Сержо был высок — метр восемьдесят четыре, с фигурой атлета, облачённой в безупречный классический костюм. Его тёмно-каштановые волосы были идеально уложены, а золотистые глаза истинного оборотня сверлили её насквозь. Голос был жёстким, но с бархатистыми нотами, которые ласкали слух.
Натали так задумалась об этом, что не заметила край дивана. Она споткнулась и едва не рухнула вперёд. Быстро выпрямившись, она замахала руками:
— Не переживайте, всё хорошо! Всё в порядке!
Аморон фыркнул, а Генри рассмеялся вполголоса. Сержо же не проронил ни звука, лишь продолжил внимательно наблюдать за ней своими пронзительными золотистыми глазами.
— Какими судьбами, Натали? — спросил Аморон, с интересом наблюдая за её неуклюжим прибытием.
— Я? Сестру думаю сосватать за Генри. Отличный парень. Будет как за каменной стеной, — беззаботно улыбаясь, ответила Натали, опускаясь в кресло.
— Вы милая девушка, Натали, но вам надо меньше общаться с Деймоном, — покачал головой Аморон.
— Ооо, это я уже слышу не первый раз, — рассмеялась она.
— Может, пора задуматься? — вступил в разговор Генри, занимая место рядом с ней.
— Не сегодня, наверное, — ехидно парировала Натали.
Сержо всё это время молча наблюдал за ней, его золотистые глаза, казалось, сканировали каждый её жест и каждую улыбку.
— Я дико извиняюсь, а вы «Сумерки» не смотрели? — лукаво улыбнулась Натали, обращаясь прямо к нему.
Его взгляд мгновенно сменился с изучающего на ледяной. Он буквально пронзил её этим жёстким взглядом, а затем, с лёгким презрением, демонстративно отвёл глаза, давая понять, что подобные шутки недостойны не только ответа, но и его внимания.
— Натали, не надо, — сказал Генри, слегка приподняв бровь.
— Не, я перва… — начала Натали, но не успела закончить.
— Мы закончили, — решительно прервал её Генри, и в его тоне прозвучала сталь, не оставляющая места для возражений.
Натали скривила гримасу, но промолчала.
— Ладно, Генри, договорим в другой раз. Нам уже пора. До свидания, Натали, — вежливо сказал Аморон и направился к выходу.
Сержо молча подошёл к Генри, протянул руку для рукопожатия. Тот ответил крепким, деловым пожатием. Проходя мимо Натали, Сержо на мгновение остановился, ещё раз пристально окинул её своим пронзительным взглядом и, не сказав ни слова, скрылся за дверью.
— Как жуткий тип... Но симпатичный. И голос какой, — сказала Натали, слегка поежившись, будто от озноба.
— Натали, — устало вздохнул Генри, смотря на неё так, будто она — непослушный ребёнок. — А тебе все странные психи нравятся.
— Не понимаю, о чём ты, — недовольно фыркнула Натали, отводя взгляд.
— Не важно, зачем пришла? — Генри скрестил руки на груди.
— Да интересно стало, может, ты что-нибудь про Масимо знаешь? — будто невзначай спросила Натали.
— Он новая глава ковена ведьм. — Генри пожал плечами.
— И всё? — не отступала Натали.
— Задай вопрос? Или что, ты хочешь услышать всю анкету про него, где родился? Какие цветы предпочитает? — непонимающе сказал Генри.
— Розы он любит, — тихо пробормотала Натали.
— Чего?! — Генри удивлённо поднял бровь.
— Забудь, ничего, — отмахнулась Натали.
— Натали, хватит воду мутить. Говори как есть. Вы и так по уши завязли в интригах и проблемах. Успокойтесь и сидите ровно, — строго сказал Генри.
— Аааа, поняла, чем ты моей сестре не нравишься. Ведёшь себя как воспиталка: всё должно быть как ты сказал, а тут дети разбежались, — передразнила его Натали.
— А я думал, с Мари сложно общаться, — чуть слышно пробормотал Генри, отводя взгляд.
— Это ты ещё с Елэйн тесно не общался! — громко рассмеялась Натали.
— Повезло, рукой отвело как-то, — ухмыльнулся Генри.
