Получившая выволочку девушка зачем-то топталась на месте вместо того, чтобы удрать под шумок. Ире удирать было нельзя; пришлось отодвигаться за рвущегося в бой Чернова в надежде, что начальница не заметит рядом с такими значительными фигурами скромную подчинённую.
– Я всё хочу спросить, – Наталья Петровна поправила рыжие локоны и любезно улыбнулась, – довольны ли вы новым секретарём?
Здрасьте, приехали… Ира встретила начальственный взгляд с вежливым равнодушием – или, по крайней мере, ей хотелось так думать. Самое время Верховскому вывалить все накопившиеся претензии, любой из которых хватит, чтобы прервать недолгий Ирин испытательный срок.
– Более чем, – заявил начальник магконтроля. Лица его Ира не видела, но готова была поклясться, что Верховский лукаво улыбается. – Порядка стало намного больше.
– Правда? – с легчайшим намёком на сомнение переспросила Анохина. – Я рада.
Она хотела ещё что-то добавить, но тут влез Чернов, которого вообще-то никто и не спрашивал.
– Пожалуйста, учтите в следующий раз, что нам нужен компетентный специалист. Сами понимаете, специфика требует высочайшего профессионализма…
Если б хватило духу, Ира огрела бы его планшетом. Ишь ты, «в следующий раз»! Ждать-то ему, может, и недолго, но каков хам!
– Костя шутит, – улыбнулся Верховский. – Ирина не даёт поводов для недовольства.
Что, съел, великий маг? Чернов злобно зыркнул на Иру, но смолчал. От Анохиной это, конечно, не укрылось – ну и ладно, важнее другое. Выходит, Зарецкий до сих пор ничего начальнику не сказал? Чего ждёт, интересно?
Всю дорогу до отдела Чернов распространял вокруг себя мрачные флюиды. Верховский не поддавался: вежливо здоровался со встречными, с кем-то перебрасывался словечком, с кем-то даже шутил. На коллективе отсутствие начальника – а может, и Чернова, чёрт их разберёт – сказалось благотворно: из-за двери кабинета слышалось весёлое Оксанино щебетание и недружный смех.
– Отмучились, Александр Михайлович? – лучезарно улыбаясь, спросила Тимофеева, едва начальник вступил в свои владения.
– Думаю, на сегодня все отмучились, – Верховский сверился с часами. Ира такие прежде видела разве что на рекламных щитах в центре Москвы. Или у Павла Сергеевича. – Или что-то срочное есть?
– Всё в порядке, – доложил Старов.
– Удивительно, – процедил Чернов. Он пробрался за свой стол и сердито бросил в лоток с черновиками так и не понадобившийся отчёт.
Магконтроль дружно проигнорировал его дурное настроение. Андрей продолжил прерванную появлением начальника историю, наверняка интересную, если слушать с начала. Оксана, как всегда перед выходом, поправляла макияж. Ира бросила взгляд на собственное отражение в матовом чёрном экране. Сразу видно, что денёк выдался хлопотный… Впрочем, восстанавливать боевой раскрас уже незачем. Неряшливо заправив за уши выбившиеся из узла прядки, Ира забросила на плечо сумку и буркнула дежурное «до завтра». Ей ответил только Макс – остальные слушали Андрея и собирались по домам.
После прохлады вестибюля ударившая в лицо жара показалась невыносимой. Ира невольно притормозила на нагретых солнцем гранитных ступенях, беспомощно щурясь и вдыхая пыльный запах города. Вечером наверняка будет гроза – перед грозой всегда душно. Вот бы сейчас к бабушке, загорать в запущенном огороде или плескаться в мелком озерце за деревней…
– Привет, – застенчиво сказали поблизости.
Ира вынырнула из некстати нахлынувшей ностальгии и вернулась в изнывающую от духоты столицу. На крыльце в безжалостных лучах солнца поджаривался кто-то долговязый и нехорошо знакомый. Захотелось горестно застонать: три благословенных дня семейство Свириденко никак о себе не напоминало – и вот, пожалуйста!
– Привет, – Ира изобразила, как смогла, вежливую улыбку. Вот бы уметь, как Верховский, невозмутимо любезничать хоть с Анохиной, хоть с чёртом лысым! – Ты что тут делаешь?
