– Изабелла не в Испании? Тогда где же еще? Ты знаешь?
– Она где-то в Тунисе, потому что ее похитили арабские работорговцы!
– Что?! Откуда ты знаешь? Как ты смогла... узнать об этом...
Эшли Баррет внезапно ощутил, как на лбу выступает холодный пот, а руки начинают дрожать. «Спокойнее, – сказал он себе. – Еще неясно, насколько хорошо ей известна эта история. Возможно, приятель, ты еще сможешь повернуть ситуацию в свою пользу».
– Расскажи мне обо всем подробно, дорогая, – ласково попросил он.
Джулиана не скрыла от него ни одной подробности. Полчаса спустя Баррет был осведомлен о несчастье, случившемся со старшей мисс Вудвиль, и планах по ее освобождению не хуже, чем сама Джулиана или виконт. Когда девушка закончила свой рассказ, Эшли попросил ее помолчать и дать ему возможность все хорошенько обдумать. А поразмыслить ему было о чем. Ситуация и в самом деле складывалась настолько скверно, насколько он даже не мог себе представить. Оказывается, эта строптивая сучка, Изабелла Вудвиль, умудрилась подать о себе весточку. И если в дело вмешается такой предприимчивый человек, как виконт Девери, последствия могут быть самые непредсказуемые.
Глубоко вздохнув, Баррет украдкой взглянул на Джулиану. Да, разумеется, когда он решил приударить за этой девушкой в Лондоне, у него и в мыслях не было связать с ней судьбу, довольно с него сумасбродных выходок ее старшей сестры. Но теперь ничего не поделаешь. Единственный способ отвлечь ее от поисков Изабель и навсегда поссорить с виконтом – это уговорить бежать с корабля и сделать своей женой. Без помощи виконта ей ни за что не отыскать Изабель, а уж он-то, Эшли, приложит все усилия, чтобы заставить ее смириться с этой потерей.
Как только решение было найдено, Баррету снова стало весело. А ведь все не так уж и плохо складывается, подумал он. Ему достанется приданое обеих сестер, а это, должно быть, немалая сумма, по крайней мере, достаточная для того, чтобы он смог полностью рассчитаться с долгами. А потом можно будет тянуть денежки с обожаемого братца Джулианы, нынешнего графа Эдварда Риверса. Возможно, удастся даже добиться опекунства над ним до его совершеннолетия...
– Любовь моя, – проговорил он самым убедительным голосом, каким только мог, – послушай внимательно, что я тебе сейчас скажу. Ни у меня, ни у тебя нет сомнений в том, что сама судьба свела нас на этом корабле. И мы будем последними глупцами, если не послушаемся ее совета. Через два или три дня судно бросит якорь в лиссабонском порту. – Эшли выразительно посмотрел на девушку. – Если ты уверена в том, что я тебе дорог и разлука со мной будет для тебя непереносимой, мы покинем «Красавицу Востока» вместе.
– Как? Бежать? Тайно, обманув всех? – испуганно вскрикнула Джулиана, невольно отшатнувшись от него. Если бы она взглянула в этот момент в зеркало, то увидела бы, что на ее лице читается вся мучительная внутренняя борьба последних дней. – Но... Как же виконт Девери? Ведь он доверяет мне. Ведь это только ради меня он согласился отправиться на Восток и выполнить поручение министра! И это поручение он взвалил на свои плечи лишь затем, чтобы получить дипломатическую неприкосновенность и не встречать никаких препятствий в наших поисках. А теперь?
– Тебе придется выбирать, любовь моя. Или ты тайно покинешь корабль вместе со мной, чтобы мы могли поскорей обвенчаться, а потом заняться поисками Изабель, или... ты продолжишь путешествие в компании Стивена Девери, и мы навсегда расстанемся.
– Навсегда? – Это ужасное слово такой невыносимой болью отозвалось в сердце Джулианы, что у нее потемнело в глазах. – Я не ослышалась, Эшли? Ты сказал – расстанемся навсегда?
Не отвечая, он поднялся с кровати и медленно направился к двери. От волнения у Джулианы перехватило дыхание.
