Но соседушка удивил. Наставив на меня указательный палец, он прищурился:
– Вы специально прыгали на кровати ночью, чтобы не дать мне выспаться?
В таком коварстве меня еще никогда не обвиняли.
– Извините, – я развела руками, стараясь не рассмеяться, – но я просто очень беспокойно сплю.
– Так привязывайте себя! – выкрикнул он и сам от удивления округлил глаза.
– А может, лучше вы затычками для ушей воспользуетесь? – я не хотела угрожать, но руки сами сжались в кулаки. Не люблю начинать утро со скандала. Он, конечно, бодрит, но и настроение портит. – Или вы не верите в коменданта?
Я уже была готова, чуть опустив голову, начать наступать на мужчинку, которого я превосходила в росте, но в коридоре показалась секретарь ректора Линдера Хокенг в парчовом халате бордового цвета. Она так быстро перебирала ногами, что лицо женщины сливалось в колере с одеждой от непривычной нагрузки.
– Инда! – она легким движением руки убрала с пути моего соседа. Тот отлетел фактически на середину коридора и куда-то заспешил по своим делам, с видом, что так и планировалось. – У нас ЧП!
Я храбрый капитан отряда безопасности. На меня равняются многие мужчины в отделе. Я не боюсь ни гнева толпы, ни взрывов, ни преступников. Однако, стоя сейчас впереди преподавательского состава и наминая в потных ладошках букет цветов, мне очень хотелось сбежать куда-нибудь подальше отсюда с диким визгом. А еще теперь я точно сверну Руфусу шею, как только он объявится!
И ведь Линдара оказалась права, бесследно исчезнувший накануне проверки ректор академии – это то еще ЧП.
Рано утром с секретарем связался человек, с которым вчера днем должен был встретиться Руфус Ламбер, и тем не менее встреча так и не состоялась. Линдара в срочном порядке потревожила покой нескольких уважаемых чинов через магфон, чтобы услышать также о срыве договоренностей по причине неявки ректора к оговоренному времени.
Когда твой бывший одногруппник становится ректором, то почему-то в случае пропажи его начинают искать у тебя в комнате. За этим Линдара и поспешила с утра ко мне, не сняв с волос бигуди. Пришлось даже доказывать настойчивой секретарше, что в моем временном пристанище самого Руфуса Ламбера нет, но зато имеется его бицикл.
Линдара сухо обозвала меня шутницей и, шустро перебирая ногами в тапочках, поспешила организовать срочный сбор руководящего состава, на который зачем-то пригласили и меня. Хотя чуть позже я поняла хитрую задумку Линдары. Ну а пока сидела себе спокойно в уголке на стуле, сложив руки на коленях, и с удовольствием наблюдала, как другие бегают по небольшому залу для совещаний. Оказывается, ректор весьма востребованная личность в Боевой Академии.
Счетовод прижимал к груди пухлую папку с бумагами, и слезно просил кого-нибудь подделать три десятка подписей Руфуса до приезда комиссии. Бедняга всю ночь не спал, а проверял отчеты. Возможно, что-то подправил. Или просто съел, чтобы улик не осталось.
Мой сосед, недовольный оргией, на которую его не пригласили, оказался не просто магом огня, но и проректором по воспитательной работе. Вот почему его возмутил ночной шум. Он гордо выкатил вперед грудь, становясь похожим на грозного цыпленка, и сказал, что раз ректора нет, то встречать комиссию полагается ему. На это декан факультета льда с усмешкой заметил, что в прошлый раз так и сделали, а в итоге комиссии вместо цветов вручили выговор за опоздание на двадцать минут.
Завхоз требовал сказать цветовое соотношение в букете, подтвержденное приказом, ведь все должно быть сделано строго по инструкции. Ему тут же припомнили гвозди, которые он забраковал, потому что они были на три миллиметра длиннее, чем оказалось написано в накладной.
