- Ты… - Секундная заминка, вздох. – Неподражаема.
В ответ кивнула и зажмурилась, ожидая словесной порки. Нет, ну а что еще я могла сказать, когда окончательно убедилась, что у него все тот же запах, на груди присутствует все тот же плотный шерстяной ковер и вид одежды неизменно потерто-помятый.
- Госпожа Кристова, Антонина… - начал он жутко вкрадчиво.
Не иначе, сейчас со всем уважением пошлет! Я бы тоже послала.
Что же делать? Что делать?
А к черту все!
- Можно Тоня, - радушно предложила я и протянула вперед бутылку с коньяком. – Надеюсь, ты не сильно обиделся, и этот 4-х звездочный настой на грецких орехах тебя приободрит. – В ответ тишина и совсем не агрессивная. Он в шоке? Или он, избегая обвинения в убийстве, скрылся в квартире. Я открыла один глаз. Оценила гнев Громова по десятибалльной шкале, как нулевой, и открыла второй. - Если не хватит, только скажи…
- Ладно. – Медленно, но верно примирительный презент у меня потянули из руки. - Я Артем тогда.
- Договорились, - сказала, чуть придержав бутылку. – Что насчет второго пункта? По поводу обид, - пояснила на его вскинутую бровь. – Мои слова были слишком прямы. Даже оскорбительны.
- Я не оскорбился.
- Точно?
- Не успел, - сообщил Громов и забрал коньяк. – Многое навалилось.
Что именно, навалилось, он объяснять не стал, я не рискнула спрашивать.
- То есть без обид? Все в порядке? Мы все еще состоим в группе взаимной поддержки? – Без бутылки я теперь не знала куда руки деть, запихнула их в карманы куртки. Еще я не знала, куда деть взгляд от Громовского коврика, поэтому косила глазом на кнопку звонка.
- Х-ха… - выдохнул необидчивый Артем, осталось только запомнить, что он теперь Артем. - Конечно.
- Тогда до связи!
- Да.
Уходя, краем глаза заметила, как Громов через плечо протянул в темноту бутылку, словно кому-то передал и посоветовал идти спать.
- Это она? – спросил приглушенный женский голос.
- Ни слова, - обрубил Громов и дверь закрыл. – Тоня, подожди, я проведу.
И все-таки моих извинений оказалось недостаточно.
Наш бравый ТСЖ-ник под кодовым прозвищем Громила пропал из поля зрения на две недели и перестал отсвечивать даже в общедомовом чате. На свет божий, во двор, не вырвали его ни тревожно замигавший фонарь на детской площадке, ни очередной любитель парковки на газоне, ни скандал четы, которая на развод подала, но еще не разъехалась.
Слышать их взаимные обвинения через стенку было не столь увлекательно, как снаружи, поэтому жильцы близлежащих квартир выбирались на балконы, устраивались, кто-как и, прислушиваясь к злобным оскорблениям, обсуждали что-то свое. Все еще неприветливое весеннее солнце одаривало их последними лучами и обещало с миром вернуться завтра. Бразды правления захватывал морозный вечер, плавно переходящий в непроглядную ночь с редкими звездами и мигающим фонарем.
Сие собрание я посетила лишь единожды, когда ругань за стеной переросла в истошные крики под звон стекла.
- Он ее там убивает?! – вопросила я у соседей.
Виктория Ивановна, проживающая с другой стороны от «счастливых супругов», перевалилась через свой балкон, заглянула в кухонное окно соседей и мотнула головой.
- Не, еще пока делят имущество. Свое она уже забрала, теперь разбивает все, что досталось Тимфею. Орет между делом.
- А-а-а, тогда ладно. – Вот так я и узнала имя соседа с хвостиком.
- И носит же земля, - отозвалась соседка Татьяна снизу. Она привычно натянула веревки на открытом балконе, начала вывешивать белье. - Я все жду, когда Тим ей в четвертак пропишет. Больно уж нарывается.
- Как по мне, она только ради этого и заходит, - заметила Виктория Ивановна. -Доводит до рукоприкладства мужика, чтоб потом побои снять.
- Не проще ли любовника попросить, чтоб посодействовал?