– Эшли, Боже мой!.. Ты оставляешь меня одну?! – в отчаянии закричала она, едва удержавшись, чтобы не броситься за ним следом.
Он обернулся, но в его глазах уже не было прежней нежности. Его взгляд невольно напомнил Джулиане взгляд хищника, играющего с беззащитной жертвой. Но именно потому, что за минуту до этого его глаза смотрели на нее по-другому, ей так отчаянно хотелось вернуть все назад.
– Думай, любовь моя, – многозначительно улыбнувшись, сказал Баррет. – У тебя впереди целых два дня, чтобы принять нужное решение.
– Милорд, боже мой! Идите скорее сюда, случилось ужасное несчастье! Дева Мария и святые угодники, что же теперь делать?
Тревожные восклицания Симпсона заставили Стивена прервать разговор с капитаном. Охваченный неприятным предчувствием, он выбежал в коридор и поспешил к каюте мисс Вудвиль, возле которой с самым удрученным видом стоял Симпсон и растерянно разводил руками.
– Несчастье? Господи, Ник, о чем вы? Разве можно так пугать людей!
– Милорд, идите сюда, в каюту нашей бедной малышки. Посмотрите, что она нам оставила!
– Оставила? Что вы хотите этим сказать?
Старый моряк растерянно указал на привинченный к полу маленький письменный стол, где на самом видном месте лежала записка, придавленная для надежности тяжелым чернильным прибором. Стивен схватил записку и быстро прочитал ее. Вслед за тем из его уст посыпались такие ругательства, что даже Николасу Симпсону, завсегдатаю портовых таверн, стало не по себе.
– Что... что вы собираетесь предпринять, милорд? – обеспокоено спросил он, когда у виконта прошел приступ ярости.
– Предпринять? Я? – лицо Стивена стало непроницаемым, а глаза холодными, как вода в зимнем море. – С какой радости я стану что-то предпринимать? Джулиана сама выбрала свою судьбу, и я бессилен изменить создавшееся положение.
– Но... Господин виконт! Мисс Джулиана еще слишком молода, чтобы уметь разбираться в людях. Этот прохвост Баррет, будь он неладен, заморочил ей голову, околдовал вкрадчивыми речами. Вы не должны бросать ее на произвол судьбы! – отчаянно пытался защитить свою любимицу Симпсон.
– Нет, – глухо ответил Стивен, швырнув записку Джулианы в открытое окно и решительно направляясь к двери.
Подавив отчаянный возглас, Симпсон бросился за ним.
– Умоляю, милорд, не покидайте ее одну! Рядом с этим человеком мисс Джулиану ждут только позор и несчастье. Ведь он не просто подлец, каких поискать, он еще и преступник!
– Преступник? Вы перегибаете палку, мой друг.
– Нисколько, – старый моряк судорожно сглотнул. – Вы просто еще не знаете, милорд. Он ранил человека, поймавшего его на мошенничестве. Это известие привез капитан английского военного судна, прибывшего в порт вслед за нами. Вместе с приказом взять лейтенанта Баррета под стражу.
С минуту Стивен недоуменно смотрел на моряка. Но когда до него дошел весь смысл услышанных слов, он так громко расхохотался, что Симпсон невольно отступил от него на несколько шагов.
– Эшли Баррет – преступник, которого разыскивает полиция! Что ж, наша взбалмошная красавица выбрала себе достойную пару. Хорошо, Симпсон, – внезапно изменившимся голосом произнес виконт, – завтра утром я объявлю вам, будем ли мы предпринимать усилия, чтобы спасти мисс Джулиану от ожидающего ее позора.
– Завтра? – испуганно вскрикнул старый моряк. – Но... что, если завтра уже будет поздно, милорд?
– А, вы имеете в виду... сохранит ли мисс Вудвиль невинность после сегодняшней ночи? – На губах Стивена промелькнула поистине дьявольская усмешка. – Сожалею, мой друг, но на это обстоятельство мне наплевать. В жизни каждый получает то, что заслуживает.
