– Ну, зачем же такие радикальные меры? Я говорю только о том, что не стоит расслабляться, одержав незначительную победу.
– Я не думаю, что Аббадон приблизится к Милене до тех пор, пока её кровь не пробудится, – произнёс Анхель. – Пусть он и уверен, что Милена переживёт это, но шанс её гибели, всё же, есть. И, скорее всего, он выяснит – на что мы заключили договор и на какой срок, и будет ждать его исполнения – хотя бы, с моей стороны.
– А это ещё зачем? – удивилась я.
– Потому что повелитель оставил наш договор в силе, – ответил Падший – портал он так и не закрыл – видимо, задерживаться не собирался. – Ты должна была успеть понять, что договор с демоном – это не просто лист бумаги. Принятый нашим миром, он не может исчезнуть бесследно, только если его не уничтожает повелитель. Договор должен быть исполнен. Поэтому Аббадон подождёт.
– Но, судя по твоим словам, ты тоже считаешь, что Аббадон не оставит меня в покое? – я крепче прижала к себе Блэка, ощутив, что демонёнка пугает само произношение имени Верховного демона.
– Посмотрим, – уклончиво ответил Анхель. – Я ухожу. Думаю, до завтрашнего дня тебе надо отдохнуть. А завтра я верну тебе твою память, – и Падший шагнул в портал.
– Что-то меня посетило поганое чувство, что всё было бессмысленно, – произнесла я, после ухода Анхеля. – Какой толк был разрывать договор, если от Аббадона это не избавит?
– Во-первых, демону не достанется твоя душа. А во-вторых, следуя словам Анхеля, мы получили небольшую передышку от присутствия Верховного – хотя бы, на ближайшие дни, – перечислил Кай. – А в-третьих… может случиться так, что Аббадон потеряет теперь интерес к тебе.
– В последнее ты сам не веришь, – я вздохнула и отпустила Блэка на пол. – Но ты прав – хотя бы передышка у нас есть. И завтра я верну себе память. А потом будем смотреть – переживу я, вообще, свой день рождения или нет, – я продолжила, прежде чем Кай начал прерывать меня словами, что всё будет нормально – в это мне и самой хотелось верить. – Но вот что меня ещё напрягает… Адалисса. Она оказалась права. Вопрос с договором мамы решился. Меня это как бы радует, несмотря на то, что последствия ещё могут быть, но… почему Адалисса была в этом так уверена? Она, как будто, знала… А если, на самом деле, знала? Тогда, возникает вопрос – откуда?
– Хочешь поговорить с ней сегодня ночью? – спросил Лекс – он тоже собрался уходить, подойдя к двери.
– Нет, – всё-таки, после минутного раздумья, ответила я ему. – Потом. Сегодня так много всего произошло и… я просто хочу выспаться. Тем более, у меня такое чувство, что прямых ответов мне от Адалиссы не получить. А тайн мне пока и без неё хватает.
Лекс ушёл, а я тронула Кая за руку:
– Не уходи сегодня, ладно? Не хочу… оставаться без тебя. Хоть Лекс и Анхель считают, что Аббадона пока не стоит бояться… мне не по себе.
– Не уйду.
– Вообще, не уходи в ближайшие дни, – я прижалась к нему. – Я понимаю, что у тебя дела и всё остальное, но я…
– Котёнок… на данный момент ты и всё, что с тобой происходит, важнее всяких дел. Я не оставлю тебя. А всем, что связано с «Шифром», пока Дэм займётся.
– Кстати, – я подняла на парня глаза. – А Дэм в курсе… ну, всего того, что происходит?
– Не обо всём. О Рейфе он знает – пришлось рассказать, так как этот психопат ходит по «Шисуне», как у себя дома. Соответственно, я сказал ему, что в тебе есть кровь демонов. Впрочем, скорее всего, он бы и так это понял, через несколько дней – оборотни, обычно, чувствуют других бессмертных. Но Дэм не знает ни о договоре, ни об Адалиссе. Думаю, и не стоит ему знать.
– Согласна, – кивнула я. – Не потому что я не доверяю Дэму – ты не подумай! Про-сто… демоны – это страшно. И если есть для кого-то шанс – не ввязываться в дела с ними, то пусть он будет. А Дэм мне нравится.
