- Тогда, просто все!
- Хорошо, - кивнул он, - вечером расскажу. Давай отсюда убираться поскорее.
Господин зейт помог мне подняться и даже проявил благородство, предоставив в мое распоряжение своего коня со смешным именем Колючка, но, полюбовавшись представлением «Барбариска на лошади», отказался от этой идеи. Времени на обучение у нас нет, дела впереди важные, а позади… с теми, что позади, нам лучше не встречаться. Так пришлось мне, как и раньше, идти пешком. Несмотря на спешку Алинир… тьфу ты, Айверин меня больше не подгонял, а корзинка с Заром и вовсе перекочевала к нему на седло. Умник за время пути появлялся всего раз, узнал, какой цирк пропустил, обругал меня последней дурой и, обиженно надувшись, замолчал. И не отзывался, как бы я его не звала. Потом и я обиделась. Да нужен он мне больно. У меня вон Айверин есть.
Эх, какая я все-таки ветреная женщина – мужчин, как перчатки меняю. И не важно, что один из них лишь плод моего больного воображения.
Стемнело быстро, на небе зажглись крупные звезды, сложившись в незнакомые, но очень красивые созвездия. Одна за другой взошли две луны – та, что побольше, желтая и тускловатая, а вторая, маленькая, яркая и серебристо-серая. Луны старательно разгоняли обнявшую нас тьму, создавая приятный полумрак, и позволяли почти спокойно идти, не рискую свалиться в какую-нибудь яму.
На ночлег мы расположились на небольшой полянке, полностью окруженной высокими колючими кустами. В это, довольно-таки уютное, гнездышко пришлось пробираться сквозь узкую щель среди хищных ветвей, так и норовивших оцарапать незваных гостей. Колючку Айвенир припрятал неподалеку – здесь бы лошадка попросту не поместилась.
- Зато никто незамеченным не подберется, - самодовольно заявил он, оглядывая наше убежище.
- Так и нам не удрать, если что.
- Нам не удрать в любом случае, - покачал головой мой попутчик, - тебя даже черепаха догонит.
- А ты, стало быть, как истинный джентльмен, нас не бросишь? – усмехнулась я, усаживаясь на траву рядом с парнем и доставая из корзинки Зара.
Малыш не плакал и не капризничал. Питаться он уже научился на расстоянии – время от времени в груди возникало привычное жжение, исчезавшее так же внезапно, как и появляющееся. Ребенок вообще не доставлял особых проблем, но я чувствовала, что у меня на руках ему нравится гораздо больше, хотя никаких эмоций на его личике по-прежнему не было.
- Не буду врать, что стану защищать тебя, не жалея сил, - вздохнул Шей'тар и посмотрел мне в глаза, - но сделаю все, что смогу. Если это не будет угрожать моей жизни. А вот во всех остальных случаях помогу с превеликим удовольствием! Здесь, - парень покровительственно приобнял меня за плечи, - нас никто не заметит, если шуметь не будем. А от зверей и нежити я круг проведу, не пролезут.
- Нежить? – потрясенно прошептала я, непроизвольно придвигаясь ближе к мужчине.
- Не бойся, - снисходительно кивнул тот, - даже если какая-нибудь тварь сюда и забредет, линию ей точно не переступить.
- Так ты маг? – я уставилась на него с неподдельным восхищением. - Умеешь защитные круги проводить?
- Да какой я тебе маг? - усмехнулся Айвенир. - Просто у меня амулет специальный есть: круг провел - поле активировалось. Правда, на двадцать раз всего хватает, потом у мага заряжать надо. Кстати, нежить здесь обычно не водится, это ведь Желтая зона, а вот в Красной… этого добра хоть отбавляй! А заклинание, оно одно и на зверье, и на мерзость всякую.
- Желтая, Красная, Блуждающая, - пробормотала я. - Блин горелый, что это все значит-то?
- Ладно, расскажу, - хмыкнул Ай. – Только сначала поем. Меня питать надо!
Ужин наш был хоть и не роскошен, но вполне питателен. А под легкое красное вино, переданное старостой Суонта пэру Шей'тару вместе с другими продуктами, и остатки колбасы и лепешек деликатесами покажутся.
