– Ну, значит, выспались, – по-доброму заметил Криос. – Привыкайте. Некроманты спят мало и редко.
Я сделала себе пометку в уме, не забыть подсказать студентам, где можно найти все эти доклады. В библиотеке в одном стеллаже есть полка, вытащив которую, найдешь тайник. Там все образцы сочинений на эти темы лежат, написанные еще лет тридцать назад. Нужно просто своими словами переиначить, и все.
Как-то я себя некомфортно чувствую в роли преподавателя. С одной стороны, мне полагается быть строгой, с другой – хочется помогать студентам с выживанием в Боевой Академии.
– Простите, – на нас тараном шла Линдара, – Главный дознаватель, не могли бы вы вернуть Инду? Очень надо.
– Мне самому она нужна, – полушутя признался Криос. – А что случилось?
– Лекция случилась у первого курса, а аспирант, который ее должен был читать, у лекарей. Его конфеткой угостили. Теперь у парня по всему телу сыпь. Зеленая. Заменить некем, поскольку по плану Инда и должна была вести эту лекцию.
– Эх, – грустно вздохнул Криос. – Ну что поделаешь? Нельзя же детишек без знаний оставлять. Забирайте. От сердца отрываю. Не скучай, Инда.
– Не буду, – серьезно пообещала я.
– И правильно, – пакостливо улыбнулся мужчина в ответ. – Скоро увидимся.
Я испуганно смотрела на замерших за партами студентов. Те не менее настороженно таращились в ответ. Но были и индивиды на последнем ряду. Они-то как раз нахально разглядывали меня, уделяя особенное внимание разрезу на юбке. Я так и не решила, что хуже, первогодки или студенты пятого курса. Если последние нахальные из-за запаха скорой свободы, то на первом году обучения всегда найдутся те, кто захочет утвердиться за счет или одногруппников, или преподавателей.
Судорожная попытка вспомнить материал, который я быстро просмотрела за две минуты до начала занятий, доказала, что штиль в голове наступает не только во время экзаменов.
– Для начала давайте познакомимся, – я мужественно поборола страх и проглотила ком в горле. Голос даже не дрогнул. Почти. – Я временно замещаю профессора Тройминга. Обращаться ко мне можете безопасник Глетчер… то есть преподаватель Глетчер.
– Не профессор? – дотошно спросил парень на первой парте, поправив круглые очки. – А у вас есть подходящая квалификация, чтобы обучать?
Точно. Вот почему я не люблю студентов. Вспомнила. И почему я выбрала служить в отделе безопасности – там не бывает умников. К нам в основном идут сильные, но не самые образованные ребята. Хоть и с дипломами, но знаниями к месту и без не козыряют.
– Вполне, – сухо бросила я. – Если не устраиваю вас как преподаватель, можешь встать и выйти. За барьер. Странно, вроде учеба уже началась, а вы еще не поняли, что здесь несколько иные порядки, чем у вас дома. Не вы нужны Боевой Академии, академия нужна вам. И если тебя, – я с ласковой усмешкой посмотрела на очкарика, – не побьют здесь до выпуска, то это сделает начальство сразу после. Умников никто не любит, но ценят умных людей. Объяснять разницу не нужно?
– А какая у вас ступень? – подняла руку девочка со среднего ряда. Староста группы, точно говорю. Таких людей всегда можно узнать. Их прямо распирает от ответственности и гордости за назначение.
– Четвертая, – спокойно сказала я, и студенты одобрительно зашумели.
Все, кроме очкарика.
– Подумаешь, четвертая, – фыркнул он. – А у моего отца пятая!
– А фамилия у твоего отца есть? – я наклонила голову к плечу. – Или это имя нарицательное?
Вопрос задала я не просто так. В действительности магов пятой ступени немного. Надо же мне знать ,чьего сынка я буду активно любить целый месяц.
– Дриол Хильнирел, – гордо произнес студент, еще не понимая, какой глубины яму он себе вырыл. Пускай радуется, что экзамен принимать точно не мне.
