Для Мары все было очень просто. Ее растили с верой в то, что оскорбления смываются болью. Что за них можно и нужно назначать наказания.
Ты много сил вкладываешь в себя, в то, чем хочешь стать. Ты не рождаешься с правом на жизнь, на признание и уважение. Ты добиваешься их сам, создаешь свое право или умираешь в процессе. Тот, кто пытается обесценить твои усилия, заслуживает удара в ответ.
Она позволяла Эйну многое - больше, чем любому другому мужчине, потому что Эйн был человеком. Он не знал законов Герии, не понимал последствий своих слов. Хотя, тут он позволил себе усмехнуться, ни одному герианцу даже в голову не пришло бы назвать стальную деву сукой.
В этот раз, Эйн перешел границу того, на что Мара готова была закрыть глаза. Дело было даже не в том, как он ее назвал, а за что и при каких обстоятельствах.
Ее это задело - достаточно сильно, чтобы ударить в ответ.
- Хватит лезть мне в голову, - сквозь зубы выдавил Эйн, и усилием отгородился. - Я тебя понял.
Мара не пыталась больше приблизиться, и ее присутствие внутри опять стало едва ощутимым.
- Ладно, - продолжил он. - Мне нельзя называть тебя сукой, я не стану этого делать. Тебе это неприятно, ты хочешь, чтобы я тебя уважал - принимается. Я буду. Но взамен ты никогда - слышишь меня? - никогда ударишь меня снова. Иначе, даю тебе слово, после того, как с Рьяррой будет покончено, я найду способ добраться до тебя. И мы узнаем, кто лучше умеет воевать.
Она склонила голову:
- Хорошо.
Он сделал глубокий вдох, и заставил себя успокоиться. Мара и ее помощь были нужны Сопротивлению. И только это имело значение.
Личные разочарования не в счет.
- Вот и отлично. Просто супер.
На самом деле ничего их кроме общих интересов не связывало.
Секс на кухонном столе тем более не имел никакого значения.
- И что дальше? - спросил Эйн. - Льенна сказала привезти тебя сюда, я это сделал. Скажи, когда я получу информацию о винтовках, и разбежимся.
- У тебя есть подходящее убежище?
Он стиснул зубы и заставил себя ответить спокойно, так же как говорила она:
- Нет. Я с ног сбился, пытаясь перестроить всю сеть Сопротивления. Искать запасную квартиру еще и для себя времени не было.
- Общее убежище?
- Я не пойду туда без необходимости.
Она не стала спрашивать почему, наверняка понимала и сама - он не хотел, чтобы она уловила лишние детали.
- Тебе не стоит сейчас рисковать.
- Можно подумать, мне самому нравится ситуация.
Мара замолчала, Эйн уловил отголосок ее нерешительности - чувство мелькнуло и пропало, и он даже подумал: не показалось ли? А потом она ответила:
- Ты мог бы остаться у меня на несколько дней. Пока я не найду для тебя убежище.
Предложение было такое абсурдное, что Эйн даже переспросил:
- У тебя? В Высшем Квартале?
- Нет. В Северном Секторе, неподалеку отсюда. Там есть запасное жилье.
- То есть ты там даже не бываешь?
Она спокойно отозвалась:
- Габриэль, мне тоже придется остаться там. Мне нужно расследовать, что происходит на территории Ойлера, но я не хочу, чтобы об этом знали те, кто служит Рьярре.
- Ойлер псих и ублюдок, но к тебе он не имеет никакого отношения. И если у него и остались какие-то счеты, то со мной. Тебе незачем в это лезть.
Тем более, если она планировала расследовать что-то в одиночку. Эйн мог злиться на нее, но смерти все-таки не желал. Особенно такой, какая обычно случалась с врагами Ойлера.
- С чего вдруг такой интерес? - спросил Эйн. - Откуда ты вообще знаешь про этого ублюдка? Он обычный торгаш с уродскими хобби.
- Он транзерг, Габриэль. Илирианец. Я хочу понять, что он вообще делает на Земле.