Уложив меня и даже заботливо подоткнув одеяло, получив при этом по наглым загребущим лапам, мужчина соизволил начать рассказ. Правда, только после соответствующей отплаты его информационных услуг. А целуется он, кстати, весьма неплохо. Я и сама еле от продолжения удержалась. Думаю, с этим торопиться не стоит.
- Хорошо, слушай, - мужчина недвусмысленно облизнул губы и со вздохом отодвинулся, укладываясь на бок, чтобы лучше меня видеть, и подпирая голову рукой. - Лет четыреста назад, а если точнее, то четыреста шесть, существовали четыре мира: Мэйдес, Варто, Эрл'лария и Сантеро. Первые три мира жили тихо-мирно, никого не трогали. В общем, вели обычную жизнь обычного мира: любовь, битвы, открытие новых земель, месть, первый смех ребенка, интриги, путешествия… да много всего. Но жителям Сантеро этого было мало – единственное, что их привлекало, это научные опыты и исследования. И чем сложнее опыт, чем оригинальнее открытие, тем больше славы и денег. Вот и старались ученые переплюнуть друг друга. Так и доплевались до Катастрофы. Я, к счастью, тогда еще не родился, но один мой знакомый орк говорил, что это было просто ужасно - целую неделю как в аду жили.
Айверин на миг закрыл глаза, собираясь с мыслями, и продолжил:
- Разлетелись все четыре мира на кусочки, перепутались и сложились в произвольном порядке, как стекляшки в детском калейдоскопе. Несколько месяцев зоны притирались друг к другу: реки пробивали новые русла, куски, безжалостно выдранные из середины океана, затапливали поля и леса, появлялись новые моря, горы и бездонные трещины в земле. Недовольна была природа - землетрясения, ураганы, цунами, смерчи, извержения вулканов долгое время сотрясали вновь собранные миры. Люди и нелюди вторили природе: не прекращались войны за безопасную территорию, повсюду лилась кровь, заполняя собой русла исчезнувших рек. Эльфы и гномы вновь сцепились друг с другом, и эта война была в два раза длиннее предыдущей, и намного страшнее. И если природа постепенно успокаивалась, то якобы разумные существа останавливаться не собирались. Лишь одно их объединяло: ненависть к тем, кто подверг их таким испытаниям. Сантерцы уничтожались везде и всюду, слово «технарь» стало ругательным. Охота на технарей мирила даже извечных врагов. Полвека продолжался этот кошмар. И тогда появились Стражи.
- А дальше? - поторопила парня я, изнывая от нетерпения.
- Слушай, - взмолился он, - я засыпаю уже. Давай, дальше завтра расскажу?
- Ну, Ай, ну пожалуйста, - попробовала поныть я, - ты же обещал, что расскажешь все!
- А я от своих слов и не отказываюсь. Сказал «все», значит, все! - отрезал мужчина. – Спим! Надо отдохнуть, иначе ты завтра идти не сможешь. А нам надо поторопиться и как можно быстрее покинуть Желтую зону, а в Зеленой своя стража. Там нас не будут искать.
- Подожди, это что, получается, в этом мире можно встретить куски территории еще с трех миров?
- Ага, - ответил Шей'тар, переворачиваясь на другой бок. - Отстань, я сплю.
Вздохнув, я поплотнее завернулась в одеяло, устроив Зара у себя на животе и придерживая его одной рукой: и он не упадет, и будильником сможет поработать, в нужный момент цапнув меня за палец. Закрыв глаза, я попыталась осмыслить все, что произошло со мной за последнее время, но незаметно задремала. Проснулась рано утром от возмущенных девичьих криков: «Уйди, придурок! Нарф тупой! Не тронь, меня!»
Айверина на месте не было, а вот его насмешливый голос очень даже присутствовал.
- Постой, милочка! – нежно звал он. – Всего-то пара поцелуев! От тебя убудет, что ли?
Переложив Зара в корзинку, я выбралась из кустов и пораженно застыла, рассматривая чудную картинку: Айверин азартно ловил симпатичную девчонку лет пятнадцати, а та, ловко выскальзывая из его объятий, бегала вокруг дуба, даже не пытаясь удрать.