И тут я поймала себя на мысли, что понимаю профессоров, которые отводят душу на экзаменах. Я преподаю буквально пару минут, а уже хочу завалить этого умника и оправить его на пересдачу. Раз десять.
Все-таки плохая была идея Руфуса заткнуть дыру в расписании мной. Нет у меня должной степени любви к деткам. И снисхождения тоже нет.
– Он работает в счетной палате? И как часто ему приходиться применять «Ледяной шторм»? Или «Ярость льда»? Вообще, он боевую магию хоть когда-то использует?
Умник оказался упертым и недовольно сверкнул на меня стеклами очков:
– Сила – это не все.
– Мы о ступенях говорим, – неодобрительно покачала я головой. – А они есть уровень силы мага. Вы все должны были при поступлении замеряться Великой Сферой. Сколько из вас оказались определены выше среднего значения, то есть третьей ступенью? – Скромные три поднятые руки порадовали меня. – У кого четвертая? – студенты переглянулись, но никто больше руку не тянул. Я не хотела злорадствовать, но очкарик сидел нахохлившись. Видимо, или вторая, или вообще первая. – Не расстраивайтесь. Ступень может развиваться. У меня при поступлении тоже была третья.
Так-то у меня вышли пограничные значения между третьей и четвертой. Но раз я была девочкой, показатель решили чуть занизить. Причем узнала я об этом случайно, когда на тренировке ради забавы создала «Воронку холода», а она раскидала всех студентов, а преподаватель медленно стекал в этот момент по стеночке, потому что первым словил удар. Оказывается, мой отец лично просил занизить мой показатель. Мол, такая воспитательная мера, чтобы я в группе нос не задирала. Тяжело быть дочерью, когда всей семьей хотели мальчика. Меня даже мама в детстве чаще в костюмчики наряжала, чем в платья.
– А что это за заклинания вы назвали? – хрустя то ли зубами, то ли конфеткой спросил парень, до этого любовавшийся пейзажем из окна.
– По своей сути, они бесполезные, – я с деловым видом заложила руки за спину и прошлась вдоль огромной доски. – Оба они предназначены для воины. Шторм замораживает до десяти кораблей. Правда, его использование лишает мага возможности применять силу надолго. Если вообще не сожжет каналы. Ярость же промораживает человека до костей, буквально делая его мертвой ледяной статуей. Это два заклинания, которые могут использовать маги пятой ступени, в отличие от четвертой.
Детки задумались. На самом деле, большой разрыв в силе между третьей и четвертой. А все остальные – смазанные.
Рука старосты снова взметнулась над головами:
– А правда, что огневики сильнее нас? Мы вот с ними вчера из-за этого поссорились.
– Неправда, – улыбнулась я. Действительно, в Боевой Академии ничего не меняется. – Мы с магами огня равны. Наш лед это же не тот, что образуется с холодами на лужах. У него прочность несколько другая. Топить его огнем можно долго. А если кинуть ледяные оковы, то как будет использовать силу маг, неспособный двигать руками? Это я к примеру. Просто стихия накладывает отпечаток на носителя. Огонь – он яркий, яростный, нетерпимый. Мы же куда спокойнее.
Тут уже оживает галерка. Один из студентов, вальяжно развалившийся на сиденье, с ленцой бросил:
– Ну я же говорил, что мы сильнее красномантийных.
– И это не так, – я снисходительно осмотрела задумчивые моськи. – Мы с магами огня на одном уровне… в конце списка.
– Как это? – аж подпрыгнул очкарик.
– А вот так, – развела я руками. – Вы знаете, как измеряется силы мага? За сколько заклинаний он может убить человека. Лекарям вообще ничего не надо делать. Стоишь себе, не спасаешь никого, и все. Шутка, конечно. Их щиты самые стойкие. Один лекарь может держать под защитой до десяти человек в течение суток. Вы скорее устроите себе магическое выгорание, чем пробьете его. Еще лекари могут не только лечить, но и убивать. Правда, лишь в крайнем случае. А вот на вершине у нас…
– Некроманты! – гордо объявил сам Криос Винтер, распахивая дверь в аудиторию.
