Смешторг

На борту же бота, когда они поднялись на палубу, их ожидал небольшой сюрприз – Вован проявил инициативу и лично сшил мешок для рыбы раза в полтора больше предыдущего. А еще он приготовил для них камбальную сетку. Сетка была ста метров длиной с двумя якорями и вешками.
       - Мы чего вам, рыбаками нанялись? – проворчал Серега, оттаскивая к борту тюк с товарами.
       - Шеф, надо бы еще кого-то в дело вводить, - сказал Юрка. – Тяжело нам вдвоем. Не поспеваем.
       - Может вам рабов подкинуть, - предложил Серега и подмигнул Басову.
       Юрка подумал и отказался.
       - Да ну их. Возиться еще. Так что, шеф?
       - Да пожалуйста, - ответил Басов. – Только ежели что, с тебя спрошу. И еще учтите, что брать придется не на зарплату, а на долю в прибыли. Так что думайте. Постарайтесь, кстати, если будете брать, чтоб человек был с правами – я ему доверенность напишу. А лучше если вообще будет с машиной.
       Уже отойдя к борту, Басов спохватился:
       - Вован, а как вино-то? А то Сереге вон нравится.
       - Вполне приличное вино, - солидно сказал Вован и тут же пожаловался. – Только мало очень.
       - Вот как только нам лодку отремонтируют, я вам первым же рейсом такую же амфору с вином подкину, - пообещал Басов.
       Серега уже скрылся под водой и Басов, помедлив, нырнул следом.
       … Искар спал в тени тележки прямо на песке. Серега сказал Басову:
       - Вот это и есть следствие либеральной политики по отношению к так называемым угнетенным классам.
       - Где это ты так насобачился? – удивился Басов. – Чешешь словно по учебнику.
       - Газеты читаю… читал, - сказал Серега. – Особенно уважаю коммунистическую прессу. Нет, а что, неправда?
       - Подъем! – заорал Басов вместо ответа.
       Фракиец подскочил как встрепанный. Пока он непонимающе таращился заспанными глазами, Басов с Серегой водрузили на тележку здоровый тюк. Она даже крякнула, слегка присев от тяжести. Рядом с тюком Серега сунул длинную полосу железа с болтающимися на концах стержнями.
       - Все, - сказал он отдуваясь. – Вперед, несчастный.
       Несмотря на то, что все было сказано по-русски, Искар понял и налег на перекладину, толкая тележку. Басов и Серега неспешно пошли сзади.
       - Вот ведь красота, - сказал Серега мечтательно, наблюдая, как Искар пыхтит на подъеме. – Нельзя ли еще парочку прикупить, чтобы они за нас гребли и ныряли.
       - Ага, - поддакнул Басов. – Можно и еще одного посмазливее. Чтобы Дригису окучивал.
       - Вот вечно ты, шеф, норовишь на взлете сбить. Давай, Дригису я сам буду окучивать.
       Басов хмыкнул. Чувствовалось, что все его воспитательные потуги идут лесом. Ну не хотел Серега в силу природной лени отрываться где-то за забором, когда в пределах шаговой, можно сказать, доступности находится такой объект. Тем более и нравы здесь гораздо легче, да и рабство, опять же, в законе. И то, что родители под боком этого дон Жуана ничуть не смущает. И старших, мерзавец, не слушает. Басов подумал, что надо все-таки загрузить парня до потери влечения. Как там это называется – сублимация что ли.
       А Серега не знал, какие замыслы лелеет коварный шеф и жизнь казалась ему прекрасной во всех отношениях. У него и походка была легкой, и морда сияющей и даже прическа стояла дыбом словно наэлектризованная.
       У окна, который витрина, уже стояли покупатели, дружно обернувшиеся на скрип телеги. Сам транспорт вместе с тюком в калитку вошел впритирку. Следом просочились Басов и Серега. В перистиле их встречало все женское население дома. И если Элину с дочерьми сюда привело исключительно любопытство, то вот кухарка пришла конкретно за рыбой, а ее дочь принесла для этой цели что-то вроде большого медного таза.
