— Озноб, слабость… Видимо, придётся остаться дома. — Увидев меня в облегающем спортивном наряде, он недовольно нахмурился. Дэнис в целом не любил облегающаю одежду на женщинах, всегда говорит, что такая одежда не оставляет места для скромности и лишь усиливает мужского желание.
Роберт сидел за столом, соблюдая положенную дистанцию, а я стояла у рабочей зоны, наливая кофе. Двойной кофе. Дэнис же, появившись, стал ровно между нами — как будто кухонное пространство тоже нуждалось в охране.
Увидев на столе кружку кофе, из которой шёл ароматный пар, ту самую, что я приготовила для Роберта, он опередил меня и, взяв её, быстро отпил.
— Вкусно. Как приятно начинать своё “лечение” с кофе, — хитро улыбнулся он, глядя на Роберта. Но когда наши взгляды встретились, его улыбка пропала. Мои глаза пылали злостью.
— Это не твоё, — резко сказала я. — Ты не просил.
Дэнис усердно делал вид, что ничего не произошло, но если бы мне пришлось варить кофе вручную, уверенно была бы разбита не одна чашка. Дэнис знает, что я не люблю, когда он берёт что-то не своё.
— Ничего, подожду следующую. К тому же и мне сегодня торопиться некуда, я что-то захворал, — спокойно парировал Роберт, глядя на Дэниса. — Взял больничный. Может, на пару дней… а может, и дольше, — он хитро улыбнулся, забирая у меня из рук свой кофе.
Дэнис стал мрачным — ему не нравилась эта самовольность Роберта, ведь никакие совместные планы мы вчера не обсуждали. И при этом никто ни о чём не спрашивал меня. Хотя и я бы сейчас с удовольствием притворилась больной, лишь бы получить ответы на вопросы, которые меня беспокоили.
— Я бы на твоём месте не употреблял такие слова, как “хворь”, — заметил Дэнис. — Если живёшь вечность — следуй за временем. А иначе долго не проживёшь, — недовольно сказал он и поставил кружку с недопитым кофе на стол. Его недовольство легко понять: Роберт очень молодой вампир, не больше двухсот лет, а такие легко допускают глупости, из-за которых их и убивают. — Пойду в душ. Потом — тренировка.
— Я с тобой, — бодро добавила я, быстро отпивая кофе, чтобы не сказать ничего лишнего.
От неожиданности Дэнис обернулся и приподнял бровь.
— Разогреться не желаете? — удивлённо спросил он. — Вас давно не было на моих тренировках.
— Спасибо, но я уже разогрелась. Два часа назад, на пробежке, — Максимально изображая что у меня все нормально, натянуто улыбнулась я. Тем временем мой слабый дампирский пульс зашкаливал. Я стремилась показать, что всё это мои желания «бегать и драться», а не попытка отвлечься, иначе от Дэниса будет курс психотерапии похожий на проповедь священника.
Но как и ожидалась, он все понял мгновенного, поэтому от моих слов Дэнис недовольно посмотрел на Роберта и закачал головой.
— Теперь ясно, почему у нас на кухне в шесть утра вампир с кофе, — пробормотал он и бросил сочувственный взгляд на Роберта. — Ну что ж, разгрузим вашу голову. Буду через десять минут.
— Хорошо, Дэнис, — с подчёркнутым согласием сказала я.
И он направился в сторону лестнице, так и оставив на столе недопитый кофе. Перед тем как подняться, он бросил строгий взгляд на нас.
— Он мне не нравится, — тихо произнёс Роберт.
— Это взаимно, — донёсся голос Дэниса со второго этажа.
Роберт покачал головой и улыбнулся уголками губ. Как только послышался звук душа наверху, он заговорил:
— Я понимаю: мы познакомились вчера, а я уже как твой личный преследователь — в шесть утра на пороге. Мне очень сложно совладать с чувствами. Поэтому прошу — не прогоняй меня, а позволь просто сегодня побыть рядом. Когда я рядом с тобой, вампир внутри меня спокоен, — неуверенно сказал Роберт.