– Некроманты, – подтвердила я. – Главный дознаватель ошибся направлением? Вас ждут в зале совещаний.
– Я там уже был, – отмахнулся Криос, заходя в аудиторию. – И там скучно. Ведь безопасник Глетчер здесь, а не в зале совещаний.
Девочки ахнули и сразу зашуршали одеждой, оправляясь. Несколько студенток нырнули под парты, чтобы по-быстрому нанести макияж.
– Преподаватель Глетчер, – поправила я. – Кто сейчас накрасится, пойдет убирать туалеты. И не надо на меня так злостно смотреть, таковы правила академии. Вы же их читали?
– Ну зачем же так жестоко, – показушно покачал головой Главный дознаватель, устраиваясь за столом, где должна сидеть я вообще-то. – Туалеты. С них и уборки в коридорах хватит. – И тихо добавил, чтобы слышно было только мне: – Не надо так открыто ревновать.
– Таковы правила Боевой Академии, – повторила я, игнорируя провокацию. – И вы в роли временного ректора не можете их изменить. Но вернемся к некромантам, – я указала на Криоса. И как он замертво не упал от обильной стрельбы глазами студенток. – Они самые опасные противники, потому что им нужна всего капля магии, чтобы послать в бой вместо себя… вашего только что убитого товарища. И им подвластен не один контроль над умершими. У них весьма приличный арсенал боевых заклинаний, правда, пользоваться они ими не очень любят.
Главный дознаватель с деловым видом кивал в такт моим словам, но стоило мне замолчать, как он охотно добавил:
– Ленивые мы просто. А самый опасный противник именно ленивый. Он вас постарается убрать с одного удара, чтобы пойти дальше лениться.
– То есть некроманты самые сильные маги? – нахмурившись, уточнил очкарик.
– Шестая ступень, – я указала ладонью на довольного Криоса. – Только у них она есть.
– Да-да, – Главный дознаватель лучился, как начищенная монета на солнце, – расскажи побольше о том, какие мы замечательные, Инда. Я-то видел тему твоей итоговой работы на четвертом курсе.
Он еще и мои работы во времена учебы читал? Вот это человек подготовился к мести за поцелуй. Такой серьезный подход требует не менее серьезного ответа. Правда, я пока не придумала, какого именно.
– Здесь маги льда, – с тонкой улыбкой намекнула я. – Возможно, Главному дознавателю нужно проследовать в крыло, где обучаются некроманты? Юным умам полезно будет послушать лекцию от столь выдающегося человека.
– Больше лести, – пропел Криос. – Мне необходимо больше лести.
Девочка с первой парты тихонько пискнула:
– Вы очень красивый.
Я вздохнула и укоризненно посмотрела на временно исполняющего обязанности ректора. Тот лишь широко улыбнулся в ответ.
– Он просто пошутил, – внесла ясность для студентов. – Давайте все же вернемся к теме лекции: «Классификация заклинаний».
– А давайте лучше о вас еще поговорим, – раздался нахальный голос с заднего ряда. – Это правда, что вы накрыли щитом взрыв?
– Не то чтобы взрыв… – я поспешно отвела взгляд в сторону. Не очень правильно учить первокурсников быть героями.
От ответа меня спасло ехидство Главного дознавателя. Хоть раз оно было к месту.
– Детишки, – протянул он сладким голосом, – посмотрите на безопас… тьфу ты, на преподавателя Глетчер, и никогда так не делайте, если ваша ступень ниже четвертой. Тройка бы навсегда лишилась магии. И ведь можно было не геройствовать. Подумаешь, губернатор немножко подкоптился бы.
– Вот о нем я думала в последнюю очередь, – привычно огрызнулась я. Все-таки у Криоса Винтера определенно талант будить в людях худшее. – Людей спасать надо было.
– Да я не об этом, – отмахнулся Криос. – По одному геройствовать не стоит. Вот что тебе мешало прогуливаться в толпе рядом с Ларкусом? Если бы щит держали двое, до выжженных каналов дело бы не дошло.
