Брату он помогать явно не хотел. Особенно после того, что тот устроил. Но и проигнорировать прямую просьбу в его ситуации было нельзя. Во-первых, все знают, что это его брат — и если император откажется помогать родственнику, это вызовет ненужные вопросы. Во-первых, он не может потерять авторитет перед народом. И уж тем более перед студентами, которые и так перепуганы до полусмерти.
Поэтому, бросив на меня быстрый взгляд, он сказал:
— Позже договорим.
И вышел из кабинета, даже не взглянув на Адриана. Студентка Вренжей потрусила за ним, на ходу докладывая обстановку.
Я проводила их взглядом и перевела внимание на раненого.
— Адриан, тебе лучше? — спросила я, опускаясь рядом с ним на колени.
— Абсолютно точно — да, — довольно ответил дракон. Он не выглядел как человек, который только что был на грани смерти. Да, бледный, да, из ноги сочится кровь, но глаза сияли, а на губах играла странная, почти счастливая улыбка.
— Почему «абсолютно»? — удивилась я.
Ректор, который пытался подняться, замер и прислушался. Не вмешиваясь, но явно грея уши.
— Потому что теперь я абсолютно точно смогу официально ухаживать за тобой, — объявил Адриан, и в его голосе зазвучали торжественные нотки. — Не оглядываясь на осуждение и мнение других. Мне и до этого было плевать, но сейчас мы оба будем спокойнее. Связи нет, и это отлично.
Он сиял, как новая монета. Я смотрела на него и не верила своим глазам. У человека из ноги торчит здоровенная деревяшка, только что он едва не задохнулся от смещённых позвонков, а он сияет и говорит об ухаживаниях.
— Адриан, — осторожно начала я. — Мы уже затрагивали эту тему, и...
— Послушай, — перебил он, и улыбка его стала мягче. — Я тебя ни к чему не принуждаю. Как я и говорил, ты будешь решать сама. Просто меня радует, что произошло. И всё. Думаю, ты понимаешь: теперь всё будет иначе.
— Понимаю, — кивнула я, хотя на самом деле не понимала ничего.
— А теперь, — Адриан перевёл взгляд на ректора, — нам с Дракорусом нужны хорошие целебные руки. Эй, ректор, где твои волшебники?
Как только он закончил вопрос, в кабинет набежала куча народу. Лекари в белых мантиях, помощники с носилками, несколько преподавателей с серьёзными лицами. Нас стали вертеть и крутить, чтобы осмотреть со всех сторон. Зрение, слух, чувствительность конечностей — проверяли буквально всё.
Я проклинала свою настойчивость в вызове местных врачей. Без этого, конечно, не получилось бы — Адриану нужна была профессиональная помощь, а у меня, возможно, сотрясение. Но мне проще думать, что можно было избежать данной процедуры.
— Проверьте у неё ещё уровень магии, — бросил ректор мужчине, который стоял напротив и проверял мою способность отличать цвета.
Вот зачем это, скажите мне, вообще понадобилось? И почему я раньше не слышала о проверке уровня магии? Наверное, потому что я студентка первого курса, а такие тесты проводят только в особых случаях. Или когда ведьма только что пережила спонтанное пробуждение силы и устроила локальный апокалипсис.
— Хорошо, будет сделано, ректор, — кивнул мужчина и жестом пригласил меня следовать за ним.
Ректор Дракорус, удовлетворившись ответом, вернулся к своим делам. Его как раз успели осмотреть — руку вправили, ушибы залечили — и он уже просматривал бумаги, чудом уцелевшие во время семейной заварушки.
Меня отвели в угол кабинета, усадили на единственный уцелевший стул и попросили закрыть глаза и представить реку.
Я честно попыталась представить свою городскую речку — Обь, широкую, могучую, с мостами и набережной. Но перед глазами каждый раз вставало море. Глубокое, насыщенного синего цвета. Бескрайнее, уходящее за горизонт. Впереди морская гладь и больше ничего. Только далеко-далеко виднелась высокая волна и сгущающиеся тучи.
