Валента фыркнула, подливая кипяток в заварной чайник безумной расцветки.
– Кто же по делу ногами ходит? А E-mail на что?
Вита сморщилась.
– Знаешь, Валька, что мне намедни пришло по «мылу»? Смерть, упакованная в прикреплённый файл! Нет теперь у меня ни змея, ни компьютера. Вот я и явилась разузнать, не твоя ли мадам к этому руку приложила.
Валента на несколько секунд приостановила свою лихорадочную деятельность по обслуживанию стола и посмотрела на Виту круглыми глазами. Она знала, что Аррхх был для сестры не домашней зверушкой, а другом.
Наконец она пришла в себя и мотнула головой:
– Исключено. Миленион, ясное дело, терпеть тебя не может. Но раз она поклялась, клятву держать будет. Для бессмертных клятва имеет большее значение, чем для нас. Верно, парень? – обратилась она за поддержкой к Хешшкору.
Он молча кивнул.
– Она ясно сказала, что не станет убивать ни тебя, ни твоих родных. Значит, не станет. Это железно, сеструха.
Сию клятву Валента вырвала у своей богини шантажом, угрожая отречься от неё. Тогда она была единственной её посвящённой, и Миленион, скрипя зубами, вынуждена была выполнить это условие. Вита, правда, всё равно отругала сестрёнку. Есть множество способов превратить жизнь человека в ад, и не убивая его. Например, заключить в темницу и ежедневно подвергать самым изощрённым пыткам, поддерживая жизнь специальными заклятиями… Такое наивной девчонке, не испорченной грязью реальности, вовремя в голову не пришло.
– Разве что она не в тебя целилась, а в змея, – поразмыслив, сказала Валента. – В таком случае – да, могла. Но что ей с Аррххом было делить, вот в чём вопрос? А если и было, они бы за десятки тысяч лет до нашего рождения выяснили отношения, нас бы не дожидались. Нет, вряд ли!
– Вот и я думаю, вряд ли, – согласилась Вита. – Аррхх, по всей видимости – случайная жертва.
Раздался характерный электронный писк. Вита быстро вынула из сумочки сотовый телефон и приложила к уху.
– Тетя Вита! – Фёдор, судя по голосу, находился в шоке. – Это я, Федя. Маму увезли в третий роддом.
– Как так? – опешила Вита. – Ей же ещё не скоро рожать.
– Преждевременные роды. Скоротечные. Оба младенца мертвы. Тетя Вита, ей срочно нужно лекарство, у них в роддоме нету, а я не знаю, где достать…
– Успокойся, мальчик, – терпеливо произнесла Вита. – Нет ничего проще. Сядь за компьютер, войди в интернет…
– Ни за что!!!
На том конце связи началась истерика. Вита выключила телефон и взглянула на Хешшкора. Он был так бледен, что она поняла: слышал.
– Прости, Валя. Нам пора.
– Эта мерзавка Виталия силой вынудила меня дать клятву. – Миленион раздражённо запахнулась в фиолетовый плащ. – Я не могу способствовать смерти ни её самой, ни кого-либо из её родственников!
Колдун поднёс ей бокал шербета. Она глотнула, жилка на горле дёрнулась.
– До какого колена? – аккуратно спросил он.
Она призадумалась и раздражённо отшвырнула бокал:
– Не знаю! Это не уточнялось.
Он досадливо покачал головой. Крайне опрометчивая клятва. Если формулировку задавала Виталия, это очень хитро с её стороны. Люди сплошь и рядом связаны друг с другом родством, неведомым им самим, затерянным в веках, несчитаемым по причине дальности. Совершенно незнакомый человек может оказаться роднёй. Этак вообще побоишься убивать кого-либо.
– Что значит – способствовать смерти, моя госпожа? – Он попытался зайти с другого конца. – Ты клялась не лишать жизни никого из них? Но ты и не приложишь к этому руку. И Виталию, и её сына я убью сам.
В глазах Миленион сверкнули торжествующие огоньки, незамеченные Хешшкором, и тотчас погасли.