– А почему именно с ним? – заинтересовалась я.
На лекции все равно можно поставить крест. Девочки меня слушать уж точно не станут – Главный дознаватель забрал все их внимание. Парням вообще до нудного перечисления заклинаний никакого дела нет. Расстроится разве что один очкарик.
– Пусть он не самый сильный маг в твоем отряде, зато счастливо женат, и имеет двух детей, – Криос скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. – А то понабрала в отряд холостых мальчиков.
– Ничего подобного, – я отзеркалила его позу. – Кого начальство дало, с теми и работаю.
– Надо пообщаться с твоим начальством, – задумчиво протянул Криос. – В общем, детишки, не надо в одиночку бросаться грудью на защиту граждан. Будь Инда слабее, и людей бы не спасла, и сама погибла.
Вот зря он сказал про грудь. Мужской контингент аудитории сразу нашел глазами упомянутую анатомическую женскую особенность, подчеркнутую мягкой тканью блузки.
– А давайте вернемся к классификации заклинаний, – предложила я, не особо на что-то надеясь.
Очкарик моментально взял стержень для письма и приготовился внимать. Только к его разочарованию, самая красивая девочка в группе, накрутив на палец локон и кокетливо стреляя глазками, спросила нежным голосом:
– А вы женаты?
Главный дознаватель насмешливо вскинул брови:
– Молодежь у нас новости не читает? Я же через выпуск мелькаю на страницах. Кажется, о моей личной жизни даже бродячие кошки в курсе.
– Как видишь, нет, – я с пакостливой ухмылкой развела руками. Криос понял мою задумку и прищурился, намекая на последствия. Однако я храбрый безопасник. – Главный дознаватель совершенно свободен. Об этом он заявил, когда пытался отцепить от себя девицу, назвавшуюся его невестой. Увы, имя отважной девушки я не запомнила, но газеты ситуацию две недели мусолили. Припомнили всех пассий Главного дознавателя.
– Какие пассии? – мужчина закатил глаза, разглядывая фреску на потолке, изображающую сцену из канонического писания: маг льда усмиряет бушующее море.
Больше всего мне нравился парящий некто в голубой простыне, небрежно наброшенной на тело. Писание я читала один раз, и тут же его забыла, потому что серьезно относиться к видению магов в древности было невозможно без хохота.
– Нет у меня никаких пассий, – не дождавшись реплики от меня, продолжил возмущаться Главный дознаватель. – Работа есть. Дар некроманта есть. А вот жены пока нет.
Зря это он. Девочки так усиленно затрепетали ресницами, что я почувствовала легкий сквознячок. Даже в мантию завернуться захотелось.
– А у вас, преподаватель Инда? – наглый голос определенно принадлежал руководителю галерки. Остальные если и вели себя вызывающе, но все же вперед предводителя не лезли.
Ну-ну, мальчик. Думаешь смутить почти взрослую тетку дешевыми приемами? Неужели мы тоже так жалко выглядели на первом курсе, когда пытались казаться самоуверенными?
– Преподаватель Глетчер, – ровным тоном поправила я. – И нет. Жены у меня нет. И быть не может. Физиологией не заложено подобного.
Студенты захихикали. Мне совсем не хочется при всех признаваться в своем одиночестве, поэтому лучше побыстрее выставить Главного дознавателя из аудитории и продолжить лекцию. Точнее начать.
– Кстати, о работе… – попробовала намекнуть я, но Криос выразительно хмыкнул, словно прочел мои мысли. И тем не менее отступать мне некуда – позади только стена с доской. – Великую Сферу уже искать не надо?
– Не переживай, – гад аж пропел, – мою люди активно работают в этом направлении. А я только жду результата. Хороший руководитель умеет так распределить работу, чтобы самому бегать не пришлось. Ну ты и сама об этом в курсе. Уже не первый раз работаем вместе.
Я бы это не назвала совместной работой. Чаще всего мы пересекаемся, когда необходимо доставить преступника-мага на суд или, наоборот, проводить на постоянное место жительство в милый домик с небольшими комнатами и решетками.
