— Спасибо за помощь. Но доставать меч было лишним.
— Отчасти. Если бы ты меня не остановила, я бы не пощадил того человека.
Слова Иллиана поставили в тупик. Меня и так мучило чересчур много вопросов: почему он искал встречи, зачем вмешался в конфликт в пивной и чем в итоге я заплачу за его разбитое лицо.
Но разматывать клубок следовало с конца.
— Для того, кто провел несколько лет вдали от Севера и успел посмотреть, как можно жить иначе, — оттянула я ворот рубашки, неожиданно показавшийся мне слишком тугим, — ты говоришь и делаешь странные вещи.
— Думаешь, это было бы слишком жестоко? Так наказать ту вошь? Тебе претят устои моего клана? — спросил Иллиан.
Я не слышала в его словах угрозы или подвоха. Только интерес.
— Мне претит Север, — неожиданно для самой себя честно ответила я.
— Похоже, ты бежала с родины, но со мной все обстоит иначе. Я уехал, чтобы вернуться.
Тогда, в поезде, оценивая северянина, я судила по себе, но теперь разница между нами была очевидна. И многое мне стало яснее.
— Так значит, ты пришел сюда, чтобы покончить со мной? — Я сглотнула пересохшим горлом. — Понимаю, тебе не нужны лишние пересуды. В конце концов, я ударила тебе по лицу. Такое не добавляет очков престижа, и проще казнить меня без огласки. Мало ли кто может напасть на девушку ночью.
Из-за резкого света фонаря всё остальное тонуло в чернильной темноте. Для подручных Иллиана, которых я поначалу приняла просто за опытных говорящих с духами, я представляла легкую мишень.
— Погоди, ты зачем-то сильно поспешила с выводами, — резко сказал Иллиан со странным выражением лица. — Лия, никто не собирается тебя казнить. Да, я искал с тобой встречи, но не за этим.
— Правда?..
Я покачнулась, но вовремя оперлась на перила. Не то чтобы Иллиан легко бы со мной справился.
Но меня, в отличие от его доверенных людей, не учили убивать.
— Ты же верен законам своего клана, и разве я не нарушила один из них?..
— Да, твой поступок карается смертью, — хладнокровно подтвердил мои опасения Иллиан. — Но ты не знала, кто я такой. Как и я не знал, что имею дело с девушкой, обученной на бойца. Это была случайность, и мне бы не хотелось, чтобы кто-то пострадал из-за моей ошибки. Особенно, когда мы только смогли добиться подобия перемирия между нашими кланами.
С последними словами Иллиана сложно было не согласиться. Пожалуй, и правда не имело смысла из-за идиотского происшествия проливать кровь будущей двоюродной свояченицы, если наследник Нэндонс решится на брак с Марикой или с одной из ее сестер. С моей груди словно убрали многотонную глыбу.
— Жаль, ты не сказал об этом раньше, — выдохнула я. — А то, как ты на меня посмотрел в Доме Единств... Я думала, меня схватят на месте.
— Ты разбила мне нос прямо пред тем, как я приехал в ваше поселение для переговоров, — вкрадчиво ответил Иллиан. — Хорошо, что у проводницы нашелся лед. Чтобы люди отца никого за тобой не отправили, пришлось выставить себя идиотом, упавшим с верхней полки. Встреться мы наедине до того, как я остыл, вряд ли у нас получилась бы приятная беседа.
Я снова потянулась к воротнику рубашки.
— Прости, я...
— Лучше ничего не говори. Будем считать, что я принимаю твои извинения. Но ты должна навсегда забыть о том эпизоде в поезде. Если начнешь болтать, даже я не смогу тебе помочь.
Я с благодарной готовностью кивнула. Но кое-что еще не давало мне покоя.
— Так зачем ты меня тогда схватил?
— Ты пошла за порченым духом. Идти за ним ночью, да еще в одиночку — затея глупая и рисковая. Даже нам вдвоем это было бы слишком опасно.
— Порченый дух? Что это вообще значит?
Мне казалось, я достаточно знала о тонком мире. Порча была сутью темных энергий, которую источали хейви, от ее насыщенного концентрата умирало всё живое. Но чтобы обычный дух стал порченым, о таком я слышала впервые.