Солнце палило нещадно. Крыша гостиницы так сильно прогрелась за день, что от низкого потолка исходил жар, словно от натопленной печки. В тесной комнатушке с грязными обоями стояла духота и не хватало воздуха. В очередной раз бросив взгляд сожаления на свое белоснежное муслиновое платье с модными разрезами на рукавах, Джулиана мучительно застонала. За три дня оно стало до неприличия грязным, на нем появились жирные темные пятна, а в складках изящной драпировки, окаймляющей вырез, залегла противная пыль.
Девушка приблизилась к давно не мытому окошку и посмотрела на узкую улочку, кишащую бедно одетыми людьми. Ей тут же захотелось отчаянно разрыдаться. Уже третий день они с Эшли живут, или, точнее, обитают в этой третьеразрядной гостинице, больше напоминающей бандитский притон, а он словно не торопится изменить положение дел. Целыми днями он где-то пропадает, бросая ее одну, а под вечер возвращается пьяным, и тогда добиться от него вразумительных объяснений становится невозможно. Она уже давно поняла, что случилось нечто ужасное и непредвиденное, но вот что именно, из-за чего поведение Эшли так изменилось, она понять не могла. А он сам не желал ей ничего объяснять. Каждое утро, уходя из гостиницы, он говорил ей, что сегодня, наконец, у него появятся деньги, и тогда они смогут отправиться дальше.
Деньги... Джулиана раздраженно повела плечами. Об этом следовало позаботиться раньше, раз решился подбить порядочную девушку не такую сомнительную авантюру, как побег. Ведь она даже не смогла захватить с собой своих вещей, чтобы не вызвать подозрений виконта Девери и сделать вид, что отправляется на обычную прогулку по улицам Лиссабона. Хорошо еще, что заветная шкатулка с драгоценностями находится при ней...
– Дьявол... – донеслось откуда-то снизу сквозь неплотные перегородки тонких стен. – Эти паршивые ищейки не поленились пересечь море, чтобы достать меня... Проклятые мерзавцы! Но пусть они не надеются, что справиться со мной будет так легко…
Джулиана метнулась к двери. Так и есть. Эшли опять надрался до помрачения ума. Распахнув дверь, она втащила его в комнату и со злостью встряхнула за плечи.
– А, это ты, любовь моя... – Баррет с таким неподдельным удивлением обвел взглядом комнату, будто и сам не мог понять, как очутился здесь. – Помоги мне раздеться и доползти до постели, Джулиана. Я чертовски устал, мои бедные ноги уже просто не в силах меня держать.
– Эшли! – Джулиана еще сильнее принялась трясти его, пытаясь привести в чувство. – Объясни мне, наконец, что с тобой происходит! Ты что, совсем спятил? Как ты можешь так безответственно себя вести? Ты же говорил, что мы не станем задерживаться в этом городе и сразу отправимся в Испанию, где стоит твои полк! Ты же обещал, что все будет прекрасно! А что вышло на самом деле? Что случилось, Эшли? Ведь я доверила тебе свою жизнь, о боже!
Тяжелое тело мужчины обмякло в ее руках, и если бы она не подтолкнула Баррета к постели, он грохнулся бы на пол. Почувствовав под собой мягкую постель, Эшли что-то удовлетворенно пробормотал, и спустя полминуты его богатырский храп заполнил все пространство маленькой комнатки. Джулиана сглотнула подступивший к горлу комок и расположилась в кресле у пыльного окна, подперев голову рукой. Нет, дальше обманывать себя невозможно. Она влипла в отвратительную, опасную историю, и выбраться из нее будет совсем не просто.
Проснувшись и не увидев рядом с собой Эшли, Джулиана ощутила внезапную решимость. Хватит, пора кончать с этим унизительным положением. Быстро одевшись и смочив несвежей гостиничной водой лицо, девушка прочитала короткую молитву и извлекла из нижнего ящика комода шкатулку с драгоценностями. Только бы найти дорогу в порт. Там она сможет отыскать какое-нибудь английское судно и тогда... тогда она решит, что предпринять дальше.
На мгновение ее сердце больно сжалось от нахлынувшего приступа раскаяния. Хорошо бы «Красавица Востока» уже вышла в море. Как после всего случившегося она сможет смотреть в глаза виконту Девери, да и всем остальным морякам? В глазах этих честных, суровых людей она навек опозорена, низведена до уровня жалкой, ничтожной дурочки.