– Всё, о чем я прошу – принять у себя Катрину Хешшвитала. Позаботиться о ней, а не убивать её. – Он хитро усмехнулся. – Не убивать ни в коем случае!
– Боюсь, если она попадёт ко мне в руки, искушение будет слишком велико, – проворчала богиня. – Но раз это так необходимо для твоих замыслов…
Он материализовался прямо перед Катриной, выходящей из ворот роддома. Интересно, что девка там делала? На аборт ходила?
Мало кому удавалось достичь такой точности при внепространственном переносе. Хешшкор не зря считал себя способнейшим из магов. Он мог дотянуться до Катрины рукой. Она не успела ни убежать, ни закричать – молниеносным движением он схватил её и прижал к носу девчонки марлю, пропитанную хлороформом. Не прошло и тридцати секунд, как юноша, держащий в объятиях то ли спящую, то ли пьяную девушку, растворился в воздухе, скрытый зелёными кустами.
Пронесясь через нематериальную трубу, он в тот же миг вынырнул из неё за сотни километров, в своём замке, носящем гордое имя Хешшмил. Госпожа ждала. Она не стала поздравлять его с добычей – Миленион не давала себе труда сомневаться в успехе, сопутствующем её адепту. Она просто взмахнула рукой, проделав то, чего Хешшкор всё же не мог без привлечения заклинаний и артефактов.
Небо потемнело и стало почти чёрным. На нём загорелись разноцветные звёзды, большие и яркие, словно ёлочные фонарики. В их свете можно было различить трещины на запёкшейся земле, от которой исходило слабое, едва различимое холодное сияние. Во все стороны простиралась бескрайняя равнина, совершенно плоская, если не считать развалин на горизонте, также источающих тревожное свечение. Местность до сих пор была радиоактивна.
– Вот где я вынуждена обитать, – произнесла Миленион с тщательно выверенной слезой в голосе, – после того как эта дрянь Виталия ворвалась сюда с целой эскадрильей наёмников, чуть не разрушив межмировые перемычки, и разнесла в пыль мои прекрасные сады, чудесные парки, великолепные статуи… Она забросала мои фонтаны и клумбы атомными бомбами…
– Госпожа, – совершенно серьёзно сказал маг, – я уже много раз предлагал тебе воспользоваться гостеприимством Хешшмила… но не сейчас. Девицу нельзя было оставлять в Хешшмиле, там её в момент отыскал бы этот ублюдок.
– А здесь вы с ней помрёте от лучевой болезни. – Она состроила гримасу. – Ох уж это несовершенство смертных! Ладно, я о вас позабочусь.
Миленион простёрла руки к небу и быстро развела их. Вокруг, словно из-под земли, выросли толстые бетонные стены. Что-то ударило по ногам – пол возник и утолщался всё более и более, пока они не вознеслись чуть ли не на метр вверх. Ещё несколько ленивых движений богини – вспыхнул свет, стены покрылись обоями, переливающимися золотом, а пол – узорчатыми коврами; на одной из стен появился карниз с пурпурной гардиной – за ней, вероятно, скрывалось окно; медленно сформировалась мебель. Хешшкор небрежно сгрузил Катрину на кровать под фиолетовым балдахином.
– Компьютера не будет, – предупредила Миленион. – Если приспичит, верну тебя в Хешшмил.
– Разумеется, госпожа, – поклонился он с улыбкой. – Возвращай. Мне многое предстоит сделать.
– Порядочные люди сообщают о визите заблаговременно, – сделала замечание дама с прямыми чёрными волосами, убранными в узел на затылке, отпивая кофе. С точки зрения Виты, пить кофе с шоколадными пирожными в снежно-белом платье было донельзя непрактично, но Бэла с юности любила этот цвет.
– А я не человек, – буркнул Хешшкор, закинув ногу за ногу. – И не порядочный.
Бэла Айанур ужасно смутилась. Колдунья Чёрного Круга, она, как и большинство её собратьев, считала бессмертных Тьмы высшими существами и теперь горько сожалела, что сморозила такое, пусть и неосознанно.