— Если ты переживаешь, что я как-то вам могу навредить — ты ошибаешься. Я как глупый мальчишка трясусь возле твоей сестры, она мне очень сильно в душу запала, — сказал Генри, глядя куда-то в даль.
Натали внимательно смотрела на него, одновременно с помощью эмпатических способностей считывая его чувства. Он говорил очень искренне, и при упоминании Мари его сердце екнуло. (Натали на мгновение задумалась: «Может, он её любит? Да нет, чушь какая-то...»)
— Ладно, раз ты всё равно ничего не хочешь говорить, я пожалуй пойду. Хорошего вечера. И не злись ты на Мари. Она где-то в глубине души сожалеет. И вообще мы не виноваты — нас самих за шкирку во всё это втянули, — сказала Натали.
— Напомнить, кто? — недовольно, но с легкой улыбкой спросил Генри.
— Хорошего вечера! — сказала Натали и направилась к выходу.
Натали вышла от Генри и резко остановилась. Облокотившись на чёрный внедорожник, стоял Сержо. Он курил, и в полумраке улицы тлеющий кончик сигареты выделялся, как красный глаз. Натали нервно ухмыльнулась и сделала вид, что проходит мимо.
Почти мимо. Едва она поравнялась с машиной, послышался его спокойный, не терпящий возражений голос:
— Натали. Садитесь в машину.
— Спасибо, но нет, — бросила она через плечо, ускоряя шаг.
Из машины резко выскочил Дилан, раздражённо хлопнув дверью.
— Ну, мы сегодня поедем или так и будем стоять? Сколько можно ждать!
Сержо ничего не ответил. Он бросил сигарету, быстрым и точным движением схватил Натали за руку выше локтя, заставив её остановиться.
— Эй! Ты совсем в себя поверил! Руки убери! — закричала она, пытаясь вырваться.
Сержо молчал. Он просто пристально смотрел на неё своими золотистыми глазами — холодный, неумолимый взгляд коллекционера, рассматривающего сопротивляющегося мотылька в банке.
Из машины вышел Су Хёк, его лицо выражало глубочайшее утомление.
— Натали, успокойся и сядь в машину.
— Ну уууж нет! Теперь точно нет! — ещё сильнее запротестовала она, отчаянно дёргая рукой, но хватка Сержо была железной.
На крыльцо вышел Генри, привлечённый шумом.
— Что за крики?
— Помоги! Эти полоумные пытаются меня похитить! — почти взвыла Натали, указывая свободной рукой на троих мужчин.
Су Хёк устало закатил глаза, его терпение, казалось, подошло к концу.
— Да кому ты нужна? Успокойся уже. Тебя не похищают. С тобой пытаются поговорить. Но, видимо, и это для тебя слишком сложная задача.
— Парни, я вам предлагаю в другой раз. И подальше от моего дома, а то вы и вправду выглядите как маньяки-похитители, — зевая, сказал Генри.
— Генри, прости за беспокойство, — сказал Су Хёк.
— Руку убери, идиот! — крикнула Натали.
К ним приближалась чёрная спортивная машина, ревя мотором.
— Вот черт, её здесь ещё не хватало, — выругался Генри.
Из машины быстрым шагом вышли Мари и Елэйн.
— Руки убери от моей сестры, псина! — Мари ударила по Сержо огненным шаром, от чего он отлетел, отпустив Натали.
— Доигрались? — сказал Генри, улыбаясь.
Елэйн подошла ближе к Натали. Она была в такой ярости, что её глаза засверкали фиолетовым оттенком.
— Ещё раз приблизитесь к ней, и мы вам устроим тёплый приём.
— Ого, полегче, а то меня это заводит, — с ехидством сказал Дилан.
Сержо встал, отряхнулся и молча пошёл к машине.
— Он робот, мать твою! — закричала Натали.
— Но симпатичный, — ухмыльнулась Мари, готовая нанести новый удар.
Генри непонимающе поднял бровь, глядя на эту сюрреалистичную сцену.
— Су Хек, — покрутил пальцем у виска с недовольным лицом Генри.
Генри кивнул в ответ.
— Чего тебе надо от Натали? — бросила Мари, вставая в защитную стойку.
— Девушка, пожар, успокойся. Мы просто хотели поговорить и отвезти домой, не более, — сказал Дилан, поднимая руки в умиротворяющем жесте.
