-- Что, всё, Ости?
Он отвернулся к стене, грустно буркнув:
-- Как там дела у Лурка...
* * *
Во сне я снова видел дом, на этот раз не было ни загадочных мертвецов, ни кровавых надписей на стенах. Мы с Дарси сидели за домашними заданиями и клевали носами.
-- Чёрт, как спать хочется, я вчера всю ночь рубился с ребятами в приставку, -- зевнул Дарси, а ты чего такой сонный?
Тряхнул длинными волосами, собирая их в хвост, как у друга:
-- Знаешь, недавно увлёкся греческим, уже неделю занимаюсь. Скоро буду свободно говорить на языке Эллады. Круто, да?
Дарси покрутил пальцем у виска:
-- Ну ты даёшь, дурень, опять новый язык. Зачем тебе это, ты же, вроде, собираешься стать физиком, причём тут лингвистика? Определись, что ли...
Я засмеялся, спихнув друга на ковёр и делая вид, что провожу захват:
-- Ничего не могу с собой поделать -- мне просто нравится, и музыка тоже. Ведь знать множество языков -- это так здорово! Как ты не понимаешь, ограниченный болван... Эй, отпусти, придурок, я же пошутил!
Но Дарси, не слушая, уже скрутил меня, прижав к стене:
-- Сдавайся, чёртов полиглот! Сдаёшься? А то сейчас зачитаю твои права.
Я смеялся, шутливо отбиваясь:
-- Сдаюсь, сдаюсь, тупица, только не надо про права -- уши вянут...
* * *
Кто-то тряс меня за плечо, крича о нападении, и, ещё не полностью проснувшись, я бормотал:
-- Всё, хватит, Дарси, это была шутка -- каюсь, ты не болван, а сыщик с гитарой...
Что-то мокрое и холодное плеснуло в лицо, и ресницы вздрогнули, а руки потянулись к шее Остина:
-- Совсем сдурел, что ли, так будить? -- но, увидев его большие испуганные глаза, мгновенно пришёл в себя:
-- Что случилось, Ости?
-- На коляску Лурка напали по дороге домой. Сволочь Попс отбил мальчишку, люди шефа пострадали, а что с ним самим -- неизвестно. Я собираюсь туда, ты со мной?
Мы добрались к месту происшествия очень быстро, нападение произошло всего в пяти минутах езды от дома толстяка, в небольшой, ещё не сбросившей разноцветную листву роще. Пит первым спрыгнул на землю, подбежав к коляске шефа, и крикнул, заглянув в неё:
-- Он здесь, вроде дышит!
Пока наш странный доктор проверял пульс и осматривал находящегося без сознания начальника, мы с Остином топтались рядом, не находя себе места от волнения. Не выдержав расстроенного бормотания напарника, я сказал:
-- Давай не будем терять время, бери фонарь и начинай поиск следов -- надо узнать, как Попс увёз Ленни. Скоро к тебе присоединюсь, кстати, а куда делись тела охраны?
Толстяк, уже направившийся выполнять поручение, оглянулся:
-- Я приставил парочку верных людей проследить за коляской шефа на безопасном расстоянии и, если что -- действовать по обстановке. Увидев, что происходит какая-то возня, те вызвали стражу -- хорошо, как его, что ещё до ужина попросил начальника городской стражи Борка прислать несколько человек, они прятались в соседнем доме -- так что пострадавших сразу увезли. Ну и натоптали тут, конечно...
Кивнул:
-- Ты молодец, напарник, а я вот, болван, даже не подумал об этом.
Остин поднял фонарь, рассматривая следы:
-- Ничего, всё приходит с опытом. Сэм приехал верхом, один. Умудрился справиться с телохранителями и Лурком -- ума не приложу, как ему это удалось. Вероятно, посадил мальчишку на коня, это случилось вот здесь -- следы стали глубже -- и всё. Попробую поискать, хотя в такой темноте это почти бесполезно, придётся ждать рассвета. Если будут новости о Лурке, сразу сообщи.
Он ушёл, а я готов был кусать локти от досады, что сам не догадался поставить наблюдателей:
-- Тоже мне, руководитель расследования! Шеф правильно сделал, выгнав «неумёху» ко всем чертям... Интересно, как он там?