Эйн слышал про Илирию - одну из планет-колоний в составе Империи. Кажется, она была завоевана в числе первых, лет сто назад, когда Герия только начала расширять свое влияние и строить Точки Перехода. Герианскую историю Эйн представлял себе смутно. Он только слышал, что предки герианцев вроде бы были людьми - наверное, еще из первой волны переселенцев.
Илирия, если он правильно понял, считалась дальней колонией, но что это значило, учитывая, что герианцы строили свои Точки Перехода, а не летали на кораблях, Эйн понятия не имел. И колонисты считались гражданами Империи.
- То есть ты хочешь мне сказать, что Ойлер не с Земли? Ублюдок из трущоб, в котором железа больше, чем мяса, и значительно больше, чем мозгов? Я точно слышал о нем до войны и до Рьярры. Тогда он, конечно, вел себя поскромнее, но о нем все равно говорили. Парень никогда не стремился быть незаметным. Как он мог попасть к нам?
- Его могли перенести Точечным Переносом. Это требует огромных затрат энергии, но перед тем, как начинается постройка Точек, тех, кто их проектирует и необходимую технику переносят именно так. Намного важнее, зачем тут Ойлер. Земля не имеет никакого значения ни для Герии, ни тем более для Илирии. Тем более теперь.
- Дай угадаю, - Эйн криво усмехнулся. - Мне не понравится то, что я сейчас услышу.
- Илирия - планета на особом положении. Она считается колонией Империи, но фактически автономна. Ей управляет совет Жрецов Икара, он распределяет ресурсы и принимает законы.
- И императрица это терпит?
- Илирия поставляет Герии импланты и технологии. Многое из того, что мы используем сделано там. Дело не только в этом.
Она замолчала, поморщилась - Эйн уловил момент неуверенности, когда Мара решала, говорить ли дальше - и все же продолжила:
- Солнце Икара - религия илирианцев - говорит об обязательной модификации каждого гражданина. Не только о имплантах, которые мы используем обычно, а о...
- Том, что сделал с собой Ойлер, - закончил за нее Эйн. - Это я понял. Улучшение человека, высший смысл, бла-бла-бла. Можно подумать здесь на Земле трансгуманистов не было. Если ты считаешь, что ублюдок илирианец только потому, что заменил себе половину тушки, то напрасно забила тревогу. Он может быть обычным психом.
- Его ларралы с Илирии. Я в этом уверена, - Мара снова недовольно поджала губы, как будто вспомнила о чем-то неприятном, а потом объяснила. - Я говорю о металлических частях, которые он использует.
- Ну хорошо, псих раздобыл отличное железо, когда Герия захватила Землю. Выход на новые рынки и все такое - я знаю, как думают такие ублюдки. Это еще не делает Ойлера пришельцем. И что насчет того, как он выглядит? Если он из вашей Империи, почему так похож на человека?
Мара нахмурилась:
- Потому что он не жил на Герии. Мне казалось, это очевидно, Габриэль. Как ты можешь воевать с нами, если не знаешь даже таких элементарных вещей?
- Я точно знаю, что серая кожа и черные белки глаз - ваша фирменная фишка. Для этого не нужно углубляться.
- Только те, кто родился или долгое время жил на Герии, выглядят так. Это воздействие самой планеты. Те, кто рождается за ее пределами, выглядят иначе.
- Как люди? - уточнил Эйн, потому что не мог до конца поверить тому, что услышал. - Вы - люди?
- Наши предки были людьми. Мы - результат мутации, которую вызывает Герия. Родственный вид, достаточно близкий генетически.
- Ладно, с этим я могу смириться. Пока пришельцы остаются пришельцами, мой мир вращается в нужную сторону. Но это все еще ни о чем не говорит. Ойлер обычный мудак, да, конченый псих и маньяк, которого самого хорошо бы пустить на мясо, но я видел его. И он ведет себя как человек, говорит, как человек. Черт, да он даже шутит как человек. Можно что угодно сымитировать, но не такое. Да и зачем?
Он уловил в ее сознании - намек на мысль, прозрачное, шелестящее понимание - потому что импланты, которые использовал Ойлер были лучше всего, что Илирия отдавала Герии.