А потом волна начала расти. Приближаться. Я чувствовала, как она набирает силу, как воздух наполняется влагой, как...
— Ах! — раздался испуганный крик.
Я резко открыла глаза.
Вокруг всё было залито водой.
Кабинет ректора, который только что привели в относительный порядок, снова превратился в руины. Вода хлестала из ниоткуда, заливая пол, мебель, документы. Лекари в панике хватали свои инструменты и отступали к дверям. Адриан, которого только начали перевязывать, сидел в луже воды и смотрел на меня с выражением крайнего изумления.
— Кхм, Василиса, — прокашлялся ректор, отряхивая мантию. — Кажется, вам нужно не к ведьмам.
— А куда, ректор? — удивлённо посмотрела на него, всё ещё не понимая, что произошло.
— Пойдёте к боевикам, — решительно заявил Дракорус. — Будете боевой... ммм... ведьмой.
— А такое разве бывает? — спросила я заинтересованно.
— Вы же будете, — пожал плечами ректор. — Значит, бывает!
Он говорил с такой настойчивостью, что спорить было бесполезно. Боевая ведьма, говорите? Звучит неплохо. Особенно для этого мира.
Я покосилась на Адриана. Его только закончили проверять, поэтому данного разговора он не слышал — целители что-то колдовали над его ногой, накладывая повязки и шепча заклинания. Лицо его было сосредоточенным, но когда наши взгляды встретились, он ободряюще улыбнулся.
Я подошла к нему, осторожно обходя лужи.
— Адриан, представляешь, — сказала я, стараясь говорить бодро, — я буду боевой ведьмой. Не знаю, что это значит, но звучит круто. Почти Супермен, только в юбке.
— Интересно, — он приподнял бровь, в глазах заплясали смешинки. — Не знаю, что там за «мен», но идея боевого факультета мне нравится. Драк так решил?
— Да. Только я не поняла, что это значит, — призналась я.
— О-о, дорогая, — раздался голос с порога. — Совсем скоро ты это узнаешь!
Мы обернулись. В дверях стоял Астарт, мокрый, злой, но с довольной улыбкой на лице. Видимо, братца он всё-таки вызволил, и теперь его величество пребывал в благодушном настроении. Насколько это вообще возможно для дракона, который только что разнёс половину академии.
— Что с Геростратом? — спросила я, не удержавшись.
— Жив, — бросил Астарт, входя в кабинет. — К сожалению. Будет сидеть в подземельях, пока не одумается. Или пока я не решу, что с ним делать.
Он остановился напротив меня, окинул взглядом с ног до головы.
— А ты, я смотрю, воду решила призвать? — усмехнулся он. — Эффектно. И мокро. Очень мокро.
— Не специально, — буркнула я, отряхивая платье. — Они сами попросили представить реку.
— А представила море, — догадался Астарт. — Я чувствую. В тебе океан, Василиса. Не река. Не озеро. Океан.
— Поэтично, — заметила я. — Для человека, который только что гонялся за братом по всей академии.
— Я дракон, — поправил он. — Мы вообще создания поэтические.
Адриан скептически хмыкнул, но промолчал.
С этой фразы моя история и правда изменилась и покатилась, как колесо с горки. И нет, спокойнее жизнь не стала. Ведь почти сразу я узнала то, что изменит мою жизнь ещё сильнее. Но об этом — в следующий раз.
А пока меня подхватили под руки двое лекарей и повели в лазарет — проверять уровень магии, состояние здоровья и, видимо, наличие мозгов после всего пережитого.
— Я сама могу идти! — возмутилась я, но меня не слушали.
— Боевая ведьма должна беречь себя, — наставительно сказал ректор. — Вы — наше будущее, Василиса. Не подведите.
— Постараюсь, — вздохнула я, позволяя увести себя из разгромленного кабинета.
Но перед выходом обернулась. Астарт и Адриан стояли напротив друг друга, и воздух между ними искрился. Два дракона. Два родственника. Два претендента на моё внимание.
— Не передрались бы там без меня, — бросила я через плечо.
