-- А что было потом?
Он посмотрел куда-то сквозь меня:
-- Потом? Как видишь, через столько лет Сэм разыскал «товарища по несчастью», наверное, решив отомстить тому, кто его бросил... Чтобы рано или поздно убить.
Потёр вновь запульсировавшие виски:
-- Не думаю... Если бы он действительно хотел с Вами расправиться -- давно это сделал. Что ему на самом деле нужно?
Лурк усмехнулся уголками губ:
-- Невозможно понять сумасшедшего, Родж, Попс со мной играет. Ну довольно разговоров -- иди, работай, у твоего шефа тоже есть дела, -- он попытался встать, но я его остановил:
-- Ответьте на последний вопрос -- откуда Вы знаете латынь?
Это был непривычно грустный смех:
-- Не знаю и никогда не знал. Сэм часто повторял незнакомые поговорки на чужом языке и переводил их мне; даже показывал, как они пишутся, объясняя, что это забытый язык древних. Странному парню нравились такие вещи, иногда он говорил на других наречиях и улыбался, а его глаза светились. В такие минуты Попс казался совершенно нормальным. Но я запомнил только несколько фраз на этой, как ты говоришь, латыни. Думаешь, он, как и ты -- чужак?
Я кивнул:
-- Наверняка... Так вот почему убийца пощадил мальчишку-полиглота -- у них была одна страсть к изучению языков.
Лурк уже повернулся к выходу, внезапно сказав:
-- Или они раньше уже встречались в том, другом мире. Я всё никак не могу понять -- почему Вы с Сэмом так похожи и почему он до сих пор тебя не прикончил? Признайся, Вы были знакомы раньше?
Испуганно посмотрел в его широко распахнутые глаза:
-- Не знаю, клянусь -- ничего не помню. Но, если честно, не исключаю такой возможности, и это очень пугает.
Он внезапно совсем по-приятельски хлопнул меня по плечу:
-- Держись, Дасти... -- впервые за всё время назвав «чужака» по имени.
Трудно сказать почему -- в последнее время Дасти Родж часто поступал странно, поддаваясь порыву -- я протянул ему руку. Мгновение Лурк смотрел так, словно не понимал, что «этому сумасшедшему» от него нужно, но, вдруг искренне улыбнувшись без ставшей уже привычной иронии или насмешки, крепко пожал мою ладонь.
Ни слова не говоря, но всё так же улыбаясь, шеф быстро прошёл к двери, скрывшись за ней. Я какое-то время смотрел на свою руку, и, видимо, это напугало молодого подавальщика, убиравшего со стола пустые миски. Он неуверенно приблизился, пролепетав:
-- Господин, с Вами всё в порядке?
Я рассмеялся, дав ему хорошие чаевые и, не ответив, пошёл следом за вечно куда-то спешащим шефом.
В конторе ни Юджина, ни Остина не оказалось и, покрутившись на месте, решил не вызывать Кларенса, самостоятельно скопировав новые улики со стен. Что-то подсказывало пока сохранить в тайне местоположение секретного тоннеля Лурка. От усердно изображавших бурную деятельность сотрудников удалось узнать, что напарники долго меня искали, после чего, в страшном возбуждении и проклиная Лурка, покинули Третье отделение Тайного Сыска в неизвестном направлении.
Тут только незадачливый «временный заместитель» вспомнил, при каких обстоятельствах расстался с ними, оставшись в кабинете один на один со строптивым шефом. Пока я занимался «допросом», ребята ждали, а потом... Господи, что они подумали, когда на этот раз мы оба исчезли? Наверняка пытались открыть потайную дверь и, судя по всему -- безуспешно. Чёрт, чёрт...
Вот когда Дасти Родж в очередной раз пожалел, что в этом отсталом мирке ещё не додумались до телефонной, ну или, на худой конец, телеграфной связи. Пришлось мчаться к Остину домой, где встревоженная Эмма ответила, что Пит с выжившим Морисом уехали в лечебницу, а взбешённые моим «похищением» напарники умчались прямиком в дом коварного Лурка.
Я погонял коня, умоляя бедное животное поторопиться, пока друзья не совершили большую, не побоюсь этого слова -- роковую ошибку. Бурное воображение уже рисовало страшную картину, в которой разъярённый Остин с засученными рукавами разогревает в камине кочергу, готовясь пытать привязанного к стулу шефа, пока Юджин держит начальника на мушке своего самострела.