- Дык кинул он ее, – отозвался откуда-то снизу дядя Женя. Мигающий фонарь не позволял его увидеть, но сильный запах курева, ощущался даже на моем этаже. - Я слышал, что разбитая машина принадлежит благоверной Галькиного полюбовника.
- Опачки, какая новость! – усмехнулась Татьяна. - На компенсацию теперь не подашь, вскроется история с обманутым Тимофеем, а там и роман с этой… этой фифой, - нашла она приемлемое определение для неверной Галины и перестала вывешивать стирку. – Кстати, о фифах! Вы слышали, у Громова одна шикарная живет?
- Я слышала, - запустила я общедомовое признание соседей, плотнее кутаясь в кардиган. Надо же, вышла на секунду и задержалась из-за любопытства.
- Я видела.
- Я тоже.
- Красивая, да. Но не разговорчивая, - поделился своим мнением дядя Женя.
- Со мной она перекинулась парой слов, - похвастала Татьяна. – Спросила не катался ли кто-нибудь из местных на маленькой раздолбанной машине. Еще и марка у нее, что-то на “C”. Звучит, как «Сода».
- «Skoda»? – предположил дядя Женя. Рядом с ним, кто-то хмыкнул, что бабам кроме кухни ничего более неизвестно. И даже соду можно на механике соорудить.
- Ой, заткнитесь! – огрызнулась Татьяна. - Понятия не имею, «Skoda» или нет. Помню только что звучало похоже.
- Цвет какой?
- Раньше была серой. Но ее могли и перекрасить. На ней еще пятна краски были, типа с цветом вопрос только решался.
- Тьфу! Иди туда, не знаю куда, - озвучил наши общие мысли дядя Женя и хлопнул створкой окна. – Если такая любопытная, пусть у Громова спросит. У него доступ к камерам есть. А я пошел. Всем доброй ночи.
Его триумфальный уход мы отметили тишиной.
- Я поняла, что спрашивать она как раз-таки не хочет, - выдержав паузу, заметила Татьяна.
- Ну это ее проблемы. - Виктория Ивановна, еще раз заглянула к соседям. – Хмыкнула, и пожелала всем нам скорейшего разъезда скандалистов.
- А что там?
На вопрос Татьяны в пространстве раздался женский стон, протяжный совсем не от боли. Скандал завершился примирением? Это он зря.
- Мдя! – подвела итог услышанному Татьяна. - Завывает громче, чем с любовником, видать еще не знает, что квартиру Тим продал.
- Продал? Так быстро?
- Ага. Ждите завтра новый виток скандала.
6.
Я пропустила этот виток.
Следующий день выдался тяжелый, а ночь так и вовсе удивила сообщением от Самохина:
«Спишь?»
Не открыв сообщения, я отрубила экран и вернулась в сон. Краем сознания заметив, что мужик типа Средствасосущий Пользователь стал косить под Зае… Забывчивого Возвращенца. Быть может, он перепутал номер и написал какой-нибудь будущей жертве, а не бывшей?
Экран засветился вновь.
«Я думал о тебе», - сообщил Самохин.
Вероятно, он только-только закрыл кредит, который взял ради нужд любовницы.
«О нас…»
Да нет, не закрыл. О чем упрямо сообщили его излюбленное троеточие. Он и ранее прикрывал ими свою безграмотность. Где сомневался в правильности написания, там лихо ставил задумчивую тройню.
«О том, что у нас было…» - продолжил делиться своими мыслями бывший.
Я посмотрела на сообщение, затем на время 01:57 и набрала звонок.
Он ответил не сразу, весьма настороженно и немного возмущенно:
- Зачем ты звонишь?
Так бывший не ждал подобного поворота? Хотел и дальше втихомолку строчить? Что ж, самое время спросить, зачем он пишет, но я выдала другое.
- Самохин, ты?! Извини, я думала это другой идиот!
Я отключила звонок и поставила будильник, завтра в это же время порадую его еще раз, пусть знает, как необдуманно кого-то будить.
Конечно, это было самонадеянно. На следующую ночь его телефон оказался заблаговременно отключен. Но я не стала отказывать себе в удовольствии, и с утра начала строчить с разницей в один час.