- Так, - угрюмо сказал Эйн, хотя мысль появилась и пропала. - Это ведь не все, верно? На Илирии не просто притон трансгуманистов. Там творится что-то еще.
- Илирия готовится к войне, - отозвалась Мара. - Давно ходят слухи, что Жрецы Икара хотят сменить власть в Империи, и ввести обязательную модификацию для всех. Замену не менее сорока процентов тела на ларралы.
- Они там совсем с головой не дружат? Кто на такое пойдет?
- У их религии много последователей. Они предлагают силу, для многих это привлекательно.
- Отрезать от себя куски? - Эйн недоверчиво фыркнул, пытаясь это представить.
- Стать лучше.
И он вдруг понял: она говорила о себе. О том, какой была прежде, до того, как ее нашла Льенна. Когда все для нее было бессмысленным, и смерть казалась неизбежной.
От ее слов холодок шел вдоль позвоночника: от попытки представить, что Мара могла бы стать как Ойлер.
- Тебе это не нужно. Ты достаточно сильная сама по себе.
Она с любопытством склонила голову:
- Я знаю, Габриэль. Но хватает и тех, кто отличается от меня. Солнце Икара собирает их под свое командование. Война просто вопрос времени.
- Почему Императрица ничего не делает?
- Илирия - основной источник имплантов, - она подняла руку, коснулась пальцами своей полумаски. - Почти все, что используют стальные девы было создано там. Есть и другие модели, намного дешевле, но они хуже. Мало кто решается их ставить. Императрица не может позволить себе напасть первой.
- Значит, все понимают, что война - вопрос времени и просто ждут? И никого это не напрягает? И несмотря на это Рьярра захватила Землю? Не лучшая трата ресурсов, как ни посмотри.
- Рьярра использовала свои войска, не Императрицы. Ими она может распоряжаться как считает нужным. Это ее право.
- Если я еще хоть что-то услышу о ее правах, я заору, - предупредил Эйн. - Ладно, хорошо. Мне на самом деле наплевать на вашу войнушку, я просто хочу, чтобы Землю оставили в покое. Чисто теоретически, если Илирия победит, что нас ждет?
Мара ответила спокойно и не задумываясь:
- Насильственная модификация. Всех совершеннолетних граждан.
- А металла на всех хватит? - Эйн фыркнул, потому что картинка едва укладывалась в голове. - Население, как ни крути, не маленькое.
Мара покачала головой:
- Совершеннолетних, - напомнила она.
- То есть... - и только тогда он вспомнил, что означало совершеннолетие в Герианской Империи. Испытание. Эйн рассмеялся:
- Брось, они же не прогонят все население Земли через...
- Коридор Должников, - закончила за него Мара. - На Илирии свои правила и свое Испытание. И оно почти идентично тому, что устроил Ойлер. Я уверена, что он оттуда. Я только не могу понять, что он делает на Земле и зачем.
Эйн вдохнул, выдохнул, заставляя себя успокоиться и вспомнить, что Мара могла и ошибаться или даже намеренно сгущать краски, чтобы ему не пришло в голову бежать договариваться с илирианцами против Герии. Даже если уроды вроде Ойлера хотели всех модифицировать, не факт, что они вообще добрались бы до Земли. Раз уж сначала им нужно было переделать под себя всю Империю.
- Я тебя разочарую, но так уж вышло, что на Земле Ойлер не делает ничего. Да, его знают в городе, здесь он имеет хоть какой-то вес - я бы не сказал, что особо заметный, полно игроков покрупнее. Но в том же Нео-Токио или Мексиканском Лондоне о нем и не слышали. Пара трущобных блоков да больная фантазия вот и все, что есть у Ойлера.
- Это странно, - просто сказала Мара. - Если он агент Илирии и прибыл на планету до того, как она была захвачена Герией, он должен собирать вокруг себя последователей.
- Как миссионер из старых фильмов? - Эйн даже фыркнул, попытавшись это представить. - Он и собирает. Вспомни уродов, которых ты изрядно проредила сегодня. Другое дело, что на Земле сложновато найти тех, кто добровольно отрежет от себя куски, чтобы заменить их на протезы. Большинству людей Ойлеру нечего предложить, обычные гражданские плевать хотели на "силу". Им в офисах письма набирать и формы заполнять сила не нужна. Почти все же автоматизированное.
