– Нет, сопоставил некоторые косвенные факты. На самом деле, докопаться до этого не-сложно. Когда есть деньги и связи. А также немного сообразительности. Тем более, что Деланье не скрывал, что у него была дочь – только говорил, что она погибла. Кстати, ты знаешь, что у тебя есть могила? Правда, как выяснилось, пустая.
Я поёжилась – об этом я не задумывалась. Хотя, это вполне логично с учётом того, что я, по официальной версии, умерла.
– И ты был на этой могиле? – спросила я – самой мне бы никогда не хотелось оказаться у могильной плиты, с собственным именем и датой смерти.
– Нет, были мои люди. Они и вскрыли гроб.
– А почему ты, вообще, изначально решил, что я имею какое-то отношение к Деланье?
– Не скажу, что всё было элементарно, – Загир усмехнулся. – Видишь ли, я деловой человек, и привык быть в курсе дел моих партнёров. Кайома Макфей – не исключение. Я знаю, что у него не лучшие отношения с родителями. И тут один из моих хороших знакомых, – последние два слова он выделил интонацией, – рассказывает мне, что Кайома соизволил-таки посетить очередной приём, устраиваемый его родителями. Он пришёл туда с очередной никому не известной девушкой – ничего нового. Но мой знакомый – человек очень внимательный. Он заметил, что девушка Макфея говорила с Деланье. И генерал-майор явно был не в восторге от этого разговора. После чего Макфей и девушка покинули вечеринку.
Загир помолчал, глядя на меня с лёгкой улыбкой:
– Гостьи Макфея-младшего, как правило, птички не того полёта, чтобы докучать таким серьёзным людям. А через некоторое время ко мне приходишь ты – его марионетка. Та самая девушка, которая вывела Деланье из душевного равновесия.
Он откинулся на спинку кресла:
– Мне нравится решать загадки, с несколькими неизвестными. Я свёл все факты о тебе, и о Деланье. Так я нашёл твою пустую могилу. Да и по возрасту ты подходишь. И ещё мне в руки попалось вот это.
Он покопался в ящике стола, и положил передо мной старую газету. Я взяла её в руки. Страницы пожелтели от времени, текст тоже основательно поблек. В колонке, обведённой чёрной рамкой, под столбиками слов, помещалась чёрно-белая фотография – поясной портрет маленькой девочки, лет десяти, в красивом платье. Это был мой некролог девятилетней давности.
– Печать не очень качественная, – сказал Загир, наблюдая за моей реакцией. – Плюс прошло много времени, но сходство, определённо, есть. Слишком очевидное, чтобы быть совпадением.
– Твоей проницательности можно только позавидовать, – вздохнула я, кладя газету обратно на стол.
Он наклонил голову, словно принимал похвалу, и спросил:
– Но вот почему Деланье, в принципе, сфальсифицировал твою смерть? Ты сказала, что в этот раз он, всего лишь, хотел, чтобы его ложь стала правдой. Но должна быть причина. И достаточно веская.
– Можно сказать, что он не лгал. Он, правда, надеялся, что меня нет в живых. Деланье не знал, все эти годы, где я. А причины… Эта тема уже не относится к тому, о чём мы до-говаривались! – резко прервалась я. – Ты сказал, что расскажешь мне о Лавинии, если я расскажу о Дорее! На этом – всё!
– Жаль. Но ты права – на этот раз ты условия сделки выполнила.
«На этот раз»… Эти слова резанули слух. Как будто Загир рассчитывал, что между нами ещё будут какие-то сделки. Рассчитывал и, возможно, собирался этому способствовать. Загир Альвар… Он добивался своих целей любыми путями. Да, он так и остался обаятельным, располагающим к себе, но… я поняла, насколько опасным он может быть, несмотря на внешнюю доброжелательность.
«Я даже не удивлюсь, что исчезновение Лави, всё же, подстроил он, – закралась в голову неприятная до жути мысль. – Только лишь для того, чтобы узнать о том, что так сильно его интересует».
– Лекс, – в первый раз за весь разговор Альвар, вдруг, обратился к Мейснеру. – Смерть Деланье… Это же твоих рук дело?
