Вот проступили очертания стволов деревьев. Топорные, словно нарисованные маленьким ребенком. Ветки торчали плоские и ненастоящие.
Об игре света и тени даже речи не было. Оля онемела.
Стало очевидно: зловредный призрак попросту не умел рисовать. И не в силах был вернуть линии туда, куда наносила их рука художницы. Может, он и хотел бы все вернуть. Не исключено, что даже старался. Да что проку, если вместо своего рисунка Оля глядела сейчас на неумелую мазню! Сделалось до слез обидно.
- Ты, - голос прервался, глаза защипало. – Не умеешь рисовать – какого хрена портить чужие рисунки! – выкрикнула, не сдержав злости. – Гад криворукий!
«Помоги вернуться».
- Ну, я же сказала, что дам другой лист, чтобы ты мог мне писать, - чуть не плача, проговорила Оля. – А хотя – хрен с тобой! Пиши уже здесь. Все равно рисунок испорчен. – Мазила хренов. Ну, рассказывай давай – куда там тебе вернуться?
«Домой».
- И где у тебя дом? – безнадежно вопросила она.
«Открой шкаф».
Ага! Ну, кто бы сомневался. Она даже не удивлена. Шкаф ему открыть, как же!
«Гулять».
«Я давно не гулял по простору».
Вон что! Это ее квартира – для него простор и дом родной. Нет, и это не наглость?!
- Да ты и так по квартире шастаешь, как у себя дома! - возмущенно поведала она. – Вон, рисунок мне испоганил. Куда тебя еще выпускать?!
«Шкаф закрыт».
«Мой дом там».
Оля заморгала, силясь понять. Он не из шкафа хочет вылезти – он хочет туда залезть? У него там дом? И там же просторы…
Необъятные просторы шкафа, по которым гуляют духи. Она истерически хихикнула.
С другой стороны – все логично. Дух – в квартире. Поэтому может пакостить. Мазать кашей стены, портить рисунки. Двигать мебель. Сидеть под этажеркой, где его и прижучила со своим чудо-прибором Яна. А хочет он домой. В шкаф.
- Это ты говорил, что духи хотят погулять? – осведомилась она, боясь поверить.
«Да».
- И шкаф тебе нужно открыть, чтобы ты ушел туда, в шкаф? – переспросила Оля. Секунда – очередной положительный ответ. – Значит, я открою шкаф, и ты уйдешь туда?
И снова да. Оля, не сдержавшись, захохотала в полный голос. Выходит, столько мучений, возня с этим прибором – а достаточно было всего-навсего открыть шкаф и позволить духу уйти к себе домой?! Как-то слишком гладко.
- Это ты, выходит, сидел в углу комнаты? – принялась допытываться она. – Тебя Яна прижучила, оставила без энергии?
«Да».
Ну, понятно. И этот невидимка мстить взялся. Или пытался обратить на себя внимание?
- Ты, значит, здесь один такой, из шкафа? – да.
- А как ты письма мне пишешь? – ехидно поинтересовалась она. – Что, силы восстановились?
«Мало».
Вон как, он и жаловаться умеет!
«Уже устал, - надпись появилась и стала таять. – Сил мало, - снова расплылось. – Надо вернуться, - он так и будет писать по паре слов?! – Чтобы вернуть силы».
Оля вздохнула. В принципе, все прояснилось. Выходит, у нее есть шанс избавиться от надоедливого привидения? Хорошо бы! Надоело по собственному дому ходить, как по минному полю. Только вот не стало бы хуже.
- А другие духи там, в шкафу есть? - да.
- И их много? – снова да.
- А они не вылезут наружу, пока я тебя впускать буду? – теперь нет.
«Ты боишься?»
Ох ты ж, сама проницательность! Оля насупилась – неприятно было ощущать себя трусихой. Словно ее поймали на чем-то крамольном. А верить духу не хотелось. Мало ли, что он там скажет!
