А так, никто бы ничего не заметил. Слишком тонкие нити, невесомые, неощутимые, кажется, их даже легчайший ветерок сносил. Зато настроить свое восприятие на магию, которая буквально пропитала Виресея, получилось довольно быстро. И растянуть паутину вышло шагов на двадцать. Так что заготовки щитов успеют напитаться силой и развернуться в шагах пяти от Лиирана. Что уже неплохо и дает шанс поставить еще две пары этих щитов. А может и три.
— У тебя очень хороший контроль, — сказал собиратель, когда Лииран стабилизировал свою сеть. — Выплетать что-то похожее, такое стабильное… Это тонкая работа, именно на сосредоточение и контроль. Огневикам вообще не дано. Огневики пользуются амулетами.
И задумчиво улыбнулся.
Лииран на него посмотрел и пожал плечами. Ему вон тоже многого не дано. Например, разговаривать с водой, которая есть даже в воздухе. Или дышать под этой водой. И возвращать людей практически с того света не дано. И… Ну, множество вещей есть. Надо пользоваться тем, что дано, улучшать, изменять и находить нестандартное применение. А потом всех удивлять.
— И знаешь, я наконец понял чего мне не хватало. Мне не хватало чужих умений и славы. Слава вещь такая, яркая и очень привлекательная. И чужие умения мне всегда казались более ценными, чем мои собственные. Хотя у меня была сила. Меня в ученики взяли из-за силы. И у нас было множество стандартных плетений, для которых и огонь годился. И учитель обещал научить добывать при помощи огня воду, если наберусь терпения. А терпеть я не хотел.
— Огневики все такие, — проворчал Лииран. — И взрослеют позже остальных. Слишком нестабильная стихия.
— Это мне учитель тоже говорил, а меня это злило. И я хотел доказать ему его неправоту. И даже сейчас этого хочу, хотя мой учитель давно умер. Вот чего мне не хотелось — это вечной жизни. А ее я как раз получил, не получив всего остального, что мне пообещали. Зато получил быстро.
— И надолго, — добавил Лииран.
— Но не то, что хотел. — Виресей улынулся, прищурившись на солнце. — И знаешь, славы мне до сих пор хочется. Больше, чем жизни. А чужими умениями я сыт по горло. Ничего хорошего в них нет. Все рано, что набрать полные горсти горячего песка, а потом наблюдать, как он постепенно высыпается, оставляя по себе знания, воспоминания, но не оставляя желания этим наследством пользоваться. А потом это надоедает так, что начинаешь искать юных гениев с огнем, таким же как у меня. И песок в ладонях уже не горячий, просто колючий и некоторые песчинки даже удается удержать, врастить в себя. И только после этого наконец понимаешь, что те люди понятия не имели, что делают. У них была только теория, которую они на нас проверяли. А тогда я себя считал избранным.
— Это печально, — сказал Лииран. — А насчет славы… мы сейчас не ее идем ловить?
— Как получится. Может там будет и слава. Хотя скорее всего только впечатления и разнообразные ощущения. И я буду за тобой наблюдать.
— Да сколько угодно, — разрешил Лииран. — Главное вовремя удрать. Мы ведь только посмотреть идем?
— Как получится, — не стал обманывать Виресей и опять улыбнулся. — Но вернуться и рассказать надо. Иначе этот поход теряет смысл.
— Что уже радует.
К неимоверному удивлению Тоена позванная подмога появилась спустя всего полтора часа. Причем, незнакомый рыжий здоровяк, на шее которого сразу же повисла Вельда, еще и извинился, что так долго собирались.
Звали здоровяка Бижер Корена. И он был дядей Вельды. По словам девушки — самым любимым, но Тоен справедливо подозревал, что только на данный момент.
