- Неужели вы считаете, что я слепая и тупая. Ну, не любите вы меня! Да, так бывает! Любите вы другую! Но ведь и я вас не люблю, и моя бы воля, с радостью осталась бы в СибЛевране. Вышла бы замуж за кого-то из соседей и всю жизнь лошадей разводила. Не нужна мне власть! И корона не нужна, и прочие побрякушки… понимаете? Нет здесь ничего такого, чтобы я всю жизнь за это отдавала, просто – нет!
Не понимал.
Это было видно воочию. Как так?
Кто-то не хочет власти!?
Да разве такое вообще бывает в этой жизни? Власть… это ведь все! Это альфа и омега, это самое-самое ценное, когда ты хозяин жизни и смерти других людей, когда…
Адриенна едва не застонала.
- Ваше высочество, я ведь женщина! – может, так дойдет? – Мне дом, семья нужны, дети мои…
Все. Сообразил, додумался.
- А-а…
Ну да! Курица – не птица, баба не человек, и власть ей ни к чему. Гнезда и яиц достаточно. Адриенна, конечно, так не считала, но и другими словами уже донести свою мысль не могла. Сколько можно-то?!
Она этого так же не хотела, она бы жила спокойно, и она, и Лоренцо… за них все уже решили! Кровь, проклятая кровь!
Адриенна потерла лицо руками.
- Я знаю, вы меня не любите и не полюбите никогда. И я вас тоже. Но хотя бы уважительно мы можем друг к другу относиться? Если бы я завела себе любовника?!
Принц сверкнул глазами. Хватка на запястье девушки стала мертвой, словно капкан.
- Казню!
Адриенна выдернула руку.
- Не нравится? – на запястье медленно проступали алые пятна, скоро они станут синяками. – А мне должно нравиться ваше отношение? Я не говорю о любви, но хотя бы элементарное уважение… если вы хотите от меня детей, то как, как потом вы внушите придворным почтение к ним? Отношение ко мне перейдет и на них! Даже не сомневайтесь… или вы расскажете всем о проклятии?
- Ты знаешь?! Откуда!?
Адриенна вздохнула.
- Знаю. И кто такие СибЛевраны – тоже. Бастарды, ублюдки… побочная кровь. Не каждый ведь день его высочество женится на никому не известной девице из захолустья… я узнала, что мне требовалось. И… не одобряю случившегося.
- Не одобряешь?!
- Предки были неправы, - Адриенна не стала вдаваться в подробности. Хотя искренне считала, что если бы не подонок, приказавший ударить в спину, ничего и не случилось бы. Моргана знала, что такое война. Она бы помиловала, если бы ее правнук пал в бою. Это – другое.
А вот предательство, подлость… кто бы тут сдержался на ее месте?
Филиппо потер лицо руками.
- Я… не думал об этом – так.
- Ваше высочество…
- Филиппо. Можешь называть меня именно так.
- Хорошо, Филиппо. Вы – мужчины. Для вас власть это самое высшее счастье. А я другая, мне ничего такого не нужно. Окажись я на троне, первая взмолилась бы о пощаде. Я просто хочу спокойно жить, растить своих детей… можно и не при дворе…
- Да?
- Конечно. Вы не продержите эданну Вилецци в провинции долго. А я не хочу жить в столице. Возможно, найдется замок рядом, я буду жить там с маленьким двором, вы наезжать ко мне время от времени… а эданна будет царить в столице?
- Хм-м…
Филиппо задумался.
В чем-то Адриенна была права. С другой стороны…
- Если я так поступлю… это будет неправильно.
Адриенна безразлично пожала плечами.
Правильно, неправильно… какая ей разница, кто и что подумает? Она предлагала реальный выход… по крайней мере, ей не пришлось бы тратить время на тупую придворную возню.
- Адриенна, брак должен быть заключен. Потом, запирать вас где-то до семнадцати лет… это будет выглядеть странно. Я понимаю, что вы не станете мне изменять, но злые языки…
Адриенна кивнула.
Она бы действительно не стала. Но… кто и что скажет? А уж сколько всего придумают?
Она обязана быть рядом с его высочеством… потом величеством. Чтобы не было сомнений в законнорожденности ее ребенка.
