Какие-какие простите, розы?
Кусты, которые выползали из земли, могли принадлежать только одному виду. Черным розам. Только им…
И что теперь делать? Доложить его величеству? Или… разве его заинтересуют такие мелочи? Он и так знает, что черные розы цветут снова. Так что Матео решил не докладывать. И взялся за рассаживание кустов. Пусть цветут….
Белые, розовые…
Это – неинтересно! А вот черные только у них. Достопримечательность, вот!
Мия
Шум Мия услышала заранее, но менять внешность или прятаться и не подумала. Тоже проблема – три человека?
А, нет.
Не три.
Пять.
Какая прелесть!
Четверо на одного? А чего так мало?
Двое мужчин держат стоящего на дороге третьего на прицеле, арбалеты на взводе, еще один отсекает путь назад, последний стоит перед окруженным, замыкая классическую «коробочку» и вещает со всей возможной пафосностью.
- …если мне придется продырявить тебя в трех местах!
Окруженный мужчина ответил некрасивыми словами. Лица его Мия не видела, но со спины… простой синий дублет, черные волосы стянуты заколкой в длинный хвост…
Стоящий перед ним покраснел от ярости и потянул из ножен меч. Мие это не понравилось.
Она вообще не любила такие ситуации – четверо на одного?
Фу!
И сами мужчины ей не понравились. Это явно были не разбойники, кто-то другой. Разбойников Мия видела. Эти были ухоженные, чистые, в достаточно дорогой одежде… менять лицо Мия уже не стала. Просто накинула капюшон плаща.
И так сойдет!
- А почему так мало? – протянула она со всей возможной манерностью, подходя к стоящему сзади.
О, как удачно он обернулся!
- Мало? – никто и не понял, что случилось. Да и как тут было понять, если Мия со всего размаха ударила несчастного сначала между ног, а потом добивая, в горло?
Не хотела убивать, но рука сама дернулась. Все же тренировали ее именно на это… натаскивали на убийство, как собаку на дичь!
Брюнет тоже не стал рассуждать. Он кинулся на своего «собеседника».
Краснолицый увернуться не успел, и два тела покатились, сцепившись.
В то место, где стоял брюнет в синем, ударили сразу два арбалетных болта, но было поздно. Непоправимо поздно, потому что на одного из стрелков обрушилась Мия.
Кинжал уже был у нее в руке – чего стесняться? Она уже ударила.
Уже убила.
Трупом больше, трупом меньше… какая ей разница? Джакомо шутил, что после десятого начинаешь убивать спокойно… оказывается, это правда.
Удар правой рукой по корпусу, отвлекая внимание, удар левой, с кинжалом, в солнечное сплетение – и отпрянуть. Нет-нет, кинжал Мия не вытаскивала. Она и так прекрасно знала, что попала в печень. При такой ране, во-первых, будет болевой шок, во-вторых, умрет несчастный через пару-тройку минут.
Но… если сейчас вытащить клинок, ее окатит кровью – это неаккуратно. Отстирывайся потом… ей так не хочется!
И Мия развернулась к оставшемуся.
Четвертый не нападал. Он бросил и арбалет, и все… и собирался сбежать?
Вот еще не хватало!
Мия кошкой прыгнула к брошенному оружию… сам дурак! Болт она прихватила по пути, что там с ним сделается, если он просто в глину ударил?
Да ничего!
И в гнездо преотлично лег, и полетел, куда надо…
Незадачливый беглец взмахнул руками – и упал на бегу.
- Правки не требуется, – хмыкнула Мия.
И посмотрела, чем там занимается брюнет.
Мужчина как раз убил своего противника и повернулся.
Солнце ударило ему прямо в лицо. И Мия замерла…
Красивый?
Она никогда не смогла бы ответить на этот вопрос, никогда. Просто смотрела и понимала, что другого мужчины для нее на этой земле – нет. Смотрела, впитывала его движения и улыбку каждой клеточкой тела… красивый?
Не понять…
Хотя мужчина действительно был великолепен.