– Да простит меня Всемогущий Хешшкор, – осторожно добавила она, – за непростительное невнимание к его персоне. – Вита не удержалась от смешка, но Бэла говорила искренне. – Я обращалась лишь к Виталии. – Для ясности она ткнула Виту в грудь пальцем. – Весточку-то по «мылу» могла бы послать?
– Не могла, – отрезала Вита. – И тебе не советую. Через компьютер меня чуть не убили. Файка потеряла своих близняшек, и мы считаем, что метили в неё и Фёдора, просто нападавший нечётко сформулировал, кого именно надо лишить жизни.
– Да? – Бэла удивилась. Её почти невозможно было вывести из себя, и выражение лёгкого удивления на лице было эквивалентно глубокому потрясению. – Но я только вчера отправляла письмо, и сегодня тоже. И ничего… Так вы говорите, что по сетям шарит террорист?
Вита размешала сливки.
– Террорист – неудачный термин. Ведётся направленная кампания против меня и Хешшкора. – Она одарила Бэлу выжидающим взглядом, таким ледяным, что он мог бы заморозить кофе в чашке. – Ты точно уверена, что не имеешь к этому отношения?
– Хочешь сказать, что это я играю против вас? – Бэла поперхнулась, и несколько коричневых капель запятнали безукоризненно белый лиф. Вита против воли криво улыбнулась. – Витка, что было – то прошло, ты сама говорила. Я и в тот раз не хотела, и никогда в жизни этого не повторю.
Пятнадцать лет назад богиня Айанур, сходившая с ума от ревности к Хешшкору и от ненависти к Вите, украла Виталика, их сына, и его посвящённую Катю. Бэле, раздираемой долгом перед своей богиней и дружескими чувствами к Вите, пришлось тогда помучиться. И муки до сих пор не кончились: кое-какие поступки, совершённые в тот период, останутся тяжким грузом на её совести навсегда.
– А твоя дорогая Айанур? – процедил Хешшкор. – За неё ты тоже поручишься, а?
Никто из смертных не был свидетелем и не знал наверняка, действительно ли отношения между Хешшкором и Айанур двадцать лет назад были любовью. Но любовь это была, или просто взаимная симпатия, или чисто физическая близость, ныне она превратилась в откровенную ненависть. По крайней мере, со стороны Хешшкора. Айанур сделала для этого всё: совершила все возможные глупости, которые только можно было совершить.
– Светлая Айанур не станет вам вредить хотя бы из благодарности за то, что вы оставили ей жизнь.
– Благодарность – чувство сомнительное и непродолжительное! – рявкнул Хешшкор. – Я не дам ни копейки за благодарность этой твари.
– Милый, успокойся, – одёрнула его Вита и урезонивающе похлопала по руке. – Бэла, я хочу знать, чем в последнее время занималась Айанур.
Может, Айанур и впрямь благодарна и отказалась от злобных замыслов. Но по дурости эта курица способна натворить ещё худших дел, чем по злобе.
– Н-ну, она передо мной не отчитывается. – Бэла задумчиво повертела чашечку в руках. – Знаю только, что она собирается в ближайшие дни прибыть сюда. Говорит, соскучилась по светской жизни. Я заказала ей путёвку на Канары, и… Собственно, поэтому я отменила визиты Немиры и Энтелены: светлая Айанур не любит, когда её здесь застают. Ей кажется, что весь Чёрный Круг читает магические книги дни и ночи напролёт от корки до корки, как детективы, и что каждый житель Земли в курсе её позора. Не забывай, для бессмертной события пятнадцатилетней давности всё равно что вчера. Она впервые за этот срок решилась выйти в земной мир. Ну, а если она объявится прямо сейчас? Сами понимаете, вы – последние, кого она хотела бы встретить. Потому я и была столь… негостеприимна, за что приношу нижайшие извинения. – Бэла поклонилась Хешшкору.