-- Или они оба сейчас сидят под арестом, избитые суровыми телохранителями Лурка, что тоже плохо... -- думал я, спешиваясь, и, удивляясь отсутствию стражников у дома, пулей взлетел на крыльцо особняка.
Незапертая дверь тоже, по идее, должна была насторожить, но, видимо, волнение за друзей полностью лишило Дасти Роджа способности здраво мыслить. Я распахнул дверь в кабинет и замер: Лурк, Остин и Юджин сидели на большом кожаном диване, с тревогой наблюдая за пособником Сэма Попса -- Ленни, с интересом перебиравшим «бомбочки» Пита в коробке, которую он держал одной рукой.
Моё появление было встречено всей компанией очень неоднозначно: Юджин в ужасе схватился за голову, Остин начал делать яростные знаки, смысл которых в той нервной обстановке я так и не понял. А Лурк тяжело вдохнул, картинно закатывая глаза и делая глоток из белоснежной фарфоровой чашки.
Ленни, почему-то очень обрадовавшийся прибытию нового персонажа и довольно хмыкнувший:
-- Ну наконец-то все в сборе... -- стал последней каплей, разрушивший терпение взвинченного младшего сыщика.
Не обращая внимания на гримасы напарников и взлетевшие брови Лурка, я подошёл к растерявшемуся мальчишке-полиглоту, рявкнув на него от всего сердца:
-- А ну верни «бомбочки», зараза, кому сказал -- а то хуже будет!
После чего замершим в ужасе «зрителям» оставалось только наблюдать, как изменившийся в лице Ленни протянул мне коробку с хрупкими, словно стекло, белыми «шарами». Его ноги сделали шаг вперёд, цепляясь за край пушистого ковра и опрокидывая тело подростка на пол, а вместе с ним и так неосторожно выпущенную из рук «опасную ношу»...
Всё происходило как в замедленной съёмке -- я бросился на пол, протягивая руки в безуспешной попытке перехватить падавшие «бомбочки» и явно переоценив свои силы. Где–то совсем рядом раздавались истошные крики напарников:
-- Беги, Дасти!
-- Прячься, сейчас рванёт!
А потом чьи-то сильные руки оттолкнули меня к двери, стало темно и трудно дышать. Я не сразу понял, что это кто-то из ребят закрыл друга своим телом. В голове всё спуталось, кроме глупой, заблудившейся в растерявшемся сознании мысли:
-- Вряд ли это Остин -- он бы сразу раздавил. Значит, бедный Юдж. Что будет теперь с его чудесными дредами, наверняка их оторвёт взрывом вместе с головой.
Это так напугало, что я стал брыкаться, пытаясь вылезти из-под спасителя, и в ответ тот стальной хваткой сжал мои руки, шепнув строгим голосом:
-- Ты мог бы так не трепыхаться, Дасти? И так заехал по носу. Надеюсь, хотя бы не сломал.
-- Лурк? Вы... ты...
-- Угадал, паршивец, больше не будешь вырываться?
В ответ я только охнул, ненадолго замолчав, правда, чтобы через минуту проныть:
-- Отпусти, шеф, кажется, «бомбочки» не сработали. Дай вылезу и посмотрю.
Лурк откатился в сторону, и, сев, я повернулся к лежащему в шаге от меня мальчишке. Тот не двигался, замерев в крайне неудобной позе; на его странно застывшем лице «живыми» оставались только большие карие глаза -- они были полны слёз и мольбы о помощи. Причина этого обнаружилась быстро -- рядом находился раздавленный белоснежный шар, из него на руку подростка вытекла лужица желтоватой жидкости, от которой поднимался едкий, неприятно пахнувший дымок.
Остальные взрывоопасные предметы на удивление отлично перенесли приземление, возможно, увязнув в длинной шерсти лохматого ковра. Или просто Пит в чём-то просчитался, сделав бракованную партию своих хвалёных «бомбочек» -- с этим ему самому ещё предстояло разобраться.
Оглянувшись по сторонам в поисках напарников и обнаружив их тесно прижавшимися друг к другу под столом начальника, обрадованно позвал:
-- Вылезайте, кажется, взрыва не будет -- на наше счастье. А то я уже, честно говоря, попрощался с жизнью.
