- Свечи, - ответил Басов. – Ты греби, не отвлекайся.
Серега навалился на весла и пирога вошла в бухту. Басов повернул к левому берегу.
- Здесь вроде, - сказал он.
Когда друзья подтянули лодку к окончанию ловушки, называемому некрасиво мотней, они были не то, что поражены, они были просто шокированы.
- Ну и как мы ее в лодку втаскивать будем? – поинтересовался Серега, ожесточенно скребя затылок.
- Как, как? – ответил Басов. – Подтаскиваем поближе и будем выбирать прямо руками. Потом остатки затащим.
- Прямо Дискавери какой-то, - бормотал Серега. – Поймали, посмотрели и выпустили.
- Да, - сказал Басов, весь перемазанный в слизи и чешуе. – Обидно, понимаешь.
Сетчатый мешок, прихваченный специально для рыбы, был наполнен под завязку. Серега затянул горловину и привязал веревку. Потом потихоньку подгреб к месту расположения портала. Мешок с рыбой бодро пошел ко дну. следом, прихватив пакет с письмом, бултыхнулся Серега.
Басов осторожно пересел за весла и стал ждать.
Серега вынырнул неожиданно и несколько не там, где его ждали. Басов обернулся на всплеск, удивился и одним гребком подогнал лодку поближе. Серега, пыхтя, перебрался через борт, вынул из зубов веревку и сплюнул. Басов смотрел выжидательно.
- Шеф, видел бы ты их физиономии, - вдруг сказал Серега и заржал.
- Ну-ну, - поощрил его Басов.
- Я вынырнул на фоне камней в тени, - начал Серега. – Лодка была уже на месте, Вован делал вид, что возится с мотором, а Юрка, сидя в центре, таращился по сторонам. Меня они сразу и не заметили. Я тихо погрузился, подплыл под водой к самой лодке и вынырнул у борта. Сверху меня видно не было. Смотрю, Юркина рука на планшире лежит, ну я и аккуратно ее ухватил. Он как подпрыгнул! Шеф, это надо было видеть.
Серега опять заржал. Басов укоризненно покачал головой, думая, однако, что скорее всего и сам поступил бы точно так же. Серега отсмеялся и продолжил.
- Смотрю, а сверху уже Вован веслом замахивается. Кричу: «Это я!» и взамен Вованова весла получаю по голове от Безденежного.
- Ага, - произнес Басов. – То есть награда все-таки нашла героя.
- Да ерунда, - отмахнулся Серега. – Ну я быстро залез в лодку, там приветствия, то да се. Стали выбирать конец, который к мешку был привязан и Юрка поразился, что так тяжело идет. А Вован и говорит: «Неужели?». И как раз вылезает из воды наш мешок. Вот тут, шеф, их и проняло. Вован сел прямо на горячий мотор, а Юрка, как человек интеллигентный, схватился за голову.
Басов позволил себе улыбнуться. А Серега продолжал свой рассказ, в лицах представляя товарищей.
- Мы мешок втроем с трудом втащили в лодку, и они уже хотели отваливать, но тут я говорю: «А мешок?». Народ уже совсем обалдел, и Юрка спрашивает: «А тебе зачем?». Вот тут моя очередь настала. Я им толкую, что нам не во что будет пихать следующую партию рыбы, а они на меня таращатся непонимающе, словно их разом от мозгов отключили. Нет, я понимаю, конечно, что не ждали они такого, но все же…
- Вытаскивай, что там у тебя на веревке, - сказал Басов, берясь за весла. – По пути дорасскажешь.
Серега спохватился и потянул конец, который держал в руке. Из воды показался освобожденный от рыбы мешок, в котором находился аккуратно обернутый полиэтиленом пакет.
- И не боятся, что протечет, - проворчал Басов.
- Все нормально, шеф, - отозвался Серега. – Они швы пропаивают. Вот только тащить пакет в город не стоит. Демаскирует он нас сильно. Придется по дороге утопить. Так вот, что дальше-то было. Смотрю, они в ситуацию никак не въедут, взял и сам стал горловину развязывать. Тут у Юрки в мозгах релюшка отлипла, и он бросился мне помогать. А Вован, тем временем, лил воду на задницу, хе-хе. Ну вот, рыбу мы вывалили в носовой отсек. Слушай, почти полный получился. Они мне дали с собой вот этот сверток, договорились на утро послезавтра, и отвалили, а я сюда.