– Значит, эта история для неё всё ещё свежа. – Вита, нахмурившись, побарабанила пальцами по столу. – У Айанур есть компьютер?
– В её мире? – Бэла приподняла бровь. – Разумеется, нет. Раз в год-два она пользовалась моим компьютером для выхода в интернет. Но, – Бэла упреждающе вскинула руку, – последний раз это было полгода назад.
– А не могла она использовать компьютер втайне от тебя?
– Не знаю… Но, честно говоря, не вижу причины. Чего ей утаивать от меня, собственной посвящённой?
– Бэла, не прикидывайся дурочкой! – Вита стукнула пустой чашкой по столу. – Не понимаешь, чего ей скрывать? Например, намерение сжить меня со свету!
– Хочет она или нет, – Хешшкор одарил Бэлу сумрачным взглядом и встал, – а придётся ей с нами встретиться. Я просто мечтаю посмотреть ей в глаза. – Он протянул Вите руку. – Мы вернемся позже. Тогда и расставим все точки над «i».
Хешшкор, задумавшись, смотрел на список контактов Виталии. Фаирата с сыном мертвы, Катрина нейтрализована… Кто ещё может ставить палки в колеса? Наибольшие подозрения внушало имя Бэлы Айанур. Посвящённая предательницы, от такой хорошего ждать не приходится. До сих пор он ничего не знал о Бэле: старался обходить её, как прокажённую. Что ж, пора получить информацию о потенциальном противнике.
Он ткнул «мышью» наугад в одно из сообщений о Бэле и Виталии. Компьютер заскрипел, и несколько секунд прошло в напряжённом ожидании: раскроется или зависнет? Когда он набивал тексты волшебных книг, тяжёлые фолианты открывались без проблем, словно чувствовали, что к ним обращаются не ради чужого интереса или выгоды, а для их размножения. Беда в том, что он ничегошеньки из этих текстов не помнил: должно быть, книги позаботились, чтобы заключённая в них информация перешла на диски, но стёрлась из памяти посредника.
Файл всё же раскрылся – Хешшкор был на сто процентов уверен, что помогла серьга-Искательница, вдетая в пупок.
«Колдунья Чёрного Круга Бэла Айанур по наущению покровительницы своей светлой Айанур пятнадцать лет назад похитила Катрину Хешшвитала…»
Удивительным образом все записи в волшебных книгах, будь они сделаны на пергаменте, бумаге или компакт-дисках, были приурочены к настоящему моменту. Поговаривали, что на тексты наложено заклинание самого Мерлина, которому надоела путаница с летосчислением – в его время оно сильно зависело от национальности, местопребывания, религиозной принадлежности, да и просто от элементарной грамотности как писавшего, так и читающего, а конфликт между их представлениями приводил к непредсказуемым искажениям дат.
«А также помогла захватить и его самого, дабы поспособствовать намерению оной покровительницы Хешшвитала извести...»
Колдун присвистнул. Выходит, этот божок-карапуз Хешшвитал и гадине Айанур чем-то не потрафил. Не многовато ли у мальчика врагов для его возраста? Ну да ладно, это к лучшему. Выходит, со стороны Бэлы Хешшкору нечего опасаться противодействия. У них, можно сказать, почти общие цели. А не сманить ли, кстати, Бэлу к себе в посвящённые? Он сможет дать ей куда больше, чем дура Айанур. А та пускай развоплотится: земля не должна носить предателей.
Стоит разузнать о Бэле побольше. Он с головой погрузился в компьютер. По адресу [email protected] так и пестрели сообщения. Он просмотрел деловую переписку с Немирой и Энтеленой Деадаргана, что-то о планируемом визите, который необходимо отложить. В письмах Бэла изъяснялась казённым бюрократическим языком – похоже, её ни с кем не связывала нежная дружба. Очень хорошо…
Воздух задрожал, и за спинкой кресла вырисовался фиолетовый силуэт Миленион.
– Поехали, – приказным тоном сказала она. – Твоя краля просыпается.
