Абу прыснул. Ясмин метнула в него яростный взгляд, но зверек уже отвернулся, делая вид, что изучает архитектурные особенности соседней лавки.
– Ишака, – повторила она, чувствуя, как краска заливает щеки под капюшоном. – Вы правы, генерал. Я... не подумала.
Джарван смотрел на нее все с тем же странным выражением – не насмешливым, нет, скорее задумчивым, будто пытался решить сложную шахматную задачу.
– Вы очень изменились за последние дни, Ваше Величество, – заметил он тихо. – Раньше вы не выходили из дворца без эскорта из десяти всадников. А теперь готовы идти пешком через спящий город, чтобы проверить... видение.
– Может быть, – ответила Ясмин, поправляя мантию, – я наконец поняла, что эскорт из десяти всадников не заменит одного генерала.
Тишина. Даже музыка дудука на мгновение стихла – музыкант переводил дыхание.
– Ждите здесь, – коротко распорядился Джарван и шагнул в темноту соседнего переулка. – Я знаю, где держат ишаков.
Ясмин осталась на площади. Двухголовая змея проводила ее немигающим взглядом четырех желтых глаз. Абу наконец перестал притворяться и подплыл к самому ее уху.
– «Не заменит одного генерала», – процитировал он сладким голосом. – О-о-о, да ты флиртуешь, душа моя. Сама того не замечая.
– Я не флиртую! – прошипела Ясмин. – Я пытаюсь не провалить твой дурацкий квест.
– Конечно-конечно, – Абу подмигнул. – Но шкала-то растет.
И он довольно потер лапки.
Глава 7
Ждать пришлось недолго. Из темноты переулка послышался цокот копыт по мостовой – размеренный, но какой-то нарочито медленный, словно само животное не одобряло ночную прогулку. Джарван появился из тени, ведя за поводья ишака.
Ясмин уставилась на зверя. Ишак был... внушительным. Не крупным – наоборот, ниже обычной лошади, с коротковатыми ногами и широкой, словно бочонок, грудью. Серо-бурая шерсть топорщилась в разные стороны, а длинные уши торчали с таким выражением, будто мир вокруг был глубоко и непоправимо виноват перед их обладателем. Животное обвело площадь взглядом темных влажных глаз – взглядом, который яснее всяких слов говорил: «Каждый здесь занял у меня триста золотых до Великого праздника Солнца и просрочил все сроки».
Ишак зевнул, демонстрируя крупные желтоватые зубы, и демонстративно отвернулся.
– Интересный... выбор, – пробормотала Ясмин.
– Это Хаким, – представил генерал. Ишак дернул ухом, услышав свое имя, но головы не повернул. – Лучший караванный ишак в дворцовой конюшне. Выносливый, умный и крайне... своенравный.
Хаким в ответ мотнул головой и попытался вырвать поводья из рук Джарвана. Генерал даже не шелохнулся – просто держал крепче, и тогда ишак издал звук, подозрительно похожий на ворчание.
Ясмин смотрела на эту сцену и вдруг поймала себя на неожиданной мысли. Этот осел с его упрямством, молчаливой суровостью и нежеланием подчиняться кому бы то ни было... он был отражением самого Джарвана. В некотором смысле. Те же темные глаза, оценивающие каждого встречного. Та же манера делать вид, что происходящее вокруг – лишь досадная помеха. Даже уши... нет, уши, пожалуй, только у Хакима.
– Ваше Величество, – Джарван прервал ее размышления, – позвольте помочь вам сесть. Спина у Хакима широкая, но без седла...
Он не договорил. Ясмин, едва дослушав его до середины, шагнула к ишаку. Протянула руку и коснулась кончика его носа – мягкого, бархатистого, удивительно теплого. Хаким замер. Одно ухо повернулось в ее сторону.
– Тсс, – шепнула она, не зная точно, зачем. – Мы ненадолго. Обещаю.
Ишак фыркнул, но на этот раз без злобы – скорее задумчиво, словно обдумывал предложение. Ясмин ухватилась за край грубой попоны, подтянулась и одним движением забросила ногу на широкую спину. Мантия взметнулась и опала. Через секунду она уже сидела верхом, расправляя складки ткани, и смотрела на Джарвана сверху вниз.