- А что в пакете? – поинтересовался Басов, не спеша работая веслами.
- А вот мы сейчас и проверим, - Серега оторвал кусок полиэтилена. – Глянь-ка, они сюда даже опись вложили.
- Вот молодцы, - сказал Басов убежденно. – Читай.
- Так, - начал Серега. – Первое. Бумага писчая, две пачки по пятьсот листов. Хм-да. Ручки ученические – пятьдесят штук. Обомлеть. Я даже знаю, где они их взяли.
- И где же? – заинтересовался Басов.
- Да в твоей бывшей конторе на складе. Во, гляди, и перья стальные – сто штук. Подозреваю – тоже там. – Серега поднял глаза. – Шеф, а чего бумага-то?
- Эх ты, купец. А я вот заметил, что лист папируса на базаре тянет на одну драхму. А тут чуть ли не глянец. Да за три обола с руками оторвут, - Басов подумал. – Ну, по крайней мере, должны. Так, не отвлекайся. Что там еще?
- Еще тут пять бутылочек с чернилами. Блин, придется ведь переливать. А во что? – Серега посмотрел на Басова.
- Ерунда, - сказал Басов. – Придумаем что-нибудь. Что еще?
- Все, - сказал Серега и на всякий случай показал ему список.
- Да, не густо. Трудно будет на этом капитал сделать. А?
Серега грустно промолчал.
- Ладно. Прочь тоску. Вот они нашу рыбу продадут – деньги появятся. А тут еще наш список. Вот тогда и посмотрим.
Басов широко загреб веслами. Одно сорвалось с волны и обдало Серегу брызгами. Тот поежился, хотя вода была теплейшая.
В порт они вошли вдоль бережка, потому что оживление достигло максимума и корабли сновали по акватории как тараканы. Правил движения, скорее всего, для них не было никаких, и попасть под форштевень Басову не очень улыбалось. Они скромно пробрались на свое место и Серега помчался к рыбному рынку или как здесь место торговли рыбой называлось. Вскоре он вернулся с шустрым низкорослым товарищем, который, посмотрев на улов, подумал и заявил безапелляционно:
- Драхма и четыре обола.
- Да забирай, - сказал Басов небрежно. – А я-то думал.
Товарищ что-то крикнул, от рынка прибежали двое сильно загорелых хлопцев в одних набедренных повязках с чем-то вроде носилок, быстренько покидали в них рыбу и так же бегом удалились. Товарищ отслюнявил в Серегину протянутую ладонь десять монеток и отвалил.
- Шеф, - сказал Серега, потряхивая монетками. – Если мы каждый день будем проверять ловушку, то лет через десять разбогатеем до невозможности. Правда, если раньше не помрем с голоду.
- Не берите в голову, Серж, - ответил Басов, забирая весла. – Мы разбогатеем гораздо раньше. Забери пакет и идем.
- И куда?
- Пока в трактир. Не забывай, что дом еще не наш. А вот завтра…
Алкеон, навестив вечером залетных купцов, наверно был очень разочарован, однако вида не подал и был традиционно приветлив и, осведомившись насчет дальнейших планов и получив неопределенный ответ, удалился.
- Достал, - сказал Серега, немного погодя. – Зря мы с ним связались.
- Может быть и зря, - задумчиво произнес Басов. – А может, вовсе и нет. Давай подождем еще, прежде чем рвать окончательно.
Утром они встали попозже, чтобы компенсировать вчерашний недосып и позволили себе подольше просидеть за завтраком. От вина оба категорически отказались, а так как чая и кофе почему-то в местной столовой не держали, пришлось довольствоваться чистой водой. Было непривычно, и Басов отложил себе в памяти потребовать от Безденежного поставки и чая, и кофе, желательно растворимого. Да, и надо было обзаводиться соответствующей посудой. Как-то непривычно было пить кофе из киликов или, того круче, из кратеров.