– Ах, нравится, значит?! – Кай притворно зарычал, опрокидывая меня на кровать и нависая надо мной. – И насколько же сильно, позволь узнать?
– Дурак! – рассмеялась я, обхватывая его за шею. – Знаешь, ведь, что кроме тебя мне никто не интересен. А Дэм – приятель.
– Ну, если только приятель... – Кай убрал мои руки от себя, но только за тем, чтобы наклониться ко мне и начать целовать мою шею.
Я закрыла глаза, откинув голову на подушку и позволяя Каю делать всё, что ему хочется. Мне не хотелось сейчас о чём-то думать, переживать… Мне просто хотелось наслаждаться – своими ощущениями, времени с Каем, его прикосновениями… а потом так устать, чтобы просто провалиться в сон. А дела и проблемы? Они будут завтра.
***
Анхель находился на каменистой пустынной равнине, собираясь творить портал. Он только что покинул дворец Астарота, вернув тому артефакт. Великий герцог не преминул спросить Анхеля, когда тот должен исполнить договор с дочерью Савариса Кавэлли. Сам Анхель не удивился, что Верховному известно про договор – просто ответил. По сути, если Анхель не успеет скрыться после того, как вернёт девушке память, он, можно сказать, только что, назначил время собственной казни от рук Астарота.
Анхель поморщился – творить портал в землях Астарота было сложно. Сила Падшего вела себя здесь нестабильно, а уж во дворце великого герцога и вовсе не работала. И Анхель сейчас находился на самых окраинах герцогства Верховного демона, чтобы ему удалось сделать хоть что-то. До самих окраин пришлось добираться по воздуху – на собственных крыльях. Иначе отсюда было не выбраться.
Герцогства… Земли Преисподней, принадлежащие великим герцогам. С учётом того, что этим титулом обладали лишь Верховные, таких владений было семьдесят два – по количеству демонов. Здесь действовали их законы. Здесь им подчинялся сам воздух. И ни-кто не мог здесь находиться без их ведома. Здесь даже климат был по вкусу Верховного. Астарот, например, предпочитал невыносимо жаркую погоду, превосходящую все самые жаркие пустыни мира людей. Немногочисленные растения и животные мира демонов в этих землях не водились. Абсолютно мёртвая потрескавшаяся земля. Единственное, что здесь было – это… статуи. Демонов, эльфов, животных, самых разных существ, чудо-вищ… Застывшие в прыжке, на бегу, спящие, кричащие… Они были здесь повсюду: мраморные, каменные… Самых разных цветов. Они были разбросаны по герцогству, как редкие деревья. Их было больше в центре, близ дворца Астарота, к окраинам их количество уменьшалось. Но, всё равно, они были везде. Можно было подумать, что Астарот заядлый коллекционер. В принципе, так оно и было, только вот… Тот, кто мог чувствовать, видел, что все эти статуи – живые. Что под мрамором, под камнем… стучат сердца и бежит кровь по венам. Какая магия превратила их в неподвижные изваяния, чувствовали ли они что-либо… знал только сам Астарот. Анхель подозревал, что «статуи» чувствовали всё – и боль, и жажду, и голод… только сказать ничего не могли. Как и умереть. Анхель задумчиво покосился на статую молодой красивой демонессы, чьё лицо застыло в безмолвном крике: «Интересно, чем она не угодила Астароту? Или, наоборот… угодила?».
В этот момент, рядом с Падшим ангелом появился никто иной, как Аббадон.
– И на что же ты рассчитываешь, Анхель? Думаешь, договор с Миленой тебя спасёт? – Аббадон уже не выглядел таким взбешённым, как после оглашения решения Люцифера, но Анхель понимал, что это – обманчивое впечатление. – Я так понимаю… артефакт, который прятал тебя от меня всё это время, ты Астароту уже вернул?
– Да. Так что, думаю, теперь Астароту тоже не терпится дождаться, когда я исполню договор, и меня можно будет прикончить, – сам Анхель выглядел спокойным, если не равнодушным и так, по сути, он себя и чувствовал. – И я никогда не думал, что договор меня спасёт.
