Потому что что-то грандиозное структурщики со стихийниками еще сотворят совместно. А вот с какой-то более тонкой работой не справятся, просто не смогут добиться такого взаимодействия между собой, которое возможно, когда работает один человек. А уж что-то нестандартное не сделают тем более. Только давно известное, на которое есть точнейшие расчеты и схемы.
— А в других городах? — спросил Дивал.
— По-разному. В некоторых нет ни тех, ни других.
— И не пытаются украсть?
— Украсть? — удивилась Вельда.
— Ну… — задумался о чем-то Дивал.
А Тоен улыбнулся и стал обходить прикрывший артефакт камень по кругу.
— Вельда, он не понимает, — сказал, сделав два круга. — Он видел только материковых магов, поэтому не понимает. А их можно и украсть, и переманить, и посадить на цепи в подвале, чтобы за еду и отсутствие побоев лечили и заряжали что-то.
— И чего я не понимаю? — спросил Дивал.
— Мы все принадлежим нашим городам. Мы в них вросли. Мы можем уйти из города и поселиться в какой-то рыбацкой деревушке. Или в горах. Или еще где-то. Мы даже в чужой город уехать можем и даже будем там такими же сильными, как и в родном. Но вот, если хотим, чтобы наши дети унаследовали дар, который веками в нашей семье усиливал и взращивал именно город, нам нужно, чтобы этот город нас отпустил. И чтобы другой принял. И чтобы мы действительно этого хотели. Собственно, некоторые даже убегали и им ничего за это не было. Но там ситуация была такая, что они сумели доказать, что иначе никак. Своему городу доказать и тому, в который сбежали. Девушки еще часто замуж выходят, но тут хранящий просто дает разрешение, а если дар редкий, то новая семья девушки подписывает договор, по которому кто-то из детей вернется. И эти дети действительно возвращаются. Их долго и старательно для этого готовят. Наверное, поэтому даже ссоры между городами крайне редко перерастают в войны и заканчиваются они довольно быстро, таким вот обменом талантами. Кстати, парни тоже бывает переезжают жить в семью жены, с теми же условиями. И ни одна война между городами не начиналась с того, что кто-то сманил или украл мага. Это просто невозможно. Если кто-то сумел уйти, значит у него были причины и это только его решение. И не принять его не могли.
— Сильно, — сказал Дивал.
А Тоен замер на том месте, с которого начал свое кружение вокруг камня, посмотрел на главу беженцев и, улыбнувшись, сказал:
— Убирайте камень. Я, конечно, могу порвать вашу сеть, но зачем? Вы же не хотите чтобы защита пропала и посреди вашего лагеря появились демоны.
— Надеетесь, что сможете эту вещь подзарядить? — спросила Вельда.
— Вряд ли, но я точно могу оценить, как долго она еще продержится. И если дело совсем плохо, деактивировать ее, подготовив демонам ловушку и защитив людей.
И Дивал, как ни странно, кивнул. А потом опустился перед камнем на колени и обхватил его ладонями.
— Ну, пару дней еще может продержаться, — задумчиво сказал Тоен, посидев над медной пластиной в ямке. — А может и не продержаться. Боюсь, на него влияет жила на этом острове, из-за которой мы сюда и прибыли. А этот амулет и так нестабилен, похоже, он изначально был настраиваемый. Его воздействие можно было усилить или уменьшить, но сейчас это только мешает ему работать.
Дивал в ответ мрачно промолчал.
— Будем готовить ловушки на демонов? — спросила Вельда.
— А куда мы денемся? Нам демоны на острове тоже не нужны. А ждать, хряпнется эта вещь или еще поработает… ну, я не настолько сильно верю в хорошее.
— Что нам делать? — спросил Дивал.
— Площадку надо расчистить. Будем чертить притягивающие демонов знаки и напитывать их силой. Для начала. Ну, и еще надеяться, что помощь придет раньше, чем ваш амулет решит, что ему надоело работать.
Дивал кивнул, огляделся, а потом решительно пошел к людям, все еще сидевшим кружочком и ждущим сошествия света.