– Почему ты так решил? – в голосе Мейснера не было удивления – только любопытство – похоже, он и отрицать ничего не собирался.
– Слишком идеальное убийство. Ни следов, ничего. И, при этом, умирал Деланье очень долго… а его никто не слышал. Сделать всё настолько чисто может далеко не каждый профессионал. А уж когда я увидел тебя сегодня рядом с Миленой, мои подозрения под-твердились.
– Милена этого захотела, – просто ответил ерат, как будто сообщал о погоде за окном. – Хотя, я и сам собирался сделать это – Деланье начал становиться опасным.
– Для неё? – Загир окинул меня задумчивым взглядом. – Хм, я думал, что со смертью демона, в тебе станет меньше тайн, Милена. Но, похоже, их становится только больше. Я ни разу не слышал, чтобы Лекс Мейснер работал в качестве телохранителя. А уж убивать людей… ему невыносимо скучно. И как ощущение от того, что по твоей просьбе кого-то убили? Да ещё и родного отца? – никакого осуждения или чего-то подобного – чистый интерес. Но, во-первых, я уже говорила сегодня по этому поводу с Мейснером. А во-вторых, я поняла, что Загир начинает всё больше затягивать этот разговор, ведя его туда, куда ему нужно. Поэтому, вместо ответа, я сказал:
– Ты не выполняешь условия сделки, Загир. Я сделала то, что ты хотел. Или ты отказываешься от своих слов?
– Конечно, нет, – мужчина поднял руки в сдающемся жесте. – Я всё тебе расскажу. Видишь ли… Твоя подруга увидела то, чего не должна была видеть.
– Она… стала свидетельницей преступления? – внутри всё похолодело – таких, обычно, не оставляют в живых.
– Именно, – Загир кивнул, а потом, увидев мою реакцию, продолжил. – Не волнуйся, она жива. Во всяком случае, была жива несколько часов назад. Девушка увидела то, что совершили люди одного, довольно опасного, человека – Филиппа Диаса. У него она сейчас и находится.
– Кто такой этот… Филипп?
– Говоря простым языком, наркодиллер. Хотя, в его масштабах, скорее – наркобарон. Легальный бизнес, конечно, тоже имеется, но он не приносит и десятой доли дохода, ко-торую приносят Филиппу наркотики.
Это уже становилось совсем серьёзно.
– Откуда тебе всё стало это известно? О том, что Лави у него?
– Среди его людей есть мой человек. Думаю, среди моих охранников тоже есть его «глаза и уши». Это естественно – наблюдать за теми, с кем у тебя могут пересечься инте-ресы. Или с теми, кому может прийти в голову – расширить зоны своего влияния или тер-риторию за твой счёт. Это просто вопрос безопасности. Конечно, девушка к этому вопро-су не относится, но… она – ученица «Шисуны», а я веду дела с Макфеем. Поэтому, мой человек посчитал нужным сообщить мне о ней.
– Но почему тогда ты не сказал об этом Каю?! Тогда, когда вы договаривались об этой встрече?!
– Во-первых, мне хотелось знать, что, на самом деле, случилось с твоим демоном. А Макфей не стал бы мне об этом рассказывать. А во-вторых… Скажу честно – я не вижу в этом особого смысла. Я слабо верю в то, что Макфей что-то сделает ради того, чтобы спасти твою подругу. Даже по твоей просьбе. Она ему никто, а вот Филипп… Как я знаю, у твоего кукловода были с ним какие-то дела. Думаю, связи с Диасом Макфею ценнее, чем безопасность девушки, которая к тому же, виновата в этой ситуации сама. И, честно говоря, я сомневаюсь, что он позволит что-то предпринять тебе.
– Если ты так рассуждаешь… зачем рассказал?
– Я уже ответил на этот вопрос, – сказал Загир.
– Только для того, чтобы узнать, что случилось с Дореем?! И всё?! Это – единственная причина?! И что ты мне предлагаешь с этим делать?!
– Что хочешь, – равнодушно пожал плечами Альвар. – Я, лично, получил, что хотел. Ты – тоже. Что ты будешь делать дальше – мне безразлично. Сам я вмешиваться в это не стану.