Отбросив несвоевременные сожаления, Джулиана распахнула шкатулку. И едва удержалась на ногах от ужасного удара. Заветный ларчик был пуст. Исчезло все: и ее драгоценные жемчуга, и бриллиантовые сережки, и даже аметистовый цветок, подарок отца, который красовался в ее прическе в тот роковой вечер на корабле, когда она так опрометчиво бросилась в объятия Эшли Баррета.
Пошатываясь под тяжестью свалившегося не нее горя, Джулиана выбралась на улицу. Жар, духота, мелькание смуглых, в большинстве отталкивающих лиц. Некоторые отвратительные типы останавливаются и пытаются о чем-то заговорить с ней на незнакомом языке... Должно быть, они предлагают что-то неприличное, потому что остальные прохожие при этом оборачиваются и отвратительно ухмыляются, поглядывая на нее... Господи, что же делать, как ей найти Эшли, чтобы заставить отдать украденное? Эшли Баррет украл ее драгоценности! В это невозможно поверить!
Ее взгляд упал на двоих мужчин, выходивших из грязной таверны по соседству с гостиницей. Они что-то бурно обсуждали, и в руках одного из них блеснул знакомый предмет...
– Моя заколка! Мой аметистовый цветок! – вне себя закричала Джулиана, бросаясь к мужчине и пытаясь выхватить у него из рук свою вещь. – Отдайте мне мой цветок...
Она истерично разрыдалась и принялась что есть силы звать Бapрета. Вокруг моментально образовалась толпа зевак. Дело грозило обернуться скандалом, но в этот момент появился сам виновник происшествия. Баррет схватил Джулиану за руку и затащил в коридор таверны, не обращая внимания на ее отчаянный протест.
– Мерзавец, подлец, вор! – Она залепила ему подряд три звонких пощечины. – О боже мой, Эшли! Как ты мог пойти на такое? Не могу поверить, что все это не дурной сон!
– Тише! Тише, радость моя, успокойся же, наконец! – Баррету после отчаянных усилий удалось сжать запястья девушки, лишив ее возможности нападать на него. – Послушай лучше, что я тебе скажу... Да, я действительно проиграл ту паршивую безделушку, но теперь удача вновь повернулась ко мне лицом. Еще несколько партий – и у меня появится много денег, так много, что мы сможем отправиться куда угодно. Туда, где можно отсидеться, пока дядюшка герцог со своим всесильным влиянием не уладит мои пошатнувшиеся дела. Возвращайся в гостиницу, Джулиана, прошу тебя. Имей терпение еще на пару часов!
– Нет! – Она решительно вырвалась и отступила назад. – Нет, Эшли, я не поеду с тобой. Отдай мне мои драгоценности, я хочу добраться до Туниса и найти сестру.
– Ты с ума сошла! Как ты можешь добраться до Туниса одна?
– Что значит – как? За деньги, разумеется! Отдай мне мои драгоценности, и я уйду.
Глаза Эшли потемнели от гнева. В этот момент Джулиане показалось, что он смотрит на нее, как на маленького зверька, которого и убить-то можно всего одной рукой, но страшно – вдруг укусит. И как только она могла думать, что любит этого человека? Сейчас, когда он стоял перед ней весь растрепанный, в потерявшем вид дорогом костюме, небритый, с опухшими от пьянства глазами она испытывала к нему одно лишь брезгливое отвращение. Должно быть, ее чувства слишком ясно читались на лице, потому что Баррет, произнеся яростное проклятие, вдруг схватил ее за плечи и с силой встряхнул.
– Ты никуда не поедешь, маленькая дрянь, – гневно сказал он, наступая на девушку так, что она оказалась прижатой к стене. – Выбрось эту идиотскую затею из головы, я никуда тебя не отпущу. Слышишь? Не отпущу! И твоих проклятых драгоценностей я тебе не верну... Хотя бы уже потому, что их у меня больше нет, – добавил он с циничной усмешкой.
– Ах ты... – начала было Джулиана, но резко замолчала, заметив, как из прокуренного зала с игральными столами вышел бородатый мужчина такой угрожающей наружности, какую обычно придают самым гнусным злодеям в романтических произведениях.