От его искренности мне стало тепло на душе. Он так открыто говорит о своих переживаниях, из-за всех сил пытается их донести до меня. Буду надеяться что открытость останется в наших отношениях навсегда.
Я сделала шаг ближе — не слишком, но достаточно, чтобы он понял: я его слышу.
— Я ценю твою искренность больше, чем ты думаешь, — тихо сказала я. — Я видела ПАРЫ, видела, как их тянет друг к другу, как им бывает непросто. И сделала один вывод: если хочешь, чтобы ПАРЕ было легче… нужно идти ей навстречу.
Он поднял взгляд, и в его карих глазах мелькнул свет.
— Поэтому я буду только рада, если ты останешься, — я позволила себе улыбнуться чуть теплее, чем обычно.
Как правило, девушки, узнав о своей ПАРЕ, старались держать максимальную дистанцию, но это почти всегда давало ужасный эффект. Магическая натура сводила мужчину с ума желанием сделать женщину своей — и не раз это приводило к страшным поступкам.
Роберт лишь мягко улыбнулся, и на долю секунды в его глазах промелькнул красный огонёк.
— Что за тренировка будет у вас с Дэнисом? Можно я посмотрю? — заинтересованно спросил он.
— Да, конечно. Думаю, Дэнис захочет начать со спаринга, а дальше посмотрим, — сказала я, допивая свой кофе.
— Спаринга? — он задумался. — Я думал, это будет какой-то лёгкий фитнес. Но если ты тренируешься для своей защиты, то в этом нет необходимости. У меня достаточно сил, чтобы защитить тебя, — уверенно сказал Роберт и, встав из-за стола, стал приближаться ко мне, явно желая проявить заботу.
— Под фразой «пойду навстречу» она не имела в виду объятия, поцелуи и прочее. Не забывай, что перед тобой — Ее Высочество. Есть светские правила общения, которые положено соблюдать. Отойди, пока я не счёл это за неуважение и не выставил тебя за дверь, — жёстко произнёс Дэнис, спускаясь со второго этажа с мокрыми волосами. В каждом его движении сквозила злость из-за нашего диалога. Я же вчера обещала не проявлять мягкосердечность к Роберту… но как устоять перед этими манящими миндально-карими глазами?
Дэнис, конечно, был прав. В наши далёкие времена правила поведения были иными. Мой статус стоял на первом месте. Мужчины без разрешения не заговорили бы со мной, а позволить себе наглость стоять так близко — было немыслимо. Прожив сотни лет в тех порядках, ему сложно адаптироваться к реальности, хотя он старается. В его мире существовали лишь три позиции: принцесса, благородные кланы и простолюдины. И, увы, Роберт относился к последним.
Я тяжело вздохнула.
— Я не планировал её обнимать или позволять себе что-то лишнее. Я просто хотел побыть рядом. Я прекрасно осознаю, кто передо мной. А те древние правила, о которых ты говоришь, уже устарели, — сказал Роберт и замолчал.
Я изо всех сил пыталась передать ему своё спокойствие. Я не планировала начинать утро с драки, и, кажется, у меня немного получилось — потому что продолжил он уже гораздо спокойнее:
— То есть я даже подойти к ней и взять её за руку не могу? В этом тоже есть проблема? — раздражённо спросил Роберт.
— Да, и в этом тоже проблема. В целом, твоя невоспитанность и неуважение к старым традициям, а главное — необразованность, это одна большая проблема, на которую Ее Высочество закрывает глаза… — зло прорычал Дэнис.
Воздух в комнате стал душным от накала страстей. В какой-то степени Дэнис был прав: если бы мы сейчас находились в нашем замке, Роберт обязан был бы соблюдать те правила поведения, о которых уже мало кто помнит. Но эта перепалка на кухне маленького тихого городка меня откровенно злила. Бросаться на Роберта так необоснованно — верх невоспитанности со стороны Дэниса, поэтому я вспылила.
