— Не совсем.
— Нет? Почему? Ты окончательно заабьюзил ее? — беззвучено смеется придурок. Я показываю ему неприличный жест. Он выдал уже десяток вопросов, касающихся Кэти.
— Почему тебя это так интересует?
— Мы были друзьями. Мне всегда нравилась Кэти. Как друг, разумеется. Не смотри так, будто планируешь разделать меня на куски прямо в этом лесу.
— Тогда не задавай лишних вопросов.
— Видел вас вместе. Ну ты в курсе. Это было очень мило. Часто вспоминаю наши вечера в том сквере у обсерватории. Тогда казалось, что я иду на дно, но музыка и дружеское общение не давали захлебнуться в дерьме. В Альрентере у меня есть небольшая студия, где я балуюсь с гитарой и пианино.
— Надо же, — ехидно замечаю я. — Все наемники такие романтично-ванильные?
— Я исключение из всех правил, ты же знаешь. Необходимо отвлекаться на что-то, чтобы не свихнуться.
Закатываю глаза.
— Так что насчет Кэти? Она вспоминает обо мне?
— Еще одна похожая фраза, и я вышибу твои куриные мозги этим пистолетом и развею их над рекой.
— Это будет не слишком приятно. А ты останешься без моей помощи. Попробую откопать что-нибудь по поводу ее родителей.
— Никто не должен знать о нашем разговоре.
— Я же Призрак Альрентера. Мы умеем хранить секреты. Не скажу никому, даже Доминику, — глумится он. — Ладно, остынь. Получается, что ее воспитывала тетя? Ее родная мама была замужем и носила другую фамилию?
— Неизвестно.
— А ее отец?
— Тоже ничего. Возможно, он был одним из мятежников.
— Их дом сгорел в большом пожаре? Ей исполнилось шесть? Апрель две тысячи седьмого года?
— Да.
— Странно. Я изучал происшествия, связанные с Альрентером за последние двадцать лет. Было несколько крупных покушений, но эта дата чиста. Где они жили?
— Не знаю. Она тоже не знает. Говорит, что видела смутные обрывки снов о том, что они часто переезжали.
— Ее похитили и держали где-то? Когда ты познакомился с ней?
— Ей было двенадцать, мне тринадцать. На тот момент она уже жила с дедушкой в Сантуме.
— Значит, нас интересует промежуток времени между две тысячи седьмым и две тысячи тринадцатым? Думаешь, что с ней происходило что-то ужасное? — лицо Картера темнеет. Для него не секрет, что дети пропадают не реже взрослых, и что за всем скрывается одно. Моя семья.
— Разве могло быть что-то хорошее, если она попала в лапы убийц? Кэти упомянула Марчен.
— Но как она выбралась? — скулы отчетливо выделяются на его лице, прибавляя возраст.
— Это меня тоже интересует.
— Бедная малышка. Понятно, почему ее психика сработала таким образом и заблокировала все воспоминания. Иначе этот ужас сожрал бы ее заживо.
Когда я думаю о маленькой Кэти, все внутри горит синим пламенем. Не хочу представлять плохое, не хочу подкармливать тревожные предположения. Желаю наказать всех причастных к ее страданиям и защитить ее. Всплывшая правда повергла меня в легкий шок. Я давно не испытывал подобного. Мне хочется знать о ней все. И я едва держусь, чтобы не бросить дела и не поехать к Кэти прямо сейчас, потому что беспокоюсь.
— Твои родственники настоящие монстры из ада во плоти. Не сосчитать, сколько семей и жизней они сломали.
Не отвечаю ему. Прекрасно знаю это сам.
— Долго еще мы будем сидеть здесь? Или ты специально привел меня сюда, чтобы поболтать?
— Угадал. Это мое задание на неделю, и мне было скучно. Засчитаю тебе пару бонусов в копилку. Считай, что это стажировка, — посмеивается Картер, настраивая бинокль. — Скоро прибудет корабль. Нам нужно сделать несколько фото, а потом пробраться к месту погрузки. Когда я подам сигнал, мои ребята устроят небольшой фейерверк, а мы незаметно заберем несколько ящиков.
— Что за корабль?