- И потом… допустим, я вас отослал.
- Эданна Вилецци будет счастлива.
- Безусловно. Но опять же… пока ребенок не родится, да и потом… мне нужно будет несколько детей. Трое или четверо…
Адриенна кивнула.
Ну да.
Детей – делают. Не за один раз. И королева обязана находиться рядом с его величеством. Иначе…
Слухи, сплетни… потом можешь оправдываться, сколько тебе угодно будет, никто не поверит.
- Тогда у нас серьезная проблема.
Именно – у нас. Не порознь. Филиппо и сам не заметил, как это получилось, но девчонка на кровати из врага превратилась в союзника. А Адриенна мысленно поблагодарила прабабку.
Именно Моргана сказала, что Эрвлины думают только о власти. А если нет… им об этом не просто сказать надо – поленом по голове стукнуть, чтобы дошло. Вот, вроде как дошло.
Адриенна выглядела откровенно виноватой. Ну да, она не хотела, но так уж получилось…
- Я могу быть рядом с вами. И буду показывать влюбленность, и что угодно. Но… эданна Франческа… она не поймет.
Продолжать не требовалось.
И не поймет. И начнет устраивать истерики, и все остальное… Адриенна посмотрела на его высочество.
- Я не прошу удалять ее от двора. Или как-то обрывать ваши с ней отношения. Но ради ваших будущих наследников… пусть она ведет себя аккуратнее.
Филиппо насупился.
Его любовь… и попытка задеть? Или нет?
Вдали от эданны он становился похож на человека и даже вполне обучаем. Жаль, ненадолго.
- Не показывает на людях, насколько вы близки, - пояснила Адриенна. – Старается не избегать меня, это, по меньшей мере, странно, но ведет себя подчеркнуто почтительно… понимаете? Мне не нужно ее уважение или одобрение, но я полагаю, ей важно ваше счастье?
А вот в этом его высочество не сомневался.
- Да… ради меня…
- Вот. Не сомневаюсь, ради вас эданна готова на определенные… уступки? Ее ведь не просят отказаться от любимого мужчины, ее просят только не причинять вред вашим будущим детям.
Вот под таким углом его высочество этот вопрос не рассматривал.
- Вред…
- Меня эданне любить не за что. Но в случае открытого конфликта или вы поддерживаете меня и сильно обижаете любимую женщину. Это плохо. Или вы поддерживаете ее – и ослабляете позиции ваших детей. Ведь если вы не уважаете их мать, кто будет уважать принца? Ладно бы, я была из знатной или богатой семьи. Тогда… да, за мной бы стоял род. А за мной – никого. Ни клана, ни денег… просто девушка с окраины королевства. Из этого можно сделать красивую сказку для простонародья, кстати говоря.
Его высочество задумался.
- Я поговорю с эданной. И придумаю, как все это лучше сделать… я рад, что вы идете мне навстречу.
Адриенна вздохнула.
- Я… мне это не так важно, как вам. Но я хочу жить в сильном королевстве. А этого можно добиться, только если действовать заодно. Я обязана показывать всем, что люблю и уважаю своего мужа, его величество наверняка говорил, что когда королевская семья крепка, служит примером…
Дальше Адриенна не продолжала. Его высочество многое отлично додумал сам.
- Это верно. Я поговорю с эданной. Если вы согласны выполнять свои обязанности,, я смогу ее убедить.
Адриенна вздохнула про себя.
Убедить!
Мальчик, да тебе достаточно просто приказать! Ты – принц, будущий король, а она просто продажная девка. Она за тебя зубами и когтями держаться будет, на любых условиях… твой отец это понимает, а ты – нет.
Именно Филиппо Третий и подсказал Адриенне, на что давить. Он своего сына знал.
А Адриенна…
Как же ей хотелось закричать, ударить, уничтожить…
Нельзя.
К сожалению – нельзя. Не все можно решить силой, а как иногда хочется… если бы вы только знали! Вот и сейчас, приходится сидеть, разъяснять, уговаривать… тренироваться!
Филиппо Третий был безукоризненно честен.
Пока он жив, он поможет. Потом… потом эданна Франческа сделает все, чтобы подмять под себя его сына. Это не пойдет на пользу никому. Ни сыну, ни стране.