Она не ответила, и Эйн продолжил за нее:
- Но для тебя это все не имеет значения. Ты уже все для себя решила, и поэтому собираешься лезть к Ойлеру. Почему лично? Не может быть, чтобы у тебя не нашлось хотя бы пары доверенных агентов, которым это можно было бы поручить.
- Никого, кто был бы лучше меня.
У нее было полно работы и без Ойлера, Эйн об этом знал. И все же, она готова была взвалить на себя еще. Мысль об этом заставила усмехнуться, и Эйн пояснил в ответ на вопросительный взгляд Мары:
- Я знаю почему у нас с тобой так хорошо прижилась метка. Мы оба трудоголики.
Она кивнула, принимая его слова и добавила:
- Война с Илирией вопрос времени. О ней многие говорят, ее многие ждут. Но мало кто верит, что она начнется в ближайшие два года.
- Но ты все равно торопишься следить за Ойлером? - усмехнулся Эйн. - Настолько, что даже готова отложить основную работу.
- Габриэль, - спокойно ответила Мара. - Я боюсь, что мы могли ошибиться со сроками.
Через час диагност показал, что Мара полностью восстановилась. Трубки камеры обвисли, манипуляторы перешли в неактивное положение, но часть игл и инструментов еще оставалась в теле, доставать их приходилось вручную.
Эйн еще злился на тот спор и удар, но все равно предложил:
- Помочь достать?
Мара чуть склонила голову, посмотрела на него с интересом:
- Да. Я буду тебе благодарна.
- Не торопись благодарить. Я не обещал нежничать.
Он действовал быстро и аккуратно, на самом деле стараясь не причинять лишней боли.
Мара терпела молча. Ее лицо было совсем рядом, Эйн мог бы потянуться и поцеловать - просто легко и естественно прижаться губами, снова попробовать на вкус.
Да, он и правда сильно изголодался по женщине, раз даже злость не мешала ему хотеть.
- Ты можешь это сделать, - просто предложила Мара, когда он в очередной раз задержался взглядом на ее губах.
- Обойдешься пока, - Эйн фыркнул. - Я все еще злюсь на тебя.
Он раньше ни разу не отказывал женщине. По крайней мере, точно никогда не делал этого так прямо. Эйн в принципе, ожидал, что она разозлится в ответ, или скажет что-нибудь в духе "тебе же хуже", но она просто кивнула, принимая его слова.
- Хорошо, я не стану тебя трогать.
Это было непривычно и странно - думать, что женщина могла относиться к нему так. Считала, что именно ей нужно делать первый шаг и воспринимала это как что-то естественное.
- Я сам тебя трону, если мне захочется, - разочаровал ее Эйн. Потом он понизил голос и добавил доверительно. - Завалю и отымею, чтобы ты имя собственное забыла от кайфа.
Он знал, что ей бы это понравилось. И знал, что ее к нему тянуло.
Но в этот раз Мара только оглядела его с интересом, словно пыталась и не могла понять:
- Иногда, когда ты думаешь обо мне, я улавливаю твои мысли. Ты стараешься вести себя независимо, Габриэль, злишься на меня, но хочешь обычного мужского счастья. Чтобы я управляла тобой и твоим удовольствием. Тебе нравится подчиняться мне. Это естественно, потому что ты мужчина.
Она искренне верила в то, что говорила. А Эйн слушал весь этот герианский бред и даже не знал, что ответить.
- То, что мне хочется полежать связанным в койке еще не значит, что я дам собой управлять!
Мара явно не понимала, потому что ее научили мыслить иначе. Она не злилась, просто смотрела на Эйна и искренне считала, что его фантазии что-то там значат.
А он никак не мог поверить, что разговор, который начался с "ты меня бесишь, я тебе не дам" мутировал в это. Но, наверное, такие точки стоило расставлять по местам сразу.
- Слушай, давай я тебе объясню, как все на самом деле, - Эйн, наконец, закончил вызволять Мару из капсулы и подал ей руку, помогая выбраться.
