- Идёмте, покажу. Прошу. Осторожнее.
Они поднялись на второй этаж и свернули в правое крыло. Максим открыл дверь.
- Вот в этой комнате. Вероятнее всего, в ней играли девочки. Наклонитесь, - попросил писатель. – Смотрите. Видите: следы босых ног ведут к этому окну, потом к другому, затем – к входной двери.
Артём нагнулся и посмотрел на следы. Провёл рукой по одному из них. Посмотрел на пыль и сделал предположение:
- Думаю, месяца три-четыре назад в этой комнате, а значит, и в доме, кто-то побывал. Размер детский – тридцать седьмой или тридцать восьмой.
- Предполагаете, ребёнок?
- Трудно сказать. Но факт есть факт.
- Но ведь дом на сигнализации.
- Значит, проникновение в дом произошло из потайного окна или, возможно, лаза…
- Что? – удивился писатель детективных романов, почувствовав себя уязвимым.
- И этот «кто-то» хорошо знает расположение комнат в доме, а следовательно, и его тайны.
- Тайны? Что Вы этим хотите сказать? На следы мужчины они не похожи. Девочки погибли. Да и Карина, осмотрев дом, сказала, что всё на своих местах – антикварные предметы и ценные вещи. Из чего следует: это был не воришка. А… Кто же тогда?
- Возможно, пацан из посёлка проник каким-то образом в дом.
- Маловероятно. Дом на охране. В одном я уверен: злоумышленник - не член семьи.
- Это точно. Да и зачем им? Никто из них не числится в розыске. Могут смело приехать как законные хозяева дома, имею в виду мать, отца, и войти через главный вход. Нет… Пацан, скорее всего. Они куда хочешь проникнут. Погодите… А это что?
- Где? – спросил заинтригованный писатель.
- Видите, рядом, со следом кружок?
- Вижу.
- Это след от фонаря, - уверенно сказал агент.
- Он поставил его стеклом вниз. Думаете, что-то заподозрил?
- Мне пора, - подымаясь с колен, произнёс агент, пришедший за шарфом, и добавил, отряхивая пыль с брюк, - проводите меня до калитки. Мы вновь обнимемся, и я уйду.
Максим попрощался с Артёмом, обняв его, и гость ушёл.
Писатель закрыл за ним калитку и вернулся в дом.
Он не стал придавать особое значение всему, о чём говорил «друг», поднялся в кабинет и стал вычитывать уже написанные главы романа.
Прочитав семь страниц, он с удовлетворением произнёс: «Отлично! Я набираю форму…»
* * *
Выключив компьютер, Максим спустился в зал, набрал номер телефона Натальи и стал дожидаться ответа.
- Слушаю, - ответила Наталья.
- Здравствуйте, Наталья! Это Максим Вас беспокоит. Хотел сказать Вам…
- Кто? Кто?.. Да тише вы, девчата. Мне кто-то звонит.
- Максим, - повторил писатель.
- Уже поняла. Продолжайте.
- Я переехал в дом. Когда Вы сможете приступить к работе?
- Так Вы уже ночевали в доме?
- Ночевал.
- И как там поживают черти?
Подруги Натальи улыбнулись. Она продолжила допрос с пристрастием:
- Привидения гоняли Вас по комнатам? Призраки носились по лестницам?
- К сожалению, нет. Я хорошо выспался. Ночь была тихой.
- Вот как! Ну и ну. Хорошо. Завтра же приступлю к своим опасным обязанностям. В какое время мне начать?
- В десять утра. Я часто работаю по ночам, поэтому…
- Отсыпаетесь. Ясно. Я ещё в Горячем Ключе. Сижу с подругами в магазине. У них обед. Вот они меня и угощают чаем и разными сладостями. После шашлыков, разумеется.
- Почему же, разумеется?
- Люблю шашлыки.
- Передавайте привет подругам… Людмиле, Татьяне и Ирине. Я не…
- Феноменальная, я бы сказала, фотографическая память у Вас, писатель.
- Жду Вас завтра. До встречи!
Максим отключил телефон и положил его рядом с пистолетом.
Наталья вышла из-за стола и официально произнесла:
- Всё, мои милые! Мне пора ехать. До вечера нужно добраться до дома.
- Так это писатель звонил? – поинтересовалась Татьяна.
