Часы на стене отсчитывали минуты. За окном постепенно серело небо, звёзды бледнели, уступая место рассветным краскам. В саду запели первые птицы, приветствуя новый день, а Сандер всё лежал, пытаясь собрать воедино разрозненные кусочки своей жизни.
В какой-то момент усталость взяла верх. Мысли стали путаться, образы смешиваться. Мира и отец, Ария и родной дом, правда и ложь сливались в один причудливый узор. Он закрыл глаза, и сознание, измученное сомнениями, наконец-то отпустило его в сон.
Заснул он только под утро, когда первые лучи солнца коснулись подоконника, а в воздухе разлилась тонкая свежесть нового дня. Дня, который должен был принести решение, способное изменить всё.
- Каким образом ты попал на территорию врага? - задавал вопросы мужчина средних лет без выражения лица на собеседовании.
Так назвали они это действие, хотя оно больше походило на допрос. Пустая комната с одним лишь столом и двумя стульями напоминала допросную. Голые стены цвета выцветшей глины, единственное окно, забранное решёткой, и тусклая лампа под потолком, отбрасывающая резкие тени. Воздух был спертым, пахло старой бумагой и металлом, а тишина нарушалась лишь тиканьем часов на стене, размеренным, безжалостным, будто отсчитывающим последние капли его свободы.
- Я возвращался домой в отпуск на горнисе, - начал Сандер, стараясь говорить ровно, хотя голос чуть дрогнул на первом же слове. - Где-то на середине пути над океаном нас настиг торнадо, я потерял сознание, очнулся в лесу.
Мужчина напротив не шевелился. Только пальцы с желтоватыми ногтями слегка постукивали по столешнице, словно отстукивая ритм какой-то внутренней мелодии.
- Что было дальше? - прозвучал следующий вопрос, холодный и ровный, как лезвие.
- Меня нашла девушка, - Сандер невольно вздохнул, вспоминая тот момент у водопада.
- Кто она, как зовут? - мужчина чуть наклонился вперёд, и в его глазах мелькнуло что-то хищное, будто он уловил трещину в рассказе.
- Кто она такая, не знаю, представилась Ушей, - Сандер старался говорить спокойно.
- Дальше, - отрезал мужчина, не давая ни секунды на передышку.
- Она позвала на помощь какого-то старика и меня отвезли на повозке в какой-то лагерь, - слова давались всё тяжелее, будто каждое приходилось вытаскивать из глубин памяти, протискивая сквозь невидимую преграду.
- Как зовут старика, что за лагерь? - вопросы сыпались, как камни, один за другим, не оставляя времени на размышления.
- Старик не представился, там у них был какой-то праздник, они не сказали какой.
Сандер почувствовал, как на лбу выступила испарина. Он старался говорить правду, но только ту, что не выдаст ничего лишнего.
- Сколько народу там было, сколько воинов? - голос мужчины стал жёстче, будто он наконец нашёл слабое место в обороне юноши.
- Вооружённых людей я не видел, народу с несколько десятков, точно не знаю, - Сандер сжал пальцы под столом, стараясь унять дрожь.
- Дальше.
- Меня вылечили, - он запнулся, вспоминая заботливые руки Миры, запах трав, тепло очага.
- Кто лечил? - снова удар, короткий, точный.
- Какой-то лекарь, он тоже не представился, - Сандер смотрел прямо перед собой, избегая взгляда собеседника.
- Магию применяли? - в голосе мужчины прозвучала едва уловимая напряжённость.
- Магию? - удивился Сандер. - Какую магию?
- Я задал вопрос, отвечай, - тон стал жёстким, почти угрожающим.
- Нет, никакую магию я не видел и не ощущал.
- Кто за тобой ухаживал?
- Уша, - произнёс он чуть тише, чем хотел.
- Та самая?
- Да.
- Когда ты выздоровел, кто с тобой говорил и о чём? - мужчина слегка подался вперёд, и тень от лампы легла на его лицо, делая черты резче, жёстче.
Сандер пожал плечами:
- Никто не пытался со мной говорить, им вообще было не до меня, - он постарался вложить в эти слова равнодушие.
- Какие отношения были у тебя с девушкой? - вопрос прозвучал неожиданно, с едва заметной насмешкой.
- Никаких. - Сандер ответил быстро, слишком быстро.
- Интимные? - мужчина прищурился, изучая его реакцию.
- Нет, - усиленно замотал головой он. В груди вспыхнула злость. Не на вопросы, а на то, как они пытались очернить то светлое, что он пережил. - Между нами ничего такого не было. Она просто помогла мне. И всё.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Сандер глубоко вдохнул, чувствуя, как пот стекает по спине. Он знал, что каждое слово здесь имеет вес, а любая ошибка может стоить слишком дорого.
- Как ты думаешь, почему она тебе помогала? Просила что-то взамен? - голос мужчины звучал ровно.
- Нет, ничего не просила. Помогала, потому что добрая, наверно, - Сандер ответил тихо. Перед глазами всплыло лицо Миры, её спокойный взгляд, лёгкая улыбка, когда она подавала ему чашку травяного отвара.
- Она знала, что ты с земли атов?
- Да, она как-то это сразу поняла, наверно по одежде, и то, что я приручил горниса.
- Кто ещё об этом знал?
- Наверное все, - Сандер пожал плечами, стараясь выглядеть безразличным.
- Кто все? - мужчина прищурился, его пальцы непроизвольно постукивали по столешнице.
- Да не знаю, кто заходил.
- А кто заходил? - настойчивость в голосе собеседника нарастала, как прилив.
- Какие-то люди, я их не знаю.
- Они называли какие-то имена, как выглядели?
- Нет, они старались при мне не разговаривать. Одеты были в дорогую одежду, наверное из знатных родов, - он говорил медленно, взвешивая каждое слово.
- Ты вообще никаких имён не слышал?
- Нет, почему же, слышал. Но они у них какие-то все странные, не запомнишь, - Сандер сделал паузу, пытаясь собраться с мыслями.
- Вспоминай! - приказ прозвучал жёстко, почти угрожающе.
- Бабур, вроде, и ещё какие-то, не помню, - он произнёс это с нарочитым равнодушием, хотя сердце забилось чаще.
- О чем они тебя расспрашивали? - мужчина откинулся на спинку стула, но взгляд его оставался цепким, изучающим.
- Ни о чем. Они со мной не разговаривали, - Сандер постарался вложить в эти слова всю искренность, на которую был способен.
- Что-то с собой передавали, ты что-то забирал? - вопрос прозвучал неожиданно, с едва уловимой интонацией подозрения.
- Да, кольцо.
- Чьё? - голос стал тише, но от этого ещё более опасным.
- Уши, - Сандер почувствовал, как внутри всё сжалось.
- Она его тебе передала, зачем? - мужчина наклонил голову, изучая его реакцию.
- Она его мне не передавала, она потеряла, я нашёл, решил не отдавать, - он старался говорить небрежно.
- Почему?
- Понравилось, красивое, - Сандер попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой.
- Покажи.
Сандер нехотя достал кольцо.
- Почему на верёвке, а не на пальце? - мужчина прищурился.
- Оно не налазит. Они все там какие-то мелкие, не то что мы - аты.
- Положи на стол, - голос прозвучал твёрдо, без намёка на компромисс.
- Оно моё, - Сандер сжал кольцо в ладони.
- Мы его проверим и вернём, - мужчина говорил спокойно, но в тоне звучала непреклонность.
- А что с ним может быть не так? - Сандер всё ещё пытался сопротивляться, хотя понимал, что это бесполезно.
- Все что угодно, возможно оно магическое, - последовал сухой ответ.
Сандер нехотя снял кольцо и положил на стол. Оно лежало там, маленькое и беззащитное, словно потерявшее свою силу вдали от его тела. В груди разливалась тяжесть, будто он только что отдал частицу себя.
Мучили его вопросами ещё долго. Вопросы сыпались, как песок сквозь пальцы о деталях, которых он не помнил, о людях, чьи лица расплывались в памяти, о разговорах, которых не было. Он отвечал, стараясь не сбиваться, но с каждым ответом чувствовал, как истощается его воля.
Наконец мужчина без эмоций произнёс:
- Свободен, жди в коридоре, к тебе подойдут.
Сандер поднялся, ноги казались ватными. Он бросил последний взгляд на кольцо. Оно по-прежнему лежало на столе, тускло поблескивая в свете окна. Затем развернулся и вышел за дверь.
Когда Сандер вышел, его всего трясло. Такого стресса он не испытывал даже тогда, когда попал в торнадо. Когда небо превратилось в ревущую чёрную воронку, а мир вокруг закружился в безумном вихре. Сейчас же дрожь шла изнутри. Пальцы не слушались, в висках стучала кровь, а дыхание вырывалось короткими, рваными толчками.
Он прохаживался вдоль пустого коридора, длинного, узкого. Пол под ногами казался зыбким, будто палуба корабля в шторм. Сандер сжимал и разжимал кулаки, пытаясь унять дрожь, и бездумно считал шаги: один, два, три…
Из одной дальней двери вышел человек, высокий, с лицом, словно высеченным из камня. Он внимательно осмотрел Сандера, взгляд скользнул по нему, как лезвие, толкнул дверь для закрытия и, ничего не говоря, пошёл прочь. Но он не рассчитал. Дверь остановилась в паре миллиметров от замка, щёлкнув язычком, но так и не захлопнувшись.
И почему-то юноше показалось, что этот ушедший человек показал ему туда войти. И Сандер вошёл.
За дверью оказался небольшой тамбур с каменными стенами, от которых веяло холодом. Из него вели двери ещё в несколько комнат, одна из которых была приоткрыта. Сквозь щель пробивалась тонкая полоска света, а из-за неё доносились приглушённые голоса. Сандер уже попытался зайти туда, но остановился на пороге, замерев. Металлический глухой голос произнёс:
- Он что-то не договаривает, я это чувствую. Гельмут, приблизь его к себе, но дай ему больше свободы действий. И не спускай с него глаз.
- Я все исполню, мой повелитель, - послышался голос Гельмута, холодный и почтительный.
Сандер стрелой вылетел оттуда. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Он метнулся по коридору, едва различая дорогу. Стены плыли перед глазами, а в ушах звучали эти слова, врезавшиеся в сознание, как клеймо.
Быстрым шагом он вернулся к допросной, прислонился к стене рядом с дверью и закрыл глаза, пытаясь отдышаться. Ладони вспотели, во рту пересохло. Он глубоко вдохнул, стараясь унять дрожь и привести мысли в порядок.
Наконец, показался и Гельмут.
- Собеседование прошло успешно. - произнёс он с нарочитой бодростью, но в глазах читалась какая-то скрытая расчётливость. - Тебе назначат куратора. Впрочем, скоро состоится заседание по случаю преступных действий аров. Я тоже буду там, ты можешь полететь со мной.
- И что я там буду делать? Я же ничего не знаю.
- Там будут представители из Арии, - Гельмут слегка наклонил голову, изучая реакцию юноши. - Внимательно приглядишься, может кого-нибудь узнаешь. Да и так, поскорее войдешь в курс дела.
- Ну, хорошо, - пробубнил Сандер не в силах отказаться, хотя всё внутри противилось этому решению. Слова давались с трудом, будто он проталкивал их сквозь невидимую преграду.
- Ну, тогда пока отдыхай, тебе покажут твои покои.
Гельмут повернулся и пошёл прочь.
- А моё кольцо?
Мужчина остановился и обернулся. Его взгляд стал пронзительным, будто пытался проникнуть в самые глубины души юноши:
- Оно для тебя так дорого?
Сандер пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным:
- Его можно продать, с виду не дешёвое.
Гельмут приторно улыбнулся. Улыбка вышла холодной, без тени искренности, словно маска, надетая на мгновение:
- Вот твоё кольцо, забирай. Мы его проверили, с ним всё хорошо.
- Отлично! - радостно схватил кольцо Сандер и поспешил одеть на себя.
Гельмут с прищуром поглядел на юношу и снова улыбнулся:
- До встречи.
Собрание по случаю преступных действий аров проходило на каком-то острове, видимо, на нейтральной территории. Зал был просторный и светлый. Высокие сводчатые потолки, большие арочные окна, через которые лился мягкий дневной свет, а за стёклами синело море, бескрайнее и спокойное, словно нарочито контрастирующее с накалённой атмосферой встречи.
Представители атов уже заняли свои места и ожидали остальных. Они сидели ровными рядами, в строгой униформе с вышитыми символами их рода сдержанные, собранные, с лицами, будто высеченными из камня. Какие-то люди в роскошных одеждах постоянно входили и выходили. Их мантии переливались шёлком и парчой, украшенные вышивкой и драгоценными камнями, но Сандер не знал, кто это был. Для него они были лишь размытыми пятнами в вихре незнакомых лиц и титулов.
Гельмут ему поставил простую задачу, смотреть, всё запоминать и помалкивать. Наконец, в зал стали заходить представители аров. Сандер понял это по их одежде. Длинные плащи с капюшонами, расшитые узорами, напоминающими древние руны, кожаные ремни с металлическими вставками, тяжёлые сапоги, оставляющие едва слышный стук на мраморном полу. Сердце его учащённо заколотилось, кровь застучала в висках. Он вглядывался в каждое лицо, пытаясь уловить хоть что-то знакомое. Но никого из них он не знал.
И вдруг последним вошёл он, Арус.
"Ну вот и всё. Сейчас он увидит меня и обязательно что-то спросит." Юноша начал усиленно придумывать, как он ответит, что скажет, почему сразу не назвал его на допросе. В голове мелькали обрывки фраз, оправдания, полуправды. Но ни одно не казалось достаточно убедительным. Ладони вспотели, а в горле пересохло.
Арус внимательно осмотрел зал. Его взгляд был острым, цепким, будто сканирующим каждого присутствующего. Он почтенно кивнул некоторым из собравшихся. Тем, кто, видимо, имел вес и влияние. Затем его глаза скользнули по Сандеру… и на доли секунды задержались.
Время будто остановилось. Сандер почувствовал, как по спине пробежал холодок, а дыхание перехватило. Он смотрел в глаза Аруса, тёмные, глубокие, полные какой-то древней мудрости, и пытался прочесть в них узнавание, обвинение, угрозу…
Но Арус вдруг ничего не сказал. Он слегка склонил голову, будто отметая какую-то мысль, и спокойно сел на своё место.
Сандер выдохнул, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает его.
"Неужели не узнал? Неужели действительно это был мираж?" - в тоже время пронеслось у него в голове.
Первым слово взяли представители островов, на которых обрушился торнадо. Их делегация состояла из трёх человек. Седовласый старец с лицом, изборождённым морщинами, словно древняя карта, и двое помоложе, с напряжёнными лицами и горящими гневом глазами. Они объявили Кристалл опасным для общества и потребовали его уничтожить. Голос старца дрожал от праведного негодования, а его пальцы сжимали край граммоты, что костяшки побелели.
- Этот артефакт источник бед! - провозгласил он, и эхо его голоса разнеслось под сводами зала. - Он принёс нам разрушения, смерть, отчаяние. Его нужно стереть с лица земли, пока он не погубил ещё больше невинных!
Примерно точно с такими же заявлениями выступили и другие представители. Их речи звучали будто по одному шаблону. Гнев, страх, требование немедленных действий. Слова сыпались, как камни с обрыва, тяжёлые, беспощадные, неотвратимые.
Асы выступили сдержанно. Их представитель, высокий мужчина с серебристыми волосами и спокойными глазами, поднял руку, призывая к тишине.
- Мы призываем всех не делать поспешных выводов, - произнёс он ровным, уверенным голосом, который, казалось, остудил накалившуюся атмосферу. - Прежде чем принимать столь радикальные меры, необходимо провести тщательное расследование. Уничтожать Кристалл ни в коем случае нельзя. Мы рискуем потерять уникальный источник знаний и силы, который может служить добру.
Дальше слово взяли аты. Говорил пожилой мужчина с суровым лицом и пронзительным взглядом.
В какой-то момент усталость взяла верх. Мысли стали путаться, образы смешиваться. Мира и отец, Ария и родной дом, правда и ложь сливались в один причудливый узор. Он закрыл глаза, и сознание, измученное сомнениями, наконец-то отпустило его в сон.
Заснул он только под утро, когда первые лучи солнца коснулись подоконника, а в воздухе разлилась тонкая свежесть нового дня. Дня, который должен был принести решение, способное изменить всё.
Глава десятая.
- Каким образом ты попал на территорию врага? - задавал вопросы мужчина средних лет без выражения лица на собеседовании.
Так назвали они это действие, хотя оно больше походило на допрос. Пустая комната с одним лишь столом и двумя стульями напоминала допросную. Голые стены цвета выцветшей глины, единственное окно, забранное решёткой, и тусклая лампа под потолком, отбрасывающая резкие тени. Воздух был спертым, пахло старой бумагой и металлом, а тишина нарушалась лишь тиканьем часов на стене, размеренным, безжалостным, будто отсчитывающим последние капли его свободы.
- Я возвращался домой в отпуск на горнисе, - начал Сандер, стараясь говорить ровно, хотя голос чуть дрогнул на первом же слове. - Где-то на середине пути над океаном нас настиг торнадо, я потерял сознание, очнулся в лесу.
Мужчина напротив не шевелился. Только пальцы с желтоватыми ногтями слегка постукивали по столешнице, словно отстукивая ритм какой-то внутренней мелодии.
- Что было дальше? - прозвучал следующий вопрос, холодный и ровный, как лезвие.
- Меня нашла девушка, - Сандер невольно вздохнул, вспоминая тот момент у водопада.
- Кто она, как зовут? - мужчина чуть наклонился вперёд, и в его глазах мелькнуло что-то хищное, будто он уловил трещину в рассказе.
- Кто она такая, не знаю, представилась Ушей, - Сандер старался говорить спокойно.
- Дальше, - отрезал мужчина, не давая ни секунды на передышку.
- Она позвала на помощь какого-то старика и меня отвезли на повозке в какой-то лагерь, - слова давались всё тяжелее, будто каждое приходилось вытаскивать из глубин памяти, протискивая сквозь невидимую преграду.
- Как зовут старика, что за лагерь? - вопросы сыпались, как камни, один за другим, не оставляя времени на размышления.
- Старик не представился, там у них был какой-то праздник, они не сказали какой.
Сандер почувствовал, как на лбу выступила испарина. Он старался говорить правду, но только ту, что не выдаст ничего лишнего.
- Сколько народу там было, сколько воинов? - голос мужчины стал жёстче, будто он наконец нашёл слабое место в обороне юноши.
- Вооружённых людей я не видел, народу с несколько десятков, точно не знаю, - Сандер сжал пальцы под столом, стараясь унять дрожь.
- Дальше.
- Меня вылечили, - он запнулся, вспоминая заботливые руки Миры, запах трав, тепло очага.
- Кто лечил? - снова удар, короткий, точный.
- Какой-то лекарь, он тоже не представился, - Сандер смотрел прямо перед собой, избегая взгляда собеседника.
- Магию применяли? - в голосе мужчины прозвучала едва уловимая напряжённость.
- Магию? - удивился Сандер. - Какую магию?
- Я задал вопрос, отвечай, - тон стал жёстким, почти угрожающим.
- Нет, никакую магию я не видел и не ощущал.
- Кто за тобой ухаживал?
- Уша, - произнёс он чуть тише, чем хотел.
- Та самая?
- Да.
- Когда ты выздоровел, кто с тобой говорил и о чём? - мужчина слегка подался вперёд, и тень от лампы легла на его лицо, делая черты резче, жёстче.
Сандер пожал плечами:
- Никто не пытался со мной говорить, им вообще было не до меня, - он постарался вложить в эти слова равнодушие.
- Какие отношения были у тебя с девушкой? - вопрос прозвучал неожиданно, с едва заметной насмешкой.
- Никаких. - Сандер ответил быстро, слишком быстро.
- Интимные? - мужчина прищурился, изучая его реакцию.
- Нет, - усиленно замотал головой он. В груди вспыхнула злость. Не на вопросы, а на то, как они пытались очернить то светлое, что он пережил. - Между нами ничего такого не было. Она просто помогла мне. И всё.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Сандер глубоко вдохнул, чувствуя, как пот стекает по спине. Он знал, что каждое слово здесь имеет вес, а любая ошибка может стоить слишком дорого.
- Как ты думаешь, почему она тебе помогала? Просила что-то взамен? - голос мужчины звучал ровно.
- Нет, ничего не просила. Помогала, потому что добрая, наверно, - Сандер ответил тихо. Перед глазами всплыло лицо Миры, её спокойный взгляд, лёгкая улыбка, когда она подавала ему чашку травяного отвара.
- Она знала, что ты с земли атов?
- Да, она как-то это сразу поняла, наверно по одежде, и то, что я приручил горниса.
- Кто ещё об этом знал?
- Наверное все, - Сандер пожал плечами, стараясь выглядеть безразличным.
- Кто все? - мужчина прищурился, его пальцы непроизвольно постукивали по столешнице.
- Да не знаю, кто заходил.
- А кто заходил? - настойчивость в голосе собеседника нарастала, как прилив.
- Какие-то люди, я их не знаю.
- Они называли какие-то имена, как выглядели?
- Нет, они старались при мне не разговаривать. Одеты были в дорогую одежду, наверное из знатных родов, - он говорил медленно, взвешивая каждое слово.
- Ты вообще никаких имён не слышал?
- Нет, почему же, слышал. Но они у них какие-то все странные, не запомнишь, - Сандер сделал паузу, пытаясь собраться с мыслями.
- Вспоминай! - приказ прозвучал жёстко, почти угрожающе.
- Бабур, вроде, и ещё какие-то, не помню, - он произнёс это с нарочитым равнодушием, хотя сердце забилось чаще.
- О чем они тебя расспрашивали? - мужчина откинулся на спинку стула, но взгляд его оставался цепким, изучающим.
- Ни о чем. Они со мной не разговаривали, - Сандер постарался вложить в эти слова всю искренность, на которую был способен.
- Что-то с собой передавали, ты что-то забирал? - вопрос прозвучал неожиданно, с едва уловимой интонацией подозрения.
- Да, кольцо.
- Чьё? - голос стал тише, но от этого ещё более опасным.
- Уши, - Сандер почувствовал, как внутри всё сжалось.
- Она его тебе передала, зачем? - мужчина наклонил голову, изучая его реакцию.
- Она его мне не передавала, она потеряла, я нашёл, решил не отдавать, - он старался говорить небрежно.
- Почему?
- Понравилось, красивое, - Сандер попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой.
- Покажи.
Сандер нехотя достал кольцо.
- Почему на верёвке, а не на пальце? - мужчина прищурился.
- Оно не налазит. Они все там какие-то мелкие, не то что мы - аты.
- Положи на стол, - голос прозвучал твёрдо, без намёка на компромисс.
- Оно моё, - Сандер сжал кольцо в ладони.
- Мы его проверим и вернём, - мужчина говорил спокойно, но в тоне звучала непреклонность.
- А что с ним может быть не так? - Сандер всё ещё пытался сопротивляться, хотя понимал, что это бесполезно.
- Все что угодно, возможно оно магическое, - последовал сухой ответ.
Сандер нехотя снял кольцо и положил на стол. Оно лежало там, маленькое и беззащитное, словно потерявшее свою силу вдали от его тела. В груди разливалась тяжесть, будто он только что отдал частицу себя.
Мучили его вопросами ещё долго. Вопросы сыпались, как песок сквозь пальцы о деталях, которых он не помнил, о людях, чьи лица расплывались в памяти, о разговорах, которых не было. Он отвечал, стараясь не сбиваться, но с каждым ответом чувствовал, как истощается его воля.
Наконец мужчина без эмоций произнёс:
- Свободен, жди в коридоре, к тебе подойдут.
Сандер поднялся, ноги казались ватными. Он бросил последний взгляд на кольцо. Оно по-прежнему лежало на столе, тускло поблескивая в свете окна. Затем развернулся и вышел за дверь.
Когда Сандер вышел, его всего трясло. Такого стресса он не испытывал даже тогда, когда попал в торнадо. Когда небо превратилось в ревущую чёрную воронку, а мир вокруг закружился в безумном вихре. Сейчас же дрожь шла изнутри. Пальцы не слушались, в висках стучала кровь, а дыхание вырывалось короткими, рваными толчками.
Он прохаживался вдоль пустого коридора, длинного, узкого. Пол под ногами казался зыбким, будто палуба корабля в шторм. Сандер сжимал и разжимал кулаки, пытаясь унять дрожь, и бездумно считал шаги: один, два, три…
Из одной дальней двери вышел человек, высокий, с лицом, словно высеченным из камня. Он внимательно осмотрел Сандера, взгляд скользнул по нему, как лезвие, толкнул дверь для закрытия и, ничего не говоря, пошёл прочь. Но он не рассчитал. Дверь остановилась в паре миллиметров от замка, щёлкнув язычком, но так и не захлопнувшись.
И почему-то юноше показалось, что этот ушедший человек показал ему туда войти. И Сандер вошёл.
За дверью оказался небольшой тамбур с каменными стенами, от которых веяло холодом. Из него вели двери ещё в несколько комнат, одна из которых была приоткрыта. Сквозь щель пробивалась тонкая полоска света, а из-за неё доносились приглушённые голоса. Сандер уже попытался зайти туда, но остановился на пороге, замерев. Металлический глухой голос произнёс:
- Он что-то не договаривает, я это чувствую. Гельмут, приблизь его к себе, но дай ему больше свободы действий. И не спускай с него глаз.
- Я все исполню, мой повелитель, - послышался голос Гельмута, холодный и почтительный.
Сандер стрелой вылетел оттуда. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Он метнулся по коридору, едва различая дорогу. Стены плыли перед глазами, а в ушах звучали эти слова, врезавшиеся в сознание, как клеймо.
Быстрым шагом он вернулся к допросной, прислонился к стене рядом с дверью и закрыл глаза, пытаясь отдышаться. Ладони вспотели, во рту пересохло. Он глубоко вдохнул, стараясь унять дрожь и привести мысли в порядок.
Наконец, показался и Гельмут.
- Собеседование прошло успешно. - произнёс он с нарочитой бодростью, но в глазах читалась какая-то скрытая расчётливость. - Тебе назначат куратора. Впрочем, скоро состоится заседание по случаю преступных действий аров. Я тоже буду там, ты можешь полететь со мной.
- И что я там буду делать? Я же ничего не знаю.
- Там будут представители из Арии, - Гельмут слегка наклонил голову, изучая реакцию юноши. - Внимательно приглядишься, может кого-нибудь узнаешь. Да и так, поскорее войдешь в курс дела.
- Ну, хорошо, - пробубнил Сандер не в силах отказаться, хотя всё внутри противилось этому решению. Слова давались с трудом, будто он проталкивал их сквозь невидимую преграду.
- Ну, тогда пока отдыхай, тебе покажут твои покои.
Гельмут повернулся и пошёл прочь.
- А моё кольцо?
Мужчина остановился и обернулся. Его взгляд стал пронзительным, будто пытался проникнуть в самые глубины души юноши:
- Оно для тебя так дорого?
Сандер пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным:
- Его можно продать, с виду не дешёвое.
Гельмут приторно улыбнулся. Улыбка вышла холодной, без тени искренности, словно маска, надетая на мгновение:
- Вот твоё кольцо, забирай. Мы его проверили, с ним всё хорошо.
- Отлично! - радостно схватил кольцо Сандер и поспешил одеть на себя.
Гельмут с прищуром поглядел на юношу и снова улыбнулся:
- До встречи.
Глава одиннадцатая.
Собрание по случаю преступных действий аров проходило на каком-то острове, видимо, на нейтральной территории. Зал был просторный и светлый. Высокие сводчатые потолки, большие арочные окна, через которые лился мягкий дневной свет, а за стёклами синело море, бескрайнее и спокойное, словно нарочито контрастирующее с накалённой атмосферой встречи.
Представители атов уже заняли свои места и ожидали остальных. Они сидели ровными рядами, в строгой униформе с вышитыми символами их рода сдержанные, собранные, с лицами, будто высеченными из камня. Какие-то люди в роскошных одеждах постоянно входили и выходили. Их мантии переливались шёлком и парчой, украшенные вышивкой и драгоценными камнями, но Сандер не знал, кто это был. Для него они были лишь размытыми пятнами в вихре незнакомых лиц и титулов.
Гельмут ему поставил простую задачу, смотреть, всё запоминать и помалкивать. Наконец, в зал стали заходить представители аров. Сандер понял это по их одежде. Длинные плащи с капюшонами, расшитые узорами, напоминающими древние руны, кожаные ремни с металлическими вставками, тяжёлые сапоги, оставляющие едва слышный стук на мраморном полу. Сердце его учащённо заколотилось, кровь застучала в висках. Он вглядывался в каждое лицо, пытаясь уловить хоть что-то знакомое. Но никого из них он не знал.
И вдруг последним вошёл он, Арус.
"Ну вот и всё. Сейчас он увидит меня и обязательно что-то спросит." Юноша начал усиленно придумывать, как он ответит, что скажет, почему сразу не назвал его на допросе. В голове мелькали обрывки фраз, оправдания, полуправды. Но ни одно не казалось достаточно убедительным. Ладони вспотели, а в горле пересохло.
Арус внимательно осмотрел зал. Его взгляд был острым, цепким, будто сканирующим каждого присутствующего. Он почтенно кивнул некоторым из собравшихся. Тем, кто, видимо, имел вес и влияние. Затем его глаза скользнули по Сандеру… и на доли секунды задержались.
Время будто остановилось. Сандер почувствовал, как по спине пробежал холодок, а дыхание перехватило. Он смотрел в глаза Аруса, тёмные, глубокие, полные какой-то древней мудрости, и пытался прочесть в них узнавание, обвинение, угрозу…
Но Арус вдруг ничего не сказал. Он слегка склонил голову, будто отметая какую-то мысль, и спокойно сел на своё место.
Сандер выдохнул, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает его.
"Неужели не узнал? Неужели действительно это был мираж?" - в тоже время пронеслось у него в голове.
Первым слово взяли представители островов, на которых обрушился торнадо. Их делегация состояла из трёх человек. Седовласый старец с лицом, изборождённым морщинами, словно древняя карта, и двое помоложе, с напряжёнными лицами и горящими гневом глазами. Они объявили Кристалл опасным для общества и потребовали его уничтожить. Голос старца дрожал от праведного негодования, а его пальцы сжимали край граммоты, что костяшки побелели.
- Этот артефакт источник бед! - провозгласил он, и эхо его голоса разнеслось под сводами зала. - Он принёс нам разрушения, смерть, отчаяние. Его нужно стереть с лица земли, пока он не погубил ещё больше невинных!
Примерно точно с такими же заявлениями выступили и другие представители. Их речи звучали будто по одному шаблону. Гнев, страх, требование немедленных действий. Слова сыпались, как камни с обрыва, тяжёлые, беспощадные, неотвратимые.
Асы выступили сдержанно. Их представитель, высокий мужчина с серебристыми волосами и спокойными глазами, поднял руку, призывая к тишине.
- Мы призываем всех не делать поспешных выводов, - произнёс он ровным, уверенным голосом, который, казалось, остудил накалившуюся атмосферу. - Прежде чем принимать столь радикальные меры, необходимо провести тщательное расследование. Уничтожать Кристалл ни в коем случае нельзя. Мы рискуем потерять уникальный источник знаний и силы, который может служить добру.
Дальше слово взяли аты. Говорил пожилой мужчина с суровым лицом и пронзительным взглядом.