– Тогда, зачем ты его заключил? Или, – в глазах Аббадона мелькнула догадка, – это был приказ Люцифера? Иначе, ты бы никогда не пошёл на этот самоубийственный шаг. Значит, ты рассказал ему…
– Разумеется.
– Это, всё равно, ничего не изменит! – в голосе Аббадона отчётливо послышалось рычание – он начал выходить из себя. – Плевать мне на договор – я, всё равно, завладею Миленой!
– Глупо, – Падший ангел покачал головой. – И невыполнимо. Хоть ярость сейчас и затмевает твой разум, но ты должен прекрасно понимать, из-за чего повелитель встал на мою сторону. На девочку у него свои планы и даже тебе он не позволит в них вмешивать-ся.
– Если бы не твоё вмешательство в мои дела… – Верховный шагнул в сторону Анхеля и последний ощутил давящую разрушительную силу демона Бездны – Аббадон был готов обратить своего недавнего оппонента в прах.
– Дело не во мне, – Анхель даже не сдвинулся с места. – Сомневаюсь, что если бы повелитель не узнал бы всё от меня, то не узнал бы как-то иначе. Ты, ведь, сам знал… ещё когда заключал договор с матерью Милены, что родится девочка – наследница Нуара. На что ты надеялся, зная это? Что Люцифер ничего не узнает до тех пор, пока твой договор не вступит в силу? Он бы, всё равно, нашёл способ.
– А ты-то почему так уверен, что девчонка окажется наследницей того Чёрного дракона?! То, что она его потомок – ещё не гарантия, что в ней пробудится его наследие!
– Верно, не гарантия. Но даже если явных признаков не будет… она, всё равно, будет использована. Кровь предков в девочке есть. Но только дело не в этом. Я знаю, что это – невозможно, но кровь демонов в Милене уже пробуждалась, и была усыплена вновь – до девятнадцатилетия.
– Откуда ты это взял? – сила Верховного демона поутихла – похоже, он заинтересовался ответом Анхеля.
– Я интересовался её прошлым, в отличие от тебя, – Падший позволил себе усмешку. – Над ней ставили эксперименты человеческие учёные – это, на самом деле, так. Но причиной этого послужило раннее пробуждение. Я нашёл кое-какие сохранившиеся записи этих людей. В них указано, что у девочки было два чёрных крыла – одно перьевое, второе – чешуйчатое. После того, как кровь демона кто-то усыпил, крылья тоже исчезли. Но скоро они появятся – точно такие же, я уверен. А что означает чешуйчатое крыло, тебе объяснять не надо.
– Значит, всё-таки, наследница Нуара… – Аббадон, вдруг, расхохотался. – По сути, ты спас Милену от меня, чтобы её отдали другому! Она же этого ещё не знает? Хотелось бы мне посмотреть, когда её поставят перед фактом… А теперь, скажи, на что ты заключил с ней договор? И чем она тебе за него заплатит?
Анхель понимал, что не ответить он не может. Аббадон был на взводе. Он не получил того, что ждал почти девятнадцать лет. И сейчас Верховному демону был нужен малейший повод, чтобы наплевать на все законы Преисподней. И Падший, по возможности, давать его не хотел.
– Я верну Милене её настоящую память, – сказал Анхель. – Ту, что кто-то заменил на фальшивую. Взамен, она убьёт меня тогда, когда я этого захочу.
– Вот, значит, как, – Аббадон совершенно не выглядел удивлённым. – Конечно, смерть от моих рук или рук Астарота будет для тебя, не в пример, веселее. Но, чего-то подобного я ожидал. Ты слишком надолго застрял в положении Падшего ангела.
– Попытаешься опередить Милену, и убить меня первым? Если это не получится у Астарота?
– Нет. Я хочу посмотреть… – Аббадон оскалился. – Посмотреть на то, как девчонка, воспитанная людьми, будет убивать тебя. Хочу видеть её чувства… Видеть пропасть, к которой её, неизбежно, подтолкнёт твоя смерть… Это будет прекрасное зрелище! – после этих слов, он исчез.