Мне хотелось накричать на него. Хотелось сказать, что он – сволочь, которая вылила на меня информацию, с которой я, по сути, и сделать ничего не могу. Да только проблема была в том, что он был прав. Загир мне ничего не обещал. Он сказал только то, что расскажет мне, где Лави и всё. И он это сделал. А попытаться уговорить его помочь Лави… Я чувствовала, что это – бесполезно. Как и для Кая, Лави была для Альвара никем. Он даже и не видел её ни разу. Вступать ради неё в конфликт с наркобароном было бы глупостью с его стороны. И эту глупость он совершать не станет.
– Это всё, что ты хотел от нашей сегодняшней встречи? – изобразить дружелюбие у меня не вышло – говорила я сквозь зубы, хотя и понимала, что злиться здесь не на что.
– Да. Ты, ведь, сама сказала, что не скажешь про марионеток и кукловодов ничего нового. Но я надеюсь, что расскажешь в следующий свой визит сюда.
Захотелось послать этого человека и сказать, что я к нему в жизни больше не приду. Но это было глупо. Это были эмоции. Я знала, что приду. Хотя бы, по поручению Кая или в силу договора с Загиром насчёт кражи его артефакта. А пустые угрозы для такого чело-века, как Загир Альвар… Они могут его, разве что, насмешить, а меня поставить в глупое положение. Ни к чему это было.
Я поднялась с кресла:
– Если это всё, то я пойду. Извини, но не могу сказать, что эта встреча была приятной.
– Но она была информативной, – возразил Загир. – Думаю, это важнее. Ты так не считаешь?
– Может быть. Если бы я что-то решала в данном случае.
Выйдя из дома Загира и сев в машину, я задумалась: «Лави надо спасать. О том, где она, знаю только я. Если она, действительно, стала свидетельницей преступления, её жизнь висит на волоске. Странно, что она, вообще, ещё жива, если верить словам Заги-ра. Конечно, самое логичное – рассказать Каю. Вот только… Альвар-то прав. Если у Кая дела с этим Филиппом, ему просто невыгодно с ним конфликтовать. Тем более, ради Лави. И если я ему расскажу… он, действительно, может запретить мне что-то делать. А приказы кукловода – это не то, что можно оспорить. И что тогда? Оставить Лави на произвол судьбы? Нет, я не могу! А это значит… Это значит, что я не могу поставить Кая в известность. Но что, в таком случае, делать?!».
– Лекс, останови машину, – решительно произнесла я.
– Зачем?
– Просто останови!
Как ни странно, Мейснер внял моим словам, и сдал к обочине. И когда машина остановилась, я спросила:
– Ты знаешь Филиппа Диаса? Знаешь, где находится его дом?
– Знаю. Но зачем тебе?
– Отвези меня к нему.
– Хм… Хочешь попробовать вытащить свою подругу? И как ты собираешься это сделать?
– Пока не знаю, – честно ответила я. – Сначала, встречусь с Филиппом, а там посмотрим.
– То есть, никакого плана у тебя нет? И, как я понимаю, своего кукловода ты не собираешься ставить в известность? Интересно… Ты понимаешь, что рискуешь своей жизнью?
– Но ты же пойдёшь со мной, не так ли? Твоя задача – меня защищать. Или ты сомневаешься, что справишься с этим?
– Пытаешься поймать меня на банальное «слабо»? – Мейснер даже повернулся ко мне – его губы изогнулись в усмешке.
– А почему нет? – я пожала плечами. – Да, ты мне не нравишься, но… сегодня я могу тебя использовать. Ты знаешь, где находится Филипп. И ты не дашь ему меня убить. Во всё остальное ты можешь не вмешиваться.
– Я думаю, ты не совсем понимаешь – куда лезешь. Да, убить тебя я не дам, но… что ты станешь делать, если Филипп не согласится отпустить девушку? Как заставишь его сделать это?
– Не знаю. Но если я не попытаюсь… Так ты отвезёшь меня или нет?! – я начала терять терпение, да и беспокойство о Лави давало о себе знать.
– С одним условием, – Мейснер улыбнулся так довольно… как кот, наткнувшийся на бесхозную миску сметаны.