Я сделала себе пометку в уме, не забыть подсказать студентам, где можно найти все эти доклады. В библиотеке в одном стеллаже есть полка, вытащив которую, найдешь тайник. Там все образцы сочинений на эти темы лежат, написанные еще лет тридцать назад. Нужно просто своими словами переиначить, и все.
Как-то я себя некомфортно чувствую в роли преподавателя. С одной стороны, мне полагается быть строгой, с другой – хочется помогать студентам с выживанием в Боевой Академии.
– Простите, – на нас тараном шла Линдара, – Главный дознаватель, не могли бы вы вернуть Инду? Очень надо.
– Мне самому она нужна, – полушутя признался Криос. – А что случилось?
– Лекция случилась у первого курса, а аспирант, который ее должен был читать, у лекарей. Его конфеткой угостили. Теперь у парня по всему телу сыпь. Зеленая. Заменить некем, поскольку по плану Инда и должна была вести эту лекцию.
– Эх, – грустно вздохнул Криос. – Ну что поделаешь? Нельзя же детишек без знаний оставлять. Забирайте. От сердца отрываю. Не скучай, Инда.
– Не буду, – серьезно пообещала я.
– И правильно, – пакостливо улыбнулся мужчина в ответ. – Скоро увидимся.
Прода от 03 апреля
ГЛАВА 4
Я испуганно смотрела на замерших за партами студентов. Те не менее настороженно таращились в ответ. Но были и индивиды на последнем ряду. Они-то как раз нахально разглядывали меня, уделяя особенное внимание разрезу на юбке. Я так и не решила, что хуже, первогодки или студенты пятого курса. Если последние нахальные из-за запаха скорой свободы, то на первом году обучения всегда найдутся те, кто захочет утвердиться за счет или одногруппников, или преподавателей.
Судорожная попытка вспомнить материал, который я быстро просмотрела за две минуты до начала занятий, доказала, что штиль в голове наступает не только во время экзаменов.
– Для начала давайте познакомимся, – я мужественно поборола страх и проглотила ком в горле. Голос даже не дрогнул. Почти. – Я временно замещаю профессора Тройминга. Обращаться ко мне можете безопасник Глетчер… то есть преподаватель Глетчер.
– Не профессор? – дотошно спросил парень на первой парте, поправив круглые очки. – А у вас есть подходящая квалификация, чтобы обучать?
Точно. Вот почему я не люблю студентов. Вспомнила. И почему я выбрала служить в отделе безопасности – там не бывает умников. К нам в основном идут сильные, но не самые образованные ребята. Хоть и с дипломами, но знаниями к месту и без не козыряют.
– Вполне, – сухо бросила я. – Если не устраиваю вас как преподаватель, можешь встать и выйти. За барьер. Странно, вроде учеба уже началась, а вы еще не поняли, что здесь несколько иные порядки, чем у вас дома. Не вы нужны Боевой Академии, академия нужна вам. И если тебя, – я с ласковой усмешкой посмотрела на очкарика, – не побьют здесь до выпуска, то это сделает начальство сразу после. Умников никто не любит, но ценят умных людей. Объяснять разницу не нужно?
– А какая у вас ступень? – подняла руку девочка со среднего ряда. Староста группы, точно говорю. Таких людей всегда можно узнать. Их прямо распирает от ответственности и гордости за назначение.
– Четвертая, – спокойно сказала я, и студенты одобрительно зашумели.
Все, кроме очкарика.
– Подумаешь, четвертая, – фыркнул он. – А у моего отца пятая!
– А фамилия у твоего отца есть? – я наклонила голову к плечу. – Или это имя нарицательное?
Вопрос задала я не просто так. В действительности магов пятой ступени немного. Надо же мне знать ,чьего сынка я буду активно любить целый месяц.
– Дриол Хильнирел, – гордо произнес студент, еще не понимая, какой глубины яму он себе вырыл. Пускай радуется, что экзамен принимать точно не мне.
