Как бы я объяснила, для чего мне потребовалась такая сумма? Зато с моими способностями ничего не стоило незаметно проникнуть в банк через вентиляцию. Вот только о камерах видеонаблюдения я не подумала. Эх, надо было маску надеть!
– Никто ведь не узнал, – насупилась я. – Да и взяла-то совсем немного. Не обеднеют эти толстопузы. Ты бы видел, сколько там было!..
– Как ты могла? – вскричал Рутра. – Мы развиваем эти способности вовсе не для того, чтобы с их помощью совершать преступления!
– Мы? – наморщила я лоб. – Ты за всех-то не говори...
Рутра осекся, понял, что слишком рано записал меня в добровольцы армии праведников. Уж не знаю, для чего он сам стал таким, но у меня совершенно иные мотивы. Конечно же, я не собиралась превратиться в суперзлодейку, выстроить себе посреди Погорска башню и хохотать на ней, строя планы мирового господства. Но и пай-девочкой я тоже быть не обещала.
– Да пойми же ты, – взмолился Рутра. – Мы сейчас боремся за то, чтобы восстановить в мире справедливость, наказать негодяев. Но кем мы станем, если сами будем преступать закон?
– А что нам остается делать? – возмутилась я. – Идет война. И у противника: власть, деньги, люди, связи. Да только нам тоже нужно чем-то воевать. Так отчего не использовать то, что мы имеем? Нашу силу!
И, заметив, как надулся Рутра, примирительно ткнула его кулачком в плечо:
– Да не переживай ты так. Ну взяла немного. Так ведь на благое дело! Вот победим эту сволочь, тогда и сами сможем стать законопослушными, – И пробормотала чуть тише: – По крайней мере, обещаю попытаться.
И перевела тему разговора:
– Так где статья-то, которую нужно отнести?
– Вон в том портфеле, – буркнул явно не ободренный моим ответом Рутра.
Я вынула из указанного саквояжа пузатый файл с какими-то бумагами и набрала на телефоне номер заказа такси. Минут через десять подкатила машина. Я набросила на себя белый плащ, накинула капюшон, надела перчатки, солнцезащитные очки, выпорхнула из дома... и отшатнулась обратно вглубь темных сеней, отброшенная потоком адского пекла. Солнце еще высоко, а на небе – ни облачка! Вот же мерзкая особенность организма. Пока темно – властелин мира. Но как солнце взойдет – хоть увольняйся обратно в люди (если б еще знать, как...). Понимаю, отчего Денис Мун так сильно горевал по этому поводу. У него была прямо-таки навязчивая идея – выйти на свет. И в итоге ведь вышел: сбылась мечта идиота – сгорел заживо в рассветных лучах...
В общем, я перепуганной дурой стояла в темноте сеней, а водитель уже начал мне названивать, мол, выходите, я подъехал, время бесплатного ожидания – десять минут. Что делать? Отменять вызов и идти обратно в дом не хотелось. Я же обещала отвезти эту долбанную статью – значит, сделаю, чего бы мне это не стоило! А потому я посильнее надвинула на лицо капюшон и снова выскочила в пекло. Палило так, что я даже сквозь плащ чувствовала, что запекаюсь словно курочка-гриль. Хуже всего было лицу, прикрытому лишь тенью капюшона. Очки защищали глаза от света, но мир вокруг выглядел скоплением бело-желтых пятен. Я с трудом различала дорожку, кое-как проскочила калитку и, распознав в сером пятне автомобиль, наощупь разыскала ручку задней дверцы. Забравшись поспешно в салон, я отодвинулась подальше от окошка, со стороны которого лупило солнце. Первое, что увидела, когда вновь обрела зрение – удивленную физиономию водителя. Он открыл было рот, явно намереваясь поинтересоваться причиной моего поведения, но я его опередила:
– Они все еще там?
– Кто?
– Пришельцы! Ну, такие лупоглазые, зеленые, с пупырышками! Они за мной гнались!
Таксист издал озадаченное: «Э-э-э-э...»
– Но вы не беспокойтесь, – весьма серьезно добавила я. – Они землян не трогают. Только нас – рептилоидов.