Пит вылез из коляски:
-- Лурк жив, но без сознания, пока не могу сказать в чём дело, срочно повезу его в лечебницу. Раз наш возница сбежал, придётся самому его заменить.
Я махнул рукой вслед удалявшемуся другу, направившись к Остину, призывно размахивавшему фонарём на окраине рощи. Судя по взволнованной физиономии, он что-то нашёл, но вместо очередного «следа» моим испуганным глазам предстал... Ленни.
Он лежал на траве, раскинув руки в стороны, спокойный и непривычно бледный, и, казалось, спал. Впечатление портил огромный синяк на левой щеке -- правая и так напоминала содранный, сочащийся кровью и гноем шрам. Это заставило меня содрогнуться, ведь именно я был виноват в его появлении на нежной коже подростка.
-- Он жив? -- зачем-то спросил Остина, ведь самому наклониться и проверить, так ли это, не хватало мужества. Слишком часто в последние дни приходилось сталкиваться с жестокостью нашего изобретательного убийцы. Кто знает, что он придумал в наказание мальчишке?
Остин пожал плечами:
-- Пит же сказал, что парень должен очухаться только к обеду, а пока ночь. Будь другом, сам проверь, дышит ли -- у меня с утра колени не гнутся. Конечно, он тот ещё паршивец, но не стоит забывать, что Ленни действовал по принуждению и наносил лишь лёгкие ранения. Значит, не хотел сильно навредить. Не понимаю, почему Сэм оставил его здесь, что он опять задумал?
Я опустился на корточки, прижав пальце к шее и почувствовав слабое биение, облегчённо вздохнул:
-- Пульс есть, а вот одежда в крови -- похоже, ранен...
Распахнул разорванный, испачканный тёмно-бордовыми пятнами жилет и невольно отшатнулся: на худой груди подростка были вырезаны корявые буквы. Кровь уже запеклась, превращая надпись в припухшее сизое пятно, но я смог разобрать:
-- Stultus...
Близорукий Остин слегка наклонился, охнув:
-- Какой кошмар, что это такое, Дасти?
-- На одном из древних, почти забытых языков моей Родины это значит «глупец»... Сволочь Попс, чёртов шутник, опять всех обставил, хорошо хоть не убил мальчишку, надо срочно отвезти его к доктору, не дай бог -- заражение. Как же я ненавижу всё это. Побудь здесь, сейчас пригоню коляску.
Пришлось позаимствовать «транспортное средство» из дома толстяка и вместе с ним отправить новую жертву в, увы, хорошо знакомую Дасти Роджу лечебницу. Там мы с напарником почти до утра просидели у постели так и не очнувшегося Лурка, пока нас не сменил примчавшийся и сердитый из-за того, что его вовремя не разбудили, Юджин.
Там же пришлось провести совещание, на котором друзья единодушно вернули мне должность «временного заместителя», во всяком случае, до тех пор, пока шеф не очнётся. Голова раскалывалась от бессонной ночи, но я сообразил поставить дополнительную охрану у палаты Лурка и поговорил с седым усталым доктором, ворчавшим, что теперь горожанам здесь нет места, потому что все койки в его больнице заняты Тайным Сыском...
Пит, обследовавший пострадавших, тоже не порадовал -- все были отравлены неизвестным веществом, что страшно бесило нашего Дохляка:
-- Вот же мерзавец Попс -- где-то раздобыл отравляющие «бомбочки», и, в отличие от моих, они сработали очень хорошо.
Это навело на мысль:
-- Остин и Юдж, поднимите архивы и найдите умельцев, способных сделать такие штуки с ядом. Тащите к нам всех, кто хоть раз засветился с этой дрянью, всех алхимиков-самоучек и тех, о ком болтают на «чёрном рынке».
Когда я только начал работать в Сыске, даже не удивился, узнав о существовании в городе подобного места, логически рассудив, что в любой «вселенной» должны быть свои территории нелегальной торговли. Здесь это называлось «Райской Долиной». Откуда взялось такое чудное название, так и не узнал, но придумавший его придурок явно был тем ещё шутником.
