И какие угодно рисунки, нарисованные хоть мелом на деревянном полу, хоть кровью на мраморном.
И песнопения вполне могли быть. Вот только взывать при этом к добру и справедливости? Похоже, люди проводившие ритуал, понятия не имели, что именно зовут в мир.
Виресей на происходящее смотрел жадно. Долго рассматривал три тела лежащие в центре. Вроде бы женские, в черной одежде и с ножами, торчащими из груди. Потом скользил взглядом по живым и хищно улыбался. И Лииран даже не очень понимал, почему он до сих пор не бросился вниз по лестнице и не начал отрывать этим живым головы. И нет, вовсе не из-за того, что кого-то там убили. И даже не из-за того, что вызывают демона. Просто все эти люди, вместе со своими жертвами и песнями были там внизу совершенно неуместны.
Еще Лииран не понимал, почему сам стоит и ничего не делает. Да хоть бы парой воздушных кулаков их приголубил, все было бы веселее. А он стоит. И чувствует непонятную правильность, словно пока еще не время.
— Не дергайся, — велел Виресей, хотя Лииран просто переступил с ноги на ногу, а вовсе не попытался прервать ритуал. — Рано.
— Почему?
— Они еще не пожелали. Завершенный ритуал равен желанию.
— Желанию? — переспросил Лииран.
— Думаешь, откуда здесь это место? Оно им было нужно. Теперь им нужно завершить ритуал. Нам лучше не вмешиваться в их желания. Даже мне лучше не вмешиваться. Моя сила ничто по сравнению с силой этого места. Не удивлюсь, если империя перестала существовать из-за того, что какой-то из убитых хранителей этого места перед смертью очень сильно захотел ее гибели. Хранители пещеры чудес были с ней связаны.
— Демон же появится.
— Да, — довольно улыбнулся собиратель. — Они ничего не желают дальше появления несущего силу существа. Они даже не представляют, что будут с ним делать. Дилетанты. Дилетанты пытающиеся сделать все правильно меняя ритуал. Понятия не имеющие где они находятся.
— Это чудесно, — сказал Лииран. — Похоже, демоны приходили и просто жрали всех, кто был, а потом исчезали, когда призвавшие заканчивались. И если мы сейчас отсюда уйдем…
— Не получится. Сейчас на острове гораздо больше людей, причем, магов. А с демоном, сожравшим столько магов даже я не стану связываться. И я не хочу чтобы эта дрянь бродила вокруг пещеры чудес.
— Да, мне бы тоже не хотелось, — сказал Лииран.
— Заканчивают, — опять хищно улыбнулся собиратель. — Будь осторожен с желаниями. Твоя магия здесь невидима, а вот твои желания…
Лииран хмыкнул. Если честно, ему сейчас хотелось только одного — чтобы все побыстрее закончилось, пока не пришла Вельда. Потому что о Вельде он будет слишком беспокоиться. Пускай она прибежит последней, когда все уже закончится.
А в том, что прибежит, Лииран ни капельки не сомневался.
— Не думай о лишнем, думай лучше о вкусе весенней травы, — опять заговорил Виресей.
— Что?! — сбился совсем со всех мыслей Лииран, а собиратель широченно улыбнулся и прыгнул вниз, разом преодолев всю лестницу. — Зараза, — восхитился Лииран и бросился следом. Странным образом видя одновременно и мелькание ступеней, и сплетающиеся из клочковатого темного тумана щупальца, копошащиеся вокруг лежащих на полу тел. И он даже понимал, что пока вызвавшие демона этой тьмы не видят. И не увидят до тех пор, пока она не заинтересуется ими.
А еще он понял в чем их ошибка. Они просили силу, большую силу, используя для ее появления ритуал призыва демона. И умудрялись вызывать столь сильного демона, что он попросту не мог удовлетвориться предложенными жертвами. Предложенного ему было слишком мало. Всего лишь. Просили бы меньше и все бы у них получилось.