– Тебя жду, – обрадовал Славик. Последняя наивная надежда, что его принесло в Управу за какой-нибудь бумажкой, истаяла, как льдинка на летнем солнышке. – Мне мама машину сегодня дала. Поехали куда-нибудь, погуляем?
Так стыдно Ире давно не было. Всю неделю она смахивала с экрана назойливые сообщения, изредка отговариваясь тем, что страшно занята, но, как показывает практика, бесконечно бегать от проблем не получается. И притом проблему эту навесила на неё Анька, чтоб ей пусто было! Бедняга Свириденко виноват меньше всех, но всё равно почему-то не получается на него не злиться.
– Э-э-э… Мне, вообще-то, надо… – да какая разница, что именно – лишь бы убраться поскорее от Управы! – У мамы сегодня смена, мне надо папу накормить…
– Жалко, – искренне огорчился Славик и утёр рукавом вспотевший лоб. – Ну, давай тогда домой подвезу?
– Не надо, – мяукнула Ира и принялась лихорадочно сочинять предлог, однако тут за спиной в очередной раз клацнула дверь.
– О… До завтра, Ир, – Оксана медово улыбнулась и скользнула взглядом по расстроенному Свириденко.
Досада комком подкатилась к горлу. И чего Тимофееву принесло именно сейчас? Вроде бы и плевать, что она там себе думает, но лучше б она увидела Иру с кем-нибудь классным, а не с нелепым сыночком Татьяны Ивановны! Да и сама Ира с красавицей Оксаной никакого сравнения не выдерживает, хотя это и к лучшему… Что за ерунда лезет в голову!
– Пока, Ксюш, – тихо отозвалась Ира, разглядывая блестящий на солнце гранит.
Тимофеева тряхнула идеальными локонами и, покачивая бёдрами, продефилировала к парковке. Ладно ещё Оксана, но ведь сейчас потянутся остальные, и Макс в том числе!
– Пойдём отойдём куда-нибудь, – пробормотала Ира, прислушиваясь к усиливающемуся шуму за спиной. Хватать Свириденко за руку не хотелось категорически. – Здесь сейчас народ повалит.
– Ага, – покладисто согласился Славик и следом за Ирой спустился с крыльца на не менее раскалённую брусчатку. – Я вон там встал, в переулке. Правда, наверное, сейчас пробки…
– Точно, – Ира с облегчением ухватилась за предлог. Странное дело: как легко было сказать про Аньку и как невозможно сейчас про себя, хоть это всё и дурацкое недоразумение! – Я лучше на метро…
Хуже было почти что некуда, однако тут в дверях Управы показалась Сафонова собственной персоной. Свириденко её, разумеется, заметил и даже приветственно помахал. Аньку с крыльца как ветром сдуло. Впрочем, Славик, к Ириному ужасу, не спешил мчаться следом.
– Хорошо, что это были просто чары, – с пугающей непосредственностью заметил он. – Ты мне сказала, я как-то задумался, ну и вот… Я, знаешь, и сам подозревал, что тут что-то такое. Она же мне никогда не нравилась.
– Да? – растерянно брякнула Ира и подвинулась на шажок ближе к парковке. Оттуда всего пара метров до пешеходного перехода, а там до сквера рукой подать…
– Конечно, – заверил Славик, глупо улыбаясь. – Жалко, что мы так долго не виделись. Мама вообще не очень… То есть у неё всегда дел полно…
Ира буркнула что-то сочувственное, не вслушиваясь в никому не нужные оправдания. И так понятно, что старшая Свириденко не жалует семейство Шаповаловых; лучше б она донесла это до сыночка подоходчивее. Двери в очередной раз распахнулись, выпуская, в числе прочих, Бармина, Старова и Зарецкого. Ну, по крайней мере, Свириденко не тянет на влиятельную персону, заинтересованную в страшных тайнах магконтроля! Ира ещё чуть-чуть отступила к забору парковки.
– Слушай, – нет, сегодня точно не время рассказать про чары. Только не здесь и не сейчас! – Давай лучше в выходные? Мне правда пора…
Андрей махнул коллегам и бодро почесал к скверу. Если б Ира знала, что Бармин ездит на метро, а около Управы караулит Славик, подождала бы пару лишних минут в кабинете… Хотя нет, это выглядело бы неловко.
