в уголках губ — едва заметная горечь. Держится молодцом, но видно, что силы на пределе.
— Наянель, простите за бестактность, но вы… вы хорошо себя чувствуете? Может, перенесём завтрак? Не надо ради нас…
Она подняла голову, и в её глазах мелькнула слабая, но искренняя улыбка.
— Ничего страшного. Я с удовольствием проведу с вами время. После того, что было… мне нужно не замыкаться в себе. А с вами, — она посмотрела на меня, потом на Лорэна, — я чувствую себя в безопасности.
Лорд Миррисвель, до этого молчавший, положил руку на плечо дочери.
— Вечером у Наянель была истерика. После того, что произошло. Пришлось приглашать придворных целителей. Лучших в столице. — Его голос стал тише, жёстче. — Полночи не могли привести дочь в себя. Говорят, ещё немного — и я мог её потерять. Уже не в небытии… Психика могла не справиться. Целителям вдвоём пришлось потрудиться.
— А Вы? — спросила Наянель вдруг, поднимая на меня глаза.
Я покачала головой.
— Вечером было плохо, но у меня свои методы. Справилась…
Я посмотрела на Каина. Он чуть кивнул.
Лорэн повернулся ко мне. В его глазах мелькнул вопрос — и тут же погас. Он ничего не сказал. Элиана подалась вперёд, замерла на мгновение, но тоже промолчала.
Лорд Миррисвель перевёл взгляд с меня на Каина, потом обратно. В его глазах светилось уважение и что-то еще похожее на восторг.
— Вы справились сами, — сказал он. — Без целителей. После такого стресса. Поразительно.
Я не знала, что на это ответить.
Мы расселись за столом. Наянель оказалась рядом с Лорэном, и я заметила, как он то и дело бросает на неё взгляды, которых раньше у него не было. Она — тоже. Между ними будто пробегали искры, едва заметные, но я их чувствовала.
Элиана перехватила мой взгляд и едва заметно улыбнулась.
Каин делал вид, что ничего не замечает.
Четвёртый, как всегда, был невидим, но я чувствовала его присутствие где-то рядом. И ещё одно — лёгкий холодок. Ирения. Она тоже здесь.
— У меня для вас есть подарок, — сказал лорд Миррисвель, когда слуги унесли второе блюдо. Он сделал знак, и один из его людей принёс тяжёлый, окованный серебром ларец. — Я знаю, кто вы, молодой человек. — Он посмотрел на Лорэна. — Вы работаете в Совете над ритуалом против Голода. Я слежу за этими исследованиями.
Потом перевёл взгляд на меня.
— Видел, Рина, что вы, в отличие от других девушек, интересуетесь боевыми искусствами. Поэтому эти свитки будут интересны всем в вашей команде.
Лорэн открыл ларец. Внутри, на тёмном бархате, лежали несколько старых свитков в потёртых кожаных футлярах. Он осторожно взял первый, развернул.
— «Душа, тело, разум — триединство воина», — прочитал он, и его голос дрогнул. — Это же… это же один из древнейших трактатов! Я думал, он утерян безвозвратно.
— Думаю, вы сможете почерпнуть из него полезную для наших миров информацию, — сказал лорд Миррисвель.
Лорэн осторожно взял первый свиток. Его глаза загорелись.
— Здесь техники, о которых я только слышал. Энергетические структуры, боевые плетения, работа с сознанием… Это же… — он посмотрел на меня. — Я тебе почитаю. Ты пока не умеешь читать на нашем языке, а учиться сейчас некогда.
И снова уткнулся в свиток.
— А мне тоже почитаешь? — усмехнулся Каин.
— И мне, — раздался из воздуха голос Четвёртого.
— Сами прочитаете, не дети, — огрызнулся Лорэн, но от свитка не оторвался.
Лорд Миррисвель, кажется, впервые заметил, что в комнате есть кто-то ещё.
— Это… — начал он, махнув рукой в сторону, откуда донесся голос.
— Наиль, — ответила я. — Наш Четвёртый. Не обращайте внимания.
А потом я почувствовала знакомый холодок. Ирения.
— А мне тоже дадите почитать? — её голос был тихим, но в нём чувствовалось любопытство. — Когда-то я была неплохим боевым магом. Может, и подскажу что-то…
Лорд Миррисвель перевёл взгляд на меня, потом на пустой угол, откуда доносился голос.