- Вот что, - она поднялась из-за стола. – Я вернусь через полчаса. Думаю, полчаса ты подождать сумеешь. Когда вернусь – открою шкаф и ты отправишься домой. Доволен? – да. – Вот и отлично! Не хулигань здесь, пока меня не будет, - она сдвинула брови, как могла, сурово. – Не хочу заниматься уборкой! Рука до сих пор болит. Набедокуришь – обижусь и скажу Яне, чтобы еще разок тебя прижучила. Если в квартире к моему приходу будет порядок – пойдешь домой. Усек? – да.
Какой лаконичный! Хорошо бы, и правда понял. Она торопливо оделась и кинулась наружу. Ей срочно нужна соль! Той, что есть дома, точно не хватит на осуществление ее плана.
В солонке на кухне – несколько столовых ложек. Насыпать кругом вокруг шкафа – выйдет слишком тонкая линия. Ненадежно.
Она рассыплет соль толстым-толстым слоем. Так, чтобы ни один полтергейст из шкафа больше не просочился наружу.
Дверь открывала с внутренним трепетом. Боялась увидеть тотальный разгром.
Тишина и порядок приятно поразили. Оля прошлась крадучись по комнатам, придирчиво оглядывая каждый уголок. Чисто! Даже в тапочки не нагадили.
Приятно, чтоб его.
Она выудила из пакета две пачки соли, направилась в кабинет. Оглядела критически ковер, представила, как станет выметать соль из длинного ворса. Сделалось дурно.
А выбора нет! Из-под шкафа ей ковер не вытащить. Придется сыпать прямо на него. Эх!
Ладно, пылесос есть. Уж как-нибудь приберет. Зато духи с потергейстами перестанут донимать ее. Наверное.
Расчет был прост. Рассыпать соль вокруг шкафа, оставив небольшой проход. Пригласить духа, якобы мечтающего попасть в шкаф. Замкнуть круг и только после этого отпереть замок. Заодно уберет в шкаф книги, что приволок ей зловредный незнакомец. А то они так и лежали стопкой на столе – она боялась отпирать шкаф, чтобы сложить их туда.
Спохватившись, сбегала на кухню, вынула из папки рисунок. Нужно же как-то переговариваться с духом! А то она и не знает, слышит ли он ее.
Рассыпала соль грубым толстым неровным кругом. Будто небольшой макет заснеженных гор вырос вокруг долины, в середине которой высился шкаф.
Тряхнула головой. Ну и ассоциации! Можно будет потом нарисовать.
- Слышишь меня? – она кинула взгляд на рисунок. Кивнула, увидев «Да». – Заходи в круг, - пригласила его. – Заходи и готовься, я открою шкаф.
Ничего не изменилось. Оля протянула руку, втащила лист в круг и прислонила к шкафу.
- Ты уже здесь? – чувствовала себя донельзя глупо. – Зашел?
«Да».
Ладно. Она спешно досыпала соль, замкнув круг окончательно. Поставила пачку снаружи и только тогда потянулась за ключом. Книги она еще раньше сложила стопкой на полу. Когда отпирала замок, пальцы подрагивали.
- Ну, заходи, - радушно предложила она, распахивая дверцу. – Я тут пока книги поставлю, - оглядела полки, прикидывая, куда бы пристроить новую стопку. – Ты уже внутри? – осведомилась на всякий случай.
«Давно», - заверила ее надпись поперек рисунка. Буквы повисели и растаяли.
«Снаружи никого нет», - спустя секунд десять сползла и эта надпись.
«Наружу никому не надо».
«Все внутри».
«Закрывай».
Ну, спасибо за разрешение! Оля, ощущая смесь облегчения и досады на собственную нерешительность, захлопнула поспешно дверцу и повернула ключ.
Все. Наконец-то.
Вроде бы ничего особенного не сделала, но руки подрагивали. Она перевела дух.
Вышла осторожно из круга, стараясь не задеть соль. И свалилась на неудобное кресло возле стола, оперлась локтями. Господи помилуй, неужто закончились ее муки?! Скосила глаза на лист бумаги, прислоненный к шкафу.
- Есть здесь кто-нибудь? – вопросила в пустоту.