– А когда? – уточнил настырный Свириденко, хмуря куцые брови. Он напористо шагнул ближе и то ли намеренно, то ли случайно перегородил путь к отступлению; теперь если удирать, то только к Управе.
Старов, проходя мимо поднятого шлагбаума, бросил в Ирину сторону любопытный взгляд. Зарецкий кивнул приятелю на прощание и свернул к будке охраны, торчавшей в полудюжине шагов от переступающего с ноги на ногу Славика. Случайно или всё-таки что-то подозревает?
– Не знаю, – промямлила Ира. Поди тут сообрази что-нибудь дельное! – Мне надо… У мамы, наверное, есть какие-нибудь планы… Я… я вечером напишу, ладно?
– Ты так говоришь, как будто не хочешь видеться, – убийственно честно сказал Славик. И ведь не обойдёшь его, сама себя загнала в угол! – Это из-за Ани?
– Нет! – Да! Всё из-за недотёпы Сафоновой с её приворотным колечком! Ира с огромным трудом заставила себя посмотреть Славику в глаза; всё лучше, чем пытаться угадать, куда пошёл Старов и что нужно Зарецкому. – Я побегу, ладно? Время уже…
Свириденко не двинулся с места. Должно быть, мама наказывала быть настойчивым. Или просто приучила получать всё желаемое по первому требованию.
– Я зря ехал, получается, – недовольно, почти зло констатировал Славик. И машину у мамы зря выпрашивал, ага…
Ира сделала попытку его обогнуть, лопоча какие-то извинения, однако Свириденко, не будь дурак, проворно шагнул в ту же сторону. Длиннопалая ладонь неуклюже, но неприятно цепко легла ей на плечо. Ира поёжилась. Вряд ли он сделает что-то противозаконное у самой Управы… Ведь не сделает?..
– Ирин, – Зарецкий возник за спиной Славика, как чёрт из табакерки. – Ну что, до метро подвезти?
Чего это он?.. Свириденко моментально отпустил её и прянул в сторону, боязливо косясь на контролёра. Путь к свободе открыт! Более того – Зарецкий намеренно отогнал назойливого ухажёра; понять бы ещё, за каким лешим… На Иру он даже не смотрел – пристально разглядывал растерявшегося Свириденко. Подыграть и согласиться значит попасть прямиком в лапы к врагу, отказаться – остаться один на один с непонятным Славиком и вдобавок навлечь на себя какие-нибудь новые подозрения. Вот и выбирай из двух зол меньшее!
Задумавшись на мгновение, Ира обречённо кивнула.
– А-ага...
Разом переставший быть страшным Свириденко глядел тоскливо, как обманутый щенок. Ира виновато ему улыбнулась, буркнула что-то насчёт радости встречи и едва ли не бегом бросилась к шлагбауму. Шагавший рядом Зарецкий оглянулся обманчиво рассеянно; на самом-то деле наверняка следил за каждым движением бедняги Славика, с него станется.
– Он не опасный, – тихо сказала Ира.
– Он вёл себя агрессивно, – заметил контролёр.
– Нет, просто… – Ира замялась. С одной стороны, Зарецкого следовало поблагодарить хотя бы за беспокойство, с другой – очень хотелось поскорее распрощаться и рвануть-таки к привычной тропинке через сквер. – Он безобидный, но всё равно спасибо. Я пойду…
– Легенду надо разыгрывать до конца, – контролёр усмехнулся и остановился рядом с приветственно моргнувшей поворотниками машиной. – Считай, что это в качестве извинений.
– За что? – брякнула Ира и тут же мысленно себя отругала. Меньше всего хочется выяснять отношения здесь и сейчас, но слова с языка уже сорвались.
– За поспешные выводы, – прямо сказал Зарецкий. – Факты красноречиво говорят в твою пользу.
– Это какие?
– Разные. Залезай, – контролёр, сама любезность, гостеприимно распахнул пассажирскую дверь. – Что, поклясться в отсутствии дурных намерений?
Ира помотала головой. Вот уж человек настроения! Вернее, даже не настроения; там, где у нормальных людей чувства, у него умозаключения. Решил с чего-то, что секретарша чиста перед магконтролем, и перестал плеваться ядом. Надолго ли?