- Ага, странно! – согласился со мной внезапно объявившийся Умник. – Твой «муженек», умственные способности которого недалеко ушли от произрастающих в этой рощице дубов, пристает сейчас к посторонним девкам, а тебе хоть бы что! Хотя я его понимаю, ничего так куколка!
- Эй, - крикнула мне девчонка, - убери от меня этого извращенца!
- Почему извращенца?! – от возмущения, густо перемешанного с изумлением, парень резко затормозил, словно налетел со всего маху на препятствие.
- Нет, ты посмотри, посмотри, какая красотуля! - восхищался мой личный шут. - Что?! – он на миг заткнул, но тут же добавил ехидненько. – Ничего, шута я тебе еще припомню!!
Ну что за вредный товарищ? Хотя в одном он прав – девчонка действительно красивая: стройная изящная фигурка, аппетитная грудь, рыжие волнистые локоны, пылающие щечки, горящие праведным гневом большие ярко-зеленые глаза. Просто маленькое миленькое чудо.
Но любоваться девчонкой мне не позволили. В глазах на миг на миг потемнело, а когда зрение вернулось - мир вокруг стал гораздо четче, ярче, а самое главное… Я посмотрела на незнакомку и начала тихонько хихикать.
- Видишь, значит… - улыбнулась мне девчонка.
Она на миг отвлеклась, чем и воспользовался Айверин, схватив красотку и намереваясь потискать ее пышную грудь. Я быстренько сменила ракурс обзора, чтобы полюбоваться на его физиономию. Эльфов я еще не видела, но думаю, что таких огромных глаз, как сейчас у Айверина, нет даже у них.
Мужчина резко отскочил назад, глядя на нас с девушкой глазами несчастного котенка, которому дали лизнуть вкуснейшую колбаску и тут же отобрали.
- Это что? – жалобно спросил он. – Как это?
Большие зеленые глазищи девушки наполнились слезами.
- Ты меня опозорил, - всхлипнула она. – Теперь я не смогу вернуться в родную деревню. Вы должны взять меня с собой.
- Возьмем-возьмем, - кивнула я, кусая губы, чтобы не расхохотаться в голос.
Умнику-то хорошо - его дикий хохот никому, кроме меня, не слышен!
- Не возьмем! – обиженно заявил Ай.
- Возьмем, - настаивала я.
- Не возьмем!
Умар ал'Никс вышел из комнаты отдыха, сладко потягиваясь. Он отлично выспался, а стрельба по иллюзорным мишеням сняла раздражение. Приятно все-таки запустить в своего врага огненным шаром или пустить стрелу в глаз. Жаль, попинать нельзя. Он бы этого Айверина в два счета размазал. Выдумал тоже к его кукле приставать. И ладно бы просто лапшу на уши вешал, как у нее на Земле говорят, так ведь этот урод еще и руки распускать стал. Как этот Шей'тар вообще смеет целовать его куклу?! Он ведь даже себе этого не позволяет!
Вернее, чертов прибор не позволяет. Нельзя игроку живьем в Калейдоскопе появляться. Как и магию свою использовать. Только то, чем владеет кукла. А эта ни магией не владеет, ни боевыми приемами. Да и Умар сильно сомневался, что она захочет чем-нибудь тяжелым этого Айверина приложить. Уж больно он ей понравился. Как бы не влюбилась.
Осознание этого почему-то безумно злило. Ну какая Умару разница, в кого влюбится его кукла? Разве что это может помешать игре и его планам. Точно, так и есть. Именно это Умара и злит. А еще то, что какие-то посторонние парни дурят голову его девушке. И вообще, два афериста на одну Барбариску – это все-таки много. И если Умар ей только добра желает – ну и себе, естественно, то этот фальшивый зейт – лошадка темная, и что задумал, непонятно. Шел бы себе на х… хм, своей дорогой.
Бездна Рувала! Надо бы за языком последить, а то уж больно речь у этой Барбариски заразная. Не пристало Лорду так выражаться. Хотя временами очень хочется. Особенно, когда этот аферюга вокруг его куклы вертится! Уютно ему, видите ли! Умару, может, тоже уютно, но это же не причина столь бессовестно врать девушке и использовать хорошее к себе отношение. И если с Шей'таром все ясно, то ей-то какого аража этот Айверин понадобился, когда у нее цельный Лорд есть?!