Когда Остин первый раз привёл меня в Долину, расположенную в самом сердце городских трущоб, я даже не понял, зачем мы притащились на эту гигантскую свалку, полную всякого подозрительного сброда и откровенного мусора. Но, побродив по мало отличавшегося от помойки месту, начал понимать, что во внешне непрезентабельных, грозивших в любую минуту развалиться лачугах, совершались сделки, не снившиеся даже самым крутым банкирам. А провожавшие нас насмешливыми взглядами оборванцы зачастую имели роскошные виллы за чертой города и запасы золота, которым позавидовал бы даже Губернатор.
Напарники сработали «на отлично» -- к вечеру в нашей допросной сидели люди, при одном взгляде на которых хотелось «быстро пройти мимо». Однако опытные в своём деле Остин и Юджин нашли к ним нужный подход, так что вечером на моём столе лежал список, где были указаны адрес в Весёлом квартале и даже имя приглянувшейся убийце жрицы любви.
-- Завтра он будет у Мими как обычно после полуночи -- наводка верная. Загвоздка только в том, что засаду устраивать нельзя -- он почувствует и сбежит. А это адрес того самого, как ты любишь повторять, «спеца», что делает бомбочки, которыми отравили Лурка и ребят из охраны.
Я вскочил со стула, чувствуя, как от волнения трясутся руки, в голове стучало:
-- Вот оно, наконец, неужели всё так просто? -- но вслух произнёс:
-- Так тащите его сюда... Нет, я сам поеду!
Напарники переглянулись, кивнув на дверь, и мне вдруг стало нестерпимо стыдно — почти день просидел в кабинете, копаясь в архивных бумагах, пока они делали всю работу. Не хочу быть начальником! Как только Лурк очнётся... Если очнётся.
Мы стояли у двери некоего Боло Чези, а моё сердце уже бесилось, как и разум, крича:
-- Ну же, скорее открывай, а то снова опоздаешь, Дасти!
Остин ударил дверь могучим плечом, чуть не свалившись внутрь комнаты, где в луже крови лежал невзрачный седой старичок. Рядом в распахнутом настежь шкафу сияли чистотой пустые полки. Я прислонился спиной к стене, беспомощно хватая ртом ускользавший воздух, а едва удержавшийся на ногах Остин буркнул:
-- Опять опоздали... Похоже, этот гад забрал с собой весь товар. Это плохо, у нас пока нет противоядия, хотя и лаборатория, и Пит делают что могут.
Юджин с несчастными глазами пожал мою руку:
-- Держись, Дасти, ещё есть Мими, возьмём Попса там. Надеюсь...
Я подошёл к стене, смеясь сквозь слёзы и указывая на надпись, сделанную знакомыми каракулями Сэма:
-- Знаете, что тут написано? Дасти Родж -- лох... Это значит, ни на что не способный идиот. И самое обидное, что на этот раз, кажется, он прав.
Я сидел за столом, беспомощно опустив руки и наблюдая, как работают напарники, собирая улики. Как ругается недовольный всем Пит, гоняя нерасторопных стражников, а сосредоточенный Кларенс делает зарисовки места преступления и оставленного на стене оскорбительного выпада в мой адрес. И думал, думал, думал...
«Что же, в конце концов, делать? Устроить, не послушав Остина, засаду в борделе? Уверен, Сэм уже в курсе наших «успехов» -- он знает и про Ленни, и про Мими. Если сунемся туда, злодей и девчонку как пить дать прикончит. Последнее время мы только и делаем, что гоняемся за неуловимым «призраком» или прячемся от него, совсем забросив само расследование -- что означают загадочные кровавые послания, как они связаны с моими видениями? Что за монстр утаскивал жертвы во тьму, и когда это было или, чем чёрт не шутит, только будет?
Может, всё дело в этом, и потому нас преследуют неудачи? Проклятая мистика, никуда от неё не деться. Проклятый Адам Чадински... Стоп, почему я о нём вспомнил, какое отношение этот прохвост имеет к делу о «посланиях», что связывает его с... Ну, конечно, Сэм Попс. Они не просто знакомы, а, скорее всего -- партнёры. Раньше я считал смотрителя кладбища простым исполнителем воли Адама, но теперь на этот счёт у Дасти Роджа появились большие сомнения.