Напарники переглянулись, дружно смеясь:
-- Да видели, как ты «прощался» -- вцепился в шефа, так что чуть нос ему не сломал. Молодец, Дасти... -- Остин попытался вылезти первым, но, похоже, застрял, и теперь пришла моя очередь над ними потешаться:
-- А сами то, чем вы там занимались, раз даже расставаться не хотите?
Кашель Лурка привёл нас в чувство, прекратив этот нервный смех. Мы все посмотрели на него, как ни в чём не бывало собиравшего уцелевшие «бомбочки» в коробку: его лицо было очень серьёзным, не предвещая ничего хорошего. Закончив с шарами, шеф так посмотрел на застрявших под его столом сотрудников, что те буквально вылетели наружу, словно только что получили от начальника хорошего пинка.
В голосе Лурка провинившимся послышалась не просто ирония, а обещание серьёзной выволочки:
-- Так, дорогие работнички... Раз уж нам сегодня не суждено погибнуть от творения рук Пита-трупореза, я жду объяснений, по какому поводу вы двое ворвались в мой дом, связав охрану? Итак, начинайте выкручиваться, время пошло.
Остин и Юджин стояли, печально понурив головы, видимо, лихорадочно придумывая объяснение своего экстраординарного поступка, так что у меня не оставалось другого выбора, кроме как прийти им на помощь. Сделав уверенное лицо, обратился к начальнику, понимая, что перевожу удар на себя:
-- Простите нас, шеф. Произошло недоразумение, не больше того. Напарники просто неправильно поняли сложившуюся ситуацию, бросившись на поиски пропавшего «руководителя расследования». Я возьму всю ответственность за случившееся на себя и приму наказание.
Лурк сцепил руки за спиной:
-- Похвально, Родж, что ты понимаешь, кому придётся расхлёбывать глупость этих людей. Надеюсь, впредь подобное не повторится. А тебя я накажу, не сомневайся -- с этого момента ты больше не заместитель и не руководитель расследования. Теперь это -- моё дело, ясно?
Кивнул:
-- Ясно, шеф, какие будут указания?
Он отвернулся к окну, наверное, чтобы не видеть, какие рожи мы трое корчили, мысленно понося «начальственного придурка»:
-- Сначала выпустите охранников из кладовой, после чего поезжайте домой и отдохните, всем сегодня здорово досталось. Кстати, заберите с собой и этого преступника, пусть Пит его осмотрит и скажет, как скоро парень очухается. Кстати, я так и не понял, зачем он сюда притащился, если не собирался перерезать нам горло. Ты, Родж, появился как раз в тот самый момент, когда этот Ленни отнял «бомбочки» у твоего ненаглядного напарника, собираясь о чём-то рассказать.
Лурк повернулся, привычно ухмыльнувшись:
-- Придёт в себя, я сам его допрошу. А теперь убирайтесь, всем отдыхать.
Остин и Юджин сразу оживились, направившись к выходу, но я подошёл к Лурку:
-- Спасибо, что защитили, шеф. Пойдёмте с нами, Вам тоже нужно расслабиться. Эмма наверняка уже приготовила ужин, она отличная хозяйка -- в этом я завидую Юджину. Давайте вместе выпьем «эликсира», посидим в спокойной обстановке.
Остановившийся у двери Остин тут же развернулся:
-- Да, шеф, присоединяйтесь к своей команде, мы все Вас приглашаем -- и повод, чтобы немного взбодриться, отличный, даже не один. Во-первых, мы все остались живы, во-вторых -- у нас в руках один из двух преступников.
Лурк засмеялся:
-- А, в-третьих, хватит болтать, Остин, я итак согласен -- ужасно проголодался. Прикажу приготовить коляску.
Это был один из самых спокойных и весёлых вечеров, проведённых Дасти Роджем в чужом мире: хорошие друзья, отличный ужин и потрясающие напитки. Только смех, звучавший этим вечером, показался мне немного грустным, но, возможно, я просто придирался. Лурку, похоже, тоже всё нравилось: он много шутил и смеялся над остротами других, ещё больше пил и ел, короче, вёл себя как человек, для которого «завтра» уже не наступит. И это пугало, но я гнал плохие предчувствия прочь.