Свириденко так и маячил за забором парковки. Если сейчас рвануть-таки пешком, догонять, может, и не станет, но точно поймёт, что дело нечисто. Ира виновато вздохнула. Намудрили они, конечно, с Анькой! Чёрта с два она теперь станет доверять подруге по части заговоров, но с тем, что уже сотворили, как разобраться?.. Соседняя машина неторопливо отползла с парковочного места; топтаться у всех на виду становилось попросту глупо, и Ира, скрепя сердце, уселась в неожиданно прохладное кресло. Должно быть, днём сюда падает тень от зданий, иначе за девять часов все машины на парковке превращались бы в душегубки. Зарецкий вытащил из-под стекла выцветший квадратик с эмблемой Управы и заменил таким же новым. Пару недель назад Ира поверила бы, что он совершенно случайно озаботился сроком действия пропуска именно сегодня.
– Что это за тип? – бесцеремонно спросил контролёр, пристёгивая ремень.
Ира спохватилась и тоже щёлкнула пряжкой.
– Знакомый, – уклончиво ответила она. А почему бы и не признаться? Зарецкий неплохо разбирается в теории магии, вдруг подскажет что-то полезное? – Долгая история, но… В общем, на нём приворот.
– Ничего подобного, – спокойно возразил Зарецкий. Тихо урча двигателем, машина медленно двинулась к шлагбауму. – Ты что, людей под приворотом не видела? Они себя так не ведут.
– В смысле? – бестолково переспросила Ира.
Как это «ничего подобного»? А как же все эксперименты Сафоновой? Неужели заботливая маманя постаралась и отвела сынулю к грамотному колдуну? Но тогда не объяснить, откуда взялась новая симпатия. Ну да, к Аньке Славик рвался куда как настойчивее, и ещё она говорила, что деться никуда не могла от постоянных звонков и сообщений. Но ведь это вполне может быть из-за того, что кольцо сработало убойнее слепого заговора. Ведь сработало, и ещё как, а вот на Зарецкого совсем не подействовало…
– В прямом, – за окном мелькнуло и пропало расстроенное лицо Свириденко. Зарецкий свернул на запруженную машинами улочку и прибавил газу. – Там другие симптомы, более выраженные и… иного характера. Нет на нём никакого приворота. Тебе куда, до кольцевой?
До кольцевой – это даже слишком шикарно, минус лишняя пересадка. Поток двигался, хоть и не стремительно; пожалуй, выйдет быстрее, чем идти пешком и перебегать потом по запутанным переходам. В каждом проезжающем мимо автомобиле чудился новенький белый седан Татьяны Ивановны; Ира отвернулась от окна и уткнулась взглядом в молчаливую бортовую электронику. Снаружи пыльная и очевидно не новая, изнутри машина казалась едва сошедшей с конвейера. Даже не из-за исправно горящих светодиодов или относительной чистоты в салоне. Знакомых автомобилистов у Иры было немного, но у всех за пару месяцев средство передвижения, новенькое или не очень, неизбежно обрастало миллионом мелких чёрточек, составлявших отпечаток личности владельца. Дурацкая подушка на заднем сидении, ворох квитанций в бардачке, да хоть «ёлочка» на зеркале – всегда есть какая-то ерунда, ненавязчиво подтверждавшая, что в железной коробке пару часов в день обитает человек. Здесь же – ничего, идеальный порядок, как на рекламном фото. Наверное, неудивительно, учитывая патологическую аккуратность хозяина. И всё равно как будто декорация, до жути реалистичная…
– Ближе не подъеду, – с сожалением констатировал Зарецкий. Машина прижалась к бордюру и замерла, вхолостую фырча двигателем.
– Спасибо, – вежливо сказала Ира, торопливо отцепляя ремень. Тут бы и сбежать, но кое-что ещё сказать надо, иначе получится попросту непорядочно. – Насчёт Свириденко… Вы его не трогайте, ладно? Он никакой не нелегал или что там ещё, просто…
– Просто считает допустимым проявлять агрессию, – хмыкнул Зарецкий.