И чем дольше я размышлял, тем больше верил в то, что когда-то был знаком с этим поразительно похожим на меня типом. Если бы только можно было быстро восстановить память. Если, если...
-- Ости, прости, что отвлекаю, но как ты считаешь, есть ли в этом городе человек, способный быстро вернуть память?
Напарник передал собранные улики Юджину, чтобы тот отвёз их в Архив, посмотрев взглядом смертельно уставшего человека:
-- Дасти, нам всем, как его, нужен отдых, мы больше суток на ногах, давай хоть ненадолго прервёмся. Попс появится у Мими только после полуночи.
Я покорно кивнул:
-- Ты прав, закругляемся тут и едем домой.
Остин взял стул, сев рядом:
-- Ты себя-то в зеркале видел? Ходячий труп...
Хмыкнул:
-- Зомби, что ли?
Он покачал головой, хлопнув «шутника» по плечу:
-- Заговариваешься уже, что ещё за зомби? А что касается твоего вопроса... Был у нас один тип, Адам Чадински, каким-то образом умевший влиять на разум человека -- ты называешь это странным словом «гипноз».
Я вскочил со стула, обняв Остина, и уже на бегу к двери крикнул команде, уставившейся на «руководителя» как на сумасшедшего:
-- Передайте улики в Архив, и всем отдыхать! Скоро вернусь...
Назвал вознице примерный адрес Дина Райница, того самого «учёного», с которым познакомился благодаря Лурку, и вскоре уже стоял перед знакомой облупленной дверью. Конечно, меня мучили сомнения на его счёт, шеф ведь намекал, что «доктор» со странностями:
-- А вдруг он и не вспомнит нового знакомого? Выгонит взашей...
Но Дин не только сразу узнал «дорогого Дасти», но и первым делом поинтересовался здоровьем Лурка и, выслушав плохие новости, пообещал сегодня же сделать для него лекарство, которое должно поставить шефа на ноги. После чего, заставив выпить отвар из ягод всё с теми же засохшими печеньками и выслушав просьбу, задумался. Пришлось терпеливо ждать, пока он не спеша бродил по комнате, наконец, ободряюще похлопав «пациента» по руке:
-- Я давно не практиковал подобного воздействия на мозг, но попробую. Ваш случай очень интересный, однако, Дасти, предупреждаю -- гарантировать полный успех не могу, хотя, надеюсь, процесс восстановления утраченных воспоминаний пойдёт быстрее.
Он, как и в прошлый раз, погрузил меня в сон, а когда разбудил, выглядел очень усталым, так что, поблагодарив и сожалея, что не догадался прихватить с собой хотя бы сдобных булочек, я покинул гостеприимного доктора, пообещав вечером прислать к нему человека за лекарством для Лурка.
Когда наконец добрался до дома Остина, на улице уже темнело. В дверях меня встретила сердитая горничная, сразу проводив в столовую, где был накрыт ужин для одного.
-- А где все, Мари? -- промычал я, торопливо запихивая в рот большие куски жареного мяса с кашей.
-- Господа давно поужинали и легли спать, да не спешите Вы так, ещё подавитесь, -- фыркнула седоволосая служанка, почему-то недолюбливавшая всех гостей Остина. Хотя понять её было можно -- с нашим приездом забот у немолодой женщины заметно прибавилось.
По лестнице спустился зевающий хозяин дома:
-- Ну наконец-то, а то уж решил, опять искать придётся... как же я устал от всего этого, -- проворчал он, садясь рядом, -- где пропадал?
Я засмеялся, чуть не подавившись кашей:
-- Ты прямо как суровая жена, Ости, -- только сковородкой не бей, ладно? Твой напарник был у доктора -- подумал, вдруг он поможет мне побыстрее восстановить память.
Толстяк почесал живот:
-- Да неужели в нашем городе есть такие умельцы? Я тут всех практикующих лекарей знаю -- ни одного толкового, не считая старикашки.
Пожал плечами в ответ:
-- Про Дина Райница слышал? Один раз он уже помог... Кстати, пришли, пожалуйста, к нему человека, он обещал сделать лекарство для шефа.
Я думал, стол провалится сквозь пол, с такой силой напарник ударил по нему кулаком:
Он отвернулся к стене, грустно буркнув:
-- Как там дела у Лурка...