Анхелю же, наконец, удалось создать портал в мир людей – в Преисподней ему сейчас было небезопасно.
«Как бы ты не разочаровался, Аббадон, – между тем, подумал Падший. – К тому времени, как Милене придётся платить по моему договору, повелитель, наверняка, реализует свои планы насчёт девочки. Она не останется такой, как прежде. И будет ли её волновать моя смерть… под большим вопросом».
***
Всегда, когда я ночевала с Каем, он просыпался раньше меня. Но в то утро, после моего короткого путешествия в мир демонов, Кай ещё спал, когда я проснулась. Я тихо лежала в его объятьях, смотря на его спокойное лицо. Но когда мне захотелось прикоснуться к нему, моя рука оказалась перехвачена, и парень открыл глаза.
– Извини, – поймал он мой несколько растерянный взгляд и поцеловал мою ладонь, которую держал. – Рефлекс – действую быстрее, чем начинаю соображать. Как спалось?
Я высвободила свою руку и сладко потянулась:
– Знаешь, мне ничего не снилось – ни Адалисса, ни лаборатории… Вообще, ничего. И, благодаря этому, я прекрасно выспалась! Похоже, я начинаю любить такие ночи, когда не вижу снов. Хотя… вчера, когда я засыпала, я думала, что буду видеть во сне Аббадона, мир демонов, Люцифера… Или... – я с подозрением посмотрела на Кая, – над моими снами сегодня Дэм поработал?
– Нет, он тут не при чём, – и я почувствовала, что это – правда. – Но, если бы тебе снились кошмары, признаю, я бы его помощью воспользовался.
Я выбралась из кровати и, в чём мать родила, пошла в сторону ванной комнаты. Остановилась, оглянусь… и, лукаво усмехнувшись, спросила:
– А ты не хочешь со мной на водные процедуры?
– Ты ещё спрашиваешь?
В общем, в ванной мы слегка задержались. Выходить оттуда мне совсем не хотелось. Наоборот, хотелось остановить время, и чтобы это мгновение продолжалось, продолжалось… Чтобы не думать о вечере, не думать об Анхеле… не думать о завтрашнем дне. Нет, дело было не в том, что я боялась (хотя, страх тоже присутствовал – чего уж тут таить). Главной причиной было то, что тогда… в тот миг… были только я и Кай. Только наши ощущения, только наши эмоции, прикосновения… Глупо прозвучит, но мне, дей-ствительно, казалось, что мы одни в мире. Если и не в целом, то в своём – личном маленьком мирке, откуда не хотелось возвращаться во внешний мир, с его проблемами. Но, в конце концов, сделать это, всё-таки, пришлось.
Мы с Каем были уже одеты и просто разговаривали, когда в дверь, неожиданно, постучали.
– Ты кого-то ждёшь? – спросил Кай.
Я пожала плечами:
– Да, вроде, нет. Мистер Флорес должен был прийти завтра, но, по известной причине, я перенесла занятия.
Стук повторился, став более настойчивым. И я пошла открывать. Каково же было моё удивление, когда на пороге своей комнаты я обнаружила Лави. Девушка смотрела на меня несчастным взглядом, её глаза были покрасневшими…
– Рейф? – больше причин для её грусти я не находила.
Девушка, всхлипнув, кивнула.
– Проходи, – я посторонилась, и девушка прошла в комнату.
Увидев Кая, она испуганно охнула:
– Ой, простите! Я не думала, что… Я помешала, да?
– Нет, что ты. Каю, как раз, надо было уходить, – я обняла Кая, шепнув ему. – Оставишь нас на пол часика? Кажется, ей надо выговориться.
– Конечно, – также тихо ответил парень.
Он ушёл, а я усадила Лави в кресло, и сама села напротив неё:
– Ну, рассказывай. Что натворил этот тип? – я понимала, что ничего такого ужасного Рейф, всё-таки, не сделал, иначе, состояние у Лави было бы совсем другое.
– Он… он сказал, что... – в глазах Лави заблестели слёзы. – Сказал, что мы не подходим друг другу! – вот после этих слов она не сдержалась и расплакалась.
