Она чутьем понимала, денег предлагать не стоит. Ни к чему. За такие предложение и ее выгонят, и зеркалом вслед запустят. Хорошо еще, если не ночным горшком. – Вы поймите, такие вещи покупают… это ж зеркало работы мастера! А если оно краденое? Дан Бъяджио – дану было уже все равно, а Мие хоть какая с него польза, - хотел его королю подарить, но вдруг оно краденое? Тогда ж головы никому не сносить!
Ньор Росса постепенно успокаивался.
Прошла пугающая краснота, выровнялся сердечный ритм, даже запах стал получше.
- Погоди,, мальчишка. Сейчас…
Он накапал себе в рюмку какое-то лекарство,, горько и резко пахнущее травами, залпом выпил.
- Достань там… закусить. И себе возьми.
Мия отказываться не стала. Поблагодарила и с удовольствием зажевала кусок вяленого мяса. Пусть кто другой конфетки-цветочки кушает, а она – хищница!
Кусок мяса ей! Можно побольше! И прожаренный…
- Это зеркало действительно Оттавии подарили. Было дело.
- Да?
- Давно уж… лет сорок тому назад, кабы не больше… хорошо помню. Оттавия тогда с даном Тициано Демарко закрутила. Да как!
- Как?
- Так, что эданна Демарко к нам приезжала… позора было – на весь город!
Мужчина смотрел куда-то в стену, говорил тихо… вспоминал.
Он помнил, как эданна Демарко плакала в гостиной, а мать ее утешала. Словно и не эданну, а самую обычную бабу, которой муж рога наставил.
Помнил, как кричала прибежавшая Оттавия.
Как кричала на нее эданна – чего ты добиваешься, дрянь!? Муж меня все равно не бросит!!!
Помнил скандал, от которого ежилась мать и ходил, ссутулившись, отец…
Помнил, как сестра ходила злая, словно оса, но потом…
Нехорошо это – лезть в чужую семью. Лад там, или не лад, но все равно нехорошо. Люди и осудили. А когда их много… ну, тут поневоле получается так, что к ним надо прислушиваться. Может, если бы дан Демарко взял Оттавию, да и уехал куда?
Но – нет. Настолько он ее не любил. Побаловался, подарил зеркало, вот это самое, да и расстался. Оттавия потом рыдала, два раза едва из петли вынуть успели… может, потому мать рано и померла, с такой-то доченькой! А потом выдали сестричку замуж, она и уехала. И не возвращалась.
А зеркало разбередило воспоминания.
Недобрые такие, тоскливые…
Ими Пьетро и поделился с Мией. Не все ж в себе таить… иногда выплеснуть тоже хочется.
Мия слушала, кивала. И подвела итог.
- Значит, зеркало не ворованное. Все равно… надо бы к дану Демарко дойти… вы ж понимаете, ньор Росса, такие подарки…. Это серьезно.
Ньор Росса понимал.
- Сегодня пойдешь – али как?
- Пойду…
- Туда два дня пути. Если пешком… на юго-восток из города и иди себе. Дорога прямая.
- Спасибо, ньор, - поблагодарила Мия. – Вы уж не серчайте, что рану растравил… не хотел.
Пьетро только рукой махнул.
Неожиданно, он почувствовал себя… не так и плохо? Ему определенно, стало легче. Словно груз с плеч свалился, серьезный такой, тяжеленький…
Выговорился – и легче стало.
- Как там Оттавия? Она ж домой так и не приезжала с той поры…
Мия пожала плечами.
- Была замужем. Была счастлива, насколько я поняла, муж ее если и не любил, то и не обижал. Детей четверо. Внуки… она, правда, умерла в эпидемию, но тогда много кто в столице умер.
Ньор Росса кивнул.
- Спасибо тебе, менестрель. Значит, правильно родители тогда решили… хоть и бесилась Оттавия, а все они сделали, как у людей.
Мия кивнула.
С ее точки зрения вот то самое «как у людей»… оно для людей и было. А ей не подходило совершенно. Но не говорить же об этом ньору?
Пусть живет себе, как человек.
- Да, ньор. Все правильно.
- Схожу, свечку за нее поставлю, - решил мужчина. – А ты… возьми на дорогу?