* * *
Во сне я снова видел дом, на этот раз не было ни загадочных мертвецов, ни кровавых надписей на стенах. Мы с Дарси сидели за домашними заданиями и клевали носами.
-- Чёрт, как спать хочется, я вчера всю ночь рубился с ребятами в приставку, -- зевнул Дарси, а ты чего такой сонный?
Тряхнул длинными волосами, собирая их в хвост, как у друга:
-- Знаешь, недавно увлёкся греческим, уже неделю занимаюсь. Скоро буду свободно говорить на языке Эллады. Круто, да?
Дарси покрутил пальцем у виска:
-- Ну ты даёшь, дурень, опять новый язык. Зачем тебе это, ты же, вроде, собираешься стать физиком, причём тут лингвистика? Определись, что ли...
Я засмеялся, спихнув друга на ковёр и делая вид, что провожу захват:
-- Ничего не могу с собой поделать -- мне просто нравится, и музыка тоже. Ведь знать множество языков -- это так здорово! Как ты не понимаешь, ограниченный болван... Эй, отпусти, придурок, я же пошутил!
Но Дарси, не слушая, уже скрутил меня, прижав к стене:
-- Сдавайся, чёртов полиглот! Сдаёшься? А то сейчас зачитаю твои права.
Я смеялся, шутливо отбиваясь:
-- Сдаюсь, сдаюсь, тупица, только не надо про права -- уши вянут...
* * *
Кто-то тряс меня за плечо, крича о нападении, и, ещё не полностью проснувшись, я бормотал:
-- Всё, хватит, Дарси, это была шутка -- каюсь, ты не болван, а сыщик с гитарой...
Что-то мокрое и холодное плеснуло в лицо, и ресницы вздрогнули, а руки потянулись к шее Остина:
-- Совсем сдурел, что ли, так будить? -- но, увидев его большие испуганные глаза, мгновенно пришёл в себя:
-- Что случилось, Ости?
-- На коляску Лурка напали по дороге домой. Сволочь Попс отбил мальчишку, люди шефа пострадали, а что с ним самим -- неизвестно. Я собираюсь туда, ты со мной?
Мы добрались к месту происшествия очень быстро, нападение произошло всего в пяти минутах езды от дома толстяка, в небольшой, ещё не сбросившей разноцветную листву роще. Пит первым спрыгнул на землю, подбежав к коляске шефа, и крикнул, заглянув в неё:
-- Он здесь, вроде дышит!
Пока наш странный доктор проверял пульс и осматривал находящегося без сознания начальника, мы с Остином топтались рядом, не находя себе места от волнения. Не выдержав расстроенного бормотания напарника, я сказал:
-- Давай не будем терять время, бери фонарь и начинай поиск следов -- надо узнать, как Попс увёз Ленни. Скоро к тебе присоединюсь, кстати, а куда делись тела охраны?
Толстяк, уже направившийся выполнять поручение, оглянулся:
-- Я приставил парочку верных людей проследить за коляской шефа на безопасном расстоянии и, если что -- действовать по обстановке. Увидев, что происходит какая-то возня, те вызвали стражу -- хорошо, как его, что ещё до ужина попросил начальника городской стражи Борка прислать несколько человек, они прятались в соседнем доме -- так что пострадавших сразу увезли. Ну и натоптали тут, конечно...
Кивнул:
-- Ты молодец, напарник, а я вот, болван, даже не подумал об этом.
Остин поднял фонарь, рассматривая следы:
-- Ничего, всё приходит с опытом. Сэм приехал верхом, один. Умудрился справиться с телохранителями и Лурком -- ума не приложу, как ему это удалось. Вероятно, посадил мальчишку на коня, это случилось вот здесь -- следы стали глубже -- и всё. Попробую поискать, хотя в такой темноте это почти бесполезно, придётся ждать рассвета. Если будут новости о Лурке, сразу сообщи.
Он ушёл, а я готов был кусать локти от досады, что сам не догадался поставить наблюдателей:
-- Тоже мне, руководитель расследования! Шеф правильно сделал, выгнав «неумёху» ко всем чертям... Интересно, как он там?