История, которую этот здоровяк рассказал, когда родственница перестала его обнимать, а явившегося представителя самозваного совета удалось выставить за дверь, была престранной. Один из демонологов Волчей Челюсти, причем, самый старый и временами впадавший в маразм, окончательно спятил. Ну, все так подумали, когда он с самого утра взял и промчался по улице в исподнем и с воплями. Потом разобрались и оказалось, что дедушка просто спешил, не оделся нормально из-за рассеянности, а кричал потому что боялся упустить и забыть то, что неожиданно для себя то ли увидел, то ли ощутил.
А ощутил он ни много, ни мало, а пузырь в пространстве, сквозь который вот-вот прорвутся сильные твари с изнанки. И ладно бы они прорывались на каком-то пустынном острове, где бы и загнулись от голодухи. Так нет же, их понесло именно на тот остров, на котором начали строить город. Там какие-то непонятные возмущения этому поспособствовали.
Дед бил убийственно серьезен и уверен в своих словах. Срочно вызванный лекарь сказал, что как раз сейчас он в здравом уме и при памяти. Так что зря все понадеялись, что дедушке просто показалось. И срочно понадобилось что-то делать. В первую очередь предупредить Большой Камень.
В Большой Камень тут же отправили своеобразное посольство. Через портальные арки, потому что надо было спешить и не время экономить. Даринэ Атана новости обрадовалась так, что пробила дыру в стене своего кабинета и случайно зашибла выпавшими оттуда камнями какого-то противного лично ей советника из старшей семьи. Произошедшее явно улучшило ей настроение и помогло сосредоточиться. А потом еще и зов Тоена дошел. Из-за чего сосредоточенность только возросла, а настроение опять обрело стенобитные оттенки, и кабинет Атаны стали обходить на цыпочках.
Итогом сосредоточенности на проблеме стала быстро сформированная команда и сбежавший из города хранящий, которому было очень надо и некогда было что-то доказывать и объяснять. Он так и сказал стражу ворот, когда садился на огромную птицу. Ага, вместе с тем самым приятелем садился, который гроза собирателей. В общем, наверняка скоро прибудут, у той птички свои пути. А простым смертным, не знакомым с подобными птицами, пришлось опять пользоваться портальными арками.
И вот они здесь. И даже с запрошенными камнями.
И что делать дальше?
Тоену, если честно, хотелось сказать, что нужно подождать Хията, который наверняка что-то знает. Но ждать было некогда.
А Хият в любом случае догонит.
— И бросаться в бой не разведав обстановку мы не будем, — добавил Тоен. — Демоны — твари сложные.
— Да, я знаю, — не стал спорить Бижер.
А Вельда широко улыбнулась и сладким голосочком сообщила:
— Он действительно знает. Демонолог же, третий по таланту.
И Тоен только и смог, что кивнуть. Если честно, он понятия не имел, что в этой ситуации надо делать и чем поможет один-единственный, пускай и талантливый демонолог.
И очень хотелось дождаться Хията. Не зря же он решил на Деспо полетать. Хият вообще ничего не делает просто так.
А ждать было некогда, что подтвердил Бижер.
— С твоим контролем должно получиться, — заявил собиратель, когда вместе с Лиираном обходил одинокую, похожую на кривоватую колону, белую скалу, загадочно торчащую справа от довольно высокой, как для этого острова, горы.
Лииран окинул его усталым взглядом. Мысли в голове Виресея носились с бешеной скоростью и сразу во всех направлениях. Так что додуматься он мог до чего угодно и когда угодно.
— Маскировка, — сказал с гордостью собиратель. — Я придумал для тебя маскировку. Не взял готовую… точнее взял готовое, но понял, как сделать с него другое. Представляешь?
Лииран не представлял, но выразил это только покачиванием головой.
— Ах, да, ты же не понимаешь. Хм… знаешь, почему собиратели не захватили материк и острова? При всей своей силе даже не пытались. Даже отдельный остров не пытались.
— Почему? — спросил Лииран. Действительно же интересно. Собиратели — это ходячая сила, которая почему-то применяется исключительно для захвата каких-то там жалких гениев.