— Ну-ка, хватит! Дэнис, следи за словами, пожалуйста. Если у него недостаток знаний, то это не его вина — ему неизвестны наши традиции. И, во-вторых, это не причина додумывать за меня мои решения, — грозно сказала я, глядя на Дэниса. — Прошу не забывать, кто я и какое место занимаю.
Он опустил голову, понимая, что всему происходящему есть причина. Оборотень в нём начал затихать. Полнолуние через три дня… надеюсь, всё пройдёт без происшествий, потому что вспыльчивостью от него веет за километр.
— Прошу простить, Ваше Высочество… — начал Дэнис. В его голосе не было сожаления: он принял мой статус, но не мои решения.
— Давай лучше начнём тренировку, и Роберт поприсутствует. Надеюсь, тебе не нужно объяснять причину моего решения? — строго спросила я.
— Не нужно, Ваше Высочество, — ответил Дэнис.
Мы спустились в подвал, где у нас было оборудовано отличное место для тренировок и занятий спортом. Атмосфера холода и стали пробирала до костей, словно мы готовили молодого солдата.
Мечи, азиатские клинки, боксёрская груша и маты на полу — всё, что нужно, чтобы выплеснуть энергию.
Роберта это место явно удивило. Осмотревшись вокруг, он не увидел отдельного места, где мог бы сесть и наблюдать. Поэтому он просто облокотился на стену напротив центра комнаты, скрестив руки на груди. По его выражению было видно — ему не нравится происходящее.
Дэнис вышел на центр тренировочной площадки для рукопашного боя и предложил начать с медленной отработки ударов. Я согласилась, хотя хотелось уже перейти к активным действиям, но пока об этом думать рано — Дэнис сверлил Роберта взглядом.
Начиная с простых упражнений, он постепенно переключился на процесс, стал обучать, поправлять, делать замечания. Всё это время я ощущала на себе внимание Роберта — не сердцем, а каждой клеткой тела. Когда мне удавалось бросить на него взгляд, я видела, как его лицо напрягалось всякий раз, когда Дэнис фиксировал мои руки в нужном положении.
Справедливости ради, Дэнис лишь словами указывал, как повернуть корпус, как выпрямить спину и многое другое — он избегал любого лишнего касания. Потому что одно движение ниже плеча — и Роберт оказался бы на этой тренировочной площадке один на один с оборотнем.
В нашем мире после встречи с ПАРОЙ другой мужчина не имеет права прикасаться к женщине без одобрения её мужчины. Любой физический контакт воспринимается как покушение на счастье, здоровье и любовь, ведь твоя женщина — самое главное и священное, что у тебя есть.
Для меня стало открытием, что столь молодой вампир способен на такое терпение и самоконтроль. Несмотря на то что Дэнис был собран и точен, в каждом его движении чувствовалось скрытое раздражение — он прекрасно видел, как Роберт наблюдает за нами.
Минут через пятнадцать, когда мы отработали базовые приёмы, Дэнис резко ускорился. Чтобы отвечать на его удары, мне пришлось задействовать всю свою вампирскую сущность.
Роберт явно этого не ожидал. До этого момента он не акцентировал внимание на том, какого я вида, но теперь моя скорость, ловкость и сила не оставляли сомнений — я дампир. Что для него немыслимо: по законам Люциллиана у дампиров нет права на жизнь.
Движение за движением, удар за ударом — я не уступала Дэнису ни в точности, ни в ритме, ни в силе. Порой я хитрила, пытаясь вырвать преимущество, но отсутствие регулярных тренировок всё же давало о себе знать — Дэнис нередко отправлял меня на маты со своей привычной самодовольной усмешкой. Значит, он полностью углубился в тренировку и понял: Роберт держит себя в руках и в бой не вмешается.
Но одно было очевидно: Роберт всё ещё не понимал, зачем мы отрабатываем реальные боевые действия.
На протяжении следующих сорока минут напряжённой тренировки его глаза медленно менялись. Зрачки расширились, в глазах появился тусклый красный цвет, а на лице — улыбка с едва заметным вожделением.