Пит вылез из коляски:
-- Лурк жив, но без сознания, пока не могу сказать в чём дело, срочно повезу его в лечебницу. Раз наш возница сбежал, придётся самому его заменить.
Я махнул рукой вслед удалявшемуся другу, направившись к Остину, призывно размахивавшему фонарём на окраине рощи. Судя по взволнованной физиономии, он что-то нашёл, но вместо очередного «следа» моим испуганным глазам предстал... Ленни.
Он лежал на траве, раскинув руки в стороны, спокойный и непривычно бледный, и, казалось, спал. Впечатление портил огромный синяк на левой щеке -- правая и так напоминала содранный, сочащийся кровью и гноем шрам. Это заставило меня содрогнуться, ведь именно я был виноват в его появлении на нежной коже подростка.
-- Он жив? -- зачем-то спросил Остина, ведь самому наклониться и проверить, так ли это, не хватало мужества. Слишком часто в последние дни приходилось сталкиваться с жестокостью нашего изобретательного убийцы. Кто знает, что он придумал в наказание мальчишке?
Остин пожал плечами:
-- Пит же сказал, что парень должен очухаться только к обеду, а пока ночь. Будь другом, сам проверь, дышит ли -- у меня с утра колени не гнутся. Конечно, он тот ещё паршивец, но не стоит забывать, что Ленни действовал по принуждению и наносил лишь лёгкие ранения. Значит, не хотел сильно навредить. Не понимаю, почему Сэм оставил его здесь, что он опять задумал?
Я опустился на корточки, прижав пальце к шее и почувствовав слабое биение, облегчённо вздохнул:
-- Пульс есть, а вот одежда в крови -- похоже, ранен...
Распахнул разорванный, испачканный тёмно-бордовыми пятнами жилет и невольно отшатнулся: на худой груди подростка были вырезаны корявые буквы. Кровь уже запеклась, превращая надпись в припухшее сизое пятно, но я смог разобрать:
-- Stultus...
Близорукий Остин слегка наклонился, охнув:
-- Какой кошмар, что это такое, Дасти?
-- На одном из древних, почти забытых языков моей Родины это значит «глупец»... Сволочь Попс, чёртов шутник, опять всех обставил, хорошо хоть не убил мальчишку, надо срочно отвезти его к доктору, не дай бог -- заражение. Как же я ненавижу всё это. Побудь здесь, сейчас пригоню коляску.
Пришлось позаимствовать «транспортное средство» из дома толстяка и вместе с ним отправить новую жертву в, увы, хорошо знакомую Дасти Роджу лечебницу. Там мы с напарником почти до утра просидели у постели так и не очнувшегося Лурка, пока нас не сменил примчавшийся и сердитый из-за того, что его вовремя не разбудили, Юджин.
Там же пришлось провести совещание, на котором друзья единодушно вернули мне должность «временного заместителя», во всяком случае, до тех пор, пока шеф не очнётся. Голова раскалывалась от бессонной ночи, но я сообразил поставить дополнительную охрану у палаты Лурка и поговорил с седым усталым доктором, ворчавшим, что теперь горожанам здесь нет места, потому что все койки в его больнице заняты Тайным Сыском...
Пит, обследовавший пострадавших, тоже не порадовал -- все были отравлены неизвестным веществом, что страшно бесило нашего Дохляка:
-- Вот же мерзавец Попс -- где-то раздобыл отравляющие «бомбочки», и, в отличие от моих, они сработали очень хорошо.
Это навело на мысль:
-- Остин и Юдж, поднимите архивы и найдите умельцев, способных сделать такие штуки с ядом. Тащите к нам всех, кто хоть раз засветился с этой дрянью, всех алхимиков-самоучек и тех, о ком болтают на «чёрном рынке».
Когда я только начал работать в Сыске, даже не удивился, узнав о существовании в городе подобного места, логически рассудив, что в любой «вселенной» должны быть свои территории нелегальной торговли. Здесь это называлось «Райской Долиной». Откуда взялось такое чудное название, так и не узнал, но придумавший его придурок явно был тем ещё шутником.