Декан факультета целительства строила глазки проректору по учебной работе, который радовал всех зеленой мантией. Некромант на отчаянный флирт внимания не обращал, наглаживая череп, зачем-то прихваченный на собрание. Очень надеюсь, что это не останки Руфуса. Наверное, лекарке нужно было намекнуть, будто некроманта больше прельщают менее активные девицы, а в частности – уже умершие. И то исключительно с научной точки зрения. Но наблюдать все равно было забавно.
А вот декан факультета некромантии с мрачной решимостью кружил рядом с дверью. Он уже несколько раз порывался сбежать, однако зоркий взгляд Линдары пресекал дезертирство. Но мужчина не сдавался, и пытался поймать момент, когда всевидящее око секретаря забудет о нем. И лучше бы он хотел в туалет, возможно, над бедолагой сжалились бы, а ради спасения четырех студентов, пойманных ночью ловушкой, отпускать декана никто не собирался. Точнее, прозвучал оптимистичный лозунг: «Страдать, так вместе».
– А давайте Инда встретит комиссию, – неожиданно внесла предложение секретарь, и я чуть со стула не упала. – А что? Ей не привыкать общаться с высшими чинами. Да она их на работе видит чуть ли не каждый день.
Некромант даже соизволил прекратить наглаживать своего дружка. Мне показалось, или у черепа недовольно сверкнули зеленью пустые глазницы?
– Эта пойдет, – одобрительно произнес он в тишине. – Ничего такая. Анатомически неплохо сложена. Скелет с хорошими пропорциями получится. А это вообще кто?
– Инда Глетчер, – отрапортовала я, непроизвольно расправляя плечи и держа спину идеально ровно. – Маг льда. Временный преподаватель вместо пропавшего.
– Временный? – некромант снова пробежался по мне взглядом. – Это хорошо. – А между строк читалось: «Эту не жалко». – Я Каил. Что делаете сегодня вечером, Инда?
– Проректор Мартелг, – секретарь голос не повышала, но графин на столе нервно дзынькнул, – не смейте совращать Инду. Или, может, вы хотите целый день носиться с комиссией?
– Как целый день? – подпрыгнула я на месте от удивления. – Только что речь шла о встрече.
– Ну ты сама подумай, – развела руками Линдара. – Ректор тебе поставил пока лишь наблюдение за третьим курсом на тренировке и лекции у первошей. Тебя проще заменить. К третьегодкам пошлем пятый курс, а малышам аспиранты пока теорию с учебника почитают. Комиссию уважить важнее.
И вот стою я, значит, улыбаюсь, словно словила паралич мышц лица. В белой блузке, в черной юбке с серебристой вышивкой эмблемы факультета льда, в синей мантии, волосы в строгий пучок уложены. Я аж как на себя в зеркало первый раз взглянула, чуть икать не начала. Сразу захотелось манерно отпить чайку из чашки и обсудить, расцвели ли астры в соседском саду. Кто эта взрослая незнакомая тетка? Дайте мне мою униформу безопасника обратно!
Букет еще этот. Линдара чудом отыскала подписанный Руфусом заранее приказ о том, какие цветы следует собрать. Видимо, ректор отлично знал привычку завхоза, и решил подстраховаться. Четыре факультета, четыре цвета. На каждый по десять цветков и в центре пышный пион белого расцветки для правильного числа. Я не неженка, но руки начали дрожать спустя пять минут после вручения мне этого веника.
Но главный сюрприз оказался еще впереди. Да какой сюрприз – инфаркт вместе с инсультом и припадком.
Стою я, про себя ректора крою теми словами, которыми часто коллеги обзывают начальство, когда их вне графика на пару дежурств оставляют. Привратник рядом стоит, ждет, когда достопочтимая комиссия выберется из омнибуса. Счастливые. Сюда с комфортом добирались, а не на бицикле. И тут последний человек выходит из вагончика на свет. Фокусирует на мне взгляд. Его брови приподнимаются, а губы растягиваются в улыбке. Именно сейчас захотелось бросить букет и сбежать в лес подальше от Главного дознавателя. А что? Там грибочки, ягодки – не пропаду.
– Безопасник Глетчер? – не слишком удивленно и как-то многообещающе протянул Криос Винтер. – Инда, и ты здесь.