— Потому что не можем, — сказал Виресей и странновато улыбнулся. — Мы не можем делать ничего сверх вложенного в нас. Мы делаем только то, что продлит наше бессмертие. Другое нам даже в головы не приходит. Мне не приходило. И со всем остальным точно так же. Мы не можем придумать новое. Мы можем что-то у кого-то тем или иным образом отобрать. А создать сами — не можем. Опять же потому, что это не приходит в головы, а если каким-то чудом и придет, мысли эти надолго не задерживаются. Это отступление от пути.
— О, — оценил откровение Лииран.
— А я придумал, — довольно сказал Виресей. — Почти что сам.
— Отлично. И что бы придумал?
— Наложение образа. Полная иллюзия, вплоть до ощущений. Динамичная. Твои паутинки, ты же можешь с их помощью ощущать пространство. Вот и спрячь себя в этом пространстве.
Лииран хмыкнул и задумался. Потом с сожалением вздохнул.
— Нет, у меня не получится, — признал. — Для меня это будет изощренный способ самоубийства. Если бы я стоял, или кто-то меня нес на носилках, можно было бы попробовать. Хотя и тут не факт, что получится, тем более, с первой попытки. А сейчас я еще и иду. И носильщиков, защитников вокруг не наблюдается.
— Жаль, — искренне опечалился Виресей.
— Но идея интересная, — подбодрил его Лииран.
Собиратель странным образом чем дальше, тем больше напоминал ему кого-то из учеников. И Лиирану временами приходилось себе напоминать, что это не ученик. И что демонстрировать одобрение не обязательно, а снисходительность еще и смертельно опасно.
— Ладно, потом попробуешь. А мы попробуем просто подкрасться. Тихо и ползком. Так менее надежно, но тоже неплохо. И, если подумать, шансов быть не замеченными у нас гораздо больше, чем наоборот. Тем, кто нашел наши артефакты, вряд ли есть до чего-то другого дело. Они наверняка думают, как приспособить найденное в деле вызова демонов. А может уже придумали. Или просто скармливают дыре на изнанку сильные вещи. Тут как повезет. А то, что это очень оригинальный способ самоубийства, они вряд ли понимают.
Лииран кивнул, признавая правоту спутника. А потом глубоко вдохнул и стал потихоньку сплетать в ладони заготовку для зова. И нет, его зов был бы слабеньким и быстро бы рассеялся. Но до стройки он точно продержится. А Тоен очень яркий тип и его даже такой кривой зов найдет.
Так что зов лишним не будет.
Потому что этот поход к пещере с артефактами тоже может оказаться самоубийственным. А вовремя отпущенный зов, с напутственными словами и описанием происходящего, может оказаться единственным, что сделает поход хотя бы не бессмысленным.
Впрочем, сдаваться Лииран в любом случае не собирался.
И умирать не собирался. Пускай лучше Вельда убьет.
Так что будет красться, ползти, прятаться, держать щиты и паутинку, а если понадобится, то и бежать, не принимая бой. Просто потому, что не самоубийца.
А думать о ситуациях, когда приходится принимать бой вопреки своему желанию, Лииран не хотел. Если понадобится, никуда не денешься. Но думать об этом заранее точно незачем. Лучше думать о том, как бы выжить, а не о прекрасной героической смерти. Тем более Вельда не постесняется и труп попинать. Потом, правда, пожалеет, но сначала пнет.
Об оригинальных решениях и сложном выборе.
Гора выглядела так, словно кто-то взял и отрубил от нее кусок, а потом отрубленное затащил на вершину и съехал на нем вниз. Деревья на этой горе почему-то росли плохо, зато у подножья было вытянутое полумесяцем озеро. А вот пещеры видно не было.
— Может она с другой стороны? — спросил Лииран у спутника.
— Нет, возле левого рога, — уверенно сказал Виресей. — Там просто защита, маскировка и какая-то вьющаяся пакость разрослась.