Вобщем из ворот трактира они вышли где-то около десяти утра. Свою ношу, не такую уже и тяжелую, Серега сложил в один мешок. Басов, как начальник, нес деньги. До рыночной площади было всего ничего, а вот через толпу на ней пробираться было значительно дольше.
Никитос уже весь извелся за своим прилавком и, увидев подходящих Басова и Серегу, неприкрыто обрадовался.
- Слава богам! – воскликнул он. – А то я уже и не надеялся.
А надо сказать, что Басов и Серега не далее, как вчера потратили оставшееся время, кроме перерывов для принятия пищи, на погружение в языковую среду. И погрузились в нее довольно плотно. А вечер, после позднего ужина, посвятили изучению русско-греческого разговорника. Многие слова в нем, правда, не совпадали с, так сказать, действительностью, но уж всяко лучше говорить с акцентом, чем вовсе не говорить. Так что теперь они понимали Никитоса не с пятого на десятое, а, по крайней мере, с восьмого на десятое. И Серега ответил вполне уверенно:
- Это почему?
Никитос замялся. Потом все же решился.
- Ну, я думал, вы же чужеземцы.
- То есть слово держать – это не про нас? – подхватил Серега.
- Ну да, - совсем смутился Никитос.
- А зря, - назидательно сказал Серега.
Басов только посмеивался. Никитос тем временем оправился от смущения. Все-таки он был торговцем, а им долго смущаться не положено. Теперь в его взгляде был вопрос, который он не смел задать при большом стечении публики вокруг.
- Да принесли мы. Принесли, - поспешил успокоить его Басов.
У Никитоса, даже видно было, как гора с плеч свалилась. Он тут же стал собирать товар и складывать все в большой мешок.
- Рано ты сегодня, - сказал Серега.
Никитос непонимающе замер.
- Все правильно, - успокаивающе произнес Басов. – А ты, Серега, не пугай человека. Не у себя, небось, - добавил он по-русски.
- Да ладно, - пробурчал Серега.
Никитос быстро собрал весь товар, разложил по двум мешкам, снял все занавеси, сложил прилавок.
- Давай, поможем, - предложил Басов.
Никитос посмотрел на него чуть ли не с ужасом.
- Вы ж купцы иноземные, - сказал он чуть ли не со священным трепетом. – А это работа как раз для нищего торговца.
- Фигня, - уверенно заявил Басов. – На нас не написано, что мы купцы иноземные. А мешки твои не тяжелые, но один ты их не унесешь. А так мы все за один раз подкинем до твоего дома или куда там тебе надо. И веселее, опять же. Серега, берись.
Груженые не тяжело, но объемно трое взрослых и присоединившийся к ним сын Никитоса, тащивший свою ношу наравне со всеми, протолкались через народ на площади и не спеша пошли к центральной улице. Выйдя на нее, Никитос повернул налево и через один квартал еще налево. Наконец процессия остановилась перед низкой калиткой в облупленной стене. Никитос сказал смущенно:
- Ну вот, мы пришли, - и постучал.
Открыла девочка лет десяти в чем-то синего цвета до колена и со складками. Басов не знал, как это называется, Серега тоже был не в курсе. Увидев рядом с отцом незнакомых мужчин, девочка задичилась и убежала. Друзья вслед за хозяевами втиснулись в маленький дворик, в котором они с трудом поместились со своей ношей. Из двери напротив вышла худая невысокая женщина со следами былой красоты, всплеснула руками и что-то быстро-быстро сказала. Басов с Серегой переглянулись, ничего не поняв. Но Никитос быстро разъяснил им, что его жена Элина пеняет ему на то, что он слишком рано закончил торговлю, и если он так дальше будет работать, то семью прокормить будет слишком проблематично.
- Так ты, что, ей ничего не говорил? – поразился Басов.
- Нет. А надо было?
- Ну-у, братец, - развел руками Басов, а Серега добавил: - Тебя, глядишь, скоро начнут нам в пример приводить.
