Поговорим?

Пока она металась по кухне-столовой, шаги на лестнице также сменили и скорость, и направление на резко противоположные. Полина тоже убегала? Интересно, о чем это говорит? Случаем, не об опасности ночных визитеров?
       Ответ пришел, едва в замке провернулся ключ.
       Щелчок двери, скрип туфель по паркету холла, звон ключей, упавших на столик у зеркала, шорох скольжения отложенной папки или сумки, звук шагов. Я как наяву видела движение хозяина дома по его территории – неторопливые, размеренные. Но стоило мне стукнуть пустой чашкой о дно раковины, как размеренность сменилась скоростью, и в зону кухни влетело оно. Злое, голодное и уставшее чудовище.
       - Олеся! – с рявка начал бигбосс, но, наткнувшись на меня, остановился.
       - Не рычите, пожалуйста. На дворе час ночи. Олеся спит, Алиса тоже.
       – Вы?! – Кажется, он удивился. - Что вы тут делаете?
       - Потрошу ваши запасы провизии, варю какао, - пожала я плечами. – Хотите присоединиться... пока меня начальник домой не отпустил? - напомнила один из пунктов договора и улыбнулась потерянному выражению лица этого самого начальства.
       Тут кому-то агрессивному нужно поспать. Двое суток, беспробудно.
       - Что... отпустил? – Он потер лицо рукой, затем двумя. – Нет, - дернул на шее галстук, взялся стягивать с себя пиджак. – Какао, не знаю...
       Освободил одно плечо и застыл с неосвобожденным вторым. Я ощутила холодок, скользнувший по коже, и интуиция не подвела.
       – Вы мыли чашку, – вдруг вспомнил Гладько, проявив пугающую внимательность, и указав на чашку Олеси, с нарастающим раздражением спросил: - А это чья?
       - Полины, - вырвалось у меня от неожиданности. И вдруг со всей ясностью поняла, что Королева такого не пьет. Вот почему Олеся пряталась, вот почему, сбегая, сказала про морковкин сок. – Полины... Алины... – все с той же интонацией продолжила, словно вспоминая. – А точно, Олина!
       Взгляд бигбосса был безжалостен и суров, но я лишь отмахнулась.
       - Столько событий за день. Не сразу вспомнила, как племянницу Галины Павловны зовут. Надеюсь, вы помните, что у вашего повара сегодня отгул. Полина весьма засомневалась.
       - Отгул? – Атмосфера вокруг него перестала накаляться, он почти без восклицаний выдохнул: - Что-то такое помню, да.
       Моя подушка улетела на пол, Гладько занял стул, подвинул в сторону упаковку с чипсами и чашку. Чуть нахмурился, ощутив ее тепло, но внимания не заострил. Сцепил руки, свел брови домиком и посмотрел на меня с некотором вопросом.
       - Вы говорили... о какао.
       - А еще о лазанье, гарнире из картошки, салатах, - подхватила я. – У вас Галина - бог, готовит превосходно!
       - И работает на меня, - обрубил он вдохновенную оду кулинарным способностям повара.
       - Снизошла до смертных, облагодетельствовала несчастных, - нашла я быстрый ответ и напомнила: - Руки кто мыть будет?
       - Что? – Гладько заторможено посмотрел на свои ладони, затем на меня.
       Уверена, просительное выражение лица мне лишь показалось, потому что мгновение спустя бигбосс поджал губы, чтобы вызвериться. И тут же получил от меня влажные салфетки, а затем и сухое полотенце.
       - На первое время прощаю, - заявила смело. – Помните о моей благодетели.
       - Еще один бог? – покачал он головой.
       - Ага, подающий.
       Я поставила перед ним разогретую лазанью, гарнир, колбаски и два салата. Это какао приготовила быстрее, так как уже точно знала, где и что лежит. Хотела уйти, чтоб не мешать начальству, но в последний момент передумала. Устроилась с остатками чипсов на месте Олеси и посидела в тишине уже с самым старшим Гладько. Время давно перевалило за два часа ночи, наверное, поэтому, когда он приказал оставить посуду и спросил, съела ли Олеся маршмэллоу, я ответила:
       - Да...