Не совсем Лорд, правда, но это и не важно. Да и к чему все эти лорды, светлости и сиятельства? Путаница одна. Вот на Эршании все ясно и понятно. Ишрэ включает в себя и титул, и звание, и должное уважение. Ал'Никс. Звучит? Ар'Никс звучало бы лучше, но это потом, в будущем. И вообще, Умар не страдает от излишних амбиций. Это дядина мечта – войти в Совет. Умара и ишрэ «ал» вполне устраивает. Правда, Ферьон его опускать в разговоре повадился, вслед за Координатором. Нет, формально они правы – между равными это допускается, но до чего же неприятно.
И эта тоже хороша – верит всяким наглецам. Эх, правильно говорят, все бабы - дуры. Ведутся на лживые сказки. Ценила бы лучше, когда мужчина ей правду говорит. Никто же всерьез в такую корову не влюбится. Там и смотреть-то особо не на что. Разве что глаза красивые. Только ведь Шантара явно не глаза интересуют. Да и нет никаких глаз под юбкой, куда он свои ручонки наглые тянет!
И что самое обидное, нарфов вариатор сбоил просто безбожно. Словно специально мешал ему приструнить Барбариску. Из-за него и все веселье с букетом пропустил. Хотя у мальчишки тоже очень даже весело было. Одна Неор чего стоит. Еще бы вовремя научилась на свидание приходить.
Как и предсказывал Сейфи, девица сильно опоздала, а с учетом того, что Ильсану пришлось выдержать настоящий бой и сократить почти вполовину количество притащенного Неор барахла, к библиотеке бежали со всех ног. Впереди Ильсан с тремя увесистыми мешками, следом графиня, требующая прихватить и оставшиеся два.
Из переулка в библиотеку вела всего одна дверь. Аккуратно повернув ручку, Ильсан толкнул створку и заглянул в помещение. Там было темно и тихо.
- Спрячься за деревом, - велел он Неор, ловко уворачиваясь от удара веером, - я схожу проверю.
Свет зажигать мальчишка не стал, благодаря эльфийской крови он прекрасно видел в темноте. Комната больше походила склад старой рухляди, которая уже не нужна, но и выкинуть ее жаль. Вдоль стен громоздились кособокие стулья, обшарпанные столы и большой потрескавшийся шкаф с одной дверцей. Пыльное зеркало в старинной деревянной раме примостилось на низенькой тумбочке, заваленной какими-то тряпками. И только одно нарушало покой этого старого мебельного кладбища – вполне себе живой эльф, рассевшийся в накрытом плащом кресле в дальнем углу комнаты.
Самый настоящий эльф, каких на Ярмарке много. Правда, хороший дорожный костюм и дорогой чехол с луком, лежащий на полу у кресла, утверждали, что эльф этот далеко не прост. Об этом же свидетельствовали и презрительная усмешка на тонких губах.
- Проходи, садись, - эльф изящным движением руки зажег магический светильник.
Оглядевшись, Ильсан приметил еще одно кресло, стряхнул с него тряпье и вытащил в центр комнаты, куда и уселся, демонстративно скрестив на груди руки.
- Ты кто? - недовольно буркнул он. – Сейфи где?
- Во-первых, не ты, а делар Эйрифисейнталь - брезгливо бросил эльф, сверкнув голубыми глазищами. - Во-вторых, Сейфиттин уже покинул город, у него возникли неотложные дела, требующие немедленного отъезда. В-третьих, он попросил, а я любезно согласился стать вашим проводником на некоторое время. В-четвертых, вы должны беспрекословно слушаться меня. В-пятых, …
- А «в-пятых» можешь засунуть себе сам знаешь куда! – обозлился мальчишка, не ожидавший от оборотня такой подставы.
Он вскочил и решительно двинулся к двери.
- Стой! – эльф в несколько быстрых шагов преградил ему дорогу и застыл каменным изваянием, лишь его золотая коса недовольно покачивалась, будто жила собственной жизнью. – Сейфиттин тебе письмо оставил, прочти.
«Привет, эльфеныш! Если ты читаешь это письмо, значит, вы таки не опоздали на встречу с моим товарищем.