– И я здесь, – шипеть в лицо столь высокому чину несколько опрометчиво, хуже разве что с силой впихнуть ему букет в руки. Так что мужчина пошатнулся. Впрочем, именно это я и сделала. – Временно исполняю обязанности преподавателя.
– Учишь детей, как устраивать себе магическое выгорание? – букет дознаватель перехватил одной ладонью, не напрягаясь. Даже обидно стало. – Они и без тебя с этим справятся.
Со другой стороны барьера раздался деликатный кашель, чуть не оглушивший меня. За столько лет служения секретарем Линдара так и не научилась деликатно намекать.
– Можете не переживать, – я уже устала улыбаться, но деваться было некуда, – я практику не преподаю.
– Это хорошо, – неожиданно с серьезным видом кивнул Криос. – С поврежденными каналами шутки плохи, можно вообще без магии остаться.
Теперь кашель раздался со стороны прибывших. Складывалось впечатление, что одна группа болезных приехала проведать другую.
И кто же такой бессмертный, рискнувший намекнуть Главному дознавателю, что пора поторопиться?
Я встретилась взглядом с очень неприятной дамочкой. Точнее, на личико она была вполне смазливая, а по ощущениям – мерзкая мерзость. С таким вызовом на меня смотрела, словно я ей должна была цветы подарить и к ножкам припасть.
– Криос… – нежно пропела она и сразу будто бы смутилась: – Простите, Главный дознаватель, может, мы все же войдем? Путь оказался долгим.
Отлично, мало мне потенциальных военных баталий внутри Боевой Академии с преподавателями женского пола, так еще и из вне неприятности подъехали. Это была попытка намекнуть, будто Криос Винтер занят? Да, пожалуйста. Я с самоубийцами работать вообще не люблю, никогда не знаешь, что они выкинут. Он же не просто так Главный Дознаватель. Криос Винтер – сильнейший некромант, со всеми вытекающими отсюда последствиями, в том числе и со скверным характером.
Что тот и продемонстрировал, нарочито громко и с пренебрежением бросив:
– А я говорил – мне бабы в отряде не нужны. То есть, в комиссии.
Группа поддержки дознавателя еле слышно захмыкала. В голос никто не смеялся, однако выглядело все именно так. Дамочка обиженно вспыхнула и прикусила губу.
А я присмотрелась к комиссии. Действительно, баб среди них не было. К трем девушкам в скромных дорожных костюмах я смело могла обращаться «коллеги». Это при том, что одна из них определенно лекарь. Мужчины так нарочито пытались держаться расслабленно, что это невольно бросалось в глаза. Да, не такую мы комиссию ждали. Совсем не такую.
Я сглотнула вязкий ком и дала отмашку привратнику открыть проход. Прибывшие ручейком потекли внутрь барьера, только Криос придержал меня за локоть и тихо спросил:
– Меня, конечно, все устраивает, но почему нас встречаешь ты, а не ректор? Где Ламбер?
– Где-то, – со вздохом призналась я. Сама хотела там же оказаться.
Женская часть педагогического состава ожила, стоило только им получше рассмотреть Криоса. Вот нельзя быть некромантом и таким красивым одновременно.
– Главный дознаватель с сопровождением, – громко представила я гостей и градус оживления ощутимо упал. Зато мужчины гордо приосанились.
– А зачем нам Главный дознаватель? – по-умному спросил проректор по воспитательной работе. Хорошо, что не он стоял с букетом наперевес. А то пришлось бы еще и его потом искать. – Нет, нам Главный дознаватель не нужен.
На моего соседа все дружно зашикали. И судя по ойку, кто-то даже сподобился отвесить мужичку пинка.
– Какая жалость, – вытер несуществующие слезы Криос, – ни кому-то я не нужен. Вот разве что Инде.
И приобнял меня за плечи одной рукой. Ревнивая дамочка дернулась, словно от пощечины, и разъяренным взглядом впилась в меня. И чего она переживает? Я согласна поменяться с ней местами. Не стоит игру Главного дознавателя принимать за чистую монету, он мне просто мстит.