И тут я поймала себя на мысли, что понимаю профессоров, которые отводят душу на экзаменах. Я преподаю буквально пару минут, а уже хочу завалить этого умника и оправить его на пересдачу. Раз десять.
Все-таки плохая была идея Руфуса заткнуть дыру в расписании мной. Нет у меня должной степени любви к деткам. И снисхождения тоже нет.
– Он работает в счетной палате? И как часто ему приходиться применять «Ледяной шторм»? Или «Ярость льда»? Вообще, он боевую магию хоть когда-то использует?
Умник оказался упертым и недовольно сверкнул на меня стеклами очков:
– Сила – это не все.
– Мы о ступенях говорим, – неодобрительно покачала я головой. – А они есть уровень силы мага. Вы все должны были при поступлении замеряться Великой Сферой. Сколько из вас оказались определены выше среднего значения, то есть третьей ступенью? – Скромные три поднятые руки порадовали меня. – У кого четвертая? – студенты переглянулись, но никто больше руку не тянул. Я не хотела злорадствовать, но очкарик сидел нахохлившись. Видимо, или вторая, или вообще первая. – Не расстраивайтесь. Ступень может развиваться. У меня при поступлении тоже была третья.
Так-то у меня вышли пограничные значения между третьей и четвертой. Но раз я была девочкой, показатель решили чуть занизить. Причем узнала я об этом случайно, когда на тренировке ради забавы создала «Воронку холода», а она раскидала всех студентов, а преподаватель медленно стекал в этот момент по стеночке, потому что первым словил удар. Оказывается, мой отец лично просил занизить мой показатель. Мол, такая воспитательная мера, чтобы я в группе нос не задирала. Тяжело быть дочерью, когда всей семьей хотели мальчика. Меня даже мама в детстве чаще в костюмчики наряжала, чем в платья.
– А что это за заклинания вы назвали? – хрустя то ли зубами, то ли конфеткой спросил парень, до этого любовавшийся пейзажем из окна.
– По своей сути, они бесполезные, – я с деловым видом заложила руки за спину и прошлась вдоль огромной доски. – Оба они предназначены для воины. Шторм замораживает до десяти кораблей. Правда, его использование лишает мага возможности применять силу надолго. Если вообще не сожжет каналы. Ярость же промораживает человека до костей, буквально делая его мертвой ледяной статуей. Это два заклинания, которые могут использовать маги пятой ступени, в отличие от четвертой.
Детки задумались. На самом деле, большой разрыв в силе между третьей и четвертой. А все остальные – смазанные.
Рука старосты снова взметнулась над головами:
– А правда, что огневики сильнее нас? Мы вот с ними вчера из-за этого поссорились.
– Неправда, – улыбнулась я. Действительно, в Боевой Академии ничего не меняется. – Мы с магами огня равны. Наш лед это же не тот, что образуется с холодами на лужах. У него прочность несколько другая. Топить его огнем можно долго. А если кинуть ледяные оковы, то как будет использовать силу маг, неспособный двигать руками? Это я к примеру. Просто стихия накладывает отпечаток на носителя. Огонь – он яркий, яростный, нетерпимый. Мы же куда спокойнее.
Тут уже оживает галерка. Один из студентов, вальяжно развалившийся на сиденье, с ленцой бросил:
– Ну я же говорил, что мы сильнее красномантийных.
– И это не так, – я снисходительно осмотрела задумчивые моськи. – Мы с магами огня на одном уровне… в конце списка.
– Как это? – аж подпрыгнул очкарик.
– А вот так, – развела я руками. – Вы знаете, как измеряется силы мага? За сколько заклинаний он может убить человека. Лекарям вообще ничего не надо делать. Стоишь себе, не спасаешь никого, и все. Шутка, конечно. Их щиты самые стойкие. Один лекарь может держать под защитой до десяти человек в течение суток. Вы скорее устроите себе магическое выгорание, чем пробьете его. Еще лекари могут не только лечить, но и убивать. Правда, лишь в крайнем случае. А вот на вершине у нас…
– Некроманты! – гордо объявил сам Криос Винтер, распахивая дверь в аудиторию.