– Кто же по делу ногами ходит? А E-mail на что?
Вита сморщилась.
– Знаешь, Валька, что мне намедни пришло по «мылу»? Смерть, упакованная в прикреплённый файл! Нет теперь у меня ни змея, ни компьютера. Вот я и явилась разузнать, не твоя ли мадам к этому руку приложила.
Валента на несколько секунд приостановила свою лихорадочную деятельность по обслуживанию стола и посмотрела на Виту круглыми глазами. Она знала, что Аррхх был для сестры не домашней зверушкой, а другом.
Наконец она пришла в себя и мотнула головой:
– Исключено. Миленион, ясное дело, терпеть тебя не может. Но раз она поклялась, клятву держать будет. Для бессмертных клятва имеет большее значение, чем для нас. Верно, парень? – обратилась она за поддержкой к Хешшкору.
Он молча кивнул.
– Она ясно сказала, что не станет убивать ни тебя, ни твоих родных. Значит, не станет. Это железно, сеструха.
Сию клятву Валента вырвала у своей богини шантажом, угрожая отречься от неё. Тогда она была единственной её посвящённой, и Миленион, скрипя зубами, вынуждена была выполнить это условие. Вита, правда, всё равно отругала сестрёнку. Есть множество способов превратить жизнь человека в ад, и не убивая его. Например, заключить в темницу и ежедневно подвергать самым изощрённым пыткам, поддерживая жизнь специальными заклятиями… Такое наивной девчонке, не испорченной грязью реальности, вовремя в голову не пришло.
– Разве что она не в тебя целилась, а в змея, – поразмыслив, сказала Валента. – В таком случае – да, могла. Но что ей с Аррххом было делить, вот в чём вопрос? А если и было, они бы за десятки тысяч лет до нашего рождения выяснили отношения, нас бы не дожидались. Нет, вряд ли!
– Вот и я думаю, вряд ли, – согласилась Вита. – Аррхх, по всей видимости – случайная жертва.
Раздался характерный электронный писк. Вита быстро вынула из сумочки сотовый телефон и приложила к уху.
– Тетя Вита! – Фёдор, судя по голосу, находился в шоке. – Это я, Федя. Маму увезли в третий роддом.
– Как так? – опешила Вита. – Ей же ещё не скоро рожать.
– Преждевременные роды. Скоротечные. Оба младенца мертвы. Тетя Вита, ей срочно нужно лекарство, у них в роддоме нету, а я не знаю, где достать…
– Успокойся, мальчик, – терпеливо произнесла Вита. – Нет ничего проще. Сядь за компьютер, войди в интернет…
– Ни за что!!!
На том конце связи началась истерика. Вита выключила телефон и взглянула на Хешшкора. Он был так бледен, что она поняла: слышал.
– Прости, Валя. Нам пора.
Глава 12. Похищение
– Эта мерзавка Виталия силой вынудила меня дать клятву. – Миленион раздражённо запахнулась в фиолетовый плащ. – Я не могу способствовать смерти ни её самой, ни кого-либо из её родственников!
Колдун поднёс ей бокал шербета. Она глотнула, жилка на горле дёрнулась.
– До какого колена? – аккуратно спросил он.
Она призадумалась и раздражённо отшвырнула бокал:
– Не знаю! Это не уточнялось.
Он досадливо покачал головой. Крайне опрометчивая клятва. Если формулировку задавала Виталия, это очень хитро с её стороны. Люди сплошь и рядом связаны друг с другом родством, неведомым им самим, затерянным в веках, несчитаемым по причине дальности. Совершенно незнакомый человек может оказаться роднёй. Этак вообще побоишься убивать кого-либо.
– Что значит – способствовать смерти, моя госпожа? – Он попытался зайти с другого конца. – Ты клялась не лишать жизни никого из них? Но ты и не приложишь к этому руку. И Виталию, и её сына я убью сам.
В глазах Миленион сверкнули торжествующие огоньки, незамеченные Хешшкором, и тотчас погасли.