Ты много сил вкладываешь в себя, в то, чем хочешь стать. Ты не рождаешься с правом на жизнь, на признание и уважение. Ты добиваешься их сам, создаешь свое право или умираешь в процессе. Тот, кто пытается обесценить твои усилия, заслуживает удара в ответ.
Она позволяла Эйну многое - больше, чем любому другому мужчине, потому что Эйн был человеком. Он не знал законов Герии, не понимал последствий своих слов. Хотя, тут он позволил себе усмехнуться, ни одному герианцу даже в голову не пришло бы назвать стальную деву сукой.
В этот раз, Эйн перешел границу того, на что Мара готова была закрыть глаза. Дело было даже не в том, как он ее назвал, а за что и при каких обстоятельствах.
Ее это задело - достаточно сильно, чтобы ударить в ответ.
- Хватит лезть мне в голову, - сквозь зубы выдавил Эйн, и усилием отгородился. - Я тебя понял.
Мара не пыталась больше приблизиться, и ее присутствие внутри опять стало едва ощутимым.
- Ладно, - продолжил он. - Мне нельзя называть тебя сукой, я не стану этого делать. Тебе это неприятно, ты хочешь, чтобы я тебя уважал - принимается. Я буду. Но взамен ты никогда - слышишь меня? - никогда ударишь меня снова. Иначе, даю тебе слово, после того, как с Рьяррой будет покончено, я найду способ добраться до тебя. И мы узнаем, кто лучше умеет воевать.
Она склонила голову:
- Хорошо.
Он сделал глубокий вдох, и заставил себя успокоиться. Мара и ее помощь были нужны Сопротивлению. И только это имело значение.
Личные разочарования не в счет.
- Вот и отлично. Просто супер.
На самом деле ничего их кроме общих интересов не связывало.
Секс на кухонном столе тем более не имел никакого значения.
- И что дальше? - спросил Эйн. - Льенна сказала привезти тебя сюда, я это сделал. Скажи, когда я получу информацию о винтовках, и разбежимся.
- У тебя есть подходящее убежище?
Он стиснул зубы и заставил себя ответить спокойно, так же как говорила она:
- Нет. Я с ног сбился, пытаясь перестроить всю сеть Сопротивления. Искать запасную квартиру еще и для себя времени не было.
- Общее убежище?
- Я не пойду туда без необходимости.
Она не стала спрашивать почему, наверняка понимала и сама - он не хотел, чтобы она уловила лишние детали.
- Тебе не стоит сейчас рисковать.
- Можно подумать, мне самому нравится ситуация.
Мара замолчала, Эйн уловил отголосок ее нерешительности - чувство мелькнуло и пропало, и он даже подумал: не показалось ли? А потом она ответила:
- Ты мог бы остаться у меня на несколько дней. Пока я не найду для тебя убежище.
Предложение было такое абсурдное, что Эйн даже переспросил:
- У тебя? В Высшем Квартале?
- Нет. В Северном Секторе, неподалеку отсюда. Там есть запасное жилье.
- То есть ты там даже не бываешь?
Она спокойно отозвалась:
- Габриэль, мне тоже придется остаться там. Мне нужно расследовать, что происходит на территории Ойлера, но я не хочу, чтобы об этом знали те, кто служит Рьярре.
- Ойлер псих и ублюдок, но к тебе он не имеет никакого отношения. И если у него и остались какие-то счеты, то со мной. Тебе незачем в это лезть.
Тем более, если она планировала расследовать что-то в одиночку. Эйн мог злиться на нее, но смерти все-таки не желал. Особенно такой, какая обычно случалась с врагами Ойлера.
- С чего вдруг такой интерес? - спросил Эйн. - Откуда ты вообще знаешь про этого ублюдка? Он обычный торгаш с уродскими хобби.
- Он транзерг, Габриэль. Илирианец. Я хочу понять, что он вообще делает на Земле.