Лииран в это же время окончательно убедился, что мир бесповоротно сошел с ума.
Бородачи наговорились в свое удовольствие. Потом, не обращая ни малейшего внимания на Лиирана и собирателя, довольно красиво спели. Вроде бы даже гимн.
Потом они отошли в сторону и опять о чем-то загадочном поговорили.
— Ты их понимаешь? — спросил Лииран, не выдержав этого дурдома.
— Через слово, — признался собиратель и улыбнулся обернувшимся бородачам. — Не обращай внимания. Они там поговорили с богом, обсудили ситуацию, решили, что спасать тебя не надо и теперь думают, что делать дальше.
— Прелестно, — сказал Лииран.
Бородачи поговорили еще немного, а потом торжественно пошли к Лиирану. И выражения лиц у них при этом были такими, словно они собирались поменять землю и небо местами, утопить солнце в горном озере, а вместо него повесить панталоны чьей-то вдовы. Лиирану даже не по себе стало.
— Мы решили! — торжественно сказал один бородач.
— Посоветовались, — добавил второй.
— Мы согласны! — провозгласил третий.
Лииран посмотрел на остальных, но они загадочно улыбались и молчали, поэтому пришлось смотреть еще и на собирателя.
— Советовались они со своим божеством, — объяснил Виресей. — А что они там для себя решили и с чем согласны, мне неизвестно.
— Ага, — только и смог сказать Лииран.
Бородачи переглянулись.
— Он не слышит! — осенило одного из них и остальные опять решили поговорить на своем непонятном языке.
В общем, Лииран как-то вдруг понял, что собиратели вовсе не странные и непонятные. Да по сравнению с этими бородачами, Виресей вообще практически брат-близнец.
— А чего они от нас хотят, ты не знаешь? — спросил он с надеждой у собирателя.
— Нет. Но они нас ждали. Точнее, они ждали кого-то из строителей, не понимая, что те их не видят и не слышат, потому что их бог для вас невидим.
— Прелестно, — повторился Лииран.
Бородачи говорили себе, говорили, причем так долго, что он перестал обращать на них внимание и стал любоваться пейзажем. Но стоило начать о них забывать и воспринимать их разговор как ничего не значащий шум, они резко вспомнили, что рядом стоят Лииран и собиратель, и решительно их обрадовали:
— Мы поможем победить демонов!
— Каких еще демонов?! — буквально взвыл несчастный наблюдатель.
— Которые скоро придут, — уверенно сказал один из бородачей и загадочно улыбнулся.
И у Лиирана зачесались руки. Самым натуральным образом зачесались. И появилось желание устроить ураган и уронить на головы бородачам несколько камней, деревьев, а может и само небо.
— Я же говорил, эти веселее, — сказал собиратель, и Лииран не выдержал.
Правда ничего ронять никому на головы он не стал. Виресея он всего лишь пнул в голень. Хорошо так пнул. Собиратель от неожиданности даже упал. И Лиирану пришлось опять сдерживаться. Очень уж хотелось попрыгать у него на животе, громко при этом хохоча. А вместо этого он глубоко вдохнул, посчитал все деревья, которые видел и обратился к бородачам:
— Что за демоны, куда они придут и почему?
Бородачи переглянулись, а потом заулыбались:
— Не очень сильные демоны, — сказал один из них. — Придут… здесь недалеко. Беглецы с материка. Сильный мужчина. И рыжая женщина, чем-то связанная с тобой.
— Зараза, — душевно сказал Лииран. — Вот почему ей на месте не сидится?
Впрочем, почему, он догадался быстро и правильно. Так что пришлось обозвать собирателя и попытаться опять его пнуть. А бородачи за этим наблюдали с подозрительным умилением.
— Спешить надо, — сказал все тот же, когда пнуть не удалось. — Если пойдем прямо сейчас, придем немного заранее и успеем поговорить с тем человеком. Он сильный.
— Ага, хорошая идея, — только и смог сказать Лииран.