— Знакомая морда, — проворчала Елэйн, прищурившись.
— Это же лже-Су Хек! — воскликнула Мари.
Су Хек непонимающе посмотрел на неё.
— Ой, дорогой друг, долго рассказывать, — рассмеялся Дилан. — Что-то я не наблюдаю вашего друга-охотника?
— Мы уезжаем! — резко объявила Мари.
Девушки втроём направились к машине.
— Очень жаль, я думал, угощу вас ужином. Чимшину привет! — лукаво крикнул им вслед Дилан.
Елэйн повернула голову и пристально посмотрела на него.
— Ну всё, кто-то на зелья пойдёт, — усмехнулся Генри.
— Ага, а он был моим другом, — кивнул Су Хек с лёгкой горечью.
— Так бывает, дорогой друг, — сказал, улыбаясь, Генри.
Су Хек ответил ему кривой ухмылкой.
В этот момент Елэйн метнула в Дилана склянку с зельем. Он ловко поймал её.
— Поймал! Не вышло, дорогуша!
— Так и было задумано! Идиот! — с этими словами Елэйн нанесла ему удар фиолетовой волной энергии.
Дилан отлетел в сторону, врезавшись в бок машины.
Генри и Су Хек одобрительно закивали.
Сержо стоял неподвижно, спокойно закуривая сигарету, будто ничего не происходило.
Елэйн отряхнула руки с видом выполненной работы и поспешила в машину. Как только она села, они с ревом уехали, оставив позади группу мужчин и лёгкий запах серы и магии.
Величественный зал Валькоры гудел, как растревоженный улей. Полукруглое помещение с высокими сводами было забито до отказа, каждое место занято представителями разных кланов и фракций. В центре, на возвышении, стояли четыре массивных трона, на которых восседали главы родов — верховные судьи.
На стороне обвинения, если её так можно было назвать, сидел Артур. Он мрачно скрестил руки на груди, его поза выражала откровенное раздражение и глухую защиту. Адвоката рядом с ним не было — в этом и не было нужды, ведь его судили не по обычным законам, а по воле самих глав Валькоры, которые одновременно были и обвинителями, и судьями.
Воздух был плотным от напряжения и приглушённых перешёптываний. Собравшиеся в зале жаждали зрелища — падения одного из сильнейших. Артур же, казалось, излучал ледяное спокойствие, но по напряжённой линии его плеч и сжатым кулакам было ясно: эта игра ему глубоко противна.
На возвышении стояли четыре массивных трона.
На одном из них восседал Масимо. Его поза была расслабленной, а на губах играла лукавая улыбка. Он с явным удовольствием выжидал момента, когда сможет начать, и его пристальный взгляд не отрывался от Артура.
Позади Артура, на скамьях, заняли места его немногочисленные союзники. Деймон и Алек, чьи напряжённые позы выдавали готовность в любой момент вступиться. Чуть дальше сидели Натали, Мари и Елэйн. Рядом с Елэйн, уже почти оправившийся после ран, устроился Чимшин.
На тронах напротив расположились остальные главы. Аморон, возглавлявший оборотней, сидел, слегка склонив голову. Ему явно не нравилось происходящее, он всегда хорошо относился к Артуру. Лукас, лидер вампиров, напротив, сидел идеально ровно, как натянутая струна. А во главе демонов восседала Эмилия — демонесса с настороженным выражением лица.
Неподалёку от тронов расположились Дилан с едкой ухмылкой и Сержо, чьё сосредоточенное лицо ничего не выдавало.
Когда тяжёлые двери суда с гулким стуком закрылись, возвещая начало процесса, с трона поднялся Масимо. С его лица исчезла всякая улыбка, сменясь маской ледяной серьёзности.
— Перед тем как мы начнём, я предоставлю слово главе демонов, Эмилии.
— Эмилия, вы хотели нам что-то сказать? — его голос прозвучал напористо и не оставлял места для возражений.
Эмилия, казалось, пыталась сдержать самообладание. Она нерешительно перевела взгляд на Лукаса, затем на Масимо. Оба пристально смотрели на неё, словно хищники, ожидающие слабости.
— Я ухожу со своего поста, — наконец выдохнула она, разводя руками. — По своей воле. И преемником на моё место я оставляю Дилана Вана.