Придется Адриенне уже сейчас учиться манипулировать своим мужем, а мужу привыкать, что все будет именно так.
Сейчас, пока Филиппо Третий еще жив, еще в силе, он сможет повлиять на наследника.
Надолго ли этого хватит?
Кто знает. Но даже убивать эданну, к сожалению, поздно. Другая найдется. Еще более гадкая.
Кстати, вот с этим Адриенна была согласна. Филиппо Четвертый относился к той породе людей,, которые не могут жить сами по себе. Своим умом….
Адриенна смогла бы, его отец мог, дан Рокко… да много кто! Живут они и живут себе. А этот выбрал себе хозяйку, да такую, что нормального человека с души воротит. Но уберешь ее – появится другая. От этой хоть ясно, чего ждать.
Бедный Эрвлин.
Да, и себя Адриенне тоже было жалко. Хотя бы потому, что ее Филиппо никогда хозяйкой не выберет. Впрочем…
Если нет выбора – она будет учиться управлять супругом. А выбора уже сто лет ни у кого нет.
Мия.
Пратто утопал в зелени.
Причем, зелень многое говорила о его обитателях. Вот кто и что сажает на улицах города? У себя в палисадниках?
Кто-то высадит елку или можжевельник. Красиво, никто не спорит, но что с той елки толку?
Кто-то цветы. Тоже красиво, но много хлопот, а выгоды… разве что коза их пожует.
А вот Пратто утопал в яблонях.
Во всех садах, на всех улицах, везде, всюду…
А еще городок славился своим яблочным сидром, уксусом, вареньем из яблок же… ага?
Практичный тут народ живет. И заодно – красиво же!
Весной, когда яблони цветут. А потом наливаются плоды, и весь город пахнет спелыми яблоками, и это наверное, очень вкусно. Жаль, Мия попала сюда в неудачный момент.
Сады уже отцвели. Яблоки еще не созрели. Жаль…
Итак, откуда же начать поиски?
Мия сильно не задумывалась. Она не была голодна, она недавно перекусила хлебом и ветчиной, поэтому могла себе позволить не искать кров и пищу сразу же. И направилась в церковь.
Кто бы сомневался – дом священника был рядом. Туда Мия и постучала.
Во дворе звонким лаем откликнулась собака.
Ждать пришлось недолго, священник вышел почти сразу.
Средних лет, среднего роста, со спокойной теплой улыбкой…
- Доброго дня… ньор?
- Здравствуйте, падре, - в Пратто Мия пришла в облике менестреля. – Меня зовут Мио.
- Падре Исидоро Наполли, Мио. Что привело тебя ко мне?
- Благословите, отче.
- Да пребудет мир в твоей душе, чадо. Что привело тебя сюда?
Мия не стала юлить.
- Падре Наполли, друг попросил меня о любезности. Его родные некогда жили в этом городе, и он хотел бы знать, может быть, у него остались здесь близкие люди. А если нет, то хотя бы побывать на могилках, заказать молебен…
Падре закивал с полным пониманием.
А то как же? Молебен – это деньги, это хорошо… провинция ж! Одними яблоками сыт не будешь!
Мия это отлично понимала, потому что в руки падре перекочевал симпатичный маленький мешочек с деньгами.
- Это аванс, падре…
Падре это понравилось еще больше.
- Как звали родных вашего друга, Мио?
- Ньор Пьетро Росса, ньора Оттавия Росса. Их дочь, Анна Росса вышла замуж за мастера Гаттини. Еще у них были дети… Джульетта, Оливия, Пьетро-младший, Паоло… кажется, так.
Мастера Гаттини Мия трясла часа полтора, да и на память никогда не жаловалась.
Падре кивнул.
- Сейчас, пойдем, посмотрим книгу, но кажется, я знаю эту семью. Правда, там остался только Пьетро Росса, Паоло уехал, девушки вышли замуж и тоже разъехались… вот, сейчас глава семьи сам Пьетро-младший, как ты сказал.
- Благодарю вас, падре, - Мия даже поклонилась.
Вообще-то мог и не пустить. И ничего не сказать.