- Он. Завтра выхожу на работу. Тридцать пять тысяч на дороге не валяются. Да и на тротуарах тоже.
- Отличная зарплата, - произнесла Людмила и добавила: - А ты не боишься работать в этом доме?
- Чего бояться-то? В доме нас будет двое.
- Писатель красивый? – справилась Ирина.
- Очень. Высокий, стройный, с аристократическими манерами. Вежливый… Вот не могу вспомнить, девчата, на кого из артистов он похож? Мучаюсь этим со дня знакомства. Подождите, вспомнила. Видели фильм «Дориан Грей»? Вот на этого милашку. И чёлочка ему к лицу, и улыбка.
- Не влюбись, - пошутила Ирина.
- Девочки, спасибо за угощение. Рада, что у вас всё хорошо.
Наталья вышла во двор магазина и, увидев молодого парня, паркующего свой автомобиль рядом с её машиной, крикнула:
- Стоп! Куда ты рулишь? Как я буду выезжать по-твоему? Я же не на вертолёте. Читать умеешь? «Машины не парковать».
Девочки наблюдали за сценой между двумя водителями и смеялись.
- Да что ты так раскипятилась-то? – ухмыльнулся водитель.
- Давай, давай отъезжай. Выпусти меня. Понаставят свои машины, а ты выруливай как хочешь.
Парень отъехал, освободив место для проезда машине, в которую села Наталья, сказав на прощание подругам: «Передавайте привет Анне Васильевне и Валерию», и потихонечку, чтобы не задеть машину мужчины, стала сдавать назад.
Выехав на улицу Ворошилова, она поехала домой в Молдовановку.
* * *
Светлана Васильевна, директор издательства, выпускающая в свет детективы Максима, сидела за рабочим столом и разговаривала по телефону.
В это время в кабинет вошла Клавдия. Светлана Васильевна показала рукой на стул и продолжила разговор.
Клавдия, поняв по разговору, что он может затянуться, подошла к окну и стала смотреть на проспект – на машины, на людей. Она была в подавленном настроении от того, что Максим не отвечает на её звонки.
Через десять минут Светлана Васильевна закончила разговор и положила трубку на рабочий стол.
Клавдия продолжала смотреть в окно. Светлана Васильевна поняла: подругу что-то беспокоит, и спросила:
- Клавдия, тебя что-то волнует? Выглядишь, как бы так сказать, чтобы не обидеть тебя, - неважно.
Клавдия повернулась, поздоровалась и села на стул, напротив Светланы.
- Что с тобой происходит, подруга? Глаза красные, настроение, судя по всему, покинуло тебя, и, мне кажется, ты слегка пьяна.
- Мне нужно с кем-нибудь поговорить, - поправляя причёску, ответила Клавдия, и впрямь выглядевшая неважно. В ней не было присущего ей блеска, напора, удовлетворения жизнью.
- Мы вчера… Я была на приёме у Галкиных… Так себе приёмчик. Ничего особенного. Да и люди были не интересные… - проговорила Клавдия.
- Совсем не такие, как на приёмах, куда ты ходила с Максимом? Да, Галкины есть Галкины… Тут ничего не добавишь. Ты начала пить?
- Выпила утром на дорожку… Решила заехать к тебе и поговорить.
- Ты за рулём? Могла бы взять такси. Я звонила тебе три дня, но ты не отвечаешь. С чего ты пьёшь? Тоскуешь по Максиму? Вряд ли. Скорее, от нечего делать. Не можешь принять решение…
- Да я уже приняла, - опуская глаза, ответила Клавдия.
- Я это вижу по твоим глазам, - пошутила подруга.
- Не в этом смысле… Приняла решение родить Максиму ребёнка. Наладить отношения и всё такое…
-«И всё такое…» Раньше ты не заканчивала свои мысли такими словами – «и всё такое», а договаривала, что именно. Деградируешь… Извини, но это так.
- Короче, он не отвечает на мои звонки. Ты не знаешь, где он скрывается, сукин сын?
- Не знаю. Поверь, я говорю правду, - ответила Светлана.
- Женя или Сергей знают наверняка, но молчат. На юбилее у Сергея, думаю, кто-нибудь да проболтается.
- «Проболтается», - недовольно произнесла Светлана. – Тебе надо принять ванну и хорошенько выспаться. И что ты там ещё принимаешь? Антидепрессанты? Снотворное? Транквилизаторы?