Артур непонимающе приподнял бровь. Эта новость явно не входила ни в один из его расчётов.
Дилан резко подскочил с места и направился к тронам.
— Какая неожиданность… и какая честь! Спасибо, Эмилия. До свидания, Эмилия, — он слащаво улыбнулся и театральным жестом указал на выход.
Эмилия, проходя мимо Артура, чуть склонила голову. Жест, полный невысказанного смысла.
— Что за… — начала Мари, но слова застряли у неё в горле.
— Согласен, — ошеломлённо произнёс Деймон.
— Мне это категорически не нравится, — мрачно проворчал Алек.
Дилан тем временем с видом хозяина устроился на троне главы демонов.
И тут случилось немыслимое. В мгновение ока Сержо метнулся к Аморону и вырвал ему сердцу. Зал застыл в шоковом оцепенении. Сержо небрежно бросил ещё пульсирующий сердце на пол.
Артур дёрнулся с места, будто его ударили током. Воцарилась гробовая тишина, которую пронзил спокойный, громкий голос Масимо:
— Прошу соблюдать тишину! По законам Валькоры и по уставам оборотней, тот, кто осмелится и сумеет убить своего главу, сам занимает его место.
— Какая же ты мразь! — громко, нарушая тишину, крикнул Артур.
Зал взорвался шепотом и возгласами.
— Тишина в зале! — властно оборвал их Масимо. — Власть сменилась! Если у кого-то есть возражения, можете высказать их нам лично!
— Ушлёпок, — с презрением бросил Деймон.
Словно по команде, все головы повернулись в его сторону. Он удивлённо огляделся, не ожидая, что его реплика будет так отчётливо слышна в наступившей тишине.
Алек с раздражением потер лицо ладонью.
— Если больше никто не желает высказаться, мы начинаем суд, — объявил Масимо и занял своё место на троне.
Все четверо на возвышении сидели теперь неподвижно, словно идеальные, бездушные статуи, взирая на зал, в котором только что была перечеркнута старая и установлена новая, кровавая реальность.
— Итак, начнём заседание, — раздался властный голос Масимо, разрезая гнетущую тишину зала. — Дело № 74-Б. Обвиняемый — Артур Пендрагон. Вам предъявлено обвинение в нарушении Кодекса Валькоры, статей 7 и 12. Признаёте ли вы свою вину?
Артур медленно поднялся. Его поза была расслабленной, одна рука небрежно лежала на столе, другой он поправил манжет. Взгляд, скользнувший по лицам судей, выражал отстранённое равнодушие, будто всё происходящее — не более чем досадная формальность, не стоящая его нервов.
— Вину не признаю, — его голос прозвучал ровно, почти лениво. — Эти обвинения — скучная попытка политических игр. Я удивлён, что вы тратите на это время.
Масимо сузил глаза, раздражённый такой реакцией.
— У нас есть свидетели и доказательства вашего участия в запрещённых ритуалах.
Артур слегка наклонил голову, на его губах играла едва заметная усмешка.
— Разумеется, есть. В вашем положении было бы глупо не подкрепить спектакль вещественными доказательствами.
Лукас пристально смотрел на Артура. Дилан злорадно ухмылялся, наблюдая за происходящим. Сержо же, не двигаясь, внимательно изучал Артура, словно пытался разгадать причину его неестественного спокойствия.
Артур же, вновь опустившись на своё место, уставился в окно, словно за ним разворачивалось нечто куда более интересное, чем его собственный суд.
— Артур, вы хотите сказать, вы не причастны к смерти Силин? И между вами ничего не было? — коварно спросил Масимо.
Из дальнего угла зала донёсся приглушённый звук, будто кого-то вот-вот стошнит. Все поняли, что это Елэйн.
Артур закатил глаза. Ему даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это.
— Василёк, успокойся, это неприлично, — сказал Дин, неожиданно появившись рядом с Мари.
— О господи! Откуда ты взялся? — испуганно вздрогнула Мари.
— Не надо так пугаться. Меня легко не заметить, но я согласен — меня легко и перепутать, — лукаво ухмыльнулся Дин.
— Оооо, брат мой, и ты здесь! — улыбнулся Деймон.
— Да, любовь моя, я здесь, не переживай, — ухмыльнулся Дин в ответ.