А что тут еще скажешь? Что надо бежать, не глядя под ноги, потому что там жена, которая отправилась на поиски неизвестно куда девшегося мужа?
Ага, и все возьмут и так сразу побегут. Наперегонки. Подбадривая набегу Лиирана.
А храбрые следопыты дошли таки до строящегося города, заблудившись при этом всего лишь раз, да и то потому, что учитель немного отвлекся и задумался.
Нашли людей, которые пришли на остров с Тоеном, рассудив, что с самозваным советом лучше вообще не разговаривать, а все остальные будут отсылать друг к другу. Объяснили им ситуацию. Потом объяснили, что нужно Тоену и зачем. Потом рассказали зачем он туда поперся. Потом…
В общем, провели переговоры и переложили их продолжение на плечи более убедительных людей. И эти люди оказались достаточно убедительны для того, чтобы быстро собрать нужных стихийников и структурщиков, и не дать самозваному совету вмешаться. Потом объяснили, что нужно будет делать и предложили поспешить, обзывая всех настоящими героями. А потом поставили следопытов перед фактом, что им следует вернуться по своим следам и желательно при этом не заблудиться.
А бедный учитель, которого опять разочаровали ученицы, успел это разочарование запить. Точнее, начал запивать, но это особого значения не имело. Его организм вообще плохо воспринимал алкоголь. И даже отрезвляющее зелье, которое умела готовить одна из учениц, не очень помогало.
А сами ученицы слишком любили блуждать, идти куда-то не туда и надеяться, что учитель сейчас голову проветрит и выведет их куда надо.
В общем, было что запивать, на самом-то деле.
Но утешением это было слабым.
О том, что у всех свои проблемы.
На белую-белую скалу, украшенную темно-зелеными плетями какого-то подвида плюща, медленно и печально взбирался человек. Скале этот человек не доверял. И не зря, как показала практика. Даже несмотря на то, что он старательно укреплял места, за которые собирался схватиться, у него уже дважды улетали из-под ног куски камня, а один раз едва не свалился на голову.
В общем, умный человек посмотрел бы на эту скалу и не стал на нее лезть. И да, человек, который все-таки лез, глупым вовсе не был. Просто от его ума ничего не зависело. Выбор «лезть или не лезть» вообще не стоял, потому что очень надо было посмотреть на местность сверху, а потом передать этот образ нетрезвому следопыту и двум его бестолковым ученицам. Может они хоть после этого поймут, где все оказались и куда теперь идти. Причем, быстро идти. Тоен просто так за подмогой не пошлет. Обычно его зовут в качестве подмоги.
Вельда со скукой наблюдала за тем, как несчастные беглецы с материка пытаются расчистить площадку. Получалось у них так себе — подходящих инструментов особо не было, а помощь колдунки, которая предложила сжечь парочку мешавшихся деревьев, они отвергли. Вот и сражались теперь с ними при помощи самодельных каменных топоров. И Вельде было очень интересно, что они станут делать, когда придет очередь корчевания.
Тоен и Дивал ничем странным людям помочь не могли. Они крошили белые камни, чтобы было чем рисовать линии. Целыми камнями чертить что-то на голой земле с ошметками травы было бы бессмысленно. А вот пропахать линии заостренной палкой, потом их поправить и засыпать получившиеся канавки белым крошевом — оказалось неплохой идеей. Даже лучше чем первоначальный план — засыпать их золой. Золы бало все-таки меньше, чем кусков белого камня.
— Госпожа колдунка, — прервал размышления Вельды неуверенный мужской голос.
Девушка как раз успела засмотреться на Тоена с Дивалом, которых совместная работа делала очень похожими друг на друга. Поэтому только чудом не подскочила от неожиданности и обернулась к говорившему очень медленно.
— Госпожа колдунка, — еще неувереннее повторился невсокий, но отчаянно рыжий мужчина. — Мы подумали, посоветовались и наверное от того, что вы сожжете деревья не случится ничего плохого. Вы ведь неплохая колдунка, правда.