Пит присоединился к нам, как только осмотрел Ленни. Его вердикт был прост -- здоровью парня ничего не угрожало, и к завтрашнему обеду его уже можно будет допросить. Что же касалось нареканий на «бомбочки», то «алхимика» это абсолютно не расстроило: выпив половину графина крепкой настойки, Дохляк, икая, не переставал возмущаться:
-- А чего, вы, ик, придурки, хотели? Нужно время, чтобы всё правильно заработало. Радуйтесь, что ещё легко отделались, ик, а то вместо ужина лежали бы рядом с этим вашим Ленни, пуская слюни.
Поздно вечером, когда огромная луна вышла из-за редких туч, хорошо «разогретый» Лурк вдруг засобирался домой. И сколько я ни старался уговорить его переночевать у Остина, тот наотрез отказался. Мы вышли на крыльцо, и меня вдруг поразила случившаяся с ним резкая перемена: теперь он казался абсолютно трезвым и очень серьёзным.
-- Не уговаривай, Дасти -- я не только уеду, но и Ленни с собой заберу. Сегодня он будет под надёжным присмотром. Неужели ты не понимаешь, что пока парень здесь, вы все в большой опасности. Сэм не тот человек, что позволит отбирать свои «игрушки». Этот мальчик ему зачем-то нужен, и он обязательно за ним придёт. Так пусть это случится там, где для него приготовлены ловушки. Ну а если не получится, похоронишь шефа, как указано в завещании.
Забыв о субординации, схватил его за плечи:
-- Перестань, зачем такие жертвы? Поедем вместе, подтянем дополнительный отряд стражи.
Он легонько бил кулаком в моё плечо:
-- Какой ты наивный, Дасти Родж. Это не поможет и не остановит Сэма. Я слишком хорошо его знаю. Хватит пустых разговоров, здесь холодно и ветрено, иди в дом, а завтра приезжай к обеду в контору, проведём допрос Ленни вместе. Идёт?
Заглянул ему в глаза, покорно кивнув:
-- Тебя ведь не переспорить, да? Такой же упёртый, как Дарси. И что же мне так везёт на твердолобых друзей... -- услышав эти слова, он смущённо улыбнулся, -- ладно, делай как знаешь, только пообещай не умирать.
Лурк, совсем как Дарси, прикусил губу:
-- Постараюсь...
Я смотрел, как он садился в коляску, а следом на носилках заносили Ленни. Его сопровождали четверо здоровых охранников верхом, но мне всё равно было страшно, в голове звучали слова Томми Лурка:
-- Этот мальчик ему зачем-то нужен, и он обязательно за ним придёт.
Когда я вернулся в дом, трое друзей ждали за пустым столом, с которого уставшая горничная убирала оставшиеся приборы. Помрачневший Пит спросил:
-- Думаешь, Сэм Попс сунется в столь хорошо охраняемого место?
-- Возможно, он же псих, -- ответил за меня Юджин и, обняв подошедшую Эмму, ушёл в свою комнату.
В спальне под толстым одеялом я никак не мог согреться -- колотил озноб, и, прислушиваясь к мерному посапыванию Пита, спросил ворочавшегося с бока на бок Остина:
-- Не спишь? Я тоже... как-то неспокойно на душе, и почему Лурк не разрешил поехать с ним?
Напарник сел в кровати, подоткнув одеяло:
-- А что ты мог сделать, Дасти? Только не обижайся -- боец из тебя слабый, опыта совсем нет. Ты бы только мешал ему. Он же неглуп и, к тому же, привык рассчитывать на себя -- гордый, шельмец. Знаешь, думаю, между ним и этим убийцей есть какая-то связь, но он же не расскажет. Лурк никому не доверяет.
Я промолчал, неожиданно озвучив мысль, которая уже давно крутилась в голове:
-- Иногда кажется, что в любом из миров у каждого человека есть свой двойник в другой вселенной...
Остин посмотрел как-то странно, вздохнув:
-- Всё может быть... Ты о Сэме Попсе? Думаешь, то что вы так поразительно похожи -- не случайность? Если это так, то паршивый у тебя двойник. Давай лучше спать, так быстрее наступит утро, и мы всё узнаем.