- Хорошо, - кивнул он, - вечером расскажу. Давай отсюда убираться поскорее.
Господин зейт помог мне подняться и даже проявил благородство, предоставив в мое распоряжение своего коня со смешным именем Колючка, но, полюбовавшись представлением «Барбариска на лошади», отказался от этой идеи. Времени на обучение у нас нет, дела впереди важные, а позади… с теми, что позади, нам лучше не встречаться. Так пришлось мне, как и раньше, идти пешком. Несмотря на спешку Алинир… тьфу ты, Айверин меня больше не подгонял, а корзинка с Заром и вовсе перекочевала к нему на седло. Умник за время пути появлялся всего раз, узнал, какой цирк пропустил, обругал меня последней дурой и, обиженно надувшись, замолчал. И не отзывался, как бы я его не звала. Потом и я обиделась. Да нужен он мне больно. У меня вон Айверин есть.
Эх, какая я все-таки ветреная женщина – мужчин, как перчатки меняю. И не важно, что один из них лишь плод моего больного воображения.
Стемнело быстро, на небе зажглись крупные звезды, сложившись в незнакомые, но очень красивые созвездия. Одна за другой взошли две луны – та, что побольше, желтая и тускловатая, а вторая, маленькая, яркая и серебристо-серая. Луны старательно разгоняли обнявшую нас тьму, создавая приятный полумрак, и позволяли почти спокойно идти, не рискую свалиться в какую-нибудь яму.
На ночлег мы расположились на небольшой полянке, полностью окруженной высокими колючими кустами. В это, довольно-таки уютное, гнездышко пришлось пробираться сквозь узкую щель среди хищных ветвей, так и норовивших оцарапать незваных гостей. Колючку Айвенир припрятал неподалеку – здесь бы лошадка попросту не поместилась.
- Зато никто незамеченным не подберется, - самодовольно заявил он, оглядывая наше убежище.
- Так и нам не удрать, если что.
- Нам не удрать в любом случае, - покачал головой мой попутчик, - тебя даже черепаха догонит.
- А ты, стало быть, как истинный джентльмен, нас не бросишь? – усмехнулась я, усаживаясь на траву рядом с парнем и доставая из корзинки Зара.
Малыш не плакал и не капризничал. Питаться он уже научился на расстоянии – время от времени в груди возникало привычное жжение, исчезавшее так же внезапно, как и появляющееся. Ребенок вообще не доставлял особых проблем, но я чувствовала, что у меня на руках ему нравится гораздо больше, хотя никаких эмоций на его личике по-прежнему не было.
- Не буду врать, что стану защищать тебя, не жалея сил, - вздохнул Шей'тар и посмотрел мне в глаза, - но сделаю все, что смогу. Если это не будет угрожать моей жизни. А вот во всех остальных случаях помогу с превеликим удовольствием! Здесь, - парень покровительственно приобнял меня за плечи, - нас никто не заметит, если шуметь не будем. А от зверей и нежити я круг проведу, не пролезут.
- Нежить? – потрясенно прошептала я, непроизвольно придвигаясь ближе к мужчине.
- Не бойся, - снисходительно кивнул тот, - даже если какая-нибудь тварь сюда и забредет, линию ей точно не переступить.
- Так ты маг? – я уставилась на него с неподдельным восхищением. - Умеешь защитные круги проводить?
- Да какой я тебе маг? - усмехнулся Айвенир. - Просто у меня амулет специальный есть: круг провел - поле активировалось. Правда, на двадцать раз всего хватает, потом у мага заряжать надо. Кстати, нежить здесь обычно не водится, это ведь Желтая зона, а вот в Красной… этого добра хоть отбавляй! А заклинание, оно одно и на зверье, и на мерзость всякую.
- Желтая, Красная, Блуждающая, - пробормотала я. - Блин горелый, что это все значит-то?
- Ладно, расскажу, - хмыкнул Ай. – Только сначала поем. Меня питать надо!
Ужин наш был хоть и не роскошен, но вполне питателен. А под легкое красное вино, переданное старостой Суонта пэру Шей'тару вместе с другими продуктами, и остатки колбасы и лепешек деликатесами покажутся.