— Ага. И что будем делать?
— Пошли, посмотрим. У входа никого живого нет.
И Лииран пошел. Следом за мягко ступавшим собирателем.
Озеро оказалось словно вырезанным в камне. Двумя выгнутыми линиями. Лииран бросил в воду камешек и понаблюдал как он опускается в прозрачной воде все ниже и ниже, хотя дно казалось близким. Виресей это время потратил на рассматривание вроде бы ничем не примечательного камня.
— Что-то важное? — спросил Лииран, подойдя к собирателю.
— Сила в коконе, — ответил он. — Словно веретено в яйце. Интересно.
— Опасное?
— Красивое, — расплылся в улыбке собиратель. — Думаю, те, для кого его здесь оставили, могли бы его увидеть даже с материка. Но не увидели. Наверное не выжили.
— Ага, — только и смог сказать Лииран, а потом сделал шаг к расползшимся по скале плетям, за которыми должен был быть вход в пещеру.
Виресей тут же потерял интерес к камню, бросился к Лиирану и, схватив его за шиворот, и остановил.
— Это плохо, — указал он на камень. — Если кто-то тратит силы на такое… понимаешь, это и есть артефакт. Настоящий древний артефакт. А его спрятали в камень и оставили у пещеры на пустынном островке. В качестве маяка, если я не ошибаюсь.
— Значит там тоже могут быть настоящие артефакты, — понял Лииран.
— Или что-то похуже.
— Прелестно. И что это меняет?
— Не знаю. Смотря что там уже нашли.
— Значит ничего не меняет, — понял Лииран.
Плети оказались колючими и крепко цепляющимися за камень, друг друга и желающих их потрогать. И к тому моменту, как Лииран с Виресеем нашли скрытый за ними проход, проклинали они это растение дружно и очень страстно.
— Хочешь, я тебя огорчу? — спросил Виресей, когда удалось разъединить плети и прорваться в пещеру.
— Попробуй, — рассеяно сказал Лииран, удивленно глядя на свод пещеры.
Этот свод светился. Свет был где ярче, где темнее и это чередование рисовало странные узоры, вроде бы даже двигающиеся и меняющиеся. И казалось, что на своде что-то написано, на каком-то древнем и давно забытом языке. Волшебном языке. Волшебном настолько, что зачаровывал один его вид.
— Мы сидим на артефакте, — сказал Виресей, осторожно проведя ладонью по стене.
След ладони мягко засветился, подражая потолку, но почти сразу же потух.
— На артефакте? — удивился Лииран.
— Пещера чудес. Императорская пещера чудес. Тайная. Охраняемая старейшинами. Да, было восемь старейшин. Один знал дорогу. Другой знал, что надо искать. Третий знал где искать малое на большом. Четвертый… Проклятье, не помню. Оно и в мое время казалось старой сказкой, про времена, когда все было хорошо, когда магов уважали и любили. В мое время император уже боялся за свою власть, никаких старейшин не было, последние предпочли умереть, лишь бы не отдать это чудо деду того императора, маги очень многое уже потеряли и фактически могли только служить. Или умереть. Наверное поэтому было так много тех героев в красных плащах. И еще больше желающих поставить неодаренных на место. Да, пещера чудес. У учителя была книга с иллюстрациями, умеющими превращаться в иллюзии на всю комнату. Так что это точно потерянная пещера чудес. Никогда не думал, что здесь окажусь.
— Подожди, эта пещера — артефакт?
— Этот остров артефакт. Весь остров. Это просто вход в подземелья. А за ним целый лабиринт, где можно найти что угодно. Понимаешь, это и есть артефакт. Весь этот остров когда-то превратили в артефакт для испытания сильных магов на то, достойны ли они своей силы. Из этой пещеры многие не возвращались, но все равно никто не отказывался сюда отправиться, если ему предлагали. Создавалось это место веками, постепенно усложняясь. Но у него есть сердце. Выбирающее достойных сердце, кажется именно так.
— И что это сердце дает достойным? — спросил Лииран. Обязательно должно что-то давать, иначе почему все сюда стремились?
— У тебя очень хороший контроль, — сказал собиратель, когда Лииран стабилизировал свою сеть. — Выплетать что-то похожее, такое стабильное… Это тонкая работа, именно на сосредоточение и контроль. Огневикам вообще не дано. Огневики пользуются амулетами.
И задумчиво улыбнулся.
Лииран на него посмотрел и пожал плечами. Ему вон тоже многого не дано. Например, разговаривать с водой, которая есть даже в воздухе. Или дышать под этой водой. И возвращать людей практически с того света не дано. И… Ну, множество вещей есть. Надо пользоваться тем, что дано, улучшать, изменять и находить нестандартное применение. А потом всех удивлять.
— И знаешь, я наконец понял чего мне не хватало. Мне не хватало чужих умений и славы. Слава вещь такая, яркая и очень привлекательная. И чужие умения мне всегда казались более ценными, чем мои собственные. Хотя у меня была сила. Меня в ученики взяли из-за силы. И у нас было множество стандартных плетений, для которых и огонь годился. И учитель обещал научить добывать при помощи огня воду, если наберусь терпения. А терпеть я не хотел.
— Огневики все такие, — проворчал Лииран. — И взрослеют позже остальных. Слишком нестабильная стихия.
— Это мне учитель тоже говорил, а меня это злило. И я хотел доказать ему его неправоту. И даже сейчас этого хочу, хотя мой учитель давно умер. Вот чего мне не хотелось — это вечной жизни. А ее я как раз получил, не получив всего остального, что мне пообещали. Зато получил быстро.
— И надолго, — добавил Лииран.
— Но не то, что хотел. — Виресей улынулся, прищурившись на солнце. — И знаешь, славы мне до сих пор хочется. Больше, чем жизни. А чужими умениями я сыт по горло. Ничего хорошего в них нет. Все рано, что набрать полные горсти горячего песка, а потом наблюдать, как он постепенно высыпается, оставляя по себе знания, воспоминания, но не оставляя желания этим наследством пользоваться. А потом это надоедает так, что начинаешь искать юных гениев с огнем, таким же как у меня. И песок в ладонях уже не горячий, просто колючий и некоторые песчинки даже удается удержать, врастить в себя. И только после этого наконец понимаешь, что те люди понятия не имели, что делают. У них была только теория, которую они на нас проверяли. А тогда я себя считал избранным.
— Это печально, — сказал Лииран. — А насчет славы… мы сейчас не ее идем ловить?
— Как получится. Может там будет и слава. Хотя скорее всего только впечатления и разнообразные ощущения. И я буду за тобой наблюдать.
— Да сколько угодно, — разрешил Лииран. — Главное вовремя удрать. Мы ведь только посмотреть идем?
— Как получится, — не стал обманывать Виресей и опять улыбнулся. — Но вернуться и рассказать надо. Иначе этот поход теряет смысл.
— Что уже радует.
Прода от 16.01.2019, 18:23
К неимоверному удивлению Тоена позванная подмога появилась спустя всего полтора часа. Причем, незнакомый рыжий здоровяк, на шее которого сразу же повисла Вельда, еще и извинился, что так долго собирались.
Звали здоровяка Бижер Корена. И он был дядей Вельды. По словам девушки — самым любимым, но Тоен справедливо подозревал, что только на данный момент.
История, которую этот здоровяк рассказал, когда родственница перестала его обнимать, а явившегося представителя самозваного совета удалось выставить за дверь, была престранной. Один из демонологов Волчей Челюсти, причем, самый старый и временами впадавший в маразм, окончательно спятил. Ну, все так подумали, когда он с самого утра взял и промчался по улице в исподнем и с воплями. Потом разобрались и оказалось, что дедушка просто спешил, не оделся нормально из-за рассеянности, а кричал потому что боялся упустить и забыть то, что неожиданно для себя то ли увидел, то ли ощутил.