— Предположительно, это люди Дезероса. Они предпочитают водный транспорт. Снаружи выглядит как обычное торговое судно для перевозки рыбы.
Дезерос — это государство, расположенное на юге от нас. Все контакты с ними давно запрещены на общем Совете Вельрума.
Картер сужает глаза и подает знак ладонью. Мы продвигаемся ближе к берегу. Дурацкая игра в шпионов слегка поднадоела. Карт смотрит на наручные часы, отсчитывает что-то и отдает сигнал по рации. Через минуту раздается взрыв, а затем еще один. Слышатся крики паники. Я следую за ним вдоль покореженного временем забора и ступаю на дощатый настил. Рядом вырастает охранник.
— Что за херня… — он хватается за оружие и смотрит на Карта, но я оглушаю его ударом по голове. Мужик издает булькающие звуки и валится на бок. Картер проскальзывает к будке на пирсе и вытаскивает оттуда небольшие коробки.
— Валим. Быстро, — командует он. Я беру несколько ящиков и отступаю назад. Почти весь берег утопает в темном дыму, но где-то рядом раздаются недовольные окрики.
Прячемся в лесу и сваливаем оттуда через небольшой подземный тоннель.
— Отлично сработано, — произносит Картер, когда мы добираемся до его машины. — Из нас получается отличная команда. Почти как раньше. Ты, конечно, заносчивый богатенький придурок, который привык ставить себя выше других, но это мне иногда нравится. Твоя семья, наверно, даже не подозревает, как виртуозно ты играешь за их спинами.
В этом он прав. Они слегка недооценивают меня. Прохожу мимо него, толкаю плечом и бросаю дурацкий ящик в багажник.
— Поосторожней. Там могут быть лекарства. Или оружие. Благодаря тебе мы вычислили почти все тайные сделки Лиртема и Дезероса. Твоя семья заручилась поддержкой их воинов взамен на разные услуги. Это серьезное нарушение законов Вельрума. Мы отлично поработали. Поехали, угощу тебя неплохими напитками в вашем крысином округе.
— Старательность, с которой ты копаешь против своей семейки монстров, восхищает, — Картер отпивает безалкогольное пиво и просматривает стопку документов. Потом достает небольшой ноутбук и забирает у меня флешку, над которой работал Дилан. — Они допустили несколько осечек и спалили сделки с Дезеросом, нарушив кодекс Вельрума. Фэминг и Метрос замешаны в их махинациях. Когда Сантум и Рокада узнают об этом, то получат повод для игры по другим правилам. А Доминик придет в бешенство. И возможно, даже скажет тебе спасибо. Дезерос прославился беспринципностью и жестокостью. Они участвовали в подавлении восстания мятежников и ученых, которое произошло двадцать лет назад.
Мы сидим в небольшом сумрачном баре. Довольно неприметное место, но внутри много людей, занятых своими делами. Электронная музыка, нормальное обслуживание, приглушенный свет и никаких отвратительных запахов. Открываю телефон и просматриваю чат с Кэти. Она молчит, как будто вчерашней ночи не было вовсе.
— Вывели еще одну часть твоих денег. Все рассредоточено по разным местам. Работаем незаметно, как и договаривались. Это небыстро.
Киваю. Я хочу обеспечить достойную жизнь себе и ей. Для начала нужно найти хотя бы безопасное место и надежный дом. Позже я разберусь с остальным. Среди Призраков Альрентера тоже полно продажных идиотов, а деньги открывают многие двери. Мне нужно просчитать все.
— Мы хотим знать дальнейшие планы Блэкмунда. Разрабатываем карту со всеми строящимися защитными сооружениями рядом с городами и неизвестными объектами.
Он отсоединяет экран от клавиатуры и двигает ко мне. Схема пестрит от разных отметок. Поражаюсь масштабам строительства.
— К чему они готовятся? — спрашиваю я, показывая на несколько точек.
— К небольшому противостоянию и изменениям в Вельруме. Ты же знаешь. Наверняка слышал что-нибудь в стенах своего дома.