Эйн слышал про Илирию - одну из планет-колоний в составе Империи. Кажется, она была завоевана в числе первых, лет сто назад, когда Герия только начала расширять свое влияние и строить Точки Перехода. Герианскую историю Эйн представлял себе смутно. Он только слышал, что предки герианцев вроде бы были людьми - наверное, еще из первой волны переселенцев.
Илирия, если он правильно понял, считалась дальней колонией, но что это значило, учитывая, что герианцы строили свои Точки Перехода, а не летали на кораблях, Эйн понятия не имел. И колонисты считались гражданами Империи.
- То есть ты хочешь мне сказать, что Ойлер не с Земли? Ублюдок из трущоб, в котором железа больше, чем мяса, и значительно больше, чем мозгов? Я точно слышал о нем до войны и до Рьярры. Тогда он, конечно, вел себя поскромнее, но о нем все равно говорили. Парень никогда не стремился быть незаметным. Как он мог попасть к нам?
- Его могли перенести Точечным Переносом. Это требует огромных затрат энергии, но перед тем, как начинается постройка Точек, тех, кто их проектирует и необходимую технику переносят именно так. Намного важнее, зачем тут Ойлер. Земля не имеет никакого значения ни для Герии, ни тем более для Илирии. Тем более теперь.
- Дай угадаю, - Эйн криво усмехнулся. - Мне не понравится то, что я сейчас услышу.
- Илирия - планета на особом положении. Она считается колонией Империи, но фактически автономна. Ей управляет совет Жрецов Икара, он распределяет ресурсы и принимает законы.
- И императрица это терпит?
- Илирия поставляет Герии импланты и технологии. Многое из того, что мы используем сделано там. Дело не только в этом.
Она замолчала, поморщилась - Эйн уловил момент неуверенности, когда Мара решала, говорить ли дальше - и все же продолжила:
- Солнце Икара - религия илирианцев - говорит об обязательной модификации каждого гражданина. Не только о имплантах, которые мы используем обычно, а о...
- Том, что сделал с собой Ойлер, - закончил за нее Эйн. - Это я понял. Улучшение человека, высший смысл, бла-бла-бла. Можно подумать здесь на Земле трансгуманистов не было. Если ты считаешь, что ублюдок илирианец только потому, что заменил себе половину тушки, то напрасно забила тревогу. Он может быть обычным психом.
- Его ларралы с Илирии. Я в этом уверена, - Мара снова недовольно поджала губы, как будто вспомнила о чем-то неприятном, а потом объяснила. - Я говорю о металлических частях, которые он использует.
- Ну хорошо, псих раздобыл отличное железо, когда Герия захватила Землю. Выход на новые рынки и все такое - я знаю, как думают такие ублюдки. Это еще не делает Ойлера пришельцем. И что насчет того, как он выглядит? Если он из вашей Империи, почему так похож на человека?
Мара нахмурилась:
- Потому что он не жил на Герии. Мне казалось, это очевидно, Габриэль. Как ты можешь воевать с нами, если не знаешь даже таких элементарных вещей?
- Я точно знаю, что серая кожа и черные белки глаз - ваша фирменная фишка. Для этого не нужно углубляться.
- Только те, кто родился или долгое время жил на Герии, выглядят так. Это воздействие самой планеты. Те, кто рождается за ее пределами, выглядят иначе.
- Как люди? - уточнил Эйн, потому что не мог до конца поверить тому, что услышал. - Вы - люди?
- Наши предки были людьми. Мы - результат мутации, которую вызывает Герия. Родственный вид, достаточно близкий генетически.
- Ладно, с этим я могу смириться. Пока пришельцы остаются пришельцами, мой мир вращается в нужную сторону. Но это все еще ни о чем не говорит. Ойлер обычный мудак, да, конченый псих и маньяк, которого самого хорошо бы пустить на мясо, но я видел его. И он ведет себя как человек, говорит, как человек. Черт, да он даже шутит как человек. Можно что угодно сымитировать, но не такое. Да и зачем?
Он уловил в ее сознании - намек на мысль, прозрачное, шелестящее понимание - потому что импланты, которые использовал Ойлер были лучше всего, что Илирия отдавала Герии.
- Так, - угрюмо сказал Эйн, хотя мысль появилась и пропала. - Это ведь не все, верно? На Илирии не просто притон трансгуманистов. Там творится что-то еще.