— Однако, вот это у вас помощники…
— Самые лучшие, — усмехнулась я.
Наянель тихо рассмеялась. Легко, спокойно. Кажется, напряжение вчерашнего дня начало ее отпускать. И я заметила, как её рука на мгновение коснулась руки Лорэна. Лорэн посмотрел на Наянель и тепло улыбнулся, но потом снова уткнулся в свиток.
— Я снимаю свою кандидатуру с отбора, — сказала вдруг Наянель. — Отец договорился с Хранителем. В качестве компенсации за нарушение испытания мы имеем на это право.
Я подняла бровь.
— Но вы же прошли…
— Прошла, — кивнула она. — Но… я не настолько хочу замуж за принца. А отказаться не могла — артефакт выбрал. И играть нужно было по полной, иначе была бы отдача. Если специально проиграешь, артефакт может наказать.
Я посмотрела на свою команду.
— И я узнаю об этом только сейчас?
— А ты разве планировала отказываться? — парировала Элиана. — Так зачем забивать голову ненужной информацией?
— А если бы решила? Оберегали меня как от Ирении? — во мне проснулась язва, а может, просто был отходняк после вчерашнего стресса. Да еще тренировок не было ни вечером, ни утром. Утром я встала как обычно, но во дворе Каину показалось что-то угрожающее, и мы вернулись в крыло и продолжили тренировку в коридоре, недолго, а потом стали повторять танец.
— Девочки, не ссорьтесь, — раздался голос Четвёртого.
Я прикусила язык. Глупо. Они правы, незачем было забивать голову. И вообще, что это на меня нашло? С утра всё было нормально, а теперь… Может, тренировок не хватило?
Лорд Миррисвель переводил взгляд с меня на Элиану и на стул, с которого слышался голос Четвёртого, с какой-то отеческой усмешкой.
— Лорд Миррисвель, — сказала я, чувствуя, что напряжение надо снимать. — Мы планируем прогуляться после завтрака. Не отпустите ли Наянель с нами?
Лорд всё понял. Усмехнулся в усы.
— Дочь, ты пойдёшь на прогулку?
Наянель слегка порозовела, снова бросила взгляд на Лорэна.
— Если вы позволите, отец.
— Тогда позвольте откланяться, молодёжь, отдыхайте, гуляйте.
Лорд Миррисвель поднялся из-за стола, поклонился и ушёл.
— Наянель, вам хватит получаса на сборы? — спросила я. — Мы зайдём за вами.
— Да, спасибо, — ответила она. — Я буду вас ждать.
Мы поблагодарили за завтрак, Лорэн взял шкатулку, и мы вернулись в своё крыло.
— Что за прогулка? — возмутилась Элиана. — Тебе репетировать танец надо…
— Всё правильно, — ответила я. — Вы с Лорэном и Наянель пойдёте гулять. А мы с Каином будем репетировать.
Элиана открыла рот, чтобы возразить, потом посмотрела на Лорэна, который уже успел открыть шкатулку и снова уткнулся в свиток, потом на меня, потом снова на Лорэна.
— А, поняла, — сказала она с хитрой улыбкой. — Хорошая идея. Идём, Лорэн, поможешь мне выбрать, в какой парк лучше пойти.
Лорэн поднял голову, явно отвлекаясь от свитка с трудом.
— Что? А… да, конечно.
Каин дождался, пока они выйдут, и посмотрел на меня.
— Ты действительно хочешь репетировать? Уверена, что тебе сейчас нужно именно это?
— Я уверена, что мне не хватает тренировок, — призналась я. — что-то я начала на людей срываться.
— Тогда на полигон, — сказал он, и в его голосе впервые за утро прозвучало одобрение.
Мы вышли во двор. Я сделала глубокий вдох. Воздух был холодным, но свежим. Хороший день для того, чтобы снова почувствовать себя живой.
***
Занимаясь тренировкой, мы не забыли повторить элементы танца. Ощущения враждебности или наблюдения больше не было, и мы не переживали, что кто-то увидит наш номер. Закончили мы уже в своём крыле, куда вернулись разгорячённые, но довольные.
К возвращению Элианы и Лорэна — они как раз вернулись с прогулки — танец мы могли танцевать даже без музыки. Однако Элиана, едва переступив порог, потребовала показать всё целиком. Пришлось прогнать номер ещё раз под музыку и со световыми эффектами, которые устроил для нас Лорэн. Элиана осталась довольна.
— А теперь на обед, — объявила она. — Там общий сбор. А после обеда — подготовка к балу.
Я кивнула, тяжело вздохнув, представив, что Элиана будет со мной делать: причёска, макияж, платье подогнать… маска…
К обеду спустились в столовую. Хранитель подождал, пока унесут тарелки, и только тогда заговорил. Его голос был сух и лишён эмоций, как всегда, будто не было вчерашнего дня.
— Три испытания пройдены. Из тринадцати участниц осталось пятеро. Впереди — заключительный этап: испытание на Совместимость. Однако перед ним будет неделя, отведённая для взаимного познания. Вы будете проводить время с Его Высочеством, Принцем Эдораном. Вечером бал. Напоминаю, что мы ждём на бал всех участниц, даже выбывших. Также ждём от всех вас номера.
Слова повисли в воздухе.
После обеда мы вернулись в наше крыло. Времени до вечера оставалось немного, и мы занялись самым важным — подготовкой к маскараду. Танец был отточен до автоматизма, теперь оставалось главное: сделать так, чтобы на балу меня никто не узнал.
Я решила развлечься. Мы с Элианой взялись создавать призрака — Элиана будет моей копией на балу. Принц будет знать, кто я на самом деле, а остальные пусть гадают, кто из нас настоящая. Команду мы тоже решили не посвящать — пусть их реакция будет естественной.
Ирения крутилась вокруг нас, давая советы и оценивая со стороны. Что сказать, женщина — сама не может нарядиться, так хоть в процессе поучаствовала.
Самая кропотливая работа началась с внешности.
Мои пепельно-русые волосы исчезли под ловкими пальцами Элианы. На их месте появились густые, тяжёлые пряди цвета тёмного шоколада, уложенные в сложную, воздушную причёску. Я смотрела в зеркало и не узнавала себя.
Я заказала у шкафа полную венецианскую маску, закрывающую лицо до подбородка. Она была сделана из папье-маше цвета слоновой кости с тончайшей позолотой по краям. Отверстия для глаз — узкие, затянутые тёмной тканью, сквозь которую можно было видеть, но которая скрадывала цвет и выражение глаз.
С фигурой пришлось повозиться. Моё тело было телом воина и аскета — стройное, без лишних округлостей. В этом мире такие формы не в моде. Пришлось вспомнить хитрости портных: корсет с дополнительными вставками, валики по бокам, драпировка, зрительно расширяющая бёдра. В итоге я выглядела почт как Элиана.
Мы создали для Элианы такое же платье, чуть отличающееся по оттенку (у меня — глубокий цвет ночного моря, у неё — тёмный, как чернила), но абсолютно одинаковое по силуэту и деталям. Её волосы мы уложили так же, маску сделали зеркальным отражением моей.
Проверку устроили в гостиной, когда позвали Каина и Лорэна. Мы с Элианой стояли к ним лицом — в идентичных платьях, причёсках и масках.
— Узнайте свою претендентку, — объявила Ирения со смехом.
Мужчины несколько секунд молча изучали нас. Каин первым сдался:
— Чушь. Вы как две капли воды.
Я чувствовала полёт Четвёртого вокруг нас и слышала его бормотание:
— Вот учудили, придумали же тоже…
Лорэн, прищурившись, указал на Элиану: «Это Рина? Нет… слишком уверенная осанка…» — и затем на меня: «А это… слишком спокойное дыхание…» В итоге он ошибся.
Моя шутка удалась. Даже наши мужчины, зная нас, не смогли с уверенностью отличить одну от другой.
Чтобы меня не узнали по моей команде, на балу решили держаться друг от друга на расстоянии.
Глава 16 Бал-маскарад – и любовь, и война.
Мы были готовы к выходу. Элиана в последний раз поправила на мне маску, Ирения кружила где-то под потолком, оценивая. Четвёртый молчал.
— Всё, — сказала Элиана, отступая на шаг. — Я даже себя не узнаю.
— Тогда пора, — отозвался Лорэн. — Хранитель предупредил: доставка на бал — портальная. Тайна должна быть соблюдена максимально.