— Правда, — подтвердила Вельда, вставая с бревна, к которому успела почти прирасти. — Я очень хорошая колдунка. Детей не убиваю и тем более не ем. Предпочитаю поедать курей, полосатых островных свиней, а иногда и дичь. А вот говядину не люблю, сама не знаю из-за чего.
Мужчина кивнул и несмело улыбнулся.
А потом обернулся к девушке спиной и пошел вперед, показывая удобную дорогу к несговорчивому дереву. На самом деле, это было даже демонстрацией доверия. Спиной к врагам эти люди оборачиваться были не приучены, те, кто делал подобные глупости попросту не выживали.
Начинающие дровосеки с каменными топорами ценой неимоверных усилий собрали с дерева кору. Местами. Древесину же едва поцарапали. И если бы дальше продолжили рубить, то к началу зимы точно бы управились.
— Ладно, — сказала Вельда, решив, что не будет злорадствовать. Откинула капюшон, чтобы ничто не мешало, размяла пальцы, а потом обхватила ладонями ствол, липкий из-за поврежденной коры. — Начнем.
Энергия потекла из ладоней, вверх быстрее, чем вниз, нагрела древесину всю разом, до кончиков самых длинных и тонких веточек и зарывшихся глубоко корешков. Резко, скачком нагрела еще больше, вспыхнув сама в себя и дерево осыпалось вниз мелким пеплом и не задетыми огнем листьями. Вельда едва успела щит выставить, а то бы точно перекрасилась в равномерно-серый цвет и всех вокруг перекрасила.
Полюбовавшись клубящимся за щитом облаком пепла, девушка вздохнула. Об этой проблеме она как-то не подумала. Но Тоену она оказалась на один щелчок — пепел тут же прихлопнуло к земле, а потом поволокло толстой змеей куда-то вдаль.
— Готово, — сказала Вельда. — Второе дерево тоже убрать?
Люди ей ответили взглядами, в которых мешался восторг с испугом, и молчанием.
— Убирай, — велел Тоен. — Только сразу проложи воздушный поток, чтобы нас не отвлекать.
И Вельда кивнула.
— Небо нас слышит, небо нас ведет, — торжественно говорил один из бородачей, воздевая руки над головой.
— Ведет! — радостно подтверждали другие бородачи и с полминуты напевали что-то вроде «анна-ана-ана-ана».
— Земля нас держит и укажет дорогу, — продолжал первый бородач.
— Укажет! — соглашались с ним остальные и, словно в подтверждение, топали ногами по всему, что под эти ноги попалось. Треск стоял страшный.
— Вода нас укроет, вода нас спасет, — продолжал свою речь первый.
— Спасет! — ни капли не сомневались остальные и покачивали ладонями перед грудью.
— Огонь вас не любит, огонь вас сожжет, — пробормотал негромко собиратель, и Лииран хихикнул, но бородачи почему-то соглашаться не стали, а наоборот непонятно у кого начали просить защиты от огня.
А все почему? А все потому, что главный в этом ритуале мужик почувствовал вдруг огненную магию где-то недалеко, а потом все остальные еще и увидели облако пепла, которое кто-то быстро прижал к земле и куда-то дел. Самое смешное, что и магия и облако было там, куда все и шли. Так что с огнем скорее всего баловалась Вельда. О чем Лииран сказал. Но это ничего не дало. Бородачи все равно решили провести ритуал на всякий случай. А то мало ли?
— Теперь мы можем идти дальше? — довольно вежливо спросил Виресей, подождав, пока бородачи постоят в кружочке и о чем-то загадочном поговорят.
— Надеюсь, больше никто никаких знамений не утроит, — вздохнув, сказал собиратель Лиирану. — А то они, конечно, веселые, но иногда так раздражают. А я терпением никогда не отличался. Еще зашибу случайно. Потом скучно станет. Да и твои островитяне наверняка не поймут, они же не знают, чем эти люди отличаются от всех остальных.