Он посмотрел куда-то сквозь меня:
-- Потом? Как видишь, через столько лет Сэм разыскал «товарища по несчастью», наверное, решив отомстить тому, кто его бросил... Чтобы рано или поздно убить.
Потёр вновь запульсировавшие виски:
-- Не думаю... Если бы он действительно хотел с Вами расправиться -- давно это сделал. Что ему на самом деле нужно?
Лурк усмехнулся уголками губ:
-- Невозможно понять сумасшедшего, Родж, Попс со мной играет. Ну довольно разговоров -- иди, работай, у твоего шефа тоже есть дела, -- он попытался встать, но я его остановил:
-- Ответьте на последний вопрос -- откуда Вы знаете латынь?
Это был непривычно грустный смех:
-- Не знаю и никогда не знал. Сэм часто повторял незнакомые поговорки на чужом языке и переводил их мне; даже показывал, как они пишутся, объясняя, что это забытый язык древних. Странному парню нравились такие вещи, иногда он говорил на других наречиях и улыбался, а его глаза светились. В такие минуты Попс казался совершенно нормальным. Но я запомнил только несколько фраз на этой, как ты говоришь, латыни. Думаешь, он, как и ты -- чужак?
Я кивнул:
-- Наверняка... Так вот почему убийца пощадил мальчишку-полиглота -- у них была одна страсть к изучению языков.
Лурк уже повернулся к выходу, внезапно сказав:
-- Или они раньше уже встречались в том, другом мире. Я всё никак не могу понять -- почему Вы с Сэмом так похожи и почему он до сих пор тебя не прикончил? Признайся, Вы были знакомы раньше?
Испуганно посмотрел в его широко распахнутые глаза:
-- Не знаю, клянусь -- ничего не помню. Но, если честно, не исключаю такой возможности, и это очень пугает.
Он внезапно совсем по-приятельски хлопнул меня по плечу:
-- Держись, Дасти... -- впервые за всё время назвав «чужака» по имени.
Трудно сказать почему -- в последнее время Дасти Родж часто поступал странно, поддаваясь порыву -- я протянул ему руку. Мгновение Лурк смотрел так, словно не понимал, что «этому сумасшедшему» от него нужно, но, вдруг искренне улыбнувшись без ставшей уже привычной иронии или насмешки, крепко пожал мою ладонь.
Ни слова не говоря, но всё так же улыбаясь, шеф быстро прошёл к двери, скрывшись за ней. Я какое-то время смотрел на свою руку, и, видимо, это напугало молодого подавальщика, убиравшего со стола пустые миски. Он неуверенно приблизился, пролепетав:
-- Господин, с Вами всё в порядке?
Я рассмеялся, дав ему хорошие чаевые и, не ответив, пошёл следом за вечно куда-то спешащим шефом.
В конторе ни Юджина, ни Остина не оказалось и, покрутившись на месте, решил не вызывать Кларенса, самостоятельно скопировав новые улики со стен. Что-то подсказывало пока сохранить в тайне местоположение секретного тоннеля Лурка. От усердно изображавших бурную деятельность сотрудников удалось узнать, что напарники долго меня искали, после чего, в страшном возбуждении и проклиная Лурка, покинули Третье отделение Тайного Сыска в неизвестном направлении.
Тут только незадачливый «временный заместитель» вспомнил, при каких обстоятельствах расстался с ними, оставшись в кабинете один на один со строптивым шефом. Пока я занимался «допросом», ребята ждали, а потом... Господи, что они подумали, когда на этот раз мы оба исчезли? Наверняка пытались открыть потайную дверь и, судя по всему -- безуспешно. Чёрт, чёрт...
Вот когда Дасти Родж в очередной раз пожалел, что в этом отсталом мирке ещё не додумались до телефонной, ну или, на худой конец, телеграфной связи. Пришлось мчаться к Остину домой, где встревоженная Эмма ответила, что Пит с выжившим Морисом уехали в лечебницу, а взбешённые моим «похищением» напарники умчались прямиком в дом коварного Лурка.
Я погонял коня, умоляя бедное животное поторопиться, пока друзья не совершили большую, не побоюсь этого слова -- роковую ошибку. Бурное воображение уже рисовало страшную картину, в которой разъярённый Остин с засученными рукавами разогревает в камине кочергу, готовясь пытать привязанного к стулу шефа, пока Юджин держит начальника на мушке своего самострела.