— В вашей части Севера до последних событий давно не сталкивались с порчеными. И их появление не сулит ничего хорошего. Пораженные порчей духи согласно воле заразившего их могущественного хейви сеют хаос.
— Что? О чем ты? Разве такое возможно? — опешила я. — Хейви поглощают других духов. И если бы хейви не закончил начатое, порча бы разъела и в конечном счете уничтожила его жертву.
— Порченые духи рано или поздно погибнут, но у них достаточно времени, чтобы послужить хозяину и дать ему больше пищи. Как известно, хейви питаются человеческим страхом и болью.
— Так значит, — меня пробил озноб, — из-за порчи слизень обезумел и пришел к людям на станцию...
— ...чтобы насытить хейви, который и заразил духа порчей, — закончил за меня Иллиан.
Мои руки дрожали.
Там, в темноте леса, за железнодорожной платформой, порченый слизень вполне мог привести меня к хейви. Настоящему хейви.
— Теперь понимаешь, почему я пытался тебя остановить? — тихо спросил Иллиан.
— На твоем месте я бы вырубила того, кто по своей воле решил бы пойти за такой смертью, — прошептала я. — Как будто мало нам гнильянки... Постой. Появление порченых духов может быть связано с болезнью в Обери?
— Мы не знаем наверняка, но выводы напрашиваются сами. Где-то на землях твоего клана появилось зло, отравляющее людей и духов. Тот вальяжный слизень — далеко не первый порченый, который себя показал. Твой дядя держит это в секрете, но было уже несколько нападений таких духов на небольшие деревни.
— И что вы собираетесь со всем этим делать? Хейви нужно найти, найти и немедленно уничтожить!
Иллиан быстро оглянулся и красноречиво прижал палец к губам.
— Тише. То, о чем мы говорим, должно остаться между нами. Одной гнильянки и так достаточно, чтобы люди начали паниковать. Не нужно лишний раз питать врага и делать его сильнее.
Поначалу я хотела возразить, но Иллиан был прав. Если пойдет широкая молва о том, что на нашей земле появился хейви, людские страхи могут взрастить его до настоящего монстра.
— Я хочу помочь, — сказала я. — Пусть я и не говорящая с духами, но я многое умею. Отец учил меня. Я не могу сидеть сложа руки, пока брат болен.
— Я знаю. Ты же поэтому, несмотря на запрет, пошла в Шепчущий лес? Хотела найти следы порчи хейви?
Я медленно кивнула, отмечая, что Иллиан прекрасно осведомлен. К тому же, если он явился в пивную, чтобы встретиться со мной, значит, ему или его людям о моей новой работе рассказал Моис. У сына вождя Нэндонс были уши даже в моем доме.
— Я искала, но ничего не нашла. Меня прервали ваши люди.
— Там ничего и нет. Ты можешь проверить сама, если пожелаешь, я дам разрешение. Но мы тщательно обследовали Шепчущий лес, в том числе и через путь духовного слияния, к которому ты прибегла. Надо отдать тебе должное. На него способны далеко не все говорящие с духами.
Я была польщена, но неожиданный комплимент не сбил меня с хода мысли.
— Если лес чист, с чего бы устанавливать запрет?
— Чтобы никто из невыявленных зараженных не принес эту гниль в лес. Это настоящая и главная причина. Мы защищаем Шепчущий лес от того, что притащили в Обери.
Я почувствовала себя обведенной вокруг пальца. Вместе со всем своим кланом.
— Ты откровенен. Даже не знаю, хорошо это или плохо.
— Мне не помешал бы свой человек в местном серпентарии, где вряд ли кому-то стоит доверять. А из тебя бы вышел хороший союзник. Ты приехала после прихода болезни, твой брат болен, и твои мотивы прозрачны. Ты хорошо знаешь местность и духов вашей части Севера. И пусть ты не прошла посвящения, но твои способности общения и взаимодействия с тонким миром превосходны.
— Ты что это, хочешь меня завербовать?
— Можно считать и так, — улыбнулся Иллиан. — Но разве не ты сама сказала, что хочешь помочь?