И Мие в ладони легли пироги.
Вкуснющие, даже судя по запаху с капустой…
- Соседка прибегает,, - усмехнулся ньор.
- Вдовая?
- Вдовая…
- А что ж вы такое сокровище упускаете? – судя по запаху пирогов, это была серьезная ошибка. – Или чтобы все, как у людей? Так им такие пироги и не снились… большинству.
Ньор Росса хотел, было, дать нахалу подзатыльник, а потом передумал, да и махнул рукой.
- Иди ты…
Мия и пошла. Задумчиво жуя по дороге вкусный пирог.
А что она? Ей хорошо… говорите, дан Демарко?
Мы и до дана Демарко доберемся…
Если бы она знала, что после ее ухода ньор Росса сначала сходил в храм, помолился за сестру, обстоятельно побеседовал с падре, а потом пошел в гости к соседке, да и пригласил ту к себе пожить – она бы за него сильно порадовалась.
А что на всех-то оглядываться? Если б не та история, давно бы он уже того… пригласил бы. А Пьетро все боялся.
Шума, скандала, того загадочного: «люди скажут»…
А чего бояться-то?
На каждый чих не наздравствуешься, а тут… всем только хорошо получилось. Но Мие было не до того. Она шагала к замку дана Демарко и принимала свой настоящий облик. В дороге зачем зря силы тратить?
А если кто случится, у нее и капюшон на плаще есть, и минутка-то всегда будет…
Успеет замаскироваться.
Итак, Тициано Демарко. А на данный момент его сын – Рикардо Демарко.
Адриенна.
Паола Чиприани, Бьянка Варнезе, Джина Симонетти, Леонора Роберто, Альбана Аморе,, Николетта Джойя, Сильвия Сальваторе, Челия Санти, Марта Дамиано, Теодора Джулиани, Розалия Брешиа, Барбара Коста.
Все даны, красавицы, умницы… наверное.
Как их всех запомнить, Адриенна даже не представляла. А ведь придется, это ее фрейлины.
Поэтому, Адриенна для начала и мучиться не стала.
- Даны, я рада вас видеть и с вами познакомиться, но давайте для начала заведем такой обычай. Пока я вас не запомню, входите ко мне и называете свое имя. Хорошо?
Даны закивали.
- Дану Чиприани слушаться, как меня. Правила она вам объяснила?
- Да, - закивали наперебой девушки. – Ваше… выс…
- Можете пока называть меня дана СибЛевран, - разрешила Адриенна. – Высочеством я стану после брака.
Хотя это уже скоро.
После случая с Лоренцо, Адриенна проболела почти целую декаду. Встала только недавно, и вот, сейчас Сабина Чиприани представляла ей фрейлин.
Девушки смотрели по-разному.
Кто-то опасливо, кто-то нахально… но вроде бы откровенной злости ни у кого не было. Но это и понятно. Свадьба состоится уже через месяц, а в такой ситуации злиться на Адриенну смертельно опасно.
В комнату зашел его величество, подошел и поцеловал руку будущей невестке.
- Адриенна, я надеюсь, ты довольна, дочка?
Судя по глазам фрейлин – проблем и дальше не будет.
Пока его величество жив, так точно…
- Благодарю вас, ваше величество. Я надеюсь, мы найдем с девушками общий язык, - согласилась Адриенна.
- Я в этом даже не сомневаюсь, - строго посмотрел король.
Девушки как присели в реверансах, так вставать из них и не торопились.
Король же…
- Могу я тебя ненадолго отвлечь, дорогая невестка?
- Да, конечно, ваше величество. А девушки пока…
- С вашего позволения, - перехватила инициативу эданна Чиприани, - девушки сейчас будут заниматься своими непосредственными обязанностями. Я распределю, кого и куда, а если вашему высочеству не понравится, мы все поменяем.
- Благодарю вас, эданна Сабина, - Адриенна улыбнулась эданне, которая действительно распоряжалась, как настоящий полководец. И командовала примерно так же…
У такой не забалуешь.
Филиппо Третий подтвердил ее инициативы своим благосклонным кивком, и увел Адриенну.
- Что случилось, ваше величество?