— Меньше, — прошептал Лииран, понимая, что с демоном, равным силе магии в древней империи даже все современные маги вряд ли справятся, а призыватели могли именно это попросить. — Меньше, намного меньше, в разы и разы меньше, в десятки раз, в сотни, в тысячи, пускай это будет мелкий и дохлый демон. Пускай он станет мелким и дохлым, пускай его сила куда-то денется. Пускай…
И ступени закончились.
— Воду, смой рисунок! — заорал Виресей, расшвыривая в стороны тела принесенных в жертву.
Лииран ругнулся, пожелав собирателю счастливой старости. Нет, чтобы потребовать устроить ураган, воду ему подавай, призыв которой даже при помощи заготовленного заранее плетения получался через раз. Думать было некогда. Желать воды, конечно, могло оказаться неплохой идеей, но когда она появится. Так что пришлось сосредотачиваться, на ходу, изо всех сил стараясь попутно не пожелать Виресею лишиться головы. И к неимоверному удивлению Лиирана у него даже получилось. Воды, правда, было немного, она громко хлюпнула, слизав часть рисунка и напугав какого-то мужика.
Растущие с пола щупальца, тянущиеся в разные стороны за жертвами, скачком увеличились и уплотнились, но к счастью так и не стали крошечной частью огромного демона. Пещера чудес оказалась той еще шутницей. И из пола, рождая панику в рядах призывателей, полезли сразу три демона. Лииран в них, конечно, не разбирался, но вряд ли очень сильных. Хотя, учитывая, что он не демнолог, и ему и несчастным идиотам вытащившим в мир этих тварей, и их бы хватило с головой.
— Еще воды, еще! — продолжил требовать странного Виресей. — Иначе усилятся!
Лииран в голос выругался, прокляв идиотов, тащащих в мир разную гадость. Изо всех сил попытался сосредоточиться именно на воде, одновременно уходя из-под удара мечом, которым размахивал бородатый мужик. И понимал, что ничего не выйдет, вода не его стихия. Совсем.
И Лииран в данный момент ничего так, как этой воды не желал.
— Воды, быстрее! — требовал собиратель, швыряясь попутно людьми и пытаясь дойти до одной ему ведомой цели.
И его кто-то услышал, потому что с потолка хлынул водопад.
Людей смыло и расшвыряло. Лиирана толкнуло на знакомого мужика с мечом и воздушник от всей души пожелал ему на этом мече жениться. Да и то, только потому, что на ногах он устоял благодаря ему. Если бы не это, пожелал бы повеситься на мече. И оно бы сбилось. Лииран это знал и чувствовал. И за его спиной медленно росли крылья. Один защита, второй сила. И при этом Лииран ощущал себя немного пьяным, как раз настолько, чтобы не бояться сотворить что угодно, но все еще видеть разницу между тем, что всегда было для него полюсами добра и зла.
Кто-то где-то тихо скулил.
Виресей все еще куда-то шел, поймав за щупальце демона и самым неимоверным образом таща его за собой. Чем занимались другие демоны, Лииран не видел, хотя может скулили и начали визжать как раз из-за них, но он и выяснять не собирался. Просто вдруг понял, что есть дело важнее, гораздо и гораздо важнее. Потому что вода сама по себе не появляется.
Лииран огляделся и бросился к лестнице, толкая себя маленькими пока крыльями. Практически взлетел вверх и вытянул перед собой руку, останавливая бегущего Хията.
— Не желай! — выдохнул. — Ничего не желай, гони желания. Иначе сбудутся и… ты же знаешь сказку о демоне, который исполнял желания совсем не так, как думали те, кто ходил к нему в пещеру?
Хият кивнул и резко оглянулся.
— Стой, не переступай черту, — приказал Ладаю.
И огневик замер, словно видел невидимую для Лиирана черту.
— Тут демоны, — выдохнул Хият. — И место хуже демонов. Исполняющее желания. Понимаешь?
Ладай кивнул, а потом отступил на шаг. И еще на шаг. А потом развернулся и куда-то пошел.