— Проверяешь меня? — ухмыляюсь я. — Слышал. Они собираются изменить принцип управления Вельрумом. Сейчас страной руководит собрание, состоящее из советов шести округов. В каждом совете по семь человек от региона. Отец и его сестра планируют создать Верховный Совет, куда войдут только их приближенные. Будут решать все главные вопросы, а округам придется подчиняться, потому что основные ресурсы незаметно перейдут в руки моей семьи. Они контролируют все жизненно важные процессы. Остальные династии Вельрума потеряют влияние и власть. А ключевым козырем станет Ресуректон.
— Неплохо, — озадаченно протягивает Картер, потирая лоб. В его глазах скапливается больше усталости, чем обычно. — Рокада и Сантум уже приступили к укреплению стен между округами. Пока что удается сохранить это втайне. Они никогда не признают власть твоей семьи. Надеюсь, что ты выяснишь все детали нового мира, который ждет всех нас.
— Я планирую свалить отсюда и залечь на дно прежде, чем начнет происходить какая-нибудь херня.
— Куда, например? Альрентер неплохой вариант.
— Знаешь что-нибудь про Инлемен?
— Инлемен? — присвистывает Картер. — Это наши соседи на Севере. Инлемен никогда не входил в состав Вельрума. Независимая территория со своими династиями и правилами. Так себе местечко. Тебе не понравится. Холодно, снежно, как в ледяном мире. Их люди не церемонятся с гостями. Мы нечасто наведываемся туда, потому что их правители презирают почти всех, кто имеет хоть какое-то отношение к Вельруму. Даже в прошлом. Личная ненависть. Доминик — один из немногих, кто смог наладить с Инлеменом нормальный контакт. Иногда они помогают нам, иногда мы — им, но всегда соблюдаем дистанцию и границы. Это практически автономная область. Они с радостью скормят тебя каким-нибудь гиенам, которые обитают в горах.
— Я слышал разговоры в Марчене. Кто-то находил там убежище.
— При одном условии: если у них в роду были инлеменцы. Они трясутся над своими родословными не меньше твоей безумной семьи. Ник, я не шучу. Они тихо не любят Вельрум, потому что когда-то давно мы конкурировали в торговле и добыче драгоценных камней, но Блэкмунд и Лиртем там ненавидят всем сердцем. Около двадцати лет назад вы разрушили их города и устроили покушения на правящие династии. От Инлемена почти ничего не осталось, как и от Альрентера. Тебе там никогда не будут рады. Даже не думай, что найдешь среди них союзников. Они неуступчивым и жестки. Чем тебя не устраивает Альрентер и мое общество?
— Я соглашусь на твою идиотскую идею с Марченом только в одном случае, — ощетиниваюсь я. Ненавижу, когда мои планы рассыпаются в пыль, и собираюсь перепроверить его слова про Инлемен. Возможно, он ошибается или врет.
— Ну и?
— Если это будет единственный выход и если ты выполнишь одно главное условие: найдешь безопасное место для Кэти и сделаешь так, чтобы никто не отыскал ее там. Твои облезлые волки не должны даже смотреть в ее сторону.
— Хорошо.
— Хорошо и все?
— Я поступил бы точно так же на твоем месте, поэтому выложусь на полную, чтобы организовать все лучшим образом.
— Твои уродливые Призраки не должны приближаться к ней, — повторяю я. — Понял?
— Не все из них уродливы, — расплывается в любезной улыбке он.
— Уничтожу любого.
— Полегче. Тебе нужно повзрослеть, стать сдержаннее и спокойнее, обрести опоры и научиться контролировать эмоции. Девочкам быстро надоедают эмоциональные вспышки и качели. Когда они становятся старше, то тащатся по другим качествам. Поверь мне. Эта ерунда очаровывает лишь в подростковом возрасте.
С трудом сдерживаюсь, чтобы не врезать ему.
— Прошел курсы психологической помощи или что?
— Самоучка. Планирую написать диссертацию, когда выйду на пенсию, — откровенно ржет Картер. — Не бесись. Я часто зависал в компании Луны, а она любит подобные темы.
Он замолкает и погружается в себя. Я тоже окунаюсь в поток мыслей. Бесит, что его фразы задевают за живое, потому что в них есть доля правды. Я понимаю это, но не могу полностью изменить себя.
— Мне не дает покоя Марчен, — первым говорит он.