Ошарашенный водитель хмуро повернулся к лобовому стеклу и запустил двигатель. Вопросов у него больше не имелось. И даже до места меня домчал со скоростью ракеты, видимо, желая поскорее избавиться от сумасшедшей. Потому его совершенно не удивило, что я попросила остановить машину как можно ближе ко входу в газетный комплекс, а затем покинула автомобиль примерно тем же манером, как в него села.
Очутившись в фойе, я скинула капюшон, сняла очки, перчатки и какое-то время наслаждалась прохладой. Лицо пылало. «Небось, видок у меня тот еще. Наверняка красная рожа со светлыми кругами вокруг глаз, на том месте, где были очки». Чтобы проверить это, я подошла к висящему в фойе огромному зеркалу, но тут же выругалась – еще один неприятный побочный эффект, к которому никак не привыкну! Лица своего я, конечно же, не увидела. Но делать нечего, я уже тут, так что плевать на марафеты – вперед!
– Привет, Женька! Чего притащила? – встретила меня редактор, едва я перешагнула порог «Погорских кошмаров». Про лицо мое ничего не сказала, значит не так все плохо. Ну хоть в этом плюс. Есть такое выражение: заживает, как на собаке. У нас, к счастью, такая регенерация организма, что псы б поумирали от зависти. Даже если и были на лице ожоги, похоже, уже прошли.
Я протянула редакторше файл. Та вынула из него несколько рукописных листов, высыпала на стол какие-то фотографии, откинулась в кресле, принялась читать.
– Это что-то новое. Такого ты нам еще не приносила, – одобрительно кивая, сказала она.
– Спасибо, я старалась, – изобразив смущение, ответила я. Хотя понятия не имела, чего Рутра накарябал на этот раз.
– Ничего себе, даже с именами и фотографиями, – продолжала восхищаться редактор. – Ого! А это что за приписка в конце? «Просьба считать этот материал обращением в прокуратуру и возбудить уголовное дело»...
Она удивленно вскинула на меня глаза:
– Так ты что, хочешь сказать, что все написанное в твоих статьях – правда?
Я продолжала глупо улыбаться... Как вдруг до меня дошел смысл ее слов.
– Правда, – тупо повторила я, заглянув редакторше через плечо. И первое, что бросилось в глаза – длинный список имен и фамилий, а среди них – Ярослав Павлович Щербак. Слава! У меня подкосились ноги.
– Чему ты так удивляешься. Будто ни ты писала.
А я ни то, что не писала, даже не читала! Я-то и не думала, что это – финальный материал. После него – все! Рутра ничего не говорил о том, что план подошел к завершению. И вот передо мной лежит список фамилий с перечислением преступлений, которые совершили люди из ордена Братство Света: с датами, именами жертв, указаниями мест, свидетельствами очевидцев, а ко всему этому еще и прилагается кипа фотографий. И с верхнего снимка на меня смотрел ты, Слава! А я-то, дуреха, даже не потрудилась посмотреть, что в файле!
– Этот материал точно годится? – растерянно промямлила я.
– Наехать на самую влиятельную организацию в области? – почесывая окольцованную пирсингом бровь пробормотала редактор. – Дай-ка подумать...
У меня мелькнула надежда.
– Да это же круто! – в восторге подскочила редактор. – Это же просто бомба! Конечно, надо приготовиться к судебным искам... Но это фигня, по сравнению с тем, как взлетит наш тираж! Суды отобьем за счет продаж. А если все в материале правда, так и судиться не придется – их всех просто пересажают! К тому же, у нас ведь в выходных данных написано, что мнение редакции может не совпадать с мнением автора... Витек! Эй, Витяня!
Редактор ткнула в спину сидящего у соседнего компьютера парня. Тот обернулся, оторвавшись от убийства монстров в какой-то игрушке.
– Витенька, у нас новая обложка! – торжественно объявила редактор.
– Вика, ты шутишь? – Парень не разделял ее восторга. – Я уже файлы в типографию отправил! Мы ж завтра выходим!
– Да ради такого материала стоит переверстать!..