– Проходите на территорию, – сквозь зубы прошипела я, одновременно удерживая улыбку. – Мы вас чаем напоим.
– С ядом? – отчего-то слишком довольным тоном уточнил Криос Винтер.
– Даже если и с ним, то переживать не стоит, – мое радушие отдавало могильной сыростью, – у нас целый факультет лекарей есть. Пять курсов. Два потока. Кто-нибудь обязательно вас спасет.
– Или добьет, – дознаватель двинулся следом за своей командой вместе со мной.
Так, можно сказать, в обнимку, мы и вышли прямо в центр ссоры.
Я краем глаза успела уловить огненную вспышку справа и вскинула руку, чтобы выставить барьер, как заработала букетом по голове.
– Ты куда это руки тянешь? – Криос зло прищурился, делая незатейливый пас. – Так и знал, нельзя тебя, Инда, без присмотра оставлять.
Комиссия молча смотрела, как две студентки махали друг на друга руками, даже не заметив, что магию у них заблокировали. Если прислушаться к их экспрессивному обмену любезностями, то можно заподозрить, будто Боевую Академию накрыла любовная лихорадка. Студентки делили парня, весьма хитрого, нужно заметить. Гулял он с обоими по очереди, и выбирать не желал.
– Проректор по воспитательной работе, – сладким голосом позвал Главный дознаватель, – вы собираетесь вмешаться, или это торжественная часть встречи?
Соседушка тяжело вздохнул, посмотрел на небо, словно прощаясь, и пошел вразумлять истеричек, которые не нашли лучшего места для выяснения отношений, чем главный вход.
– Так где все-таки Руфус Ламбер? – мурлыкнул мне на ухо Криос, вызывая желание вытереть пострадавший орган о плечо. – Прячется? А если найду?
– Ой, найдите, пожалуйста, – я сложила руки в молитвенном жесте, и как бы невзначай попыталась отступить в бок. Мужская ладонь на плече сжалась, возвращая меня на место. – Самим хотелось бы знать.
– Инда, не стоит меня оскорблять вежливостью, особенно после того, что между нами было, – с гадкой улыбочкой громко сказал Криос, привлекая внимание к нашей паре.
– А что между вами было? – бесцеремонно влезла декан лекарского факультета.
– Неважно, – буркнула я, чувствуя, как щеки начинают теплеть.
Члены комиссии с улыбками бросали на меня незаметные для деканов взгляды. Кажется, я догадываюсь, кто сегодня прибыл в академию с проверкой. Теперь осталось решить: пугать местный контингент или нет, поскольку специальный отдел расследований внутренних преступлений к абы кому в гости не приходит.
Ну разве что за исключением влюбленной в Главного дознавателя дамочки. Она вообще не маг, и что делает в этой компании, до конца не понятно.
– И все же я имею скромную надежду встретиться с руководителем академии, – несмотря на шутливую интонацию, угрозу в голосе Криоса Винтера уловили все. – Должен же быть у ректора заместитель?
Два проректора переглянулись и решили заняться тем, чем обычно страдают все служители высшего чина – перекладыванием ответственности на других.
– В моем ведении только учебный процесс, – выпалил проректор по учебной работе.
– Я отвечаю только за поведение студентов, – пропыхтел проректор по воспитательной работе, удерживая за локти двух девушек, мечтающих добраться до волос соперницы.
– Есть подозрение, что вы не справляетесь с возложенными на вас обязанностями, – больше Главный дознаватель не шутил, а говорил сухо и отрывисто. – Студентки должны быть на занятиях, а не устраивать публичные разборки. Ругались они отменно. Надеюсь, кто-нибудь записал их словесные обороты? Чувствую, новые словечки мне сегодня пригодятся.
Меня наконец-то отпустили, чем я и воспользовалась, сделав широкий шаг в сторону. Еще бы немножко, и продемонстрировала всем желающим свою отличную растяжку в шпагате. Теперь стало понятно, зачем преподавателям такие юбки летящего кроя.