- Всего понемногу, - ответила подавленным голосом Клавдия.
- У тебя депрессия, Клавдия. Всё к ней или к этому шло... Вспомни, я предупреждала тебя: прекращай этот праздник жизни… Он до добра не доведёт. За ночь ты выпивала бутылку водки или две бутылки вина. Максиму порой было стыдно, как его спутницу или без пяти минут жену под руки сажали в такси. Если тебе нечем заняться, съезди к родителям, пока Максим пишет книгу. Поживи у них. Приди в себя. Твой отец, насколько я помню, тоже выпивает. Бывший офицер. Ты в семье одна. Воспитали они тебя не Золушкой, а избалованной девчонкой. Ты ни в чём нуждалась… Познакомилась с Максимом, и он продолжил, на свою голову, их дело: шубы, бриллианты, шикарная машина, дача… турпоездки по морям и океанам, Париж, Лондон, Рим… А сам пахал за столом. Ты развлекалась в баре какого-нибудь континентального лайнера, а он сидел за рабочим столом и раскручивал сюжет.
Клавдия тяжело вздохнула.
Светлана продолжила:
- И к своей работе ты стала относиться так себе… Ну, по этому поводу и на эту тему мы уже говорили. Помнишь? Хорошо, что он не слышал наш разговор. Иначе мне…
- Слышал! - отчаянным тоном произнесла Клавдия.
- Слышал?! О Боже! Ты ведь сказала мне, что его нет дома, и я могу «резать по живому».
- Он так решил. Приказал… Мы в то утро поругались, и он возжелал узнать твоё особое мнение о своих романах. Вынудил меня включить громкую связь.
- Вот как! Значит, он догадывался? Ты подставила меня, подруга! Не находишь?
- Я же говорю тебе: он настоял на этом.
Светлана покачала головой, вышла из-за стола и подошла к окну.
В это время дверь открыла секретарша и хотела что-то спросить, но Светлана Васильевна, увидев её, отрицательно покачала головой. Та, поняв, что подруги беседуют по душам, закрыла дверь.
- И что он сказал, услышав моё мнение? – поинтересовалась Светлана. – Обиделся на меня? Говори только правду.
- Нет. Ополчился на меня. Ты ведь говорила, если помнишь, что я выполняю свою работу скверно. Значит, повинна во всём я. Можешь не волноваться.
- Ясно. Вот почему он, недолго думая, уехал. Восемь лет! Могла бы уже родить за это время двух или трёх детишек. У вас была бы полноценная семья. Вы бы официально оформили свои семейные отношения. Но ты всё испортила! А сейчас ещё и выпиваешь!
- Я начинаю пить с обеда, от нечего делать. Скучаю… Только теперь поняла, что значит для меня Максим. Не предполагала, что такое возможно.
- Клавдия, может быть, он…
- Решил порвать со мной. Но я должна измениться. И внутри, чувствую, уже происходят эти изменения… Как мне его вернуть, Светлана?
- Немедленно прекрати выпивать! Сходи к своему психотерапевту.
Клавдия встала, взяла свою сумочку и тихо произнесла:
- Ладно, подруга. Спасибо, что выслушала. Мне нужно было с кем-нибудь поговорить. Вот и поговорила. Поеду домой.
- Клавдия, может, Степан отвезёт тебя?
- Спасибо. Потихоньку доеду сама.
Она вышла из кабинета.
Светлана смотрела в окно, как Клавдия садится в машину, заводит её и выезжает с парковки, не пропустив машину, водитель которой с трудом избежал столкновения. Клавдия выехала на проспект и свернула влево - в сторону дома, в котором осталась одна.
Светлана подумала:
«Нужно было сказать Степану, чтобы он отвёз её домой».
* * *
Максим проснулся в девять часов утра. Отлично выспавшись, он пошёл к реке. Проплыв метров пятьсот, он вылез на пирс и лёг на лежак.
Через несколько минут он услышал сигнал машины и тут же вспомнил, что забыл открыть ворота.
«Наталья приехала», - надевая спортивный костюм, подумал он.
Взяв ключи с тумбочки в прихожей, он вышел через парадный вход в сад и направился к воротам. Он поздоровался с Натальей, сидевшей в машине, и открыл ворота.
Наталья подъехала к дому и припарковала машину рядом с машиной Максима.