На рисунке ничего не изменилось. Слово «закрывай» осталось четким – не плыло, не стиралось. Если какие-то духи и находились в комнате, проявлять себя они не спешили.
И что, можно убирать соль? А если они сидят там, возле шкафа, и только и ждут, когда она откроем им дорогу?
А чтобы узнать наверняка, нужно всего-то дождаться возвращения Яны. Подруга включит свой чудо-прибор, и тот покажет – есть духи в квартире или нет.
Оля даже в ладоши хлопнула, порадовавшись собственной догадливости. Ничего с ковром не случится, если соль на нем полежит денек. Или даже до завтрашнего дня. А сегодня можно порисовать. Помнится, ей рассыпанная соль напомнила горы из сплошного снега, сверкающие под солнцем.
Взгляд упал на вчерашний рисунок осеннего парка.
Н-да, обидно будет, если с горами случится то же самое! Как этот дух писал – свежий карандаш? Нужно будет на ночь оставить на всякий случай листок, размалеванный грифелем. Чтобы не поганили рисунки почем зря.
Если верить вечерней проверке – в квартире совершенно чисто. Ни следа присутствия духов, привидений, полтергейстов и прочей нечисти.
Рисунок со снежно-белыми горами, окружившими такую же долину, Яне понравился. На испорченный, с полустертыми следами вида осеннего парка, она только взглянула, осуждающе покачала головой.
- Обнаглели они, не иначе! – вынесла вердикт. – Вот сидят себе в шкафу – и пусть сидят! Нечего вообще вылезать, если им там дом родной.
Оля только кивнула. И не поспоришь!
- Завтра станет окончательно ясно – убрались из квартиры, или нет, - она вздохнула. – Если рисунок окажется невредим – значит, хотя бы успокоились, - пояснила грустно.
- Сфотографируй! – велела Яна. – И слей в облако. Пусть хотя бы в электронном виде останется.
- Да уж, безобразия с моими рисунками начинают напрягать, - проворчала Оля. – Ты тратишь несколько часов, рисуешь. А наутро рраз – и ничего нет! Или есть, но что-то совсем не то, - вспомнился солнечный пейзаж, превращенный распоясавшимися духами в мрачный подвал.
Рисунок она сфотографировала. Посетовала на качество фото, но в конце концов решила, что даже такая копия лучше, чем ничего.
Утренняя проверка заставила испустить восторженный вопль: рисунок остался таким же, каким был с вечера.
Похоже, дикая затея удалась. Призраки, полтергейсты или кто там еще был, остались в шкафу. Правда, рассыпанную вокруг него соль Оля не убирала. Она так и валялась вокруг, возвышаясь эдаким макетом гор, обводящих долину. Ну, а вдруг какая-нибудь зловредная сущность выползла из шкафа, пока она впускала туда бедолагу, пришибленную Яниным прибором? И сидит теперь возле шкафа, ждет, когда уберут солевую преграду, и можно будет начать куролесить в квартире!
Оля сходила в кабинет, полюбовалась на шкаф и рассыпанную соль.
Ну да, прибор показал, конечно, что в квартире пусто. Но можно ли ему верить на сто процентов? А ну, как очередной полтергейст затаился каким-нибудь хитрым образом?!
Нужно выждать пару дней, - решила она. Потом – сунуть внутрь листок, исчерканный карандашом. И спросить – не хочет ли кто-нибудь, чтобы его впустили в шкаф.
Представила результат проверки. Как бы не пришлось держать эти солевые горы вокруг шкафа несколько недель, а то и месяцев!
Мысль чуть подпортила настроение.
Ладно, проблемы стоит решать по мере их поступления. Оля помассировала кисть. Почти не болит. Что ж. Нынче она наведет порядок в квартире, а через денек-другой возьмется за поиски работы. Раньше начнешь – меньше шансов, что деньги закончатся не вовремя.
Любопытно.
Оля крутила в пальцах кулон, подвешенный на тонкую цепочку.