Я тут же поднялась, обняла её… Девушка прижалась ко мне и заплакала ещё сильнее.
– Я не думаю, что Аббадон приблизится к Милене до тех пор, пока её кровь не пробудится, – произнёс Анхель. – Пусть он и уверен, что Милена переживёт это, но шанс её гибели, всё же, есть. И, скорее всего, он выяснит – на что мы заключили договор и на какой срок, и будет ждать его исполнения – хотя бы, с моей стороны.
– А это ещё зачем? – удивилась я.
– Потому что повелитель оставил наш договор в силе, – ответил Падший – портал он так и не закрыл – видимо, задерживаться не собирался. – Ты должна была успеть понять, что договор с демоном – это не просто лист бумаги. Принятый нашим миром, он не может исчезнуть бесследно, только если его не уничтожает повелитель. Договор должен быть исполнен. Поэтому Аббадон подождёт.
– Но, судя по твоим словам, ты тоже считаешь, что Аббадон не оставит меня в покое? – я крепче прижала к себе Блэка, ощутив, что демонёнка пугает само произношение имени Верховного демона.
– Посмотрим, – уклончиво ответил Анхель. – Я ухожу. Думаю, до завтрашнего дня тебе надо отдохнуть. А завтра я верну тебе твою память, – и Падший шагнул в портал.
– Что-то меня посетило поганое чувство, что всё было бессмысленно, – произнесла я, после ухода Анхеля. – Какой толк был разрывать договор, если от Аббадона это не избавит?
– Во-первых, демону не достанется твоя душа. А во-вторых, следуя словам Анхеля, мы получили небольшую передышку от присутствия Верховного – хотя бы, на ближайшие дни, – перечислил Кай. – А в-третьих… может случиться так, что Аббадон потеряет теперь интерес к тебе.
– В последнее ты сам не веришь, – я вздохнула и отпустила Блэка на пол. – Но ты прав – хотя бы передышка у нас есть. И завтра я верну себе память. А потом будем смотреть – переживу я, вообще, свой день рождения или нет, – я продолжила, прежде чем Кай начал прерывать меня словами, что всё будет нормально – в это мне и самой хотелось верить. – Но вот что меня ещё напрягает… Адалисса. Она оказалась права. Вопрос с договором мамы решился. Меня это как бы радует, несмотря на то, что последствия ещё могут быть, но… почему Адалисса была в этом так уверена? Она, как будто, знала… А если, на самом деле, знала? Тогда, возникает вопрос – откуда?
– Хочешь поговорить с ней сегодня ночью? – спросил Лекс – он тоже собрался уходить, подойдя к двери.
– Нет, – всё-таки, после минутного раздумья, ответила я ему. – Потом. Сегодня так много всего произошло и… я просто хочу выспаться. Тем более, у меня такое чувство, что прямых ответов мне от Адалиссы не получить. А тайн мне пока и без неё хватает.
Лекс ушёл, а я тронула Кая за руку:
– Не уходи сегодня, ладно? Не хочу… оставаться без тебя. Хоть Лекс и Анхель считают, что Аббадона пока не стоит бояться… мне не по себе.
– Не уйду.
– Вообще, не уходи в ближайшие дни, – я прижалась к нему. – Я понимаю, что у тебя дела и всё остальное, но я…
– Котёнок… на данный момент ты и всё, что с тобой происходит, важнее всяких дел. Я не оставлю тебя. А всем, что связано с «Шифром», пока Дэм займётся.
– Кстати, – я подняла на парня глаза. – А Дэм в курсе… ну, всего того, что происходит?
– Не обо всём. О Рейфе он знает – пришлось рассказать, так как этот психопат ходит по «Шисуне», как у себя дома. Соответственно, я сказал ему, что в тебе есть кровь демонов. Впрочем, скорее всего, он бы и так это понял, через несколько дней – оборотни, обычно, чувствуют других бессмертных. Но Дэм не знает ни о договоре, ни об Адалиссе. Думаю, и не стоит ему знать.
– Согласна, – кивнула я. – Не потому что я не доверяю Дэму – ты не подумай! Про-сто… демоны – это страшно. И если есть для кого-то шанс – не ввязываться в дела с ними, то пусть он будет. А Дэм мне нравится.