- Опять Филиппо к этой гадине поехал. Чует мое сердце, вернется сам не свой…
Адриенна только вздохнула.
А что поделать?
Эданну Франческу она воспринимала, как… как неизбежное зло. Вроде плесени или вшей – сколько не выводи, а все равно пролезет, пакость гадкая. Но бороться надо. Даже необходимо бороться, выводить, не пускать на самотек…
- Как я должна поступить, ваше величество?
Король довольно кивнул.
Молодец, девочка, соображает. Приятно все же работать с умными людьми… ему немного осталось, но невестку он натаскает.
- Пойдем, поговорим об этом в кабинете.
Адриенна послушно шла под руку с королем. И…. и сосредоточенная на высочайшем собеседнике, не заметила другого взгляда.
Жадного. Голодного.
Откровенно похотливого.
Впрочем, человек проводил ее взглядом, развернулся, да и пошел в другую сторону.
Еще не время. Хотя уже скоро, очень даже скоро… он свое не упустит! Дурак он, что ли, как его высочество?
Его высочество в это время чувствовал себя вовсе даже не дураком, а самым счастливым человеком на свете. Эданна Франческа расстаралась по полной.
Тут тебе и роскошно украшенная спальня, и вкусная еда, и благовония, и массаж с заморскими маслами, и конечно, сама эданна, во всем тонком, белом, прозрачном…
Его высочество пребывал на седьмом небе от счастья.
Когда наконец, все закончилось, и он вытянулся на кровати, ощущая, как успокаивается бешено бьющееся сердце, эданна прильнула к нему.
- Любимый… я ТАК скучала… до безумия!
- Я тоже соскучился, - честно ответил Филиппо.
- Я могу вернуться в свой дом в столице. И ты будешь меня навещать чаще, - тут же предложила эданна.
Филиппо качнул головой.
- Пока не стоит.
- Почему? Невеста тебе запретила? – невинно поинтересовалась эданна.
- Глупости какие, - фыркнул Филиппо. – Никто и ничего мне не запрещал и не запретит. Просто эта соплюшка от переживаний разболелась. А увидит тебя – вообще помрет от горя, на ком тогда жениться?
- На мне, разумеется…
- Ческа, ты же знаешь, мне нужны дети.
- Я тебе тоже могу их родить!
- Я знаю. Но договор дороже жизни, - истинную причину Филиппо называть не собирался.
Ческа надула губы.
- Ну и ладно. Буду тут, грустить без тебя… а ты любуйся на эту бледную немочь при дворе! Вот!
- Да, что страшненькая, то правда, - согласился Филиппо. – Рядом с тобой ее вообще не поставишь, от нее зеркала шарахаться будут.
Соврал, конечно. Зато получил нежный поцелуй в награду.
- Но я могу хоть иногда приезжать?
- Ческа, милая, после свадьбы мы решим этот вопрос, - пообещал ей Филиппо.
- А до свадьбы?
- Отец будет против.
- В том числе и против моего присутствия на свадьбе, - эданна Франческа говорила нарочито расстроенным голосом.
- Любимая, ну кто же будет тогда смотреть на невесту? Если ты придешь?
Комплимент был услышан, но не засчитан.
- Это несправедливо… я так тебя люблю…
- Милая… так хочет его величество.
Увы, эданну Франческу это не убеждало.
Она страдала.
Она рыдала.
Она требовала утешения. И как, как можно было оставить эданну в такой тяжелый для нее момент? Правильно, никак!
В результате, в столице его высочество оказался на сутки позже, чем планировал, усталый и мечтающий как следует отоспаться. Да, и для полной картины с коллекцией засосов на шее.
С таким к невесте точно не сунешься… ну, и не надо!
Потом поговорит, никуда она не денется. А пока – в кровать и спать…
Увы, до кровати надо было еще добраться. А как это сделать, если на дороге кардиналы водятся? От кардинала Санторо и его величество-то не уходил, если это было нужно его высокопреосвященству, а уж его высочество и подавно.
- Ваше высочество, умоляю вас уделить мне буквально пару минут.
Филиппо мысленно послал его в черную дыру человеческого организма, но только про себя. Скажешь такое вслух – он же и пойдет! И порвет тот самый организм на ленточки!
- Слушаю вас, кардинал.