У нее такого определенно никогда не было. Откуда он? Быть может, Яна потеряла? Она бы наверняка предупредила, что где-то могло завалиться ее украшение. Да и не носила Яна никогда такого: кулон совершенно не в ее вкусе! Вкусы, правда, имеют свойство меняться со временем.
Ладно, вернется подруга вечером – покажет.
А может, кулон принадлежал предыдущей хозяйке? Жаль, она, Оля, никогда не знала Сирену Павловну. Старомодная дама, которой принадлежала полная антиквариата квартира, вполне могла носить такие изящные вещицы.
Задумавшись, она совершенно не заметила, как смела всю соль, которую оставила накануне вокруг шкафа. И спохватилась лишь, когда чистила пылесос.
Вот тебе и предусмотрительность! Хотела подержать защиту подольше, называется. А может, этот кулон принадлежал кому-то из привидений, что обитают в ее шкафу? Хотя что за нелепость. Как призрак или полтергейст может носить кулон?! И каким образом, и для чего.
А может, он и не носил. Просто подбросил ей – чтобы усыпить бдительность.
Если так – то хитрость сработала! Она, занятая мыслями о находке, напрочь забыла о принятом решении оставить соль. Эх, ну вот как можно быть такой невнимательной! Может, снова рассыпать?
Нет, не стоит. Во-первых, соль осталась только в солонке – еще меньше, чем было вчера. Этого точно не хватит! А во-вторых, если кто-то бесплотный и хотел вырваться из круга, очерченного вокруг шкафа, то давно это сделал. Поздно спохватилась, матушка!
Интересно, кулон-то на месте? Оля положила его на стол в кабинете.
Если это был отвлекающий маневр от какого-то призрака – вполне мог уже исчезнуть. Оля заставила себя закончить с чисткой пылесоса. Беготней делу не поможешь. Вот приведет квартиру в порядок – и можно будет взглянуть, остался ли кулон там, куда она его положила.
Хотя девушка уже твердо знала – не найдет.
Кулон свою задачу выполнил. Да может, это и вовсе не кулон был, а галлюцинация. Видение. Наслали на нее морок – а она и засуетилась. Всю голову сломала: чье, да откуда. А ниоткуда! Из собственных фантазий.
Оля зло усмехнулась.
Нет, в кабинет она не пойдет, пока не приберет всю квартиру. Вот сейчас дочистит и сложит пылесос, отнесет на место. Потом протрет пол на кухне. И плиту – давно пора. И уж тогда пойдет и посмотрит. Вот такая аскеза. Чтобы впредь не терялась в пустых домыслах и фантазиях, забывая о первостепенном!
Оля удивленно хмыкнула.
Ну, ты подумай! Она позволила себе отправиться в кабинет, только когда закончила все запланированное и поставила на вымытую плиту чайник. После уборки захотелось чаю – поняла, что терпения дождаться, когда Яна вернется после работы, не хватит. Попьет чай сейчас, а вечером – еще раз, с подругой.
Теперь Оля стояла в кабинете перед столом и с удивлением крутила в пальцах кулон. Тот остался на том же месте, куда она его положила!
Поразительно. На ощупь – ну никак не мираж, не галлюцинация. Прохладный металл тонкой цепочки и изящной оправы, переливчатые блики на острых гранях подвески.
Чайник на кухне засвистел, вырывая из задумчивости. Оля, встряхнувшись, направилась туда с украшением в руках. Все-таки любопытно, чтоб его! Откуда такая занятная штукенция ни с того ни с сего взялась в квартире?
Впрочем, пора бы уже запомнить: любые сюрпризы появляются к неприятностям!
Вот что ей, неприятностей мало? Или кто-то решил, что она достаточно отдохнула? А ведь только успела привыкнуть к спокойной жизни. Почти спокойной.
- Да правильно сделала, что убрала эту соль! – фыркнула Яна. – Оль, она только духов не пропускает! И то – эффективность не доказана, - она усмехнулась. – А прибор прекрасно бы астральных сущностей через такой барьер заметил.
- Правда, это тоже не доказано, - Оля хмыкнула. – Знаешь, на меня как помрачение нашло. – Понимаю вдруг, что соль всю смела, а что осталось – втянуло пылесосом.