— Не дождёшься, — усмехнулся Астарт.
— Обещаю быть паинькой, — добавил Адриан с самой невинной улыбкой.
Я не поверила ни одному, ни второму. Но выбора не было.
Глава 20
— И вновь добро пожаловать, дорогуша! — пропела госпожа Теракота, едва я переступила порог общежития.
Меня доверили маленькой фее — вторая попытка, я надеялась, будет успешнее первой. Лекари признали меня здоровой (после получаса осмотров, проверок и заклинаний), уровень магии зафиксировали как «выше среднего, со склонностью к нестабильности», и отправили восвояси. А именно — в женское общежитие, где мне предстояло теперь жить.
Мы снова оказались в той самой комнате, где я уже провела одну ночь. Всё было как прежде: узкая кровать, тумбочка, письменный стол и маленькое окно с видом на парк. Чисто, скромно, но уютно.
Сразу вспомнилась встреча с предполагаемой невестой императора. Как её там? Филиста, точно. Интересно, она уже знает, что связь разорвана? Надо будет при случае сообщить — пусть порадуется.
Хотя... кхм, ладно, это я просто злорадствую.
Астарт быстро покинул наше общество, как только выдал своё зловещее предположение по поводу моего будущего. Сослался на то, что у него и без нас куча дел. Не так, конечно, более вежливо прозвучало его оправдание. Хотя все мы прекрасно понимали, что отвечать на неудобные вопросы он не хотел. И точно предполагал, что родственники просто так от него не отвяжутся. Поэтому взял всё в свои руки и сбежал раньше этого момента. Но пообещал вернуться на следующий день, от чего хотелось умчаться уже мне.
Нет, я всё понимаю. И я согласна была попробовать наладить отношения — мало ли, может, у нас и получилось бы начать нормально общаться. Но сценка в кабинете, а также разорванная связь решили почти всё. Теперь я сама себе хозяйка. Никаких привязок, никаких «истинных пар». Свобода!
— Где столовая, помнишь? — спросила у меня фея, о которой я уже забыла, погрузившись в свои мысли.
Я рассеянно кивнула. Разговаривать с этой деятельной особой не очень хотелось. Слишком много в ней энергии, которой у меня самой сейчас не было. После пережитого хотелось только одного — упасть на кровать и не двигаться.
— Отличненько! — всплеснула руками госпожа Теракота. — Тогда хорошего отдыха! Учиться — так учиться!
Как только за ней захлопнулась дверь, я смогла выдохнуть. Упала на кровать, раскинув руки в стороны, и уставилась в потолок. Простой, белый, без трещин. Идеальный. Хоть что-то в этом мире идеальное.
Я умоляла мозг отключиться и расслабиться. Но нет. Сразу перед глазами встала картинка нашего последнего разговора с Адрианом. То, что случилось уже после проверки кабинета и отбытия императора.
— Так что, боевая ведьма, — вновь он вернулся к прерванному разговору, когда меня наконец отпустили лекари.
— Ага, — устало ответила я.
— И что ты думаешь по этому поводу? — спросил он, склонив голову к левому плечу.
— Моё мнение не изменилось, — пожала я плечами. — Как я и сказала до этого, идея стать боевой ведьмой звучит неплохо. Ещё бы понимать, что это значит для всех и для меня в частности.
— Ты не единственная, конечно, — Адриан подался вперёд, понижая голос. — Но ведьм с двумя направлениями мало. Вы, как элита магического мира. Каждый будет смотреть на тебя, наблюдать и оценивать. А после тебе придётся доказывать своё место. Что ты его занимаешь не просто так.
— По описанию всё выглядит не очень весело, — задумчиво произнесла я.
— Это так, — кивнул он. — Ведь работы будет много. Но так даже интереснее.
— Что интереснее? — удивилась я.
— Добиваться твоего внимания, — он подмигнул. — А ещё обучать тебя, наставлять. Ведь я буду одним из твоих лекторов.
— Адриан... — начала я.