Бродячих менестрелей народ любит, а вот священники – не очень. Мешают, понимаешь, им менестрели паству обрабатывать. Ты им о Боге, о страхе, о геене огненной (с гИеной не путать, хотя тоже приятного мало), а потом пошли они по своим делам, пришел менестрель – и развлек. И думают они уже вовсе даже не про Бога, а про любовь. Или про какие приключения…
Но этот падре, кажется, правильный.
Мия нащупала в кармане золотой лорин.
Надо будет сказать человеку спасибо… так, потихоньку. Чтобы никто не видел.
Лорин Мия оставила в церковной копилке. Не в руки же отдавать – странно, когда у менестреля такое богатство!
Оставила, и отправилась по указанному адресу, искать дом с красой черепичной крышей. Белый такой…
Нашла не сразу. Но все-таки через час стучалась в нужные ворота.
- Кого там несет?
Тут явно гостей не ждали и радоваться им не собирались.
- Добрый день, - Мия решила импровизировать. – Я от мастера Гаттини.
- Чего?
- Ваша сестра, ньора Оттавия Росса вышла замуж. У нее была дочь, она вышла замуж за мастера Гаттини, - четко объяснила Мия. – Дальше поговорим, или я на всю улицу орать буду?
Угроза сработала.
Калитка отворилась.
Перед Мией стоял крепкий такой, кряжистый старик.
Старость бывает разная. Бывают старики дряхлые, бывают все какие-то легкие, почти воздушные, а бывают и такие. Решительно приземленные.
Словно вырастающие из земли, словно ее продолжение. Словно одна их древних яблонь решила выдернуть корни, да и выйти… нет, яблоня не подходит, она все же ньора, а вот дуб…
Да, дуб – в самый раз.
Узловатый такой, серьезный…
Такой старик еще сорок лет простоит… то есть проскрипит…
- Добрый день, - поздоровалась Мия.
- Менестрель, - скривился мужчина.
Мия развела руками.
- Уж простите. Так говорить мне – или как?
- Пошли в дом, - махнул рукой мужчина. – Соседи у меня любопытные до ужаса.
- Не боитесь, что украду чего? – не удержалась Мия.
- Вон туда посмотри…
Два здоровущих черно-подпалых кобеля Мию не напугали. Наоборот, она сделала шаг вперед.
- Цып-цып-цып…
И руку протянула.
Пьетро Росса, который уже было хотел пальцем покрутить у виска, молча опустил руку.
Он не удивился бы молчаливому рывку кобелей. И порванному в клочья менестрелю – тоже. Цып-цып!? Собакам!?
Очумел, болезный!
Но вместо этого собаки заскулили, хвостами вперед полезли в будку… и явно демонстрировали,, что хоть цып-цып, хоть кис-кис, хоть му-му… им – плевать! Они в домике!
- Ишь ты, – с каким-то даже уважением пробурчал старик. – Ну… пошли.
Мия послушно пошла за ним.
В доме оказалось прохладно, чисто и тихо.
- Жена умерла, дети разъехались, один живу, - пояснил Пьетро, хотя Мия об этом и не спрашивала. – Может, вот сын со мной поселится. Посмотрим…
Мия молча кивнула. Она не спрашивала, но…
Понятно, чего ее пригласили. С тоски-то еще не так взвоешь. Не то, что с менестрелем – с собаками заговоришь.
Мия решительно достала из мешка футляр.
- Я перед вами буду виниться, ньор Росса. Соврал я вам.
- Да?
- Да. Меня не мастер посылал, а его клиент.
- Вот как?
- Он зеркало купил у мастера, а зеркало такое… с историей. Скажите, вам вот это зеркало ни о чем не говорит?
И Мия открыла футляр, показывая зеркало мастера Сальвадори.
Один из немногих предметов, которые она забрала с собой.
Несколько минут Мие казалось, что ньор Росса сейчас выхватит у нее зеркало, да и грохнет об угол. А потом еще сверху по осколкам потопчется. Понятно, позволять ему такого она не собиралась, но вдруг?
Осторожнее надо.
Зато сразу ясно, штучка ему знакома.
Наконец, ньор Росса отмер и разразился нехорошими ругательствами. Мия подняла брови.
- Не понял?
- Чего ты не понял, мальчишка?
- Мастер Гаттини упоминал, что зеркало ему от тещи досталось. А ей, надо полагать… не вполне хорошим путем? Если вы так ругаетесь?