- Ваше высочество, я не хотел бы тревожить вашего отца подобными вещами…
- Какими именно? – насторожился Филиппо.
- Как мне доложили, недавно под столицей была проведена черная месса.
Филиппо мгновенно подобрался.
Такими вещами не шутят, знаете ли… и понятно, почему кардинал не стал отягощать его величество. Королю и так последнее время плохо.
Да и Филиппо принимает у него дела все чаще и чаще.
И с этим он тоже справится.
- Где?!
- Что самое ужасное, ваше вел… высочество, именно в том направлении, в котором вы ездили.
- Простите?
- На север от столицы, в Фонтино.
Филиппо аж головой затряс.
- Фонтино?! Но там же…
Да, неподалеку находился замок эданны Франчески.
- Почему она мне не сказала?! Она могла пострадать!
- Потому что, ваше высочество, эданна Франческа попросту об этом не знала. Вы же не думаете, что она…
- Нет, конечно! – возмутился Филиппо. – Как о таком можно вообще подумать?!
- Вот… но возможно, что она была целью, потому и месса проводилась неподалеку от эданны.
- Целью!? – встревожился Филиппо за любимую женщину.
Это еще… как!? Он не согласен… ее наверное, надо оттуда забирать? И побыстрее?
Но… куда?
В столицу точно нельзя, отец будет гневаться… или пусть его?
Кардинал качнул головой.
- Ваше высочество, я понимаю вашу тревогу. Возможно, имеет смысл переезд эданны в другое место? К примеру, замок Эстанса?
- Эстанса? Хм….
Кардинал промолчал. Он свою идею высказал, теперь надо дать его высочеству время на обдумывание. А заодно….
- Ваше высочество, я счастлива видеть вас в добром здравии.
Его высочество едва зубами не заскрипел на потеху публике. Нет, ну надо ж такому случиться!?
Кардинал, чтоб его… привел! Как раз на галерею!
Вот такого! Растрепанного, в засосах… и тут – Адриенна! А он все же обещал… и в результате,, невеста смотрит на него…
Недобро она смотрит. И у нее есть повод.
Только вот признавать себя виноватым Филиппо не собирался, и предсказуемо разозлился и на невесту, и на кардинала. Но гадостей наговорить не успел.
Адриенна скользнула к нему и почти невесомым движением поправила платок на шее.
- Осторожнее, ваше высочество. Ветер с реки, вы простудите горло.
Засосы скрылись под куском яркой ткани.
Принц понял, что сейчас ему голову отрывать не будут, и осторожно поцеловал девушке руку.
- Эданна, я счастлив, что вы думаете обо мне.
- Заботиться о вас – мой священный долг. Ваше высокопреосвященство, - в синих глазах блеснули опасные огоньки. – Умоляю, будьте внимательнее. Его высочество не должен так рисковать своим здоровьем.
Филиппо едва воздухом не подавился. Он как раз понял все правильно, да и кардинал тоже…
- Гхм…
- Ваше высочество, надеюсь, ваша поездка была удачна. И мечтаю вскорости увидеть вас, - пропела Адриенна, и ускользнула.
Четыре фрейлины следовали за ней, словно приклеенные. Одна вообще одарила Филиппо таким жарким взглядом, что принц даже слегка задымился… наверное.
Горячая штучка, сразу видно…
- Кардинал, вы…
- Я не знал, что дана Адриенна здесь, - отперся кардинал. – Иначе нашел бы другое место для разговора, ваше высочество. Но вы подумайте, если что – замок Эстанса к вашим услугам.
- Я подумаю, - согласился Филиппо.
И отправился в свои покои, размышляя – нарочно кардинал или нет?
И если нарочно, то зачем?
Адриенна, кстати, об этом не размышляла. Она твердо знала, что кардинал нарочно. Но вот зачем?
Кардина улыбался, глядя на парк с дворцовой галереи.
Он знал, зачем. Но делиться этим знанием не собирался ни с кем. Вот еще не хватало.
Единственное, о чем не знал никто из собеседников…
В розарии из земли выметнулись темно-зеленые плети с острейшими шипами. Гнев и боль Адриенны отзывались на ее земле определенным образом. Пока она не знала, не приняла свое наследство – это одно.