Черные волосы, большие синие глаза, высокий лоб, тонкий прямой нос, твердый подбородок, красиво очерченные скулы… там было на что посмотреть! Он был невероятно, потрясающе хорош. Мию можно было понять, но то, что с ней случилось…
Мое…
Капюшон ее плаща словно сам собой упал на плечи, и теперь пришла пора замереть уже мужчине. Мия была достойной дочерью эданны Фьоры. И фигура, и точеное, словно фарфоровое лицо, и улыбка…
Шаг, другой…
Мия никогда не думала, что поцелуй – это так… так сладко, так невероятно, так искренне…
Даже если целуешься на пыльной дороге и в окружении четырех трупов.
И плевать!
На все, на всех… Мию от этого мужчины и рота солдат не оторвала бы.
Да и мужчина не собирался останавливаться. Скользил руками по телу девушки, гладил, прижимал к себе…
Прошло не меньше пятнадцати минут, прежде, чем они оторвались друг от друга. И то – не по своей воле. Невдалеке заржала лошадь, в глазах мужчины мелькнули искры осознания.
- О, черт!
Мия не оскорбилась. Она бы сейчас эту лошадь и похлеще обругала.
И что с того, что они на дороге? Ее это совершенно не волновало, вот еще! Даже проедь здесь королевский кортеж, она бы не остановилась. По счастью, мужчина быстрее пришел в себя.
- Прости… я… кто ты такая?
- Мия, - остатками разума Мия понимала, что называться своим именем не лучшая идея. Особенно после столицы. – Мия Романо. А ты?
- Рик. Рикардо Демарко.
А вот это имя сделало больше, чем все остальное. Мия тряхнула головой.
- Дан Демарко?
- Ты обо мне слышала?
Мия решительно кивнула головой.
- Я шла именно к тебе.
- Мне повезло, - хмыкнул Рикардо.
Прохладный воздух все сильнее охлаждал и тела, и головы. И Мия понимала, что откровенничать надо до определенного предела. Хотя…
Да, ее тянет к этому мужчине, как не тянуло еще ни к кому. Но значит ли это, что он – тоже?
Вдох, выдох, успокоиться…
Уроки Джакомо Феретти не прошли даром, девушка огляделась по сторонам и наконец, заметила трупы, три четверти которых она сотворила сама.
- Кто эти люди?
Мужчина пожал плечами.
- Местные…
- И что им надо было?
Рикардо закатил глаза.
- его сестра, - кивок в сторону мужчины, которого он убил лично, - его сестра решила, что я – любовь всей ее жизни. Бегала за мной, потом я решил уделить ей внимание…. Наверное, спьяну. Иначе это никак не объяснишь…
- И?
- И вот результат. Эта дура натравила на меня братца, он прихватил друзей… уж не знаю, чего они хотели…
- или кастрировать – или женить? – невинно предположила Мия.
Рикардо от души рассмеялся.
- Первое мне не нравится. Но если выбирать между кастрацией и свадьбой с Бьянкой… убивайте! Мучиться меньше буду!
- Все так ужасно? – поддразнила Мия. Стеснения у нее не осталось еще со времен борделя, вот и сейчас она его не вспомнила. – Надеюсь, она вас не изнасиловала, благородный дан? Или в постели с ней вы кричали от ужаса?
Дан фыркнул. Видимо, ему такая манера общения тоже была в новинку.
- Не могу сказать, что было легко! Но настоящий мужчина должен преодолевать любые трудности!
Мужчина и женщина поглядели друг на друга – и звонко расхохотались.
Первой, правда, опомнилась Мия.
- Дан, а что мы будем делать с трупами?
- Мы? – искренне удивился дан Рикардо.
- А кто? Сами по себе они не уползут… а еще проблемы могут быть.
Рикардо махнул рукой.
- Не могут.
- У вас. А у меня?
- Мия, неужели кто-то может поверить,, что вы… вы могли убить этих людей?
Мия подумала пару минут.
- Может. Наверняка.
Рикардо задумался.
Что ж, все когда-то бывает впервые.
К примеру, кантовать трупы благородному дану еще не приходилось. И грузить их на лошадей, которым совершенно не нравилась Мия, и не нравились трупы, и вообще, весь комплект не нравился.
И везти их в лес не приходилось.
И закапывать под большим выворотнем в подходящей яме… ладно, закапывать – это громко сказано. Но ветками их закидали на совесть.