«Спишь?»
«Ешь?»
«Работаешь?»
Удивительно, но всего после третьего сообщения его прорвало на нецензурную речь, так что отправлять уже запрограммированные «Скучаешь?», «Гуляешь?», «Опять вспоминаешь?» не пришлось. В целом, я осталась довольна произведенным эффектом и весь день провела в приподнятом настроении.
Испортилось оно только один раз, когда Громов в сопровождении красивой брюнетки вышел из двери своей панельки и прошествовал к джипу, который я не сразу признала из-за блестящих на солнце боков. Монстр отмытый до скрипа натертый воском до него же, получил новый салон из черной кожи, новую радиаторную решетку и диски. Неизменными остались только номер и болтающаяся на зеркале заднего вида ароматическая елочка.
Ощущение, что я не прощена, подтвердилось и еще долго сохранялось горечью на кончике языка. А все потому что Громов заметивший меня на парковке вместо привычного взмаха руки, коротко кивнул и отвернулся.
Что ж, как там говорили его друзья?
Бывает.
Легкое сожаление не отразилось на моем жизненном укладе, не затормозило работу и не лишило сна. Ежедневная занятость не оставляла для рефлексии ни времени, ни сил, а появление новых заказчиков не сулило этого и в будущем. Вот и сейчас, глядя на входящий звонок неизвестного абонента я молча утирала от пота лоб, бессознательно надеясь, что это мошенники и единственный свободный вечер пятницы никто не займет.
Отключив пароочиститель, приняла звонок.
- Какая подозрительная! – послышалось по ту сторону трубки. – Не берет…
- Смотря что брать, - ляпнула я, чем вызвала недоуменное молчание. Надо сказать, долгое молчание, чтобы вывести собеседника из транса, вбросила непривычное: - Вы позвонили, чтобы подышать в трубку или все-таки по делу?
- Антонина? – приятный мужской голос начал с располагающих к общению нот.
- Она самая, - ответила я, помня о сакральном «Не говорите «да», если не хотите получить оформленный на вас кредит». Не в курсе работает эта схема или нет, но на всякий случай воздержусь.
- Уже догадались, кто звонит, - уверенно произнес неизвестный мужик.
- Нет. А должна была?
- Скажем, я надеялся.
- Я тоже на многое надеюсь, но не судьба.
- Однако, жаль. – подвели итог моим рассуждениям. - Это Кирилл.
Если он рассчитывал, что его незамедлительно узнают, то совершенно зря. Я держала оборону молчаливо выжидая.
- Демченко из инвестиционной компании «ФинОм». – Попытался он достучаться до закромов моей памяти. Но сколь бы пафосно не произносил название, результат был один. – Мы встретились с вами на кулинарных курсах, - добавил немного конкретики. - Помните, вы еще сопровождали Громова.
- А… Здаровь!
Мое приветствие наградили смешком.
- Да, здравствуйте. Рад, что мы наконец-то разобрались кто, есть кто. Знаете, как это бывает, когда два малознакомых человека… - Судя по тону, сейчас будет бесконечная вводная часть, прежде чем он приблизится к главному, а именно зачем позвонил.
- Ага, разобрались, - посмотрев на часы, потянулась за тряпкой. Время поджимает, мне еще одну комнату мыть. Не мог бы этот инвестор ускориться, чтобы длительность моей паузы сократить?
- …все же приятно знать, что вы меня не забыли. Мне не придется подтверждать свою личность. Впрочем, я был бы не против…
– Кирилл, ближе к делу. Что у вас?
Даю руку на отсечение, его перебивают часто, он уже привык, поэтому из режима расслабленного романтика легко перешел в режим собранного пусть и с протяжными нотками.
- В прошлый раз вы так быстро ушли, – начал он. Странно. Я точно помню, что из-за оборудования уйти быстро не получилось, но поправлять Кирилла не стала. – Нам не удалось поговорить… - И снова мимо. Желай он действительно поговорить, его бы не напряг мой клининг. – Я подумал, если Громов весь в делах, то вы, быть может, захотите развеяться.
- Приглашаете меня на встречу? – сократила я его подводку.
Еще один смешок.