«Они знали! – вдруг сообразила я. – Рутра и Марта прекрасно понимали, что это – финал, но ничего мне не сказали! Они боялись, что я буду против и не отнесу материал, потому и промолчали. Так вот зачем Рутра так торопил меня! И, сука, правильно боялись! Пусть идут к Дьяволу, я им не марионетка!..»
– Вы знаете, – не своим голосом проговорила я, хватая бумаги и снимки, – думаю, этот материал еще не готов к публикации.
– Да ты что? – вскричала редактор, вцепившись в листки. – Все нормально! Текст чуток подправим, а в остальном норм!
– Нет-нет, – поспешно замотала я головой, пытаясь вырвать материал из цепких рук редакторши. – Я вспомнила, что забыла кое-что проверить. Мне надо пообщаться еще с одним важным человеком. А то я случайно могу подставить ни в чем неповинных людей. Извините, что так вышло...
– Ты уверена?
– Абсолютно! – Я уже готова была сражаться за эти бумаги. И, видимо, это явно читалось на моей едва зажившей физиономии, так как редактор разжала пальцы и разочарованно откинулась на спинку кресла.
– Ну ладно. Только обещай, что на следующей неделе все доделаешь и принесешь. Оки?
– Да-да, конечно! – радостно закивала я.
– Значит, по обложке – отбой? – обрадовался и верстальщик.
Он уже успел открыть файл с предыдущей версией обложки, и я увидела на экране фотографию несущегося в ночи поезда, а на переднем плане – страшнющую девку с растрепанными волосами. Снизу стояла подпись: «Дорога ужаса. В Погорье привидения нападают на пассажиров!»
Заметив мою заинтересованность, редактор пояснила:
– На днях в редакцию позвонила тетка и заявила, будто бы в поезде увидела привидение.
– Да ну? – насторожилась я, вдруг припомнив, как училась летать, когда мы возвращались на поезде из Красновки. И перепуганную бабу, которая случайно оказалась у меня на пути. – И что же она такого видела?
– Глюки она свои видела, – отмахнулась редактор. – Паранойя у тетки. Но нам-то какая разница? Федор Михалыч с ней пообщался, она ему такого понарассказывала... Даже увиденное привидение нарисовала!
И редактор выложила передо мной какие-то каракули – на альбомном листе была нарисована страшилища, кстати, отдаленно и правда напоминающая меня.
Спустя пять минут я уже мчалась вниз по лестнице газетного комплекса, радостно прижимая к груди отвоеванные материалы. О том, что случиться, когда об этом узнают Рутра и Марта старалась не думать. Да и плевать, что узнают. Это ведь неправильно! «Выходит, сегодня Рутра решил поговорить со Славой, а завтра упрятать его за решетку? – свирепея, думала я. – Ну уж нет! Каждый оступившийся заслуживает второго шанса – шанса на исправление. Им ли об этом не знать? У Марты ведь такой шанс был!..»
Когда я заскочила в такси, приехавшее, чтобы отвезти меня домой, увидела того же водителя, что вез меня сюда.
– Опять пришельцы? – спросил он, с опаской оглянувшись.
– Достали, сволочи! Палят из лазеров по чем зря!
У таксиста мина стала такой озадаченной, словно он засомневался, не отвезти ли меня в другое место – в психушку. Но, прикинув, все же повез по адресу: какая разница, что за пассажир – лишь бы платил.
– Вы – мой герой! – сказала я водителю, когда машина подкатила к дому Марты. – Галактическая федерация вас не забудет!
Тот, видимо, хотел сморозить в ответ какую-то шутку, но, глянув в зеркало заднего вида, так и замер с открытым ртом – моего отражения-то он не увидел! Я поспешно распахнула дверцу и выскочила из автомобиля. Пока я под палящим солнцем бежала к дому, услышала, как позади машина рванула с места, словно на авторалли.
– Все в порядке? – спросил Рутра, когда я вбежала в дом.
– Ага, отлично! – ответила я, вдруг вспомнив о цели своего похода. И мигом повернулась к нему спиной, так, чтобы он не увидел, как толстенный файл оттопыривает плащ. Улучшив момент, запихнула его поглубже под ближайший шкаф.