— Он объяснит остальным, — сказал Хият улыбнувшись. И эта улыбка настолько была похожа на ту, что постоянно выдавал собиратель, что Лиирану даже стало жутко. И захотелось броситься обратно, вниз по лестнице.
А вместо этого он ответил на улыбку улыбкой и сказал:
— Думай о вкусе весенней травы.
— Что?! — ошарашено спросил Хият.
— Думай о вкусе весенней травы, — повторился Лииран. — Оно помогает. Наверное, ему об этом учитель говорил. У него был удивительный учитель, честное слово. А он был дурным огневиком и тогда этого не понимал. Забавно, да?
Хият как-то неуверенно кивнул.
О танцах на канате над пропастью.
Виресею было весело, как никогда. А всего-то надо было наконец-то понять, что же именно нужно делать. Не вообще с жизнью и собственной судьбой. А просто здесь и сейчас, в этот самый момент. И нет, он вовсе не понял чего же именно хочет. Собственные желания по-прежнему были настолько смутными и невнятными, что вряд ли даже пещера чудес смогла бы их материализовать. С этими желаниями у него всегда была беда. Он хотел чего-то такого, чтобы любили, уважали, восторгались, ну, как все. Но у всех хотя бы какое-то представление было о том, чего же именно для этого не хватает. А у него не было. Ни таких вот четких желаний, ни планов.
А теперь вдруг он понял чего не хочет. Не хочет сильно-сильно. А не хотел он просто идти дальше, в одиночестве и бесцельно. И не хотел чтобы демоны пожрали одного мальчишку… нет, может и не мальчишку, скорее мужчину, но учитывая разницу в возрасте, воспринимался он именно так. Этот мальчишка очень был похож на учителя. Ему не хватало спокойной уверенности, она у него уже была, но пока недостаточно. Он почему-то не понимал насколько силен. И не знал, что стойкость, спокойствие и сосредоточенность для магии важнее изначальной силы. Изначальная сила важна изначально, когда маг в ранге ученика, а потом гораздо важнее то, кто и что с этой силой способен сделать. А мальчишка мог сделать очень многое.
— Героя в красном плаще из меня не получится, — задумчиво бормотал Виресей, таща одну из тварей бездны подальше от людей.
Всех поймать не мог даже он. И на то, чтобы тварь удержать уходило очень много заемной силы. Или украденной силы? Впрочем, это сейчас не имело ни малейшего значения, потому что чужая сила Виресею больше была не нужна. Он хотел свою собственную. Выкопать ее из-под чужого заемного хлама, отряхнуть и вернуть на законное место. Туда, откуда когда-то добровольно ее вытолкал, считая, что ее недостаточно. А вместе с силой потерял и себя, и свой путь, и способность расти. А рост хоть штука долга, да и трудная, но он того стоил. Это Виресей не понимал тогда, но очень хорошо понимал сейчас, когда упустил все на свете и решил попытаться упущенное поймать.
Если получится.
И если будет на это время.
— Это будет весело, понимаешь, существо? Или невесело, или печально. А может и больно настолько, что выть захочется. Но это будет, даже если недолго. Когда очень долго ничего нет кроме бесконечного наполнения дырявого ведра — это совсем не весело. Там даже ощущение власти над происходящим и над теми детьми фальшивое. Всего лишь один из ведущих и толкающих факторов, я точно помню, они об этом говорили, только я почему-то забыл. Представляешь, тварь, мы для них были лягушками в стазисе. Лягушками, которым приделали крылья и заставили летать, хотя летать лягушкам на самом деле не хотелось. Им хотелось комаров пожирнее. Всего лишь. А им приделали крылья и заставили хотеть летать. Потом посмотрели на то, что получилось и поняли, что это лучше прибить. Потому что они и сами были лягушками и сразу поняли, что получилась полная ерунда, которую контролировать практически невозможно, а становиться самим, учитывая все последствия, совсем не хочется. Понимаешь, существо? И они стали нас убивать. А мы этого сначала даже не поняли. А может вообще не поняли. Может это просто крылья решили, что пора улететь, разнеся то место в клочки. И унесли нас, не интересуясь мнениями несчастных лягушек. Впрочем, у лягушек этих мнений не было. У меня даже имени не было до того самого момента, когда я увидел жену этого мальчишки. Вот вместе с ней вдруг оно и вернулось. И память вернулась. И я все понял. Странно, да, существо?