- Да. Если вы не против присоединиться к нашему клубу одиноких сердец…
- Когда? Где? Во сколько?
- В субботу. В 19:00. Гончарная мастерская на Тверской.
- Э-э-э-э. - Мое расписание не предполагало новых встреч, но и жить одной уборкой мне не хотелось. - Скиньте адрес. Я отвечу позже.
- Буду ждать. - Приятный мужской голос вновь стал вкрадчивым: - А ждать я умею как ник…
- До связи!
Громов не появляется на встречах?
Неудивительно. Женщину, которая поселилась в его квартире соседки описывали как сногсшибательную надменную красавицу, от одного вида которой все мужики сворачивали шеи. При этом неожиданно, что крайне ответственный Громов перестал поддерживать своего друга. Или Володя уже не хандрит? В прошлый раз они с Машей-Дашей-Наташей очень даже уютно пили вино в тишине. Повезло, если сошлись. А если нет?
Тогда Громов отказался от взятых на себя обязательств из-за брюнетки? Брюнетки и всего того, что внезапно навалилось …
К черту! От этих размышлений толку нет.
Спрятав телефон в кармане, я дотерла проявившее сопротивление пятно, включила пароочиститель и напрочь забыла оставить напоминание о встрече в гончарной мастерской. Вечер пятницы останется свободным, и это главное. Я уже несколько недель подряд не могу добиться хотя бы одного полноценного выходного, поэтому решила его разделить, свободный вечер урвать у пятницы, а утро оставить за субботой. Потом у меня внеплановый заказ на уборку пентхауса, того самого, где в прошлый раз песель Тубик увлеченно занимался кровавой росписью.
На квадратные метры этой семьи уйдет часа два-три, и я опять буду свободна и максимально близка к набережной Москвы-реки. Может даже поброжу вдоль мостов, посижу с кофе на скамеечке, подумаю не арендовать ли велосипед. С другой стороны, стоит ли вырываться в город погулять, если я давно не посещала Климов, не видела родных. Правда, перед поездкой нужно будет позвонить.
Наивная!
Мои планы накрылись, едва пришла суббота. Вначале мне позвонил Метеор, тот самый «владелец» апартаментов, где проводился шабаш-девичник и забронировал мои услуги в ночь с субботы на воскресенье, затем позвонила семья из пентхауса с просьбой сместить уборку на утренние часы. Конечно, если я буду не против, если у меня получится, и если я соглашусь, ставку они удвоят. Щедрое предложение, чуть-чуть настораживающее.
- У вас что-то случилось?
- Ничего незапланированного, - ответила старшая девочка и я согласилась. Если с пентхаусом закончу с утра, тогда у меня будет время на отдых перед апартаментами Метеора.
- Я приеду в десять устроит?
- Устроит!
Ничего не предвещало беды. Девочки собираясь с песелем на прогулку, предупредили что их мама скоро вернется из больницы, поэтому уборку лучше всего начать со спальни. Сказано, сделано. Я не особенно заморачивалась на счет последовательности, быстро убралась в указанной комнате и приступила к кухне. Когда входная дверь хлопнула, сообщая о прибытии хозяйки, я уже завершала с отмыванием фасадов, выглянула, чтобы поздороваться и вернулась к своим делам.
Да не так весело убираться, когда в апартаментах присутствует еще кто-то помимо меня. Есть вероятность что со всем тщанием нанесенное чистящее средство нечаянно смоют в ванной, санузле или кухне. Есть вероятность, что кому-нибудь срочно потребуется тот или иной очищаемый мной агрегат. Так же есть вероятность, что само мое присутствие станет нежелательным для чужой работы или сна.
Именно поэтому я всегда договаривалась о том, что работает «Чист&Ко» без надсмотра.
Объясняла это негативным влиянием химикатов, шумом оборудования и повышенным стеснением работниц.
Последний пункт еще ни разу не озвучивала, но держала наготове. Просто на тот случай , если клининг перепутают с женой на час, а жену на час с почасовой работницей постельного фронта. Ничего не имею против таких работниц, пока меня не принимают за одну из них. Вспомнила неприятный случай из первых месяцев моей клининговой деятельности и ощутила позыв в туалет.