— Что я интересного пропустил? Артура уже приговорили? — Дин окинул взглядом зал с видом человека, опоздавшего на самый интересный момент спектакля.
Натали так задумалась об этом, что не заметила край дивана. Она споткнулась и едва не рухнула вперёд. Быстро выпрямившись, она замахала руками:
— Не переживайте, всё хорошо! Всё в порядке!
Аморон фыркнул, а Генри рассмеялся вполголоса. Сержо же не проронил ни звука, лишь продолжил внимательно наблюдать за ней своими пронзительными золотистыми глазами.
— Какими судьбами, Натали? — спросил Аморон, с интересом наблюдая за её неуклюжим прибытием.
— Я? Сестру думаю сосватать за Генри. Отличный парень. Будет как за каменной стеной, — беззаботно улыбаясь, ответила Натали, опускаясь в кресло.
— Вы милая девушка, Натали, но вам надо меньше общаться с Деймоном, — покачал головой Аморон.
— Ооо, это я уже слышу не первый раз, — рассмеялась она.
— Может, пора задуматься? — вступил в разговор Генри, занимая место рядом с ней.
— Не сегодня, наверное, — ехидно парировала Натали.
Сержо всё это время молча наблюдал за ней, его золотистые глаза, казалось, сканировали каждый её жест и каждую улыбку.
— Я дико извиняюсь, а вы «Сумерки» не смотрели? — лукаво улыбнулась Натали, обращаясь прямо к нему.
Его взгляд мгновенно сменился с изучающего на ледяной. Он буквально пронзил её этим жёстким взглядом, а затем, с лёгким презрением, демонстративно отвёл глаза, давая понять, что подобные шутки недостойны не только ответа, но и его внимания.
— Натали, не надо, — сказал Генри, слегка приподняв бровь.
— Не, я перва… — начала Натали, но не успела закончить.
— Мы закончили, — решительно прервал её Генри, и в его тоне прозвучала сталь, не оставляющая места для возражений.
Натали скривила гримасу, но промолчала.
— Ладно, Генри, договорим в другой раз. Нам уже пора. До свидания, Натали, — вежливо сказал Аморон и направился к выходу.
Сержо молча подошёл к Генри, протянул руку для рукопожатия. Тот ответил крепким, деловым пожатием. Проходя мимо Натали, Сержо на мгновение остановился, ещё раз пристально окинул её своим пронзительным взглядом и, не сказав ни слова, скрылся за дверью.
— Как жуткий тип... Но симпатичный. И голос какой, — сказала Натали, слегка поежившись, будто от озноба.
— Натали, — устало вздохнул Генри, смотря на неё так, будто она — непослушный ребёнок. — А тебе все странные психи нравятся.
— Не понимаю, о чём ты, — недовольно фыркнула Натали, отводя взгляд.
— Не важно, зачем пришла? — Генри скрестил руки на груди.
— Да интересно стало, может, ты что-нибудь про Масимо знаешь? — будто невзначай спросила Натали.
— Он новая глава ковена ведьм. — Генри пожал плечами.
— И всё? — не отступала Натали.
— Задай вопрос? Или что, ты хочешь услышать всю анкету про него, где родился? Какие цветы предпочитает? — непонимающе сказал Генри.
— Розы он любит, — тихо пробормотала Натали.
— Чего?! — Генри удивлённо поднял бровь.
— Забудь, ничего, — отмахнулась Натали.
— Натали, хватит воду мутить. Говори как есть. Вы и так по уши завязли в интригах и проблемах. Успокойтесь и сидите ровно, — строго сказал Генри.
— Аааа, поняла, чем ты моей сестре не нравишься. Ведёшь себя как воспиталка: всё должно быть как ты сказал, а тут дети разбежались, — передразнила его Натали.
— А я думал, с Мари сложно общаться, — чуть слышно пробормотал Генри, отводя взгляд.
— Это ты ещё с Елэйн тесно не общался! — громко рассмеялась Натали.
— Повезло, рукой отвело как-то, — ухмыльнулся Генри.
— Если ты переживаешь, что я как-то вам могу навредить — ты ошибаешься. Я как глупый мальчишка трясусь возле твоей сестры, она мне очень сильно в душу запала, — сказал Генри, глядя куда-то в даль.