Об игре света и тени даже речи не было. Оля онемела.
Стало очевидно: зловредный призрак попросту не умел рисовать. И не в силах был вернуть линии туда, куда наносила их рука художницы. Может, он и хотел бы все вернуть. Не исключено, что даже старался. Да что проку, если вместо своего рисунка Оля глядела сейчас на неумелую мазню! Сделалось до слез обидно.
- Ты, - голос прервался, глаза защипало. – Не умеешь рисовать – какого хрена портить чужие рисунки! – выкрикнула, не сдержав злости. – Гад криворукий!
«Помоги вернуться».
- Ну, я же сказала, что дам другой лист, чтобы ты мог мне писать, - чуть не плача, проговорила Оля. – А хотя – хрен с тобой! Пиши уже здесь. Все равно рисунок испорчен. – Мазила хренов. Ну, рассказывай давай – куда там тебе вернуться?
«Домой».
- И где у тебя дом? – безнадежно вопросила она.
«Открой шкаф».
Ага! Ну, кто бы сомневался. Она даже не удивлена. Шкаф ему открыть, как же!
«Гулять».
«Я давно не гулял по простору».
Вон что! Это ее квартира – для него простор и дом родной. Нет, и это не наглость?!
- Да ты и так по квартире шастаешь, как у себя дома! - возмущенно поведала она. – Вон, рисунок мне испоганил. Куда тебя еще выпускать?!
«Шкаф закрыт».
«Мой дом там».
Оля заморгала, силясь понять. Он не из шкафа хочет вылезти – он хочет туда залезть? У него там дом? И там же просторы…
Необъятные просторы шкафа, по которым гуляют духи. Она истерически хихикнула.
С другой стороны – все логично. Дух – в квартире. Поэтому может пакостить. Мазать кашей стены, портить рисунки. Двигать мебель. Сидеть под этажеркой, где его и прижучила со своим чудо-прибором Яна. А хочет он домой. В шкаф.
- Это ты говорил, что духи хотят погулять? – осведомилась она, боясь поверить.
«Да».
- И шкаф тебе нужно открыть, чтобы ты ушел туда, в шкаф? – переспросила Оля. Секунда – очередной положительный ответ. – Значит, я открою шкаф, и ты уйдешь туда?
И снова да. Оля, не сдержавшись, захохотала в полный голос. Выходит, столько мучений, возня с этим прибором – а достаточно было всего-навсего открыть шкаф и позволить духу уйти к себе домой?! Как-то слишком гладко.
- Это ты, выходит, сидел в углу комнаты? – принялась допытываться она. – Тебя Яна прижучила, оставила без энергии?
«Да».
Ну, понятно. И этот невидимка мстить взялся. Или пытался обратить на себя внимание?
- Ты, значит, здесь один такой, из шкафа? – да.
- А как ты письма мне пишешь? – ехидно поинтересовалась она. – Что, силы восстановились?
«Мало».
Вон как, он и жаловаться умеет!
«Уже устал, - надпись появилась и стала таять. – Сил мало, - снова расплылось. – Надо вернуться, - он так и будет писать по паре слов?! – Чтобы вернуть силы».
Оля вздохнула. В принципе, все прояснилось. Выходит, у нее есть шанс избавиться от надоедливого привидения? Хорошо бы! Надоело по собственному дому ходить, как по минному полю. Только вот не стало бы хуже.
- А другие духи там, в шкафу есть? - да.
- И их много? – снова да.
- А они не вылезут наружу, пока я тебя впускать буду? – теперь нет.
«Ты боишься?»
Ох ты ж, сама проницательность! Оля насупилась – неприятно было ощущать себя трусихой. Словно ее поймали на чем-то крамольном. А верить духу не хотелось. Мало ли, что он там скажет!