       Мгновение ужаса от совершенной подставы завершилось удушающей волной стыда. Вот это я прокололась! Оценив мой вид, Гладько вопросительно вскинул бровь, и мне ничего не осталось, как сбежать:
       - Да... завтра!
       Пусть понимает как хочет. Главное я уяснила, даже с уставшим бигбоссом юлить невозможно. Что-то уже начинаю опасаться его реакции на не совсем подписанный мной договор. Надеюсь, Гладько не скоро его проверит.
       Лучше бы это произошло не завтра, Вселенная! Ну, пожалуйста, дай хоть один тихий день. Я как раз накупаюсь в бассейне.
       
       5.
       
       Как ни странно, Вселенная меня услышала.
       Гладько отбыл в командировку на целых пять дней, чтобы осмотреть заводы возможного бизнес-партнера. Олеся начала наведываться в кухню-столовую не только среди ночи. Алиса все чаще стала оставаться на мое попечение, и, пользуясь этим, я втихую скосила ребенку часы занятий. Это было легко. В начале недели я подменила одного учителя, затем другого, и учебный материал мы с малышкой прошли в разы быстрее и веселее. Потому что это не я ей, а она мне объясняла задания. А позже кроха осмелела настолько, что выдала домашку!
       - К завтра должна справиться, - заявила младшая Гладько, совсем как бигбосс Рыжу, когда они уезжали в аэропорт. Даже на «ты» окончательно перешла наконец-то.
       - А если не смогу? – подхватила ее тон.
       - Тогда выполнишь дополнительное задание по кали...каллигра... фии.
       - Это слишком жестоко, – сказала в шутку, и Алиса снизошла до послаблений.
       - Пойдешь со мной в «Детский мир» на день рождения.
       Окончание было тише, а сама кроха вдруг ощутимо напряглась, ожидая моего ответа. Я не имела права давать обещания без видения всей картины, а именно, почему ребенок застыл.
       - А как же папа? – спросила с мягким упреком. – Вдруг ему самому захочется тебя сводить?
       - У него времени нет, - совсем тихо, едва различимо ответила она.
       - Но это не значит, что он не захочет что-то особенное сделать на твой праздник, - нашла я нужным заметить. – Может, в другой день?
       - Тогда... в воскресенье. Завтра!
       Мне стоило заметить ее напряженный взгляд, стоило уточнить, почему малышка так настойчиво хочет пойти в детский мир. И в то же время мне нужно было, чтобы Гладько рванул. Показал причину частой смены нянь и торжества Полины над всеми. Я уже знала, что Королева умеет обернуть все в свою пользу. Хватило одного взгляда на то, как уверенно она общается со Шкафчиком и как пренебрежительно с Глебом. Первый недоуменно вскидывал брови, второй хмурился и молчал. Это была не самая странная реакция на наемного учителя с завышенной самооценкой, но проявилась она с понедельника.
       В этот солнечный прекрасный день Полина заявила, что должна уехать в город по делам, и что отвезти ее обязан не Олег-водитель, а молодой телохранитель Глеб. Она так и назвала его - телохранителем с широкими полномочиями. Понятия не имею, что кодировалось в «ширине» его полномочий, но вернулись они, во-первых, врозь, а во-вторых, в разном душевном состоянии. Француженка цвела, Глеб был мрачен. На вопрос о самочувствии ответил, что его на дороге агрессивно подрезали.
       - Не так уж и агрессивно, вы должны быть счастливы, - ответила Полина и едва ли не припевая, поднялась к себе.
       В отсутствие бигбосса Глеб оставался в гостевом домике вместе с охраной, так что я не понаслышке знаю, что после этой поездки он от «счастья» целый час бил грушу в подземном спортзале.
       Во вторник она послала его за круассанами, в четверг вновь напросилась в город. Вернулись вместе. Она похорошевшая, с новым маникюром и прической. Глеб отстраненно-злой. И я бы не придала значения, чем они в поездках занимаются, но вслед за охранником мрачнела старшая Гладько. С каждым днем мне все больше казалось, что она вот-вот решится на какую-нибудь глупость. Именно поэтому я осмелилась на свою и не сделала домашку.
       Утром воскресенья честно призналась Алисе в упущении и уже представляла, как поплачусь Крикуну о провале плана, но просиявшая улыбкой малышка отбросила все мои сомнения.