– Ах, нравится, значит?! – Кай притворно зарычал, опрокидывая меня на кровать и нависая надо мной. – И насколько же сильно, позволь узнать?
– Дурак! – рассмеялась я, обхватывая его за шею. – Знаешь, ведь, что кроме тебя мне никто не интересен. А Дэм – приятель.
– Ну, если только приятель... – Кай убрал мои руки от себя, но только за тем, чтобы наклониться ко мне и начать целовать мою шею.
Я закрыла глаза, откинув голову на подушку и позволяя Каю делать всё, что ему хочется. Мне не хотелось сейчас о чём-то думать, переживать… Мне просто хотелось наслаждаться – своими ощущениями, времени с Каем, его прикосновениями… а потом так устать, чтобы просто провалиться в сон. А дела и проблемы? Они будут завтра.
***
Анхель находился на каменистой пустынной равнине, собираясь творить портал. Он только что покинул дворец Астарота, вернув тому артефакт. Великий герцог не преминул спросить Анхеля, когда тот должен исполнить договор с дочерью Савариса Кавэлли. Сам Анхель не удивился, что Верховному известно про договор – просто ответил. По сути, если Анхель не успеет скрыться после того, как вернёт девушке память, он, можно сказать, только что, назначил время собственной казни от рук Астарота.
Анхель поморщился – творить портал в землях Астарота было сложно. Сила Падшего вела себя здесь нестабильно, а уж во дворце великого герцога и вовсе не работала. И Анхель сейчас находился на самых окраинах герцогства Верховного демона, чтобы ему удалось сделать хоть что-то. До самих окраин пришлось добираться по воздуху – на собственных крыльях. Иначе отсюда было не выбраться.
Герцогства… Земли Преисподней, принадлежащие великим герцогам. С учётом того, что этим титулом обладали лишь Верховные, таких владений было семьдесят два – по количеству демонов. Здесь действовали их законы. Здесь им подчинялся сам воздух. И ни-кто не мог здесь находиться без их ведома. Здесь даже климат был по вкусу Верховного. Астарот, например, предпочитал невыносимо жаркую погоду, превосходящую все самые жаркие пустыни мира людей. Немногочисленные растения и животные мира демонов в этих землях не водились. Абсолютно мёртвая потрескавшаяся земля. Единственное, что здесь было – это… статуи. Демонов, эльфов, животных, самых разных существ, чудо-вищ… Застывшие в прыжке, на бегу, спящие, кричащие… Они были здесь повсюду: мраморные, каменные… Самых разных цветов. Они были разбросаны по герцогству, как редкие деревья. Их было больше в центре, близ дворца Астарота, к окраинам их количество уменьшалось. Но, всё равно, они были везде. Можно было подумать, что Астарот заядлый коллекционер. В принципе, так оно и было, только вот… Тот, кто мог чувствовать, видел, что все эти статуи – живые. Что под мрамором, под камнем… стучат сердца и бежит кровь по венам. Какая магия превратила их в неподвижные изваяния, чувствовали ли они что-либо… знал только сам Астарот. Анхель подозревал, что «статуи» чувствовали всё – и боль, и жажду, и голод… только сказать ничего не могли. Как и умереть. Анхель задумчиво покосился на статую молодой красивой демонессы, чьё лицо застыло в безмолвном крике: «Интересно, чем она не угодила Астароту? Или, наоборот… угодила?».
В этот момент, рядом с Падшим ангелом появился никто иной, как Аббадон.
– И на что же ты рассчитываешь, Анхель? Думаешь, договор с Миленой тебя спасёт? – Аббадон уже не выглядел таким взбешённым, как после оглашения решения Люцифера, но Анхель понимал, что это – обманчивое впечатление. – Я так понимаю… артефакт, который прятал тебя от меня всё это время, ты Астароту уже вернул?
– Да. Так что, думаю, теперь Астароту тоже не терпится дождаться, когда я исполню договор, и меня можно будет прикончить, – сам Анхель выглядел спокойным, если не равнодушным и так, по сути, он себя и чувствовал. – И я никогда не думал, что договор меня спасёт.