- Вот что, - она поднялась из-за стола. – Я вернусь через полчаса. Думаю, полчаса ты подождать сумеешь. Когда вернусь – открою шкаф и ты отправишься домой. Доволен? – да. – Вот и отлично! Не хулигань здесь, пока меня не будет, - она сдвинула брови, как могла, сурово. – Не хочу заниматься уборкой! Рука до сих пор болит. Набедокуришь – обижусь и скажу Яне, чтобы еще разок тебя прижучила. Если в квартире к моему приходу будет порядок – пойдешь домой. Усек? – да.
Какой лаконичный! Хорошо бы, и правда понял. Она торопливо оделась и кинулась наружу. Ей срочно нужна соль! Той, что есть дома, точно не хватит на осуществление ее плана.
В солонке на кухне – несколько столовых ложек. Насыпать кругом вокруг шкафа – выйдет слишком тонкая линия. Ненадежно.
Она рассыплет соль толстым-толстым слоем. Так, чтобы ни один полтергейст из шкафа больше не просочился наружу.
*** ***
Дверь открывала с внутренним трепетом. Боялась увидеть тотальный разгром.
Тишина и порядок приятно поразили. Оля прошлась крадучись по комнатам, придирчиво оглядывая каждый уголок. Чисто! Даже в тапочки не нагадили.
Приятно, чтоб его.
Она выудила из пакета две пачки соли, направилась в кабинет. Оглядела критически ковер, представила, как станет выметать соль из длинного ворса. Сделалось дурно.
А выбора нет! Из-под шкафа ей ковер не вытащить. Придется сыпать прямо на него. Эх!
Ладно, пылесос есть. Уж как-нибудь приберет. Зато духи с потергейстами перестанут донимать ее. Наверное.
Расчет был прост. Рассыпать соль вокруг шкафа, оставив небольшой проход. Пригласить духа, якобы мечтающего попасть в шкаф. Замкнуть круг и только после этого отпереть замок. Заодно уберет в шкаф книги, что приволок ей зловредный незнакомец. А то они так и лежали стопкой на столе – она боялась отпирать шкаф, чтобы сложить их туда.
Спохватившись, сбегала на кухню, вынула из папки рисунок. Нужно же как-то переговариваться с духом! А то она и не знает, слышит ли он ее.
Рассыпала соль грубым толстым неровным кругом. Будто небольшой макет заснеженных гор вырос вокруг долины, в середине которой высился шкаф.
Тряхнула головой. Ну и ассоциации! Можно будет потом нарисовать.
- Слышишь меня? – она кинула взгляд на рисунок. Кивнула, увидев «Да». – Заходи в круг, - пригласила его. – Заходи и готовься, я открою шкаф.
Ничего не изменилось. Оля протянула руку, втащила лист в круг и прислонила к шкафу.
- Ты уже здесь? – чувствовала себя донельзя глупо. – Зашел?
«Да».
Ладно. Она спешно досыпала соль, замкнув круг окончательно. Поставила пачку снаружи и только тогда потянулась за ключом. Книги она еще раньше сложила стопкой на полу. Когда отпирала замок, пальцы подрагивали.
- Ну, заходи, - радушно предложила она, распахивая дверцу. – Я тут пока книги поставлю, - оглядела полки, прикидывая, куда бы пристроить новую стопку. – Ты уже внутри? – осведомилась на всякий случай.
«Давно», - заверила ее надпись поперек рисунка. Буквы повисели и растаяли.
«Снаружи никого нет», - спустя секунд десять сползла и эта надпись.
«Наружу никому не надо».
«Все внутри».
«Закрывай».
Ну, спасибо за разрешение! Оля, ощущая смесь облегчения и досады на собственную нерешительность, захлопнула поспешно дверцу и повернула ключ.
Все. Наконец-то.
Вроде бы ничего особенного не сделала, но руки подрагивали. Она перевела дух.
Вышла осторожно из круга, стараясь не задеть соль. И свалилась на неудобное кресло возле стола, оперлась локтями. Господи помилуй, неужто закончились ее муки?! Скосила глаза на лист бумаги, прислоненный к шкафу.
- Есть здесь кто-нибудь? – вопросила в пустоту.
На рисунке ничего не изменилось. Слово «закрывай» осталось четким – не плыло, не стиралось. Если какие-то духи и находились в комнате, проявлять себя они не спешили.