– Что тебе нужно?!
– Твоя кровь. Немного – всего лишь… пара глотков. И я отвезу тебя, куда ты захочешь.
Я в шоке уставилась на мужчину. Я ожидала чего угодно, но… не этого.
– Зачем тебе? Я же не демон!
– Будешь размышлять о моих причинах или согласишься, и мы поедем спасать твою подругу?
Я понимала, что где-то здесь подвох. Но не могла понять – какой именно.
«Зачем ерату моя кровь? Она не обладает ни силой, ни магией. Обычная… Но, ладно, чёрт с ним!».
– Не знаю, зачем тебе это, но я согласна! А теперь, поехали!
– Хм… не угостишь кровью прямо сейчас? – глаза убийцы загорелись каким-то хищным предвкушением – от этого взгляда я вжалась в сидение, и ответила:
– Не сейчас. Потом. Когда выберемся из дома Филиппа живыми.
– Что ж... – он явно был разочарован. – Хорошо. Но не забудь о том, что обещала.
– Не забуду.
Машина ехала по городу, всё больше удаляясь от центра. А потом и вовсе, как мне по-казалось, повернула к окраинам Гарэна.
«Но что я, действительно, буду делать, когда окажусь в доме этого Филиппа Диаса?» – в голове не было ни одной дельной мысли. А ещё, мне было дико страшно. Да, со мной был Мейснер – это давало какую-то гарантию безопасности, но… ведь, произойти могло всё, что угодно. Дорей мне тоже казался абсолютно неуязвимым. Мысль о том, что кто-то в мире людей может убить или, хотя бы, ранить демона, казалась абсурдной. А в итоге, Дорей теперь был мёртв. Так что, я не могла быть уверена, что мне ничего не грозит. Наверное… никогда в жизни я, всерьёз, не рисковала тем, что могу погибнуть. Но что ещё я могла сделать? Забыть о Лави? Забыть о том, что рассказал мне Альвар? Что моя подруга в руках самых настоящих бандитов? Нет, так я поступить не могла. Я должна была что-то сделать. Да, я понимала, что, когда Кай обо всём узнает, он, наверняка, будет в ярости. От того, что я, ничего ему не сказав, отправилась к столь опасному человеку, пусть и в сопровождении Лекса Мейснера. И, вряд ли, Кая будут волновать причины моего поступка.
«Скорее всего, он уже, по моим эмоциям, чувствует, что что-то не так». Но сейчас меня это не волновало. Я хотела спасти Лави. Даже если шанс у меня был мизерный. Да, я поступала донельзя глупо. У меня, как и сказал Лекс, не было никакого плана. Я абсолютно не представляла, как буду вытаскивать Лави из этой передряги.
– Тебе страшно? – неожиданно спросил Мейснер, не отрывая взгляда от дороги.
Прежде, чем ответить, я посмотрела на свои руки – они дрожали. Это был страх – липкий, противный…
– Страшно, – было бы глупо изображать храбрость перед ератом. – Но Лави сейчас гораздо страшнее, чем мне.
– Если ты боишься, зачем наступаешь на горло своему страху? Сколько времени ты знакома с этой девушкой – Лавинией? Месяц? Два? Зачем рисковать ради той, кого знаешь так мало?
– Пытаешься заставить меня передумать?
– Нет. Если ты сейчас передумаешь, я не получу твоей крови, так как не успею довезти тебя до дома Диаса. Мне просто интересно.
– Интересно?
– Да. Мне интересны твои мотивы сейчас и то, насколько они изменятся совсем скоро, – он не стал объяснять свои слова и продолжил. – Но, ответь мне. Что ты будешь делать, если ради спасения своей подруги, у тебя не будет иного выхода, кроме того, как убить кого-то?
– До этого не дойдёт!
– Как ты можешь быть в этой так уверена? Филипп – это не Загир. Как я знаю, Диас довольно… жесток. И он не станет просто так отдавать тебе девушку. И что тогда? Отступишь?
– Конечно нет! А ты… ты не станешь ничего делать?