— Только с тем, чтобы найти хейви и избавиться от гнильянки.
— О большем я и не прошу.
Немногим раньше о таком предложении я могла только мечтать: действовать не тайком и вопреки, а сообща с теми, кто знает о происходящем лучше меня и располагает возможностями для достижения общей цели.
Но Иллиану ничего не мешало лгать. Складно и продуманно, и все ради того, чтобы переманить меня к себе. Маркений бывал не слишком сговорчив, и одни предки ведали, что у Нэндонс на уме. Опасения Марики, которыми она поделилась в бане, показались сомнительными, но были далеко не беспочвенны.
Не стоило сразу кидаться в омут с головой.
— Кланом мое участие может быть расценено превратно. Все же, хочу я этого или нет, я племянница Маркения. Сотрудничество с Нэндонс может для меня плохо кончиться, а наказание предателей сурово.
— Если все, что я знаю, — правда, раньше тебя не привлекали к делам вождя. Между кланами перемирие. Кого же в таком случае ты предаешь? Маркений только недавно вспомнил о тебе и тут же решил, что ты удачная замена одной из его дочерей для скрепления союза. Нелогично наказывать за сближение с Нэндонс, в то время как он сам планировал свести нас, хотя и несколько иначе. Так пусть вождь твоего клана видит то, что пожелает.
Иллиан едко улыбался, и его льдистые глаза источали презрительный холод.
— Перед приемом Маркений заверил меня, что всегда заботился о тебе не меньше, чем о родных дочках, и берег как зеницу ока. Учитывая, при каких обстоятельствах мы сегодня встретились, — кивнул наследник Нэндонс на дверь в пивную, — это начинает походить на идиотскую шутку.
— Мой дядя так сказал?.. — Меня передернуло от подступившей злости. — Иллиан, ты же не думаешь, что я и правда соглашусь стать марионеткой дядюшки и вступить в навязанный брак?
— О нет. Я знаю тебя всего ничего, но даже мне очевидно, что ты не из тех, кто покорно пойдет на закланье. К тому же ты давно живешь своей жизнью, и Маркений не сделал ровным счетом ничего, за что бы мог потребовать уплаты долга. Родительское слово — закон, но вожди не могут влезать в чужие семьи и указывать, на ком жениться. Маркений пытается выставить себя твоим опекуном, но в конечном счете никогда им не был. Если будет нужно, я помогу тебе найти лазейку, можешь не беспокоиться об этом.
Иллиан вновь удивил меня. Чисто по-человечески он начинал мне нравиться, пусть мы и были по разные стороны баррикад.
— Я рада услышать это от тебя.
— Что насчет моего предложения — я не жду, что ты ответишь сразу. Когда надумаешь, тогда и приходи. Прятаться по углам больше не нужно. Мы обсудили всё, что я хотел сказать наедине.
— Хорошо. Договорились. Тогда увидимся в поселении...
— Подожди, маршрутки давно не ходят. Нам будет несложно тебя подвезти. — Иллиан показал куда-то вбок, где не без труда угадывался силуэт машины.
Я зябко повела плечами. Если подумать, особого выбора у меня и не было. Вряд ли я бы смогла добраться до Обери пешком, да еще в такой час.
Когда я переоделась и вышла из «Дырени», Иллиан тихо разговаривал на крыльце с нэндесийцем, который ранее оставил в пивной увесистый кошелек в качестве извинений.
Последний курил сигаретку, оживленно жестикулировал и сбивался на хрипловатый смешок. Со стороны они походили на приятелей, которые вышли подышать воздухом.
На моей памяти Мохак никогда не общался на равных с подчиненными, хотя и не считался потомком высших духов. И уж точно мой двоюродный братец не стал бы делить купе со случайными попутчиками.
Неважно, сколько я успела узнать про Иллиана, он оставался для меня загадкой.
С моим приходом разговор Иллиана и его соклановца подошел к концу. Посмеивающийся парень затушил окурок и кинул в темную от пепла кружку, оставленную на ступенях.