Когда Остин первый раз привёл меня в Долину, расположенную в самом сердце городских трущоб, я даже не понял, зачем мы притащились на эту гигантскую свалку, полную всякого подозрительного сброда и откровенного мусора. Но, побродив по мало отличавшегося от помойки месту, начал понимать, что во внешне непрезентабельных, грозивших в любую минуту развалиться лачугах, совершались сделки, не снившиеся даже самым крутым банкирам. А провожавшие нас насмешливыми взглядами оборванцы зачастую имели роскошные виллы за чертой города и запасы золота, которым позавидовал бы даже Губернатор.
Напарники сработали «на отлично» -- к вечеру в нашей допросной сидели люди, при одном взгляде на которых хотелось «быстро пройти мимо». Однако опытные в своём деле Остин и Юджин нашли к ним нужный подход, так что вечером на моём столе лежал список, где были указаны адрес в Весёлом квартале и даже имя приглянувшейся убийце жрицы любви.
-- Завтра он будет у Мими как обычно после полуночи -- наводка верная. Загвоздка только в том, что засаду устраивать нельзя -- он почувствует и сбежит. А это адрес того самого, как ты любишь повторять, «спеца», что делает бомбочки, которыми отравили Лурка и ребят из охраны.
Я вскочил со стула, чувствуя, как от волнения трясутся руки, в голове стучало:
-- Вот оно, наконец, неужели всё так просто? -- но вслух произнёс:
-- Так тащите его сюда... Нет, я сам поеду!
Напарники переглянулись, кивнув на дверь, и мне вдруг стало нестерпимо стыдно — почти день просидел в кабинете, копаясь в архивных бумагах, пока они делали всю работу. Не хочу быть начальником! Как только Лурк очнётся... Если очнётся.
Мы стояли у двери некоего Боло Чези, а моё сердце уже бесилось, как и разум, крича:
-- Ну же, скорее открывай, а то снова опоздаешь, Дасти!
Остин ударил дверь могучим плечом, чуть не свалившись внутрь комнаты, где в луже крови лежал невзрачный седой старичок. Рядом в распахнутом настежь шкафу сияли чистотой пустые полки. Я прислонился спиной к стене, беспомощно хватая ртом ускользавший воздух, а едва удержавшийся на ногах Остин буркнул:
-- Опять опоздали... Похоже, этот гад забрал с собой весь товар. Это плохо, у нас пока нет противоядия, хотя и лаборатория, и Пит делают что могут.
Юджин с несчастными глазами пожал мою руку:
-- Держись, Дасти, ещё есть Мими, возьмём Попса там. Надеюсь...
Я подошёл к стене, смеясь сквозь слёзы и указывая на надпись, сделанную знакомыми каракулями Сэма:
-- Знаете, что тут написано? Дасти Родж -- лох... Это значит, ни на что не способный идиот. И самое обидное, что на этот раз, кажется, он прав.
Прода от 03.04.2026, 06:15
Глава 11
Я сидел за столом, беспомощно опустив руки и наблюдая, как работают напарники, собирая улики. Как ругается недовольный всем Пит, гоняя нерасторопных стражников, а сосредоточенный Кларенс делает зарисовки места преступления и оставленного на стене оскорбительного выпада в мой адрес. И думал, думал, думал...
«Что же, в конце концов, делать? Устроить, не послушав Остина, засаду в борделе? Уверен, Сэм уже в курсе наших «успехов» -- он знает и про Ленни, и про Мими. Если сунемся туда, злодей и девчонку как пить дать прикончит. Последнее время мы только и делаем, что гоняемся за неуловимым «призраком» или прячемся от него, совсем забросив само расследование -- что означают загадочные кровавые послания, как они связаны с моими видениями? Что за монстр утаскивал жертвы во тьму, и когда это было или, чем чёрт не шутит, только будет?
Может, всё дело в этом, и потому нас преследуют неудачи? Проклятая мистика, никуда от неё не деться. Проклятый Адам Чадински... Стоп, почему я о нём вспомнил, какое отношение этот прохвост имеет к делу о «посланиях», что связывает его с... Ну, конечно, Сэм Попс. Они не просто знакомы, а, скорее всего -- партнёры. Раньше я считал смотрителя кладбища простым исполнителем воли Адама, но теперь на этот счёт у Дасти Роджа появились большие сомнения.