Пока прятала улики, с кухни раздался взволнованный голос Марты:
– Рутра, это безумие! Не понимаю, зачем так рисковать!
– Есть на то причины, – уклончиво ответил тот. – Я с ним встречусь, это не обсуждается.
Стало ясно, что своим появлением я прервала какой-то спор. Когда вошла в кухню, увидела Шута, Марту и Рутру с напряженными физиономиями сидящих вокруг стола, словно на военном совете. Я присела на свободную табуретку. Не сложно было догадаться, о чем тут речь: наш вампирский главарь не соврал вчера – он всерьез собрался встретиться с одним из самых лютых охотников Ордена (после магистра отца Пейна, конечно).
– Весьма странный способ самоубийства, – заметила я. – Хуже для вампира, разве что – выйти позагорать.
– Мы вольны сами распоряжается своей судьбой, – в своей обычной пафосной манере ответил Рутра. – И если мне суждено умереть...
– И помрешь, к гадалке не ходи! – усмехнулась я. – Да Слава же только и бредит тем, как разыскать и прикончить Артура Велина! У него даже фото твое есть и глядит он на него чаще, чем на свои иконы. Кстати, фото, вырезанное из той самой газеты, в которой сообщается о гибели его сестры. И твой портрет в ней – как главного подозреваемого. Он же прикончит тебя, едва увидит!
– Значит, нужно сделать так, чтобы мы поговорили, но при этом никто не пострадал, – упрямился Рутра.
– Ты можешь надеть маску, – предложила Марта. – Или назначить встречу в темном месте, где он тебя не узнает.
– Исключено, – мотнул головой тот. – Я хочу, чтобы Слава знал, кто перед ним. Это важно.
– В таком случае на мирные переговоры можешь не рассчитывать.
– Ну да, – кивнул Шут. – Когда я с ним впервые встретился, он сходу схватил меня за горло.
Я перехватила свирепый взгляд Марты. Этих подробностей из наших приключений она не знала.
– Ну, все же обошлось... – виновато пожала я плечами. – А вот с Рутрой наверняка не обойдется. С убийцей сестры он церемониться не станет, мигом всадит арбалетный болт промеж глаз. Если только...
Да-да, Слава, вырубить тебя и связать было моей идеей. Но другого безопасного способа устроить ваш диалог с Артуром Велиным я не видела. С этим согласился даже Рутра, так что следующим вопросом на повестке дня стало придумать, каким образом тебя-бугая связать, а заодно и отобрать любимые цацки – кастет, пистолет, ну и остальное, чего там еще у тебя может быть припасено для насаждения Света и Добра.
– Я и Ульяна договорились с ним встретиться после заката, – напомнил Шут. – Можно назначить встречу в каком-нибудь укромном местечке, там и вырубить.
– Тогда вы себя раскроете, – покачал головой Рутра. – Он поймет, что вы со мной заодно. А кое-кому, как я понимаю, не терпится сохранить с ним теплые отношения.
И он многозначительно глянул на меня.
– Отношения у нас – чисто деловые! – буркнула я, чувствуя, как краска разливается по щекам.
В этот момент у меня зазвонил мобильник. «Вот, стоит вспомнить, и тут как тут!» – На экране светилось твое имя.
– Да? – сказала я, сняв трубку, при этом заметив краем глаза улыбки остальных троих, сидящих за столом.
Я встала и вышла в другую комнату, подальше от этих пошлых намеков.
– Привет! Ты занята? – Твой голос в динамике звучал как-то тоскливо, потерянно. – Можно с тобой увидеться?
«Конечно же, нет!» – подумала я, глядя на тонкий солнечный лучик, пробивающийся в дом через щель между ставнями. И соврала:
– У меня пары. А потом еще факультатив. Допоздна.
На мой отказ ты ответил таким тяжелым вздохом, что я поняла – ты в отчаянии.
– Что-то случилось? – забеспокоилась я. – Какой-то голос у тебя странный... С тобой все в порядке?
– Все хорошо, – Ты отключился.