- Илирия готовится к войне, - отозвалась Мара. - Давно ходят слухи, что Жрецы Икара хотят сменить власть в Империи, и ввести обязательную модификацию для всех. Замену не менее сорока процентов тела на ларралы.
- Они там совсем с головой не дружат? Кто на такое пойдет?
- У их религии много последователей. Они предлагают силу, для многих это привлекательно.
- Отрезать от себя куски? - Эйн недоверчиво фыркнул, пытаясь это представить.
- Стать лучше.
И он вдруг понял: она говорила о себе. О том, какой была прежде, до того, как ее нашла Льенна. Когда все для нее было бессмысленным, и смерть казалась неизбежной.
От ее слов холодок шел вдоль позвоночника: от попытки представить, что Мара могла бы стать как Ойлер.
- Тебе это не нужно. Ты достаточно сильная сама по себе.
Она с любопытством склонила голову:
- Я знаю, Габриэль. Но хватает и тех, кто отличается от меня. Солнце Икара собирает их под свое командование. Война просто вопрос времени.
- Почему Императрица ничего не делает?
- Илирия - основной источник имплантов, - она подняла руку, коснулась пальцами своей полумаски. - Почти все, что используют стальные девы было создано там. Есть и другие модели, намного дешевле, но они хуже. Мало кто решается их ставить. Императрица не может позволить себе напасть первой.
- Значит, все понимают, что война - вопрос времени и просто ждут? И никого это не напрягает? И несмотря на это Рьярра захватила Землю? Не лучшая трата ресурсов, как ни посмотри.
- Рьярра использовала свои войска, не Императрицы. Ими она может распоряжаться как считает нужным. Это ее право.
- Если я еще хоть что-то услышу о ее правах, я заору, - предупредил Эйн. - Ладно, хорошо. Мне на самом деле наплевать на вашу войнушку, я просто хочу, чтобы Землю оставили в покое. Чисто теоретически, если Илирия победит, что нас ждет?
Мара ответила спокойно и не задумываясь:
- Насильственная модификация. Всех совершеннолетних граждан.
- А металла на всех хватит? - Эйн фыркнул, потому что картинка едва укладывалась в голове. - Население, как ни крути, не маленькое.
Мара покачала головой:
- Совершеннолетних, - напомнила она.
- То есть... - и только тогда он вспомнил, что означало совершеннолетие в Герианской Империи. Испытание. Эйн рассмеялся:
- Брось, они же не прогонят все население Земли через...
- Коридор Должников, - закончила за него Мара. - На Илирии свои правила и свое Испытание. И оно почти идентично тому, что устроил Ойлер. Я уверена, что он оттуда. Я только не могу понять, что он делает на Земле и зачем.
Эйн вдохнул, выдохнул, заставляя себя успокоиться и вспомнить, что Мара могла и ошибаться или даже намеренно сгущать краски, чтобы ему не пришло в голову бежать договариваться с илирианцами против Герии. Даже если уроды вроде Ойлера хотели всех модифицировать, не факт, что они вообще добрались бы до Земли. Раз уж сначала им нужно было переделать под себя всю Империю.
- Я тебя разочарую, но так уж вышло, что на Земле Ойлер не делает ничего. Да, его знают в городе, здесь он имеет хоть какой-то вес - я бы не сказал, что особо заметный, полно игроков покрупнее. Но в том же Нео-Токио или Мексиканском Лондоне о нем и не слышали. Пара трущобных блоков да больная фантазия вот и все, что есть у Ойлера.
- Это странно, - просто сказала Мара. - Если он агент Илирии и прибыл на планету до того, как она была захвачена Герией, он должен собирать вокруг себя последователей.
- Как миссионер из старых фильмов? - Эйн даже фыркнул, попытавшись это представить. - Он и собирает. Вспомни уродов, которых ты изрядно проредила сегодня. Другое дело, что на Земле сложновато найти тех, кто добровольно отрежет от себя куски, чтобы заменить их на протезы. Большинству людей Ойлеру нечего предложить, обычные гражданские плевать хотели на "силу". Им в офисах письма набирать и формы заполнять сила не нужна. Почти все же автоматизированное.