– Да не агрессию! – отчаянно возразила Ира. Она ещё и фамилию сдуру назвала! Всё теперь, не миновать бедному Славику проверки вместе с роднёй до седьмого колена. – Он просто такой, вот и всё.
– Я всё хочу спросить, – Наталья Петровна поправила рыжие локоны и любезно улыбнулась, – довольны ли вы новым секретарём?
Здрасьте, приехали… Ира встретила начальственный взгляд с вежливым равнодушием – или, по крайней мере, ей хотелось так думать. Самое время Верховскому вывалить все накопившиеся претензии, любой из которых хватит, чтобы прервать недолгий Ирин испытательный срок.
– Более чем, – заявил начальник магконтроля. Лица его Ира не видела, но готова была поклясться, что Верховский лукаво улыбается. – Порядка стало намного больше.
– Правда? – с легчайшим намёком на сомнение переспросила Анохина. – Я рада.
Она хотела ещё что-то добавить, но тут влез Чернов, которого вообще-то никто и не спрашивал.
– Пожалуйста, учтите в следующий раз, что нам нужен компетентный специалист. Сами понимаете, специфика требует высочайшего профессионализма…
Если б хватило духу, Ира огрела бы его планшетом. Ишь ты, «в следующий раз»! Ждать-то ему, может, и недолго, но каков хам!
– Костя шутит, – улыбнулся Верховский. – Ирина не даёт поводов для недовольства.
Что, съел, великий маг? Чернов злобно зыркнул на Иру, но смолчал. От Анохиной это, конечно, не укрылось – ну и ладно, важнее другое. Выходит, Зарецкий до сих пор ничего начальнику не сказал? Чего ждёт, интересно?
Всю дорогу до отдела Чернов распространял вокруг себя мрачные флюиды. Верховский не поддавался: вежливо здоровался со встречными, с кем-то перебрасывался словечком, с кем-то даже шутил. На коллективе отсутствие начальника – а может, и Чернова, чёрт их разберёт – сказалось благотворно: из-за двери кабинета слышалось весёлое Оксанино щебетание и недружный смех.
– Отмучились, Александр Михайлович? – лучезарно улыбаясь, спросила Тимофеева, едва начальник вступил в свои владения.
– Думаю, на сегодня все отмучились, – Верховский сверился с часами. Ира такие прежде видела разве что на рекламных щитах в центре Москвы. Или у Павла Сергеевича. – Или что-то срочное есть?
– Всё в порядке, – доложил Старов.
– Удивительно, – процедил Чернов. Он пробрался за свой стол и сердито бросил в лоток с черновиками так и не понадобившийся отчёт.
Магконтроль дружно проигнорировал его дурное настроение. Андрей продолжил прерванную появлением начальника историю, наверняка интересную, если слушать с начала. Оксана, как всегда перед выходом, поправляла макияж. Ира бросила взгляд на собственное отражение в матовом чёрном экране. Сразу видно, что денёк выдался хлопотный… Впрочем, восстанавливать боевой раскрас уже незачем. Неряшливо заправив за уши выбившиеся из узла прядки, Ира забросила на плечо сумку и буркнула дежурное «до завтра». Ей ответил только Макс – остальные слушали Андрея и собирались по домам.
После прохлады вестибюля ударившая в лицо жара показалась невыносимой. Ира невольно притормозила на нагретых солнцем гранитных ступенях, беспомощно щурясь и вдыхая пыльный запах города. Вечером наверняка будет гроза – перед грозой всегда душно. Вот бы сейчас к бабушке, загорать в запущенном огороде или плескаться в мелком озерце за деревней…
– Привет, – застенчиво сказали поблизости.
Ира вынырнула из некстати нахлынувшей ностальгии и вернулась в изнывающую от духоты столицу. На крыльце в безжалостных лучах солнца поджаривался кто-то долговязый и нехорошо знакомый. Захотелось горестно застонать: три благословенных дня семейство Свириденко никак о себе не напоминало – и вот, пожалуйста!
– Привет, – Ира изобразила, как смогла, вежливую улыбку. Вот бы уметь, как Верховский, невозмутимо любезничать хоть с Анохиной, хоть с чёртом лысым! – Ты что тут делаешь?