– Она где-то в Тунисе, потому что ее похитили арабские работорговцы!
– Что?! Откуда ты знаешь? Как ты смогла... узнать об этом...
Эшли Баррет внезапно ощутил, как на лбу выступает холодный пот, а руки начинают дрожать. «Спокойнее, – сказал он себе. – Еще неясно, насколько хорошо ей известна эта история. Возможно, приятель, ты еще сможешь повернуть ситуацию в свою пользу».
– Расскажи мне обо всем подробно, дорогая, – ласково попросил он.
Джулиана не скрыла от него ни одной подробности. Полчаса спустя Баррет был осведомлен о несчастье, случившемся со старшей мисс Вудвиль, и планах по ее освобождению не хуже, чем сама Джулиана или виконт. Когда девушка закончила свой рассказ, Эшли попросил ее помолчать и дать ему возможность все хорошенько обдумать. А поразмыслить ему было о чем. Ситуация и в самом деле складывалась настолько скверно, насколько он даже не мог себе представить. Оказывается, эта строптивая сучка, Изабелла Вудвиль, умудрилась подать о себе весточку. И если в дело вмешается такой предприимчивый человек, как виконт Девери, последствия могут быть самые непредсказуемые.
Глубоко вздохнув, Баррет украдкой взглянул на Джулиану. Да, разумеется, когда он решил приударить за этой девушкой в Лондоне, у него и в мыслях не было связать с ней судьбу, довольно с него сумасбродных выходок ее старшей сестры. Но теперь ничего не поделаешь. Единственный способ отвлечь ее от поисков Изабель и навсегда поссорить с виконтом – это уговорить бежать с корабля и сделать своей женой. Без помощи виконта ей ни за что не отыскать Изабель, а уж он-то, Эшли, приложит все усилия, чтобы заставить ее смириться с этой потерей.
Как только решение было найдено, Баррету снова стало весело. А ведь все не так уж и плохо складывается, подумал он. Ему достанется приданое обеих сестер, а это, должно быть, немалая сумма, по крайней мере, достаточная для того, чтобы он смог полностью рассчитаться с долгами. А потом можно будет тянуть денежки с обожаемого братца Джулианы, нынешнего графа Эдварда Риверса. Возможно, удастся даже добиться опекунства над ним до его совершеннолетия...
– Любовь моя, – проговорил он самым убедительным голосом, каким только мог, – послушай внимательно, что я тебе сейчас скажу. Ни у меня, ни у тебя нет сомнений в том, что сама судьба свела нас на этом корабле. И мы будем последними глупцами, если не послушаемся ее совета. Через два или три дня судно бросит якорь в лиссабонском порту. – Эшли выразительно посмотрел на девушку. – Если ты уверена в том, что я тебе дорог и разлука со мной будет для тебя непереносимой, мы покинем «Красавицу Востока» вместе.
– Как? Бежать? Тайно, обманув всех? – испуганно вскрикнула Джулиана, невольно отшатнувшись от него. Если бы она взглянула в этот момент в зеркало, то увидела бы, что на ее лице читается вся мучительная внутренняя борьба последних дней. – Но... Как же виконт Девери? Ведь он доверяет мне. Ведь это только ради меня он согласился отправиться на Восток и выполнить поручение министра! И это поручение он взвалил на свои плечи лишь затем, чтобы получить дипломатическую неприкосновенность и не встречать никаких препятствий в наших поисках. А теперь?
– Тебе придется выбирать, любовь моя. Или ты тайно покинешь корабль вместе со мной, чтобы мы могли поскорей обвенчаться, а потом заняться поисками Изабель, или... ты продолжишь путешествие в компании Стивена Девери, и мы навсегда расстанемся.
– Навсегда? – Это ужасное слово такой невыносимой болью отозвалось в сердце Джулианы, что у нее потемнело в глазах. – Я не ослышалась, Эшли? Ты сказал – расстанемся навсегда?
Не отвечая, он поднялся с кровати и медленно направился к двери. От волнения у Джулианы перехватило дыхание.
– Эшли, Боже мой!.. Ты оставляешь меня одну?! – в отчаянии закричала она, едва удержавшись, чтобы не броситься за ним следом.