Серая машина нендэсийцев выделялась новизной на фоне развалюх, на которых ездили местные. Когда мы приблизились, автомобиль завелся с тихим рыком, а салон вспыхнул тусклым желтоватым светом. Судя по знакомому плащу на плечах, за рулем сидел второй подручный Иллиана.
Сын вождя Нэндонс молча распахнул передо мной дверцу.
Идея поехать вместе в Обери резко начала казаться неудачной. Неужели я действительно могу им доверять?
Я помедлила, но усилием воли заставила себя втиснуться внутрь узкого салона с резким запахом резины и бензина. Иллиан правильно понял причину моей заминки, его губы дрогнули в легкой усмешке, от которой захотелось как можно скорее покинуть машину.
Иллиан присоединился ко мне на заднем сиденье. Когда мы тронулись, наследник Нэндонс вытащил из дверцы скрученный пакет и сунул мне в руки.
— Чуть не забыл. Твоя куртка и документы.
Я с благодарностью кивнула.
Доехали мы быстро. Водитель решил показать мастер-класс по экстремальному вождению и почти не тормозил перед поворотами, вписываясь в них каким-то чудом, но сил на возмущение у меня не оставалось. Когда обрыв проносился чересчур близко, я предпочитала смотреть в другую сторону.
Едва машина остановилась перед моим домом, я мысленно поблагодарила луноликую Матерь духов и поспешила наружу, чтобы скорее встать на твердую землю.
Иллиан зачем-то вышел следом, негромко хлопнув дверью.
Я не нуждалась в том, чтобы меня провожали до порога. Но затем я заметила долгий взгляд Иллиана, устремленный за ограду. Я повернулась и вдруг поняла, что нэндесиец безошибочно смотрит в сторону спальни Лэнса.
Странно. Быть может, я просто себя накрутила.
— Спасибо, что докинули, — как можно более непринужденно сказала я. — Что ж… Хорошего вечера.
Я неловко махнула рукой, плохо представляя, каких жестов от меня требуют приличия.
Наследник вздрогнул и посмотрел на меня так, словно только что вспомнил о моем присутствии.
— Лия, я бы хотел попасть в дом.
С тем же успехом Иллиан мог дать мне под дых. Только его мне не хватало в качестве гостя, да еще в такой поздний час.
— Не думаю, что это уместно...
Но Иллиан не слушал меня и зашел во двор.
Я ощутила кожей сгущение воздуха, как это бывало при проявлениях тонкого мира. Наследник Нэндонс остановился у ступеней к входной двери и продолжал буравить остекленевшим взглядом стену, за которой спал Лэнс.
— Хейви раздери, да что ты делаешь? — прошептала я. — Прости, но уже третий час ночи, не пора бы тебе к себе? Мы не в столице, смотри как бы действительно на мне жениться не пришлось.
Иллиан не отреагировал ни на мой вопрос, ни на дурацкую нервную шутку.
Мне категорически не нравилось его внимание к углу дома. Если Иллиан прямо сейчас и использовал духовную силу, то я не могла это четко уловить. А если не использовал — то что же он тогда делал?
— Как давно твой брат заболел?
— Около месяца назад, — растерянно ответила я.
— Мне нужно взглянуть на него поближе.
Я подняла бровь, но объяснений не последовало. Иллиан снова игнорировал меня, и я понятия не имела, сколько он может так простоять на одном месте, разглядывая нечто, что видел только он.
— Ладно. Если это как-то поможет делу, то проходи.
Непослушными руками нашла в кармане ключи, и дверь, скрипнув, распахнулась.
Моис тихо похрапывал, зарывшись с головой в подушки на своей импровизированной кровати. Я хотела зажечь свет, но Иллиан жестом остановил меня, качнул головой в сторону нэндесийца и прижал палец к губам.
Я пожала плечами, аккуратно положила пакет на столик и, мягко ступая по деревянному полу, повела наследника к комнате моих родителей, которую сейчас занимал Лэнс.
Брат спал. Его лицо мягко серебрила луна, ее свет проникал в дом сквозь незанавешенное окно. Сердце на мгновение болезненно сжалось. В полумраке заострившиеся черты лица Лэнса сгладились, и он казался здоровее, чем был на самом деле.