— Да-да, «сколько можно» и так далее, — перебил он, отмахиваясь. — Прости. Обычно я намного серьёзнее. Просто ты вызываешь во мне такие странные чувства и эмоции. Очень сложно сдержаться. И не только мне, как ты заметила.
— Понятно, — ответила я, чувствуя, как нарастает напряжение.
Дальше наш разговор не зашёл, потому что я притворилась, что мне резко стало плохо. Вокруг меня побегало ещё пару человек с проверками, но, признав полное истощение, отпустили на все четыре стороны, вызвав сопровождение в виде одной суетливой феи.
За этими воспоминаниями пришли мысли о доме. О родных, о коллегах. Да, я была всегда сдержанной и не сильно любила подпускать к себе людей (вот бы они сейчас удивились, увидев меня такой экспрессивной, какой я стала в последние дни). Но они — всё моё окружение. Моя банда, как сказал бы двоюродный брат.
Мне не хватало суеты города, бешеного ритма на работе, даже семейных праздничных посиделок. Правду говорят: ценим только тогда, когда теряем.
И я даже готова терпеть вечные намёки о замужестве.
Вот с такими мыслями я и погрузилась в сон, в котором вновь встретилась с императором. И понять, сон это или явь, было почти невозможно.
***
Вокруг белый туман. Что находится дальше, разглядеть не получалось. Но я была спокойна. Где-то глубоко внутри чувствовала — здесь безопасно. А ещё интуиция подсказывала, что сейчас что-то произойдёт.
Так и вышло.
Прямо передо мной стал проявляться силуэт мужчины. А дальше стали видны черты лица, и вот напротив меня уже стоит Астарт. Во всей красе, так сказать.
На нём парадный костюм, какой я раньше могла увидеть только в фильмах и сериалах нашего мира. Тёмно-синий бархатный сюртук, расшитый серебряными нитями, белоснежная рубашка с высоким воротником, чёрные брюки и начищенные до блеска сапоги. На голове сидит помпезная корона с сотней сверкающих камней.
Статный, независимый, уверенный в себе. Вот каким я увидела его сейчас.
Он также пристально рассматривал меня. И я поняла, что у меня тоже интересный наряд, на который я просто не обратила внимания. На мне того же цвета, что и у императора, наряд — платье в пол. Глубокий синий оттенок мне всегда шёл, а в сочетании с красивыми туфельками на небольшом каблуке было вообще шикарно. Вышивка серебром повторяла узоры на его сюртуке — будто нас одевал один стилист. И мы будто дополняли друг друга.
Спустя несколько минут молчания я почувствовала тяжесть на голове. На ней, кажется, появилась корона — пара той, что мне удалось разглядеть на мужчине.
— Истина, — нарушил молчание Астарт. — Знак свыше, не иначе.
— Знак чего? — решила поддержать разговор я. Это ведь сон, верно? Значит, я сама спроектировала этот момент. И поэтому могу делать всё, что захочу.
— Нашей с тобой совместимости, — ответили мне.
— Ну не знаю, — я покачала головой. — Во сне, по мнению многих учёных и просто исследователей, проявляются наши самые потаённые желания. И знаки здесь ни при чём.
— Думай так, если тебе хочется, — Астарт усмехнулся. — Но тогда, из твоего же пояснения, получается, что ты этого хочешь.
— Нет, это не так, — я поперхнулась воздухом от такого заявления.
Император только повёл плечами.
— Я не хотела этого, — сказала я ему, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.
— Но это твой сон, — напомнил он. — И именно сила ведьмы притянула меня в него.
— Никого я не притягивала!
— Не буду спорить, — вздохнул он. — Понял, что уже бесполезно. Лучше скажи, ты нормально устроилась?
— Всё хорошо, — ответила я, не вдаваясь в подробности.
— Хорошо.
Между нами вновь повисло неловкое молчание. Мы не знали, что ещё можно сказать друг другу. Ведь каждая наша встреча заканчивалась скандалом, или того хуже.
— Уже виделась с Лиэлем? — вдруг спросил он.
Я удивлённо посмотрела на него.
— Нет.