Причина была проста: в воздухе стоял сильный, насыщенный аромат вампирши — запах его ПАРЫ. Мой естественный запах был для него особенным, словно сильный афродизиак, который мгновенно пьянил голову. Особенно сейчас, когда я не скрывала своей силы, находясь с ним в небольшом закрытом пространстве.
Тренировка полностью поглотила Дэниса, а Роберт всё это время не шевельнулся, словно врос в стену, и поэтому Дэнис не сразу заметил изменения в его состоянии — в отличие от меня.
Я слишком часто поглядывала на Роберта последние пару приёмов, из-за чего потеряла контроль. Пропустив несколько ударов, я позволила Дэнису подловить меня, и он резко уложил меня на маты.
От этого зрелища Роберт замер. Я поняла, что нужно прекращать.
Поднимаясь с матов и вытирая пот со лба, я сказала:
— Хватит на сегодня.
Дэнис, который в голове уже прокручивал очередной вариант приема, не был готов услышать это. Обычно наши тренировки занимали пару часов
— Мы только начали… — растерянно попытался возразить он.
Тогда я перевела взгляд на Роберта, чьи глаза стремительно наливались всё более ярким красным.
— Она права. Парню нужен свежий воздух, — раздался глубокий мужской голос из дальнего угла.
Мы с Дэнисом одновременно обернулись.
Я на секунду застыла от неожиданности, а в Дэнисе что-то мгновенно изменилось — его энергия резко поднялась, оборотень в нём проснулся и приготовился к защите.
Когда мужчина вышел из тени, я не могла поверить своим глазам — высокий статный шатен с серо-зелёными глазами, родными чертами лица, которые я бы никогда не забыла.
Мой старший брат — Генрих.
Он посмотрел на меня и перевёл взгляд на Роберта — и его сила мгновенно уплотнилась, тяжёлой волной заполняя подвал.
Как древнейшие, мы можем влиять на окружающих с помощью энергии, в основном используя нашу первичную силу, но в крайнем случае можно задействовать и второстепенную.
Столь резкие изменения за считанные секунды повергли меня в шок.
Я не понимала, это реальность или мои мысли о семье настолько захлестнули меня, что превратились в живой образ.
Из ступора меня вывел женский голос:
— Я покажу, где выход, — лениво сказала жгучая блондинка с зелёными глазами, стоявшая на лестнице с кружкой недопитого кофе Дэниса.
Одетая в чёрные обтягивающие джинсы и сексуальный корсет, который так и притягивал мужские взгляды.
Она сделала глоток, смерила нас взглядом и добавила с усмешкой:
— Отличная тактика, Дэнис. Сильная.
Тон последних слов ясно дал понять — речь шла вовсе не о тренировке.
— Это мой кофе, Катарина, — с рычанием сказал Дэнис.
— Я знаю, — хитро улыбнулась она и плавно, как кошка, стала приближаться к Роберту.
Смесь женской ревности и зависти неприятно промелькнула у меня в голове.
Я не думала, что испытаю ревность — мы с Робертом ещё так мало знакомы.
Но всё же доминировала зависть к её сексуальности, потому что я не могу позволить себе столь откровенный наряд.
— Пойдём, тебе нужен воздух. Иначе тебе действительно станет плохо, — мягко сказала она и положила руку на плечо Роберта, будто пытаясь переманить его внимание.
Но он лишь стряхнул её руку, как назойливую муху, и не сдвинулся с места.
Генрих, не разрывая хищного зрительного контакта с Робертом, неспешно подходил ко мне.
Нас разделяло несколько метров — безопасная дистанция с точки зрения ПАРЫ, и Генрих отлично знал древнюю психологию.
Я словно не замечала расстояние.
Для меня он стоял прямо передо мной — тот самый человек, с которым я провела всю свою жизнь, с которым делила трудности, радости, и который терпел мои капризы.
Я не видела брата шестьсот лет.
Пытаясь осознать происходящее и боясь, что он исчезнет, я, используя свою скорость, подошла ближе.
Он улыбнулся — так же, как когда-то: мягко, по-братски.