- Так что, - поинтересовался Никитос. – Я могу вот сейчас прямо жене все рассказать?
- Конечно можешь. Что же здесь тайного. Только объясни мне, что ты собрался рассказывать?
- Я расскажу, - загорелся Никитос. – Что я стал компаньоном богатых иноземных купцов и совладельцем большого дома с лавкой…
- Стоп, стоп. Не суетись, - остановил его Басов. – Не надо так сразу пугать женщину, а то еще подумает невесть что. Во-первых, мы хоть и иноземные купцы, чего не скроешь, но не такие уж и богатые, чего тоже скрыть нельзя. Теперь насчет дома, ты официально считаешься владельцем, потому что по законам полиса покупать недвижимость имеют право только его граждане. А мы у тебя как бы квартиросъемщики. Правда, внутри дома, о чем остальным знать не надо, мы меняемся ролями. Но ты не делай испуганное лицо. Ты остаешься полноправным компаньоном, но младшим. Это значит, что при принятии решений, твой голос равен одному, тогда как у нас будет по два. Ну, и при распределении прибыли, ты получаешь одну пятую, в то время как мы по две пятых. Если тебе это кажется по какой-то причине несправедливым, лучше скажи прямо сейчас. Потому что, когда мы отдадим деньги за дом, будет уже поздно.
- Ну что ты, Александрос! – горячо возразил грек. – Меня все устраивает. Условия просто великолепные. Я даже мечтать о подобном не мог.
- Ну, тогда информируй жену, да пойдем. Хочется уже начать.
Никитос поспешил уйти. Минут через десять из дверей выскочила его растрепанная жена и принялась кланяться и даже порывалась облобызать Басовские сандалии. Серега ее еле оттащил. Бедная женщина все хотела устроить пир из всех своих скудных запасов, но Басов попросил ее подождать и устроить пир уже в новом доме. Женщина, подумав, согласилась.
-Видал, какой неприкрытый энтузиазм, - сказал Басов Сереге.
Тот важно кивнул.
- При такой смене статуса у любого крыша поедет. Это она еще не знает всех перспектив.
- Если честно, я их и сам еще толком не знаю, - признался Басов.
Дом, который они собирались купить, оказался совсем недалеко от более чем скромного жилища Никитоса. И Никитос, уже на правах будущего собственника, постучал в калитку. Привратник задерживался. Никитос вопросительно посмотрел на Басова. Тот поощрительно кивнул и Никитос постучал еще раз, уже громче. Калитка тут же распахнулась без предваряющего рассматривания посетителей. Привратник, кланяясь, попросил гостей пройти в перистиль. А там уже дожидался Герасимос. Он был не один, рядом стоял какой-то неопределенный грек с незапоминающейся внешностью профессионального шпиона, но в отглаженном длинном хитоне с накинутым поверх красным гиматием.
- Привет вам, - произнес Герасимос важно. – Я правильно понимаю, что ваш приход означает, что деньги вы принесли?
- Совершенно верно, досточтимый, - слегка поклонился Никитос.
Не зря по дороге сюда Басов его накручивал, мол, ты теперь богатый человек, так и держись соответственно. На довольно робкие попытки Никитоса сказать, что он пока плохо представляет себе, как должен держаться богатый человек, Басов посоветовал держаться предельно нагло, но с достоинством. И теперь Никитос пытался определить грань между наглостью и достоинством. Надо сказать, у него получалось.
Герасимос не стал тянуть тельца за хвост и обратился к тепло одетому греку. Тот вытащил откуда-то из складок гиматия скрученный в трубку лист папируса и подал Герасимосу, который его развернул и приготовился зачитывать. Басов слегка подтолкнул Никитоса и тот протянул руку.
- Позвольте, уважаемый.
Герасимос удивился и безропотно бумагу отдал. Никитос, видно, что с трудом, но все-таки прочел. И даже пальцем по строкам не водил. На вопросительный взгляд Басова он ответил почти незаметным наклонением головы. Басов слегка расслабился и кивнул Сереге. Серега сделал небольшой шажок назад. А Басов передал Никитосу мешочек с драхмами.