Она не ответила, и Эйн продолжил за нее:
- Но для тебя это все не имеет значения. Ты уже все для себя решила, и поэтому собираешься лезть к Ойлеру. Почему лично? Не может быть, чтобы у тебя не нашлось хотя бы пары доверенных агентов, которым это можно было бы поручить.
- Никого, кто был бы лучше меня.
У нее было полно работы и без Ойлера, Эйн об этом знал. И все же, она готова была взвалить на себя еще. Мысль об этом заставила усмехнуться, и Эйн пояснил в ответ на вопросительный взгляд Мары:
- Я знаю почему у нас с тобой так хорошо прижилась метка. Мы оба трудоголики.
Она кивнула, принимая его слова и добавила:
- Война с Илирией вопрос времени. О ней многие говорят, ее многие ждут. Но мало кто верит, что она начнется в ближайшие два года.
- Но ты все равно торопишься следить за Ойлером? - усмехнулся Эйн. - Настолько, что даже готова отложить основную работу.
- Габриэль, - спокойно ответила Мара. - Я боюсь, что мы могли ошибиться со сроками.
Через час диагност показал, что Мара полностью восстановилась. Трубки камеры обвисли, манипуляторы перешли в неактивное положение, но часть игл и инструментов еще оставалась в теле, доставать их приходилось вручную.
Эйн еще злился на тот спор и удар, но все равно предложил:
- Помочь достать?
Мара чуть склонила голову, посмотрела на него с интересом:
- Да. Я буду тебе благодарна.
- Не торопись благодарить. Я не обещал нежничать.
Он действовал быстро и аккуратно, на самом деле стараясь не причинять лишней боли.
Мара терпела молча. Ее лицо было совсем рядом, Эйн мог бы потянуться и поцеловать - просто легко и естественно прижаться губами, снова попробовать на вкус.
Да, он и правда сильно изголодался по женщине, раз даже злость не мешала ему хотеть.
- Ты можешь это сделать, - просто предложила Мара, когда он в очередной раз задержался взглядом на ее губах.
- Обойдешься пока, - Эйн фыркнул. - Я все еще злюсь на тебя.
Он раньше ни разу не отказывал женщине. По крайней мере, точно никогда не делал этого так прямо. Эйн в принципе, ожидал, что она разозлится в ответ, или скажет что-нибудь в духе "тебе же хуже", но она просто кивнула, принимая его слова.
- Хорошо, я не стану тебя трогать.
Это было непривычно и странно - думать, что женщина могла относиться к нему так. Считала, что именно ей нужно делать первый шаг и воспринимала это как что-то естественное.
- Я сам тебя трону, если мне захочется, - разочаровал ее Эйн. Потом он понизил голос и добавил доверительно. - Завалю и отымею, чтобы ты имя собственное забыла от кайфа.
Он знал, что ей бы это понравилось. И знал, что ее к нему тянуло.
Но в этот раз Мара только оглядела его с интересом, словно пыталась и не могла понять:
- Иногда, когда ты думаешь обо мне, я улавливаю твои мысли. Ты стараешься вести себя независимо, Габриэль, злишься на меня, но хочешь обычного мужского счастья. Чтобы я управляла тобой и твоим удовольствием. Тебе нравится подчиняться мне. Это естественно, потому что ты мужчина.
Она искренне верила в то, что говорила. А Эйн слушал весь этот герианский бред и даже не знал, что ответить.
- То, что мне хочется полежать связанным в койке еще не значит, что я дам собой управлять!
Мара явно не понимала, потому что ее научили мыслить иначе. Она не злилась, просто смотрела на Эйна и искренне считала, что его фантазии что-то там значат.
А он никак не мог поверить, что разговор, который начался с "ты меня бесишь, я тебе не дам" мутировал в это. Но, наверное, такие точки стоило расставлять по местам сразу.
- Слушай, давай я тебе объясню, как все на самом деле, - Эйн, наконец, закончил вызволять Мару из капсулы и подал ей руку, помогая выбраться.