- Тьфу…
- Ньор Росса, да вы не переживайте так! Я никому не скажу, мне самому важно знать, - принялась уговаривать Мия.
Не понимал.
Это было видно воочию. Как так?
Кто-то не хочет власти!?
Да разве такое вообще бывает в этой жизни? Власть… это ведь все! Это альфа и омега, это самое-самое ценное, когда ты хозяин жизни и смерти других людей, когда…
Адриенна едва не застонала.
- Ваше высочество, я ведь женщина! – может, так дойдет? – Мне дом, семья нужны, дети мои…
Все. Сообразил, додумался.
- А-а…
Ну да! Курица – не птица, баба не человек, и власть ей ни к чему. Гнезда и яиц достаточно. Адриенна, конечно, так не считала, но и другими словами уже донести свою мысль не могла. Сколько можно-то?!
Она этого так же не хотела, она бы жила спокойно, и она, и Лоренцо… за них все уже решили! Кровь, проклятая кровь!
Адриенна потерла лицо руками.
- Я знаю, вы меня не любите и не полюбите никогда. И я вас тоже. Но хотя бы уважительно мы можем друг к другу относиться? Если бы я завела себе любовника?!
Принц сверкнул глазами. Хватка на запястье девушки стала мертвой, словно капкан.
- Казню!
Адриенна выдернула руку.
- Не нравится? – на запястье медленно проступали алые пятна, скоро они станут синяками. – А мне должно нравиться ваше отношение? Я не говорю о любви, но хотя бы элементарное уважение… если вы хотите от меня детей, то как, как потом вы внушите придворным почтение к ним? Отношение ко мне перейдет и на них! Даже не сомневайтесь… или вы расскажете всем о проклятии?
- Ты знаешь?! Откуда!?
Адриенна вздохнула.
- Знаю. И кто такие СибЛевраны – тоже. Бастарды, ублюдки… побочная кровь. Не каждый ведь день его высочество женится на никому не известной девице из захолустья… я узнала, что мне требовалось. И… не одобряю случившегося.
- Не одобряешь?!
- Предки были неправы, - Адриенна не стала вдаваться в подробности. Хотя искренне считала, что если бы не подонок, приказавший ударить в спину, ничего и не случилось бы. Моргана знала, что такое война. Она бы помиловала, если бы ее правнук пал в бою. Это – другое.
А вот предательство, подлость… кто бы тут сдержался на ее месте?
Филиппо потер лицо руками.
- Я… не думал об этом – так.
- Ваше высочество…
- Филиппо. Можешь называть меня именно так.
- Хорошо, Филиппо. Вы – мужчины. Для вас власть это самое высшее счастье. А я другая, мне ничего такого не нужно. Окажись я на троне, первая взмолилась бы о пощаде. Я просто хочу спокойно жить, растить своих детей… можно и не при дворе…
- Да?
- Конечно. Вы не продержите эданну Вилецци в провинции долго. А я не хочу жить в столице. Возможно, найдется замок рядом, я буду жить там с маленьким двором, вы наезжать ко мне время от времени… а эданна будет царить в столице?
- Хм-м…
Филиппо задумался.
В чем-то Адриенна была права. С другой стороны…
- Если я так поступлю… это будет неправильно.
Адриенна безразлично пожала плечами.
Правильно, неправильно… какая ей разница, кто и что подумает? Она предлагала реальный выход… по крайней мере, ей не пришлось бы тратить время на тупую придворную возню.
- Адриенна, брак должен быть заключен. Потом, запирать вас где-то до семнадцати лет… это будет выглядеть странно. Я понимаю, что вы не станете мне изменять, но злые языки…
Адриенна кивнула.
Она бы действительно не стала. Но… кто и что скажет? А уж сколько всего придумают?
Она обязана быть рядом с его высочеством… потом величеством. Чтобы не было сомнений в законнорожденности ее ребенка.
- И потом… допустим, я вас отослал.
- Эданна Вилецци будет счастлива.
- Безусловно. Но опять же… пока ребенок не родится, да и потом… мне нужно будет несколько детей. Трое или четверо…
Адриенна кивнула.
Ну да.