– Вы идете, генерал?
Джарван хлопнул глазами. Всего один раз. Но Ясмин заметила. И Абу, парящий у нее за плечом, заметил тоже – он тихонько фыркнул в лапку.
– Вы умеете ездить верхом, – произнес генерал. Это был не вопрос.
– Я умею многое, о чем вы не знаете, – ответила она, стараясь, чтобы голос звучал загадочно, а не испуганно-радостно (потому что на самом деле она сама не до конца понимала, как тело помнит то, чего ее разум никогда не делал).
Джарван помедлил ровно секунду. Затем взялся за поводья, взлетел на спину ишака позади нее и сел так, что Ясмин оказалась заперта между его руками в импровизированном, но надежном коконе. От генерала пахло кожей и сухой полынью.
– Тогда держитесь, Ваше Величество, – произнес он над самым ее ухом, и голос прозвучал ниже обычного. – Хаким быстр, когда захочет. А захочет он, если решит, что вы достойны.
– А если не решит?
– Тогда мы будем добираться до ущелья до следующего полудня.
Хаким всхрапнул и тронулся с места не быстро, но с достоинством, словно делал им одолжение. Перед глазами Ясмин выскользнуло совсем маленькое окошко – почти незаметное, с приглушенным золотистым свечением:
<Джарван: +2 к уважению.
Текущий статус: +7 (Осторожное одобрение)>
– Невероятно, – прошептал Абу ей на ухо. – Ты только что покорила его, сев на ишака без посторонней помощи. Это какая-то ослиная магия.
– Замолчи, – прошептала она в ответ, но уголки губ дрогнули.
Ишак миновал Кофейную площадь, прошел мимо затухающего фонаря, мимо музыканта с дудуком, который уже укладывал свою двухголовую змею обратно в корзинку. Астрономы в кофейне наконец засобирались домой, сворачивая свитки.
Глава 8
Хаким доставил их к Змеиному ущелью за час до рассвета – когда небо на востоке едва начало сереть, а звезды еще дрожали в вышине, не готовые уступать место солнцу. Ишак остановился у каменистого выступа, с которого открывался вид на восточную дорогу, и демонстративно зевнул, давая понять, что свою часть сделки он выполнил.
Ясмин спешилась. Ноги затекли, мантия пропылилась, но она не замечала этого. Она подошла к краю обрыва и замерла.
Дорога внизу была узкой – зажатой между двумя скалистыми склонами, которые и дали ущелью его название. Говорили, что в давние времена здесь обитал гигантский змей, пожиравший целые караваны, пока его не усмирил прапрадед Ясмин. Теперь от змея осталось только название и мрачная слава у разбойников, любивших это место за удобство засады.
– Смотри, – прошелестел Абу, указывая лапкой вниз. – Началось.
Караван был там. Пять телег, груженных тюками с тканями и мешками со специями, вытянулись цепочкой вдоль дороги. Несколько верблюдов испуганно ревели, пытаясь вырваться из упряжи и поднимая копытами густые клубы песка. Люди метались между телегами, крича что-то неразборчивое.
А вокруг них кружили скорпионы. Огромные, каждый размером с доброго быка, с хитиновыми панцирями цвета грязного янтаря. Их жала, изогнутые над спинами, поблескивали в лунном свете влажной каплей яда. На спинах скорпионов сидели закутанные в черное пустынники – человек по шесть-семь, – размахивая кривыми саблями и арканами.
– Бог Раздора, – пробормотала Ясмин. В игре эти твари водились в восточных землях, но видеть их воочию, слышать скрежет их лап по камням... Это было совсем другое.
– Да, секта разрослась, – отозвался Джарван, спешиваясь рядом. Его голос звучал спокойно, почти буднично, но Ясмин заметила, как напряглись мышцы на его руках. – Обычно они не нападают так близко к городу. Что-то изменилось.
Абу вдруг дернул ухом и подался вперед.
– Смотри на вторую телегу! – прошептал он. – Левее, левее, где тканевый навес сорван...