Наталья вышла из машины, открыла багажник, вытащила из него две большие сумки и произнесла:
- Так-то Вы встречаете домохозяйку! Держите её у ворот. Доброе утро!
- Доброе утро, Наталья! Домработницу, а не…
- Опять корректируете мою речь. Хорошо, пусть будет домработницу.
- Входите, - предложил он Наталье, открывая перед ней двери, - давайте я Вам помогу.
- Пожалуйста, пожалуйста. Берите вот эту сумку.
Она остановилась у дверей и перекрестилась три раза. Максим улыбнулся. Наталья, заметив это, сказала:
- Креста на вас нет, вот и происходят с вами странные и ужасные события. Или как их там – приключения?
- Ну, ужасного пока ничего не происходило. Больше странного, непонятного, такого, чего невозможно предсказать, предугадать, предвидеть.
- О! Грамотного человека сразу видно. Хотела сказать – начитанного и образованного. Теперь мне нужно будет усиленно учиться правильно говорить. Вы же – писатель. И мне не стоит отставать… Ну, если ужасного пока ничего не происходило, как Вы говорите, то, поверьте на слово, произойдёт. Дайте время.
- Потому что на мне нет креста? – поинтересовался писатель.
- Так и есть. Сумки отнесите в кухню. Я разберусь с ними в моём кабинете. Кухня - мой творческий кабинет.
Максим отнёс сумки в кухню и вернулся в большую комнату. Наталья стояла под люстрой и внимательно разглядывала её.
- Эта люстра, мне нравится, - произнесла она и добавила: - Я всё время боялась, что она вот-вот упадёт прямо на девочек, когда они играли за роялем. Она ведь такая тяжёлая… Итак, я снова в этом доме, чёрт меня побери.
- Вы только что крестились. Припоминаете?
- Одно другому не мешает. Ну, вот оно – уединённое место, о котором Вы так мечтали, лёжа на диване в Ростове, уставившись в потолок. Вам нравится дом, обстановка, аура? Написали уже что-нибудь? Дело пошло на лад?
Максим смотрел на Наталью и поражался её вопросам и непосредственности, граничащей с откровенностью и непринуждённостью, с которой она общалась с ним.
«Бойкая девушка. С такой в доме скучно не будет», - подумал он.
- Не беспокойтесь, со мной в этом доме Вам скучно не будет, - будто поняв его мысли, уверенно произнесла Наталья и прошлась по комнате.
Услышав её слова, Максим улыбнулся.
Подойдя к писателю, она развела руками и спросила:
- Итак, с чего начинать?
- С уборки, Наталья. С приборки.
- Так с уборки или с приборки?.. Ясно. Тогда дайте ключи от подвала. В подвальном помещении электроприборы. Там и пылесос, и всё прочее, необходимое для генеральной уборки дома.
- Все ключи на тумбочке. Но ведь Вам будут нужны ключи от ворот, входной двери, от калитки…
- Вторые ключи вот здесь. – Она подошла к комоду в прихожей, открыла второй ящичек и вынула связку ключей. – С этим разобрались.
Максим удивился: «Наталья не забыла, похоже, что где находится. Замечательно! Она ведь проработала в этом доме два года».
- Их-то я и возьму. Завтракали? Вижу, уже поплавали в реке. Хозяин тоже плавал по утрам. А зимой – нырнёт в реку, вынырнет и пулей в дом.
- О! – удивился Максим и подумал:
«От Натальи можно многое узнать о девочках, их отце, матери. И вообще, о жизни в этом доме. Но главное – выяснить причину или сделать выводы из её рассказов о трагедии, произошедшей в доме…»
- Вы меня не слушаете? – громко спросила домработница.
- Нет.
- Почему же?
- «Нет», в смысле слушаю. Продолжайте.
- Повторяю: что приготовить на завтрак?
- Манную или овсяную кашу, - ответил Максим.
- Яйца, колбаса, сыр…
- Ни в коем случае! – сморщился писатель.
- Почему же «ни в коем случае»? Поняла. А на обед что приготовить?
- Что хотите, то и готовьте. Через неделю я…
- Сделаете отбор. Ясно. А на ужин?
- На ужин… На ужин… Овсяную кашу, два яблока и стакан кефира. Да, в рацион обеда обязательно должен входить винегрет: две свёклы и свежая капуста.