Тварь явно ничего не понимала, пыталась меняться, перетечь в такую форму, чтобы сбежать, вырваться из облака колючей силы, которую не могла сожрать. Но отпускать ее Виресей точно не собирался, потому что во второй раз мог и не поймать. А тварь ему была нужна. Не для обретения силы, глупость какая. Это только убийцы магов, забывшие все на свете, могут вызывать этих тварей для обретения силы. А Виресей ничего не забыл. И хоть он был нерадивым учеником, неспособным удержать нити и сплести силок, но вот в оружии он разбирался. И отлично знал как именно можно уничтожить артефакт. Даже если этот артефакт намертво вращен в собственное тело. В собственное лягущачье тело.
— Зачем лягушке крылья? Особенно те, которые лягушкой управляют, не давая поедать комаров и насильно запихивая в пасть других лягушек? Правильно, существо, незачем. Лягушка цаплей все равно не станет. Да и крыльям лягушка не очень-то и нужна. А значит, мы с тобой отойдем подальше, отрубим наконец эти дурацкие крылья, а потом поможем забавному мальчишке. Потому что мне интересно, когда же он поймет, что он такое. Представляешь, тварь, ходит по миру человек ранга «учитель», способный плести сети и ловить ветра, понимающий собственную силу и умеющий не упускать ее. Ходит, учит и даже не знает, что он сейчас очень сильный. Не понимает, что удержать учеников гораздо сложнее, чем ураган. Потому что ураган что, поймал и держи себе, ни о чем не думая. А не думать, когда держишь учеников — нельзя. С учениками мало просто держать. Там надо балансировать, отпускать и подтягивать, не давать вырваться, но и не привязывать к себе. А это сложно. Так же сложно, как раскачивать силу. И оно, наверное, взаимосвязано. Откуда я знаю? О, я всегда умел подслушивать. Я их подслушивал, учителя и его приятелей. Подслушивать, в надежде услышать что-то ценное. А они разговаривали об учениках.
Тварь дернулась, за спиной что-то загрохотало и оттуда потянуло холодом, но это не имело ни малейшего значения. Потому что Виресей почти дошел. Дошел до грани между местом, где исполняются желания, и всем остальным миром. Там, где исполняются желания, превращать тьму в оружие нельзя, потому что оно может еще и разум обрести. Случайно так. А вот за гранью…
— А за гранью я позволю тебе сожрать крылья, тебе понравится, — пообещал Виресей. — А потом я тебя сломаю. У меня пока достаточно заемной силы, чтобы сломать тебя, даже если сожрешь крылья полностью, до самого последнего перышка. Да. Представляешь, существо? Впрочем, что ты можешь представлять? Да и понимать ты ничего не можешь. Я тогда тоже не понимал. Подслушивал и не понимал услышанное. А теперь вдруг проснулся и понял. Просто понял о чем разговаривал мой учитель с другими учителями. Наверное даже лягушка, которой управляли крылья, сумела что-то из мира впитать, что-то, чего хватило для понимания. Может я даже поумнел. Это было бы забавным. Я тогда был самым глупым учеником моего учителя. Видел яркие краски, хотел их получить, но хотел получить быстро, не прилагая усилий и не особо понимая, зачем оно мне нужно, что я с ним буду делать. Я и сейчас не очень понимаю, что я будут делать. Но точно не гоняться за бабочками и чужими геройскими плащами. Для начала я подумаю. Может и пойму чего мне хочется. Это уже неплохо, правда, существо?
Лииран топтался с ноги на ногу и чувствовал себя странно, а может и глупо. Он был не уверен. А все потому что там, за спиной, были демоны, спятивший окончательно собиратель, люди с материка, часть из которых кричали, а часть то ли пели, то ли так вот призывали какие-то неизвестные силы.