Мия очень рассчитывала, что их спишут на разбойников или кого еще немирного. Или вообще найдут после того, как телами полакомятся волки и лисы, и они станут неопознаваемы…
Может, их и опознают. Но кто там, как и кого убил – уже не разберутся. Что и требуется.
Да,, и заметать следы, даже в буквальном смысле, веником из веток, благородный дан еще никогда не пробовал. И ему то времяпрепровождение совершенно не понравилось.
Устали оба.
Увазюкались оба.
И стоило ли удивляться, что благородный дан пригласил очаровательную ньориту (Мия не спешила объявлять о своем благородном происхождении) к себе в замок?
Отмываться?
И – да!
Он может помочь потереть ньорите спинку… там грязь засохла…
Мия – не возражала.
День и ночь для девушки были полны открытий.
Она не знала, что может быть – так.
Что тебя может трясти от волнения, что пальцы скользят по гладкой коже твоего мужчины, исследуя рельеф, что от запаха туманится голова, что хочется тереться о любимого человека всем телом, словно кошка – и впитывать его в себя, как воду.
Что он нужен тебе больше жизни… потому что именно сейчас он и есть твоя жизнь.
И смешиваются дыхания, и сплетаются тела… и что это на губах, такое соленое?
Пот?
Слезы?
Мия не знала, потому что не было – ничего.
Она и Рикардо. Или Рикардо и она? Сейчас это было неважно. Ничего не важно, только он… только здесь и сейчас… и у него гладкая грудь, и забавная дорожка волос от пупка, и неожиданно мягкие и ласковые губы, и волосы, словно шелк…
И такие руки…
Мие не было плохо с принцем. Но и по-настоящему хорошо ей никогда не было. Она и не знала, как может запеть ее тело в руках любимого мужчины.
И когда схлынуло безумие, и два тела прильнули друг к другу, соленые от пота…
Мия поняла, что она отсюда никуда не уйдет. Не сможет.
Жить без этого мужчины? Просто жить?
Нереально.
Впрочем, и мужчина не собирался ее отпускать. Рикардо Демарко было… откровенно скучно ему было! А тут – такое!
Слов нет, одни эмоции!
Красавица!
Менестрель!
Умница, да еще какая…
И людей убивать умеет? Рикардо отлично понимал, что без Мии… стоял бы он сейчас в храме и клялся в верности Бьянке. А не хотелось…
Собственно, и Бьянку-то захотелось только от скуки! Вот чем заняться молодому дану в провинции?
Нечем.
Попросту – нечем.
Скучно до слез. Уехать – нельзя, отец болеет и не разрешает сыну уезжать. Сейчас, случись с ним чего… соседи точно воспользуются и свой кусок урвут. А не хотелось бы.
Вот помрет он, тогда пусть Рикардо и делает, что пожелает.
Хотя Рикардо преотлично знал, чего ему хочется. Наймет он управляющего – и в столицу! А там….
Или невесту себе найдет хорошую, или в гвардию пойдет, или… да мало ли в столице возможностей для честолюбивого человека?
И все это едва не накрылось из-за какой-то соседской девки!
Ну подумаешь… играли они когда-то вместе с Марко. И Бьянка тогда была маленькой, это сейчас она выросла… вот, с та-акими… отрастила себе вымя, как у коровы. У Мии намного красивее, и в ладонь помещается идеально. А там… бррр! Все трясется, колышется, обвисает – нет, некрасиво.
Рикардо уже и забыл, как ему все это нравилось не далее, как месяц назад.
И как Бьянку обхаживал, тоже позабыл, и как в любви ей клялся… и что? Он мужчина свободный и хозяин своего слова! Тем более клятвы.
Захотел – поклялся. Захотел – разлюбил! Понимать же надо!
А Марко почему-то не понял. И вопил про обесчещенную сестру… да там кто еще кого… того! И до Рикардо там явно кто-то отметился! Может, Бьянка и была девушкой, но очень опытной… кое-чего даже Рикардо не знал! Слышал, но ни с кем не пробовал.
А вот Мия…
Она была раскована и свободна. Она ничего не боялась и делала все, что пожелает. Она была страстной и в то же время опытной. И явно не начнет кричать про бесчестье.
Может, предложить ей пока остаться в замке?
Рикардо решил, что предложит.