— А что тебе нужно от моих островитян? — спросил Лииран, которому подумалось, что еще немного и он тоже с уверенностью сможет сказать, что зашибет людей непонятно какого бога. Причем, непременно случайно.
— А в других городах? — спросил Дивал.
— По-разному. В некоторых нет ни тех, ни других.
— И не пытаются украсть?
— Украсть? — удивилась Вельда.
— Ну… — задумался о чем-то Дивал.
А Тоен улыбнулся и стал обходить прикрывший артефакт камень по кругу.
— Вельда, он не понимает, — сказал, сделав два круга. — Он видел только материковых магов, поэтому не понимает. А их можно и украсть, и переманить, и посадить на цепи в подвале, чтобы за еду и отсутствие побоев лечили и заряжали что-то.
— И чего я не понимаю? — спросил Дивал.
— Мы все принадлежим нашим городам. Мы в них вросли. Мы можем уйти из города и поселиться в какой-то рыбацкой деревушке. Или в горах. Или еще где-то. Мы даже в чужой город уехать можем и даже будем там такими же сильными, как и в родном. Но вот, если хотим, чтобы наши дети унаследовали дар, который веками в нашей семье усиливал и взращивал именно город, нам нужно, чтобы этот город нас отпустил. И чтобы другой принял. И чтобы мы действительно этого хотели. Собственно, некоторые даже убегали и им ничего за это не было. Но там ситуация была такая, что они сумели доказать, что иначе никак. Своему городу доказать и тому, в который сбежали. Девушки еще часто замуж выходят, но тут хранящий просто дает разрешение, а если дар редкий, то новая семья девушки подписывает договор, по которому кто-то из детей вернется. И эти дети действительно возвращаются. Их долго и старательно для этого готовят. Наверное, поэтому даже ссоры между городами крайне редко перерастают в войны и заканчиваются они довольно быстро, таким вот обменом талантами. Кстати, парни тоже бывает переезжают жить в семью жены, с теми же условиями. И ни одна война между городами не начиналась с того, что кто-то сманил или украл мага. Это просто невозможно. Если кто-то сумел уйти, значит у него были причины и это только его решение. И не принять его не могли.
— Сильно, — сказал Дивал.
А Тоен замер на том месте, с которого начал свое кружение вокруг камня, посмотрел на главу беженцев и, улыбнувшись, сказал:
— Убирайте камень. Я, конечно, могу порвать вашу сеть, но зачем? Вы же не хотите чтобы защита пропала и посреди вашего лагеря появились демоны.
— Надеетесь, что сможете эту вещь подзарядить? — спросила Вельда.
— Вряд ли, но я точно могу оценить, как долго она еще продержится. И если дело совсем плохо, деактивировать ее, подготовив демонам ловушку и защитив людей.
И Дивал, как ни странно, кивнул. А потом опустился перед камнем на колени и обхватил его ладонями.
— Ну, пару дней еще может продержаться, — задумчиво сказал Тоен, посидев над медной пластиной в ямке. — А может и не продержаться. Боюсь, на него влияет жила на этом острове, из-за которой мы сюда и прибыли. А этот амулет и так нестабилен, похоже, он изначально был настраиваемый. Его воздействие можно было усилить или уменьшить, но сейчас это только мешает ему работать.
Дивал в ответ мрачно промолчал.
— Будем готовить ловушки на демонов? — спросила Вельда.
— А куда мы денемся? Нам демоны на острове тоже не нужны. А ждать, хряпнется эта вещь или еще поработает… ну, я не настолько сильно верю в хорошее.
— Что нам делать? — спросил Дивал.
— Площадку надо расчистить. Будем чертить притягивающие демонов знаки и напитывать их силой. Для начала. Ну, и еще надеяться, что помощь придет раньше, чем ваш амулет решит, что ему надоело работать.
Дивал кивнул, огляделся, а потом решительно пошел к людям, все еще сидевшим кружочком и ждущим сошествия света.
Лииран в это же время окончательно убедился, что мир бесповоротно сошел с ума.