Они поднялись на второй этаж и свернули в правое крыло. Максим открыл дверь.
- Вот в этой комнате. Вероятнее всего, в ней играли девочки. Наклонитесь, - попросил писатель. – Смотрите. Видите: следы босых ног ведут к этому окну, потом к другому, затем – к входной двери.
Артём нагнулся и посмотрел на следы. Провёл рукой по одному из них. Посмотрел на пыль и сделал предположение:
- Думаю, месяца три-четыре назад в этой комнате, а значит, и в доме, кто-то побывал. Размер детский – тридцать седьмой или тридцать восьмой.
- Предполагаете, ребёнок?
- Трудно сказать. Но факт есть факт.
- Но ведь дом на сигнализации.
- Значит, проникновение в дом произошло из потайного окна или, возможно, лаза…
- Что? – удивился писатель детективных романов, почувствовав себя уязвимым.
- И этот «кто-то» хорошо знает расположение комнат в доме, а следовательно, и его тайны.
- Тайны? Что Вы этим хотите сказать? На следы мужчины они не похожи. Девочки погибли. Да и Карина, осмотрев дом, сказала, что всё на своих местах – антикварные предметы и ценные вещи. Из чего следует: это был не воришка. А… Кто же тогда?
- Возможно, пацан из посёлка проник каким-то образом в дом.
- Маловероятно. Дом на охране. В одном я уверен: злоумышленник - не член семьи.
- Это точно. Да и зачем им? Никто из них не числится в розыске. Могут смело приехать как законные хозяева дома, имею в виду мать, отца, и войти через главный вход. Нет… Пацан, скорее всего. Они куда хочешь проникнут. Погодите… А это что?
- Где? – спросил заинтригованный писатель.
- Видите, рядом, со следом кружок?
- Вижу.
- Это след от фонаря, - уверенно сказал агент.
- Он поставил его стеклом вниз. Думаете, что-то заподозрил?
- Мне пора, - подымаясь с колен, произнёс агент, пришедший за шарфом, и добавил, отряхивая пыль с брюк, - проводите меня до калитки. Мы вновь обнимемся, и я уйду.
Максим попрощался с Артёмом, обняв его, и гость ушёл.
Писатель закрыл за ним калитку и вернулся в дом.
Он не стал придавать особое значение всему, о чём говорил «друг», поднялся в кабинет и стал вычитывать уже написанные главы романа.
Прочитав семь страниц, он с удовлетворением произнёс: «Отлично! Я набираю форму…»
* * *
Выключив компьютер, Максим спустился в зал, набрал номер телефона Натальи и стал дожидаться ответа.
- Слушаю, - ответила Наталья.
- Здравствуйте, Наталья! Это Максим Вас беспокоит. Хотел сказать Вам…
- Кто? Кто?.. Да тише вы, девчата. Мне кто-то звонит.
- Максим, - повторил писатель.
- Уже поняла. Продолжайте.
- Я переехал в дом. Когда Вы сможете приступить к работе?
- Так Вы уже ночевали в доме?
- Ночевал.
- И как там поживают черти?
Подруги Натальи улыбнулись. Она продолжила допрос с пристрастием:
- Привидения гоняли Вас по комнатам? Призраки носились по лестницам?
- К сожалению, нет. Я хорошо выспался. Ночь была тихой.
- Вот как! Ну и ну. Хорошо. Завтра же приступлю к своим опасным обязанностям. В какое время мне начать?
- В десять утра. Я часто работаю по ночам, поэтому…
- Отсыпаетесь. Ясно. Я ещё в Горячем Ключе. Сижу с подругами в магазине. У них обед. Вот они меня и угощают чаем и разными сладостями. После шашлыков, разумеется.
- Почему же, разумеется?
- Люблю шашлыки.
- Передавайте привет подругам… Людмиле, Татьяне и Ирине. Я не…
- Феноменальная, я бы сказала, фотографическая память у Вас, писатель.
- Жду Вас завтра. До встречи!
Максим отключил телефон и положил его рядом с пистолетом.
Наталья вышла из-за стола и официально произнесла:
- Всё, мои милые! Мне пора ехать. До вечера нужно добраться до дома.
- Так это писатель звонил? – поинтересовалась Татьяна.