Менестрель - создание полезное, зиму она тут прекрасно проживет, а дальше будет видно, и что, и как… и выкинул из головы все мысли и о друге детства, и о Бьянке… да плевать на нее три раза!
Обесчестили?
Авось, найдут какого дурака грех прикрыть! А и не найдут…
В монастырь отправят!
Марко?
И тоже не беда… там еще два сына есть, только младше… одному одиннадцать лет, второму шесть, так что и тут семья не сильно потеряет. Вот кто Марко под руку толкал? Кто его заставлял подкарауливать Рикардо на дороге, да еще с дружками, да еще в церковь тащить?
Бррррр!
Свадьба!
Есть ли слово страшнее для молодого и честолюбивого дана? Навсегда похоронить себя в этой глуши, привязать к тупой корове…
Нет!
Он создан не для этого!
Его ждет столица, и двор, и новая, лучшая жизнь! Он этого достоин! А что, кто-то сомневается? Смешные…
Даже не так.
Вот идиоты-то!
Сомневаться в его высоком предназначении может только человек очень неумный, и местами даже сумасшедший. Рикардо-то ни в чем отродясь не сомневался. И были на то причины.
Очаровательный ребенок, единственный сын в семье, обожаемое всеми родными и близкими чадушко.
Потом такой же очаровательный подросток, успешно миновавший стадию «гадкого лебедя», это когда с прыщами, пятнами и реденькой порослью, потом невероятно красивый юноша… все легко дается, все удается….
И кто бы сомневался, что Рикардо был в себе уверен?
Никто. И меньше всех – сам Рикардо.
Он притянул Мию к себе поближе и предложил:
- Детка, ты не хочешь остаться со мной?
Мия задумалась.
Остаться, да…
Она хотела. Но... с другой стороны, а что она теряет?
Зеркало мастера Сальвадори? Лежало оно у Мии пару лет, и еще полежит. Получится найти ответы – хорошо, не получится – тоже неплохо.
Она куда-то спешит? Да нет, не спешит. Не торопится, и идти ей некуда. Так она стала бы искать пристанище на зиму. Но сейчас…
- Остаться?
- Почему нет? Мне хорошо с тобой, ты чудесная и замечательная. И тебе со мной неплохо…
Мия пожала плечами.
- Почему бы нет?
- Вот и отлично. Я закажу для тебя подходящие платья, – скупым Рикардо не был никогда. Может, еще и потому, что все хозяйственные дела лежали на плечах его отца. А Рикардо было попросту скучно вчитываться во все эти закорючки и циферки… вот что с них пользы? Ску-учно… Мия кивнула.
И честно предупредила.
- Я не смогу выйти за тебя замуж. Никогда.
Рикардо хотел сказать, что вообще-то и не предлагал, но потом передумал.
А зачем такое говорить?
Если женщина сама, честно предупреждает о том, о чем он тоже хотел бы ее предупредить. Просто бабы – они такие странные… он и Бьянке честно сказал, что не женится. А она чего?
Да, дорогой, конечно, дорогой, мне ничего не нужно, только бы видеть тебя, только бы ты…
Вот и получила, что хотела! А потом почему-то ей этого стало не хватать.
Почему?
Странные эти бабы.
Вот, и эта тоже… не может она выйти за него замуж! Дорогуша, да кто ж на тебе женится-то? Когда ты неизвестно где шлялась и по каким дорогам? Может, и найдешь какого-нибудь идиота, и наврешь ему с три короба, но это уж точно будет не Рикардо!
Он умный! Он себе цену хорошо знает и всякое тут… подбирать не станет. Ладно еще поразвлечься. Это можно, удаль молодцу не в укор. Но жениться?
Тьфу, дура!
Мия, не зная о мыслях человека, в которого так опрометчиво влюбилась, погладила его по груди, ладошка скользнула ниже, и мужчина забыл про свои рассуждения.
Интересно же…
И – да. Хочется.
Надо повторить!
Про убитых людей, про Бьянку, про весь остальной мир молодые люди в этот день так больше и не вспомнили.
Адриенна
- Дана СибЛевран, мое почтение.
Кардинал улыбался так, словно за каждый показанный зуб ему по лорину обещали. Адриенна поклонилась в ответ.