— Отчасти. Если бы ты меня не остановила, я бы не пощадил того человека.
Слова Иллиана поставили в тупик. Меня и так мучило чересчур много вопросов: почему он искал встречи, зачем вмешался в конфликт в пивной и чем в итоге я заплачу за его разбитое лицо.
Но разматывать клубок следовало с конца.
— Для того, кто провел несколько лет вдали от Севера и успел посмотреть, как можно жить иначе, — оттянула я ворот рубашки, неожиданно показавшийся мне слишком тугим, — ты говоришь и делаешь странные вещи.
— Думаешь, это было бы слишком жестоко? Так наказать ту вошь? Тебе претят устои моего клана? — спросил Иллиан.
Я не слышала в его словах угрозы или подвоха. Только интерес.
— Мне претит Север, — неожиданно для самой себя честно ответила я.
— Похоже, ты бежала с родины, но со мной все обстоит иначе. Я уехал, чтобы вернуться.
Тогда, в поезде, оценивая северянина, я судила по себе, но теперь разница между нами была очевидна. И многое мне стало яснее.
— Так значит, ты пришел сюда, чтобы покончить со мной? — Я сглотнула пересохшим горлом. — Понимаю, тебе не нужны лишние пересуды. В конце концов, я ударила тебе по лицу. Такое не добавляет очков престижа, и проще казнить меня без огласки. Мало ли кто может напасть на девушку ночью.
Из-за резкого света фонаря всё остальное тонуло в чернильной темноте. Для подручных Иллиана, которых я поначалу приняла просто за опытных говорящих с духами, я представляла легкую мишень.
— Погоди, ты зачем-то сильно поспешила с выводами, — резко сказал Иллиан со странным выражением лица. — Лия, никто не собирается тебя казнить. Да, я искал с тобой встречи, но не за этим.
— Правда?..
Я покачнулась, но вовремя оперлась на перила. Не то чтобы Иллиан легко бы со мной справился.
Но меня, в отличие от его доверенных людей, не учили убивать.
— Ты же верен законам своего клана, и разве я не нарушила один из них?..
— Да, твой поступок карается смертью, — хладнокровно подтвердил мои опасения Иллиан. — Но ты не знала, кто я такой. Как и я не знал, что имею дело с девушкой, обученной на бойца. Это была случайность, и мне бы не хотелось, чтобы кто-то пострадал из-за моей ошибки. Особенно, когда мы только смогли добиться подобия перемирия между нашими кланами.
С последними словами Иллиана сложно было не согласиться. Пожалуй, и правда не имело смысла из-за идиотского происшествия проливать кровь будущей двоюродной свояченицы, если наследник Нэндонс решится на брак с Марикой или с одной из ее сестер. С моей груди словно убрали многотонную глыбу.
— Жаль, ты не сказал об этом раньше, — выдохнула я. — А то, как ты на меня посмотрел в Доме Единств... Я думала, меня схватят на месте.
— Ты разбила мне нос прямо пред тем, как я приехал в ваше поселение для переговоров, — вкрадчиво ответил Иллиан. — Хорошо, что у проводницы нашелся лед. Чтобы люди отца никого за тобой не отправили, пришлось выставить себя идиотом, упавшим с верхней полки. Встреться мы наедине до того, как я остыл, вряд ли у нас получилась бы приятная беседа.
Я снова потянулась к воротнику рубашки.
— Прости, я...
— Лучше ничего не говори. Будем считать, что я принимаю твои извинения. Но ты должна навсегда забыть о том эпизоде в поезде. Если начнешь болтать, даже я не смогу тебе помочь.
Я с благодарной готовностью кивнула. Но кое-что еще не давало мне покоя.
— Так зачем ты меня тогда схватил?
— Ты пошла за порченым духом. Идти за ним ночью, да еще в одиночку — затея глупая и рисковая. Даже нам вдвоем это было бы слишком опасно.
— Порченый дух? Что это вообще значит?
Мне казалось, я достаточно знала о тонком мире. Порча была сутью темных энергий, которую источали хейви, от ее насыщенного концентрата умирало всё живое. Но чтобы обычный дух стал порченым, о таком я слышала впервые.