- Он. Завтра выхожу на работу. Тридцать пять тысяч на дороге не валяются. Да и на тротуарах тоже.
- Отличная зарплата, - произнесла Людмила и добавила: - А ты не боишься работать в этом доме?
- Чего бояться-то? В доме нас будет двое.
- Писатель красивый? – справилась Ирина.
- Очень. Высокий, стройный, с аристократическими манерами. Вежливый… Вот не могу вспомнить, девчата, на кого из артистов он похож? Мучаюсь этим со дня знакомства. Подождите, вспомнила. Видели фильм «Дориан Грей»? Вот на этого милашку. И чёлочка ему к лицу, и улыбка.
- Не влюбись, - пошутила Ирина.
- Девочки, спасибо за угощение. Рада, что у вас всё хорошо.
Наталья вышла во двор магазина и, увидев молодого парня, паркующего свой автомобиль рядом с её машиной, крикнула:
- Стоп! Куда ты рулишь? Как я буду выезжать по-твоему? Я же не на вертолёте. Читать умеешь? «Машины не парковать».
Девочки наблюдали за сценой между двумя водителями и смеялись.
- Да что ты так раскипятилась-то? – ухмыльнулся водитель.
- Давай, давай отъезжай. Выпусти меня. Понаставят свои машины, а ты выруливай как хочешь.
Парень отъехал, освободив место для проезда машине, в которую села Наталья, сказав на прощание подругам: «Передавайте привет Анне Васильевне и Валерию», и потихонечку, чтобы не задеть машину мужчины, стала сдавать назад.
Выехав на улицу Ворошилова, она поехала домой в Молдовановку.
* * *
Светлана Васильевна, директор издательства, выпускающая в свет детективы Максима, сидела за рабочим столом и разговаривала по телефону.
В это время в кабинет вошла Клавдия. Светлана Васильевна показала рукой на стул и продолжила разговор.
Клавдия, поняв по разговору, что он может затянуться, подошла к окну и стала смотреть на проспект – на машины, на людей. Она была в подавленном настроении от того, что Максим не отвечает на её звонки.
Через десять минут Светлана Васильевна закончила разговор и положила трубку на рабочий стол.
Клавдия продолжала смотреть в окно. Светлана Васильевна поняла: подругу что-то беспокоит, и спросила:
- Клавдия, тебя что-то волнует? Выглядишь, как бы так сказать, чтобы не обидеть тебя, - неважно.
Клавдия повернулась, поздоровалась и села на стул, напротив Светланы.
- Что с тобой происходит, подруга? Глаза красные, настроение, судя по всему, покинуло тебя, и, мне кажется, ты слегка пьяна.
- Мне нужно с кем-нибудь поговорить, - поправляя причёску, ответила Клавдия, и впрямь выглядевшая неважно. В ней не было присущего ей блеска, напора, удовлетворения жизнью.
- Мы вчера… Я была на приёме у Галкиных… Так себе приёмчик. Ничего особенного. Да и люди были не интересные… - проговорила Клавдия.
- Совсем не такие, как на приёмах, куда ты ходила с Максимом? Да, Галкины есть Галкины… Тут ничего не добавишь. Ты начала пить?
- Выпила утром на дорожку… Решила заехать к тебе и поговорить.
- Ты за рулём? Могла бы взять такси. Я звонила тебе три дня, но ты не отвечаешь. С чего ты пьёшь? Тоскуешь по Максиму? Вряд ли. Скорее, от нечего делать. Не можешь принять решение…
- Да я уже приняла, - опуская глаза, ответила Клавдия.
- Я это вижу по твоим глазам, - пошутила подруга.
- Не в этом смысле… Приняла решение родить Максиму ребёнка. Наладить отношения и всё такое…
-«И всё такое…» Раньше ты не заканчивала свои мысли такими словами – «и всё такое», а договаривала, что именно. Деградируешь… Извини, но это так.
- Короче, он не отвечает на мои звонки. Ты не знаешь, где он скрывается, сукин сын?
- Не знаю. Поверь, я говорю правду, - ответила Светлана.
- Женя или Сергей знают наверняка, но молчат. На юбилее у Сергея, думаю, кто-нибудь да проболтается.
- «Проболтается», - недовольно произнесла Светлана. – Тебе надо принять ванну и хорошенько выспаться. И что ты там ещё принимаешь? Антидепрессанты? Снотворное? Транквилизаторы?