       Серега тут же Дригисе подмигнул, на что она фыркнула и отвернулась. Басов хотел отвесить соратнику подзатыльник, но отвлекся, а потом стало поздно, потому что тот вместе с Искаром поволокли тюк в лавку. А Басов, сознавая свою ответственность, вытащил лежащую сверху ручную дрель с длинным буром и пошел сверлить дырки в стенке для перекладины, долженствующей запирать ставень.
       Публика, стоящая в очереди к Никитосу, посмотрела на него с недоумением, когда Басов, храня многозначительное молчание, принялся на их глазах дырявить стену. Народ сначала просто посторонился, а потом, разглядев дрель, вытаращился на диковинку, забыв про Никитоса и его товар. Мягкий известняк сверлился легко, и Басов крикнул внутрь, чтобы Серега нес перекладину. Отметив по ней вторую дырку, Басов продолжил занятие. Народ следом за ним перешел на новую позицию и начал вполголоса переговариваться.
       Досверлив, Басов ушел, а на его месте появился Искар и стал собирать пыль мокрой шваброй, изготовленной для него Серегой, от которого тоже иногда бывала польза. А народ, обсудив диковинку, вспомнил зачем он здесь и опять полез в окно к Никитосу.
       А Никитос с Серегой раскладывали вновь поступившие товары прямо на глазах публики, которая, видя изобилие диковинок, стала возбуждаться и гудеть. Басов дождался Серегу в перистиле.
       - Стой, раз-два, - скомандовал он, когда тот пробегал мимо.
       Серега затормозил.
       - А сколько у нас в кассе? – поинтересовался Басов. – А то, понимаешь, работаем, работаем, а про прибыль ничего не знаем.
       Серега подумал и нырнул обратно в лавку. Басов принялся бродить вокруг маленького бассейна, на каждом круге заглядывая в коридор. Серега появился примерно минут через двадцать.
       - Сам проверял, - заявил он. – Вобщем сейчас в кассе шесть тысяч триста пятьдесят драхм. Шеф, я правильно думаю насчет усадьбы?
       - Правильно, - сказал Басов, и Серега расплылся в улыбке. – Тогда, значит, вы трудитесь, а я после обеда отлучусь ненадолго, - Басов надеялся, что при этих словах он не покраснел. – А вечером мы все посчитаем. Да и наверно наведаемся к владельцу усадьбы.
       «Обед прошел в теплой и дружественной обстановке», как констатировал Серега, наливая себе вина вне очереди и разбавляя его минимумом воды. Басов согласно кивнул, но от вина отказался, предпочитая свой чай, на который пока конкурентов не предвиделось. Никитос уже пообвык, что его жена и девчонки сидят за общим столом и большую часть застольной беседы посвятил лавке. Чувствовалось, что она на данный момент составляет его единственную любовь. Басов поощрительно кивал, лучась улыбкой. Серега больше поглядывал на подающую блюда Дригису, которая в коротеньком хитоне, надо сказать, выглядела весьма соблазнительно. И все видевший Басов на этот раз напарника не осуждал.
       Украдкой глянув на часы и убедившись, что они показывают пятнадцать с копейками, Басов стал выбираться из-за стола. Никитос уже давно умчался в лавку, девчонки тоже смылись по своим девчоночьим делам. За столом оставались только Элина, Серега и Басов. Дригиса убирала посуду на поднос, который потом потащит на кухню.
       - Я скоро, - неопределенно сказал Басов и поспешил в андрон, привести себя в относительно божеский вид.
       Воровато оглянувшись, он выскользнул за ворота. Искар посмотрел ему вслед подозрительно. У окна лавки стояло несколько греков. Сделав морду кирпичом и слегка отвернувшись, Басов, независимо прошествовал мимо, мысленно смеясь над собой.
       

       
       
       ГЛАВА 8 - Злата

       Басов медленно прогуливался по знакомой улочке, имея вид скучающего грека. Хитон ему успел надоесть до чертиков и свой экзотический вид в этом одеянии уже не смешил, а тем более, не воодушевлял. Басов представил, как он выглядит со стороны с голыми, слегка волосатыми ногами, и чуть не взвыл. И, тем не менее, не переставал бродить, утешая себя тем, что он здесь не один такой и есть экземпляры и похуже.