А сейчас…
Черные розы Сибеллинов готовились зацвести.
Матео Кальци, который пришел с утра в розарий, только ахнул.
Сортовые?
Снежно-белые?
Кремовые? Чайные?
Ньор Росса постепенно успокаивался.
Прошла пугающая краснота, выровнялся сердечный ритм, даже запах стал получше.
- Погоди,, мальчишка. Сейчас…
Он накапал себе в рюмку какое-то лекарство,, горько и резко пахнущее травами, залпом выпил.
- Достань там… закусить. И себе возьми.
Мия отказываться не стала. Поблагодарила и с удовольствием зажевала кусок вяленого мяса. Пусть кто другой конфетки-цветочки кушает, а она – хищница!
Кусок мяса ей! Можно побольше! И прожаренный…
- Это зеркало действительно Оттавии подарили. Было дело.
- Да?
- Давно уж… лет сорок тому назад, кабы не больше… хорошо помню. Оттавия тогда с даном Тициано Демарко закрутила. Да как!
- Как?
- Так, что эданна Демарко к нам приезжала… позора было – на весь город!
Мужчина смотрел куда-то в стену, говорил тихо… вспоминал.
Он помнил, как эданна Демарко плакала в гостиной, а мать ее утешала. Словно и не эданну, а самую обычную бабу, которой муж рога наставил.
Помнил, как кричала прибежавшая Оттавия.
Как кричала на нее эданна – чего ты добиваешься, дрянь!? Муж меня все равно не бросит!!!
Помнил скандал, от которого ежилась мать и ходил, ссутулившись, отец…
Помнил, как сестра ходила злая, словно оса, но потом…
Нехорошо это – лезть в чужую семью. Лад там, или не лад, но все равно нехорошо. Люди и осудили. А когда их много… ну, тут поневоле получается так, что к ним надо прислушиваться. Может, если бы дан Демарко взял Оттавию, да и уехал куда?
Но – нет. Настолько он ее не любил. Побаловался, подарил зеркало, вот это самое, да и расстался. Оттавия потом рыдала, два раза едва из петли вынуть успели… может, потому мать рано и померла, с такой-то доченькой! А потом выдали сестричку замуж, она и уехала. И не возвращалась.
А зеркало разбередило воспоминания.
Недобрые такие, тоскливые…
Ими Пьетро и поделился с Мией. Не все ж в себе таить… иногда выплеснуть тоже хочется.
Мия слушала, кивала. И подвела итог.
- Значит, зеркало не ворованное. Все равно… надо бы к дану Демарко дойти… вы ж понимаете, ньор Росса, такие подарки…. Это серьезно.
Ньор Росса понимал.
- Сегодня пойдешь – али как?
- Пойду…
- Туда два дня пути. Если пешком… на юго-восток из города и иди себе. Дорога прямая.
- Спасибо, ньор, - поблагодарила Мия. – Вы уж не серчайте, что рану растравил… не хотел.
Пьетро только рукой махнул.
Неожиданно, он почувствовал себя… не так и плохо? Ему определенно, стало легче. Словно груз с плеч свалился, серьезный такой, тяжеленький…
Выговорился – и легче стало.
- Как там Оттавия? Она ж домой так и не приезжала с той поры…
Мия пожала плечами.
- Была замужем. Была счастлива, насколько я поняла, муж ее если и не любил, то и не обижал. Детей четверо. Внуки… она, правда, умерла в эпидемию, но тогда много кто в столице умер.
Ньор Росса кивнул.
- Спасибо тебе, менестрель. Значит, правильно родители тогда решили… хоть и бесилась Оттавия, а все они сделали, как у людей.
Мия кивнула.
С ее точки зрения вот то самое «как у людей»… оно для людей и было. А ей не подходило совершенно. Но не говорить же об этом ньору?
Пусть живет себе, как человек.
- Да, ньор. Все правильно.
- Схожу, свечку за нее поставлю, - решил мужчина. – А ты… возьми на дорогу?
И Мие в ладони легли пироги.
Вкуснющие, даже судя по запаху с капустой…
- Соседка прибегает,, - усмехнулся ньор.
- Вдовая?