— Вы расшифровали что-нибудь после моего визита?
— Не слишком много. След оборвался в море. Вот тут. Но в этом месте ничего нет. Если верить найденным планам, в Марчене семь этажей и огромная территория. Мы проверяем Центры Ресуректона по всей стране, но пока ничего похожего. Где он находится? Может, в Зеркале есть зацепки или следы?
— Вряд ли. Это всего лишь парк взрослых развлечений, предназначенный для того, чтобы раскрасить скучную жизнь. Там полно всякого дерьма, но глупо строить его рядом с Марченом.
— Никто не знает наверняка. Как долго вы добираетесь до туда?
— Лишен этой информации. Это не туристическая поездка в бизнес-классе с комфортными условиями.
— Впервые ты побывал там в одиннадцать лет? Тяжелое было детство, да?
— Твоя болтовня меня изрядно утомила.
— Выясни, над чем усердно трудится твоя семья в последнее время. Надеюсь, что увидимся скоро.
Встаю, бросаю деньги на стол и сваливаю.
Вождение — мое лучшее средство для успокоения. Пока еду обратно в Лиртем, размышляю над словами Картера. Я знаю, над чем работают Изабелла и Виктор. Похищают людей, изучают их в своих лабораториях, перекачивают чужую энергию и создают эликсир долгой жизни. Это кажется невозможным, но у них уже много последователей. Кровь Аномальных используют для создания лекарств и сывороток, основное оборудование для экспериментов скрыто в недрах Марчена. В некоторых Центрах Блэкмунда проводят процедуры энергообмена, не слишком явно афишируя эту информацию. Большая часть испытуемых погибает. Недавно Изабелла хвасталась излечением тяжелой болезни их партнера при помощи удачного эксперимента. Совпадение цветов Лирида позволяет найти наиболее подходящих доноров. Три девушки, которых использовали для восстановления какого-то старого хрыча, погибли. Это похоже на донорство крови, но на более глобальном уровне. Они нашли то, что сканирует душу каждого и определяет слабые места. Часть энергии души забирается у одних и питает других. Ресуректон — огромная тайная наука, которая быстро превратилась в оружие ада. Все должно было быть иначе.
Чем быстрее я приближаюсь к Лиртему, тем больше и отчетливее становятся противоречия внутри. Впереди мелькают огни дома Камерона. Разгорающееся там веселье напоминает об очередной вечеринке, в которую меня не посвятили. Между нами углубляется холодная отстраненность, но сейчас мне все равно. Не хочу никого видеть. Спокойно проезжаю мимо, но серый внедорожник внезапно преграждает путь. Джек сигналит, узнавая мою машину. Мысленно проклинаю все вокруг и выхожу навстречу им.
— Где ты пропадаешь? — недовольно спрашивает Джек. Позади него появляются Камерон и Брайан.
— Подальше от ваших тусовок. Не припомню приглашений.
— Сегодня здесь Гарри МакЛарен с приятелями, и нам не нужны новые кровавые драки, — сухо поясняет Камерон. Брайан морщится, а я с радостью вспоминаю, как хорошенько отделал его.
— Тогда свалите с дороги и дайте проехать.
— В чем дело, Ник? Мы не хотим недосказанностей. После того, как погибла Нора Джулс, ты будто стал другим.
— Я? Это вы лезете на мою территорию. Я всегда говорил вам в лицо, но могу повторить снова: вы не видите очевидных вещей. Верите во всю херню, которую вам выдают за правду. Мне это не слишком интересно.
— Отбрось свое злопамятство. Мы всего лишь помогали Майклу найти тебя. Может быть, мы тоже переживали.
— Ну конечно. И как, крепко подружился с моим братом? — киваю Керону. — Решил стать союзником этой крысы, чтобы впечатлить отца? Удачи.
— А что насчет слухов о твоей свадьбе с Алисой? — перебивает Джек. — Планируешь молчать? Это немного неожиданно. После нового года ты как сквозь землю провалился. От тебя несет бешенством и ненавистью.
— Обязательно приглашу вас всех на незабываемую церемонию, — ехидно отзываюсь я и поворачиваю обратно к машине. — Убери тачку с дороги, или ей может потребоваться небольшой ремонт.