«Ничего не хорошо! – завертелись панические мысли. – Что-то явно случилось!» Тогда-то я еще не знала о смерти твоего друга Рафаэля.
– Никто ведь не узнал, – насупилась я. – Да и взяла-то совсем немного. Не обеднеют эти толстопузы. Ты бы видел, сколько там было!..
– Как ты могла? – вскричал Рутра. – Мы развиваем эти способности вовсе не для того, чтобы с их помощью совершать преступления!
– Мы? – наморщила я лоб. – Ты за всех-то не говори...
Рутра осекся, понял, что слишком рано записал меня в добровольцы армии праведников. Уж не знаю, для чего он сам стал таким, но у меня совершенно иные мотивы. Конечно же, я не собиралась превратиться в суперзлодейку, выстроить себе посреди Погорска башню и хохотать на ней, строя планы мирового господства. Но и пай-девочкой я тоже быть не обещала.
– Да пойми же ты, – взмолился Рутра. – Мы сейчас боремся за то, чтобы восстановить в мире справедливость, наказать негодяев. Но кем мы станем, если сами будем преступать закон?
– А что нам остается делать? – возмутилась я. – Идет война. И у противника: власть, деньги, люди, связи. Да только нам тоже нужно чем-то воевать. Так отчего не использовать то, что мы имеем? Нашу силу!
И, заметив, как надулся Рутра, примирительно ткнула его кулачком в плечо:
– Да не переживай ты так. Ну взяла немного. Так ведь на благое дело! Вот победим эту сволочь, тогда и сами сможем стать законопослушными, – И пробормотала чуть тише: – По крайней мере, обещаю попытаться.
И перевела тему разговора:
– Так где статья-то, которую нужно отнести?
– Вон в том портфеле, – буркнул явно не ободренный моим ответом Рутра.
Я вынула из указанного саквояжа пузатый файл с какими-то бумагами и набрала на телефоне номер заказа такси. Минут через десять подкатила машина. Я набросила на себя белый плащ, накинула капюшон, надела перчатки, солнцезащитные очки, выпорхнула из дома... и отшатнулась обратно вглубь темных сеней, отброшенная потоком адского пекла. Солнце еще высоко, а на небе – ни облачка! Вот же мерзкая особенность организма. Пока темно – властелин мира. Но как солнце взойдет – хоть увольняйся обратно в люди (если б еще знать, как...). Понимаю, отчего Денис Мун так сильно горевал по этому поводу. У него была прямо-таки навязчивая идея – выйти на свет. И в итоге ведь вышел: сбылась мечта идиота – сгорел заживо в рассветных лучах...
В общем, я перепуганной дурой стояла в темноте сеней, а водитель уже начал мне названивать, мол, выходите, я подъехал, время бесплатного ожидания – десять минут. Что делать? Отменять вызов и идти обратно в дом не хотелось. Я же обещала отвезти эту долбанную статью – значит, сделаю, чего бы мне это не стоило! А потому я посильнее надвинула на лицо капюшон и снова выскочила в пекло. Палило так, что я даже сквозь плащ чувствовала, что запекаюсь словно курочка-гриль. Хуже всего было лицу, прикрытому лишь тенью капюшона. Очки защищали глаза от света, но мир вокруг выглядел скоплением бело-желтых пятен. Я с трудом различала дорожку, кое-как проскочила калитку и, распознав в сером пятне автомобиль, наощупь разыскала ручку задней дверцы. Забравшись поспешно в салон, я отодвинулась подальше от окошка, со стороны которого лупило солнце. Первое, что увидела, когда вновь обрела зрение – удивленную физиономию водителя. Он открыл было рот, явно намереваясь поинтересоваться причиной моего поведения, но я его опередила:
– Они все еще там?
– Кто?
– Пришельцы! Ну, такие лупоглазые, зеленые, с пупырышками! Они за мной гнались!
Таксист издал озадаченное: «Э-э-э-э...»
– Но вы не беспокойтесь, – весьма серьезно добавила я. – Они землян не трогают. Только нас – рептилоидов.