– Тебя жду, – обрадовал Славик. Последняя наивная надежда, что его принесло в Управу за какой-нибудь бумажкой, истаяла, как льдинка на летнем солнышке. – Мне мама машину сегодня дала. Поехали куда-нибудь, погуляем?
Так стыдно Ире давно не было. Всю неделю она смахивала с экрана назойливые сообщения, изредка отговариваясь тем, что страшно занята, но, как показывает практика, бесконечно бегать от проблем не получается. И притом проблему эту навесила на неё Анька, чтоб ей пусто было! Бедняга Свириденко виноват меньше всех, но всё равно почему-то не получается на него не злиться.
– Э-э-э… Мне, вообще-то, надо… – да какая разница, что именно – лишь бы убраться поскорее от Управы! – У мамы сегодня смена, мне надо папу накормить…
– Жалко, – искренне огорчился Славик и утёр рукавом вспотевший лоб. – Ну, давай тогда домой подвезу?
– Не надо, – мяукнула Ира и принялась лихорадочно сочинять предлог, однако тут за спиной в очередной раз клацнула дверь.
– О… До завтра, Ир, – Оксана медово улыбнулась и скользнула взглядом по расстроенному Свириденко.
Досада комком подкатилась к горлу. И чего Тимофееву принесло именно сейчас? Вроде бы и плевать, что она там себе думает, но лучше б она увидела Иру с кем-нибудь классным, а не с нелепым сыночком Татьяны Ивановны! Да и сама Ира с красавицей Оксаной никакого сравнения не выдерживает, хотя это и к лучшему… Что за ерунда лезет в голову!
– Пока, Ксюш, – тихо отозвалась Ира, разглядывая блестящий на солнце гранит.
Тимофеева тряхнула идеальными локонами и, покачивая бёдрами, продефилировала к парковке. Ладно ещё Оксана, но ведь сейчас потянутся остальные, и Макс в том числе!
– Пойдём отойдём куда-нибудь, – пробормотала Ира, прислушиваясь к усиливающемуся шуму за спиной. Хватать Свириденко за руку не хотелось категорически. – Здесь сейчас народ повалит.
– Ага, – покладисто согласился Славик и следом за Ирой спустился с крыльца на не менее раскалённую брусчатку. – Я вон там встал, в переулке. Правда, наверное, сейчас пробки…
– Точно, – Ира с облегчением ухватилась за предлог. Странное дело: как легко было сказать про Аньку и как невозможно сейчас про себя, хоть это всё и дурацкое недоразумение! – Я лучше на метро…
Хуже было почти что некуда, однако тут в дверях Управы показалась Сафонова собственной персоной. Свириденко её, разумеется, заметил и даже приветственно помахал. Аньку с крыльца как ветром сдуло. Впрочем, Славик, к Ириному ужасу, не спешил мчаться следом.
– Хорошо, что это были просто чары, – с пугающей непосредственностью заметил он. – Ты мне сказала, я как-то задумался, ну и вот… Я, знаешь, и сам подозревал, что тут что-то такое. Она же мне никогда не нравилась.
– Да? – растерянно брякнула Ира и подвинулась на шажок ближе к парковке. Оттуда всего пара метров до пешеходного перехода, а там до сквера рукой подать…
– Конечно, – заверил Славик, глупо улыбаясь. – Жалко, что мы так долго не виделись. Мама вообще не очень… То есть у неё всегда дел полно…
Ира буркнула что-то сочувственное, не вслушиваясь в никому не нужные оправдания. И так понятно, что старшая Свириденко не жалует семейство Шаповаловых; лучше б она донесла это до сыночка подоходчивее. Двери в очередной раз распахнулись, выпуская, в числе прочих, Бармина, Старова и Зарецкого. Ну, по крайней мере, Свириденко не тянет на влиятельную персону, заинтересованную в страшных тайнах магконтроля! Ира ещё чуть-чуть отступила к забору парковки.
– Слушай, – нет, сегодня точно не время рассказать про чары. Только не здесь и не сейчас! – Давай лучше в выходные? Мне правда пора…
Андрей махнул коллегам и бодро почесал к скверу. Если б Ира знала, что Бармин ездит на метро, а около Управы караулит Славик, подождала бы пару лишних минут в кабинете… Хотя нет, это выглядело бы неловко.