В ответ кивнула и зажмурилась, ожидая словесной порки. Нет, ну а что еще я могла сказать, когда окончательно убедилась, что у него все тот же запах, на груди присутствует все тот же плотный шерстяной ковер и вид одежды неизменно потерто-помятый.
- Госпожа Кристова, Антонина… - начал он жутко вкрадчиво.
Не иначе, сейчас со всем уважением пошлет! Я бы тоже послала.
Что же делать? Что делать?
А к черту все!
- Можно Тоня, - радушно предложила я и протянула вперед бутылку с коньяком. – Надеюсь, ты не сильно обиделся, и этот 4-х звездочный настой на грецких орехах тебя приободрит. – В ответ тишина и совсем не агрессивная. Он в шоке? Или он, избегая обвинения в убийстве, скрылся в квартире. Я открыла один глаз. Оценила гнев Громова по десятибалльной шкале, как нулевой, и открыла второй. - Если не хватит, только скажи…
- Ладно. – Медленно, но верно примирительный презент у меня потянули из руки. - Я Артем тогда.
- Договорились, - сказала, чуть придержав бутылку. – Что насчет второго пункта? По поводу обид, - пояснила на его вскинутую бровь. – Мои слова были слишком прямы. Даже оскорбительны.
- Я не оскорбился.
- Точно?
- Не успел, - сообщил Громов и забрал коньяк. – Многое навалилось.
Что именно, навалилось, он объяснять не стал, я не рискнула спрашивать.
- То есть без обид? Все в порядке? Мы все еще состоим в группе взаимной поддержки? – Без бутылки я теперь не знала куда руки деть, запихнула их в карманы куртки. Еще я не знала, куда деть взгляд от Громовского коврика, поэтому косила глазом на кнопку звонка.
- Х-ха… - выдохнул необидчивый Артем, осталось только запомнить, что он теперь Артем. - Конечно.
- Тогда до связи!
- Да.
Уходя, краем глаза заметила, как Громов через плечо протянул в темноту бутылку, словно кому-то передал и посоветовал идти спать.
- Это она? – спросил приглушенный женский голос.
- Ни слова, - обрубил Громов и дверь закрыл. – Тоня, подожди, я проведу.
***
И все-таки моих извинений оказалось недостаточно.
Наш бравый ТСЖ-ник под кодовым прозвищем Громила пропал из поля зрения на две недели и перестал отсвечивать даже в общедомовом чате. На свет божий, во двор, не вырвали его ни тревожно замигавший фонарь на детской площадке, ни очередной любитель парковки на газоне, ни скандал четы, которая на развод подала, но еще не разъехалась.
Слышать их взаимные обвинения через стенку было не столь увлекательно, как снаружи, поэтому жильцы близлежащих квартир выбирались на балконы, устраивались, кто-как и, прислушиваясь к злобным оскорблениям, обсуждали что-то свое. Все еще неприветливое весеннее солнце одаривало их последними лучами и обещало с миром вернуться завтра. Бразды правления захватывал морозный вечер, плавно переходящий в непроглядную ночь с редкими звездами и мигающим фонарем.
Сие собрание я посетила лишь единожды, когда ругань за стеной переросла в истошные крики под звон стекла.
- Он ее там убивает?! – вопросила я у соседей.
Виктория Ивановна, проживающая с другой стороны от «счастливых супругов», перевалилась через свой балкон, заглянула в кухонное окно соседей и мотнула головой.
- Не, еще пока делят имущество. Свое она уже забрала, теперь разбивает все, что досталось Тимфею. Орет между делом.
- А-а-а, тогда ладно. – Вот так я и узнала имя соседа с хвостиком.
- И носит же земля, - отозвалась соседка Татьяна снизу. Она привычно натянула веревки на открытом балконе, начала вывешивать белье. - Я все жду, когда Тим ей в четвертак пропишет. Больно уж нарывается.
- Как по мне, она только ради этого и заходит, - заметила Виктория Ивановна. -Доводит до рукоприкладства мужика, чтоб потом побои снять.
- Не проще ли любовника попросить, чтоб посодействовал?