- Всего понемногу, - ответила подавленным голосом Клавдия.
- У тебя депрессия, Клавдия. Всё к ней или к этому шло... Вспомни, я предупреждала тебя: прекращай этот праздник жизни… Он до добра не доведёт. За ночь ты выпивала бутылку водки или две бутылки вина. Максиму порой было стыдно, как его спутницу или без пяти минут жену под руки сажали в такси. Если тебе нечем заняться, съезди к родителям, пока Максим пишет книгу. Поживи у них. Приди в себя. Твой отец, насколько я помню, тоже выпивает. Бывший офицер. Ты в семье одна. Воспитали они тебя не Золушкой, а избалованной девчонкой. Ты ни в чём нуждалась… Познакомилась с Максимом, и он продолжил, на свою голову, их дело: шубы, бриллианты, шикарная машина, дача… турпоездки по морям и океанам, Париж, Лондон, Рим… А сам пахал за столом. Ты развлекалась в баре какого-нибудь континентального лайнера, а он сидел за рабочим столом и раскручивал сюжет.
Клавдия тяжело вздохнула.
Светлана продолжила:
- И к своей работе ты стала относиться так себе… Ну, по этому поводу и на эту тему мы уже говорили. Помнишь? Хорошо, что он не слышал наш разговор. Иначе мне…
- Слышал! - отчаянным тоном произнесла Клавдия.
- Слышал?! О Боже! Ты ведь сказала мне, что его нет дома, и я могу «резать по живому».
- Он так решил. Приказал… Мы в то утро поругались, и он возжелал узнать твоё особое мнение о своих романах. Вынудил меня включить громкую связь.
- Вот как! Значит, он догадывался? Ты подставила меня, подруга! Не находишь?
- Я же говорю тебе: он настоял на этом.
Светлана покачала головой, вышла из-за стола и подошла к окну.
В это время дверь открыла секретарша и хотела что-то спросить, но Светлана Васильевна, увидев её, отрицательно покачала головой. Та, поняв, что подруги беседуют по душам, закрыла дверь.
- И что он сказал, услышав моё мнение? – поинтересовалась Светлана. – Обиделся на меня? Говори только правду.
- Нет. Ополчился на меня. Ты ведь говорила, если помнишь, что я выполняю свою работу скверно. Значит, повинна во всём я. Можешь не волноваться.
- Ясно. Вот почему он, недолго думая, уехал. Восемь лет! Могла бы уже родить за это время двух или трёх детишек. У вас была бы полноценная семья. Вы бы официально оформили свои семейные отношения. Но ты всё испортила! А сейчас ещё и выпиваешь!
- Я начинаю пить с обеда, от нечего делать. Скучаю… Только теперь поняла, что значит для меня Максим. Не предполагала, что такое возможно.
- Клавдия, может быть, он…
- Решил порвать со мной. Но я должна измениться. И внутри, чувствую, уже происходят эти изменения… Как мне его вернуть, Светлана?
- Немедленно прекрати выпивать! Сходи к своему психотерапевту.
Клавдия встала, взяла свою сумочку и тихо произнесла:
- Ладно, подруга. Спасибо, что выслушала. Мне нужно было с кем-нибудь поговорить. Вот и поговорила. Поеду домой.
- Клавдия, может, Степан отвезёт тебя?
- Спасибо. Потихоньку доеду сама.
Она вышла из кабинета.
Светлана смотрела в окно, как Клавдия садится в машину, заводит её и выезжает с парковки, не пропустив машину, водитель которой с трудом избежал столкновения. Клавдия выехала на проспект и свернула влево - в сторону дома, в котором осталась одна.
Светлана подумала:
«Нужно было сказать Степану, чтобы он отвёз её домой».
* * *
Максим проснулся в девять часов утра. Отлично выспавшись, он пошёл к реке. Проплыв метров пятьсот, он вылез на пирс и лёг на лежак.
Через несколько минут он услышал сигнал машины и тут же вспомнил, что забыл открыть ворота.
«Наталья приехала», - надевая спортивный костюм, подумал он.
Взяв ключи с тумбочки в прихожей, он вышел через парадный вход в сад и направился к воротам. Он поздоровался с Натальей, сидевшей в машине, и открыл ворота.
Наталья подъехала к дому и припарковала машину рядом с машиной Максима.