       Басов шатался по этой не самой центровой улочке не просто так. Помнится, вчера, примерно в это время он столкнулся на ней с очень заинтересовавшей его девчонкой. То, что она была чьей-то рабыней, его нисколько не смущало, скорее, облегчало задачу, паче чаяния, такая возникнет. Но Басова смущало не это, он мучительно соображал, что он скажет этой девчонке, с чего начнет беседу. И получалось так, что сказать ему было нечего. Да и вероятность того, что он встретит ее именно сейчас и именно здесь стремилась, прямо скажем, к нулю. Ведь совсем не обязательно, что она постоянно здесь ходит. Может просто послали с разовым поручением. Басов ходил и мучился, раз, за разом поглядывая на часы, совершенно не обращая внимания на недоуменные взгляды прохожих.
       И ведь упорство точно вознаграждается. (а еще говорят, дуракам счастье). Чего тут было больше, Басов выяснять не стал, девчонка опять шла навстречу, и легкий ветерок, нечаянно проникший в лабиринт улочек, так и норовил приподнять короткий подол ее хитона и так достающий только до середины бедер. Девчонка придерживала его одной рукой, в другой у нее был большой кувшин. Выражение лица ее было мрачным, а под левым глазом наливался здоровый синяк.
       Басов, так и не решивший с чего начать разговор, тем не менее, решительно пошел навстречу, имея из заготовок только «девушка, а как вас зовут?». Девчонка зыркнула неподбитым глазом на незнакомого респектабельного грека. А как же, ведь Басов был чисто выбрит и одет в новенький подпоясанный хитон белого цвета, а на ногах имел сандалии со скрипом. Грек прошел совсем рядом и окинул ее внимательным взглядом, от которого становилось не по себе.
       Басов наконец-то внимательно рассмотрел объект, и объект понравился ему еще больше. Девчонка выбивалась из канонов греческой красоты не только фигурой, но и лицом. Носик у нее был хоть и прямой, но с переносицей, короткий и чуть вздернутый, а глазищи огромны и вспыхивали на солнце яркой зеленью, нижняя губа выглядела припухшей, и было непонятно, то ли она от природы такая, то ли это постарался хозяин, просто не попав по второму глазу. Подробности фигуры от плеч до середины бедер скрывал мешковатый хитон, но ноги он скрыть не мог, и они были выше всяких похвал.
       Басов завернул за угол, остановился и аккуратно выглянул. Девчонка уже скрылась за поворотом и тогда он, внутренне насмехаясь над собой, побежал, шлепая сандалиями. Добежал до угла и опять осторожно посмотрел.
       - Да я просто гений сыска, - подумал Басов, увидев, что объект удаляется в сторону центрального рынка.
       Тогда он, зачем-то отряхнув хитон, вышел из-за угла и прогулочным шагом направился следом. На площади девчонка направилась в сторону торговцев маслом, а Басов стал искать глазами нужного ему пацана, которые вечно ошивались возле торговцев в надежде подзаработать. Как назло, ни один на глаза не попадался. А девчонка уже расплатилась с продавцом масла и, судя по всему, собиралась обратно, особо, правда, не торопясь. Видно, ничего хорошего ее там не ждало.
       Басов уже оставил надежду найти кого-нибудь из пацанов, как вдруг на глаза ему попался типичный представитель вездесущего племени.
       - Эй, малец! – крикнул Басов.
       Мальчишка оглянулся.
       - Да, да, ты.
       Мальчишка не без опаски подошел.
       - Видишь вон ту девчонку с кувшином? Посмотришь, в какой дом пойдет – получишь обол. Если узнаешь, кто хозяин – получишь второй. Уяснил? Я буду ждать здесь.
       Мальчишка кивнул и с независимым видом отправился за указанной девчонкой.
       Басов никогда не думал, что будет кого-то ждать с таким нетерпением. Он сначала подпирал угол выходящей с площади улицы, потом стал бродить вокруг, не отдаляясь, впрочем, от обусловленного места встречи. Наконец в конце улицы показался давешний оборвыш. Когда он приблизился, Басов спросил нетерпеливо:
       - Ну?
       - Деньги покажи, - потребовал пацан и, только увидев обещанный обол, сказал: - Идем.
        Обратная дорога не заняла много времени. Да и от того места, где дежурил Басов, оказалось недалеко. Ну буквально за поворотом.
       Мальчишка указал на дверь и протянул руку, Басов вложил туда обещанную монетку.