– А когда? – уточнил настырный Свириденко, хмуря куцые брови. Он напористо шагнул ближе и то ли намеренно, то ли случайно перегородил путь к отступлению; теперь если удирать, то только к Управе.
Старов, проходя мимо поднятого шлагбаума, бросил в Ирину сторону любопытный взгляд. Зарецкий кивнул приятелю на прощание и свернул к будке охраны, торчавшей в полудюжине шагов от переступающего с ноги на ногу Славика. Случайно или всё-таки что-то подозревает?
– Не знаю, – промямлила Ира. Поди тут сообрази что-нибудь дельное! – Мне надо… У мамы, наверное, есть какие-нибудь планы… Я… я вечером напишу, ладно?
– Ты так говоришь, как будто не хочешь видеться, – убийственно честно сказал Славик. И ведь не обойдёшь его, сама себя загнала в угол! – Это из-за Ани?
– Нет! – Да! Всё из-за недотёпы Сафоновой с её приворотным колечком! Ира с огромным трудом заставила себя посмотреть Славику в глаза; всё лучше, чем пытаться угадать, куда пошёл Старов и что нужно Зарецкому. – Я побегу, ладно? Время уже…
Свириденко не двинулся с места. Должно быть, мама наказывала быть настойчивым. Или просто приучила получать всё желаемое по первому требованию.
– Я зря ехал, получается, – недовольно, почти зло констатировал Славик. И машину у мамы зря выпрашивал, ага…
Ира сделала попытку его обогнуть, лопоча какие-то извинения, однако Свириденко, не будь дурак, проворно шагнул в ту же сторону. Длиннопалая ладонь неуклюже, но неприятно цепко легла ей на плечо. Ира поёжилась. Вряд ли он сделает что-то противозаконное у самой Управы… Ведь не сделает?..
– Ирин, – Зарецкий возник за спиной Славика, как чёрт из табакерки. – Ну что, до метро подвезти?
Чего это он?.. Свириденко моментально отпустил её и прянул в сторону, боязливо косясь на контролёра. Путь к свободе открыт! Более того – Зарецкий намеренно отогнал назойливого ухажёра; понять бы ещё, за каким лешим… На Иру он даже не смотрел – пристально разглядывал растерявшегося Свириденко. Подыграть и согласиться значит попасть прямиком в лапы к врагу, отказаться – остаться один на один с непонятным Славиком и вдобавок навлечь на себя какие-нибудь новые подозрения. Вот и выбирай из двух зол меньшее!
Задумавшись на мгновение, Ира обречённо кивнула.
– А-ага...
Разом переставший быть страшным Свириденко глядел тоскливо, как обманутый щенок. Ира виновато ему улыбнулась, буркнула что-то насчёт радости встречи и едва ли не бегом бросилась к шлагбауму. Шагавший рядом Зарецкий оглянулся обманчиво рассеянно; на самом-то деле наверняка следил за каждым движением бедняги Славика, с него станется.
– Он не опасный, – тихо сказала Ира.
– Он вёл себя агрессивно, – заметил контролёр.
– Нет, просто… – Ира замялась. С одной стороны, Зарецкого следовало поблагодарить хотя бы за беспокойство, с другой – очень хотелось поскорее распрощаться и рвануть-таки к привычной тропинке через сквер. – Он безобидный, но всё равно спасибо. Я пойду…
– Легенду надо разыгрывать до конца, – контролёр усмехнулся и остановился рядом с приветственно моргнувшей поворотниками машиной. – Считай, что это в качестве извинений.
– За что? – брякнула Ира и тут же мысленно себя отругала. Меньше всего хочется выяснять отношения здесь и сейчас, но слова с языка уже сорвались.
– За поспешные выводы, – прямо сказал Зарецкий. – Факты красноречиво говорят в твою пользу.
– Это какие?
– Разные. Залезай, – контролёр, сама любезность, гостеприимно распахнул пассажирскую дверь. – Что, поклясться в отсутствии дурных намерений?
Ира помотала головой. Вот уж человек настроения! Вернее, даже не настроения; там, где у нормальных людей чувства, у него умозаключения. Решил с чего-то, что секретарша чиста перед магконтролем, и перестал плеваться ядом. Надолго ли?