Лекс рассмеялся:
– Ты сама мне сказала, что я должен отвезти тебя к Диасу. И я так и сделаю. Я буду защищать тебя, но…всё остальное – не моя забота. Всё, что касается Лейк – твоё дело. Так что? Сможешь убить?
Я поёжилась – об этом я не задумывалась. Хотя, это вполне логично с учётом того, что я, по официальной версии, умерла.
– И ты был на этой могиле? – спросила я – самой мне бы никогда не хотелось оказаться у могильной плиты, с собственным именем и датой смерти.
– Нет, были мои люди. Они и вскрыли гроб.
– А почему ты, вообще, изначально решил, что я имею какое-то отношение к Деланье?
– Не скажу, что всё было элементарно, – Загир усмехнулся. – Видишь ли, я деловой человек, и привык быть в курсе дел моих партнёров. Кайома Макфей – не исключение. Я знаю, что у него не лучшие отношения с родителями. И тут один из моих хороших знакомых, – последние два слова он выделил интонацией, – рассказывает мне, что Кайома соизволил-таки посетить очередной приём, устраиваемый его родителями. Он пришёл туда с очередной никому не известной девушкой – ничего нового. Но мой знакомый – человек очень внимательный. Он заметил, что девушка Макфея говорила с Деланье. И генерал-майор явно был не в восторге от этого разговора. После чего Макфей и девушка покинули вечеринку.
Загир помолчал, глядя на меня с лёгкой улыбкой:
– Гостьи Макфея-младшего, как правило, птички не того полёта, чтобы докучать таким серьёзным людям. А через некоторое время ко мне приходишь ты – его марионетка. Та самая девушка, которая вывела Деланье из душевного равновесия.
Он откинулся на спинку кресла:
– Мне нравится решать загадки, с несколькими неизвестными. Я свёл все факты о тебе, и о Деланье. Так я нашёл твою пустую могилу. Да и по возрасту ты подходишь. И ещё мне в руки попалось вот это.
Он покопался в ящике стола, и положил передо мной старую газету. Я взяла её в руки. Страницы пожелтели от времени, текст тоже основательно поблек. В колонке, обведённой чёрной рамкой, под столбиками слов, помещалась чёрно-белая фотография – поясной портрет маленькой девочки, лет десяти, в красивом платье. Это был мой некролог девятилетней давности.
– Печать не очень качественная, – сказал Загир, наблюдая за моей реакцией. – Плюс прошло много времени, но сходство, определённо, есть. Слишком очевидное, чтобы быть совпадением.
– Твоей проницательности можно только позавидовать, – вздохнула я, кладя газету обратно на стол.
Он наклонил голову, словно принимал похвалу, и спросил:
– Но вот почему Деланье, в принципе, сфальсифицировал твою смерть? Ты сказала, что в этот раз он, всего лишь, хотел, чтобы его ложь стала правдой. Но должна быть причина. И достаточно веская.
– Можно сказать, что он не лгал. Он, правда, надеялся, что меня нет в живых. Деланье не знал, все эти годы, где я. А причины… Эта тема уже не относится к тому, о чём мы до-говаривались! – резко прервалась я. – Ты сказал, что расскажешь мне о Лавинии, если я расскажу о Дорее! На этом – всё!
– Жаль. Но ты права – на этот раз ты условия сделки выполнила.
«На этот раз»… Эти слова резанули слух. Как будто Загир рассчитывал, что между нами ещё будут какие-то сделки. Рассчитывал и, возможно, собирался этому способствовать. Загир Альвар… Он добивался своих целей любыми путями. Да, он так и остался обаятельным, располагающим к себе, но… я поняла, насколько опасным он может быть, несмотря на внешнюю доброжелательность.
«Я даже не удивлюсь, что исчезновение Лави, всё же, подстроил он, – закралась в голову неприятная до жути мысль. – Только лишь для того, чтобы узнать о том, что так сильно его интересует».
– Лекс, – в первый раз за весь разговор Альвар, вдруг, обратился к Мейснеру. – Смерть Деланье… Это же твоих рук дело?
– Почему ты так решил? – в голосе Мейснера не было удивления – только любопытство – похоже, он и отрицать ничего не собирался.