И что, можно убирать соль? А если они сидят там, возле шкафа, и только и ждут, когда она откроем им дорогу?
А чтобы узнать наверняка, нужно всего-то дождаться возвращения Яны. Подруга включит свой чудо-прибор, и тот покажет – есть духи в квартире или нет.
Оля даже в ладоши хлопнула, порадовавшись собственной догадливости. Ничего с ковром не случится, если соль на нем полежит денек. Или даже до завтрашнего дня. А сегодня можно порисовать. Помнится, ей рассыпанная соль напомнила горы из сплошного снега, сверкающие под солнцем.
Взгляд упал на вчерашний рисунок осеннего парка.
Н-да, обидно будет, если с горами случится то же самое! Как этот дух писал – свежий карандаш? Нужно будет на ночь оставить на всякий случай листок, размалеванный грифелем. Чтобы не поганили рисунки почем зря.
Глава 11
Если верить вечерней проверке – в квартире совершенно чисто. Ни следа присутствия духов, привидений, полтергейстов и прочей нечисти.
Рисунок со снежно-белыми горами, окружившими такую же долину, Яне понравился. На испорченный, с полустертыми следами вида осеннего парка, она только взглянула, осуждающе покачала головой.
- Обнаглели они, не иначе! – вынесла вердикт. – Вот сидят себе в шкафу – и пусть сидят! Нечего вообще вылезать, если им там дом родной.
Оля только кивнула. И не поспоришь!
- Завтра станет окончательно ясно – убрались из квартиры, или нет, - она вздохнула. – Если рисунок окажется невредим – значит, хотя бы успокоились, - пояснила грустно.
- Сфотографируй! – велела Яна. – И слей в облако. Пусть хотя бы в электронном виде останется.
- Да уж, безобразия с моими рисунками начинают напрягать, - проворчала Оля. – Ты тратишь несколько часов, рисуешь. А наутро рраз – и ничего нет! Или есть, но что-то совсем не то, - вспомнился солнечный пейзаж, превращенный распоясавшимися духами в мрачный подвал.
Рисунок она сфотографировала. Посетовала на качество фото, но в конце концов решила, что даже такая копия лучше, чем ничего.
*** ***
Утренняя проверка заставила испустить восторженный вопль: рисунок остался таким же, каким был с вечера.
Похоже, дикая затея удалась. Призраки, полтергейсты или кто там еще был, остались в шкафу. Правда, рассыпанную вокруг него соль Оля не убирала. Она так и валялась вокруг, возвышаясь эдаким макетом гор, обводящих долину. Ну, а вдруг какая-нибудь зловредная сущность выползла из шкафа, пока она впускала туда бедолагу, пришибленную Яниным прибором? И сидит теперь возле шкафа, ждет, когда уберут солевую преграду, и можно будет начать куролесить в квартире!
Оля сходила в кабинет, полюбовалась на шкаф и рассыпанную соль.
Ну да, прибор показал, конечно, что в квартире пусто. Но можно ли ему верить на сто процентов? А ну, как очередной полтергейст затаился каким-нибудь хитрым образом?!
Нужно выждать пару дней, - решила она. Потом – сунуть внутрь листок, исчерканный карандашом. И спросить – не хочет ли кто-нибудь, чтобы его впустили в шкаф.
Представила результат проверки. Как бы не пришлось держать эти солевые горы вокруг шкафа несколько недель, а то и месяцев!
Мысль чуть подпортила настроение.
Ладно, проблемы стоит решать по мере их поступления. Оля помассировала кисть. Почти не болит. Что ж. Нынче она наведет порядок в квартире, а через денек-другой возьмется за поиски работы. Раньше начнешь – меньше шансов, что деньги закончатся не вовремя.
*** ***
Любопытно.
Оля крутила в пальцах кулон, подвешенный на тонкую цепочку.
У нее такого определенно никогда не было. Откуда он? Быть может, Яна потеряла? Она бы наверняка предупредила, что где-то могло завалиться ее украшение. Да и не носила Яна никогда такого: кулон совершенно не в ее вкусе! Вкусы, правда, имеют свойство меняться со временем.