Уложив меня и даже заботливо подоткнув одеяло, получив при этом по наглым загребущим лапам, мужчина соизволил начать рассказ. Правда, только после соответствующей отплаты его информационных услуг. А целуется он, кстати, весьма неплохо. Я и сама еле от продолжения удержалась. Думаю, с этим торопиться не стоит.
- Хорошо, слушай, - мужчина недвусмысленно облизнул губы и со вздохом отодвинулся, укладываясь на бок, чтобы лучше меня видеть, и подпирая голову рукой. - Лет четыреста назад, а если точнее, то четыреста шесть, существовали четыре мира: Мэйдес, Варто, Эрл'лария и Сантеро. Первые три мира жили тихо-мирно, никого не трогали. В общем, вели обычную жизнь обычного мира: любовь, битвы, открытие новых земель, месть, первый смех ребенка, интриги, путешествия… да много всего. Но жителям Сантеро этого было мало – единственное, что их привлекало, это научные опыты и исследования. И чем сложнее опыт, чем оригинальнее открытие, тем больше славы и денег. Вот и старались ученые переплюнуть друг друга. Так и доплевались до Катастрофы. Я, к счастью, тогда еще не родился, но один мой знакомый орк говорил, что это было просто ужасно - целую неделю как в аду жили.
Айверин на миг закрыл глаза, собираясь с мыслями, и продолжил:
- Разлетелись все четыре мира на кусочки, перепутались и сложились в произвольном порядке, как стекляшки в детском калейдоскопе. Несколько месяцев зоны притирались друг к другу: реки пробивали новые русла, куски, безжалостно выдранные из середины океана, затапливали поля и леса, появлялись новые моря, горы и бездонные трещины в земле. Недовольна была природа - землетрясения, ураганы, цунами, смерчи, извержения вулканов долгое время сотрясали вновь собранные миры. Люди и нелюди вторили природе: не прекращались войны за безопасную территорию, повсюду лилась кровь, заполняя собой русла исчезнувших рек. Эльфы и гномы вновь сцепились друг с другом, и эта война была в два раза длиннее предыдущей, и намного страшнее. И если природа постепенно успокаивалась, то якобы разумные существа останавливаться не собирались. Лишь одно их объединяло: ненависть к тем, кто подверг их таким испытаниям. Сантерцы уничтожались везде и всюду, слово «технарь» стало ругательным. Охота на технарей мирила даже извечных врагов. Полвека продолжался этот кошмар. И тогда появились Стражи.
- А дальше? - поторопила парня я, изнывая от нетерпения.
- Слушай, - взмолился он, - я засыпаю уже. Давай, дальше завтра расскажу?
- Ну, Ай, ну пожалуйста, - попробовала поныть я, - ты же обещал, что расскажешь все!
- А я от своих слов и не отказываюсь. Сказал «все», значит, все! - отрезал мужчина. – Спим! Надо отдохнуть, иначе ты завтра идти не сможешь. А нам надо поторопиться и как можно быстрее покинуть Желтую зону, а в Зеленой своя стража. Там нас не будут искать.
- Подожди, это что, получается, в этом мире можно встретить куски территории еще с трех миров?
- Ага, - ответил Шей'тар, переворачиваясь на другой бок. - Отстань, я сплю.
Вздохнув, я поплотнее завернулась в одеяло, устроив Зара у себя на животе и придерживая его одной рукой: и он не упадет, и будильником сможет поработать, в нужный момент цапнув меня за палец. Закрыв глаза, я попыталась осмыслить все, что произошло со мной за последнее время, но незаметно задремала. Проснулась рано утром от возмущенных девичьих криков: «Уйди, придурок! Нарф тупой! Не тронь, меня!»
Айверина на месте не было, а вот его насмешливый голос очень даже присутствовал.
- Постой, милочка! – нежно звал он. – Всего-то пара поцелуев! От тебя убудет, что ли?
Переложив Зара в корзинку, я выбралась из кустов и пораженно застыла, рассматривая чудную картинку: Айверин азартно ловил симпатичную девчонку лет пятнадцати, а та, ловко выскальзывая из его объятий, бегала вокруг дуба, даже не пытаясь удрать.