- Дык кинул он ее, – отозвался откуда-то снизу дядя Женя. Мигающий фонарь не позволял его увидеть, но сильный запах курева, ощущался даже на моем этаже. - Я слышал, что разбитая машина принадлежит благоверной Галькиного полюбовника.
- Опачки, какая новость! – усмехнулась Татьяна. - На компенсацию теперь не подашь, вскроется история с обманутым Тимофеем, а там и роман с этой… этой фифой, - нашла она приемлемое определение для неверной Галины и перестала вывешивать стирку. – Кстати, о фифах! Вы слышали, у Громова одна шикарная живет?
- Я слышала, - запустила я общедомовое признание соседей, плотнее кутаясь в кардиган. Надо же, вышла на секунду и задержалась из-за любопытства.
- Я видела.
- Я тоже.
- Красивая, да. Но не разговорчивая, - поделился своим мнением дядя Женя.
- Со мной она перекинулась парой слов, - похвастала Татьяна. – Спросила не катался ли кто-нибудь из местных на маленькой раздолбанной машине. Еще и марка у нее, что-то на “C”. Звучит, как «Сода».
- «Skoda»? – предположил дядя Женя. Рядом с ним, кто-то хмыкнул, что бабам кроме кухни ничего более неизвестно. И даже соду можно на механике соорудить.
- Ой, заткнитесь! – огрызнулась Татьяна. - Понятия не имею, «Skoda» или нет. Помню только что звучало похоже.
- Цвет какой?
- Раньше была серой. Но ее могли и перекрасить. На ней еще пятна краски были, типа с цветом вопрос только решался.
- Тьфу! Иди туда, не знаю куда, - озвучил наши общие мысли дядя Женя и хлопнул створкой окна. – Если такая любопытная, пусть у Громова спросит. У него доступ к камерам есть. А я пошел. Всем доброй ночи.
Его триумфальный уход мы отметили тишиной.
- Я поняла, что спрашивать она как раз-таки не хочет, - выдержав паузу, заметила Татьяна.
- Ну это ее проблемы. - Виктория Ивановна, еще раз заглянула к соседям. – Хмыкнула, и пожелала всем нам скорейшего разъезда скандалистов.
- А что там?
На вопрос Татьяны в пространстве раздался женский стон, протяжный совсем не от боли. Скандал завершился примирением? Это он зря.
- Мдя! – подвела итог услышанному Татьяна. - Завывает громче, чем с любовником, видать еще не знает, что квартиру Тим продал.
- Продал? Так быстро?
- Ага. Ждите завтра новый виток скандала.
6.
Я пропустила этот виток.
Следующий день выдался тяжелый, а ночь так и вовсе удивила сообщением от Самохина:
«Спишь?»
Не открыв сообщения, я отрубила экран и вернулась в сон. Краем сознания заметив, что мужик типа Средствасосущий Пользователь стал косить под Зае… Забывчивого Возвращенца. Быть может, он перепутал номер и написал какой-нибудь будущей жертве, а не бывшей?
Экран засветился вновь.
«Я думал о тебе», - сообщил Самохин.
Вероятно, он только-только закрыл кредит, который взял ради нужд любовницы.
«О нас…»
Да нет, не закрыл. О чем упрямо сообщили его излюбленное троеточие. Он и ранее прикрывал ими свою безграмотность. Где сомневался в правильности написания, там лихо ставил задумчивую тройню.
«О том, что у нас было…» - продолжил делиться своими мыслями бывший.
Я посмотрела на сообщение, затем на время 01:57 и набрала звонок.
Он ответил не сразу, весьма настороженно и немного возмущенно:
- Зачем ты звонишь?
Так бывший не ждал подобного поворота? Хотел и дальше втихомолку строчить? Что ж, самое время спросить, зачем он пишет, но я выдала другое.
- Самохин, ты?! Извини, я думала это другой идиот!
Я отключила звонок и поставила будильник, завтра в это же время порадую его еще раз, пусть знает, как необдуманно кого-то будить.
Конечно, это было самонадеянно. На следующую ночь его телефон оказался заблаговременно отключен. Но я не стала отказывать себе в удовольствии, и с утра начала строчить с разницей в один час.