       - Нету там хозяина, - сообщил пацан. – Там хозяйка. И зовут ее смешно – Агата. – и опять протянул руку.
       Басов достал еще монету и спросил:
       - А что смешного-то?
       - Нездешний? – поинтересовался мальчишка. – А. Ну да, вижу. Агата, значит, «добрая».
       Басов улыбнулся и монету отдал. И уже повернулся, чтобы уходить, но мальчишка сказал ему в спину:
       - Чужеземец, ты не дослушал, - и когда Басов заинтересованно повернулся, выпалил: - Ее продадут завтра. Эконом отведет ее на рабский рынок с утра. А вот про цену я ничего не скажу – не знаю, – и посмотрел исподлобья.
       Басов не стал ничего говорить, он достал из мешочка тетрадрахму и вручил обалдевшему пацану. Потом резко отвернулся и заторопился домой.
       У лавки стояли всего два каких-то мужика с накинутыми на плечи гиматиями и спорили с Никитосом, стоящим за прилавком, на чистом греческом, поэтому Басов ничего не понял и, постаравшись сделаться незаметнее, постучал в дверь. Искар открыл сразу же, и Басов проскользнул мимо него, спросив только:
       - Серегос дома?
       - Дома! – крикнул ему уже вслед привратник.
       Однако, в спальне Сереги не оказалось. Басов сплюнул в досаде и пошел в лавку. Серега оказался там, он как раз ревизовал товары на складе позади полок, за которыми Никитос отбивал атаки покупателей.
       - Серега, - прошипел Басов и, когда тот поднял голову, сказал. – Выйдем, дело есть.
       Серега прервал свое интересное занятие, вытер руки о хитон и пошел за Басовым в спальню. По дороге им попалась Дригиса, и Серега не преминул шлепнуть ее по попке. Девчонка зашипела как змея подколодная и Серега, смеясь, впереди Басова забежал в андрон, куда Дригиса входить постеснялась. Басов повернулся к девчонке и посоветовал:
       - А ты его веником.
       Войдя следом за Серегой, Басов сходу огорошил его вопросом:
       - Мне завтра с утра нужно примерно шестьсот драхм.
       - Ну ты, шеф, даешь, - поразился Серега. – А меньшая сумма тебя не устроит?
       - Может и устроит, - не стал отрицать Басов. - Только я не знаю пока.
       - Колись, давай, шеф, что ты там задумал?
       Басов не стал жеманиться.
       - Рабыню надо выкупить. А цену я не знаю.
       Надо отдать должное Сереге, он не стал злорадствовать, злопыхать и всячески измываться, а сходу подошел к проблеме по-деловому. Он для начала воздел взгляд к потолку.
       - Блин, потолок еще надо настелить. Вобщем я сейчас пойду, прикину, что у нас в кассе и оповещу. А ты пока сиди здесь и переживай.
       Вопреки просьбе, Басов сидеть не стал. Он мерил шагами невеликий андрон сначала по диагонали, потом по периметру, сам себе удивляясь. Никогда еще, наверно со времен его скоропалительной женитьбы, Басов не испытывал столь сложного чувства к лицу противоположного пола. Ведь, ежели судить беспристрастно, то она обычная девчонка каких много во всех временах, взять вон ту же Дригису, которая в Басове никаких чувств не возбуждает, хотя мила и симпатична. Сложно все. Басов вздохнул, прерывая размышления, потому что в дверь вошел Серега.
       - Вобщем так, шеф. Ревизия кассы дала на сегодня семь тысяч девятьсот двадцать драхм. Никитос там еще торгует, но сотню точно не наторгует.
       Басов оживился.
       - Ты смотри, еще не все потеряно. А что у нас с товаром? Получение ведь только послезавтра.
       - Ну что с товаром. Могу сказать, что сахара осталась всего половина…
       - Что, - перебил его Басов, – от пятидесяти килограмм? Неужели дешево продаем?
       - Шеф, сто драхм килограмм, - начал, было, Серега.
       - Да знаю я, - отмахнулся Басов. – Что еще?
       - Дорогая ткань почти вся, ножей пять штук, пряностей примерно две трети, половина зеркалец… Шеф, бумагу начали брать и удивляются при этом, мол, где такой папирус растет.