– Тогда, зачем ты его заключил? Или, – в глазах Аббадона мелькнула догадка, – это был приказ Люцифера? Иначе, ты бы никогда не пошёл на этот самоубийственный шаг. Значит, ты рассказал ему…
– Разумеется.
– Это, всё равно, ничего не изменит! – в голосе Аббадона отчётливо послышалось рычание – он начал выходить из себя. – Плевать мне на договор – я, всё равно, завладею Миленой!
– Глупо, – Падший ангел покачал головой. – И невыполнимо. Хоть ярость сейчас и затмевает твой разум, но ты должен прекрасно понимать, из-за чего повелитель встал на мою сторону. На девочку у него свои планы и даже тебе он не позволит в них вмешивать-ся.
– Если бы не твоё вмешательство в мои дела… – Верховный шагнул в сторону Анхеля и последний ощутил давящую разрушительную силу демона Бездны – Аббадон был готов обратить своего недавнего оппонента в прах.
– Дело не во мне, – Анхель даже не сдвинулся с места. – Сомневаюсь, что если бы повелитель не узнал бы всё от меня, то не узнал бы как-то иначе. Ты, ведь, сам знал… ещё когда заключал договор с матерью Милены, что родится девочка – наследница Нуара. На что ты надеялся, зная это? Что Люцифер ничего не узнает до тех пор, пока твой договор не вступит в силу? Он бы, всё равно, нашёл способ.
– А ты-то почему так уверен, что девчонка окажется наследницей того Чёрного дракона?! То, что она его потомок – ещё не гарантия, что в ней пробудится его наследие!
– Верно, не гарантия. Но даже если явных признаков не будет… она, всё равно, будет использована. Кровь предков в девочке есть. Но только дело не в этом. Я знаю, что это – невозможно, но кровь демонов в Милене уже пробуждалась, и была усыплена вновь – до девятнадцатилетия.
– Откуда ты это взял? – сила Верховного демона поутихла – похоже, он заинтересовался ответом Анхеля.
– Я интересовался её прошлым, в отличие от тебя, – Падший позволил себе усмешку. – Над ней ставили эксперименты человеческие учёные – это, на самом деле, так. Но причиной этого послужило раннее пробуждение. Я нашёл кое-какие сохранившиеся записи этих людей. В них указано, что у девочки было два чёрных крыла – одно перьевое, второе – чешуйчатое. После того, как кровь демона кто-то усыпил, крылья тоже исчезли. Но скоро они появятся – точно такие же, я уверен. А что означает чешуйчатое крыло, тебе объяснять не надо.
– Значит, всё-таки, наследница Нуара… – Аббадон, вдруг, расхохотался. – По сути, ты спас Милену от меня, чтобы её отдали другому! Она же этого ещё не знает? Хотелось бы мне посмотреть, когда её поставят перед фактом… А теперь, скажи, на что ты заключил с ней договор? И чем она тебе за него заплатит?
Анхель понимал, что не ответить он не может. Аббадон был на взводе. Он не получил того, что ждал почти девятнадцать лет. И сейчас Верховному демону был нужен малейший повод, чтобы наплевать на все законы Преисподней. И Падший, по возможности, давать его не хотел.
– Я верну Милене её настоящую память, – сказал Анхель. – Ту, что кто-то заменил на фальшивую. Взамен, она убьёт меня тогда, когда я этого захочу.
– Вот, значит, как, – Аббадон совершенно не выглядел удивлённым. – Конечно, смерть от моих рук или рук Астарота будет для тебя, не в пример, веселее. Но, чего-то подобного я ожидал. Ты слишком надолго застрял в положении Падшего ангела.
– Попытаешься опередить Милену, и убить меня первым? Если это не получится у Астарота?
– Нет. Я хочу посмотреть… – Аббадон оскалился. – Посмотреть на то, как девчонка, воспитанная людьми, будет убивать тебя. Хочу видеть её чувства… Видеть пропасть, к которой её, неизбежно, подтолкнёт твоя смерть… Это будет прекрасное зрелище! – после этих слов, он исчез.
Анхелю же, наконец, удалось создать портал в мир людей – в Преисподней ему сейчас было небезопасно.