- Вдовая…
- А что ж вы такое сокровище упускаете? – судя по запаху пирогов, это была серьезная ошибка. – Или чтобы все, как у людей? Так им такие пироги и не снились… большинству.
Ньор Росса хотел, было, дать нахалу подзатыльник, а потом передумал, да и махнул рукой.
- Иди ты…
Мия и пошла. Задумчиво жуя по дороге вкусный пирог.
А что она? Ей хорошо… говорите, дан Демарко?
Мы и до дана Демарко доберемся…
Если бы она знала, что после ее ухода ньор Росса сначала сходил в храм, помолился за сестру, обстоятельно побеседовал с падре, а потом пошел в гости к соседке, да и пригласил ту к себе пожить – она бы за него сильно порадовалась.
А что на всех-то оглядываться? Если б не та история, давно бы он уже того… пригласил бы. А Пьетро все боялся.
Шума, скандала, того загадочного: «люди скажут»…
А чего бояться-то?
На каждый чих не наздравствуешься, а тут… всем только хорошо получилось. Но Мие было не до того. Она шагала к замку дана Демарко и принимала свой настоящий облик. В дороге зачем зря силы тратить?
А если кто случится, у нее и капюшон на плаще есть, и минутка-то всегда будет…
Успеет замаскироваться.
Итак, Тициано Демарко. А на данный момент его сын – Рикардо Демарко.
Адриенна.
Паола Чиприани, Бьянка Варнезе, Джина Симонетти, Леонора Роберто, Альбана Аморе,, Николетта Джойя, Сильвия Сальваторе, Челия Санти, Марта Дамиано, Теодора Джулиани, Розалия Брешиа, Барбара Коста.
Все даны, красавицы, умницы… наверное.
Как их всех запомнить, Адриенна даже не представляла. А ведь придется, это ее фрейлины.
Поэтому, Адриенна для начала и мучиться не стала.
- Даны, я рада вас видеть и с вами познакомиться, но давайте для начала заведем такой обычай. Пока я вас не запомню, входите ко мне и называете свое имя. Хорошо?
Даны закивали.
- Дану Чиприани слушаться, как меня. Правила она вам объяснила?
- Да, - закивали наперебой девушки. – Ваше… выс…
- Можете пока называть меня дана СибЛевран, - разрешила Адриенна. – Высочеством я стану после брака.
Хотя это уже скоро.
После случая с Лоренцо, Адриенна проболела почти целую декаду. Встала только недавно, и вот, сейчас Сабина Чиприани представляла ей фрейлин.
Девушки смотрели по-разному.
Кто-то опасливо, кто-то нахально… но вроде бы откровенной злости ни у кого не было. Но это и понятно. Свадьба состоится уже через месяц, а в такой ситуации злиться на Адриенну смертельно опасно.
В комнату зашел его величество, подошел и поцеловал руку будущей невестке.
- Адриенна, я надеюсь, ты довольна, дочка?
Судя по глазам фрейлин – проблем и дальше не будет.
Пока его величество жив, так точно…
- Благодарю вас, ваше величество. Я надеюсь, мы найдем с девушками общий язык, - согласилась Адриенна.
- Я в этом даже не сомневаюсь, - строго посмотрел король.
Девушки как присели в реверансах, так вставать из них и не торопились.
Король же…
- Могу я тебя ненадолго отвлечь, дорогая невестка?
- Да, конечно, ваше величество. А девушки пока…
- С вашего позволения, - перехватила инициативу эданна Чиприани, - девушки сейчас будут заниматься своими непосредственными обязанностями. Я распределю, кого и куда, а если вашему высочеству не понравится, мы все поменяем.
- Благодарю вас, эданна Сабина, - Адриенна улыбнулась эданне, которая действительно распоряжалась, как настоящий полководец. И командовала примерно так же…
У такой не забалуешь.
Филиппо Третий подтвердил ее инициативы своим благосклонным кивком, и увел Адриенну.
- Что случилось, ваше величество?
- Опять Филиппо к этой гадине поехал. Чует мое сердце, вернется сам не свой…
Адриенна только вздохнула.
А что поделать?
Эданну Франческу она воспринимала, как… как неизбежное зло. Вроде плесени или вшей – сколько не выводи, а все равно пролезет, пакость гадкая. Но бороться надо. Даже необходимо бороться, выводить, не пускать на самотек…
- Как я должна поступить, ваше величество?