Детей – делают. Не за один раз. И королева обязана находиться рядом с его величеством. Иначе…
Слухи, сплетни… потом можешь оправдываться, сколько тебе угодно будет, никто не поверит.
- Тогда у нас серьезная проблема.
Именно – у нас. Не порознь. Филиппо и сам не заметил, как это получилось, но девчонка на кровати из врага превратилась в союзника. А Адриенна мысленно поблагодарила прабабку.
Именно Моргана сказала, что Эрвлины думают только о власти. А если нет… им об этом не просто сказать надо – поленом по голове стукнуть, чтобы дошло. Вот, вроде как дошло.
Адриенна выглядела откровенно виноватой. Ну да, она не хотела, но так уж получилось…
- Я могу быть рядом с вами. И буду показывать влюбленность, и что угодно. Но… эданна Франческа… она не поймет.
Продолжать не требовалось.
И не поймет. И начнет устраивать истерики, и все остальное… Адриенна посмотрела на его высочество.
- Я не прошу удалять ее от двора. Или как-то обрывать ваши с ней отношения. Но ради ваших будущих наследников… пусть она ведет себя аккуратнее.
Филиппо насупился.
Его любовь… и попытка задеть? Или нет?
Вдали от эданны он становился похож на человека и даже вполне обучаем. Жаль, ненадолго.
- Не показывает на людях, насколько вы близки, - пояснила Адриенна. – Старается не избегать меня, это, по меньшей мере, странно, но ведет себя подчеркнуто почтительно… понимаете? Мне не нужно ее уважение или одобрение, но я полагаю, ей важно ваше счастье?
А вот в этом его высочество не сомневался.
- Да… ради меня…
- Вот. Не сомневаюсь, ради вас эданна готова на определенные… уступки? Ее ведь не просят отказаться от любимого мужчины, ее просят только не причинять вред вашим будущим детям.
Вот под таким углом его высочество этот вопрос не рассматривал.
- Вред…
- Меня эданне любить не за что. Но в случае открытого конфликта или вы поддерживаете меня и сильно обижаете любимую женщину. Это плохо. Или вы поддерживаете ее – и ослабляете позиции ваших детей. Ведь если вы не уважаете их мать, кто будет уважать принца? Ладно бы, я была из знатной или богатой семьи. Тогда… да, за мной бы стоял род. А за мной – никого. Ни клана, ни денег… просто девушка с окраины королевства. Из этого можно сделать красивую сказку для простонародья, кстати говоря.
Его высочество задумался.
- Я поговорю с эданной. И придумаю, как все это лучше сделать… я рад, что вы идете мне навстречу.
Адриенна вздохнула.
- Я… мне это не так важно, как вам. Но я хочу жить в сильном королевстве. А этого можно добиться, только если действовать заодно. Я обязана показывать всем, что люблю и уважаю своего мужа, его величество наверняка говорил, что когда королевская семья крепка, служит примером…
Дальше Адриенна не продолжала. Его высочество многое отлично додумал сам.
- Это верно. Я поговорю с эданной. Если вы согласны выполнять свои обязанности,, я смогу ее убедить.
Адриенна вздохнула про себя.
Убедить!
Мальчик, да тебе достаточно просто приказать! Ты – принц, будущий король, а она просто продажная девка. Она за тебя зубами и когтями держаться будет, на любых условиях… твой отец это понимает, а ты – нет.
Именно Филиппо Третий и подсказал Адриенне, на что давить. Он своего сына знал.
А Адриенна…
Как же ей хотелось закричать, ударить, уничтожить…
Нельзя.
К сожалению – нельзя. Не все можно решить силой, а как иногда хочется… если бы вы только знали! Вот и сейчас, приходится сидеть, разъяснять, уговаривать… тренироваться!
Филиппо Третий был безукоризненно честен.
Пока он жив, он поможет. Потом… потом эданна Франческа сделает все, чтобы подмять под себя его сына. Это не пойдет на пользу никому. Ни сыну, ни стране.
Придется Адриенне уже сейчас учиться манипулировать своим мужем, а мужу привыкать, что все будет именно так.
Сейчас, пока Филиппо Третий еще жив, еще в силе, он сможет повлиять на наследника.
Надолго ли этого хватит?