-- Или они оба сейчас сидят под арестом, избитые суровыми телохранителями Лурка, что тоже плохо... -- думал я, спешиваясь, и, удивляясь отсутствию стражников у дома, пулей взлетел на крыльцо особняка.
Незапертая дверь тоже, по идее, должна была насторожить, но, видимо, волнение за друзей полностью лишило Дасти Роджа способности здраво мыслить. Я распахнул дверь в кабинет и замер: Лурк, Остин и Юджин сидели на большом кожаном диване, с тревогой наблюдая за пособником Сэма Попса -- Ленни, с интересом перебиравшим «бомбочки» Пита в коробке, которую он держал одной рукой.
Моё появление было встречено всей компанией очень неоднозначно: Юджин в ужасе схватился за голову, Остин начал делать яростные знаки, смысл которых в той нервной обстановке я так и не понял. А Лурк тяжело вдохнул, картинно закатывая глаза и делая глоток из белоснежной фарфоровой чашки.
Ленни, почему-то очень обрадовавшийся прибытию нового персонажа и довольно хмыкнувший:
-- Ну наконец-то все в сборе... -- стал последней каплей, разрушивший терпение взвинченного младшего сыщика.
Не обращая внимания на гримасы напарников и взлетевшие брови Лурка, я подошёл к растерявшемуся мальчишке-полиглоту, рявкнув на него от всего сердца:
-- А ну верни «бомбочки», зараза, кому сказал -- а то хуже будет!
После чего замершим в ужасе «зрителям» оставалось только наблюдать, как изменившийся в лице Ленни протянул мне коробку с хрупкими, словно стекло, белыми «шарами». Его ноги сделали шаг вперёд, цепляясь за край пушистого ковра и опрокидывая тело подростка на пол, а вместе с ним и так неосторожно выпущенную из рук «опасную ношу»...
Прода от 27.03.2026, 06:09
Глава 10
Всё происходило как в замедленной съёмке -- я бросился на пол, протягивая руки в безуспешной попытке перехватить падавшие «бомбочки» и явно переоценив свои силы. Где–то совсем рядом раздавались истошные крики напарников:
-- Беги, Дасти!
-- Прячься, сейчас рванёт!
А потом чьи-то сильные руки оттолкнули меня к двери, стало темно и трудно дышать. Я не сразу понял, что это кто-то из ребят закрыл друга своим телом. В голове всё спуталось, кроме глупой, заблудившейся в растерявшемся сознании мысли:
-- Вряд ли это Остин -- он бы сразу раздавил. Значит, бедный Юдж. Что будет теперь с его чудесными дредами, наверняка их оторвёт взрывом вместе с головой.
Это так напугало, что я стал брыкаться, пытаясь вылезти из-под спасителя, и в ответ тот стальной хваткой сжал мои руки, шепнув строгим голосом:
-- Ты мог бы так не трепыхаться, Дасти? И так заехал по носу. Надеюсь, хотя бы не сломал.
-- Лурк? Вы... ты...
-- Угадал, паршивец, больше не будешь вырываться?
В ответ я только охнул, ненадолго замолчав, правда, чтобы через минуту проныть:
-- Отпусти, шеф, кажется, «бомбочки» не сработали. Дай вылезу и посмотрю.
Лурк откатился в сторону, и, сев, я повернулся к лежащему в шаге от меня мальчишке. Тот не двигался, замерев в крайне неудобной позе; на его странно застывшем лице «живыми» оставались только большие карие глаза -- они были полны слёз и мольбы о помощи. Причина этого обнаружилась быстро -- рядом находился раздавленный белоснежный шар, из него на руку подростка вытекла лужица желтоватой жидкости, от которой поднимался едкий, неприятно пахнувший дымок.
Остальные взрывоопасные предметы на удивление отлично перенесли приземление, возможно, увязнув в длинной шерсти лохматого ковра. Или просто Пит в чём-то просчитался, сделав бракованную партию своих хвалёных «бомбочек» -- с этим ему самому ещё предстояло разобраться.
Оглянувшись по сторонам в поисках напарников и обнаружив их тесно прижавшимися друг к другу под столом начальника, обрадованно позвал:
-- Вылезайте, кажется, взрыва не будет -- на наше счастье. А то я уже, честно говоря, попрощался с жизнью.