– Всё, о чем я прошу – принять у себя Катрину Хешшвитала. Позаботиться о ней, а не убивать её. – Он хитро усмехнулся. – Не убивать ни в коем случае!
– Боюсь, если она попадёт ко мне в руки, искушение будет слишком велико, – проворчала богиня. – Но раз это так необходимо для твоих замыслов…
Он материализовался прямо перед Катриной, выходящей из ворот роддома. Интересно, что девка там делала? На аборт ходила?
Мало кому удавалось достичь такой точности при внепространственном переносе. Хешшкор не зря считал себя способнейшим из магов. Он мог дотянуться до Катрины рукой. Она не успела ни убежать, ни закричать – молниеносным движением он схватил её и прижал к носу девчонки марлю, пропитанную хлороформом. Не прошло и тридцати секунд, как юноша, держащий в объятиях то ли спящую, то ли пьяную девушку, растворился в воздухе, скрытый зелёными кустами.
Пронесясь через нематериальную трубу, он в тот же миг вынырнул из неё за сотни километров, в своём замке, носящем гордое имя Хешшмил. Госпожа ждала. Она не стала поздравлять его с добычей – Миленион не давала себе труда сомневаться в успехе, сопутствующем её адепту. Она просто взмахнула рукой, проделав то, чего Хешшкор всё же не мог без привлечения заклинаний и артефактов.
Небо потемнело и стало почти чёрным. На нём загорелись разноцветные звёзды, большие и яркие, словно ёлочные фонарики. В их свете можно было различить трещины на запёкшейся земле, от которой исходило слабое, едва различимое холодное сияние. Во все стороны простиралась бескрайняя равнина, совершенно плоская, если не считать развалин на горизонте, также источающих тревожное свечение. Местность до сих пор была радиоактивна.
– Вот где я вынуждена обитать, – произнесла Миленион с тщательно выверенной слезой в голосе, – после того как эта дрянь Виталия ворвалась сюда с целой эскадрильей наёмников, чуть не разрушив межмировые перемычки, и разнесла в пыль мои прекрасные сады, чудесные парки, великолепные статуи… Она забросала мои фонтаны и клумбы атомными бомбами…
– Госпожа, – совершенно серьёзно сказал маг, – я уже много раз предлагал тебе воспользоваться гостеприимством Хешшмила… но не сейчас. Девицу нельзя было оставлять в Хешшмиле, там её в момент отыскал бы этот ублюдок.
– А здесь вы с ней помрёте от лучевой болезни. – Она состроила гримасу. – Ох уж это несовершенство смертных! Ладно, я о вас позабочусь.
Миленион простёрла руки к небу и быстро развела их. Вокруг, словно из-под земли, выросли толстые бетонные стены. Что-то ударило по ногам – пол возник и утолщался всё более и более, пока они не вознеслись чуть ли не на метр вверх. Ещё несколько ленивых движений богини – вспыхнул свет, стены покрылись обоями, переливающимися золотом, а пол – узорчатыми коврами; на одной из стен появился карниз с пурпурной гардиной – за ней, вероятно, скрывалось окно; медленно сформировалась мебель. Хешшкор небрежно сгрузил Катрину на кровать под фиолетовым балдахином.
– Компьютера не будет, – предупредила Миленион. – Если приспичит, верну тебя в Хешшмил.
– Разумеется, госпожа, – поклонился он с улыбкой. – Возвращай. Мне многое предстоит сделать.
Глава 13. У Бэлы
– Порядочные люди сообщают о визите заблаговременно, – сделала замечание дама с прямыми чёрными волосами, убранными в узел на затылке, отпивая кофе. С точки зрения Виты, пить кофе с шоколадными пирожными в снежно-белом платье было донельзя непрактично, но Бэла с юности любила этот цвет.
– А я не человек, – буркнул Хешшкор, закинув ногу за ногу. – И не порядочный.
Бэла Айанур ужасно смутилась. Колдунья Чёрного Круга, она, как и большинство её собратьев, считала бессмертных Тьмы высшими существами и теперь горько сожалела, что сморозила такое, пусть и неосознанно.