А ощутил он ни много, ни мало, а пузырь в пространстве, сквозь который вот-вот прорвутся сильные твари с изнанки. И ладно бы они прорывались на каком-то пустынном острове, где бы и загнулись от голодухи. Так нет же, их понесло именно на тот остров, на котором начали строить город. Там какие-то непонятные возмущения этому поспособствовали.
Дед бил убийственно серьезен и уверен в своих словах. Срочно вызванный лекарь сказал, что как раз сейчас он в здравом уме и при памяти. Так что зря все понадеялись, что дедушке просто показалось. И срочно понадобилось что-то делать. В первую очередь предупредить Большой Камень.
В Большой Камень тут же отправили своеобразное посольство. Через портальные арки, потому что надо было спешить и не время экономить. Даринэ Атана новости обрадовалась так, что пробила дыру в стене своего кабинета и случайно зашибла выпавшими оттуда камнями какого-то противного лично ей советника из старшей семьи. Произошедшее явно улучшило ей настроение и помогло сосредоточиться. А потом еще и зов Тоена дошел. Из-за чего сосредоточенность только возросла, а настроение опять обрело стенобитные оттенки, и кабинет Атаны стали обходить на цыпочках.
Итогом сосредоточенности на проблеме стала быстро сформированная команда и сбежавший из города хранящий, которому было очень надо и некогда было что-то доказывать и объяснять. Он так и сказал стражу ворот, когда садился на огромную птицу. Ага, вместе с тем самым приятелем садился, который гроза собирателей. В общем, наверняка скоро прибудут, у той птички свои пути. А простым смертным, не знакомым с подобными птицами, пришлось опять пользоваться портальными арками.
И вот они здесь. И даже с запрошенными камнями.
И что делать дальше?
Тоену, если честно, хотелось сказать, что нужно подождать Хията, который наверняка что-то знает. Но ждать было некогда.
А Хият в любом случае догонит.
— И бросаться в бой не разведав обстановку мы не будем, — добавил Тоен. — Демоны — твари сложные.
— Да, я знаю, — не стал спорить Бижер.
А Вельда широко улыбнулась и сладким голосочком сообщила:
— Он действительно знает. Демонолог же, третий по таланту.
И Тоен только и смог, что кивнуть. Если честно, он понятия не имел, что в этой ситуации надо делать и чем поможет один-единственный, пускай и талантливый демонолог.
И очень хотелось дождаться Хията. Не зря же он решил на Деспо полетать. Хият вообще ничего не делает просто так.
А ждать было некогда, что подтвердил Бижер.
— С твоим контролем должно получиться, — заявил собиратель, когда вместе с Лиираном обходил одинокую, похожую на кривоватую колону, белую скалу, загадочно торчащую справа от довольно высокой, как для этого острова, горы.
Лииран окинул его усталым взглядом. Мысли в голове Виресея носились с бешеной скоростью и сразу во всех направлениях. Так что додуматься он мог до чего угодно и когда угодно.
— Маскировка, — сказал с гордостью собиратель. — Я придумал для тебя маскировку. Не взял готовую… точнее взял готовое, но понял, как сделать с него другое. Представляешь?
Лииран не представлял, но выразил это только покачиванием головой.
— Ах, да, ты же не понимаешь. Хм… знаешь, почему собиратели не захватили материк и острова? При всей своей силе даже не пытались. Даже отдельный остров не пытались.
— Почему? — спросил Лииран. Действительно же интересно. Собиратели — это ходячая сила, которая почему-то применяется исключительно для захвата каких-то там жалких гениев.