– Слишком идеальное убийство. Ни следов, ничего. И, при этом, умирал Деланье очень долго… а его никто не слышал. Сделать всё настолько чисто может далеко не каждый профессионал. А уж когда я увидел тебя сегодня рядом с Миленой, мои подозрения под-твердились.
– Милена этого захотела, – просто ответил ерат, как будто сообщал о погоде за окном. – Хотя, я и сам собирался сделать это – Деланье начал становиться опасным.
– Для неё? – Загир окинул меня задумчивым взглядом. – Хм, я думал, что со смертью демона, в тебе станет меньше тайн, Милена. Но, похоже, их становится только больше. Я ни разу не слышал, чтобы Лекс Мейснер работал в качестве телохранителя. А уж убивать людей… ему невыносимо скучно. И как ощущение от того, что по твоей просьбе кого-то убили? Да ещё и родного отца? – никакого осуждения или чего-то подобного – чистый интерес. Но, во-первых, я уже говорила сегодня по этому поводу с Мейснером. А во-вторых, я поняла, что Загир начинает всё больше затягивать этот разговор, ведя его туда, куда ему нужно. Поэтому, вместо ответа, я сказал:
– Ты не выполняешь условия сделки, Загир. Я сделала то, что ты хотел. Или ты отказываешься от своих слов?
– Конечно, нет, – мужчина поднял руки в сдающемся жесте. – Я всё тебе расскажу. Видишь ли… Твоя подруга увидела то, чего не должна была видеть.
– Она… стала свидетельницей преступления? – внутри всё похолодело – таких, обычно, не оставляют в живых.
– Именно, – Загир кивнул, а потом, увидев мою реакцию, продолжил. – Не волнуйся, она жива. Во всяком случае, была жива несколько часов назад. Девушка увидела то, что совершили люди одного, довольно опасного, человека – Филиппа Диаса. У него она сейчас и находится.
– Кто такой этот… Филипп?
– Говоря простым языком, наркодиллер. Хотя, в его масштабах, скорее – наркобарон. Легальный бизнес, конечно, тоже имеется, но он не приносит и десятой доли дохода, ко-торую приносят Филиппу наркотики.
Это уже становилось совсем серьёзно.
– Откуда тебе всё стало это известно? О том, что Лави у него?
– Среди его людей есть мой человек. Думаю, среди моих охранников тоже есть его «глаза и уши». Это естественно – наблюдать за теми, с кем у тебя могут пересечься инте-ресы. Или с теми, кому может прийти в голову – расширить зоны своего влияния или тер-риторию за твой счёт. Это просто вопрос безопасности. Конечно, девушка к этому вопро-су не относится, но… она – ученица «Шисуны», а я веду дела с Макфеем. Поэтому, мой человек посчитал нужным сообщить мне о ней.
– Но почему тогда ты не сказал об этом Каю?! Тогда, когда вы договаривались об этой встрече?!
– Во-первых, мне хотелось знать, что, на самом деле, случилось с твоим демоном. А Макфей не стал бы мне об этом рассказывать. А во-вторых… Скажу честно – я не вижу в этом особого смысла. Я слабо верю в то, что Макфей что-то сделает ради того, чтобы спасти твою подругу. Даже по твоей просьбе. Она ему никто, а вот Филипп… Как я знаю, у твоего кукловода были с ним какие-то дела. Думаю, связи с Диасом Макфею ценнее, чем безопасность девушки, которая к тому же, виновата в этой ситуации сама. И, честно говоря, я сомневаюсь, что он позволит что-то предпринять тебе.
– Если ты так рассуждаешь… зачем рассказал?
– Я уже ответил на этот вопрос, – сказал Загир.
– Только для того, чтобы узнать, что случилось с Дореем?! И всё?! Это – единственная причина?! И что ты мне предлагаешь с этим делать?!
– Что хочешь, – равнодушно пожал плечами Альвар. – Я, лично, получил, что хотел. Ты – тоже. Что ты будешь делать дальше – мне безразлично. Сам я вмешиваться в это не стану.