- Ага, странно! – согласился со мной внезапно объявившийся Умник. – Твой «муженек», умственные способности которого недалеко ушли от произрастающих в этой рощице дубов, пристает сейчас к посторонним девкам, а тебе хоть бы что! Хотя я его понимаю, ничего так куколка!
- Эй, - крикнула мне девчонка, - убери от меня этого извращенца!
- Почему извращенца?! – от возмущения, густо перемешанного с изумлением, парень резко затормозил, словно налетел со всего маху на препятствие.
- Нет, ты посмотри, посмотри, какая красотуля! - восхищался мой личный шут. - Что?! – он на миг заткнул, но тут же добавил ехидненько. – Ничего, шута я тебе еще припомню!!
Ну что за вредный товарищ? Хотя в одном он прав – девчонка действительно красивая: стройная изящная фигурка, аппетитная грудь, рыжие волнистые локоны, пылающие щечки, горящие праведным гневом большие ярко-зеленые глаза. Просто маленькое миленькое чудо.
Но любоваться девчонкой мне не позволили. В глазах на миг на миг потемнело, а когда зрение вернулось - мир вокруг стал гораздо четче, ярче, а самое главное… Я посмотрела на незнакомку и начала тихонько хихикать.
- Видишь, значит… - улыбнулась мне девчонка.
Она на миг отвлеклась, чем и воспользовался Айверин, схватив красотку и намереваясь потискать ее пышную грудь. Я быстренько сменила ракурс обзора, чтобы полюбоваться на его физиономию. Эльфов я еще не видела, но думаю, что таких огромных глаз, как сейчас у Айверина, нет даже у них.
Мужчина резко отскочил назад, глядя на нас с девушкой глазами несчастного котенка, которому дали лизнуть вкуснейшую колбаску и тут же отобрали.
- Это что? – жалобно спросил он. – Как это?
Большие зеленые глазищи девушки наполнились слезами.
- Ты меня опозорил, - всхлипнула она. – Теперь я не смогу вернуться в родную деревню. Вы должны взять меня с собой.
- Возьмем-возьмем, - кивнула я, кусая губы, чтобы не расхохотаться в голос.
Умнику-то хорошо - его дикий хохот никому, кроме меня, не слышен!
- Не возьмем! – обиженно заявил Ай.
- Возьмем, - настаивала я.
- Не возьмем!
Умар ал'Никс вышел из комнаты отдыха, сладко потягиваясь. Он отлично выспался, а стрельба по иллюзорным мишеням сняла раздражение. Приятно все-таки запустить в своего врага огненным шаром или пустить стрелу в глаз. Жаль, попинать нельзя. Он бы этого Айверина в два счета размазал. Выдумал тоже к его кукле приставать. И ладно бы просто лапшу на уши вешал, как у нее на Земле говорят, так ведь этот урод еще и руки распускать стал. Как этот Шей'тар вообще смеет целовать его куклу?! Он ведь даже себе этого не позволяет!
Вернее, чертов прибор не позволяет. Нельзя игроку живьем в Калейдоскопе появляться. Как и магию свою использовать. Только то, чем владеет кукла. А эта ни магией не владеет, ни боевыми приемами. Да и Умар сильно сомневался, что она захочет чем-нибудь тяжелым этого Айверина приложить. Уж больно он ей понравился. Как бы не влюбилась.
Осознание этого почему-то безумно злило. Ну какая Умару разница, в кого влюбится его кукла? Разве что это может помешать игре и его планам. Точно, так и есть. Именно это Умара и злит. А еще то, что какие-то посторонние парни дурят голову его девушке. И вообще, два афериста на одну Барбариску – это все-таки много. И если Умар ей только добра желает – ну и себе, естественно, то этот фальшивый зейт – лошадка темная, и что задумал, непонятно. Шел бы себе на х… хм, своей дорогой.
Бездна Рувала! Надо бы за языком последить, а то уж больно речь у этой Барбариски заразная. Не пристало Лорду так выражаться. Хотя временами очень хочется. Особенно, когда этот аферюга вокруг его куклы вертится! Уютно ему, видите ли! Умару, может, тоже уютно, но это же не причина столь бессовестно врать девушке и использовать хорошее к себе отношение. И если с Шей'таром все ясно, то ей-то какого аража этот Айверин понадобился, когда у нее цельный Лорд есть?!