— Потому что не можем, — сказал Виресей и странновато улыбнулся. — Мы не можем делать ничего сверх вложенного в нас. Мы делаем только то, что продлит наше бессмертие. Другое нам даже в головы не приходит. Мне не приходило. И со всем остальным точно так же. Мы не можем придумать новое. Мы можем что-то у кого-то тем или иным образом отобрать. А создать сами — не можем. Опять же потому, что это не приходит в головы, а если каким-то чудом и придет, мысли эти надолго не задерживаются. Это отступление от пути.
— О, — оценил откровение Лииран.
— А я придумал, — довольно сказал Виресей. — Почти что сам.
— Отлично. И что бы придумал?
— Наложение образа. Полная иллюзия, вплоть до ощущений. Динамичная. Твои паутинки, ты же можешь с их помощью ощущать пространство. Вот и спрячь себя в этом пространстве.
Лииран хмыкнул и задумался. Потом с сожалением вздохнул.
— Нет, у меня не получится, — признал. — Для меня это будет изощренный способ самоубийства. Если бы я стоял, или кто-то меня нес на носилках, можно было бы попробовать. Хотя и тут не факт, что получится, тем более, с первой попытки. А сейчас я еще и иду. И носильщиков, защитников вокруг не наблюдается.
— Жаль, — искренне опечалился Виресей.
— Но идея интересная, — подбодрил его Лииран.
Собиратель странным образом чем дальше, тем больше напоминал ему кого-то из учеников. И Лиирану временами приходилось себе напоминать, что это не ученик. И что демонстрировать одобрение не обязательно, а снисходительность еще и смертельно опасно.
— Ладно, потом попробуешь. А мы попробуем просто подкрасться. Тихо и ползком. Так менее надежно, но тоже неплохо. И, если подумать, шансов быть не замеченными у нас гораздо больше, чем наоборот. Тем, кто нашел наши артефакты, вряд ли есть до чего-то другого дело. Они наверняка думают, как приспособить найденное в деле вызова демонов. А может уже придумали. Или просто скармливают дыре на изнанку сильные вещи. Тут как повезет. А то, что это очень оригинальный способ самоубийства, они вряд ли понимают.
Лииран кивнул, признавая правоту спутника. А потом глубоко вдохнул и стал потихоньку сплетать в ладони заготовку для зова. И нет, его зов был бы слабеньким и быстро бы рассеялся. Но до стройки он точно продержится. А Тоен очень яркий тип и его даже такой кривой зов найдет.
Так что зов лишним не будет.
Потому что этот поход к пещере с артефактами тоже может оказаться самоубийственным. А вовремя отпущенный зов, с напутственными словами и описанием происходящего, может оказаться единственным, что сделает поход хотя бы не бессмысленным.
Впрочем, сдаваться Лииран в любом случае не собирался.
И умирать не собирался. Пускай лучше Вельда убьет.
Так что будет красться, ползти, прятаться, держать щиты и паутинку, а если понадобится, то и бежать, не принимая бой. Просто потому, что не самоубийца.
А думать о ситуациях, когда приходится принимать бой вопреки своему желанию, Лииран не хотел. Если понадобится, никуда не денешься. Но думать об этом заранее точно незачем. Лучше думать о том, как бы выжить, а не о прекрасной героической смерти. Тем более Вельда не постесняется и труп попинать. Потом, правда, пожалеет, но сначала пнет.
Прода от 18.01.2019, 20:11
Глава 25
Об оригинальных решениях и сложном выборе.
Гора выглядела так, словно кто-то взял и отрубил от нее кусок, а потом отрубленное затащил на вершину и съехал на нем вниз. Деревья на этой горе почему-то росли плохо, зато у подножья было вытянутое полумесяцем озеро. А вот пещеры видно не было.
— Может она с другой стороны? — спросил Лииран у спутника.
— Нет, возле левого рога, — уверенно сказал Виресей. — Там просто защита, маскировка и какая-то вьющаяся пакость разрослась.
— Ага. И что будем делать?
— Пошли, посмотрим. У входа никого живого нет.
И Лииран пошел. Следом за мягко ступавшим собирателем.