«Как бы ты не разочаровался, Аббадон, – между тем, подумал Падший. – К тому времени, как Милене придётся платить по моему договору, повелитель, наверняка, реализует свои планы насчёт девочки. Она не останется такой, как прежде. И будет ли её волновать моя смерть… под большим вопросом».
***
Всегда, когда я ночевала с Каем, он просыпался раньше меня. Но в то утро, после моего короткого путешествия в мир демонов, Кай ещё спал, когда я проснулась. Я тихо лежала в его объятьях, смотря на его спокойное лицо. Но когда мне захотелось прикоснуться к нему, моя рука оказалась перехвачена, и парень открыл глаза.
– Извини, – поймал он мой несколько растерянный взгляд и поцеловал мою ладонь, которую держал. – Рефлекс – действую быстрее, чем начинаю соображать. Как спалось?
Я высвободила свою руку и сладко потянулась:
– Знаешь, мне ничего не снилось – ни Адалисса, ни лаборатории… Вообще, ничего. И, благодаря этому, я прекрасно выспалась! Похоже, я начинаю любить такие ночи, когда не вижу снов. Хотя… вчера, когда я засыпала, я думала, что буду видеть во сне Аббадона, мир демонов, Люцифера… Или... – я с подозрением посмотрела на Кая, – над моими снами сегодня Дэм поработал?
– Нет, он тут не при чём, – и я почувствовала, что это – правда. – Но, если бы тебе снились кошмары, признаю, я бы его помощью воспользовался.
Я выбралась из кровати и, в чём мать родила, пошла в сторону ванной комнаты. Остановилась, оглянусь… и, лукаво усмехнувшись, спросила:
– А ты не хочешь со мной на водные процедуры?
– Ты ещё спрашиваешь?
В общем, в ванной мы слегка задержались. Выходить оттуда мне совсем не хотелось. Наоборот, хотелось остановить время, и чтобы это мгновение продолжалось, продолжалось… Чтобы не думать о вечере, не думать об Анхеле… не думать о завтрашнем дне. Нет, дело было не в том, что я боялась (хотя, страх тоже присутствовал – чего уж тут таить). Главной причиной было то, что тогда… в тот миг… были только я и Кай. Только наши ощущения, только наши эмоции, прикосновения… Глупо прозвучит, но мне, дей-ствительно, казалось, что мы одни в мире. Если и не в целом, то в своём – личном маленьком мирке, откуда не хотелось возвращаться во внешний мир, с его проблемами. Но, в конце концов, сделать это, всё-таки, пришлось.
Мы с Каем были уже одеты и просто разговаривали, когда в дверь, неожиданно, постучали.
– Ты кого-то ждёшь? – спросил Кай.
Я пожала плечами:
– Да, вроде, нет. Мистер Флорес должен был прийти завтра, но, по известной причине, я перенесла занятия.
Стук повторился, став более настойчивым. И я пошла открывать. Каково же было моё удивление, когда на пороге своей комнаты я обнаружила Лави. Девушка смотрела на меня несчастным взглядом, её глаза были покрасневшими…
– Рейф? – больше причин для её грусти я не находила.
Девушка, всхлипнув, кивнула.
– Проходи, – я посторонилась, и девушка прошла в комнату.
Увидев Кая, она испуганно охнула:
– Ой, простите! Я не думала, что… Я помешала, да?
– Нет, что ты. Каю, как раз, надо было уходить, – я обняла Кая, шепнув ему. – Оставишь нас на пол часика? Кажется, ей надо выговориться.
– Конечно, – также тихо ответил парень.
Он ушёл, а я усадила Лави в кресло, и сама села напротив неё:
– Ну, рассказывай. Что натворил этот тип? – я понимала, что ничего такого ужасного Рейф, всё-таки, не сделал, иначе, состояние у Лави было бы совсем другое.
– Он… он сказал, что... – в глазах Лави заблестели слёзы. – Сказал, что мы не подходим друг другу! – вот после этих слов она не сдержалась и расплакалась.
Я тут же поднялась, обняла её… Девушка прижалась ко мне и заплакала ещё сильнее.