Натали внимательно смотрела на него, одновременно с помощью эмпатических способностей считывая его чувства. Он говорил очень искренне, и при упоминании Мари его сердце екнуло. (Натали на мгновение задумалась: «Может, он её любит? Да нет, чушь какая-то...»)
— Ладно, раз ты всё равно ничего не хочешь говорить, я пожалуй пойду. Хорошего вечера. И не злись ты на Мари. Она где-то в глубине души сожалеет. И вообще мы не виноваты — нас самих за шкирку во всё это втянули, — сказала Натали.
— Напомнить, кто? — недовольно, но с легкой улыбкой спросил Генри.
— Хорошего вечера! — сказала Натали и направилась к выходу.
Натали вышла от Генри и резко остановилась. Облокотившись на чёрный внедорожник, стоял Сержо. Он курил, и в полумраке улицы тлеющий кончик сигареты выделялся, как красный глаз. Натали нервно ухмыльнулась и сделала вид, что проходит мимо.
Почти мимо. Едва она поравнялась с машиной, послышался его спокойный, не терпящий возражений голос:
— Натали. Садитесь в машину.
— Спасибо, но нет, — бросила она через плечо, ускоряя шаг.
Из машины резко выскочил Дилан, раздражённо хлопнув дверью.
— Ну, мы сегодня поедем или так и будем стоять? Сколько можно ждать!
Сержо ничего не ответил. Он бросил сигарету, быстрым и точным движением схватил Натали за руку выше локтя, заставив её остановиться.
— Эй! Ты совсем в себя поверил! Руки убери! — закричала она, пытаясь вырваться.
Сержо молчал. Он просто пристально смотрел на неё своими золотистыми глазами — холодный, неумолимый взгляд коллекционера, рассматривающего сопротивляющегося мотылька в банке.
Из машины вышел Су Хёк, его лицо выражало глубочайшее утомление.
— Натали, успокойся и сядь в машину.
— Ну уууж нет! Теперь точно нет! — ещё сильнее запротестовала она, отчаянно дёргая рукой, но хватка Сержо была железной.
На крыльцо вышел Генри, привлечённый шумом.
— Что за крики?
— Помоги! Эти полоумные пытаются меня похитить! — почти взвыла Натали, указывая свободной рукой на троих мужчин.
Су Хёк устало закатил глаза, его терпение, казалось, подошло к концу.
— Да кому ты нужна? Успокойся уже. Тебя не похищают. С тобой пытаются поговорить. Но, видимо, и это для тебя слишком сложная задача.
— Парни, я вам предлагаю в другой раз. И подальше от моего дома, а то вы и вправду выглядите как маньяки-похитители, — зевая, сказал Генри.
— Генри, прости за беспокойство, — сказал Су Хёк.
— Руку убери, идиот! — крикнула Натали.
К ним приближалась чёрная спортивная машина, ревя мотором.
— Вот черт, её здесь ещё не хватало, — выругался Генри.
Из машины быстрым шагом вышли Мари и Елэйн.
— Руки убери от моей сестры, псина! — Мари ударила по Сержо огненным шаром, от чего он отлетел, отпустив Натали.
— Доигрались? — сказал Генри, улыбаясь.
Елэйн подошла ближе к Натали. Она была в такой ярости, что её глаза засверкали фиолетовым оттенком.
— Ещё раз приблизитесь к ней, и мы вам устроим тёплый приём.
— Ого, полегче, а то меня это заводит, — с ехидством сказал Дилан.
Сержо встал, отряхнулся и молча пошёл к машине.
— Он робот, мать твою! — закричала Натали.
— Но симпатичный, — ухмыльнулась Мари, готовая нанести новый удар.
Генри непонимающе поднял бровь, глядя на эту сюрреалистичную сцену.
— Су Хек, — покрутил пальцем у виска с недовольным лицом Генри.
Генри кивнул в ответ.
— Чего тебе надо от Натали? — бросила Мари, вставая в защитную стойку.
— Девушка, пожар, успокойся. Мы просто хотели поговорить и отвезти домой, не более, — сказал Дилан, поднимая руки в умиротворяющем жесте.
— Знакомая морда, — проворчала Елэйн, прищурившись.
— Это же лже-Су Хек! — воскликнула Мари.
Су Хек непонимающе посмотрел на неё.