Мне хотелось накричать на него. Хотелось сказать, что он – сволочь, которая вылила на меня информацию, с которой я, по сути, и сделать ничего не могу. Да только проблема была в том, что он был прав. Загир мне ничего не обещал. Он сказал только то, что расскажет мне, где Лави и всё. И он это сделал. А попытаться уговорить его помочь Лави… Я чувствовала, что это – бесполезно. Как и для Кая, Лави была для Альвара никем. Он даже и не видел её ни разу. Вступать ради неё в конфликт с наркобароном было бы глупостью с его стороны. И эту глупость он совершать не станет.
– Это всё, что ты хотел от нашей сегодняшней встречи? – изобразить дружелюбие у меня не вышло – говорила я сквозь зубы, хотя и понимала, что злиться здесь не на что.
– Да. Ты, ведь, сама сказала, что не скажешь про марионеток и кукловодов ничего нового. Но я надеюсь, что расскажешь в следующий свой визит сюда.
Захотелось послать этого человека и сказать, что я к нему в жизни больше не приду. Но это было глупо. Это были эмоции. Я знала, что приду. Хотя бы, по поручению Кая или в силу договора с Загиром насчёт кражи его артефакта. А пустые угрозы для такого чело-века, как Загир Альвар… Они могут его, разве что, насмешить, а меня поставить в глупое положение. Ни к чему это было.
Я поднялась с кресла:
– Если это всё, то я пойду. Извини, но не могу сказать, что эта встреча была приятной.
– Но она была информативной, – возразил Загир. – Думаю, это важнее. Ты так не считаешь?
– Может быть. Если бы я что-то решала в данном случае.
Выйдя из дома Загира и сев в машину, я задумалась: «Лави надо спасать. О том, где она, знаю только я. Если она, действительно, стала свидетельницей преступления, её жизнь висит на волоске. Странно, что она, вообще, ещё жива, если верить словам Заги-ра. Конечно, самое логичное – рассказать Каю. Вот только… Альвар-то прав. Если у Кая дела с этим Филиппом, ему просто невыгодно с ним конфликтовать. Тем более, ради Лави. И если я ему расскажу… он, действительно, может запретить мне что-то делать. А приказы кукловода – это не то, что можно оспорить. И что тогда? Оставить Лави на произвол судьбы? Нет, я не могу! А это значит… Это значит, что я не могу поставить Кая в известность. Но что, в таком случае, делать?!».
– Лекс, останови машину, – решительно произнесла я.
– Зачем?
– Просто останови!
Как ни странно, Мейснер внял моим словам, и сдал к обочине. И когда машина остановилась, я спросила:
– Ты знаешь Филиппа Диаса? Знаешь, где находится его дом?
– Знаю. Но зачем тебе?
– Отвези меня к нему.
– Хм… Хочешь попробовать вытащить свою подругу? И как ты собираешься это сделать?
– Пока не знаю, – честно ответила я. – Сначала, встречусь с Филиппом, а там посмотрим.
– То есть, никакого плана у тебя нет? И, как я понимаю, своего кукловода ты не собираешься ставить в известность? Интересно… Ты понимаешь, что рискуешь своей жизнью?
– Но ты же пойдёшь со мной, не так ли? Твоя задача – меня защищать. Или ты сомневаешься, что справишься с этим?
– Пытаешься поймать меня на банальное «слабо»? – Мейснер даже повернулся ко мне – его губы изогнулись в усмешке.
– А почему нет? – я пожала плечами. – Да, ты мне не нравишься, но… сегодня я могу тебя использовать. Ты знаешь, где находится Филипп. И ты не дашь ему меня убить. Во всё остальное ты можешь не вмешиваться.
– Я думаю, ты не совсем понимаешь – куда лезешь. Да, убить тебя я не дам, но… что ты станешь делать, если Филипп не согласится отпустить девушку? Как заставишь его сделать это?
– Не знаю. Но если я не попытаюсь… Так ты отвезёшь меня или нет?! – я начала терять терпение, да и беспокойство о Лави давало о себе знать.
– С одним условием, – Мейснер улыбнулся так довольно… как кот, наткнувшийся на бесхозную миску сметаны.
– Что тебе нужно?!
– Твоя кровь. Немного – всего лишь… пара глотков. И я отвезу тебя, куда ты захочешь.