Кусты, которые выползали из земли, могли принадлежать только одному виду. Черным розам. Только им…
И что теперь делать? Доложить его величеству? Или… разве его заинтересуют такие мелочи? Он и так знает, что черные розы цветут снова. Так что Матео решил не докладывать. И взялся за рассаживание кустов. Пусть цветут….
Белые, розовые…
Это – неинтересно! А вот черные только у них. Достопримечательность, вот!
Мия
Шум Мия услышала заранее, но менять внешность или прятаться и не подумала. Тоже проблема – три человека?
А, нет.
Не три.
Пять.
Какая прелесть!
Четверо на одного? А чего так мало?
Двое мужчин держат стоящего на дороге третьего на прицеле, арбалеты на взводе, еще один отсекает путь назад, последний стоит перед окруженным, замыкая классическую «коробочку» и вещает со всей возможной пафосностью.
- …если мне придется продырявить тебя в трех местах!
Окруженный мужчина ответил некрасивыми словами. Лица его Мия не видела, но со спины… простой синий дублет, черные волосы стянуты заколкой в длинный хвост…
Стоящий перед ним покраснел от ярости и потянул из ножен меч. Мие это не понравилось.
Она вообще не любила такие ситуации – четверо на одного?
Фу!
И сами мужчины ей не понравились. Это явно были не разбойники, кто-то другой. Разбойников Мия видела. Эти были ухоженные, чистые, в достаточно дорогой одежде… менять лицо Мия уже не стала. Просто накинула капюшон плаща.
И так сойдет!
- А почему так мало? – протянула она со всей возможной манерностью, подходя к стоящему сзади.
О, как удачно он обернулся!
- Мало? – никто и не понял, что случилось. Да и как тут было понять, если Мия со всего размаха ударила несчастного сначала между ног, а потом добивая, в горло?
Не хотела убивать, но рука сама дернулась. Все же тренировали ее именно на это… натаскивали на убийство, как собаку на дичь!
Брюнет тоже не стал рассуждать. Он кинулся на своего «собеседника».
Краснолицый увернуться не успел, и два тела покатились, сцепившись.
В то место, где стоял брюнет в синем, ударили сразу два арбалетных болта, но было поздно. Непоправимо поздно, потому что на одного из стрелков обрушилась Мия.
Кинжал уже был у нее в руке – чего стесняться? Она уже ударила.
Уже убила.
Трупом больше, трупом меньше… какая ей разница? Джакомо шутил, что после десятого начинаешь убивать спокойно… оказывается, это правда.
Удар правой рукой по корпусу, отвлекая внимание, удар левой, с кинжалом, в солнечное сплетение – и отпрянуть. Нет-нет, кинжал Мия не вытаскивала. Она и так прекрасно знала, что попала в печень. При такой ране, во-первых, будет болевой шок, во-вторых, умрет несчастный через пару-тройку минут.
Но… если сейчас вытащить клинок, ее окатит кровью – это неаккуратно. Отстирывайся потом… ей так не хочется!
И Мия развернулась к оставшемуся.
Четвертый не нападал. Он бросил и арбалет, и все… и собирался сбежать?
Вот еще не хватало!
Мия кошкой прыгнула к брошенному оружию… сам дурак! Болт она прихватила по пути, что там с ним сделается, если он просто в глину ударил?
Да ничего!
И в гнездо преотлично лег, и полетел, куда надо…
Незадачливый беглец взмахнул руками – и упал на бегу.
- Правки не требуется, – хмыкнула Мия.
И посмотрела, чем там занимается брюнет.
Мужчина как раз убил своего противника и повернулся.
Солнце ударило ему прямо в лицо. И Мия замерла…
Красивый?
Она никогда не смогла бы ответить на этот вопрос, никогда. Просто смотрела и понимала, что другого мужчины для нее на этой земле – нет. Смотрела, впитывала его движения и улыбку каждой клеточкой тела… красивый?
Не понять…
Хотя мужчина действительно был великолепен.