Бородачи наговорились в свое удовольствие. Потом, не обращая ни малейшего внимания на Лиирана и собирателя, довольно красиво спели. Вроде бы даже гимн.
Потом они отошли в сторону и опять о чем-то загадочном поговорили.
— Ты их понимаешь? — спросил Лииран, не выдержав этого дурдома.
— Через слово, — признался собиратель и улыбнулся обернувшимся бородачам. — Не обращай внимания. Они там поговорили с богом, обсудили ситуацию, решили, что спасать тебя не надо и теперь думают, что делать дальше.
— Прелестно, — сказал Лииран.
Бородачи поговорили еще немного, а потом торжественно пошли к Лиирану. И выражения лиц у них при этом были такими, словно они собирались поменять землю и небо местами, утопить солнце в горном озере, а вместо него повесить панталоны чьей-то вдовы. Лиирану даже не по себе стало.
— Мы решили! — торжественно сказал один бородач.
— Посоветовались, — добавил второй.
— Мы согласны! — провозгласил третий.
Лииран посмотрел на остальных, но они загадочно улыбались и молчали, поэтому пришлось смотреть еще и на собирателя.
— Советовались они со своим божеством, — объяснил Виресей. — А что они там для себя решили и с чем согласны, мне неизвестно.
— Ага, — только и смог сказать Лииран.
Бородачи переглянулись.
— Он не слышит! — осенило одного из них и остальные опять решили поговорить на своем непонятном языке.
В общем, Лииран как-то вдруг понял, что собиратели вовсе не странные и непонятные. Да по сравнению с этими бородачами, Виресей вообще практически брат-близнец.
— А чего они от нас хотят, ты не знаешь? — спросил он с надеждой у собирателя.
— Нет. Но они нас ждали. Точнее, они ждали кого-то из строителей, не понимая, что те их не видят и не слышат, потому что их бог для вас невидим.
— Прелестно, — повторился Лииран.
Бородачи говорили себе, говорили, причем так долго, что он перестал обращать на них внимание и стал любоваться пейзажем. Но стоило начать о них забывать и воспринимать их разговор как ничего не значащий шум, они резко вспомнили, что рядом стоят Лииран и собиратель, и решительно их обрадовали:
— Мы поможем победить демонов!
— Каких еще демонов?! — буквально взвыл несчастный наблюдатель.
— Которые скоро придут, — уверенно сказал один из бородачей и загадочно улыбнулся.
И у Лиирана зачесались руки. Самым натуральным образом зачесались. И появилось желание устроить ураган и уронить на головы бородачам несколько камней, деревьев, а может и само небо.
— Я же говорил, эти веселее, — сказал собиратель, и Лииран не выдержал.
Правда ничего ронять никому на головы он не стал. Виресея он всего лишь пнул в голень. Хорошо так пнул. Собиратель от неожиданности даже упал. И Лиирану пришлось опять сдерживаться. Очень уж хотелось попрыгать у него на животе, громко при этом хохоча. А вместо этого он глубоко вдохнул, посчитал все деревья, которые видел и обратился к бородачам:
— Что за демоны, куда они придут и почему?
Бородачи переглянулись, а потом заулыбались:
— Не очень сильные демоны, — сказал один из них. — Придут… здесь недалеко. Беглецы с материка. Сильный мужчина. И рыжая женщина, чем-то связанная с тобой.
— Зараза, — душевно сказал Лииран. — Вот почему ей на месте не сидится?
Впрочем, почему, он догадался быстро и правильно. Так что пришлось обозвать собирателя и попытаться опять его пнуть. А бородачи за этим наблюдали с подозрительным умилением.
— Спешить надо, — сказал все тот же, когда пнуть не удалось. — Если пойдем прямо сейчас, придем немного заранее и успеем поговорить с тем человеком. Он сильный.
— Ага, хорошая идея, — только и смог сказать Лииран.
А что тут еще скажешь? Что надо бежать, не глядя под ноги, потому что там жена, которая отправилась на поиски неизвестно куда девшегося мужа?