       - Я за пять минут соберусь! – пообещала она и унеслась в свою комнату, позабыв про завтрак.
       Я проводила ребенка недоуменным взглядом.
       - Давно я ее такой не видела, - заметила Галина Павловна. – Можно сказать, в первый раз за месяц. Или даже за год.
       - В первый и последний, - как бы про себя добавила сидевшая здесь же Полина. И мне вновь захотелось ткнуть ее лицом в салат, который она с надменным видом каждое утро ест. Как-никак салат- это витамины, и помогают они не только изнутри.
       - В прекрасно составленном расписании Алисы не так уж много поездок, чтобы она относилась к ним спокойно, - невинно заметила я и обратилась к повару: – Галина Павловна, спасибо, все было божественно вкусно. Я с трудом оторвалась от блинов.
       Королева свела брови к переносице, не совсем понимая, была ли это хула или хвала, а Павловна ответила смущенной улыбкой.
       - Все дело в сиропе, Тамара.
       - Еще скажите, что блины газплита напекла, - ответила я ей и отправилась исполнять следующий пункт своего тривиального плана.
       По обычной лестнице поднималась как по карьерной - медленно, со вздохами отчаяния. Потом отругала себя за дурные мысли и взлетела птицей. Двадцать ступеней, три двери мимо, стук. Я не ожидала, что старшая откликнется быстро, поэтому еще в коридоре сообщила:
       - Олеся, это Тома. Мне нужна твоя помощь.
        Дверь не сразу, но открылась. На меня сквозь щелку одним глазом подозрительно уставилась вполне бодрая девчонка, облаченная в знакомую пижамную двойку. Я не стала смотреть ей за спину, задавать вопросов из разряда «Чем ты занимаешься?», «Почему не спустилась к завтраку?», «Отчего до сих пор в пижаме?» Это была прерогатива Полины, моя же заключалась в открытом взгляде и мягкой улыбке.
       Нужно признать, в магазине электротоваров я часто улыбалась клиентам и была неплохо натренирована, но только старшая Гладько заставляла держать меня оскал до двадцати секунд. Вот и сейчас она не преминула воспользоваться своей привычкой выжидательного оглядывания. Посмотрела на мои тапочки, джинсы, рубашку свободного кроя, прическу и легкий макияж, на последнем застопорилась. Видимо, заметила, что стрелка на правом глазу длиннее, чем на левом, однако уничтожать мои художественные таланты не взялась. Спросила:
       - И почему именно моя помощь?
       - Потому что я пообещала Алисе, что отведу ее в «Детский мир», и теперь обязана сдержать слово. - По ходу моих слов смотровая щель стала шире, а под конец дверь вовсе распахнулась, явив хозяйку владений, одним плечом прилипшую к косяку, и светлую спальню за ней, с незначительным бардаком.
       - Я говорила, что вы вылетите? Так вот, - усмехнулась Олеся и сложила руки на груди, - вы вылетите быстрее, чем все прошлые няньки.
       - Почему? Владимир Сергеевич будет против свободной культурной программы, которую сам же утвердил? В расписании есть два абсолютно свободных выходных дня, первый устроим сегодня.
       - Он запретил посещать любые ТЦ, с детскими городками или без, - сообщила Олеся, словно каждое второе ТЦ в городе – боевая точка. – Так что вылетите уже завтра. Или сегодня, когда Полинка доложит все главному.
       - Шка... в смысле, Тимуру доложит? – удивленно перебила я, даже не представляя, как он выдворит меня после всех своих агитаций, моральных и физических затрат.
       - Еще выше, - хмыкнула она, но так и не назвала Гладько папой, да даже отцом не назвала. Еще одна особенность бунтующей девчонки - вообще никак не называть родителя и обходиться короткими «Он» или «Тот», а теперь еще и «Главный».
       - Допустим, доложит. И что?
       - И вы лишитесь нагретого места.
       - Не уверена, что я успела его нагреть, - протянула с сомнением, - но дело не в этом. – Вдохнула-выдохнула и произнесла то, ради чего пришла: - Ты поедешь с нами?
       Она моргнула. Затем отлипла от косяка, встала ровнее, чем выдала свою крайнюю заинтересованность в вопросе.