Озеро оказалось словно вырезанным в камне. Двумя выгнутыми линиями. Лииран бросил в воду камешек и понаблюдал как он опускается в прозрачной воде все ниже и ниже, хотя дно казалось близким. Виресей это время потратил на рассматривание вроде бы ничем не примечательного камня.
— Что-то важное? — спросил Лииран, подойдя к собирателю.
— Сила в коконе, — ответил он. — Словно веретено в яйце. Интересно.
— Опасное?
— Красивое, — расплылся в улыбке собиратель. — Думаю, те, для кого его здесь оставили, могли бы его увидеть даже с материка. Но не увидели. Наверное не выжили.
— Ага, — только и смог сказать Лииран, а потом сделал шаг к расползшимся по скале плетям, за которыми должен был быть вход в пещеру.
Виресей тут же потерял интерес к камню, бросился к Лиирану и, схватив его за шиворот, и остановил.
— Это плохо, — указал он на камень. — Если кто-то тратит силы на такое… понимаешь, это и есть артефакт. Настоящий древний артефакт. А его спрятали в камень и оставили у пещеры на пустынном островке. В качестве маяка, если я не ошибаюсь.
— Значит там тоже могут быть настоящие артефакты, — понял Лииран.
— Или что-то похуже.
— Прелестно. И что это меняет?
— Не знаю. Смотря что там уже нашли.
— Значит ничего не меняет, — понял Лииран.
Плети оказались колючими и крепко цепляющимися за камень, друг друга и желающих их потрогать. И к тому моменту, как Лииран с Виресеем нашли скрытый за ними проход, проклинали они это растение дружно и очень страстно.
— Хочешь, я тебя огорчу? — спросил Виресей, когда удалось разъединить плети и прорваться в пещеру.
— Попробуй, — рассеяно сказал Лииран, удивленно глядя на свод пещеры.
Этот свод светился. Свет был где ярче, где темнее и это чередование рисовало странные узоры, вроде бы даже двигающиеся и меняющиеся. И казалось, что на своде что-то написано, на каком-то древнем и давно забытом языке. Волшебном языке. Волшебном настолько, что зачаровывал один его вид.
— Мы сидим на артефакте, — сказал Виресей, осторожно проведя ладонью по стене.
След ладони мягко засветился, подражая потолку, но почти сразу же потух.
— На артефакте? — удивился Лииран.
— Пещера чудес. Императорская пещера чудес. Тайная. Охраняемая старейшинами. Да, было восемь старейшин. Один знал дорогу. Другой знал, что надо искать. Третий знал где искать малое на большом. Четвертый… Проклятье, не помню. Оно и в мое время казалось старой сказкой, про времена, когда все было хорошо, когда магов уважали и любили. В мое время император уже боялся за свою власть, никаких старейшин не было, последние предпочли умереть, лишь бы не отдать это чудо деду того императора, маги очень многое уже потеряли и фактически могли только служить. Или умереть. Наверное поэтому было так много тех героев в красных плащах. И еще больше желающих поставить неодаренных на место. Да, пещера чудес. У учителя была книга с иллюстрациями, умеющими превращаться в иллюзии на всю комнату. Так что это точно потерянная пещера чудес. Никогда не думал, что здесь окажусь.
— Подожди, эта пещера — артефакт?
— Этот остров артефакт. Весь остров. Это просто вход в подземелья. А за ним целый лабиринт, где можно найти что угодно. Понимаешь, это и есть артефакт. Весь этот остров когда-то превратили в артефакт для испытания сильных магов на то, достойны ли они своей силы. Из этой пещеры многие не возвращались, но все равно никто не отказывался сюда отправиться, если ему предлагали. Создавалось это место веками, постепенно усложняясь. Но у него есть сердце. Выбирающее достойных сердце, кажется именно так.
— И что это сердце дает достойным? — спросил Лииран. Обязательно должно что-то давать, иначе почему все сюда стремились?