Ясмин перевела взгляд. И застыла. Телега была перевернута почти набок. Тюки с товаром рассыпались по песку. Среди этого хаоса, вцепившись в деревянный борт одной рукой, сидела девушка.
Она была молода – лет восемнадцать, может, чуть старше. Смуглая кожа, темные волосы, заплетенные в простую косу, потрепанная дорожная одежда, запыленная и порванная на плече. Ничего особенного на первый взгляд. Обычная путница, каких сотни проходят через восточные ворота каждый месяц.
Но Ясмин узнала ее. Потому что это лицо она видела десятки раз на экране телефона, на заставке игры, на артах в галерее. Зара. Главная героиня «Золота песков». Дар Неба, рожденная в Сияющей пустыне. Та, кому суждено победить Фарида. Та, кто в оригинальном сюжете попытается спасти Амира – и не сумеет.
– Это она, – выдохнула Ясмин.
– Кто? – Джарван нахмурился.
Она не ответила. Потому что в этот момент к перевернутой телеге подъехал один из разбойников. Высокий, плечистый, с грязно-серой повязкой на лице, скрывающей нижнюю половину. Его скорпион замер у самого борта. Разбойник наклонился, схватил Зару за локоть и дернул на себя.
– А ты хорошенькая, – донесся до Ясмин его голос, хриплый и довольный. – Иди-ка сюда, птичка. В нашем лагере таким, как ты, всегда рады.
Зара рванулась. Ее глаза вспыхнули яростью. Но разбойник держал крепко.
Ясмин сжала губы. Внутри что-то перевернулось. Она вспомнила бессонные ночи. Вспомнила, как снова и снова пыталась пройти эту игру, чтобы спасти всех. Вспомнила, как бросала телефон в подушку после очередного поражения. Это было там, в другом мире, на другом конце реальности, но сейчас, глядя на то, как грязные пальцы сжимают локоть Зары, Ясмин чувствовала только одно: она не позволит этому случиться.
– Генерал, – произнесла она, и ее голос зазвенел. – Вы сможете справиться с ними?
Джарван повернул голову. В лунном свете его глаза полыхнули зеленью.
– Их семеро, Ваше Величество, – ответил он. – Скорпионы обучены для боя. У меня нет при себе копья, только сабля.
– Это не ответ.
Пауза. Короткая, как вздох перед прыжком.
– Я справлюсь, – сказал он. – Но вам придется остаться здесь.
– Нет, – Ясмин поднялась в полный рост. – Я иду с вами.
– Ваше Величество, это неразумно. Если с вами что-то...
– Я не спрашивала, разумно ли это, – перебила она. – Там, внизу, невинная девушка, которую сейчас утащат в пустыню. И мне плевать на разумность.
Джарван смотрел на нее долгую секунду. Потом его губы дрогнули.
– Слушайте меня внимательно, – произнес он, вынимая саблю из ножен. – Держитесь позади. Не геройствуйте. И если я скажу бежать – бегите. Ишака не жалейте, он выносливый.
– Договорились.
Абу вспорхнул выше.
– Это безумие, – констатировал он с нескрываемым восторгом. – Обожаю. Богиня Веселья сейчас лопает попкорн. Образно говоря. У нас нет попкорна, но есть жареные кузнечики в меду, и она их сейчас...
– Абу, – оборвала его Ясмин. – Задание?
Зверек хлопнул в лапки. Перед ней развернулось золотистое окно.
<Основной квест обновлен: «Вода и политика» > «Первая встреча»
Спасите Зару из лап разбойников-пустынников. Вступите в бой.
Бонусная цель: не дать Заре использовать ее магию раньше времени. Если Дар Неба проявит себя сейчас, слухи разнесутся быстрее ветра – и за девушкой начнут охотиться все, включая Фарида.
Награда: +15 к авторитету правительницы, +10 к отношениям с Зарой, скрытый бонус.
Штраф за провал: смерть Зары, закрытие восточной арены, потеря ключевого союзника>
Ясмин выдохнула и расправила плечи.
– Идем, генерал. Пора напомнить разбойникам, чья это земля.