Наталья вышла из машины, открыла багажник, вытащила из него две большие сумки и произнесла:
- Так-то Вы встречаете домохозяйку! Держите её у ворот. Доброе утро!
- Доброе утро, Наталья! Домработницу, а не…
- Опять корректируете мою речь. Хорошо, пусть будет домработницу.
- Входите, - предложил он Наталье, открывая перед ней двери, - давайте я Вам помогу.
- Пожалуйста, пожалуйста. Берите вот эту сумку.
Она остановилась у дверей и перекрестилась три раза. Максим улыбнулся. Наталья, заметив это, сказала:
- Креста на вас нет, вот и происходят с вами странные и ужасные события. Или как их там – приключения?
- Ну, ужасного пока ничего не происходило. Больше странного, непонятного, такого, чего невозможно предсказать, предугадать, предвидеть.
- О! Грамотного человека сразу видно. Хотела сказать – начитанного и образованного. Теперь мне нужно будет усиленно учиться правильно говорить. Вы же – писатель. И мне не стоит отставать… Ну, если ужасного пока ничего не происходило, как Вы говорите, то, поверьте на слово, произойдёт. Дайте время.
- Потому что на мне нет креста? – поинтересовался писатель.
- Так и есть. Сумки отнесите в кухню. Я разберусь с ними в моём кабинете. Кухня - мой творческий кабинет.
Максим отнёс сумки в кухню и вернулся в большую комнату. Наталья стояла под люстрой и внимательно разглядывала её.
- Эта люстра, мне нравится, - произнесла она и добавила: - Я всё время боялась, что она вот-вот упадёт прямо на девочек, когда они играли за роялем. Она ведь такая тяжёлая… Итак, я снова в этом доме, чёрт меня побери.
- Вы только что крестились. Припоминаете?
- Одно другому не мешает. Ну, вот оно – уединённое место, о котором Вы так мечтали, лёжа на диване в Ростове, уставившись в потолок. Вам нравится дом, обстановка, аура? Написали уже что-нибудь? Дело пошло на лад?
Максим смотрел на Наталью и поражался её вопросам и непосредственности, граничащей с откровенностью и непринуждённостью, с которой она общалась с ним.
«Бойкая девушка. С такой в доме скучно не будет», - подумал он.
- Не беспокойтесь, со мной в этом доме Вам скучно не будет, - будто поняв его мысли, уверенно произнесла Наталья и прошлась по комнате.
Услышав её слова, Максим улыбнулся.
Подойдя к писателю, она развела руками и спросила:
- Итак, с чего начинать?
- С уборки, Наталья. С приборки.
- Так с уборки или с приборки?.. Ясно. Тогда дайте ключи от подвала. В подвальном помещении электроприборы. Там и пылесос, и всё прочее, необходимое для генеральной уборки дома.
- Все ключи на тумбочке. Но ведь Вам будут нужны ключи от ворот, входной двери, от калитки…
- Вторые ключи вот здесь. – Она подошла к комоду в прихожей, открыла второй ящичек и вынула связку ключей. – С этим разобрались.
Максим удивился: «Наталья не забыла, похоже, что где находится. Замечательно! Она ведь проработала в этом доме два года».
- Их-то я и возьму. Завтракали? Вижу, уже поплавали в реке. Хозяин тоже плавал по утрам. А зимой – нырнёт в реку, вынырнет и пулей в дом.
- О! – удивился Максим и подумал:
«От Натальи можно многое узнать о девочках, их отце, матери. И вообще, о жизни в этом доме. Но главное – выяснить причину или сделать выводы из её рассказов о трагедии, произошедшей в доме…»
- Вы меня не слушаете? – громко спросила домработница.
- Нет.
- Почему же?
- «Нет», в смысле слушаю. Продолжайте.
- Повторяю: что приготовить на завтрак?
- Манную или овсяную кашу, - ответил Максим.
- Яйца, колбаса, сыр…
- Ни в коем случае! – сморщился писатель.
- Почему же «ни в коем случае»? Поняла. А на обед что приготовить?
- Что хотите, то и готовьте. Через неделю я…
- Сделаете отбор. Ясно. А на ужин?
- На ужин… На ужин… Овсяную кашу, два яблока и стакан кефира. Да, в рацион обеда обязательно должен входить винегрет: две свёклы и свежая капуста.