Черные волосы, большие синие глаза, высокий лоб, тонкий прямой нос, твердый подбородок, красиво очерченные скулы… там было на что посмотреть! Он был невероятно, потрясающе хорош. Мию можно было понять, но то, что с ней случилось…
Мое…
Капюшон ее плаща словно сам собой упал на плечи, и теперь пришла пора замереть уже мужчине. Мия была достойной дочерью эданны Фьоры. И фигура, и точеное, словно фарфоровое лицо, и улыбка…
Шаг, другой…
Мия никогда не думала, что поцелуй – это так… так сладко, так невероятно, так искренне…
Даже если целуешься на пыльной дороге и в окружении четырех трупов.
И плевать!
На все, на всех… Мию от этого мужчины и рота солдат не оторвала бы.
Да и мужчина не собирался останавливаться. Скользил руками по телу девушки, гладил, прижимал к себе…
Прошло не меньше пятнадцати минут, прежде, чем они оторвались друг от друга. И то – не по своей воле. Невдалеке заржала лошадь, в глазах мужчины мелькнули искры осознания.
- О, черт!
Мия не оскорбилась. Она бы сейчас эту лошадь и похлеще обругала.
И что с того, что они на дороге? Ее это совершенно не волновало, вот еще! Даже проедь здесь королевский кортеж, она бы не остановилась. По счастью, мужчина быстрее пришел в себя.
- Прости… я… кто ты такая?
- Мия, - остатками разума Мия понимала, что называться своим именем не лучшая идея. Особенно после столицы. – Мия Романо. А ты?
- Рик. Рикардо Демарко.
А вот это имя сделало больше, чем все остальное. Мия тряхнула головой.
- Дан Демарко?
- Ты обо мне слышала?
Мия решительно кивнула головой.
- Я шла именно к тебе.
- Мне повезло, - хмыкнул Рикардо.
Прохладный воздух все сильнее охлаждал и тела, и головы. И Мия понимала, что откровенничать надо до определенного предела. Хотя…
Да, ее тянет к этому мужчине, как не тянуло еще ни к кому. Но значит ли это, что он – тоже?
Вдох, выдох, успокоиться…
Уроки Джакомо Феретти не прошли даром, девушка огляделась по сторонам и наконец, заметила трупы, три четверти которых она сотворила сама.
- Кто эти люди?
Мужчина пожал плечами.
- Местные…
- И что им надо было?
Рикардо закатил глаза.
- его сестра, - кивок в сторону мужчины, которого он убил лично, - его сестра решила, что я – любовь всей ее жизни. Бегала за мной, потом я решил уделить ей внимание…. Наверное, спьяну. Иначе это никак не объяснишь…
- И?
- И вот результат. Эта дура натравила на меня братца, он прихватил друзей… уж не знаю, чего они хотели…
- или кастрировать – или женить? – невинно предположила Мия.
Рикардо от души рассмеялся.
- Первое мне не нравится. Но если выбирать между кастрацией и свадьбой с Бьянкой… убивайте! Мучиться меньше буду!
- Все так ужасно? – поддразнила Мия. Стеснения у нее не осталось еще со времен борделя, вот и сейчас она его не вспомнила. – Надеюсь, она вас не изнасиловала, благородный дан? Или в постели с ней вы кричали от ужаса?
Дан фыркнул. Видимо, ему такая манера общения тоже была в новинку.
- Не могу сказать, что было легко! Но настоящий мужчина должен преодолевать любые трудности!
Мужчина и женщина поглядели друг на друга – и звонко расхохотались.
Первой, правда, опомнилась Мия.
- Дан, а что мы будем делать с трупами?
- Мы? – искренне удивился дан Рикардо.
- А кто? Сами по себе они не уползут… а еще проблемы могут быть.
Рикардо махнул рукой.
- Не могут.
- У вас. А у меня?
- Мия, неужели кто-то может поверить,, что вы… вы могли убить этих людей?
Мия подумала пару минут.
- Может. Наверняка.
Рикардо задумался.
Что ж, все когда-то бывает впервые.
К примеру, кантовать трупы благородному дану еще не приходилось. И грузить их на лошадей, которым совершенно не нравилась Мия, и не нравились трупы, и вообще, весь комплект не нравился.
И везти их в лес не приходилось.
И закапывать под большим выворотнем в подходящей яме… ладно, закапывать – это громко сказано. Но ветками их закидали на совесть.