— Нет? Почему? Ты окончательно заабьюзил ее? — беззвучено смеется придурок. Я показываю ему неприличный жест. Он выдал уже десяток вопросов, касающихся Кэти.
— Почему тебя это так интересует?
— Мы были друзьями. Мне всегда нравилась Кэти. Как друг, разумеется. Не смотри так, будто планируешь разделать меня на куски прямо в этом лесу.
— Тогда не задавай лишних вопросов.
— Видел вас вместе. Ну ты в курсе. Это было очень мило. Часто вспоминаю наши вечера в том сквере у обсерватории. Тогда казалось, что я иду на дно, но музыка и дружеское общение не давали захлебнуться в дерьме. В Альрентере у меня есть небольшая студия, где я балуюсь с гитарой и пианино.
— Надо же, — ехидно замечаю я. — Все наемники такие романтично-ванильные?
— Я исключение из всех правил, ты же знаешь. Необходимо отвлекаться на что-то, чтобы не свихнуться.
Закатываю глаза.
— Так что насчет Кэти? Она вспоминает обо мне?
— Еще одна похожая фраза, и я вышибу твои куриные мозги этим пистолетом и развею их над рекой.
— Это будет не слишком приятно. А ты останешься без моей помощи. Попробую откопать что-нибудь по поводу ее родителей.
— Никто не должен знать о нашем разговоре.
— Я же Призрак Альрентера. Мы умеем хранить секреты. Не скажу никому, даже Доминику, — глумится он. — Ладно, остынь. Получается, что ее воспитывала тетя? Ее родная мама была замужем и носила другую фамилию?
— Неизвестно.
— А ее отец?
— Тоже ничего. Возможно, он был одним из мятежников.
— Их дом сгорел в большом пожаре? Ей исполнилось шесть? Апрель две тысячи седьмого года?
— Да.
— Странно. Я изучал происшествия, связанные с Альрентером за последние двадцать лет. Было несколько крупных покушений, но эта дата чиста. Где они жили?
— Не знаю. Она тоже не знает. Говорит, что видела смутные обрывки снов о том, что они часто переезжали.
— Ее похитили и держали где-то? Когда ты познакомился с ней?
— Ей было двенадцать, мне тринадцать. На тот момент она уже жила с дедушкой в Сантуме.
— Значит, нас интересует промежуток времени между две тысячи седьмым и две тысячи тринадцатым? Думаешь, что с ней происходило что-то ужасное? — лицо Картера темнеет. Для него не секрет, что дети пропадают не реже взрослых, и что за всем скрывается одно. Моя семья.
— Разве могло быть что-то хорошее, если она попала в лапы убийц? Кэти упомянула Марчен.
— Но как она выбралась? — скулы отчетливо выделяются на его лице, прибавляя возраст.
— Это меня тоже интересует.
— Бедная малышка. Понятно, почему ее психика сработала таким образом и заблокировала все воспоминания. Иначе этот ужас сожрал бы ее заживо.
Когда я думаю о маленькой Кэти, все внутри горит синим пламенем. Не хочу представлять плохое, не хочу подкармливать тревожные предположения. Желаю наказать всех причастных к ее страданиям и защитить ее. Всплывшая правда повергла меня в легкий шок. Я давно не испытывал подобного. Мне хочется знать о ней все. И я едва держусь, чтобы не бросить дела и не поехать к Кэти прямо сейчас, потому что беспокоюсь.
— Твои родственники настоящие монстры из ада во плоти. Не сосчитать, сколько семей и жизней они сломали.
Не отвечаю ему. Прекрасно знаю это сам.
— Долго еще мы будем сидеть здесь? Или ты специально привел меня сюда, чтобы поболтать?
— Угадал. Это мое задание на неделю, и мне было скучно. Засчитаю тебе пару бонусов в копилку. Считай, что это стажировка, — посмеивается Картер, настраивая бинокль. — Скоро прибудет корабль. Нам нужно сделать несколько фото, а потом пробраться к месту погрузки. Когда я подам сигнал, мои ребята устроят небольшой фейерверк, а мы незаметно заберем несколько ящиков.
— Что за корабль?