Он обернулся, но в его глазах уже не было прежней нежности. Его взгляд невольно напомнил Джулиане взгляд хищника, играющего с беззащитной жертвой. Но именно потому, что за минуту до этого его глаза смотрели на нее по-другому, ей так отчаянно хотелось вернуть все назад.
– Думай, любовь моя, – многозначительно улыбнувшись, сказал Баррет. – У тебя впереди целых два дня, чтобы принять нужное решение.
ГЛАВА 14
– Милорд, боже мой! Идите скорее сюда, случилось ужасное несчастье! Дева Мария и святые угодники, что же теперь делать?
Тревожные восклицания Симпсона заставили Стивена прервать разговор с капитаном. Охваченный неприятным предчувствием, он выбежал в коридор и поспешил к каюте мисс Вудвиль, возле которой с самым удрученным видом стоял Симпсон и растерянно разводил руками.
– Несчастье? Господи, Ник, о чем вы? Разве можно так пугать людей!
– Милорд, идите сюда, в каюту нашей бедной малышки. Посмотрите, что она нам оставила!
– Оставила? Что вы хотите этим сказать?
Старый моряк растерянно указал на привинченный к полу маленький письменный стол, где на самом видном месте лежала записка, придавленная для надежности тяжелым чернильным прибором. Стивен схватил записку и быстро прочитал ее. Вслед за тем из его уст посыпались такие ругательства, что даже Николасу Симпсону, завсегдатаю портовых таверн, стало не по себе.
– Что... что вы собираетесь предпринять, милорд? – обеспокоено спросил он, когда у виконта прошел приступ ярости.
– Предпринять? Я? – лицо Стивена стало непроницаемым, а глаза холодными, как вода в зимнем море. – С какой радости я стану что-то предпринимать? Джулиана сама выбрала свою судьбу, и я бессилен изменить создавшееся положение.
– Но... Господин виконт! Мисс Джулиана еще слишком молода, чтобы уметь разбираться в людях. Этот прохвост Баррет, будь он неладен, заморочил ей голову, околдовал вкрадчивыми речами. Вы не должны бросать ее на произвол судьбы! – отчаянно пытался защитить свою любимицу Симпсон.
– Нет, – глухо ответил Стивен, швырнув записку Джулианы в открытое окно и решительно направляясь к двери.
Подавив отчаянный возглас, Симпсон бросился за ним.
– Умоляю, милорд, не покидайте ее одну! Рядом с этим человеком мисс Джулиану ждут только позор и несчастье. Ведь он не просто подлец, каких поискать, он еще и преступник!
– Преступник? Вы перегибаете палку, мой друг.
– Нисколько, – старый моряк судорожно сглотнул. – Вы просто еще не знаете, милорд. Он ранил человека, поймавшего его на мошенничестве. Это известие привез капитан английского военного судна, прибывшего в порт вслед за нами. Вместе с приказом взять лейтенанта Баррета под стражу.
С минуту Стивен недоуменно смотрел на моряка. Но когда до него дошел весь смысл услышанных слов, он так громко расхохотался, что Симпсон невольно отступил от него на несколько шагов.
– Эшли Баррет – преступник, которого разыскивает полиция! Что ж, наша взбалмошная красавица выбрала себе достойную пару. Хорошо, Симпсон, – внезапно изменившимся голосом произнес виконт, – завтра утром я объявлю вам, будем ли мы предпринимать усилия, чтобы спасти мисс Джулиану от ожидающего ее позора.
– Завтра? – испуганно вскрикнул старый моряк. – Но... что, если завтра уже будет поздно, милорд?
– А, вы имеете в виду... сохранит ли мисс Вудвиль невинность после сегодняшней ночи? – На губах Стивена промелькнула поистине дьявольская усмешка. – Сожалею, мой друг, но на это обстоятельство мне наплевать. В жизни каждый получает то, что заслуживает.