Серега навалился на весла и пирога вошла в бухту. Басов повернул к левому берегу.
- Здесь вроде, - сказал он.
Когда друзья подтянули лодку к окончанию ловушки, называемому некрасиво мотней, они были не то, что поражены, они были просто шокированы.
- Ну и как мы ее в лодку втаскивать будем? – поинтересовался Серега, ожесточенно скребя затылок.
- Как, как? – ответил Басов. – Подтаскиваем поближе и будем выбирать прямо руками. Потом остатки затащим.
Часть рыбы все-таки пришлось выпустить – в лодку она не влезала.
- Прямо Дискавери какой-то, - бормотал Серега. – Поймали, посмотрели и выпустили.
- Да, - сказал Басов, весь перемазанный в слизи и чешуе. – Обидно, понимаешь.
Сетчатый мешок, прихваченный специально для рыбы, был наполнен под завязку. Серега затянул горловину и привязал веревку. Потом потихоньку подгреб к месту расположения портала. Мешок с рыбой бодро пошел ко дну. следом, прихватив пакет с письмом, бултыхнулся Серега.
Басов осторожно пересел за весла и стал ждать.
ГЛАВА 5 - Врастаем
Серега вынырнул неожиданно и несколько не там, где его ждали. Басов обернулся на всплеск, удивился и одним гребком подогнал лодку поближе. Серега, пыхтя, перебрался через борт, вынул из зубов веревку и сплюнул. Басов смотрел выжидательно.
- Шеф, видел бы ты их физиономии, - вдруг сказал Серега и заржал.
- Ну-ну, - поощрил его Басов.
- Я вынырнул на фоне камней в тени, - начал Серега. – Лодка была уже на месте, Вован делал вид, что возится с мотором, а Юрка, сидя в центре, таращился по сторонам. Меня они сразу и не заметили. Я тихо погрузился, подплыл под водой к самой лодке и вынырнул у борта. Сверху меня видно не было. Смотрю, Юркина рука на планшире лежит, ну я и аккуратно ее ухватил. Он как подпрыгнул! Шеф, это надо было видеть.
Серега опять заржал. Басов укоризненно покачал головой, думая, однако, что скорее всего и сам поступил бы точно так же. Серега отсмеялся и продолжил.
- Смотрю, а сверху уже Вован веслом замахивается. Кричу: «Это я!» и взамен Вованова весла получаю по голове от Безденежного.
- Ага, - произнес Басов. – То есть награда все-таки нашла героя.
- Да ерунда, - отмахнулся Серега. – Ну я быстро залез в лодку, там приветствия, то да се. Стали выбирать конец, который к мешку был привязан и Юрка поразился, что так тяжело идет. А Вован и говорит: «Неужели?». И как раз вылезает из воды наш мешок. Вот тут, шеф, их и проняло. Вован сел прямо на горячий мотор, а Юрка, как человек интеллигентный, схватился за голову.
Басов позволил себе улыбнуться. А Серега продолжал свой рассказ, в лицах представляя товарищей.
- Мы мешок втроем с трудом втащили в лодку, и они уже хотели отваливать, но тут я говорю: «А мешок?». Народ уже совсем обалдел, и Юрка спрашивает: «А тебе зачем?». Вот тут моя очередь настала. Я им толкую, что нам не во что будет пихать следующую партию рыбы, а они на меня таращатся непонимающе, словно их разом от мозгов отключили. Нет, я понимаю, конечно, что не ждали они такого, но все же…
- Вытаскивай, что там у тебя на веревке, - сказал Басов, берясь за весла. – По пути дорасскажешь.
Серега спохватился и потянул конец, который держал в руке. Из воды показался освобожденный от рыбы мешок, в котором находился аккуратно обернутый полиэтиленом пакет.
- И не боятся, что протечет, - проворчал Басов.