Мия очень рассчитывала, что их спишут на разбойников или кого еще немирного. Или вообще найдут после того, как телами полакомятся волки и лисы, и они станут неопознаваемы…
Может, их и опознают. Но кто там, как и кого убил – уже не разберутся. Что и требуется.
Да,, и заметать следы, даже в буквальном смысле, веником из веток, благородный дан еще никогда не пробовал. И ему то времяпрепровождение совершенно не понравилось.
Устали оба.
Увазюкались оба.
И стоило ли удивляться, что благородный дан пригласил очаровательную ньориту (Мия не спешила объявлять о своем благородном происхождении) к себе в замок?
Отмываться?
И – да!
Он может помочь потереть ньорите спинку… там грязь засохла…
Мия – не возражала.
***
День и ночь для девушки были полны открытий.
Она не знала, что может быть – так.
Что тебя может трясти от волнения, что пальцы скользят по гладкой коже твоего мужчины, исследуя рельеф, что от запаха туманится голова, что хочется тереться о любимого человека всем телом, словно кошка – и впитывать его в себя, как воду.
Что он нужен тебе больше жизни… потому что именно сейчас он и есть твоя жизнь.
И смешиваются дыхания, и сплетаются тела… и что это на губах, такое соленое?
Пот?
Слезы?
Мия не знала, потому что не было – ничего.
Она и Рикардо. Или Рикардо и она? Сейчас это было неважно. Ничего не важно, только он… только здесь и сейчас… и у него гладкая грудь, и забавная дорожка волос от пупка, и неожиданно мягкие и ласковые губы, и волосы, словно шелк…
И такие руки…
Мие не было плохо с принцем. Но и по-настоящему хорошо ей никогда не было. Она и не знала, как может запеть ее тело в руках любимого мужчины.
И когда схлынуло безумие, и два тела прильнули друг к другу, соленые от пота…
Мия поняла, что она отсюда никуда не уйдет. Не сможет.
Жить без этого мужчины? Просто жить?
Нереально.
Впрочем, и мужчина не собирался ее отпускать. Рикардо Демарко было… откровенно скучно ему было! А тут – такое!
Слов нет, одни эмоции!
Красавица!
Менестрель!
Умница, да еще какая…
И людей убивать умеет? Рикардо отлично понимал, что без Мии… стоял бы он сейчас в храме и клялся в верности Бьянке. А не хотелось…
Собственно, и Бьянку-то захотелось только от скуки! Вот чем заняться молодому дану в провинции?
Нечем.
Попросту – нечем.
Скучно до слез. Уехать – нельзя, отец болеет и не разрешает сыну уезжать. Сейчас, случись с ним чего… соседи точно воспользуются и свой кусок урвут. А не хотелось бы.
Вот помрет он, тогда пусть Рикардо и делает, что пожелает.
Хотя Рикардо преотлично знал, чего ему хочется. Наймет он управляющего – и в столицу! А там….
Или невесту себе найдет хорошую, или в гвардию пойдет, или… да мало ли в столице возможностей для честолюбивого человека?
И все это едва не накрылось из-за какой-то соседской девки!
Ну подумаешь… играли они когда-то вместе с Марко. И Бьянка тогда была маленькой, это сейчас она выросла… вот, с та-акими… отрастила себе вымя, как у коровы. У Мии намного красивее, и в ладонь помещается идеально. А там… бррр! Все трясется, колышется, обвисает – нет, некрасиво.
Рикардо уже и забыл, как ему все это нравилось не далее, как месяц назад.
И как Бьянку обхаживал, тоже позабыл, и как в любви ей клялся… и что? Он мужчина свободный и хозяин своего слова! Тем более клятвы.
Захотел – поклялся. Захотел – разлюбил! Понимать же надо!
А Марко почему-то не понял. И вопил про обесчещенную сестру… да там кто еще кого… того! И до Рикардо там явно кто-то отметился! Может, Бьянка и была девушкой, но очень опытной… кое-чего даже Рикардо не знал! Слышал, но ни с кем не пробовал.
А вот Мия…
Она была раскована и свободна. Она ничего не боялась и делала все, что пожелает. Она была страстной и в то же время опытной. И явно не начнет кричать про бесчестье.
Может, предложить ей пока остаться в замке?
Рикардо решил, что предложит.