       - Хотите, чтобы и я..? - Облизнула губы и опомнилась, попыталась сделать независимый вид. – Почему?
       - Потому что я хочу купить себе одежду. А ходить по магазинам сама не люблю.
       - Вы оставите Козявку без присмотра?
       Как она называла сестру, меня покоробило, но то, что она обеспокоилась о ее сохранности – порадовало. За прозвище потом отругаю, сейчас главным было правильно провернуть задуманную авантюру.
       - Нет, мы с ней оставим Глеба. Так что, идешь?
       Союз молодого красавчика, развлечений и шопинга должен был повлиять на ее положительное решение, но я совсем не ожидала, что Олеся захлопнет дверь. Это был удар по моим стратегическим навыкам, планам и самооценке недопсихолога. Спасибо, не по носу, но я все равно его почесала в глубокой задумчивости. И скорее для красоты отступления, а не проявления досады, спросила:
        - Так это отказ или ты решила подумать?
       - Буду готова через десять минут! – горячо заверила она точь-в-точь с такими же интонациями, как Алиса.
       Два-ноль в мою пользу! Иду за третьим.
       Правда, спустившись на первый этаж, я поняла, что совершила промашку и не учла четвертую сторону. Стоило лишь выйти из дома и заговорить с Глебом о возможной поездке, как к нам под мысленно звучащие фанфары спустилась Полина. Королева, чтоб ее, едва ступила со ступеней на двор, громко заявила, что ей нужно попасть в город. Натирающий джип водитель Олег оторвался от полировки покатого бока и мягко заверил, что немедля ее подвезет.
       - Не отвлекайтесь, - достаточно нелюбезно дала она отмашку водителю. Улыбнулась молодому охраннику и, не обращая внимания на то, что вклинилась в мой с ним разговор, спросила: – Глеб, ты ведь не откажешь в услуге? Мне, в целом, нужно недалеко, лишь до окраины.
       Он застыл. Я бы на его месте тоже застыла. Выбирать между долгом службы и долгом перед личными обязательствами всегда сложно. Впрочем, не зная, насколько личные обязательства меж ними, я решила парня освободить. Уже придумала ответ, открыла рот, но Глеб меня опередил.
       - Полина Аркадьевна, такси легко вас домчит.
       - Не все такси мне подходят. - Голос ее стал ядовито-ласковым.
       - Закажите самую комфортную машину, - не прогнулся он, - я оплачу.
       В смысле, он оплатит?! Это что за транспортный сбор?
       Быстро перевела взгляд с одного на другую, и услышала новый загиб королевского каприза:
       - Я бы не хотела связываться с незнакомцами, - пояснила Полина, опять делая намек на пока еще неизвестные мне обстоятельства.
       Даю руку на отсечение, не будь меня рядом, она бы с радостью перечислила все эти обстоятельства. Глеб тоже это осознал и рубанул ответом:
       - В таком случае доверьтесь Тимуру.
       - Хорошая идея! Он как раз сегодня прибыл на своем личном внедорожнике непонятной марки и масти, - поддержала я, точно зная - еще немного, и Алиса с Олесей спустятся вниз.
       - Но это такая безделица, я бы не хотела отвлекать Тимура Алексеевича, - произнесла она, подходя ближе, - точь-в-точь как и ты, Гле-е-е-еб.
       Полина сказала это так, словно была уверена, что он поддастся шантажу, согласится на поездку. И парень дрогнул, прямо подтверждая, что это был не тонкий намек на некие события, а толстенный.
       Ну, все... она меня достала! Плюнув на позицию наблюдателя, я решительно вклинилась в их разговор:
       - Простите, Полина, но вам придется выбирать между Тимуром и такси. Иначе получится, что вы ставите свои планы выше планов девочек. А у нас сегодня свободный выходной день и мы хотим провести его в городе.
       - Девочек? Вы что... вы обеих берете с собой. С какой стати? Она под домашним арестом! – уцепилась Королева за самое слабое звено в озвученном предлоге и посмотрела мне за спину.
       Я обернулась и с изумлением открыла для себя, что власть француженки распространяется не только на покорную младшую, но и на бунтующую старшую Гладько.