Ладно, вернется подруга вечером – покажет.
А может, кулон принадлежал предыдущей хозяйке? Жаль, она, Оля, никогда не знала Сирену Павловну. Старомодная дама, которой принадлежала полная антиквариата квартира, вполне могла носить такие изящные вещицы.
Задумавшись, она совершенно не заметила, как смела всю соль, которую оставила накануне вокруг шкафа. И спохватилась лишь, когда чистила пылесос.
Вот тебе и предусмотрительность! Хотела подержать защиту подольше, называется. А может, этот кулон принадлежал кому-то из привидений, что обитают в ее шкафу? Хотя что за нелепость. Как призрак или полтергейст может носить кулон?! И каким образом, и для чего.
А может, он и не носил. Просто подбросил ей – чтобы усыпить бдительность.
Если так – то хитрость сработала! Она, занятая мыслями о находке, напрочь забыла о принятом решении оставить соль. Эх, ну вот как можно быть такой невнимательной! Может, снова рассыпать?
Нет, не стоит. Во-первых, соль осталась только в солонке – еще меньше, чем было вчера. Этого точно не хватит! А во-вторых, если кто-то бесплотный и хотел вырваться из круга, очерченного вокруг шкафа, то давно это сделал. Поздно спохватилась, матушка!
Интересно, кулон-то на месте? Оля положила его на стол в кабинете.
Если это был отвлекающий маневр от какого-то призрака – вполне мог уже исчезнуть. Оля заставила себя закончить с чисткой пылесоса. Беготней делу не поможешь. Вот приведет квартиру в порядок – и можно будет взглянуть, остался ли кулон там, куда она его положила.
Хотя девушка уже твердо знала – не найдет.
Кулон свою задачу выполнил. Да может, это и вовсе не кулон был, а галлюцинация. Видение. Наслали на нее морок – а она и засуетилась. Всю голову сломала: чье, да откуда. А ниоткуда! Из собственных фантазий.
Оля зло усмехнулась.
Нет, в кабинет она не пойдет, пока не приберет всю квартиру. Вот сейчас дочистит и сложит пылесос, отнесет на место. Потом протрет пол на кухне. И плиту – давно пора. И уж тогда пойдет и посмотрит. Вот такая аскеза. Чтобы впредь не терялась в пустых домыслах и фантазиях, забывая о первостепенном!
*** ***
Оля удивленно хмыкнула.
Ну, ты подумай! Она позволила себе отправиться в кабинет, только когда закончила все запланированное и поставила на вымытую плиту чайник. После уборки захотелось чаю – поняла, что терпения дождаться, когда Яна вернется после работы, не хватит. Попьет чай сейчас, а вечером – еще раз, с подругой.
Теперь Оля стояла в кабинете перед столом и с удивлением крутила в пальцах кулон. Тот остался на том же месте, куда она его положила!
Поразительно. На ощупь – ну никак не мираж, не галлюцинация. Прохладный металл тонкой цепочки и изящной оправы, переливчатые блики на острых гранях подвески.
Чайник на кухне засвистел, вырывая из задумчивости. Оля, встряхнувшись, направилась туда с украшением в руках. Все-таки любопытно, чтоб его! Откуда такая занятная штукенция ни с того ни с сего взялась в квартире?
Впрочем, пора бы уже запомнить: любые сюрпризы появляются к неприятностям!
Вот что ей, неприятностей мало? Или кто-то решил, что она достаточно отдохнула? А ведь только успела привыкнуть к спокойной жизни. Почти спокойной.
*** ***
- Да правильно сделала, что убрала эту соль! – фыркнула Яна. – Оль, она только духов не пропускает! И то – эффективность не доказана, - она усмехнулась. – А прибор прекрасно бы астральных сущностей через такой барьер заметил.
- Правда, это тоже не доказано, - Оля хмыкнула. – Знаешь, на меня как помрачение нашло. – Понимаю вдруг, что соль всю смела, а что осталось – втянуло пылесосом.