«Спишь?»
«Ешь?»
«Работаешь?»
Удивительно, но всего после третьего сообщения его прорвало на нецензурную речь, так что отправлять уже запрограммированные «Скучаешь?», «Гуляешь?», «Опять вспоминаешь?» не пришлось. В целом, я осталась довольна произведенным эффектом и весь день провела в приподнятом настроении.
Испортилось оно только один раз, когда Громов в сопровождении красивой брюнетки вышел из двери своей панельки и прошествовал к джипу, который я не сразу признала из-за блестящих на солнце боков. Монстр отмытый до скрипа натертый воском до него же, получил новый салон из черной кожи, новую радиаторную решетку и диски. Неизменными остались только номер и болтающаяся на зеркале заднего вида ароматическая елочка.
Ощущение, что я не прощена, подтвердилось и еще долго сохранялось горечью на кончике языка. А все потому что Громов заметивший меня на парковке вместо привычного взмаха руки, коротко кивнул и отвернулся.
Что ж, как там говорили его друзья?
Бывает.
Легкое сожаление не отразилось на моем жизненном укладе, не затормозило работу и не лишило сна. Ежедневная занятость не оставляла для рефлексии ни времени, ни сил, а появление новых заказчиков не сулило этого и в будущем. Вот и сейчас, глядя на входящий звонок неизвестного абонента я молча утирала от пота лоб, бессознательно надеясь, что это мошенники и единственный свободный вечер пятницы никто не займет.
Отключив пароочиститель, приняла звонок.
- Какая подозрительная! – послышалось по ту сторону трубки. – Не берет…
- Смотря что брать, - ляпнула я, чем вызвала недоуменное молчание. Надо сказать, долгое молчание, чтобы вывести собеседника из транса, вбросила непривычное: - Вы позвонили, чтобы подышать в трубку или все-таки по делу?
- Антонина? – приятный мужской голос начал с располагающих к общению нот.
- Она самая, - ответила я, помня о сакральном «Не говорите «да», если не хотите получить оформленный на вас кредит». Не в курсе работает эта схема или нет, но на всякий случай воздержусь.
- Уже догадались, кто звонит, - уверенно произнес неизвестный мужик.
- Нет. А должна была?
- Скажем, я надеялся.
- Я тоже на многое надеюсь, но не судьба.
- Однако, жаль. – подвели итог моим рассуждениям. - Это Кирилл.
Если он рассчитывал, что его незамедлительно узнают, то совершенно зря. Я держала оборону молчаливо выжидая.
- Демченко из инвестиционной компании «ФинОм». – Попытался он достучаться до закромов моей памяти. Но сколь бы пафосно не произносил название, результат был один. – Мы встретились с вами на кулинарных курсах, - добавил немного конкретики. - Помните, вы еще сопровождали Громова.
- А… Здаровь!
Мое приветствие наградили смешком.
- Да, здравствуйте. Рад, что мы наконец-то разобрались кто, есть кто. Знаете, как это бывает, когда два малознакомых человека… - Судя по тону, сейчас будет бесконечная вводная часть, прежде чем он приблизится к главному, а именно зачем позвонил.
- Ага, разобрались, - посмотрев на часы, потянулась за тряпкой. Время поджимает, мне еще одну комнату мыть. Не мог бы этот инвестор ускориться, чтобы длительность моей паузы сократить?
- …все же приятно знать, что вы меня не забыли. Мне не придется подтверждать свою личность. Впрочем, я был бы не против…
– Кирилл, ближе к делу. Что у вас?
Даю руку на отсечение, его перебивают часто, он уже привык, поэтому из режима расслабленного романтика легко перешел в режим собранного пусть и с протяжными нотками.
- В прошлый раз вы так быстро ушли, – начал он. Странно. Я точно помню, что из-за оборудования уйти быстро не получилось, но поправлять Кирилла не стала. – Нам не удалось поговорить… - И снова мимо. Желай он действительно поговорить, его бы не напряг мой клининг. – Я подумал, если Громов весь в делах, то вы, быть может, захотите развеяться.
- Приглашаете меня на встречу? – сократила я его подводку.
Еще один смешок.