Я протянула руку, желая коснуться его лица, убедиться, что это не мираж…
Роберт в долю секунды оказался между нами, с вспыхнувшей ревностью в глазах, пытаясь остановить меня, но не успел.
Роберт сидел за столом, соблюдая положенную дистанцию, а я стояла у рабочей зоны, наливая кофе. Двойной кофе. Дэнис же, появившись, стал ровно между нами — как будто кухонное пространство тоже нуждалось в охране.
Увидев на столе кружку кофе, из которой шёл ароматный пар, ту самую, что я приготовила для Роберта, он опередил меня и, взяв её, быстро отпил.
— Вкусно. Как приятно начинать своё “лечение” с кофе, — хитро улыбнулся он, глядя на Роберта. Но когда наши взгляды встретились, его улыбка пропала. Мои глаза пылали злостью.
— Это не твоё, — резко сказала я. — Ты не просил.
Дэнис усердно делал вид, что ничего не произошло, но если бы мне пришлось варить кофе вручную, уверенно была бы разбита не одна чашка. Дэнис знает, что я не люблю, когда он берёт что-то не своё.
— Ничего, подожду следующую. К тому же и мне сегодня торопиться некуда, я что-то захворал, — спокойно парировал Роберт, глядя на Дэниса. — Взял больничный. Может, на пару дней… а может, и дольше, — он хитро улыбнулся, забирая у меня из рук свой кофе.
Дэнис стал мрачным — ему не нравилась эта самовольность Роберта, ведь никакие совместные планы мы вчера не обсуждали. И при этом никто ни о чём не спрашивал меня. Хотя и я бы сейчас с удовольствием притворилась больной, лишь бы получить ответы на вопросы, которые меня беспокоили.
— Я бы на твоём месте не употреблял такие слова, как “хворь”, — заметил Дэнис. — Если живёшь вечность — следуй за временем. А иначе долго не проживёшь, — недовольно сказал он и поставил кружку с недопитым кофе на стол. Его недовольство легко понять: Роберт очень молодой вампир, не больше двухсот лет, а такие легко допускают глупости, из-за которых их и убивают. — Пойду в душ. Потом — тренировка.
— Я с тобой, — бодро добавила я, быстро отпивая кофе, чтобы не сказать ничего лишнего.
От неожиданности Дэнис обернулся и приподнял бровь.
— Разогреться не желаете? — удивлённо спросил он. — Вас давно не было на моих тренировках.
— Спасибо, но я уже разогрелась. Два часа назад, на пробежке, — Максимально изображая что у меня все нормально, натянуто улыбнулась я. Тем временем мой слабый дампирский пульс зашкаливал. Я стремилась показать, что всё это мои желания «бегать и драться», а не попытка отвлечься, иначе от Дэниса будет курс психотерапии похожий на проповедь священника.
Но как и ожидалась, он все понял мгновенного, поэтому от моих слов Дэнис недовольно посмотрел на Роберта и закачал головой.
— Теперь ясно, почему у нас на кухне в шесть утра вампир с кофе, — пробормотал он и бросил сочувственный взгляд на Роберта. — Ну что ж, разгрузим вашу голову. Буду через десять минут.
— Хорошо, Дэнис, — с подчёркнутым согласием сказала я.
И он направился в сторону лестнице, так и оставив на столе недопитый кофе. Перед тем как подняться, он бросил строгий взгляд на нас.
— Он мне не нравится, — тихо произнёс Роберт.
— Это взаимно, — донёсся голос Дэниса со второго этажа.
Роберт покачал головой и улыбнулся уголками губ. Как только послышался звук душа наверху, он заговорил:
— Я понимаю: мы познакомились вчера, а я уже как твой личный преследователь — в шесть утра на пороге. Мне очень сложно совладать с чувствами. Поэтому прошу — не прогоняй меня, а позволь просто сегодня побыть рядом. Когда я рядом с тобой, вампир внутри меня спокоен, — неуверенно сказал Роберт.
От его искренности мне стало тепло на душе. Он так открыто говорит о своих переживаниях, из-за всех сил пытается их донести до меня. Буду надеяться что открытость останется в наших отношениях навсегда.