И чем дольше я размышлял, тем больше верил в то, что когда-то был знаком с этим поразительно похожим на меня типом. Если бы только можно было быстро восстановить память. Если, если...
-- Ости, прости, что отвлекаю, но как ты считаешь, есть ли в этом городе человек, способный быстро вернуть память?
Напарник передал собранные улики Юджину, чтобы тот отвёз их в Архив, посмотрев взглядом смертельно уставшего человека:
-- Дасти, нам всем, как его, нужен отдых, мы больше суток на ногах, давай хоть ненадолго прервёмся. Попс появится у Мими только после полуночи.
Я покорно кивнул:
-- Ты прав, закругляемся тут и едем домой.
Остин взял стул, сев рядом:
-- Ты себя-то в зеркале видел? Ходячий труп...
Хмыкнул:
-- Зомби, что ли?
Он покачал головой, хлопнув «шутника» по плечу:
-- Заговариваешься уже, что ещё за зомби? А что касается твоего вопроса... Был у нас один тип, Адам Чадински, каким-то образом умевший влиять на разум человека -- ты называешь это странным словом «гипноз».
Я вскочил со стула, обняв Остина, и уже на бегу к двери крикнул команде, уставившейся на «руководителя» как на сумасшедшего:
-- Передайте улики в Архив, и всем отдыхать! Скоро вернусь...
Назвал вознице примерный адрес Дина Райница, того самого «учёного», с которым познакомился благодаря Лурку, и вскоре уже стоял перед знакомой облупленной дверью. Конечно, меня мучили сомнения на его счёт, шеф ведь намекал, что «доктор» со странностями:
-- А вдруг он и не вспомнит нового знакомого? Выгонит взашей...
Но Дин не только сразу узнал «дорогого Дасти», но и первым делом поинтересовался здоровьем Лурка и, выслушав плохие новости, пообещал сегодня же сделать для него лекарство, которое должно поставить шефа на ноги. После чего, заставив выпить отвар из ягод всё с теми же засохшими печеньками и выслушав просьбу, задумался. Пришлось терпеливо ждать, пока он не спеша бродил по комнате, наконец, ободряюще похлопав «пациента» по руке:
-- Я давно не практиковал подобного воздействия на мозг, но попробую. Ваш случай очень интересный, однако, Дасти, предупреждаю -- гарантировать полный успех не могу, хотя, надеюсь, процесс восстановления утраченных воспоминаний пойдёт быстрее.
Он, как и в прошлый раз, погрузил меня в сон, а когда разбудил, выглядел очень усталым, так что, поблагодарив и сожалея, что не догадался прихватить с собой хотя бы сдобных булочек, я покинул гостеприимного доктора, пообещав вечером прислать к нему человека за лекарством для Лурка.
Когда наконец добрался до дома Остина, на улице уже темнело. В дверях меня встретила сердитая горничная, сразу проводив в столовую, где был накрыт ужин для одного.
-- А где все, Мари? -- промычал я, торопливо запихивая в рот большие куски жареного мяса с кашей.
-- Господа давно поужинали и легли спать, да не спешите Вы так, ещё подавитесь, -- фыркнула седоволосая служанка, почему-то недолюбливавшая всех гостей Остина. Хотя понять её было можно -- с нашим приездом забот у немолодой женщины заметно прибавилось.
По лестнице спустился зевающий хозяин дома:
-- Ну наконец-то, а то уж решил, опять искать придётся... как же я устал от всего этого, -- проворчал он, садясь рядом, -- где пропадал?
Я засмеялся, чуть не подавившись кашей:
-- Ты прямо как суровая жена, Ости, -- только сковородкой не бей, ладно? Твой напарник был у доктора -- подумал, вдруг он поможет мне побыстрее восстановить память.
Толстяк почесал живот:
-- Да неужели в нашем городе есть такие умельцы? Я тут всех практикующих лекарей знаю -- ни одного толкового, не считая старикашки.
Пожал плечами в ответ:
-- Про Дина Райница слышал? Один раз он уже помог... Кстати, пришли, пожалуйста, к нему человека, он обещал сделать лекарство для шефа.
Я думал, стол провалится сквозь пол, с такой силой напарник ударил по нему кулаком:
