Развернув лист, я ощутил, как моя челюсть устремилась навстречу полу.
- Но ведь это…
- Я подумал, что действуя как представитель семьи, перед вами будет меньше преград, по крайней мере от людей. Все же, моя фамилия не пустой звук. Пока что она имеет вес в обществе.
- А объяснять это как будете?
- Ну… я все же тоже был молод. Не исключено, что и у меня имеются… внебрачные дети.
Все еще слегка ошарашенный, я выполз из гостиной, чтобы тут же обнаружить мою занимательную парочку, развлекающуюся тем, что разбирали один из доспехов, украшавших собой коридор, на составляющие, под умирающим взглядом кого-то из слуг, приставленных наблюдательным дворецким. Судя по всему, чужой надзор им совершенно не мешал.
- Кхе-кхе, блин, - внес я свою лепту в творящееся безобразие.
Парочка тут же бросила свое незамысловатое занятие и вытянулась по струнке, ожидая скорой расправы.
- Господин Коннелли, - тут же бросился ко мне спасенный слуга. – Ваши комнаты готовы. Прикажете вас проводить?
- Да, - ответил я ему и тут же сграбастал своих неугомонных подопечных за плечи. – Для меня и моих… коллег там место найдется?
- Прикажете подготовить еще две комнаты?
- Лучше уж две большие клетки, шипами внутрь, - пробормотал я себе под нос и стиснул нагу и ученика плотнее. – Меру, ну елы-палы. Ты же королевских кровей. Откуда у тебя эта тяга к мародерству? Ладно Даниэл, он из этих…
- Погоди-погоди, как он сказал? Что это было? – вопросительно-стиснуто прошипела змеюка.
- Идем-идем, потом объясню. Мне надо вам еще уши оторвать. Желательно – без свидетелей.
- Так ты у нас теперь из этих… из благородных? – Меру, едва мы пришли в отведенные мне комнаты, тут же растянулась поперек широченной, даже если бы она забралась на нее полностью, то влезла бы от макушки до пят, кровати и душераздирающе зевнула. – Ну и зачем тебе оно? Если так уж хотелось титул, ну сказал бы мне. Подобрали бы тебе что-нибудь.
- Угу, знаю я вас, змеюк, - я устроился в одном из кресел и с наслаждением вытянул ноги, планируя тут же и заночевать. – Расщедрились бы на что-то в духе «Почетный удав третьей степени». И сиди, ломай голову, что бы это могло значить.
- Ну на счет удава ты себе явно польстил, там максимум Барбадосская узкоротая… но место при дворе тебе бы нашли.
- А не пошли бы вы все дружно… бабочек ловить? – вяло парировал в ответ, слишком удобно устроившись для того, чтобы встать и согнать нагу с постели, а переругиваясь с ней скорее по инерции. – Если бы я захотел, то место мне давно нашли бы при любом дворе. А возвращаясь к нашим голубокровым баранам… - я бросил взгляд на трубочку бумаги, сиротливо лежащую на столе неподалеку. – Сомневаюсь, что в них взыграл альтруизм. Скорее, многоуважаемый глава Коннелли явно планирует поиметь с этого союза какую-то свою выгоду. Осталось выяснить, каким именно боком эта его выгода нам выйдет. В свое время предки всех четырех семей пытались породниться с нечеловеческими расами. Подозреваю, что в пику пятому семейству.
- Кстати о пятых… как их там? Мы к ним идем? – Меру приподнялась на локтях, кося фиалковым глазом на прикорнувшего во втором кресле ученика.
- Сегодня ночуем здесь. Завтра возьмемся за дела в полную силу. Насколько я знаю, ночью их переловить будет весьма затруднительно. Так что – брысь с моей постели.
Утро наступило внезапно и сразу на голову. Несколько мгновений пытаясь понять, что за дятел меня разбудил настойчивым стуком, и одновременно тут же желая ему скорейшей мучительной смерти, я пытался заснуть обратно. Но никак не получалось. Пришлось открывать глаза. Чтобы тут же их закрыть, по привычке пытаясь примириться с реальностью. Реальность была неутешительной. Всего в десятке сантиметров от себя, я первым делом увидел Меру.
Стук не прекращался. Зато постепенно сознание подключалось, и в него подгружались последние данные. Едва загрузка завершилась пониманием того, что мы все сейчас в чужом доме, как я тут же вскочил к постели и прямо в чем был, а был я в немногом, рванул к двери, в которую кто-то настойчиво стучал.
- Чего? – распахнул дверь и тут же пожалел обо всем. О том, что остался тут на ночь, о том, что не выпнул коллег перед сном в их комнаты, так как они предпочли остаться в моей компании, как они сказали, поиграть в карты - совершенно бесшумно, о том. Что слишком поспешно открыл дверь, ну и в последнюю очередь – о своей несдержанности. Только суровое воспитание не позволило дернувшемуся слуге удрать по потолку от моего рявка.
- Д-доброе… утро? – спросил тот чуть дрогнувшим голосом.
Внутренне я восхитился его выдержке и дрессуре. Это как же надо вышколить персонал, чтобы он даже на такое зрелище реагировал со стоическим спокойствием?
- Доброе… - ответил я, все еще борясь с порывом дверь закрыть. А лучше – захлопнуть.
- Г-господин Коннелли ждет вас на завтрак в желтой гостиной. Я должен вас проводить, - снова подал голос слуга.
- Прямо сейчас?
- Д-да, если вы…
- Две минуты, - на всякий случай уточнив необходимое мне количество минут на пальцах, я все же закрыл дверь прямо перед его носом и обернулся к кровати.
На кровати передо мной предстало умилительно-трогательное зрелище спящей, завернувшись в наше единственное одеяло, как в кокон, наги, у которой под боком, прямо в одежде, клубочком свернулся Даниэл. Хорошо хоть у противоположного тому, где провел ночь я.
Поумилявшись секунд пятнадцать, я подошел к кровати, мертвой хваткой вцепился в край одеяла и, что было сил, рванул его на себя.
- Подъем!!!
Эффект был потрясающий. Чем-то напомнил игрушки на резинке. Нага, попутно раскручиваясь из одеяла, перелетела через ученика и укатилась куда-то за кровать. Даниэл подпрыгнул на месте, просыпаясь уже по ходу движения.
- Кто-то сейчас умрет… - раздалось шипение из-за кровати, следом над ее поверхностью появилась первая бледная рука, пошарила, вцепилась в простынь, напряглась, воскрешая в памяти многие азиатские фильмы ужасов.
- Тэкс, братцы-кролики. У вас ровно девяносто секунд на то, чтобы собраться, одеться и выглядеть прилично. Время пошло.
Минут через десять дверь снова открылась, явив слуге зрелище, по сравнению с которым я в неглиже был еще вполне себе сносным. Во всем своем великолепии мы поразили его до самой глубины души, что отчетливо читалось по тем усилиям, которые слуга прикладывал для того, чтобы сохранить безразличное выражение.
Мысль о том, а для чего, собственно, нас пригласили на завтрак, настигла меня уже по пути. В самом деле. Наверняка главный Коннелли придумал достаточно внятную отмазку для своих подопечных, что не в курсе дел. Ну не захотел же он вдруг представить семейству новых его «членов»? Да и зачем?
Ответ нашелся сам собой, едва дверь открылась, Меру тут же подхватила меня под руку, изобразив широченную улыбку, я рефлекторно задвинул за спину ученика, незаметно пытаясь высвободиться из змеиной хватки. Безуспешно.
Журналист.
- Ё-мое… - выдохнул я, под предлогом ободряющего похлопывания по руке, пытаясь разжать пальцы наги. – У кого-то в этом доме слишком длинный язык.
- Надеюсь, ты не на меня намекаешь? – впервые за всю прогулку подала голос Меру.
- Надейся. И или начинай улыбаться приветливо, или прекращай и спрячь клыки. А то нам каюк.
Поняв, что приветствие со стоянием в дверях затянулось, я понял, что надо бы зайти, так как закрыть дверь и удрать уже после того как на нашу колоритную компанию обратили внимание все находящиеся в комнате, казалось как-то бестактно.
- Улыбаемся и машем, - наконец решился я, тоже попытавшись изобразить улыбку, и шагнул в гостиную. Кстати, а каким псевдонимом я им представлялся?
- Ардан, а вот и ты, - со своего места поднялся Артур, чтобы поприветствовать меня. – Ардан, как я и говорил, представитель ветви нашей семьи, которую, к сожалению, мы считали погибшей. Но, к счастью, все недоразумения разрешились буквально на днях…
Мужчина приблизился, похлопав меня по плечу, под бдительным взором журналиста.
- Я пока не знаю, кто это устроил. Но узнаю. А пока – подыграй мне…
Это было сказано уже гораздо тише, пока Артур проводил нас к оставленным для нашей троицы местам.
Едва мы уселись, как бодрый сотрудник клавиатуры и мыши тут же набросился на нас.
- Так вы и есть – те самые представители отдаленной ветви семьи Коннелли?
- Да, - я резко развернулся, не переставая скалиться в улыбке, заставившей паренька отшатнуться.
- А это с вами..?
- Моя дражайшая супруга – Беатрис, - фривольно приобнял я за талию змею, тут же ощутив, как она напряглась и вонзила острый локоть мне в ребра, - и наш… сын. Э-э-э, Артур, - выпалил я первое имя, пришедшее в голову, потрепав офигевшего от такой фамильярности Даниэла по волосам, второй рукой.
- Вы наверняка были очень рады узнать о столь близком родстве с семьей Коннелли? Как получилось, что долгие годы вы об этом могли не знать? – снова включился журналист.
- А об этом все узнают на официальном приеме, который будет уже на днях, - перехватил инициативу Артур, которому публичные выступления были гораздо привычней, чем мне.
Под столь пристальным вниманием мне кусок в горло не лез, так что от завтрака я помню мало. Нага вообще изображала статую, отвечая на вопросы резвого парнишки односложно, все больше кивая и улыбаясь. Даниэл прикидывался глухонемым, что Артур объяснил смущением, в общем, в этот раз обошлось без лишнего стыда за моих внезапных «родственников».
Уже через полчаса, под предлогом неотложных дел, нам удалось с завтрака слинять.
- Что-то мне это не нравится, - возмущалась в полголоса змея, внезапно вспомнив, что в больших домах даже у стен есть уши.
- Мне тоже. Если мы сейчас появимся в светской хронике это весьма осложнит нам бизнес. Да и жизнь в целом. Но за это я с Артура еще спрошу. Родственные узы заходят слишком далеко. Но сначала нам надо разобраться с насущными проблемами. А именно – тем, для чего нас наняли. Идем.
Закрывшаяся за спиной входная дверь отрезала нас от дома, и от всего, что в нем осталось.
- Кстати, кто-нибудь догадался вызвать такси?
В ответ Меру демонстративно поискала карманы на своем платье, Даниэл даже искать не стал, просто развел руками. Блин. Похоже, придется прогуляться. Да, и заглянуть в офис – переодеться.
К обеду, переодевшись, запасшись необходимым и до отвала нагулявшись по городу, мы снова оказались перед массивными дверьми здоровенного дома. На этот раз – другого. Этот был как-то… мрачней, что ли.
Черт, ну не люблю я работать с вурдалаками. А эти… эти еще и отличаются. Иначе они никак не смогли бы влиться в человеческое общество. Клан, основной силой которых был морфизм. Правда, распространялся он только на них самих, но от этого не легче. Мы давненько приглядываем за ними, не смотря на то, что «живут» они в центре. Но до сих пор на горячем ни один из них не попадался.
Насколько я помню, сейчас их тут шестеро, сам глава, его супруга, старуха, парни-близнецы и еще одна, сейчас прячущаяся под личиной ребенка. Довольно удобно мимикрировать под людей, когда можешь по желанию менять собственный возраст и внешность.
Вспоминая все это, пока мы топтались под дверью, я одновременно с воспоминаниями раскидывал сеть вокруг дома, пытаясь обнаружить следы, но нити магии молчали. Ну, по крайней мере снаружи точно никого подходящего под описание пропавших нет, в пристройках – тоже. А что у нас внутри?
Дверь нам открыл сам глава семейства, тут же окинув внимательным взглядом зеленых, даже, пожалуй, салатовых глаз, сквозь стекла чисто декоративных очков.
- Смотритель? Чем могу помочь?
- Для начала – здравствуйте, как это принято в приличном обществе, - усмехнулся я. – Мы можем войти?
- Конечно, - в ответ тот улыбнулся, приподняв уголок губ и посторонился, пропуская нас в дом. – И что же вас привело?
- Вы не могли не знать последних новостей. Думаю, нам с вами есть о чем поговорить.
- Вполне возможно, пусть ваши спутники подождут… а мы… поговорим.
Из одной из дверей вышла «супруга» главы, как я понял, с намерением приглядеть за моей сладкой парочкой. Мудрое решение. Как показывает практика, слуг они не боятся. Хотя… я изрядно сомневался, что в этом доме слуги есть вообще.
- Постарайтесь не накосячить. Меру, присмотри за мелким. А то с него только глаз спустишь, его тут же сожрут. А мне еще перед Роландом отчитываться.
Дав последнее напутствие своим, я направился за главой, попутно прощупывая весь дом от подвала до крыши, но, пока что, не находя ничего подозрительного. Это казалось еще более странным. К моему визиту готовились? Их кто-то предупредил? Или они с самого начала знали, что кто-то из наших на негостеприимный огонек заглянет? Подозрительно.
- Вы к нам как Смотритель или как представитель семьи Коннелли? – осведомился зеленоглазый, едва за нами закрылась дверь очередного кабинета. Удивив меня своей осведомленностью.
- Зависит от того, кому вы готовы предоставить больше информации, - в ответ я скопировал ухмылку главы и выбрав себе кресло поудобней, тут же в нем и обосновался.
- Весьма любопытно, - из одного из шкафчиков на свет появился графин, из другого пара стаканов, по которым тут же распределилось содержимое графина. По запаху я снова опознал коньяк. Блин, живут же эти богатеи. Даже нечеловеческие. – Боюсь, что ни смотрителя, ни Коннелли мне обнадежить нечем.
- Совсем? – взяв ближайший стакан, я приложился к его краю. Если расследование затянется – сопьюсь нафиг. – У меня другие сведения.
- И какие же? – вурдалак занял соседнее кресло, закинув ногу на ногу. – И от кого?
- Это – конфиденциальная информация. В конце концов, вы – единственная семья, у которой никто не пропал.
- Возможно, это потому что у нас в семье, по большому счету, нет детей? Вы не рассматриваете версию, что нас пытаются подставить? Убрать, как говорится, с политической арены?
- А что, есть повод? – я вопросительно изогнул бровь. – Кому-то помешало на политической арене обычное такое бессмертное семейство вурдалаков?
- Я все еще надеюсь, что об этой небольшой особенности нашей… семьи осведомлены немногие.
- Осведомленных больше, чем вам хочется. Почему бы под шумок не избавиться махом от всех семейств и не перехватить всю власть в одни руки? Люди живут так мало, пока вырастет следующее поколение, предыдущее успеет забыть о небольшой особенности вашего рода.
Зеленоглазый рассмеялся, отставил стакан на стол и откинулся на спинку кресла.
- Если рассуждать именно человеческими мерками, то это было бы здравым решением, исходя из интересов семьи. Но мы то с вами знаем, что всегда есть еще кто-то, не менее бессмертный. У кого больше силы. Кто всегда наблюдает. У кого хватит сил истребить весь род, если он будет запятнан. У меня нет повода портить отношения с центром и подвергать угрозе существование всей семьи. Более того, я уверен, что вы уже все проверили. И есть ли у меня дома следы похищенных?
- Нет, но вы ведь понимаете, что я все равно докопаюсь до сути? – допив коньяк, я тоже вернул стакан на стол и поднялся на ноги.
- Надеюсь на это, - глава встал и направился к двери. – В конце концов, вся эта ситуация плохо сказывается на нашей репутации, а репутация во всех мирах дорого стоит. Не просто так мы так долго над ней тряслись, чтобы сейчас все потерять из-за одного недоразумения.