- Все нормально, шеф, - отозвался Серега. – Они швы пропаивают. Вот только тащить пакет в город не стоит. Демаскирует он нас сильно. Придется по дороге утопить. Так вот, что дальше-то было. Смотрю, они в ситуацию никак не въедут, взял и сам стал горловину развязывать. Тут у Юрки в мозгах релюшка отлипла, и он бросился мне помогать. А Вован, тем временем, лил воду на задницу, хе-хе. Ну вот, рыбу мы вывалили в носовой отсек. Слушай, почти полный получился. Они мне дали с собой вот этот сверток, договорились на утро послезавтра, и отвалили, а я сюда.
- А что в пакете? – поинтересовался Басов, не спеша работая веслами.
- А вот мы сейчас и проверим, - Серега оторвал кусок полиэтилена. – Глянь-ка, они сюда даже опись вложили.
- Вот молодцы, - сказал Басов убежденно. – Читай.
- Так, - начал Серега. – Первое. Бумага писчая, две пачки по пятьсот листов. Хм-да. Ручки ученические – пятьдесят штук. Обомлеть. Я даже знаю, где они их взяли.
- И где же? – заинтересовался Басов.
- Да в твоей бывшей конторе на складе. Во, гляди, и перья стальные – сто штук. Подозреваю – тоже там. – Серега поднял глаза. – Шеф, а чего бумага-то?
- Эх ты, купец. А я вот заметил, что лист папируса на базаре тянет на одну драхму. А тут чуть ли не глянец. Да за три обола с руками оторвут, - Басов подумал. – Ну, по крайней мере, должны. Так, не отвлекайся. Что там еще?
- Еще тут пять бутылочек с чернилами. Блин, придется ведь переливать. А во что? – Серега посмотрел на Басова.
- Ерунда, - сказал Басов. – Придумаем что-нибудь. Что еще?
- Все, - сказал Серега и на всякий случай показал ему список.
- Да, не густо. Трудно будет на этом капитал сделать. А?
Серега грустно промолчал.
- Ладно. Прочь тоску. Вот они нашу рыбу продадут – деньги появятся. А тут еще наш список. Вот тогда и посмотрим.
Басов широко загреб веслами. Одно сорвалось с волны и обдало Серегу брызгами. Тот поежился, хотя вода была теплейшая.
В порт они вошли вдоль бережка, потому что оживление достигло максимума и корабли сновали по акватории как тараканы. Правил движения, скорее всего, для них не было никаких, и попасть под форштевень Басову не очень улыбалось. Они скромно пробрались на свое место и Серега помчался к рыбному рынку или как здесь место торговли рыбой называлось. Вскоре он вернулся с шустрым низкорослым товарищем, который, посмотрев на улов, подумал и заявил безапелляционно:
- Драхма и четыре обола.
- Да забирай, - сказал Басов небрежно. – А я-то думал.
Товарищ что-то крикнул, от рынка прибежали двое сильно загорелых хлопцев в одних набедренных повязках с чем-то вроде носилок, быстренько покидали в них рыбу и так же бегом удалились. Товарищ отслюнявил в Серегину протянутую ладонь десять монеток и отвалил.
- Шеф, - сказал Серега, потряхивая монетками. – Если мы каждый день будем проверять ловушку, то лет через десять разбогатеем до невозможности. Правда, если раньше не помрем с голоду.
- Не берите в голову, Серж, - ответил Басов, забирая весла. – Мы разбогатеем гораздо раньше. Забери пакет и идем.
- И куда?
- Пока в трактир. Не забывай, что дом еще не наш. А вот завтра…
Алкеон, навестив вечером залетных купцов, наверно был очень разочарован, однако вида не подал и был традиционно приветлив и, осведомившись насчет дальнейших планов и получив неопределенный ответ, удалился.
- Достал, - сказал Серега, немного погодя. – Зря мы с ним связались.
- Может быть и зря, - задумчиво произнес Басов. – А может, вовсе и нет. Давай подождем еще, прежде чем рвать окончательно.
Утром они встали попозже, чтобы компенсировать вчерашний недосып и позволили себе подольше просидеть за завтраком. От вина оба категорически отказались, а так как чая и кофе почему-то в местной столовой не держали, пришлось довольствоваться чистой водой. Было непривычно, и Басов отложил себе в памяти потребовать от Безденежного поставки и чая, и кофе, желательно растворимого. Да, и надо было обзаводиться соответствующей посудой. Как-то непривычно было пить кофе из киликов или, того круче, из кратеров.