Менестрель - создание полезное, зиму она тут прекрасно проживет, а дальше будет видно, и что, и как… и выкинул из головы все мысли и о друге детства, и о Бьянке… да плевать на нее три раза!
Обесчестили?
Авось, найдут какого дурака грех прикрыть! А и не найдут…
В монастырь отправят!
Марко?
И тоже не беда… там еще два сына есть, только младше… одному одиннадцать лет, второму шесть, так что и тут семья не сильно потеряет. Вот кто Марко под руку толкал? Кто его заставлял подкарауливать Рикардо на дороге, да еще с дружками, да еще в церковь тащить?
Бррррр!
Свадьба!
Есть ли слово страшнее для молодого и честолюбивого дана? Навсегда похоронить себя в этой глуши, привязать к тупой корове…
Нет!
Он создан не для этого!
Его ждет столица, и двор, и новая, лучшая жизнь! Он этого достоин! А что, кто-то сомневается? Смешные…
Даже не так.
Вот идиоты-то!
Сомневаться в его высоком предназначении может только человек очень неумный, и местами даже сумасшедший. Рикардо-то ни в чем отродясь не сомневался. И были на то причины.
Очаровательный ребенок, единственный сын в семье, обожаемое всеми родными и близкими чадушко.
Потом такой же очаровательный подросток, успешно миновавший стадию «гадкого лебедя», это когда с прыщами, пятнами и реденькой порослью, потом невероятно красивый юноша… все легко дается, все удается….
И кто бы сомневался, что Рикардо был в себе уверен?
Никто. И меньше всех – сам Рикардо.
Он притянул Мию к себе поближе и предложил:
- Детка, ты не хочешь остаться со мной?
Мия задумалась.
Остаться, да…
Она хотела. Но... с другой стороны, а что она теряет?
Зеркало мастера Сальвадори? Лежало оно у Мии пару лет, и еще полежит. Получится найти ответы – хорошо, не получится – тоже неплохо.
Она куда-то спешит? Да нет, не спешит. Не торопится, и идти ей некуда. Так она стала бы искать пристанище на зиму. Но сейчас…
- Остаться?
- Почему нет? Мне хорошо с тобой, ты чудесная и замечательная. И тебе со мной неплохо…
Мия пожала плечами.
- Почему бы нет?
- Вот и отлично. Я закажу для тебя подходящие платья, – скупым Рикардо не был никогда. Может, еще и потому, что все хозяйственные дела лежали на плечах его отца. А Рикардо было попросту скучно вчитываться во все эти закорючки и циферки… вот что с них пользы? Ску-учно… Мия кивнула.
И честно предупредила.
- Я не смогу выйти за тебя замуж. Никогда.
Рикардо хотел сказать, что вообще-то и не предлагал, но потом передумал.
А зачем такое говорить?
Если женщина сама, честно предупреждает о том, о чем он тоже хотел бы ее предупредить. Просто бабы – они такие странные… он и Бьянке честно сказал, что не женится. А она чего?
Да, дорогой, конечно, дорогой, мне ничего не нужно, только бы видеть тебя, только бы ты…
Вот и получила, что хотела! А потом почему-то ей этого стало не хватать.
Почему?
Странные эти бабы.
Вот, и эта тоже… не может она выйти за него замуж! Дорогуша, да кто ж на тебе женится-то? Когда ты неизвестно где шлялась и по каким дорогам? Может, и найдешь какого-нибудь идиота, и наврешь ему с три короба, но это уж точно будет не Рикардо!
Он умный! Он себе цену хорошо знает и всякое тут… подбирать не станет. Ладно еще поразвлечься. Это можно, удаль молодцу не в укор. Но жениться?
Тьфу, дура!
Мия, не зная о мыслях человека, в которого так опрометчиво влюбилась, погладила его по груди, ладошка скользнула ниже, и мужчина забыл про свои рассуждения.
Интересно же…
И – да. Хочется.
Надо повторить!
Про убитых людей, про Бьянку, про весь остальной мир молодые люди в этот день так больше и не вспомнили.
Адриенна
- Дана СибЛевран, мое почтение.
Кардинал улыбался так, словно за каждый показанный зуб ему по лорину обещали. Адриенна поклонилась в ответ.