Я сделала шаг ближе — не слишком, но достаточно, чтобы он понял: я его слышу.
— Я ценю твою искренность больше, чем ты думаешь, — тихо сказала я. — Я видела ПАРЫ, видела, как их тянет друг к другу, как им бывает непросто. И сделала один вывод: если хочешь, чтобы ПАРЕ было легче… нужно идти ей навстречу.
Он поднял взгляд, и в его карих глазах мелькнул свет.
— Поэтому я буду только рада, если ты останешься, — я позволила себе улыбнуться чуть теплее, чем обычно.
Как правило, девушки, узнав о своей ПАРЕ, старались держать максимальную дистанцию, но это почти всегда давало ужасный эффект. Магическая натура сводила мужчину с ума желанием сделать женщину своей — и не раз это приводило к страшным поступкам.
Роберт лишь мягко улыбнулся, и на долю секунды в его глазах промелькнул красный огонёк.
— Что за тренировка будет у вас с Дэнисом? Можно я посмотрю? — заинтересованно спросил он.
— Да, конечно. Думаю, Дэнис захочет начать со спаринга, а дальше посмотрим, — сказала я, допивая свой кофе.
— Спаринга? — он задумался. — Я думал, это будет какой-то лёгкий фитнес. Но если ты тренируешься для своей защиты, то в этом нет необходимости. У меня достаточно сил, чтобы защитить тебя, — уверенно сказал Роберт и, встав из-за стола, стал приближаться ко мне, явно желая проявить заботу.
— Под фразой «пойду навстречу» она не имела в виду объятия, поцелуи и прочее. Не забывай, что перед тобой — Ее Высочество. Есть светские правила общения, которые положено соблюдать. Отойди, пока я не счёл это за неуважение и не выставил тебя за дверь, — жёстко произнёс Дэнис, спускаясь со второго этажа с мокрыми волосами. В каждом его движении сквозила злость из-за нашего диалога. Я же вчера обещала не проявлять мягкосердечность к Роберту… но как устоять перед этими манящими миндально-карими глазами?
Дэнис, конечно, был прав. В наши далёкие времена правила поведения были иными. Мой статус стоял на первом месте. Мужчины без разрешения не заговорили бы со мной, а позволить себе наглость стоять так близко — было немыслимо. Прожив сотни лет в тех порядках, ему сложно адаптироваться к реальности, хотя он старается. В его мире существовали лишь три позиции: принцесса, благородные кланы и простолюдины. И, увы, Роберт относился к последним.
Я тяжело вздохнула.
— Я не планировал её обнимать или позволять себе что-то лишнее. Я просто хотел побыть рядом. Я прекрасно осознаю, кто передо мной. А те древние правила, о которых ты говоришь, уже устарели, — сказал Роберт и замолчал.
Я изо всех сил пыталась передать ему своё спокойствие. Я не планировала начинать утро с драки, и, кажется, у меня немного получилось — потому что продолжил он уже гораздо спокойнее:
— То есть я даже подойти к ней и взять её за руку не могу? В этом тоже есть проблема? — раздражённо спросил Роберт.
— Да, и в этом тоже проблема. В целом, твоя невоспитанность и неуважение к старым традициям, а главное — необразованность, это одна большая проблема, на которую Ее Высочество закрывает глаза… — зло прорычал Дэнис.
Воздух в комнате стал душным от накала страстей. В какой-то степени Дэнис был прав: если бы мы сейчас находились в нашем замке, Роберт обязан был бы соблюдать те правила поведения, о которых уже мало кто помнит. Но эта перепалка на кухне маленького тихого городка меня откровенно злила. Бросаться на Роберта так необоснованно — верх невоспитанности со стороны Дэниса, поэтому я вспылила.
— Ну-ка, хватит! Дэнис, следи за словами, пожалуйста. Если у него недостаток знаний, то это не его вина — ему неизвестны наши традиции. И, во-вторых, это не причина додумывать за меня мои решения, — грозно сказала я, глядя на Дэниса. — Прошу не забывать, кто я и какое место занимаю.