И песнопения вполне могли быть. Вот только взывать при этом к добру и справедливости? Похоже, люди проводившие ритуал, понятия не имели, что именно зовут в мир.
Виресей на происходящее смотрел жадно. Долго рассматривал три тела лежащие в центре. Вроде бы женские, в черной одежде и с ножами, торчащими из груди. Потом скользил взглядом по живым и хищно улыбался. И Лииран даже не очень понимал, почему он до сих пор не бросился вниз по лестнице и не начал отрывать этим живым головы. И нет, вовсе не из-за того, что кого-то там убили. И даже не из-за того, что вызывают демона. Просто все эти люди, вместе со своими жертвами и песнями были там внизу совершенно неуместны.
Еще Лииран не понимал, почему сам стоит и ничего не делает. Да хоть бы парой воздушных кулаков их приголубил, все было бы веселее. А он стоит. И чувствует непонятную правильность, словно пока еще не время.
— Не дергайся, — велел Виресей, хотя Лииран просто переступил с ноги на ногу, а вовсе не попытался прервать ритуал. — Рано.
— Почему?
— Они еще не пожелали. Завершенный ритуал равен желанию.
— Желанию? — переспросил Лииран.
— Думаешь, откуда здесь это место? Оно им было нужно. Теперь им нужно завершить ритуал. Нам лучше не вмешиваться в их желания. Даже мне лучше не вмешиваться. Моя сила ничто по сравнению с силой этого места. Не удивлюсь, если империя перестала существовать из-за того, что какой-то из убитых хранителей этого места перед смертью очень сильно захотел ее гибели. Хранители пещеры чудес были с ней связаны.
— Демон же появится.
— Да, — довольно улыбнулся собиратель. — Они ничего не желают дальше появления несущего силу существа. Они даже не представляют, что будут с ним делать. Дилетанты. Дилетанты пытающиеся сделать все правильно меняя ритуал. Понятия не имеющие где они находятся.
— Это чудесно, — сказал Лииран. — Похоже, демоны приходили и просто жрали всех, кто был, а потом исчезали, когда призвавшие заканчивались. И если мы сейчас отсюда уйдем…
— Не получится. Сейчас на острове гораздо больше людей, причем, магов. А с демоном, сожравшим столько магов даже я не стану связываться. И я не хочу чтобы эта дрянь бродила вокруг пещеры чудес.
— Да, мне бы тоже не хотелось, — сказал Лииран.
— Заканчивают, — опять хищно улыбнулся собиратель. — Будь осторожен с желаниями. Твоя магия здесь невидима, а вот твои желания…
Лииран хмыкнул. Если честно, ему сейчас хотелось только одного — чтобы все побыстрее закончилось, пока не пришла Вельда. Потому что о Вельде он будет слишком беспокоиться. Пускай она прибежит последней, когда все уже закончится.
А в том, что прибежит, Лииран ни капельки не сомневался.
— Не думай о лишнем, думай лучше о вкусе весенней травы, — опять заговорил Виресей.
— Что?! — сбился совсем со всех мыслей Лииран, а собиратель широченно улыбнулся и прыгнул вниз, разом преодолев всю лестницу. — Зараза, — восхитился Лииран и бросился следом. Странным образом видя одновременно и мелькание ступеней, и сплетающиеся из клочковатого темного тумана щупальца, копошащиеся вокруг лежащих на полу тел. И он даже понимал, что пока вызвавшие демона этой тьмы не видят. И не увидят до тех пор, пока она не заинтересуется ими.
А еще он понял в чем их ошибка. Они просили силу, большую силу, используя для ее появления ритуал призыва демона. И умудрялись вызывать столь сильного демона, что он попросту не мог удовлетвориться предложенными жертвами. Предложенного ему было слишком мало. Всего лишь. Просили бы меньше и все бы у них получилось.