– Вы специально прыгали на кровати ночью, чтобы не дать мне выспаться?
В таком коварстве меня еще никогда не обвиняли.
– Извините, – я развела руками, стараясь не рассмеяться, – но я просто очень беспокойно сплю.
– Так привязывайте себя! – выкрикнул он и сам от удивления округлил глаза.
– А может, лучше вы затычками для ушей воспользуетесь? – я не хотела угрожать, но руки сами сжались в кулаки. Не люблю начинать утро со скандала. Он, конечно, бодрит, но и настроение портит. – Или вы не верите в коменданта?
Я уже была готова, чуть опустив голову, начать наступать на мужчинку, которого я превосходила в росте, но в коридоре показалась секретарь ректора Линдера Хокенг в парчовом халате бордового цвета. Она так быстро перебирала ногами, что лицо женщины сливалось в колере с одеждой от непривычной нагрузки.
– Инда! – она легким движением руки убрала с пути моего соседа. Тот отлетел фактически на середину коридора и куда-то заспешил по своим делам, с видом, что так и планировалось. – У нас ЧП!
Прода от 27 марта
ГЛАВА 3
Я храбрый капитан отряда безопасности. На меня равняются многие мужчины в отделе. Я не боюсь ни гнева толпы, ни взрывов, ни преступников. Однако, стоя сейчас впереди преподавательского состава и наминая в потных ладошках букет цветов, мне очень хотелось сбежать куда-нибудь подальше отсюда с диким визгом. А еще теперь я точно сверну Руфусу шею, как только он объявится!
И ведь Линдара оказалась права, бесследно исчезнувший накануне проверки ректор академии – это то еще ЧП.
Рано утром с секретарем связался человек, с которым вчера днем должен был встретиться Руфус Ламбер, и тем не менее встреча так и не состоялась. Линдара в срочном порядке потревожила покой нескольких уважаемых чинов через магфон, чтобы услышать также о срыве договоренностей по причине неявки ректора к оговоренному времени.
Когда твой бывший одногруппник становится ректором, то почему-то в случае пропажи его начинают искать у тебя в комнате. За этим Линдара и поспешила с утра ко мне, не сняв с волос бигуди. Пришлось даже доказывать настойчивой секретарше, что в моем временном пристанище самого Руфуса Ламбера нет, но зато имеется его бицикл.
Линдара сухо обозвала меня шутницей и, шустро перебирая ногами в тапочках, поспешила организовать срочный сбор руководящего состава, на который зачем-то пригласили и меня. Хотя чуть позже я поняла хитрую задумку Линдары. Ну а пока сидела себе спокойно в уголке на стуле, сложив руки на коленях, и с удовольствием наблюдала, как другие бегают по небольшому залу для совещаний. Оказывается, ректор весьма востребованная личность в Боевой Академии.
Счетовод прижимал к груди пухлую папку с бумагами, и слезно просил кого-нибудь подделать три десятка подписей Руфуса до приезда комиссии. Бедняга всю ночь не спал, а проверял отчеты. Возможно, что-то подправил. Или просто съел, чтобы улик не осталось.
Мой сосед, недовольный оргией, на которую его не пригласили, оказался не просто магом огня, но и проректором по воспитательной работе. Вот почему его возмутил ночной шум. Он гордо выкатил вперед грудь, становясь похожим на грозного цыпленка, и сказал, что раз ректора нет, то встречать комиссию полагается ему. На это декан факультета льда с усмешкой заметил, что в прошлый раз так и сделали, а в итоге комиссии вместо цветов вручили выговор за опоздание на двадцать минут.
Завхоз требовал сказать цветовое соотношение в букете, подтвержденное приказом, ведь все должно быть сделано строго по инструкции. Ему тут же припомнили гвозди, которые он забраковал, потому что они были на три миллиметра длиннее, чем оказалось написано в накладной.