– Некроманты, – подтвердила я. – Главный дознаватель ошибся направлением? Вас ждут в зале совещаний.
– Я там уже был, – отмахнулся Криос, заходя в аудиторию. – И там скучно. Ведь безопасник Глетчер здесь, а не в зале совещаний.
Девочки ахнули и сразу зашуршали одеждой, оправляясь. Несколько студенток нырнули под парты, чтобы по-быстрому нанести макияж.
– Преподаватель Глетчер, – поправила я. – Кто сейчас накрасится, пойдет убирать туалеты. И не надо на меня так злостно смотреть, таковы правила академии. Вы же их читали?
– Ну зачем же так жестоко, – показушно покачал головой Главный дознаватель, устраиваясь за столом, где должна сидеть я вообще-то. – Туалеты. С них и уборки в коридорах хватит. – И тихо добавил, чтобы слышно было только мне: – Не надо так открыто ревновать.
– Таковы правила Боевой Академии, – повторила я, игнорируя провокацию. – И вы в роли временного ректора не можете их изменить. Но вернемся к некромантам, – я указала на Криоса. И как он замертво не упал от обильной стрельбы глазами студенток. – Они самые опасные противники, потому что им нужна всего капля магии, чтобы послать в бой вместо себя… вашего только что убитого товарища. И им подвластен не один контроль над умершими. У них весьма приличный арсенал боевых заклинаний, правда, пользоваться они ими не очень любят.
Главный дознаватель с деловым видом кивал в такт моим словам, но стоило мне замолчать, как он охотно добавил:
– Ленивые мы просто. А самый опасный противник именно ленивый. Он вас постарается убрать с одного удара, чтобы пойти дальше лениться.
– То есть некроманты самые сильные маги? – нахмурившись, уточнил очкарик.
– Шестая ступень, – я указала ладонью на довольного Криоса. – Только у них она есть.
– Да-да, – Главный дознаватель лучился, как начищенная монета на солнце, – расскажи побольше о том, какие мы замечательные, Инда. Я-то видел тему твоей итоговой работы на четвертом курсе.
Он еще и мои работы во времена учебы читал? Вот это человек подготовился к мести за поцелуй. Такой серьезный подход требует не менее серьезного ответа. Правда, я пока не придумала, какого именно.
– Здесь маги льда, – с тонкой улыбкой намекнула я. – Возможно, Главному дознавателю нужно проследовать в крыло, где обучаются некроманты? Юным умам полезно будет послушать лекцию от столь выдающегося человека.
– Больше лести, – пропел Криос. – Мне необходимо больше лести.
Девочка с первой парты тихонько пискнула:
– Вы очень красивый.
Я вздохнула и укоризненно посмотрела на временно исполняющего обязанности ректора. Тот лишь широко улыбнулся в ответ.
– Он просто пошутил, – внесла ясность для студентов. – Давайте все же вернемся к теме лекции: «Классификация заклинаний».
– А давайте лучше о вас еще поговорим, – раздался нахальный голос с заднего ряда. – Это правда, что вы накрыли щитом взрыв?
– Не то чтобы взрыв… – я поспешно отвела взгляд в сторону. Не очень правильно учить первокурсников быть героями.
От ответа меня спасло ехидство Главного дознавателя. Хоть раз оно было к месту.
– Детишки, – протянул он сладким голосом, – посмотрите на безопас… тьфу ты, на преподавателя Глетчер, и никогда так не делайте, если ваша ступень ниже четвертой. Тройка бы навсегда лишилась магии. И ведь можно было не геройствовать. Подумаешь, губернатор немножко подкоптился бы.
– Вот о нем я думала в последнюю очередь, – привычно огрызнулась я. Все-таки у Криоса Винтера определенно талант будить в людях худшее. – Людей спасать надо было.
– Да я не об этом, – отмахнулся Криос. – По одному геройствовать не стоит. Вот что тебе мешало прогуливаться в толпе рядом с Ларкусом? Если бы щит держали двое, до выжженных каналов дело бы не дошло.
– А почему именно с ним? – заинтересовалась я.