Он опустил голову, понимая, что всему происходящему есть причина. Оборотень в нём начал затихать. Полнолуние через три дня… надеюсь, всё пройдёт без происшествий, потому что вспыльчивостью от него веет за километр.
— Прошу простить, Ваше Высочество… — начал Дэнис. В его голосе не было сожаления: он принял мой статус, но не мои решения.
— Давай лучше начнём тренировку, и Роберт поприсутствует. Надеюсь, тебе не нужно объяснять причину моего решения? — строго спросила я.
— Не нужно, Ваше Высочество, — ответил Дэнис.
Глава 9. Генрих
Мы спустились в подвал, где у нас было оборудовано отличное место для тренировок и занятий спортом. Атмосфера холода и стали пробирала до костей, словно мы готовили молодого солдата.
Мечи, азиатские клинки, боксёрская груша и маты на полу — всё, что нужно, чтобы выплеснуть энергию.
Роберта это место явно удивило. Осмотревшись вокруг, он не увидел отдельного места, где мог бы сесть и наблюдать. Поэтому он просто облокотился на стену напротив центра комнаты, скрестив руки на груди. По его выражению было видно — ему не нравится происходящее.
Дэнис вышел на центр тренировочной площадки для рукопашного боя и предложил начать с медленной отработки ударов. Я согласилась, хотя хотелось уже перейти к активным действиям, но пока об этом думать рано — Дэнис сверлил Роберта взглядом.
Начиная с простых упражнений, он постепенно переключился на процесс, стал обучать, поправлять, делать замечания. Всё это время я ощущала на себе внимание Роберта — не сердцем, а каждой клеткой тела. Когда мне удавалось бросить на него взгляд, я видела, как его лицо напрягалось всякий раз, когда Дэнис фиксировал мои руки в нужном положении.
Справедливости ради, Дэнис лишь словами указывал, как повернуть корпус, как выпрямить спину и многое другое — он избегал любого лишнего касания. Потому что одно движение ниже плеча — и Роберт оказался бы на этой тренировочной площадке один на один с оборотнем.
В нашем мире после встречи с ПАРОЙ другой мужчина не имеет права прикасаться к женщине без одобрения её мужчины. Любой физический контакт воспринимается как покушение на счастье, здоровье и любовь, ведь твоя женщина — самое главное и священное, что у тебя есть.
Для меня стало открытием, что столь молодой вампир способен на такое терпение и самоконтроль. Несмотря на то что Дэнис был собран и точен, в каждом его движении чувствовалось скрытое раздражение — он прекрасно видел, как Роберт наблюдает за нами.
Минут через пятнадцать, когда мы отработали базовые приёмы, Дэнис резко ускорился. Чтобы отвечать на его удары, мне пришлось задействовать всю свою вампирскую сущность.
Роберт явно этого не ожидал. До этого момента он не акцентировал внимание на том, какого я вида, но теперь моя скорость, ловкость и сила не оставляли сомнений — я дампир. Что для него немыслимо: по законам Люциллиана у дампиров нет права на жизнь.
Движение за движением, удар за ударом — я не уступала Дэнису ни в точности, ни в ритме, ни в силе. Порой я хитрила, пытаясь вырвать преимущество, но отсутствие регулярных тренировок всё же давало о себе знать — Дэнис нередко отправлял меня на маты со своей привычной самодовольной усмешкой. Значит, он полностью углубился в тренировку и понял: Роберт держит себя в руках и в бой не вмешается.
Но одно было очевидно: Роберт всё ещё не понимал, зачем мы отрабатываем реальные боевые действия.
На протяжении следующих сорока минут напряжённой тренировки его глаза медленно менялись. Зрачки расширились, в глазах появился тусклый красный цвет, а на лице — улыбка с едва заметным вожделением.
Причина была проста: в воздухе стоял сильный, насыщенный аромат вампирши — запах его ПАРЫ. Мой естественный запах был для него особенным, словно сильный афродизиак, который мгновенно пьянил голову. Особенно сейчас, когда я не скрывала своей силы, находясь с ним в небольшом закрытом пространстве.