Король довольно кивнул.
Молодец, девочка, соображает. Приятно все же работать с умными людьми… ему немного осталось, но невестку он натаскает.
- Пойдем, поговорим об этом в кабинете.
Адриенна послушно шла под руку с королем. И…. и сосредоточенная на высочайшем собеседнике, не заметила другого взгляда.
Жадного. Голодного.
Откровенно похотливого.
Впрочем, человек проводил ее взглядом, развернулся, да и пошел в другую сторону.
Еще не время. Хотя уже скоро, очень даже скоро… он свое не упустит! Дурак он, что ли, как его высочество?
***
Его высочество в это время чувствовал себя вовсе даже не дураком, а самым счастливым человеком на свете. Эданна Франческа расстаралась по полной.
Тут тебе и роскошно украшенная спальня, и вкусная еда, и благовония, и массаж с заморскими маслами, и конечно, сама эданна, во всем тонком, белом, прозрачном…
Его высочество пребывал на седьмом небе от счастья.
Когда наконец, все закончилось, и он вытянулся на кровати, ощущая, как успокаивается бешено бьющееся сердце, эданна прильнула к нему.
- Любимый… я ТАК скучала… до безумия!
- Я тоже соскучился, - честно ответил Филиппо.
- Я могу вернуться в свой дом в столице. И ты будешь меня навещать чаще, - тут же предложила эданна.
Филиппо качнул головой.
- Пока не стоит.
- Почему? Невеста тебе запретила? – невинно поинтересовалась эданна.
- Глупости какие, - фыркнул Филиппо. – Никто и ничего мне не запрещал и не запретит. Просто эта соплюшка от переживаний разболелась. А увидит тебя – вообще помрет от горя, на ком тогда жениться?
- На мне, разумеется…
- Ческа, ты же знаешь, мне нужны дети.
- Я тебе тоже могу их родить!
- Я знаю. Но договор дороже жизни, - истинную причину Филиппо называть не собирался.
Ческа надула губы.
- Ну и ладно. Буду тут, грустить без тебя… а ты любуйся на эту бледную немочь при дворе! Вот!
- Да, что страшненькая, то правда, - согласился Филиппо. – Рядом с тобой ее вообще не поставишь, от нее зеркала шарахаться будут.
Соврал, конечно. Зато получил нежный поцелуй в награду.
- Но я могу хоть иногда приезжать?
- Ческа, милая, после свадьбы мы решим этот вопрос, - пообещал ей Филиппо.
- А до свадьбы?
- Отец будет против.
- В том числе и против моего присутствия на свадьбе, - эданна Франческа говорила нарочито расстроенным голосом.
- Любимая, ну кто же будет тогда смотреть на невесту? Если ты придешь?
Комплимент был услышан, но не засчитан.
- Это несправедливо… я так тебя люблю…
- Милая… так хочет его величество.
Увы, эданну Франческу это не убеждало.
Она страдала.
Она рыдала.
Она требовала утешения. И как, как можно было оставить эданну в такой тяжелый для нее момент? Правильно, никак!
В результате, в столице его высочество оказался на сутки позже, чем планировал, усталый и мечтающий как следует отоспаться. Да, и для полной картины с коллекцией засосов на шее.
С таким к невесте точно не сунешься… ну, и не надо!
Потом поговорит, никуда она не денется. А пока – в кровать и спать…
Увы, до кровати надо было еще добраться. А как это сделать, если на дороге кардиналы водятся? От кардинала Санторо и его величество-то не уходил, если это было нужно его высокопреосвященству, а уж его высочество и подавно.
- Ваше высочество, умоляю вас уделить мне буквально пару минут.
Филиппо мысленно послал его в черную дыру человеческого организма, но только про себя. Скажешь такое вслух – он же и пойдет! И порвет тот самый организм на ленточки!
- Слушаю вас, кардинал.
- Ваше высочество, я не хотел бы тревожить вашего отца подобными вещами…
- Какими именно? – насторожился Филиппо.
- Как мне доложили, недавно под столицей была проведена черная месса.
***
Филиппо мгновенно подобрался.