Напарники переглянулись, дружно смеясь:
-- Да видели, как ты «прощался» -- вцепился в шефа, так что чуть нос ему не сломал. Молодец, Дасти... -- Остин попытался вылезти первым, но, похоже, застрял, и теперь пришла моя очередь над ними потешаться:
-- А сами то, чем вы там занимались, раз даже расставаться не хотите?
Кашель Лурка привёл нас в чувство, прекратив этот нервный смех. Мы все посмотрели на него, как ни в чём не бывало собиравшего уцелевшие «бомбочки» в коробку: его лицо было очень серьёзным, не предвещая ничего хорошего. Закончив с шарами, шеф так посмотрел на застрявших под его столом сотрудников, что те буквально вылетели наружу, словно только что получили от начальника хорошего пинка.
В голосе Лурка провинившимся послышалась не просто ирония, а обещание серьёзной выволочки:
-- Так, дорогие работнички... Раз уж нам сегодня не суждено погибнуть от творения рук Пита-трупореза, я жду объяснений, по какому поводу вы двое ворвались в мой дом, связав охрану? Итак, начинайте выкручиваться, время пошло.
Остин и Юджин стояли, печально понурив головы, видимо, лихорадочно придумывая объяснение своего экстраординарного поступка, так что у меня не оставалось другого выбора, кроме как прийти им на помощь. Сделав уверенное лицо, обратился к начальнику, понимая, что перевожу удар на себя:
-- Простите нас, шеф. Произошло недоразумение, не больше того. Напарники просто неправильно поняли сложившуюся ситуацию, бросившись на поиски пропавшего «руководителя расследования». Я возьму всю ответственность за случившееся на себя и приму наказание.
Лурк сцепил руки за спиной:
-- Похвально, Родж, что ты понимаешь, кому придётся расхлёбывать глупость этих людей. Надеюсь, впредь подобное не повторится. А тебя я накажу, не сомневайся -- с этого момента ты больше не заместитель и не руководитель расследования. Теперь это -- моё дело, ясно?
Кивнул:
-- Ясно, шеф, какие будут указания?
Он отвернулся к окну, наверное, чтобы не видеть, какие рожи мы трое корчили, мысленно понося «начальственного придурка»:
-- Сначала выпустите охранников из кладовой, после чего поезжайте домой и отдохните, всем сегодня здорово досталось. Кстати, заберите с собой и этого преступника, пусть Пит его осмотрит и скажет, как скоро парень очухается. Кстати, я так и не понял, зачем он сюда притащился, если не собирался перерезать нам горло. Ты, Родж, появился как раз в тот самый момент, когда этот Ленни отнял «бомбочки» у твоего ненаглядного напарника, собираясь о чём-то рассказать.
Лурк повернулся, привычно ухмыльнувшись:
-- Придёт в себя, я сам его допрошу. А теперь убирайтесь, всем отдыхать.
Остин и Юджин сразу оживились, направившись к выходу, но я подошёл к Лурку:
-- Спасибо, что защитили, шеф. Пойдёмте с нами, Вам тоже нужно расслабиться. Эмма наверняка уже приготовила ужин, она отличная хозяйка -- в этом я завидую Юджину. Давайте вместе выпьем «эликсира», посидим в спокойной обстановке.
Остановившийся у двери Остин тут же развернулся:
-- Да, шеф, присоединяйтесь к своей команде, мы все Вас приглашаем -- и повод, чтобы немного взбодриться, отличный, даже не один. Во-первых, мы все остались живы, во-вторых -- у нас в руках один из двух преступников.
Лурк засмеялся:
-- А, в-третьих, хватит болтать, Остин, я итак согласен -- ужасно проголодался. Прикажу приготовить коляску.
Это был один из самых спокойных и весёлых вечеров, проведённых Дасти Роджем в чужом мире: хорошие друзья, отличный ужин и потрясающие напитки. Только смех, звучавший этим вечером, показался мне немного грустным, но, возможно, я просто придирался. Лурку, похоже, тоже всё нравилось: он много шутил и смеялся над остротами других, ещё больше пил и ел, короче, вёл себя как человек, для которого «завтра» уже не наступит. И это пугало, но я гнал плохие предчувствия прочь.