Глава 9
Они спустились по каменистой осыпи быстро – настолько быстро, насколько позволяла осторожность. Ясмин скользила следом за Джарваном, цепляясь за выступы скал и молясь, чтобы мантия не попалась под ноги. Абу парил впереди, бесшумный как тень, и его глаза горели азартным огнем.
Внизу, в ущелье, караван захлебывался криком. Верблюды ревели, поднимая тучи песка. Разбойники хохотали, свистели, гикали – их голоса эхом отскакивали от каменных стен, множась и дробясь. Скорпионы клацали клешнями, и этот звук – сухой, костяной – пробирал до самого позвоночника.
Джарван обнажил саблю. Клинок вышел из ножен с тихим певучим звоном, и лунный свет заскользил по стали, точно по водной глади.
– Ждите здесь, – бросил он через плечо. – Пока я не разберусь с основными.
– Но...
– Это не просьба, Ваше Величество.
Он сдвинулся широким, упругим шагом, от которого песок под сапогами взлетал маленькими вихрями. Плечи расправлены, сабля опущена острием вниз, темные кудри развеваются на ночном ветру. В первый миг никто из разбойников даже не заметил его – слишком увлечены были добычей. Один из них обернулся.
– Эй! Ты кто такой?!
Джарван не ответил. Он ускорил шаг, переходя на бег – легкий, стелющийся, хищный. И в этом беге Ясмин вдруг отчетливо увидела льва. Не человека. Зверя. Песчаный лев украшал герб Сахар-Арканума и сейчас генерал казался его воплощением.
Первый разбойник даже не успел вскрикнуть. Сабля Джарвана взлетела короткой диагональю – движение было настолько быстрым, что глаз улавливал лишь серебряный полумесяц, вспыхнувший в воздухе. Клинок куснул врага в горло – именно куснул, точно клык хищника, – и тут же ушел в сторону. Тело еще падало, а генерал уже сместился левее, уходя от жала скорпиона, которое вонзилось в песок ровно там, где он стоял мгновением раньше.
– Убейте его! – заорал кто-то.
Трое разбойников пришпорили своих скорпионов. Твари рванули с места с той пугающей, дерганой скоростью, какой не ждешь от существ с восемью лапами. Хвосты взметнулись, жала блеснули каплями яда.
Ясмин вцепилась в каменный выступ. Сердце колотилось где-то в горле.
– Он же не справится, – прошептала она. – Их слишком много.
– Тсс, – Абу опустился на ее плечо. – Смотри.
Джарван встретил первого скорпиона в низком выпаде. Он не стал уклоняться – наоборот, нырнул под брюхо твари, туда, где хитиновые пластины смыкались неплотно. Сабля вошла в стык пластин. Скорпион взвизгнул и завалился набок, роняя седока.
Генерал уже был на ногах. Он перепрыгнул через хвост второй твари, приземлился в песок, перекатился через плечо – и клинок мелькнул снова, рассекая сухожилие на задней лапе скорпиона. Тот рухнул мордой в песок. Разбойник на его спине закричал, попытался вытащить саблю, но Джарван опередил – короткий удар в грудь, и крик оборвался.
– Он... – Ясмин забыла, как дышать.
– Как лев, – закончил за нее Абу. – Вообще-то он из рода Асада. Знаешь, что это значит?
Она не знала.
– Это значит «лев» на древнем наречии. Говорят, его предки когда-то умели обращаться в этих зверей. Теперь не умеют, конечно. Но повадки остались.
Джарван тем временем двигался в самом центре схватки. Его сабля порхала серебряной молнией – не широкими размашистыми дугами, а короткими, точными, почти незаметными глазу укусами. Каждый удар достигал цели: горло, запястье, подмышка, стык доспеха. Он не тратил энергию на лишние движения.
Четвертый разбойник попытался достать его арканом – веревка свистнула в воздухе, нацелившись на шею генерала. Джарван перехватил ее свободной рукой, дернул, и пустынник вылетел из седла. Удар рукоятью в висок – готов.
Пятый оказался умнее. Он бросил скорпиона в лобовую атаку, а сам спрыгнул на песок и зашел сбоку, целясь кривым кинжалом в спину генерала. Ясмин открыла рот, чтобы крикнуть предупреждение, но Джарван будто почувствовал спиной.