Такими вещами не шутят, знаете ли… и понятно, почему кардинал не стал отягощать его величество. Королю и так последнее время плохо.
Да и Филиппо принимает у него дела все чаще и чаще.
И с этим он тоже справится.
- Где?!
- Что самое ужасное, ваше вел… высочество, именно в том направлении, в котором вы ездили.
- Простите?
- На север от столицы, в Фонтино.
Филиппо аж головой затряс.
- Фонтино?! Но там же…
Да, неподалеку находился замок эданны Франчески.
- Почему она мне не сказала?! Она могла пострадать!
- Потому что, ваше высочество, эданна Франческа попросту об этом не знала. Вы же не думаете, что она…
- Нет, конечно! – возмутился Филиппо. – Как о таком можно вообще подумать?!
- Вот… но возможно, что она была целью, потому и месса проводилась неподалеку от эданны.
- Целью!? – встревожился Филиппо за любимую женщину.
Это еще… как!? Он не согласен… ее наверное, надо оттуда забирать? И побыстрее?
Но… куда?
В столицу точно нельзя, отец будет гневаться… или пусть его?
Кардинал качнул головой.
- Ваше высочество, я понимаю вашу тревогу. Возможно, имеет смысл переезд эданны в другое место? К примеру, замок Эстанса?
- Эстанса? Хм….
Кардинал промолчал. Он свою идею высказал, теперь надо дать его высочеству время на обдумывание. А заодно….
- Ваше высочество, я счастлива видеть вас в добром здравии.
Его высочество едва зубами не заскрипел на потеху публике. Нет, ну надо ж такому случиться!?
Кардинал, чтоб его… привел! Как раз на галерею!
Вот такого! Растрепанного, в засосах… и тут – Адриенна! А он все же обещал… и в результате,, невеста смотрит на него…
Недобро она смотрит. И у нее есть повод.
Только вот признавать себя виноватым Филиппо не собирался, и предсказуемо разозлился и на невесту, и на кардинала. Но гадостей наговорить не успел.
Адриенна скользнула к нему и почти невесомым движением поправила платок на шее.
- Осторожнее, ваше высочество. Ветер с реки, вы простудите горло.
Засосы скрылись под куском яркой ткани.
Принц понял, что сейчас ему голову отрывать не будут, и осторожно поцеловал девушке руку.
- Эданна, я счастлив, что вы думаете обо мне.
- Заботиться о вас – мой священный долг. Ваше высокопреосвященство, - в синих глазах блеснули опасные огоньки. – Умоляю, будьте внимательнее. Его высочество не должен так рисковать своим здоровьем.
Филиппо едва воздухом не подавился. Он как раз понял все правильно, да и кардинал тоже…
- Гхм…
- Ваше высочество, надеюсь, ваша поездка была удачна. И мечтаю вскорости увидеть вас, - пропела Адриенна, и ускользнула.
Четыре фрейлины следовали за ней, словно приклеенные. Одна вообще одарила Филиппо таким жарким взглядом, что принц даже слегка задымился… наверное.
Горячая штучка, сразу видно…
- Кардинал, вы…
- Я не знал, что дана Адриенна здесь, - отперся кардинал. – Иначе нашел бы другое место для разговора, ваше высочество. Но вы подумайте, если что – замок Эстанса к вашим услугам.
- Я подумаю, - согласился Филиппо.
И отправился в свои покои, размышляя – нарочно кардинал или нет?
И если нарочно, то зачем?
Адриенна, кстати, об этом не размышляла. Она твердо знала, что кардинал нарочно. Но вот зачем?
Кардина улыбался, глядя на парк с дворцовой галереи.
Он знал, зачем. Но делиться этим знанием не собирался ни с кем. Вот еще не хватало.
***
Единственное, о чем не знал никто из собеседников…
В розарии из земли выметнулись темно-зеленые плети с острейшими шипами. Гнев и боль Адриенны отзывались на ее земле определенным образом. Пока она не знала, не приняла свое наследство – это одно.
А сейчас…
Черные розы Сибеллинов готовились зацвести.
Матео Кальци, который пришел с утра в розарий, только ахнул.
Сортовые?
Снежно-белые?
Кремовые? Чайные?