Ошарашенный водитель хмуро повернулся к лобовому стеклу и запустил двигатель. Вопросов у него больше не имелось. И даже до места меня домчал со скоростью ракеты, видимо, желая поскорее избавиться от сумасшедшей. Потому его совершенно не удивило, что я попросила остановить машину как можно ближе ко входу в газетный комплекс, а затем покинула автомобиль примерно тем же манером, как в него села.
Очутившись в фойе, я скинула капюшон, сняла очки, перчатки и какое-то время наслаждалась прохладой. Лицо пылало. «Небось, видок у меня тот еще. Наверняка красная рожа со светлыми кругами вокруг глаз, на том месте, где были очки». Чтобы проверить это, я подошла к висящему в фойе огромному зеркалу, но тут же выругалась – еще один неприятный побочный эффект, к которому никак не привыкну! Лица своего я, конечно же, не увидела. Но делать нечего, я уже тут, так что плевать на марафеты – вперед!
– Привет, Женька! Чего притащила? – встретила меня редактор, едва я перешагнула порог «Погорских кошмаров». Про лицо мое ничего не сказала, значит не так все плохо. Ну хоть в этом плюс. Есть такое выражение: заживает, как на собаке. У нас, к счастью, такая регенерация организма, что псы б поумирали от зависти. Даже если и были на лице ожоги, похоже, уже прошли.
Я протянула редакторше файл. Та вынула из него несколько рукописных листов, высыпала на стол какие-то фотографии, откинулась в кресле, принялась читать.
– Это что-то новое. Такого ты нам еще не приносила, – одобрительно кивая, сказала она.
– Спасибо, я старалась, – изобразив смущение, ответила я. Хотя понятия не имела, чего Рутра накарябал на этот раз.
– Ничего себе, даже с именами и фотографиями, – продолжала восхищаться редактор. – Ого! А это что за приписка в конце? «Просьба считать этот материал обращением в прокуратуру и возбудить уголовное дело»...
Она удивленно вскинула на меня глаза:
– Так ты что, хочешь сказать, что все написанное в твоих статьях – правда?
Я продолжала глупо улыбаться... Как вдруг до меня дошел смысл ее слов.
– Правда, – тупо повторила я, заглянув редакторше через плечо. И первое, что бросилось в глаза – длинный список имен и фамилий, а среди них – Ярослав Павлович Щербак. Слава! У меня подкосились ноги.
– Чему ты так удивляешься. Будто ни ты писала.
А я ни то, что не писала, даже не читала! Я-то и не думала, что это – финальный материал. После него – все! Рутра ничего не говорил о том, что план подошел к завершению. И вот передо мной лежит список фамилий с перечислением преступлений, которые совершили люди из ордена Братство Света: с датами, именами жертв, указаниями мест, свидетельствами очевидцев, а ко всему этому еще и прилагается кипа фотографий. И с верхнего снимка на меня смотрел ты, Слава! А я-то, дуреха, даже не потрудилась посмотреть, что в файле!
– Этот материал точно годится? – растерянно промямлила я.
– Наехать на самую влиятельную организацию в области? – почесывая окольцованную пирсингом бровь пробормотала редактор. – Дай-ка подумать...
У меня мелькнула надежда.
– Да это же круто! – в восторге подскочила редактор. – Это же просто бомба! Конечно, надо приготовиться к судебным искам... Но это фигня, по сравнению с тем, как взлетит наш тираж! Суды отобьем за счет продаж. А если все в материале правда, так и судиться не придется – их всех просто пересажают! К тому же, у нас ведь в выходных данных написано, что мнение редакции может не совпадать с мнением автора... Витек! Эй, Витяня!
Редактор ткнула в спину сидящего у соседнего компьютера парня. Тот обернулся, оторвавшись от убийства монстров в какой-то игрушке.
– Витенька, у нас новая обложка! – торжественно объявила редактор.
– Вика, ты шутишь? – Парень не разделял ее восторга. – Я уже файлы в типографию отправил! Мы ж завтра выходим!
– Да ради такого материала стоит переверстать!..