На лекции все равно можно поставить крест. Девочки меня слушать уж точно не станут – Главный дознаватель забрал все их внимание. Парням вообще до нудного перечисления заклинаний никакого дела нет. Расстроится разве что один очкарик.
– Пусть он не самый сильный маг в твоем отряде, зато счастливо женат, и имеет двух детей, – Криос скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. – А то понабрала в отряд холостых мальчиков.
Прода от 06 апреля
– Ничего подобного, – я отзеркалила его позу. – Кого начальство дало, с теми и работаю.
– Надо пообщаться с твоим начальством, – задумчиво протянул Криос. – В общем, детишки, не надо в одиночку бросаться грудью на защиту граждан. Будь Инда слабее, и людей бы не спасла, и сама погибла.
Вот зря он сказал про грудь. Мужской контингент аудитории сразу нашел глазами упомянутую анатомическую женскую особенность, подчеркнутую мягкой тканью блузки.
– А давайте вернемся к классификации заклинаний, – предложила я, не особо на что-то надеясь.
Очкарик моментально взял стержень для письма и приготовился внимать. Только к его разочарованию, самая красивая девочка в группе, накрутив на палец локон и кокетливо стреляя глазками, спросила нежным голосом:
– А вы женаты?
Главный дознаватель насмешливо вскинул брови:
– Молодежь у нас новости не читает? Я же через выпуск мелькаю на страницах. Кажется, о моей личной жизни даже бродячие кошки в курсе.
– Как видишь, нет, – я с пакостливой ухмылкой развела руками. Криос понял мою задумку и прищурился, намекая на последствия. Однако я храбрый безопасник. – Главный дознаватель совершенно свободен. Об этом он заявил, когда пытался отцепить от себя девицу, назвавшуюся его невестой. Увы, имя отважной девушки я не запомнила, но газеты ситуацию две недели мусолили. Припомнили всех пассий Главного дознавателя.
– Какие пассии? – мужчина закатил глаза, разглядывая фреску на потолке, изображающую сцену из канонического писания: маг льда усмиряет бушующее море.
Больше всего мне нравился парящий некто в голубой простыне, небрежно наброшенной на тело. Писание я читала один раз, и тут же его забыла, потому что серьезно относиться к видению магов в древности было невозможно без хохота.
– Нет у меня никаких пассий, – не дождавшись реплики от меня, продолжил возмущаться Главный дознаватель. – Работа есть. Дар некроманта есть. А вот жены пока нет.
Зря это он. Девочки так усиленно затрепетали ресницами, что я почувствовала легкий сквознячок. Даже в мантию завернуться захотелось.
– А у вас, преподаватель Инда? – наглый голос определенно принадлежал руководителю галерки. Остальные если и вели себя вызывающе, но все же вперед предводителя не лезли.
Ну-ну, мальчик. Думаешь смутить почти взрослую тетку дешевыми приемами? Неужели мы тоже так жалко выглядели на первом курсе, когда пытались казаться самоуверенными?
– Преподаватель Глетчер, – ровным тоном поправила я. – И нет. Жены у меня нет. И быть не может. Физиологией не заложено подобного.
Студенты захихикали. Мне совсем не хочется при всех признаваться в своем одиночестве, поэтому лучше побыстрее выставить Главного дознавателя из аудитории и продолжить лекцию. Точнее начать.
– Кстати, о работе… – попробовала намекнуть я, но Криос выразительно хмыкнул, словно прочел мои мысли. И тем не менее отступать мне некуда – позади только стена с доской. – Великую Сферу уже искать не надо?
– Не переживай, – гад аж пропел, – мою люди активно работают в этом направлении. А я только жду результата. Хороший руководитель умеет так распределить работу, чтобы самому бегать не пришлось. Ну ты и сама об этом в курсе. Уже не первый раз работаем вместе.
Я бы это не назвала совместной работой. Чаще всего мы пересекаемся, когда необходимо доставить преступника-мага на суд или, наоборот, проводить на постоянное место жительство в милый домик с небольшими комнатами и решетками.