Вобщем из ворот трактира они вышли где-то около десяти утра. Свою ношу, не такую уже и тяжелую, Серега сложил в один мешок. Басов, как начальник, нес деньги. До рыночной площади было всего ничего, а вот через толпу на ней пробираться было значительно дольше.
Никитос уже весь извелся за своим прилавком и, увидев подходящих Басова и Серегу, неприкрыто обрадовался.
- Слава богам! – воскликнул он. – А то я уже и не надеялся.
А надо сказать, что Басов и Серега не далее, как вчера потратили оставшееся время, кроме перерывов для принятия пищи, на погружение в языковую среду. И погрузились в нее довольно плотно. А вечер, после позднего ужина, посвятили изучению русско-греческого разговорника. Многие слова в нем, правда, не совпадали с, так сказать, действительностью, но уж всяко лучше говорить с акцентом, чем вовсе не говорить. Так что теперь они понимали Никитоса не с пятого на десятое, а, по крайней мере, с восьмого на десятое. И Серега ответил вполне уверенно:
- Это почему?
Никитос замялся. Потом все же решился.
- Ну, я думал, вы же чужеземцы.
- То есть слово держать – это не про нас? – подхватил Серега.
- Ну да, - совсем смутился Никитос.
- А зря, - назидательно сказал Серега.
Басов только посмеивался. Никитос тем временем оправился от смущения. Все-таки он был торговцем, а им долго смущаться не положено. Теперь в его взгляде был вопрос, который он не смел задать при большом стечении публики вокруг.
- Да принесли мы. Принесли, - поспешил успокоить его Басов.
У Никитоса, даже видно было, как гора с плеч свалилась. Он тут же стал собирать товар и складывать все в большой мешок.
- Рано ты сегодня, - сказал Серега.
Никитос непонимающе замер.
- Все правильно, - успокаивающе произнес Басов. – А ты, Серега, не пугай человека. Не у себя, небось, - добавил он по-русски.
- Да ладно, - пробурчал Серега.
Никитос быстро собрал весь товар, разложил по двум мешкам, снял все занавеси, сложил прилавок.
- Давай, поможем, - предложил Басов.
Никитос посмотрел на него чуть ли не с ужасом.
- Вы ж купцы иноземные, - сказал он чуть ли не со священным трепетом. – А это работа как раз для нищего торговца.
- Фигня, - уверенно заявил Басов. – На нас не написано, что мы купцы иноземные. А мешки твои не тяжелые, но один ты их не унесешь. А так мы все за один раз подкинем до твоего дома или куда там тебе надо. И веселее, опять же. Серега, берись.
Груженые не тяжело, но объемно трое взрослых и присоединившийся к ним сын Никитоса, тащивший свою ношу наравне со всеми, протолкались через народ на площади и не спеша пошли к центральной улице. Выйдя на нее, Никитос повернул налево и через один квартал еще налево. Наконец процессия остановилась перед низкой калиткой в облупленной стене. Никитос сказал смущенно:
- Ну вот, мы пришли, - и постучал.
Открыла девочка лет десяти в чем-то синего цвета до колена и со складками. Басов не знал, как это называется, Серега тоже был не в курсе. Увидев рядом с отцом незнакомых мужчин, девочка задичилась и убежала. Друзья вслед за хозяевами втиснулись в маленький дворик, в котором они с трудом поместились со своей ношей. Из двери напротив вышла худая невысокая женщина со следами былой красоты, всплеснула руками и что-то быстро-быстро сказала. Басов с Серегой переглянулись, ничего не поняв. Но Никитос быстро разъяснил им, что его жена Элина пеняет ему на то, что он слишком рано закончил торговлю, и если он так дальше будет работать, то семью прокормить будет слишком проблематично.
- Так ты, что, ей ничего не говорил? – поразился Басов.
- Нет. А надо было?
- Ну-у, братец, - развел руками Басов, а Серега добавил: - Тебя, глядишь, скоро начнут нам в пример приводить.