«Они знали! – вдруг сообразила я. – Рутра и Марта прекрасно понимали, что это – финал, но ничего мне не сказали! Они боялись, что я буду против и не отнесу материал, потому и промолчали. Так вот зачем Рутра так торопил меня! И, сука, правильно боялись! Пусть идут к Дьяволу, я им не марионетка!..»
– Вы знаете, – не своим голосом проговорила я, хватая бумаги и снимки, – думаю, этот материал еще не готов к публикации.
– Да ты что? – вскричала редактор, вцепившись в листки. – Все нормально! Текст чуток подправим, а в остальном норм!
– Нет-нет, – поспешно замотала я головой, пытаясь вырвать материал из цепких рук редакторши. – Я вспомнила, что забыла кое-что проверить. Мне надо пообщаться еще с одним важным человеком. А то я случайно могу подставить ни в чем неповинных людей. Извините, что так вышло...
– Ты уверена?
– Абсолютно! – Я уже готова была сражаться за эти бумаги. И, видимо, это явно читалось на моей едва зажившей физиономии, так как редактор разжала пальцы и разочарованно откинулась на спинку кресла.
– Ну ладно. Только обещай, что на следующей неделе все доделаешь и принесешь. Оки?
– Да-да, конечно! – радостно закивала я.
– Значит, по обложке – отбой? – обрадовался и верстальщик.
Он уже успел открыть файл с предыдущей версией обложки, и я увидела на экране фотографию несущегося в ночи поезда, а на переднем плане – страшнющую девку с растрепанными волосами. Снизу стояла подпись: «Дорога ужаса. В Погорье привидения нападают на пассажиров!»
Заметив мою заинтересованность, редактор пояснила:
– На днях в редакцию позвонила тетка и заявила, будто бы в поезде увидела привидение.
– Да ну? – насторожилась я, вдруг припомнив, как училась летать, когда мы возвращались на поезде из Красновки. И перепуганную бабу, которая случайно оказалась у меня на пути. – И что же она такого видела?
– Глюки она свои видела, – отмахнулась редактор. – Паранойя у тетки. Но нам-то какая разница? Федор Михалыч с ней пообщался, она ему такого понарассказывала... Даже увиденное привидение нарисовала!
И редактор выложила передо мной какие-то каракули – на альбомном листе была нарисована страшилища, кстати, отдаленно и правда напоминающая меня.
Спустя пять минут я уже мчалась вниз по лестнице газетного комплекса, радостно прижимая к груди отвоеванные материалы. О том, что случиться, когда об этом узнают Рутра и Марта старалась не думать. Да и плевать, что узнают. Это ведь неправильно! «Выходит, сегодня Рутра решил поговорить со Славой, а завтра упрятать его за решетку? – свирепея, думала я. – Ну уж нет! Каждый оступившийся заслуживает второго шанса – шанса на исправление. Им ли об этом не знать? У Марты ведь такой шанс был!..»
Когда я заскочила в такси, приехавшее, чтобы отвезти меня домой, увидела того же водителя, что вез меня сюда.
– Опять пришельцы? – спросил он, с опаской оглянувшись.
– Достали, сволочи! Палят из лазеров по чем зря!
У таксиста мина стала такой озадаченной, словно он засомневался, не отвезти ли меня в другое место – в психушку. Но, прикинув, все же повез по адресу: какая разница, что за пассажир – лишь бы платил.
– Вы – мой герой! – сказала я водителю, когда машина подкатила к дому Марты. – Галактическая федерация вас не забудет!
Тот, видимо, хотел сморозить в ответ какую-то шутку, но, глянув в зеркало заднего вида, так и замер с открытым ртом – моего отражения-то он не увидел! Я поспешно распахнула дверцу и выскочила из автомобиля. Пока я под палящим солнцем бежала к дому, услышала, как позади машина рванула с места, словно на авторалли.
– Все в порядке? – спросил Рутра, когда я вбежала в дом.
– Ага, отлично! – ответила я, вдруг вспомнив о цели своего похода. И мигом повернулась к нему спиной, так, чтобы он не увидел, как толстенный файл оттопыривает плащ. Улучшив момент, запихнула его поглубже под ближайший шкаф.