— В вашей части Севера до последних событий давно не сталкивались с порчеными. И их появление не сулит ничего хорошего. Пораженные порчей духи согласно воле заразившего их могущественного хейви сеют хаос.
— Что? О чем ты? Разве такое возможно? — опешила я. — Хейви поглощают других духов. И если бы хейви не закончил начатое, порча бы разъела и в конечном счете уничтожила его жертву.
— Порченые духи рано или поздно погибнут, но у них достаточно времени, чтобы послужить хозяину и дать ему больше пищи. Как известно, хейви питаются человеческим страхом и болью.
— Так значит, — меня пробил озноб, — из-за порчи слизень обезумел и пришел к людям на станцию...
— ...чтобы насытить хейви, который и заразил духа порчей, — закончил за меня Иллиан.
Мои руки дрожали.
Там, в темноте леса, за железнодорожной платформой, порченый слизень вполне мог привести меня к хейви. Настоящему хейви.
— Теперь понимаешь, почему я пытался тебя остановить? — тихо спросил Иллиан.
— На твоем месте я бы вырубила того, кто по своей воле решил бы пойти за такой смертью, — прошептала я. — Как будто мало нам гнильянки... Постой. Появление порченых духов может быть связано с болезнью в Обери?
— Мы не знаем наверняка, но выводы напрашиваются сами. Где-то на землях твоего клана появилось зло, отравляющее людей и духов. Тот вальяжный слизень — далеко не первый порченый, который себя показал. Твой дядя держит это в секрете, но было уже несколько нападений таких духов на небольшие деревни.
— И что вы собираетесь со всем этим делать? Хейви нужно найти, найти и немедленно уничтожить!
Иллиан быстро оглянулся и красноречиво прижал палец к губам.
— Тише. То, о чем мы говорим, должно остаться между нами. Одной гнильянки и так достаточно, чтобы люди начали паниковать. Не нужно лишний раз питать врага и делать его сильнее.
Поначалу я хотела возразить, но Иллиан был прав. Если пойдет широкая молва о том, что на нашей земле появился хейви, людские страхи могут взрастить его до настоящего монстра.
— Я хочу помочь, — сказала я. — Пусть я и не говорящая с духами, но я многое умею. Отец учил меня. Я не могу сидеть сложа руки, пока брат болен.
— Я знаю. Ты же поэтому, несмотря на запрет, пошла в Шепчущий лес? Хотела найти следы порчи хейви?
Я медленно кивнула, отмечая, что Иллиан прекрасно осведомлен. К тому же, если он явился в пивную, чтобы встретиться со мной, значит, ему или его людям о моей новой работе рассказал Моис. У сына вождя Нэндонс были уши даже в моем доме.
— Я искала, но ничего не нашла. Меня прервали ваши люди.
— Там ничего и нет. Ты можешь проверить сама, если пожелаешь, я дам разрешение. Но мы тщательно обследовали Шепчущий лес, в том числе и через путь духовного слияния, к которому ты прибегла. Надо отдать тебе должное. На него способны далеко не все говорящие с духами.
Я была польщена, но неожиданный комплимент не сбил меня с хода мысли.
— Если лес чист, с чего бы устанавливать запрет?
— Чтобы никто из невыявленных зараженных не принес эту гниль в лес. Это настоящая и главная причина. Мы защищаем Шепчущий лес от того, что притащили в Обери.
Я почувствовала себя обведенной вокруг пальца. Вместе со всем своим кланом.
— Ты откровенен. Даже не знаю, хорошо это или плохо.
— Мне не помешал бы свой человек в местном серпентарии, где вряд ли кому-то стоит доверять. А из тебя бы вышел хороший союзник. Ты приехала после прихода болезни, твой брат болен, и твои мотивы прозрачны. Ты хорошо знаешь местность и духов вашей части Севера. И пусть ты не прошла посвящения, но твои способности общения и взаимодействия с тонким миром превосходны.
— Ты что это, хочешь меня завербовать?
— Можно считать и так, — улыбнулся Иллиан. — Но разве не ты сама сказала, что хочешь помочь?