– Да простит меня Всемогущий Хешшкор, – осторожно добавила она, – за непростительное невнимание к его персоне. – Вита не удержалась от смешка, но Бэла говорила искренне. – Я обращалась лишь к Виталии. – Для ясности она ткнула Виту в грудь пальцем. – Весточку-то по «мылу» могла бы послать?
– Не могла, – отрезала Вита. – И тебе не советую. Через компьютер меня чуть не убили. Файка потеряла своих близняшек, и мы считаем, что метили в неё и Фёдора, просто нападавший нечётко сформулировал, кого именно надо лишить жизни.
– Да? – Бэла удивилась. Её почти невозможно было вывести из себя, и выражение лёгкого удивления на лице было эквивалентно глубокому потрясению. – Но я только вчера отправляла письмо, и сегодня тоже. И ничего… Так вы говорите, что по сетям шарит террорист?
Вита размешала сливки.
– Террорист – неудачный термин. Ведётся направленная кампания против меня и Хешшкора. – Она одарила Бэлу выжидающим взглядом, таким ледяным, что он мог бы заморозить кофе в чашке. – Ты точно уверена, что не имеешь к этому отношения?
– Хочешь сказать, что это я играю против вас? – Бэла поперхнулась, и несколько коричневых капель запятнали безукоризненно белый лиф. Вита против воли криво улыбнулась. – Витка, что было – то прошло, ты сама говорила. Я и в тот раз не хотела, и никогда в жизни этого не повторю.
Пятнадцать лет назад богиня Айанур, сходившая с ума от ревности к Хешшкору и от ненависти к Вите, украла Виталика, их сына, и его посвящённую Катю. Бэле, раздираемой долгом перед своей богиней и дружескими чувствами к Вите, пришлось тогда помучиться. И муки до сих пор не кончились: кое-какие поступки, совершённые в тот период, останутся тяжким грузом на её совести навсегда.
– А твоя дорогая Айанур? – процедил Хешшкор. – За неё ты тоже поручишься, а?
Никто из смертных не был свидетелем и не знал наверняка, действительно ли отношения между Хешшкором и Айанур двадцать лет назад были любовью. Но любовь это была, или просто взаимная симпатия, или чисто физическая близость, ныне она превратилась в откровенную ненависть. По крайней мере, со стороны Хешшкора. Айанур сделала для этого всё: совершила все возможные глупости, которые только можно было совершить.
– Светлая Айанур не станет вам вредить хотя бы из благодарности за то, что вы оставили ей жизнь.
– Благодарность – чувство сомнительное и непродолжительное! – рявкнул Хешшкор. – Я не дам ни копейки за благодарность этой твари.
– Милый, успокойся, – одёрнула его Вита и урезонивающе похлопала по руке. – Бэла, я хочу знать, чем в последнее время занималась Айанур.
Может, Айанур и впрямь благодарна и отказалась от злобных замыслов. Но по дурости эта курица способна натворить ещё худших дел, чем по злобе.
– Н-ну, она передо мной не отчитывается. – Бэла задумчиво повертела чашечку в руках. – Знаю только, что она собирается в ближайшие дни прибыть сюда. Говорит, соскучилась по светской жизни. Я заказала ей путёвку на Канары, и… Собственно, поэтому я отменила визиты Немиры и Энтелены: светлая Айанур не любит, когда её здесь застают. Ей кажется, что весь Чёрный Круг читает магические книги дни и ночи напролёт от корки до корки, как детективы, и что каждый житель Земли в курсе её позора. Не забывай, для бессмертной события пятнадцатилетней давности всё равно что вчера. Она впервые за этот срок решилась выйти в земной мир. Ну, а если она объявится прямо сейчас? Сами понимаете, вы – последние, кого она хотела бы встретить. Потому я и была столь… негостеприимна, за что приношу нижайшие извинения. – Бэла поклонилась Хешшкору.