Пока прятала улики, с кухни раздался взволнованный голос Марты:
– Рутра, это безумие! Не понимаю, зачем так рисковать!
– Есть на то причины, – уклончиво ответил тот. – Я с ним встречусь, это не обсуждается.
Стало ясно, что своим появлением я прервала какой-то спор. Когда вошла в кухню, увидела Шута, Марту и Рутру с напряженными физиономиями сидящих вокруг стола, словно на военном совете. Я присела на свободную табуретку. Не сложно было догадаться, о чем тут речь: наш вампирский главарь не соврал вчера – он всерьез собрался встретиться с одним из самых лютых охотников Ордена (после магистра отца Пейна, конечно).
– Весьма странный способ самоубийства, – заметила я. – Хуже для вампира, разве что – выйти позагорать.
– Мы вольны сами распоряжается своей судьбой, – в своей обычной пафосной манере ответил Рутра. – И если мне суждено умереть...
– И помрешь, к гадалке не ходи! – усмехнулась я. – Да Слава же только и бредит тем, как разыскать и прикончить Артура Велина! У него даже фото твое есть и глядит он на него чаще, чем на свои иконы. Кстати, фото, вырезанное из той самой газеты, в которой сообщается о гибели его сестры. И твой портрет в ней – как главного подозреваемого. Он же прикончит тебя, едва увидит!
– Значит, нужно сделать так, чтобы мы поговорили, но при этом никто не пострадал, – упрямился Рутра.
– Ты можешь надеть маску, – предложила Марта. – Или назначить встречу в темном месте, где он тебя не узнает.
– Исключено, – мотнул головой тот. – Я хочу, чтобы Слава знал, кто перед ним. Это важно.
– В таком случае на мирные переговоры можешь не рассчитывать.
– Ну да, – кивнул Шут. – Когда я с ним впервые встретился, он сходу схватил меня за горло.
Я перехватила свирепый взгляд Марты. Этих подробностей из наших приключений она не знала.
– Ну, все же обошлось... – виновато пожала я плечами. – А вот с Рутрой наверняка не обойдется. С убийцей сестры он церемониться не станет, мигом всадит арбалетный болт промеж глаз. Если только...
Да-да, Слава, вырубить тебя и связать было моей идеей. Но другого безопасного способа устроить ваш диалог с Артуром Велиным я не видела. С этим согласился даже Рутра, так что следующим вопросом на повестке дня стало придумать, каким образом тебя-бугая связать, а заодно и отобрать любимые цацки – кастет, пистолет, ну и остальное, чего там еще у тебя может быть припасено для насаждения Света и Добра.
– Я и Ульяна договорились с ним встретиться после заката, – напомнил Шут. – Можно назначить встречу в каком-нибудь укромном местечке, там и вырубить.
– Тогда вы себя раскроете, – покачал головой Рутра. – Он поймет, что вы со мной заодно. А кое-кому, как я понимаю, не терпится сохранить с ним теплые отношения.
И он многозначительно глянул на меня.
– Отношения у нас – чисто деловые! – буркнула я, чувствуя, как краска разливается по щекам.
В этот момент у меня зазвонил мобильник. «Вот, стоит вспомнить, и тут как тут!» – На экране светилось твое имя.
– Да? – сказала я, сняв трубку, при этом заметив краем глаза улыбки остальных троих, сидящих за столом.
Я встала и вышла в другую комнату, подальше от этих пошлых намеков.
– Привет! Ты занята? – Твой голос в динамике звучал как-то тоскливо, потерянно. – Можно с тобой увидеться?
«Конечно же, нет!» – подумала я, глядя на тонкий солнечный лучик, пробивающийся в дом через щель между ставнями. И соврала:
– У меня пары. А потом еще факультатив. Допоздна.
На мой отказ ты ответил таким тяжелым вздохом, что я поняла – ты в отчаянии.
– Что-то случилось? – забеспокоилась я. – Какой-то голос у тебя странный... С тобой все в порядке?
– Все хорошо, – Ты отключился.
«Ничего не хорошо! – завертелись панические мысли. – Что-то явно случилось!» Тогда-то я еще не знала о смерти твоего друга Рафаэля.