Пит присоединился к нам, как только осмотрел Ленни. Его вердикт был прост -- здоровью парня ничего не угрожало, и к завтрашнему обеду его уже можно будет допросить. Что же касалось нареканий на «бомбочки», то «алхимика» это абсолютно не расстроило: выпив половину графина крепкой настойки, Дохляк, икая, не переставал возмущаться:
-- А чего, вы, ик, придурки, хотели? Нужно время, чтобы всё правильно заработало. Радуйтесь, что ещё легко отделались, ик, а то вместо ужина лежали бы рядом с этим вашим Ленни, пуская слюни.
Поздно вечером, когда огромная луна вышла из-за редких туч, хорошо «разогретый» Лурк вдруг засобирался домой. И сколько я ни старался уговорить его переночевать у Остина, тот наотрез отказался. Мы вышли на крыльцо, и меня вдруг поразила случившаяся с ним резкая перемена: теперь он казался абсолютно трезвым и очень серьёзным.
-- Не уговаривай, Дасти -- я не только уеду, но и Ленни с собой заберу. Сегодня он будет под надёжным присмотром. Неужели ты не понимаешь, что пока парень здесь, вы все в большой опасности. Сэм не тот человек, что позволит отбирать свои «игрушки». Этот мальчик ему зачем-то нужен, и он обязательно за ним придёт. Так пусть это случится там, где для него приготовлены ловушки. Ну а если не получится, похоронишь шефа, как указано в завещании.
Забыв о субординации, схватил его за плечи:
-- Перестань, зачем такие жертвы? Поедем вместе, подтянем дополнительный отряд стражи.
Он легонько бил кулаком в моё плечо:
-- Какой ты наивный, Дасти Родж. Это не поможет и не остановит Сэма. Я слишком хорошо его знаю. Хватит пустых разговоров, здесь холодно и ветрено, иди в дом, а завтра приезжай к обеду в контору, проведём допрос Ленни вместе. Идёт?
Заглянул ему в глаза, покорно кивнув:
-- Тебя ведь не переспорить, да? Такой же упёртый, как Дарси. И что же мне так везёт на твердолобых друзей... -- услышав эти слова, он смущённо улыбнулся, -- ладно, делай как знаешь, только пообещай не умирать.
Лурк, совсем как Дарси, прикусил губу:
-- Постараюсь...
Я смотрел, как он садился в коляску, а следом на носилках заносили Ленни. Его сопровождали четверо здоровых охранников верхом, но мне всё равно было страшно, в голове звучали слова Томми Лурка:
-- Этот мальчик ему зачем-то нужен, и он обязательно за ним придёт.
Когда я вернулся в дом, трое друзей ждали за пустым столом, с которого уставшая горничная убирала оставшиеся приборы. Помрачневший Пит спросил:
-- Думаешь, Сэм Попс сунется в столь хорошо охраняемого место?
-- Возможно, он же псих, -- ответил за меня Юджин и, обняв подошедшую Эмму, ушёл в свою комнату.
В спальне под толстым одеялом я никак не мог согреться -- колотил озноб, и, прислушиваясь к мерному посапыванию Пита, спросил ворочавшегося с бока на бок Остина:
-- Не спишь? Я тоже... как-то неспокойно на душе, и почему Лурк не разрешил поехать с ним?
Напарник сел в кровати, подоткнув одеяло:
-- А что ты мог сделать, Дасти? Только не обижайся -- боец из тебя слабый, опыта совсем нет. Ты бы только мешал ему. Он же неглуп и, к тому же, привык рассчитывать на себя -- гордый, шельмец. Знаешь, думаю, между ним и этим убийцей есть какая-то связь, но он же не расскажет. Лурк никому не доверяет.
Я промолчал, неожиданно озвучив мысль, которая уже давно крутилась в голове:
-- Иногда кажется, что в любом из миров у каждого человека есть свой двойник в другой вселенной...
Остин посмотрел как-то странно, вздохнув:
-- Всё может быть... Ты о Сэме Попсе? Думаешь, то что вы так поразительно похожи -- не случайность? Если это так, то паршивый у тебя двойник. Давай лучше спать, так быстрее наступит утро, и мы всё узнаем.