Кто знает. Но даже убивать эданну, к сожалению, поздно. Другая найдется. Еще более гадкая.
Кстати, вот с этим Адриенна была согласна. Филиппо Четвертый относился к той породе людей,, которые не могут жить сами по себе. Своим умом….
Адриенна смогла бы, его отец мог, дан Рокко… да много кто! Живут они и живут себе. А этот выбрал себе хозяйку, да такую, что нормального человека с души воротит. Но уберешь ее – появится другая. От этой хоть ясно, чего ждать.
Бедный Эрвлин.
Да, и себя Адриенне тоже было жалко. Хотя бы потому, что ее Филиппо никогда хозяйкой не выберет. Впрочем…
Если нет выбора – она будет учиться управлять супругом. А выбора уже сто лет ни у кого нет.
Глава 4
Мия.
Пратто утопал в зелени.
Причем, зелень многое говорила о его обитателях. Вот кто и что сажает на улицах города? У себя в палисадниках?
Кто-то высадит елку или можжевельник. Красиво, никто не спорит, но что с той елки толку?
Кто-то цветы. Тоже красиво, но много хлопот, а выгоды… разве что коза их пожует.
А вот Пратто утопал в яблонях.
Во всех садах, на всех улицах, везде, всюду…
А еще городок славился своим яблочным сидром, уксусом, вареньем из яблок же… ага?
Практичный тут народ живет. И заодно – красиво же!
Весной, когда яблони цветут. А потом наливаются плоды, и весь город пахнет спелыми яблоками, и это наверное, очень вкусно. Жаль, Мия попала сюда в неудачный момент.
Сады уже отцвели. Яблоки еще не созрели. Жаль…
Итак, откуда же начать поиски?
Мия сильно не задумывалась. Она не была голодна, она недавно перекусила хлебом и ветчиной, поэтому могла себе позволить не искать кров и пищу сразу же. И направилась в церковь.
Кто бы сомневался – дом священника был рядом. Туда Мия и постучала.
Во дворе звонким лаем откликнулась собака.
Ждать пришлось недолго, священник вышел почти сразу.
Средних лет, среднего роста, со спокойной теплой улыбкой…
- Доброго дня… ньор?
- Здравствуйте, падре, - в Пратто Мия пришла в облике менестреля. – Меня зовут Мио.
- Падре Исидоро Наполли, Мио. Что привело тебя ко мне?
- Благословите, отче.
- Да пребудет мир в твоей душе, чадо. Что привело тебя сюда?
Мия не стала юлить.
- Падре Наполли, друг попросил меня о любезности. Его родные некогда жили в этом городе, и он хотел бы знать, может быть, у него остались здесь близкие люди. А если нет, то хотя бы побывать на могилках, заказать молебен…
Падре закивал с полным пониманием.
А то как же? Молебен – это деньги, это хорошо… провинция ж! Одними яблоками сыт не будешь!
Мия это отлично понимала, потому что в руки падре перекочевал симпатичный маленький мешочек с деньгами.
- Это аванс, падре…
Падре это понравилось еще больше.
- Как звали родных вашего друга, Мио?
- Ньор Пьетро Росса, ньора Оттавия Росса. Их дочь, Анна Росса вышла замуж за мастера Гаттини. Еще у них были дети… Джульетта, Оливия, Пьетро-младший, Паоло… кажется, так.
Мастера Гаттини Мия трясла часа полтора, да и на память никогда не жаловалась.
Падре кивнул.
- Сейчас, пойдем, посмотрим книгу, но кажется, я знаю эту семью. Правда, там остался только Пьетро Росса, Паоло уехал, девушки вышли замуж и тоже разъехались… вот, сейчас глава семьи сам Пьетро-младший, как ты сказал.
- Благодарю вас, падре, - Мия даже поклонилась.
Вообще-то мог и не пустить. И ничего не сказать.
Бродячих менестрелей народ любит, а вот священники – не очень. Мешают, понимаешь, им менестрели паству обрабатывать. Ты им о Боге, о страхе, о геене огненной (с гИеной не путать, хотя тоже приятного мало), а потом пошли они по своим делам, пришел менестрель – и развлек. И думают они уже вовсе даже не про Бога, а про любовь. Или про какие приключения…
Но этот падре, кажется, правильный.