— Меньше, — прошептал Лииран, понимая, что с демоном, равным силе магии в древней империи даже все современные маги вряд ли справятся, а призыватели могли именно это попросить. — Меньше, намного меньше, в разы и разы меньше, в десятки раз, в сотни, в тысячи, пускай это будет мелкий и дохлый демон. Пускай он станет мелким и дохлым, пускай его сила куда-то денется. Пускай…
И ступени закончились.
— Воду, смой рисунок! — заорал Виресей, расшвыривая в стороны тела принесенных в жертву.
Лииран ругнулся, пожелав собирателю счастливой старости. Нет, чтобы потребовать устроить ураган, воду ему подавай, призыв которой даже при помощи заготовленного заранее плетения получался через раз. Думать было некогда. Желать воды, конечно, могло оказаться неплохой идеей, но когда она появится. Так что пришлось сосредотачиваться, на ходу, изо всех сил стараясь попутно не пожелать Виресею лишиться головы. И к неимоверному удивлению Лиирана у него даже получилось. Воды, правда, было немного, она громко хлюпнула, слизав часть рисунка и напугав какого-то мужика.
Растущие с пола щупальца, тянущиеся в разные стороны за жертвами, скачком увеличились и уплотнились, но к счастью так и не стали крошечной частью огромного демона. Пещера чудес оказалась той еще шутницей. И из пола, рождая панику в рядах призывателей, полезли сразу три демона. Лииран в них, конечно, не разбирался, но вряд ли очень сильных. Хотя, учитывая, что он не демнолог, и ему и несчастным идиотам вытащившим в мир этих тварей, и их бы хватило с головой.
— Еще воды, еще! — продолжил требовать странного Виресей. — Иначе усилятся!
Лииран в голос выругался, прокляв идиотов, тащащих в мир разную гадость. Изо всех сил попытался сосредоточиться именно на воде, одновременно уходя из-под удара мечом, которым размахивал бородатый мужик. И понимал, что ничего не выйдет, вода не его стихия. Совсем.
И Лииран в данный момент ничего так, как этой воды не желал.
— Воды, быстрее! — требовал собиратель, швыряясь попутно людьми и пытаясь дойти до одной ему ведомой цели.
И его кто-то услышал, потому что с потолка хлынул водопад.
Людей смыло и расшвыряло. Лиирана толкнуло на знакомого мужика с мечом и воздушник от всей души пожелал ему на этом мече жениться. Да и то, только потому, что на ногах он устоял благодаря ему. Если бы не это, пожелал бы повеситься на мече. И оно бы сбилось. Лииран это знал и чувствовал. И за его спиной медленно росли крылья. Один защита, второй сила. И при этом Лииран ощущал себя немного пьяным, как раз настолько, чтобы не бояться сотворить что угодно, но все еще видеть разницу между тем, что всегда было для него полюсами добра и зла.
Кто-то где-то тихо скулил.
Виресей все еще куда-то шел, поймав за щупальце демона и самым неимоверным образом таща его за собой. Чем занимались другие демоны, Лииран не видел, хотя может скулили и начали визжать как раз из-за них, но он и выяснять не собирался. Просто вдруг понял, что есть дело важнее, гораздо и гораздо важнее. Потому что вода сама по себе не появляется.
Лииран огляделся и бросился к лестнице, толкая себя маленькими пока крыльями. Практически взлетел вверх и вытянул перед собой руку, останавливая бегущего Хията.
— Не желай! — выдохнул. — Ничего не желай, гони желания. Иначе сбудутся и… ты же знаешь сказку о демоне, который исполнял желания совсем не так, как думали те, кто ходил к нему в пещеру?
Хият кивнул и резко оглянулся.
— Стой, не переступай черту, — приказал Ладаю.
И огневик замер, словно видел невидимую для Лиирана черту.
— Тут демоны, — выдохнул Хият. — И место хуже демонов. Исполняющее желания. Понимаешь?
Ладай кивнул, а потом отступил на шаг. И еще на шаг. А потом развернулся и куда-то пошел.
— Он объяснит остальным, — сказал Хият улыбнувшись. И эта улыбка настолько была похожа на ту, что постоянно выдавал собиратель, что Лиирану даже стало жутко. И захотелось броситься обратно, вниз по лестнице.