Солнце палило нещадно. Крыша гостиницы так сильно прогрелась за день, что от низкого потолка исходил жар, словно от натопленной печки. В тесной комнатушке с грязными обоями стояла духота и не хватало воздуха. В очередной раз бросив взгляд сожаления на свое белоснежное муслиновое платье с модными разрезами на рукавах, Джулиана мучительно застонала. За три дня оно стало до неприличия грязным, на нем появились жирные темные пятна, а в складках изящной драпировки, окаймляющей вырез, залегла противная пыль.
Девушка приблизилась к давно не мытому окошку и посмотрела на узкую улочку, кишащую бедно одетыми людьми. Ей тут же захотелось отчаянно разрыдаться. Уже третий день они с Эшли живут, или, точнее, обитают в этой третьеразрядной гостинице, больше напоминающей бандитский притон, а он словно не торопится изменить положение дел. Целыми днями он где-то пропадает, бросая ее одну, а под вечер возвращается пьяным, и тогда добиться от него вразумительных объяснений становится невозможно. Она уже давно поняла, что случилось нечто ужасное и непредвиденное, но вот что именно, из-за чего поведение Эшли так изменилось, она понять не могла. А он сам не желал ей ничего объяснять. Каждое утро, уходя из гостиницы, он говорил ей, что сегодня, наконец, у него появятся деньги, и тогда они смогут отправиться дальше.
Деньги... Джулиана раздраженно повела плечами. Об этом следовало позаботиться раньше, раз решился подбить порядочную девушку не такую сомнительную авантюру, как побег. Ведь она даже не смогла захватить с собой своих вещей, чтобы не вызвать подозрений виконта Девери и сделать вид, что отправляется на обычную прогулку по улицам Лиссабона. Хорошо еще, что заветная шкатулка с драгоценностями находится при ней...
– Дьявол... – донеслось откуда-то снизу сквозь неплотные перегородки тонких стен. – Эти паршивые ищейки не поленились пересечь море, чтобы достать меня... Проклятые мерзавцы! Но пусть они не надеются, что справиться со мной будет так легко…
Джулиана метнулась к двери. Так и есть. Эшли опять надрался до помрачения ума. Распахнув дверь, она втащила его в комнату и со злостью встряхнула за плечи.
– А, это ты, любовь моя... – Баррет с таким неподдельным удивлением обвел взглядом комнату, будто и сам не мог понять, как очутился здесь. – Помоги мне раздеться и доползти до постели, Джулиана. Я чертовски устал, мои бедные ноги уже просто не в силах меня держать.
– Эшли! – Джулиана еще сильнее принялась трясти его, пытаясь привести в чувство. – Объясни мне, наконец, что с тобой происходит! Ты что, совсем спятил? Как ты можешь так безответственно себя вести? Ты же говорил, что мы не станем задерживаться в этом городе и сразу отправимся в Испанию, где стоит твои полк! Ты же обещал, что все будет прекрасно! А что вышло на самом деле? Что случилось, Эшли? Ведь я доверила тебе свою жизнь, о боже!
Тяжелое тело мужчины обмякло в ее руках, и если бы она не подтолкнула Баррета к постели, он грохнулся бы на пол. Почувствовав под собой мягкую постель, Эшли что-то удовлетворенно пробормотал, и спустя полминуты его богатырский храп заполнил все пространство маленькой комнатки. Джулиана сглотнула подступивший к горлу комок и расположилась в кресле у пыльного окна, подперев голову рукой. Нет, дальше обманывать себя невозможно. Она влипла в отвратительную, опасную историю, и выбраться из нее будет совсем не просто.
Проснувшись и не увидев рядом с собой Эшли, Джулиана ощутила внезапную решимость. Хватит, пора кончать с этим унизительным положением. Быстро одевшись и смочив несвежей гостиничной водой лицо, девушка прочитала короткую молитву и извлекла из нижнего ящика комода шкатулку с драгоценностями. Только бы найти дорогу в порт. Там она сможет отыскать какое-нибудь английское судно и тогда... тогда она решит, что предпринять дальше.
На мгновение ее сердце больно сжалось от нахлынувшего приступа раскаяния. Хорошо бы «Красавица Востока» уже вышла в море. Как после всего случившегося она сможет смотреть в глаза виконту Девери, да и всем остальным морякам? В глазах этих честных, суровых людей она навек опозорена, низведена до уровня жалкой, ничтожной дурочки.