Тренировка полностью поглотила Дэниса, а Роберт всё это время не шевельнулся, словно врос в стену, и поэтому Дэнис не сразу заметил изменения в его состоянии — в отличие от меня.
Я слишком часто поглядывала на Роберта последние пару приёмов, из-за чего потеряла контроль. Пропустив несколько ударов, я позволила Дэнису подловить меня, и он резко уложил меня на маты.
От этого зрелища Роберт замер. Я поняла, что нужно прекращать.
Поднимаясь с матов и вытирая пот со лба, я сказала:
— Хватит на сегодня.
Дэнис, который в голове уже прокручивал очередной вариант приема, не был готов услышать это. Обычно наши тренировки занимали пару часов
— Мы только начали… — растерянно попытался возразить он.
Тогда я перевела взгляд на Роберта, чьи глаза стремительно наливались всё более ярким красным.
— Она права. Парню нужен свежий воздух, — раздался глубокий мужской голос из дальнего угла.
Мы с Дэнисом одновременно обернулись.
Я на секунду застыла от неожиданности, а в Дэнисе что-то мгновенно изменилось — его энергия резко поднялась, оборотень в нём проснулся и приготовился к защите.
Когда мужчина вышел из тени, я не могла поверить своим глазам — высокий статный шатен с серо-зелёными глазами, родными чертами лица, которые я бы никогда не забыла.
Мой старший брат — Генрих.
Он посмотрел на меня и перевёл взгляд на Роберта — и его сила мгновенно уплотнилась, тяжёлой волной заполняя подвал.
Как древнейшие, мы можем влиять на окружающих с помощью энергии, в основном используя нашу первичную силу, но в крайнем случае можно задействовать и второстепенную.
Столь резкие изменения за считанные секунды повергли меня в шок.
Я не понимала, это реальность или мои мысли о семье настолько захлестнули меня, что превратились в живой образ.
Из ступора меня вывел женский голос:
— Я покажу, где выход, — лениво сказала жгучая блондинка с зелёными глазами, стоявшая на лестнице с кружкой недопитого кофе Дэниса.
Одетая в чёрные обтягивающие джинсы и сексуальный корсет, который так и притягивал мужские взгляды.
Она сделала глоток, смерила нас взглядом и добавила с усмешкой:
— Отличная тактика, Дэнис. Сильная.
Тон последних слов ясно дал понять — речь шла вовсе не о тренировке.
— Это мой кофе, Катарина, — с рычанием сказал Дэнис.
— Я знаю, — хитро улыбнулась она и плавно, как кошка, стала приближаться к Роберту.
Смесь женской ревности и зависти неприятно промелькнула у меня в голове.
Я не думала, что испытаю ревность — мы с Робертом ещё так мало знакомы.
Но всё же доминировала зависть к её сексуальности, потому что я не могу позволить себе столь откровенный наряд.
— Пойдём, тебе нужен воздух. Иначе тебе действительно станет плохо, — мягко сказала она и положила руку на плечо Роберта, будто пытаясь переманить его внимание.
Но он лишь стряхнул её руку, как назойливую муху, и не сдвинулся с места.
Генрих, не разрывая хищного зрительного контакта с Робертом, неспешно подходил ко мне.
Нас разделяло несколько метров — безопасная дистанция с точки зрения ПАРЫ, и Генрих отлично знал древнюю психологию.
Я словно не замечала расстояние.
Для меня он стоял прямо передо мной — тот самый человек, с которым я провела всю свою жизнь, с которым делила трудности, радости, и который терпел мои капризы.
Я не видела брата шестьсот лет.
Пытаясь осознать происходящее и боясь, что он исчезнет, я, используя свою скорость, подошла ближе.
Он улыбнулся — так же, как когда-то: мягко, по-братски.
Я протянула руку, желая коснуться его лица, убедиться, что это не мираж…
Роберт в долю секунды оказался между нами, с вспыхнувшей ревностью в глазах, пытаясь остановить меня, но не успел.