— Только с тем, чтобы найти хейви и избавиться от гнильянки.
— О большем я и не прошу.
Немногим раньше о таком предложении я могла только мечтать: действовать не тайком и вопреки, а сообща с теми, кто знает о происходящем лучше меня и располагает возможностями для достижения общей цели.
Но Иллиану ничего не мешало лгать. Складно и продуманно, и все ради того, чтобы переманить меня к себе. Маркений бывал не слишком сговорчив, и одни предки ведали, что у Нэндонс на уме. Опасения Марики, которыми она поделилась в бане, показались сомнительными, но были далеко не беспочвенны.
Не стоило сразу кидаться в омут с головой.
— Кланом мое участие может быть расценено превратно. Все же, хочу я этого или нет, я племянница Маркения. Сотрудничество с Нэндонс может для меня плохо кончиться, а наказание предателей сурово.
— Если все, что я знаю, — правда, раньше тебя не привлекали к делам вождя. Между кланами перемирие. Кого же в таком случае ты предаешь? Маркений только недавно вспомнил о тебе и тут же решил, что ты удачная замена одной из его дочерей для скрепления союза. Нелогично наказывать за сближение с Нэндонс, в то время как он сам планировал свести нас, хотя и несколько иначе. Так пусть вождь твоего клана видит то, что пожелает.
Иллиан едко улыбался, и его льдистые глаза источали презрительный холод.
— Перед приемом Маркений заверил меня, что всегда заботился о тебе не меньше, чем о родных дочках, и берег как зеницу ока. Учитывая, при каких обстоятельствах мы сегодня встретились, — кивнул наследник Нэндонс на дверь в пивную, — это начинает походить на идиотскую шутку.
— Мой дядя так сказал?.. — Меня передернуло от подступившей злости. — Иллиан, ты же не думаешь, что я и правда соглашусь стать марионеткой дядюшки и вступить в навязанный брак?
— О нет. Я знаю тебя всего ничего, но даже мне очевидно, что ты не из тех, кто покорно пойдет на закланье. К тому же ты давно живешь своей жизнью, и Маркений не сделал ровным счетом ничего, за что бы мог потребовать уплаты долга. Родительское слово — закон, но вожди не могут влезать в чужие семьи и указывать, на ком жениться. Маркений пытается выставить себя твоим опекуном, но в конечном счете никогда им не был. Если будет нужно, я помогу тебе найти лазейку, можешь не беспокоиться об этом.
Иллиан вновь удивил меня. Чисто по-человечески он начинал мне нравиться, пусть мы и были по разные стороны баррикад.
— Я рада услышать это от тебя.
— Что насчет моего предложения — я не жду, что ты ответишь сразу. Когда надумаешь, тогда и приходи. Прятаться по углам больше не нужно. Мы обсудили всё, что я хотел сказать наедине.
— Хорошо. Договорились. Тогда увидимся в поселении...
— Подожди, маршрутки давно не ходят. Нам будет несложно тебя подвезти. — Иллиан показал куда-то вбок, где не без труда угадывался силуэт машины.
Я зябко повела плечами. Если подумать, особого выбора у меня и не было. Вряд ли я бы смогла добраться до Обери пешком, да еще в такой час.
Когда я переоделась и вышла из «Дырени», Иллиан тихо разговаривал на крыльце с нэндесийцем, который ранее оставил в пивной увесистый кошелек в качестве извинений.
Последний курил сигаретку, оживленно жестикулировал и сбивался на хрипловатый смешок. Со стороны они походили на приятелей, которые вышли подышать воздухом.
На моей памяти Мохак никогда не общался на равных с подчиненными, хотя и не считался потомком высших духов. И уж точно мой двоюродный братец не стал бы делить купе со случайными попутчиками.
Неважно, сколько я успела узнать про Иллиана, он оставался для меня загадкой.
С моим приходом разговор Иллиана и его соклановца подошел к концу. Посмеивающийся парень затушил окурок и кинул в темную от пепла кружку, оставленную на ступенях.