Отбросив несвоевременные сожаления, Джулиана распахнула шкатулку. И едва удержалась на ногах от ужасного удара. Заветный ларчик был пуст. Исчезло все: и ее драгоценные жемчуга, и бриллиантовые сережки, и даже аметистовый цветок, подарок отца, который красовался в ее прическе в тот роковой вечер на корабле, когда она так опрометчиво бросилась в объятия Эшли Баррета.
Пошатываясь под тяжестью свалившегося не нее горя, Джулиана выбралась на улицу. Жар, духота, мелькание смуглых, в большинстве отталкивающих лиц. Некоторые отвратительные типы останавливаются и пытаются о чем-то заговорить с ней на незнакомом языке... Должно быть, они предлагают что-то неприличное, потому что остальные прохожие при этом оборачиваются и отвратительно ухмыляются, поглядывая на нее... Господи, что же делать, как ей найти Эшли, чтобы заставить отдать украденное? Эшли Баррет украл ее драгоценности! В это невозможно поверить!
Ее взгляд упал на двоих мужчин, выходивших из грязной таверны по соседству с гостиницей. Они что-то бурно обсуждали, и в руках одного из них блеснул знакомый предмет...
– Моя заколка! Мой аметистовый цветок! – вне себя закричала Джулиана, бросаясь к мужчине и пытаясь выхватить у него из рук свою вещь. – Отдайте мне мой цветок...
Она истерично разрыдалась и принялась что есть силы звать Бapрета. Вокруг моментально образовалась толпа зевак. Дело грозило обернуться скандалом, но в этот момент появился сам виновник происшествия. Баррет схватил Джулиану за руку и затащил в коридор таверны, не обращая внимания на ее отчаянный протест.
– Мерзавец, подлец, вор! – Она залепила ему подряд три звонких пощечины. – О боже мой, Эшли! Как ты мог пойти на такое? Не могу поверить, что все это не дурной сон!
– Тише! Тише, радость моя, успокойся же, наконец! – Баррету после отчаянных усилий удалось сжать запястья девушки, лишив ее возможности нападать на него. – Послушай лучше, что я тебе скажу... Да, я действительно проиграл ту паршивую безделушку, но теперь удача вновь повернулась ко мне лицом. Еще несколько партий – и у меня появится много денег, так много, что мы сможем отправиться куда угодно. Туда, где можно отсидеться, пока дядюшка герцог со своим всесильным влиянием не уладит мои пошатнувшиеся дела. Возвращайся в гостиницу, Джулиана, прошу тебя. Имей терпение еще на пару часов!
– Нет! – Она решительно вырвалась и отступила назад. – Нет, Эшли, я не поеду с тобой. Отдай мне мои драгоценности, я хочу добраться до Туниса и найти сестру.
– Ты с ума сошла! Как ты можешь добраться до Туниса одна?
– Что значит – как? За деньги, разумеется! Отдай мне мои драгоценности, и я уйду.
Глаза Эшли потемнели от гнева. В этот момент Джулиане показалось, что он смотрит на нее, как на маленького зверька, которого и убить-то можно всего одной рукой, но страшно – вдруг укусит. И как только она могла думать, что любит этого человека? Сейчас, когда он стоял перед ней весь растрепанный, в потерявшем вид дорогом костюме, небритый, с опухшими от пьянства глазами она испытывала к нему одно лишь брезгливое отвращение. Должно быть, ее чувства слишком ясно читались на лице, потому что Баррет, произнеся яростное проклятие, вдруг схватил ее за плечи и с силой встряхнул.
– Ты никуда не поедешь, маленькая дрянь, – гневно сказал он, наступая на девушку так, что она оказалась прижатой к стене. – Выбрось эту идиотскую затею из головы, я никуда тебя не отпущу. Слышишь? Не отпущу! И твоих проклятых драгоценностей я тебе не верну... Хотя бы уже потому, что их у меня больше нет, – добавил он с циничной усмешкой.
– Ах ты... – начала было Джулиана, но резко замолчала, заметив, как из прокуренного зала с игральными столами вышел бородатый мужчина такой угрожающей наружности, какую обычно придают самым гнусным злодеям в романтических произведениях.