- Так что, - поинтересовался Никитос. – Я могу вот сейчас прямо жене все рассказать?
- Конечно можешь. Что же здесь тайного. Только объясни мне, что ты собрался рассказывать?
- Я расскажу, - загорелся Никитос. – Что я стал компаньоном богатых иноземных купцов и совладельцем большого дома с лавкой…
- Стоп, стоп. Не суетись, - остановил его Басов. – Не надо так сразу пугать женщину, а то еще подумает невесть что. Во-первых, мы хоть и иноземные купцы, чего не скроешь, но не такие уж и богатые, чего тоже скрыть нельзя. Теперь насчет дома, ты официально считаешься владельцем, потому что по законам полиса покупать недвижимость имеют право только его граждане. А мы у тебя как бы квартиросъемщики. Правда, внутри дома, о чем остальным знать не надо, мы меняемся ролями. Но ты не делай испуганное лицо. Ты остаешься полноправным компаньоном, но младшим. Это значит, что при принятии решений, твой голос равен одному, тогда как у нас будет по два. Ну, и при распределении прибыли, ты получаешь одну пятую, в то время как мы по две пятых. Если тебе это кажется по какой-то причине несправедливым, лучше скажи прямо сейчас. Потому что, когда мы отдадим деньги за дом, будет уже поздно.
- Ну что ты, Александрос! – горячо возразил грек. – Меня все устраивает. Условия просто великолепные. Я даже мечтать о подобном не мог.
- Ну, тогда информируй жену, да пойдем. Хочется уже начать.
Никитос поспешил уйти. Минут через десять из дверей выскочила его растрепанная жена и принялась кланяться и даже порывалась облобызать Басовские сандалии. Серега ее еле оттащил. Бедная женщина все хотела устроить пир из всех своих скудных запасов, но Басов попросил ее подождать и устроить пир уже в новом доме. Женщина, подумав, согласилась.
-Видал, какой неприкрытый энтузиазм, - сказал Басов Сереге.
Тот важно кивнул.
- При такой смене статуса у любого крыша поедет. Это она еще не знает всех перспектив.
- Если честно, я их и сам еще толком не знаю, - признался Басов.
Дом, который они собирались купить, оказался совсем недалеко от более чем скромного жилища Никитоса. И Никитос, уже на правах будущего собственника, постучал в калитку. Привратник задерживался. Никитос вопросительно посмотрел на Басова. Тот поощрительно кивнул и Никитос постучал еще раз, уже громче. Калитка тут же распахнулась без предваряющего рассматривания посетителей. Привратник, кланяясь, попросил гостей пройти в перистиль. А там уже дожидался Герасимос. Он был не один, рядом стоял какой-то неопределенный грек с незапоминающейся внешностью профессионального шпиона, но в отглаженном длинном хитоне с накинутым поверх красным гиматием.
- Привет вам, - произнес Герасимос важно. – Я правильно понимаю, что ваш приход означает, что деньги вы принесли?
- Совершенно верно, досточтимый, - слегка поклонился Никитос.
Не зря по дороге сюда Басов его накручивал, мол, ты теперь богатый человек, так и держись соответственно. На довольно робкие попытки Никитоса сказать, что он пока плохо представляет себе, как должен держаться богатый человек, Басов посоветовал держаться предельно нагло, но с достоинством. И теперь Никитос пытался определить грань между наглостью и достоинством. Надо сказать, у него получалось.
Герасимос не стал тянуть тельца за хвост и обратился к тепло одетому греку. Тот вытащил откуда-то из складок гиматия скрученный в трубку лист папируса и подал Герасимосу, который его развернул и приготовился зачитывать. Басов слегка подтолкнул Никитоса и тот протянул руку.
- Позвольте, уважаемый.
Герасимос удивился и безропотно бумагу отдал. Никитос, видно, что с трудом, но все-таки прочел. И даже пальцем по строкам не водил. На вопросительный взгляд Басова он ответил почти незаметным наклонением головы. Басов слегка расслабился и кивнул Сереге. Серега сделал небольшой шажок назад. А Басов передал Никитосу мешочек с драхмами.