Декан факультета целительства строила глазки проректору по учебной работе, который радовал всех зеленой мантией. Некромант на отчаянный флирт внимания не обращал, наглаживая череп, зачем-то прихваченный на собрание. Очень надеюсь, что это не останки Руфуса. Наверное, лекарке нужно было намекнуть, будто некроманта больше прельщают менее активные девицы, а в частности – уже умершие. И то исключительно с научной точки зрения. Но наблюдать все равно было забавно.
А вот декан факультета некромантии с мрачной решимостью кружил рядом с дверью. Он уже несколько раз порывался сбежать, однако зоркий взгляд Линдары пресекал дезертирство. Но мужчина не сдавался, и пытался поймать момент, когда всевидящее око секретаря забудет о нем. И лучше бы он хотел в туалет, возможно, над бедолагой сжалились бы, а ради спасения четырех студентов, пойманных ночью ловушкой, отпускать декана никто не собирался. Точнее, прозвучал оптимистичный лозунг: «Страдать, так вместе».
– А давайте Инда встретит комиссию, – неожиданно внесла предложение секретарь, и я чуть со стула не упала. – А что? Ей не привыкать общаться с высшими чинами. Да она их на работе видит чуть ли не каждый день.
Некромант даже соизволил прекратить наглаживать своего дружка. Мне показалось, или у черепа недовольно сверкнули зеленью пустые глазницы?
– Эта пойдет, – одобрительно произнес он в тишине. – Ничего такая. Анатомически неплохо сложена. Скелет с хорошими пропорциями получится. А это вообще кто?
– Инда Глетчер, – отрапортовала я, непроизвольно расправляя плечи и держа спину идеально ровно. – Маг льда. Временный преподаватель вместо пропавшего.
– Временный? – некромант снова пробежался по мне взглядом. – Это хорошо. – А между строк читалось: «Эту не жалко». – Я Каил. Что делаете сегодня вечером, Инда?
– Проректор Мартелг, – секретарь голос не повышала, но графин на столе нервно дзынькнул, – не смейте совращать Инду. Или, может, вы хотите целый день носиться с комиссией?
– Как целый день? – подпрыгнула я на месте от удивления. – Только что речь шла о встрече.
– Ну ты сама подумай, – развела руками Линдара. – Ректор тебе поставил пока лишь наблюдение за третьим курсом на тренировке и лекции у первошей. Тебя проще заменить. К третьегодкам пошлем пятый курс, а малышам аспиранты пока теорию с учебника почитают. Комиссию уважить важнее.
И вот стою я, значит, улыбаюсь, словно словила паралич мышц лица. В белой блузке, в черной юбке с серебристой вышивкой эмблемы факультета льда, в синей мантии, волосы в строгий пучок уложены. Я аж как на себя в зеркало первый раз взглянула, чуть икать не начала. Сразу захотелось манерно отпить чайку из чашки и обсудить, расцвели ли астры в соседском саду. Кто эта взрослая незнакомая тетка? Дайте мне мою униформу безопасника обратно!
Букет еще этот. Линдара чудом отыскала подписанный Руфусом заранее приказ о том, какие цветы следует собрать. Видимо, ректор отлично знал привычку завхоза, и решил подстраховаться. Четыре факультета, четыре цвета. На каждый по десять цветков и в центре пышный пион белого расцветки для правильного числа. Я не неженка, но руки начали дрожать спустя пять минут после вручения мне этого веника.
Но главный сюрприз оказался еще впереди. Да какой сюрприз – инфаркт вместе с инсультом и припадком.
Стою я, про себя ректора крою теми словами, которыми часто коллеги обзывают начальство, когда их вне графика на пару дежурств оставляют. Привратник рядом стоит, ждет, когда достопочтимая комиссия выберется из омнибуса. Счастливые. Сюда с комфортом добирались, а не на бицикле. И тут последний человек выходит из вагончика на свет. Фокусирует на мне взгляд. Его брови приподнимаются, а губы растягиваются в улыбке. Именно сейчас захотелось бросить букет и сбежать в лес подальше от Главного дознавателя. А что? Там грибочки, ягодки – не пропаду.
– Безопасник Глетчер? – не слишком удивленно и как-то многообещающе протянул Криос Винтер. – Инда, и ты здесь.