Не совсем Лорд, правда, но это и не важно. Да и к чему все эти лорды, светлости и сиятельства? Путаница одна. Вот на Эршании все ясно и понятно. Ишрэ включает в себя и титул, и звание, и должное уважение. Ал'Никс. Звучит? Ар'Никс звучало бы лучше, но это потом, в будущем. И вообще, Умар не страдает от излишних амбиций. Это дядина мечта – войти в Совет. Умара и ишрэ «ал» вполне устраивает. Правда, Ферьон его опускать в разговоре повадился, вслед за Координатором. Нет, формально они правы – между равными это допускается, но до чего же неприятно.
И эта тоже хороша – верит всяким наглецам. Эх, правильно говорят, все бабы - дуры. Ведутся на лживые сказки. Ценила бы лучше, когда мужчина ей правду говорит. Никто же всерьез в такую корову не влюбится. Там и смотреть-то особо не на что. Разве что глаза красивые. Только ведь Шантара явно не глаза интересуют. Да и нет никаких глаз под юбкой, куда он свои ручонки наглые тянет!
И что самое обидное, нарфов вариатор сбоил просто безбожно. Словно специально мешал ему приструнить Барбариску. Из-за него и все веселье с букетом пропустил. Хотя у мальчишки тоже очень даже весело было. Одна Неор чего стоит. Еще бы вовремя научилась на свидание приходить.
Как и предсказывал Сейфи, девица сильно опоздала, а с учетом того, что Ильсану пришлось выдержать настоящий бой и сократить почти вполовину количество притащенного Неор барахла, к библиотеке бежали со всех ног. Впереди Ильсан с тремя увесистыми мешками, следом графиня, требующая прихватить и оставшиеся два.
Из переулка в библиотеку вела всего одна дверь. Аккуратно повернув ручку, Ильсан толкнул створку и заглянул в помещение. Там было темно и тихо.
- Спрячься за деревом, - велел он Неор, ловко уворачиваясь от удара веером, - я схожу проверю.
Свет зажигать мальчишка не стал, благодаря эльфийской крови он прекрасно видел в темноте. Комната больше походила склад старой рухляди, которая уже не нужна, но и выкинуть ее жаль. Вдоль стен громоздились кособокие стулья, обшарпанные столы и большой потрескавшийся шкаф с одной дверцей. Пыльное зеркало в старинной деревянной раме примостилось на низенькой тумбочке, заваленной какими-то тряпками. И только одно нарушало покой этого старого мебельного кладбища – вполне себе живой эльф, рассевшийся в накрытом плащом кресле в дальнем углу комнаты.
Самый настоящий эльф, каких на Ярмарке много. Правда, хороший дорожный костюм и дорогой чехол с луком, лежащий на полу у кресла, утверждали, что эльф этот далеко не прост. Об этом же свидетельствовали и презрительная усмешка на тонких губах.
- Проходи, садись, - эльф изящным движением руки зажег магический светильник.
Оглядевшись, Ильсан приметил еще одно кресло, стряхнул с него тряпье и вытащил в центр комнаты, куда и уселся, демонстративно скрестив на груди руки.
- Ты кто? - недовольно буркнул он. – Сейфи где?
- Во-первых, не ты, а делар Эйрифисейнталь - брезгливо бросил эльф, сверкнув голубыми глазищами. - Во-вторых, Сейфиттин уже покинул город, у него возникли неотложные дела, требующие немедленного отъезда. В-третьих, он попросил, а я любезно согласился стать вашим проводником на некоторое время. В-четвертых, вы должны беспрекословно слушаться меня. В-пятых, …
- А «в-пятых» можешь засунуть себе сам знаешь куда! – обозлился мальчишка, не ожидавший от оборотня такой подставы.
Он вскочил и решительно двинулся к двери.
- Стой! – эльф в несколько быстрых шагов преградил ему дорогу и застыл каменным изваянием, лишь его золотая коса недовольно покачивалась, будто жила собственной жизнью. – Сейфиттин тебе письмо оставил, прочти.
«Привет, эльфеныш! Если ты читаешь это письмо, значит, вы таки не опоздали на встречу с моим товарищем.