Серая машина нендэсийцев выделялась новизной на фоне развалюх, на которых ездили местные. Когда мы приблизились, автомобиль завелся с тихим рыком, а салон вспыхнул тусклым желтоватым светом. Судя по знакомому плащу на плечах, за рулем сидел второй подручный Иллиана.
Сын вождя Нэндонс молча распахнул передо мной дверцу.
Идея поехать вместе в Обери резко начала казаться неудачной. Неужели я действительно могу им доверять?
Я помедлила, но усилием воли заставила себя втиснуться внутрь узкого салона с резким запахом резины и бензина. Иллиан правильно понял причину моей заминки, его губы дрогнули в легкой усмешке, от которой захотелось как можно скорее покинуть машину.
Иллиан присоединился ко мне на заднем сиденье. Когда мы тронулись, наследник Нэндонс вытащил из дверцы скрученный пакет и сунул мне в руки.
— Чуть не забыл. Твоя куртка и документы.
Я с благодарностью кивнула.
Доехали мы быстро. Водитель решил показать мастер-класс по экстремальному вождению и почти не тормозил перед поворотами, вписываясь в них каким-то чудом, но сил на возмущение у меня не оставалось. Когда обрыв проносился чересчур близко, я предпочитала смотреть в другую сторону.
Едва машина остановилась перед моим домом, я мысленно поблагодарила луноликую Матерь духов и поспешила наружу, чтобы скорее встать на твердую землю.
Иллиан зачем-то вышел следом, негромко хлопнув дверью.
Я не нуждалась в том, чтобы меня провожали до порога. Но затем я заметила долгий взгляд Иллиана, устремленный за ограду. Я повернулась и вдруг поняла, что нэндесиец безошибочно смотрит в сторону спальни Лэнса.
Странно. Быть может, я просто себя накрутила.
— Спасибо, что докинули, — как можно более непринужденно сказала я. — Что ж… Хорошего вечера.
Я неловко махнула рукой, плохо представляя, каких жестов от меня требуют приличия.
Наследник вздрогнул и посмотрел на меня так, словно только что вспомнил о моем присутствии.
— Лия, я бы хотел попасть в дом.
С тем же успехом Иллиан мог дать мне под дых. Только его мне не хватало в качестве гостя, да еще в такой поздний час.
— Не думаю, что это уместно...
Но Иллиан не слушал меня и зашел во двор.
Я ощутила кожей сгущение воздуха, как это бывало при проявлениях тонкого мира. Наследник Нэндонс остановился у ступеней к входной двери и продолжал буравить остекленевшим взглядом стену, за которой спал Лэнс.
— Хейви раздери, да что ты делаешь? — прошептала я. — Прости, но уже третий час ночи, не пора бы тебе к себе? Мы не в столице, смотри как бы действительно на мне жениться не пришлось.
Иллиан не отреагировал ни на мой вопрос, ни на дурацкую нервную шутку.
Мне категорически не нравилось его внимание к углу дома. Если Иллиан прямо сейчас и использовал духовную силу, то я не могла это четко уловить. А если не использовал — то что же он тогда делал?
— Как давно твой брат заболел?
— Около месяца назад, — растерянно ответила я.
— Мне нужно взглянуть на него поближе.
Я подняла бровь, но объяснений не последовало. Иллиан снова игнорировал меня, и я понятия не имела, сколько он может так простоять на одном месте, разглядывая нечто, что видел только он.
— Ладно. Если это как-то поможет делу, то проходи.
Непослушными руками нашла в кармане ключи, и дверь, скрипнув, распахнулась.
Моис тихо похрапывал, зарывшись с головой в подушки на своей импровизированной кровати. Я хотела зажечь свет, но Иллиан жестом остановил меня, качнул головой в сторону нэндесийца и прижал палец к губам.
Я пожала плечами, аккуратно положила пакет на столик и, мягко ступая по деревянному полу, повела наследника к комнате моих родителей, которую сейчас занимал Лэнс.
Брат спал. Его лицо мягко серебрила луна, ее свет проникал в дом сквозь незанавешенное окно. Сердце на мгновение болезненно сжалось. В полумраке заострившиеся черты лица Лэнса сгладились, и он казался здоровее, чем был на самом деле.