– И я здесь, – шипеть в лицо столь высокому чину несколько опрометчиво, хуже разве что с силой впихнуть ему букет в руки. Так что мужчина пошатнулся. Впрочем, именно это я и сделала. – Временно исполняю обязанности преподавателя.
– Учишь детей, как устраивать себе магическое выгорание? – букет дознаватель перехватил одной ладонью, не напрягаясь. Даже обидно стало. – Они и без тебя с этим справятся.
Со другой стороны барьера раздался деликатный кашель, чуть не оглушивший меня. За столько лет служения секретарем Линдара так и не научилась деликатно намекать.
– Можете не переживать, – я уже устала улыбаться, но деваться было некуда, – я практику не преподаю.
– Это хорошо, – неожиданно с серьезным видом кивнул Криос. – С поврежденными каналами шутки плохи, можно вообще без магии остаться.
Теперь кашель раздался со стороны прибывших. Складывалось впечатление, что одна группа болезных приехала проведать другую.
И кто же такой бессмертный, рискнувший намекнуть Главному дознавателю, что пора поторопиться?
Я встретилась взглядом с очень неприятной дамочкой. Точнее, на личико она была вполне смазливая, а по ощущениям – мерзкая мерзость. С таким вызовом на меня смотрела, словно я ей должна была цветы подарить и к ножкам припасть.
– Криос… – нежно пропела она и сразу будто бы смутилась: – Простите, Главный дознаватель, может, мы все же войдем? Путь оказался долгим.
Отлично, мало мне потенциальных военных баталий внутри Боевой Академии с преподавателями женского пола, так еще и из вне неприятности подъехали. Это была попытка намекнуть, будто Криос Винтер занят? Да, пожалуйста. Я с самоубийцами работать вообще не люблю, никогда не знаешь, что они выкинут. Он же не просто так Главный Дознаватель. Криос Винтер – сильнейший некромант, со всеми вытекающими отсюда последствиями, в том числе и со скверным характером.
Что тот и продемонстрировал, нарочито громко и с пренебрежением бросив:
– А я говорил – мне бабы в отряде не нужны. То есть, в комиссии.
Группа поддержки дознавателя еле слышно захмыкала. В голос никто не смеялся, однако выглядело все именно так. Дамочка обиженно вспыхнула и прикусила губу.
А я присмотрелась к комиссии. Действительно, баб среди них не было. К трем девушкам в скромных дорожных костюмах я смело могла обращаться «коллеги». Это при том, что одна из них определенно лекарь. Мужчины так нарочито пытались держаться расслабленно, что это невольно бросалось в глаза. Да, не такую мы комиссию ждали. Совсем не такую.
Я сглотнула вязкий ком и дала отмашку привратнику открыть проход. Прибывшие ручейком потекли внутрь барьера, только Криос придержал меня за локоть и тихо спросил:
– Меня, конечно, все устраивает, но почему нас встречаешь ты, а не ректор? Где Ламбер?
– Где-то, – со вздохом призналась я. Сама хотела там же оказаться.
Женская часть педагогического состава ожила, стоило только им получше рассмотреть Криоса. Вот нельзя быть некромантом и таким красивым одновременно.
– Главный дознаватель с сопровождением, – громко представила я гостей и градус оживления ощутимо упал. Зато мужчины гордо приосанились.
– А зачем нам Главный дознаватель? – по-умному спросил проректор по воспитательной работе. Хорошо, что не он стоял с букетом наперевес. А то пришлось бы еще и его потом искать. – Нет, нам Главный дознаватель не нужен.
На моего соседа все дружно зашикали. И судя по ойку, кто-то даже сподобился отвесить мужичку пинка.
– Какая жалость, – вытер несуществующие слезы Криос, – ни кому-то я не нужен. Вот разве что Инде.
И приобнял меня за плечи одной рукой. Ревнивая дамочка дернулась, словно от пощечины, и разъяренным взглядом впилась в меня. И чего она переживает? Я согласна поменяться с ней местами. Не стоит игру Главного дознавателя принимать за чистую монету, он мне просто мстит.