Я в шоке уставилась на мужчину. Я ожидала чего угодно, но… не этого.
– Зачем тебе? Я же не демон!
– Будешь размышлять о моих причинах или согласишься, и мы поедем спасать твою подругу?
Я понимала, что где-то здесь подвох. Но не могла понять – какой именно.
«Зачем ерату моя кровь? Она не обладает ни силой, ни магией. Обычная… Но, ладно, чёрт с ним!».
– Не знаю, зачем тебе это, но я согласна! А теперь, поехали!
– Хм… не угостишь кровью прямо сейчас? – глаза убийцы загорелись каким-то хищным предвкушением – от этого взгляда я вжалась в сидение, и ответила:
– Не сейчас. Потом. Когда выберемся из дома Филиппа живыми.
– Что ж... – он явно был разочарован. – Хорошо. Но не забудь о том, что обещала.
– Не забуду.
Глава 6
Машина ехала по городу, всё больше удаляясь от центра. А потом и вовсе, как мне по-казалось, повернула к окраинам Гарэна.
«Но что я, действительно, буду делать, когда окажусь в доме этого Филиппа Диаса?» – в голове не было ни одной дельной мысли. А ещё, мне было дико страшно. Да, со мной был Мейснер – это давало какую-то гарантию безопасности, но… ведь, произойти могло всё, что угодно. Дорей мне тоже казался абсолютно неуязвимым. Мысль о том, что кто-то в мире людей может убить или, хотя бы, ранить демона, казалась абсурдной. А в итоге, Дорей теперь был мёртв. Так что, я не могла быть уверена, что мне ничего не грозит. Наверное… никогда в жизни я, всерьёз, не рисковала тем, что могу погибнуть. Но что ещё я могла сделать? Забыть о Лави? Забыть о том, что рассказал мне Альвар? Что моя подруга в руках самых настоящих бандитов? Нет, так я поступить не могла. Я должна была что-то сделать. Да, я понимала, что, когда Кай обо всём узнает, он, наверняка, будет в ярости. От того, что я, ничего ему не сказав, отправилась к столь опасному человеку, пусть и в сопровождении Лекса Мейснера. И, вряд ли, Кая будут волновать причины моего поступка.
«Скорее всего, он уже, по моим эмоциям, чувствует, что что-то не так». Но сейчас меня это не волновало. Я хотела спасти Лави. Даже если шанс у меня был мизерный. Да, я поступала донельзя глупо. У меня, как и сказал Лекс, не было никакого плана. Я абсолютно не представляла, как буду вытаскивать Лави из этой передряги.
– Тебе страшно? – неожиданно спросил Мейснер, не отрывая взгляда от дороги.
Прежде, чем ответить, я посмотрела на свои руки – они дрожали. Это был страх – липкий, противный…
– Страшно, – было бы глупо изображать храбрость перед ератом. – Но Лави сейчас гораздо страшнее, чем мне.
– Если ты боишься, зачем наступаешь на горло своему страху? Сколько времени ты знакома с этой девушкой – Лавинией? Месяц? Два? Зачем рисковать ради той, кого знаешь так мало?
– Пытаешься заставить меня передумать?
– Нет. Если ты сейчас передумаешь, я не получу твоей крови, так как не успею довезти тебя до дома Диаса. Мне просто интересно.
– Интересно?
– Да. Мне интересны твои мотивы сейчас и то, насколько они изменятся совсем скоро, – он не стал объяснять свои слова и продолжил. – Но, ответь мне. Что ты будешь делать, если ради спасения своей подруги, у тебя не будет иного выхода, кроме того, как убить кого-то?
– До этого не дойдёт!
– Как ты можешь быть в этой так уверена? Филипп – это не Загир. Как я знаю, Диас довольно… жесток. И он не станет просто так отдавать тебе девушку. И что тогда? Отступишь?
– Конечно нет! А ты… ты не станешь ничего делать?
Лекс рассмеялся:
– Ты сама мне сказала, что я должен отвезти тебя к Диасу. И я так и сделаю. Я буду защищать тебя, но…всё остальное – не моя забота. Всё, что касается Лейк – твоё дело. Так что? Сможешь убить?