— Предположительно, это люди Дезероса. Они предпочитают водный транспорт. Снаружи выглядит как обычное торговое судно для перевозки рыбы.
Дезерос — это государство, расположенное на юге от нас. Все контакты с ними давно запрещены на общем Совете Вельрума.
Картер сужает глаза и подает знак ладонью. Мы продвигаемся ближе к берегу. Дурацкая игра в шпионов слегка поднадоела. Карт смотрит на наручные часы, отсчитывает что-то и отдает сигнал по рации. Через минуту раздается взрыв, а затем еще один. Слышатся крики паники. Я следую за ним вдоль покореженного временем забора и ступаю на дощатый настил. Рядом вырастает охранник.
— Что за херня… — он хватается за оружие и смотрит на Карта, но я оглушаю его ударом по голове. Мужик издает булькающие звуки и валится на бок. Картер проскальзывает к будке на пирсе и вытаскивает оттуда небольшие коробки.
— Валим. Быстро, — командует он. Я беру несколько ящиков и отступаю назад. Почти весь берег утопает в темном дыму, но где-то рядом раздаются недовольные окрики.
Прячемся в лесу и сваливаем оттуда через небольшой подземный тоннель.
— Отлично сработано, — произносит Картер, когда мы добираемся до его машины. — Из нас получается отличная команда. Почти как раньше. Ты, конечно, заносчивый богатенький придурок, который привык ставить себя выше других, но это мне иногда нравится. Твоя семья, наверно, даже не подозревает, как виртуозно ты играешь за их спинами.
В этом он прав. Они слегка недооценивают меня. Прохожу мимо него, толкаю плечом и бросаю дурацкий ящик в багажник.
— Поосторожней. Там могут быть лекарства. Или оружие. Благодаря тебе мы вычислили почти все тайные сделки Лиртема и Дезероса. Твоя семья заручилась поддержкой их воинов взамен на разные услуги. Это серьезное нарушение законов Вельрума. Мы отлично поработали. Поехали, угощу тебя неплохими напитками в вашем крысином округе.
***
— Старательность, с которой ты копаешь против своей семейки монстров, восхищает, — Картер отпивает безалкогольное пиво и просматривает стопку документов. Потом достает небольшой ноутбук и забирает у меня флешку, над которой работал Дилан. — Они допустили несколько осечек и спалили сделки с Дезеросом, нарушив кодекс Вельрума. Фэминг и Метрос замешаны в их махинациях. Когда Сантум и Рокада узнают об этом, то получат повод для игры по другим правилам. А Доминик придет в бешенство. И возможно, даже скажет тебе спасибо. Дезерос прославился беспринципностью и жестокостью. Они участвовали в подавлении восстания мятежников и ученых, которое произошло двадцать лет назад.
Мы сидим в небольшом сумрачном баре. Довольно неприметное место, но внутри много людей, занятых своими делами. Электронная музыка, нормальное обслуживание, приглушенный свет и никаких отвратительных запахов. Открываю телефон и просматриваю чат с Кэти. Она молчит, как будто вчерашней ночи не было вовсе.
— Вывели еще одну часть твоих денег. Все рассредоточено по разным местам. Работаем незаметно, как и договаривались. Это небыстро.
Киваю. Я хочу обеспечить достойную жизнь себе и ей. Для начала нужно найти хотя бы безопасное место и надежный дом. Позже я разберусь с остальным. Среди Призраков Альрентера тоже полно продажных идиотов, а деньги открывают многие двери. Мне нужно просчитать все.
— Мы хотим знать дальнейшие планы Блэкмунда. Разрабатываем карту со всеми строящимися защитными сооружениями рядом с городами и неизвестными объектами.
Он отсоединяет экран от клавиатуры и двигает ко мне. Схема пестрит от разных отметок. Поражаюсь масштабам строительства.
— К чему они готовятся? — спрашиваю я, показывая на несколько точек.
— К небольшому противостоянию и изменениям в Вельруме. Ты же знаешь. Наверняка слышал что-нибудь в стенах своего дома.