Свириденко так и маячил за забором парковки. Если сейчас рвануть-таки пешком, догонять, может, и не станет, но точно поймёт, что дело нечисто. Ира виновато вздохнула. Намудрили они, конечно, с Анькой! Чёрта с два она теперь станет доверять подруге по части заговоров, но с тем, что уже сотворили, как разобраться?.. Соседняя машина неторопливо отползла с парковочного места; топтаться у всех на виду становилось попросту глупо, и Ира, скрепя сердце, уселась в неожиданно прохладное кресло. Должно быть, днём сюда падает тень от зданий, иначе за девять часов все машины на парковке превращались бы в душегубки. Зарецкий вытащил из-под стекла выцветший квадратик с эмблемой Управы и заменил таким же новым. Пару недель назад Ира поверила бы, что он совершенно случайно озаботился сроком действия пропуска именно сегодня.
– Что это за тип? – бесцеремонно спросил контролёр, пристёгивая ремень.
Ира спохватилась и тоже щёлкнула пряжкой.
– Знакомый, – уклончиво ответила она. А почему бы и не признаться? Зарецкий неплохо разбирается в теории магии, вдруг подскажет что-то полезное? – Долгая история, но… В общем, на нём приворот.
– Ничего подобного, – спокойно возразил Зарецкий. Тихо урча двигателем, машина медленно двинулась к шлагбауму. – Ты что, людей под приворотом не видела? Они себя так не ведут.
– В смысле? – бестолково переспросила Ира.
Как это «ничего подобного»? А как же все эксперименты Сафоновой? Неужели заботливая маманя постаралась и отвела сынулю к грамотному колдуну? Но тогда не объяснить, откуда взялась новая симпатия. Ну да, к Аньке Славик рвался куда как настойчивее, и ещё она говорила, что деться никуда не могла от постоянных звонков и сообщений. Но ведь это вполне может быть из-за того, что кольцо сработало убойнее слепого заговора. Ведь сработало, и ещё как, а вот на Зарецкого совсем не подействовало…
– В прямом, – за окном мелькнуло и пропало расстроенное лицо Свириденко. Зарецкий свернул на запруженную машинами улочку и прибавил газу. – Там другие симптомы, более выраженные и… иного характера. Нет на нём никакого приворота. Тебе куда, до кольцевой?
До кольцевой – это даже слишком шикарно, минус лишняя пересадка. Поток двигался, хоть и не стремительно; пожалуй, выйдет быстрее, чем идти пешком и перебегать потом по запутанным переходам. В каждом проезжающем мимо автомобиле чудился новенький белый седан Татьяны Ивановны; Ира отвернулась от окна и уткнулась взглядом в молчаливую бортовую электронику. Снаружи пыльная и очевидно не новая, изнутри машина казалась едва сошедшей с конвейера. Даже не из-за исправно горящих светодиодов или относительной чистоты в салоне. Знакомых автомобилистов у Иры было немного, но у всех за пару месяцев средство передвижения, новенькое или не очень, неизбежно обрастало миллионом мелких чёрточек, составлявших отпечаток личности владельца. Дурацкая подушка на заднем сидении, ворох квитанций в бардачке, да хоть «ёлочка» на зеркале – всегда есть какая-то ерунда, ненавязчиво подтверждавшая, что в железной коробке пару часов в день обитает человек. Здесь же – ничего, идеальный порядок, как на рекламном фото. Наверное, неудивительно, учитывая патологическую аккуратность хозяина. И всё равно как будто декорация, до жути реалистичная…
– Ближе не подъеду, – с сожалением констатировал Зарецкий. Машина прижалась к бордюру и замерла, вхолостую фырча двигателем.
– Спасибо, – вежливо сказала Ира, торопливо отцепляя ремень. Тут бы и сбежать, но кое-что ещё сказать надо, иначе получится попросту непорядочно. – Насчёт Свириденко… Вы его не трогайте, ладно? Он никакой не нелегал или что там ещё, просто…
– Просто считает допустимым проявлять агрессию, – хмыкнул Зарецкий.
– Да не агрессию! – отчаянно возразила Ира. Она ещё и фамилию сдуру назвала! Всё теперь, не миновать бедному Славику проверки вместе с роднёй до седьмого колена. – Он просто такой, вот и всё.