Ага, и все возьмут и так сразу побегут. Наперегонки. Подбадривая набегу Лиирана.
А храбрые следопыты дошли таки до строящегося города, заблудившись при этом всего лишь раз, да и то потому, что учитель немного отвлекся и задумался.
Нашли людей, которые пришли на остров с Тоеном, рассудив, что с самозваным советом лучше вообще не разговаривать, а все остальные будут отсылать друг к другу. Объяснили им ситуацию. Потом объяснили, что нужно Тоену и зачем. Потом рассказали зачем он туда поперся. Потом…
В общем, провели переговоры и переложили их продолжение на плечи более убедительных людей. И эти люди оказались достаточно убедительны для того, чтобы быстро собрать нужных стихийников и структурщиков, и не дать самозваному совету вмешаться. Потом объяснили, что нужно будет делать и предложили поспешить, обзывая всех настоящими героями. А потом поставили следопытов перед фактом, что им следует вернуться по своим следам и желательно при этом не заблудиться.
А бедный учитель, которого опять разочаровали ученицы, успел это разочарование запить. Точнее, начал запивать, но это особого значения не имело. Его организм вообще плохо воспринимал алкоголь. И даже отрезвляющее зелье, которое умела готовить одна из учениц, не очень помогало.
А сами ученицы слишком любили блуждать, идти куда-то не туда и надеяться, что учитель сейчас голову проветрит и выведет их куда надо.
В общем, было что запивать, на самом-то деле.
Но утешением это было слабым.
Глава 16
О том, что у всех свои проблемы.
На белую-белую скалу, украшенную темно-зелеными плетями какого-то подвида плюща, медленно и печально взбирался человек. Скале этот человек не доверял. И не зря, как показала практика. Даже несмотря на то, что он старательно укреплял места, за которые собирался схватиться, у него уже дважды улетали из-под ног куски камня, а один раз едва не свалился на голову.
В общем, умный человек посмотрел бы на эту скалу и не стал на нее лезть. И да, человек, который все-таки лез, глупым вовсе не был. Просто от его ума ничего не зависело. Выбор «лезть или не лезть» вообще не стоял, потому что очень надо было посмотреть на местность сверху, а потом передать этот образ нетрезвому следопыту и двум его бестолковым ученицам. Может они хоть после этого поймут, где все оказались и куда теперь идти. Причем, быстро идти. Тоен просто так за подмогой не пошлет. Обычно его зовут в качестве подмоги.
Вельда со скукой наблюдала за тем, как несчастные беглецы с материка пытаются расчистить площадку. Получалось у них так себе — подходящих инструментов особо не было, а помощь колдунки, которая предложила сжечь парочку мешавшихся деревьев, они отвергли. Вот и сражались теперь с ними при помощи самодельных каменных топоров. И Вельде было очень интересно, что они станут делать, когда придет очередь корчевания.
Тоен и Дивал ничем странным людям помочь не могли. Они крошили белые камни, чтобы было чем рисовать линии. Целыми камнями чертить что-то на голой земле с ошметками травы было бы бессмысленно. А вот пропахать линии заостренной палкой, потом их поправить и засыпать получившиеся канавки белым крошевом — оказалось неплохой идеей. Даже лучше чем первоначальный план — засыпать их золой. Золы бало все-таки меньше, чем кусков белого камня.
— Госпожа колдунка, — прервал размышления Вельды неуверенный мужской голос.
Девушка как раз успела засмотреться на Тоена с Дивалом, которых совместная работа делала очень похожими друг на друга. Поэтому только чудом не подскочила от неожиданности и обернулась к говорившему очень медленно.
— Госпожа колдунка, — еще неувереннее повторился невсокий, но отчаянно рыжий мужчина. — Мы подумали, посоветовались и наверное от того, что вы сожжете деревья не случится ничего плохого. Вы ведь неплохая колдунка, правда.
— Правда, — подтвердила Вельда, вставая с бревна, к которому успела почти прирасти. — Я очень хорошая колдунка. Детей не убиваю и тем более не ем. Предпочитаю поедать курей, полосатых островных свиней, а иногда и дичь. А вот говядину не люблю, сама не знаю из-за чего.