— Проверяешь меня? — ухмыляюсь я. — Слышал. Они собираются изменить принцип управления Вельрумом. Сейчас страной руководит собрание, состоящее из советов шести округов. В каждом совете по семь человек от региона. Отец и его сестра планируют создать Верховный Совет, куда войдут только их приближенные. Будут решать все главные вопросы, а округам придется подчиняться, потому что основные ресурсы незаметно перейдут в руки моей семьи. Они контролируют все жизненно важные процессы. Остальные династии Вельрума потеряют влияние и власть. А ключевым козырем станет Ресуректон.
— Неплохо, — озадаченно протягивает Картер, потирая лоб. В его глазах скапливается больше усталости, чем обычно. — Рокада и Сантум уже приступили к укреплению стен между округами. Пока что удается сохранить это втайне. Они никогда не признают власть твоей семьи. Надеюсь, что ты выяснишь все детали нового мира, который ждет всех нас.
— Я планирую свалить отсюда и залечь на дно прежде, чем начнет происходить какая-нибудь херня.
— Куда, например? Альрентер неплохой вариант.
— Знаешь что-нибудь про Инлемен?
— Инлемен? — присвистывает Картер. — Это наши соседи на Севере. Инлемен никогда не входил в состав Вельрума. Независимая территория со своими династиями и правилами. Так себе местечко. Тебе не понравится. Холодно, снежно, как в ледяном мире. Их люди не церемонятся с гостями. Мы нечасто наведываемся туда, потому что их правители презирают почти всех, кто имеет хоть какое-то отношение к Вельруму. Даже в прошлом. Личная ненависть. Доминик — один из немногих, кто смог наладить с Инлеменом нормальный контакт. Иногда они помогают нам, иногда мы — им, но всегда соблюдаем дистанцию и границы. Это практически автономная область. Они с радостью скормят тебя каким-нибудь гиенам, которые обитают в горах.
— Я слышал разговоры в Марчене. Кто-то находил там убежище.
— При одном условии: если у них в роду были инлеменцы. Они трясутся над своими родословными не меньше твоей безумной семьи. Ник, я не шучу. Они тихо не любят Вельрум, потому что когда-то давно мы конкурировали в торговле и добыче драгоценных камней, но Блэкмунд и Лиртем там ненавидят всем сердцем. Около двадцати лет назад вы разрушили их города и устроили покушения на правящие династии. От Инлемена почти ничего не осталось, как и от Альрентера. Тебе там никогда не будут рады. Даже не думай, что найдешь среди них союзников. Они неуступчивым и жестки. Чем тебя не устраивает Альрентер и мое общество?
— Я соглашусь на твою идиотскую идею с Марченом только в одном случае, — ощетиниваюсь я. Ненавижу, когда мои планы рассыпаются в пыль, и собираюсь перепроверить его слова про Инлемен. Возможно, он ошибается или врет.
— Ну и?
— Если это будет единственный выход и если ты выполнишь одно главное условие: найдешь безопасное место для Кэти и сделаешь так, чтобы никто не отыскал ее там. Твои облезлые волки не должны даже смотреть в ее сторону.
— Хорошо.
— Хорошо и все?
— Я поступил бы точно так же на твоем месте, поэтому выложусь на полную, чтобы организовать все лучшим образом.
— Твои уродливые Призраки не должны приближаться к ней, — повторяю я. — Понял?
— Не все из них уродливы, — расплывается в любезной улыбке он.
— Уничтожу любого.
— Полегче. Тебе нужно повзрослеть, стать сдержаннее и спокойнее, обрести опоры и научиться контролировать эмоции. Девочкам быстро надоедают эмоциональные вспышки и качели. Когда они становятся старше, то тащатся по другим качествам. Поверь мне. Эта ерунда очаровывает лишь в подростковом возрасте.
С трудом сдерживаюсь, чтобы не врезать ему.
— Прошел курсы психологической помощи или что?
— Самоучка. Планирую написать диссертацию, когда выйду на пенсию, — откровенно ржет Картер. — Не бесись. Я часто зависал в компании Луны, а она любит подобные темы.
Он замолкает и погружается в себя. Я тоже окунаюсь в поток мыслей. Бесит, что его фразы задевают за живое, потому что в них есть доля правды. Я понимаю это, но не могу полностью изменить себя.
— Мне не дает покоя Марчен, — первым говорит он.