– Значит, эта история для неё всё ещё свежа. – Вита, нахмурившись, побарабанила пальцами по столу. – У Айанур есть компьютер?
– В её мире? – Бэла приподняла бровь. – Разумеется, нет. Раз в год-два она пользовалась моим компьютером для выхода в интернет. Но, – Бэла упреждающе вскинула руку, – последний раз это было полгода назад.
– А не могла она использовать компьютер втайне от тебя?
– Не знаю… Но, честно говоря, не вижу причины. Чего ей утаивать от меня, собственной посвящённой?
– Бэла, не прикидывайся дурочкой! – Вита стукнула пустой чашкой по столу. – Не понимаешь, чего ей скрывать? Например, намерение сжить меня со свету!
– Хочет она или нет, – Хешшкор одарил Бэлу сумрачным взглядом и встал, – а придётся ей с нами встретиться. Я просто мечтаю посмотреть ей в глаза. – Он протянул Вите руку. – Мы вернемся позже. Тогда и расставим все точки над «i».
Глава 14. И снова Бэла
Хешшкор, задумавшись, смотрел на список контактов Виталии. Фаирата с сыном мертвы, Катрина нейтрализована… Кто ещё может ставить палки в колеса? Наибольшие подозрения внушало имя Бэлы Айанур. Посвящённая предательницы, от такой хорошего ждать не приходится. До сих пор он ничего не знал о Бэле: старался обходить её, как прокажённую. Что ж, пора получить информацию о потенциальном противнике.
Он ткнул «мышью» наугад в одно из сообщений о Бэле и Виталии. Компьютер заскрипел, и несколько секунд прошло в напряжённом ожидании: раскроется или зависнет? Когда он набивал тексты волшебных книг, тяжёлые фолианты открывались без проблем, словно чувствовали, что к ним обращаются не ради чужого интереса или выгоды, а для их размножения. Беда в том, что он ничегошеньки из этих текстов не помнил: должно быть, книги позаботились, чтобы заключённая в них информация перешла на диски, но стёрлась из памяти посредника.
Файл всё же раскрылся – Хешшкор был на сто процентов уверен, что помогла серьга-Искательница, вдетая в пупок.
«Колдунья Чёрного Круга Бэла Айанур по наущению покровительницы своей светлой Айанур пятнадцать лет назад похитила Катрину Хешшвитала…»
Удивительным образом все записи в волшебных книгах, будь они сделаны на пергаменте, бумаге или компакт-дисках, были приурочены к настоящему моменту. Поговаривали, что на тексты наложено заклинание самого Мерлина, которому надоела путаница с летосчислением – в его время оно сильно зависело от национальности, местопребывания, религиозной принадлежности, да и просто от элементарной грамотности как писавшего, так и читающего, а конфликт между их представлениями приводил к непредсказуемым искажениям дат.
«А также помогла захватить и его самого, дабы поспособствовать намерению оной покровительницы Хешшвитала извести...»
Колдун присвистнул. Выходит, этот божок-карапуз Хешшвитал и гадине Айанур чем-то не потрафил. Не многовато ли у мальчика врагов для его возраста? Ну да ладно, это к лучшему. Выходит, со стороны Бэлы Хешшкору нечего опасаться противодействия. У них, можно сказать, почти общие цели. А не сманить ли, кстати, Бэлу к себе в посвящённые? Он сможет дать ей куда больше, чем дура Айанур. А та пускай развоплотится: земля не должна носить предателей.
Стоит разузнать о Бэле побольше. Он с головой погрузился в компьютер. По адресу [email protected] так и пестрели сообщения. Он просмотрел деловую переписку с Немирой и Энтеленой Деадаргана, что-то о планируемом визите, который необходимо отложить. В письмах Бэла изъяснялась казённым бюрократическим языком – похоже, её ни с кем не связывала нежная дружба. Очень хорошо…
Воздух задрожал, и за спинкой кресла вырисовался фиолетовый силуэт Миленион.
– Поехали, – приказным тоном сказала она. – Твоя краля просыпается.