Мужчина кивнул и несмело улыбнулся.
А потом обернулся к девушке спиной и пошел вперед, показывая удобную дорогу к несговорчивому дереву. На самом деле, это было даже демонстрацией доверия. Спиной к врагам эти люди оборачиваться были не приучены, те, кто делал подобные глупости попросту не выживали.
Начинающие дровосеки с каменными топорами ценой неимоверных усилий собрали с дерева кору. Местами. Древесину же едва поцарапали. И если бы дальше продолжили рубить, то к началу зимы точно бы управились.
— Ладно, — сказала Вельда, решив, что не будет злорадствовать. Откинула капюшон, чтобы ничто не мешало, размяла пальцы, а потом обхватила ладонями ствол, липкий из-за поврежденной коры. — Начнем.
Энергия потекла из ладоней, вверх быстрее, чем вниз, нагрела древесину всю разом, до кончиков самых длинных и тонких веточек и зарывшихся глубоко корешков. Резко, скачком нагрела еще больше, вспыхнув сама в себя и дерево осыпалось вниз мелким пеплом и не задетыми огнем листьями. Вельда едва успела щит выставить, а то бы точно перекрасилась в равномерно-серый цвет и всех вокруг перекрасила.
Полюбовавшись клубящимся за щитом облаком пепла, девушка вздохнула. Об этой проблеме она как-то не подумала. Но Тоену она оказалась на один щелчок — пепел тут же прихлопнуло к земле, а потом поволокло толстой змеей куда-то вдаль.
— Готово, — сказала Вельда. — Второе дерево тоже убрать?
Люди ей ответили взглядами, в которых мешался восторг с испугом, и молчанием.
— Убирай, — велел Тоен. — Только сразу проложи воздушный поток, чтобы нас не отвлекать.
И Вельда кивнула.
— Небо нас слышит, небо нас ведет, — торжественно говорил один из бородачей, воздевая руки над головой.
— Ведет! — радостно подтверждали другие бородачи и с полминуты напевали что-то вроде «анна-ана-ана-ана».
— Земля нас держит и укажет дорогу, — продолжал первый бородач.
— Укажет! — соглашались с ним остальные и, словно в подтверждение, топали ногами по всему, что под эти ноги попалось. Треск стоял страшный.
— Вода нас укроет, вода нас спасет, — продолжал свою речь первый.
— Спасет! — ни капли не сомневались остальные и покачивали ладонями перед грудью.
— Огонь вас не любит, огонь вас сожжет, — пробормотал негромко собиратель, и Лииран хихикнул, но бородачи почему-то соглашаться не стали, а наоборот непонятно у кого начали просить защиты от огня.
А все почему? А все потому, что главный в этом ритуале мужик почувствовал вдруг огненную магию где-то недалеко, а потом все остальные еще и увидели облако пепла, которое кто-то быстро прижал к земле и куда-то дел. Самое смешное, что и магия и облако было там, куда все и шли. Так что с огнем скорее всего баловалась Вельда. О чем Лииран сказал. Но это ничего не дало. Бородачи все равно решили провести ритуал на всякий случай. А то мало ли?
— Теперь мы можем идти дальше? — довольно вежливо спросил Виресей, подождав, пока бородачи постоят в кружочке и о чем-то загадочном поговорят.
Главарь величественно кивнул.
— Надеюсь, больше никто никаких знамений не утроит, — вздохнув, сказал собиратель Лиирану. — А то они, конечно, веселые, но иногда так раздражают. А я терпением никогда не отличался. Еще зашибу случайно. Потом скучно станет. Да и твои островитяне наверняка не поймут, они же не знают, чем эти люди отличаются от всех остальных.
— А что тебе нужно от моих островитян? — спросил Лииран, которому подумалось, что еще немного и он тоже с уверенностью сможет сказать, что зашибет людей непонятно какого бога. Причем, непременно случайно.