- Да. Если вы не против присоединиться к нашему клубу одиноких сердец…
- Когда? Где? Во сколько?
- В субботу. В 19:00. Гончарная мастерская на Тверской.
- Э-э-э-э. - Мое расписание не предполагало новых встреч, но и жить одной уборкой мне не хотелось. - Скиньте адрес. Я отвечу позже.
- Буду ждать. - Приятный мужской голос вновь стал вкрадчивым: - А ждать я умею как ник…
- До связи!
Громов не появляется на встречах?
Неудивительно. Женщину, которая поселилась в его квартире соседки описывали как сногсшибательную надменную красавицу, от одного вида которой все мужики сворачивали шеи. При этом неожиданно, что крайне ответственный Громов перестал поддерживать своего друга. Или Володя уже не хандрит? В прошлый раз они с Машей-Дашей-Наташей очень даже уютно пили вино в тишине. Повезло, если сошлись. А если нет?
Тогда Громов отказался от взятых на себя обязательств из-за брюнетки? Брюнетки и всего того, что внезапно навалилось …
К черту! От этих размышлений толку нет.
Спрятав телефон в кармане, я дотерла проявившее сопротивление пятно, включила пароочиститель и напрочь забыла оставить напоминание о встрече в гончарной мастерской. Вечер пятницы останется свободным, и это главное. Я уже несколько недель подряд не могу добиться хотя бы одного полноценного выходного, поэтому решила его разделить, свободный вечер урвать у пятницы, а утро оставить за субботой. Потом у меня внеплановый заказ на уборку пентхауса, того самого, где в прошлый раз песель Тубик увлеченно занимался кровавой росписью.
На квадратные метры этой семьи уйдет часа два-три, и я опять буду свободна и максимально близка к набережной Москвы-реки. Может даже поброжу вдоль мостов, посижу с кофе на скамеечке, подумаю не арендовать ли велосипед. С другой стороны, стоит ли вырываться в город погулять, если я давно не посещала Климов, не видела родных. Правда, перед поездкой нужно будет позвонить.
Наивная!
Мои планы накрылись, едва пришла суббота. Вначале мне позвонил Метеор, тот самый «владелец» апартаментов, где проводился шабаш-девичник и забронировал мои услуги в ночь с субботы на воскресенье, затем позвонила семья из пентхауса с просьбой сместить уборку на утренние часы. Конечно, если я буду не против, если у меня получится, и если я соглашусь, ставку они удвоят. Щедрое предложение, чуть-чуть настораживающее.
- У вас что-то случилось?
- Ничего незапланированного, - ответила старшая девочка и я согласилась. Если с пентхаусом закончу с утра, тогда у меня будет время на отдых перед апартаментами Метеора.
- Я приеду в десять устроит?
- Устроит!
Ничего не предвещало беды. Девочки собираясь с песелем на прогулку, предупредили что их мама скоро вернется из больницы, поэтому уборку лучше всего начать со спальни. Сказано, сделано. Я не особенно заморачивалась на счет последовательности, быстро убралась в указанной комнате и приступила к кухне. Когда входная дверь хлопнула, сообщая о прибытии хозяйки, я уже завершала с отмыванием фасадов, выглянула, чтобы поздороваться и вернулась к своим делам.
Да не так весело убираться, когда в апартаментах присутствует еще кто-то помимо меня. Есть вероятность что со всем тщанием нанесенное чистящее средство нечаянно смоют в ванной, санузле или кухне. Есть вероятность, что кому-нибудь срочно потребуется тот или иной очищаемый мной агрегат. Так же есть вероятность, что само мое присутствие станет нежелательным для чужой работы или сна.
Именно поэтому я всегда договаривалась о том, что работает «Чист&Ко» без надсмотра.
Объясняла это негативным влиянием химикатов, шумом оборудования и повышенным стеснением работниц.
Последний пункт еще ни разу не озвучивала, но держала наготове. Просто на тот случай , если клининг перепутают с женой на час, а жену на час с почасовой работницей постельного фронта. Ничего не имею против таких работниц, пока меня не принимают за одну из них. Вспомнила неприятный случай из первых месяцев моей клининговой деятельности и ощутила позыв в туалет.