– Проходите на территорию, – сквозь зубы прошипела я, одновременно удерживая улыбку. – Мы вас чаем напоим.
– С ядом? – отчего-то слишком довольным тоном уточнил Криос Винтер.
– Даже если и с ним, то переживать не стоит, – мое радушие отдавало могильной сыростью, – у нас целый факультет лекарей есть. Пять курсов. Два потока. Кто-нибудь обязательно вас спасет.
– Или добьет, – дознаватель двинулся следом за своей командой вместе со мной.
Так, можно сказать, в обнимку, мы и вышли прямо в центр ссоры.
Прода от 30 марта
Я краем глаза успела уловить огненную вспышку справа и вскинула руку, чтобы выставить барьер, как заработала букетом по голове.
– Ты куда это руки тянешь? – Криос зло прищурился, делая незатейливый пас. – Так и знал, нельзя тебя, Инда, без присмотра оставлять.
Комиссия молча смотрела, как две студентки махали друг на друга руками, даже не заметив, что магию у них заблокировали. Если прислушаться к их экспрессивному обмену любезностями, то можно заподозрить, будто Боевую Академию накрыла любовная лихорадка. Студентки делили парня, весьма хитрого, нужно заметить. Гулял он с обоими по очереди, и выбирать не желал.
– Проректор по воспитательной работе, – сладким голосом позвал Главный дознаватель, – вы собираетесь вмешаться, или это торжественная часть встречи?
Соседушка тяжело вздохнул, посмотрел на небо, словно прощаясь, и пошел вразумлять истеричек, которые не нашли лучшего места для выяснения отношений, чем главный вход.
– Так где все-таки Руфус Ламбер? – мурлыкнул мне на ухо Криос, вызывая желание вытереть пострадавший орган о плечо. – Прячется? А если найду?
– Ой, найдите, пожалуйста, – я сложила руки в молитвенном жесте, и как бы невзначай попыталась отступить в бок. Мужская ладонь на плече сжалась, возвращая меня на место. – Самим хотелось бы знать.
– Инда, не стоит меня оскорблять вежливостью, особенно после того, что между нами было, – с гадкой улыбочкой громко сказал Криос, привлекая внимание к нашей паре.
– А что между вами было? – бесцеремонно влезла декан лекарского факультета.
– Неважно, – буркнула я, чувствуя, как щеки начинают теплеть.
Члены комиссии с улыбками бросали на меня незаметные для деканов взгляды. Кажется, я догадываюсь, кто сегодня прибыл в академию с проверкой. Теперь осталось решить: пугать местный контингент или нет, поскольку специальный отдел расследований внутренних преступлений к абы кому в гости не приходит.
Ну разве что за исключением влюбленной в Главного дознавателя дамочки. Она вообще не маг, и что делает в этой компании, до конца не понятно.
– И все же я имею скромную надежду встретиться с руководителем академии, – несмотря на шутливую интонацию, угрозу в голосе Криоса Винтера уловили все. – Должен же быть у ректора заместитель?
Два проректора переглянулись и решили заняться тем, чем обычно страдают все служители высшего чина – перекладыванием ответственности на других.
– В моем ведении только учебный процесс, – выпалил проректор по учебной работе.
– Я отвечаю только за поведение студентов, – пропыхтел проректор по воспитательной работе, удерживая за локти двух девушек, мечтающих добраться до волос соперницы.
– Есть подозрение, что вы не справляетесь с возложенными на вас обязанностями, – больше Главный дознаватель не шутил, а говорил сухо и отрывисто. – Студентки должны быть на занятиях, а не устраивать публичные разборки. Ругались они отменно. Надеюсь, кто-нибудь записал их словесные обороты? Чувствую, новые словечки мне сегодня пригодятся.
Меня наконец-то отпустили, чем я и воспользовалась, сделав широкий шаг в сторону. Еще бы немножко, и продемонстрировала всем желающим свою отличную растяжку в шпагате. Теперь стало понятно, зачем преподавателям такие юбки летящего кроя.