А вместо этого он ответил на улыбку улыбкой и сказал:
— Думай о вкусе весенней травы.
— Что?! — ошарашено спросил Хият.
— Думай о вкусе весенней травы, — повторился Лииран. — Оно помогает. Наверное, ему об этом учитель говорил. У него был удивительный учитель, честное слово. А он был дурным огневиком и тогда этого не понимал. Забавно, да?
Хият как-то неуверенно кивнул.
Прода от 30.01.2019, 21:00
Глава 28
О танцах на канате над пропастью.
Виресею было весело, как никогда. А всего-то надо было наконец-то понять, что же именно нужно делать. Не вообще с жизнью и собственной судьбой. А просто здесь и сейчас, в этот самый момент. И нет, он вовсе не понял чего же именно хочет. Собственные желания по-прежнему были настолько смутными и невнятными, что вряд ли даже пещера чудес смогла бы их материализовать. С этими желаниями у него всегда была беда. Он хотел чего-то такого, чтобы любили, уважали, восторгались, ну, как все. Но у всех хотя бы какое-то представление было о том, чего же именно для этого не хватает. А у него не было. Ни таких вот четких желаний, ни планов.
А теперь вдруг он понял чего не хочет. Не хочет сильно-сильно. А не хотел он просто идти дальше, в одиночестве и бесцельно. И не хотел чтобы демоны пожрали одного мальчишку… нет, может и не мальчишку, скорее мужчину, но учитывая разницу в возрасте, воспринимался он именно так. Этот мальчишка очень был похож на учителя. Ему не хватало спокойной уверенности, она у него уже была, но пока недостаточно. Он почему-то не понимал насколько силен. И не знал, что стойкость, спокойствие и сосредоточенность для магии важнее изначальной силы. Изначальная сила важна изначально, когда маг в ранге ученика, а потом гораздо важнее то, кто и что с этой силой способен сделать. А мальчишка мог сделать очень многое.
— Героя в красном плаще из меня не получится, — задумчиво бормотал Виресей, таща одну из тварей бездны подальше от людей.
Всех поймать не мог даже он. И на то, чтобы тварь удержать уходило очень много заемной силы. Или украденной силы? Впрочем, это сейчас не имело ни малейшего значения, потому что чужая сила Виресею больше была не нужна. Он хотел свою собственную. Выкопать ее из-под чужого заемного хлама, отряхнуть и вернуть на законное место. Туда, откуда когда-то добровольно ее вытолкал, считая, что ее недостаточно. А вместе с силой потерял и себя, и свой путь, и способность расти. А рост хоть штука долга, да и трудная, но он того стоил. Это Виресей не понимал тогда, но очень хорошо понимал сейчас, когда упустил все на свете и решил попытаться упущенное поймать.
Если получится.
И если будет на это время.
— Это будет весело, понимаешь, существо? Или невесело, или печально. А может и больно настолько, что выть захочется. Но это будет, даже если недолго. Когда очень долго ничего нет кроме бесконечного наполнения дырявого ведра — это совсем не весело. Там даже ощущение власти над происходящим и над теми детьми фальшивое. Всего лишь один из ведущих и толкающих факторов, я точно помню, они об этом говорили, только я почему-то забыл. Представляешь, тварь, мы для них были лягушками в стазисе. Лягушками, которым приделали крылья и заставили летать, хотя летать лягушкам на самом деле не хотелось. Им хотелось комаров пожирнее. Всего лишь. А им приделали крылья и заставили хотеть летать. Потом посмотрели на то, что получилось и поняли, что это лучше прибить. Потому что они и сами были лягушками и сразу поняли, что получилась полная ерунда, которую контролировать практически невозможно, а становиться самим, учитывая все последствия, совсем не хочется. Понимаешь, существо? И они стали нас убивать. А мы этого сначала даже не поняли. А может вообще не поняли. Может это просто крылья решили, что пора улететь, разнеся то место в клочки. И унесли нас, не интересуясь мнениями несчастных лягушек. Впрочем, у лягушек этих мнений не было. У меня даже имени не было до того самого момента, когда я увидел жену этого мальчишки. Вот вместе с ней вдруг оно и вернулось. И память вернулась. И я все понял. Странно, да, существо?