— Ой, дорогой друг, долго рассказывать, — рассмеялся Дилан. — Что-то я не наблюдаю вашего друга-охотника?
— Мы уезжаем! — резко объявила Мари.
Девушки втроём направились к машине.
— Очень жаль, я думал, угощу вас ужином. Чимшину привет! — лукаво крикнул им вслед Дилан.
Елэйн повернула голову и пристально посмотрела на него.
— Ну всё, кто-то на зелья пойдёт, — усмехнулся Генри.
— Ага, а он был моим другом, — кивнул Су Хек с лёгкой горечью.
— Так бывает, дорогой друг, — сказал, улыбаясь, Генри.
Су Хек ответил ему кривой ухмылкой.
В этот момент Елэйн метнула в Дилана склянку с зельем. Он ловко поймал её.
— Поймал! Не вышло, дорогуша!
— Так и было задумано! Идиот! — с этими словами Елэйн нанесла ему удар фиолетовой волной энергии.
Дилан отлетел в сторону, врезавшись в бок машины.
Генри и Су Хек одобрительно закивали.
Сержо стоял неподвижно, спокойно закуривая сигарету, будто ничего не происходило.
Елэйн отряхнула руки с видом выполненной работы и поспешила в машину. Как только она села, они с ревом уехали, оставив позади группу мужчин и лёгкий запах серы и магии.
Глава 20. У страха глаза велики.
Величественный зал Валькоры гудел, как растревоженный улей. Полукруглое помещение с высокими сводами было забито до отказа, каждое место занято представителями разных кланов и фракций. В центре, на возвышении, стояли четыре массивных трона, на которых восседали главы родов — верховные судьи.
На стороне обвинения, если её так можно было назвать, сидел Артур. Он мрачно скрестил руки на груди, его поза выражала откровенное раздражение и глухую защиту. Адвоката рядом с ним не было — в этом и не было нужды, ведь его судили не по обычным законам, а по воле самих глав Валькоры, которые одновременно были и обвинителями, и судьями.
Воздух был плотным от напряжения и приглушённых перешёптываний. Собравшиеся в зале жаждали зрелища — падения одного из сильнейших. Артур же, казалось, излучал ледяное спокойствие, но по напряжённой линии его плеч и сжатым кулакам было ясно: эта игра ему глубоко противна.
На возвышении стояли четыре массивных трона.
На одном из них восседал Масимо. Его поза была расслабленной, а на губах играла лукавая улыбка. Он с явным удовольствием выжидал момента, когда сможет начать, и его пристальный взгляд не отрывался от Артура.
Позади Артура, на скамьях, заняли места его немногочисленные союзники. Деймон и Алек, чьи напряжённые позы выдавали готовность в любой момент вступиться. Чуть дальше сидели Натали, Мари и Елэйн. Рядом с Елэйн, уже почти оправившийся после ран, устроился Чимшин.
На тронах напротив расположились остальные главы. Аморон, возглавлявший оборотней, сидел, слегка склонив голову. Ему явно не нравилось происходящее, он всегда хорошо относился к Артуру. Лукас, лидер вампиров, напротив, сидел идеально ровно, как натянутая струна. А во главе демонов восседала Эмилия — демонесса с настороженным выражением лица.
Неподалёку от тронов расположились Дилан с едкой ухмылкой и Сержо, чьё сосредоточенное лицо ничего не выдавало.
Когда тяжёлые двери суда с гулким стуком закрылись, возвещая начало процесса, с трона поднялся Масимо. С его лица исчезла всякая улыбка, сменясь маской ледяной серьёзности.
— Перед тем как мы начнём, я предоставлю слово главе демонов, Эмилии.
— Эмилия, вы хотели нам что-то сказать? — его голос прозвучал напористо и не оставлял места для возражений.
Эмилия, казалось, пыталась сдержать самообладание. Она нерешительно перевела взгляд на Лукаса, затем на Масимо. Оба пристально смотрели на неё, словно хищники, ожидающие слабости.
— Я ухожу со своего поста, — наконец выдохнула она, разводя руками. — По своей воле. И преемником на моё место я оставляю Дилана Вана.
Артур непонимающе приподнял бровь. Эта новость явно не входила ни в один из его расчётов.
Дилан резко подскочил с места и направился к тронам.