— Вы расшифровали что-нибудь после моего визита?
— Не слишком много. След оборвался в море. Вот тут. Но в этом месте ничего нет. Если верить найденным планам, в Марчене семь этажей и огромная территория. Мы проверяем Центры Ресуректона по всей стране, но пока ничего похожего. Где он находится? Может, в Зеркале есть зацепки или следы?
— Вряд ли. Это всего лишь парк взрослых развлечений, предназначенный для того, чтобы раскрасить скучную жизнь. Там полно всякого дерьма, но глупо строить его рядом с Марченом.
— Никто не знает наверняка. Как долго вы добираетесь до туда?
— Лишен этой информации. Это не туристическая поездка в бизнес-классе с комфортными условиями.
— Впервые ты побывал там в одиннадцать лет? Тяжелое было детство, да?
— Твоя болтовня меня изрядно утомила.
— Выясни, над чем усердно трудится твоя семья в последнее время. Надеюсь, что увидимся скоро.
Встаю, бросаю деньги на стол и сваливаю.
Вождение — мое лучшее средство для успокоения. Пока еду обратно в Лиртем, размышляю над словами Картера. Я знаю, над чем работают Изабелла и Виктор. Похищают людей, изучают их в своих лабораториях, перекачивают чужую энергию и создают эликсир долгой жизни. Это кажется невозможным, но у них уже много последователей. Кровь Аномальных используют для создания лекарств и сывороток, основное оборудование для экспериментов скрыто в недрах Марчена. В некоторых Центрах Блэкмунда проводят процедуры энергообмена, не слишком явно афишируя эту информацию. Большая часть испытуемых погибает. Недавно Изабелла хвасталась излечением тяжелой болезни их партнера при помощи удачного эксперимента. Совпадение цветов Лирида позволяет найти наиболее подходящих доноров. Три девушки, которых использовали для восстановления какого-то старого хрыча, погибли. Это похоже на донорство крови, но на более глобальном уровне. Они нашли то, что сканирует душу каждого и определяет слабые места. Часть энергии души забирается у одних и питает других. Ресуректон — огромная тайная наука, которая быстро превратилась в оружие ада. Все должно было быть иначе.
Чем быстрее я приближаюсь к Лиртему, тем больше и отчетливее становятся противоречия внутри. Впереди мелькают огни дома Камерона. Разгорающееся там веселье напоминает об очередной вечеринке, в которую меня не посвятили. Между нами углубляется холодная отстраненность, но сейчас мне все равно. Не хочу никого видеть. Спокойно проезжаю мимо, но серый внедорожник внезапно преграждает путь. Джек сигналит, узнавая мою машину. Мысленно проклинаю все вокруг и выхожу навстречу им.
— Где ты пропадаешь? — недовольно спрашивает Джек. Позади него появляются Камерон и Брайан.
— Подальше от ваших тусовок. Не припомню приглашений.
— Сегодня здесь Гарри МакЛарен с приятелями, и нам не нужны новые кровавые драки, — сухо поясняет Камерон. Брайан морщится, а я с радостью вспоминаю, как хорошенько отделал его.
— Тогда свалите с дороги и дайте проехать.
— В чем дело, Ник? Мы не хотим недосказанностей. После того, как погибла Нора Джулс, ты будто стал другим.
— Я? Это вы лезете на мою территорию. Я всегда говорил вам в лицо, но могу повторить снова: вы не видите очевидных вещей. Верите во всю херню, которую вам выдают за правду. Мне это не слишком интересно.
— Отбрось свое злопамятство. Мы всего лишь помогали Майклу найти тебя. Может быть, мы тоже переживали.
— Ну конечно. И как, крепко подружился с моим братом? — киваю Керону. — Решил стать союзником этой крысы, чтобы впечатлить отца? Удачи.
— А что насчет слухов о твоей свадьбе с Алисой? — перебивает Джек. — Планируешь молчать? Это немного неожиданно. После нового года ты как сквозь землю провалился. От тебя несет бешенством и ненавистью.
— Обязательно приглашу вас всех на незабываемую церемонию, — ехидно отзываюсь я и поворачиваю обратно к машине. — Убери тачку с дороги, или ей может потребоваться небольшой ремонт.