Тварь явно ничего не понимала, пыталась меняться, перетечь в такую форму, чтобы сбежать, вырваться из облака колючей силы, которую не могла сожрать. Но отпускать ее Виресей точно не собирался, потому что во второй раз мог и не поймать. А тварь ему была нужна. Не для обретения силы, глупость какая. Это только убийцы магов, забывшие все на свете, могут вызывать этих тварей для обретения силы. А Виресей ничего не забыл. И хоть он был нерадивым учеником, неспособным удержать нити и сплести силок, но вот в оружии он разбирался. И отлично знал как именно можно уничтожить артефакт. Даже если этот артефакт намертво вращен в собственное тело. В собственное лягущачье тело.
— Зачем лягушке крылья? Особенно те, которые лягушкой управляют, не давая поедать комаров и насильно запихивая в пасть других лягушек? Правильно, существо, незачем. Лягушка цаплей все равно не станет. Да и крыльям лягушка не очень-то и нужна. А значит, мы с тобой отойдем подальше, отрубим наконец эти дурацкие крылья, а потом поможем забавному мальчишке. Потому что мне интересно, когда же он поймет, что он такое. Представляешь, тварь, ходит по миру человек ранга «учитель», способный плести сети и ловить ветра, понимающий собственную силу и умеющий не упускать ее. Ходит, учит и даже не знает, что он сейчас очень сильный. Не понимает, что удержать учеников гораздо сложнее, чем ураган. Потому что ураган что, поймал и держи себе, ни о чем не думая. А не думать, когда держишь учеников — нельзя. С учениками мало просто держать. Там надо балансировать, отпускать и подтягивать, не давать вырваться, но и не привязывать к себе. А это сложно. Так же сложно, как раскачивать силу. И оно, наверное, взаимосвязано. Откуда я знаю? О, я всегда умел подслушивать. Я их подслушивал, учителя и его приятелей. Подслушивать, в надежде услышать что-то ценное. А они разговаривали об учениках.
Тварь дернулась, за спиной что-то загрохотало и оттуда потянуло холодом, но это не имело ни малейшего значения. Потому что Виресей почти дошел. Дошел до грани между местом, где исполняются желания, и всем остальным миром. Там, где исполняются желания, превращать тьму в оружие нельзя, потому что оно может еще и разум обрести. Случайно так. А вот за гранью…
— А за гранью я позволю тебе сожрать крылья, тебе понравится, — пообещал Виресей. — А потом я тебя сломаю. У меня пока достаточно заемной силы, чтобы сломать тебя, даже если сожрешь крылья полностью, до самого последнего перышка. Да. Представляешь, существо? Впрочем, что ты можешь представлять? Да и понимать ты ничего не можешь. Я тогда тоже не понимал. Подслушивал и не понимал услышанное. А теперь вдруг проснулся и понял. Просто понял о чем разговаривал мой учитель с другими учителями. Наверное даже лягушка, которой управляли крылья, сумела что-то из мира впитать, что-то, чего хватило для понимания. Может я даже поумнел. Это было бы забавным. Я тогда был самым глупым учеником моего учителя. Видел яркие краски, хотел их получить, но хотел получить быстро, не прилагая усилий и не особо понимая, зачем оно мне нужно, что я с ним буду делать. Я и сейчас не очень понимаю, что я будут делать. Но точно не гоняться за бабочками и чужими геройскими плащами. Для начала я подумаю. Может и пойму чего мне хочется. Это уже неплохо, правда, существо?
Прода от 01.02.2019, 18:16
Лииран топтался с ноги на ногу и чувствовал себя странно, а может и глупо. Он был не уверен. А все потому что там, за спиной, были демоны, спятивший окончательно собиратель, люди с материка, часть из которых кричали, а часть то ли пели, то ли так вот призывали какие-то неизвестные силы.