— Какая неожиданность… и какая честь! Спасибо, Эмилия. До свидания, Эмилия, — он слащаво улыбнулся и театральным жестом указал на выход.
Эмилия, проходя мимо Артура, чуть склонила голову. Жест, полный невысказанного смысла.
— Что за… — начала Мари, но слова застряли у неё в горле.
— Согласен, — ошеломлённо произнёс Деймон.
— Мне это категорически не нравится, — мрачно проворчал Алек.
Дилан тем временем с видом хозяина устроился на троне главы демонов.
И тут случилось немыслимое. В мгновение ока Сержо метнулся к Аморону и вырвал ему сердцу. Зал застыл в шоковом оцепенении. Сержо небрежно бросил ещё пульсирующий сердце на пол.
Артур дёрнулся с места, будто его ударили током. Воцарилась гробовая тишина, которую пронзил спокойный, громкий голос Масимо:
— Прошу соблюдать тишину! По законам Валькоры и по уставам оборотней, тот, кто осмелится и сумеет убить своего главу, сам занимает его место.
— Какая же ты мразь! — громко, нарушая тишину, крикнул Артур.
Зал взорвался шепотом и возгласами.
— Тишина в зале! — властно оборвал их Масимо. — Власть сменилась! Если у кого-то есть возражения, можете высказать их нам лично!
— Ушлёпок, — с презрением бросил Деймон.
Словно по команде, все головы повернулись в его сторону. Он удивлённо огляделся, не ожидая, что его реплика будет так отчётливо слышна в наступившей тишине.
Алек с раздражением потер лицо ладонью.
— Если больше никто не желает высказаться, мы начинаем суд, — объявил Масимо и занял своё место на троне.
Все четверо на возвышении сидели теперь неподвижно, словно идеальные, бездушные статуи, взирая на зал, в котором только что была перечеркнута старая и установлена новая, кровавая реальность.
— Итак, начнём заседание, — раздался властный голос Масимо, разрезая гнетущую тишину зала. — Дело № 74-Б. Обвиняемый — Артур Пендрагон. Вам предъявлено обвинение в нарушении Кодекса Валькоры, статей 7 и 12. Признаёте ли вы свою вину?
Артур медленно поднялся. Его поза была расслабленной, одна рука небрежно лежала на столе, другой он поправил манжет. Взгляд, скользнувший по лицам судей, выражал отстранённое равнодушие, будто всё происходящее — не более чем досадная формальность, не стоящая его нервов.
— Вину не признаю, — его голос прозвучал ровно, почти лениво. — Эти обвинения — скучная попытка политических игр. Я удивлён, что вы тратите на это время.
Масимо сузил глаза, раздражённый такой реакцией.
— У нас есть свидетели и доказательства вашего участия в запрещённых ритуалах.
Артур слегка наклонил голову, на его губах играла едва заметная усмешка.
— Разумеется, есть. В вашем положении было бы глупо не подкрепить спектакль вещественными доказательствами.
Лукас пристально смотрел на Артура. Дилан злорадно ухмылялся, наблюдая за происходящим. Сержо же, не двигаясь, внимательно изучал Артура, словно пытался разгадать причину его неестественного спокойствия.
Артур же, вновь опустившись на своё место, уставился в окно, словно за ним разворачивалось нечто куда более интересное, чем его собственный суд.
— Артур, вы хотите сказать, вы не причастны к смерти Силин? И между вами ничего не было? — коварно спросил Масимо.
Из дальнего угла зала донёсся приглушённый звук, будто кого-то вот-вот стошнит. Все поняли, что это Елэйн.
Артур закатил глаза. Ему даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это.
— Василёк, успокойся, это неприлично, — сказал Дин, неожиданно появившись рядом с Мари.
— О господи! Откуда ты взялся? — испуганно вздрогнула Мари.
— Не надо так пугаться. Меня легко не заметить, но я согласен — меня легко и перепутать, — лукаво ухмыльнулся Дин.
— Оооо, брат мой, и ты здесь! — улыбнулся Деймон.
— Да, любовь моя, я здесь, не переживай, — ухмыльнулся Дин в ответ.
— Что я интересного пропустил? Артура уже приговорили? — Дин окинул взглядом зал с видом человека, опоздавшего на самый интересный момент спектакля.