Мия нащупала в кармане золотой лорин.
Надо будет сказать человеку спасибо… так, потихоньку. Чтобы никто не видел.
***
Лорин Мия оставила в церковной копилке. Не в руки же отдавать – странно, когда у менестреля такое богатство!
Оставила, и отправилась по указанному адресу, искать дом с красой черепичной крышей. Белый такой…
Нашла не сразу. Но все-таки через час стучалась в нужные ворота.
- Кого там несет?
Тут явно гостей не ждали и радоваться им не собирались.
- Добрый день, - Мия решила импровизировать. – Я от мастера Гаттини.
- Чего?
- Ваша сестра, ньора Оттавия Росса вышла замуж. У нее была дочь, она вышла замуж за мастера Гаттини, - четко объяснила Мия. – Дальше поговорим, или я на всю улицу орать буду?
Угроза сработала.
Калитка отворилась.
Перед Мией стоял крепкий такой, кряжистый старик.
Старость бывает разная. Бывают старики дряхлые, бывают все какие-то легкие, почти воздушные, а бывают и такие. Решительно приземленные.
Словно вырастающие из земли, словно ее продолжение. Словно одна их древних яблонь решила выдернуть корни, да и выйти… нет, яблоня не подходит, она все же ньора, а вот дуб…
Да, дуб – в самый раз.
Узловатый такой, серьезный…
Такой старик еще сорок лет простоит… то есть проскрипит…
- Добрый день, - поздоровалась Мия.
- Менестрель, - скривился мужчина.
Мия развела руками.
- Уж простите. Так говорить мне – или как?
- Пошли в дом, - махнул рукой мужчина. – Соседи у меня любопытные до ужаса.
- Не боитесь, что украду чего? – не удержалась Мия.
- Вон туда посмотри…
Два здоровущих черно-подпалых кобеля Мию не напугали. Наоборот, она сделала шаг вперед.
- Цып-цып-цып…
И руку протянула.
Пьетро Росса, который уже было хотел пальцем покрутить у виска, молча опустил руку.
Он не удивился бы молчаливому рывку кобелей. И порванному в клочья менестрелю – тоже. Цып-цып!? Собакам!?
Очумел, болезный!
Но вместо этого собаки заскулили, хвостами вперед полезли в будку… и явно демонстрировали,, что хоть цып-цып, хоть кис-кис, хоть му-му… им – плевать! Они в домике!
- Ишь ты, – с каким-то даже уважением пробурчал старик. – Ну… пошли.
Мия послушно пошла за ним.
В доме оказалось прохладно, чисто и тихо.
- Жена умерла, дети разъехались, один живу, - пояснил Пьетро, хотя Мия об этом и не спрашивала. – Может, вот сын со мной поселится. Посмотрим…
Мия молча кивнула. Она не спрашивала, но…
Понятно, чего ее пригласили. С тоски-то еще не так взвоешь. Не то, что с менестрелем – с собаками заговоришь.
Мия решительно достала из мешка футляр.
- Я перед вами буду виниться, ньор Росса. Соврал я вам.
- Да?
- Да. Меня не мастер посылал, а его клиент.
- Вот как?
- Он зеркало купил у мастера, а зеркало такое… с историей. Скажите, вам вот это зеркало ни о чем не говорит?
И Мия открыла футляр, показывая зеркало мастера Сальвадори.
Один из немногих предметов, которые она забрала с собой.
***
Несколько минут Мие казалось, что ньор Росса сейчас выхватит у нее зеркало, да и грохнет об угол. А потом еще сверху по осколкам потопчется. Понятно, позволять ему такого она не собиралась, но вдруг?
Осторожнее надо.
Зато сразу ясно, штучка ему знакома.
Наконец, ньор Росса отмер и разразился нехорошими ругательствами. Мия подняла брови.
- Не понял?
- Чего ты не понял, мальчишка?
- Мастер Гаттини упоминал, что зеркало ему от тещи досталось. А ей, надо полагать… не вполне хорошим путем? Если вы так ругаетесь?
- Тьфу…
- Ньор Росса, да вы не переживайте так! Я никому не скажу, мне самому важно знать, - принялась уговаривать Мия.
