Честно говоря, с трудом представляла себе, в чем мне предстояло участвовать. Начали однако с того же, с чего начинала я в доме герцога — осознание окружающего мира, вступление с ним в контакт. Прокачке каналов, как я поняла, много времени уделять не планировалось — для тех, кто так или иначе занимается магией с детства, это естественный неосознанный процесс — энергообмен с окружающим миром, мой случай исключительный, поскольку мне пришлось осваивать эту процедуру просто ради выживания. С другой стороны, осознанное управление потоками давалось мне проще — именно потому, что я занялась этим во взрослом возрасте и училась по книжкам. Ребенок с магическим даром делает все интуитивно, а для серьезной магической работы требовалось именно понимать, что происходит. Словом, с одной стороны, эти детки легко творили дела, которые были мне не под силу, но с другой стороны, именно я была на тот момент ближе к профессиональному владению магией, как ни странно. Предполагалось, что после освоения потоков нас будут учить использованию магии для облегчения повседневной жизни — для уборки, например, или для разогрева воды.
Кстати, об уборке. Интересно, Рейяна подобной магией владеет? Если нет, то вряд ли будет марать ручки ради мытья полов. Значит, это на мне. Я, конечно, могу, но... Стоит, пожалуй, уже сейчас начать штудировать взятый в библиотеке учебник по бытовой магии.
На предметной магии народу было немного. И — ни одного задранного аристократического носа. Не было и моей соседки. Похоже, благородные считают искусство работы с предметами слишком низменным для своих утонченных натур. Чем-то вроде ремесла. Но отсутствие соседки почему-то вызвало у меня смутное беспокойство.
Введение в предметную магию начали с материаловедения — какие камни и металлы используются для изготовления магических предметов, где и как их добывают и обрабатывают. Как ни странно, занятия обещали быть интересными, обидно будет, если не хватит на них пороху. Преподаватель — магистр Бертро, гном, судя по комплекции, — обещал занятия в форме семинаров: студенты по очереди должны будут готовить доклады по предложенным темам, за докладом — обсуждение, а также демонстрация материалов и готовых предметов, в том числе и в действии.
Уже на подходе к общежитию смутное беспокойство, которое я испытывала на семинаре, переросло в тревогу. В комнату я ворвалась как смерч — и обнаружила залитый кровью пол, распахнутые дверцы шкафа, торчащий наружу клинок. Кажется, я себе уже представляла, что тут произошло.
Объяснения не заставили себя долго ждать: почти сразу за мной в комнату влетела помощница коменданта:
— Май? К ректору, срочно.
Пришлось тащиться в административный корпус, хотя с большей охотой я бы сейчас заглянула в столовую.
В кабинете ректора меня, как и следовало ожидать, кроме самого хозяина, встречала Рейяна с перевязанной рукой и еще один преподаватель — я видела его во время вступительных экзаменов, но не знала имени: темные, почти черные глаза, точеные черты лица, черные же волосы с несколькими серебристыми прядями — именно серебристыми, а не седыми, насыщенный цвет, а не отсутствие пигмента. Довольно молодой мужчина, хотя определить возраст мага представлялось затруднительным. И красивый.
— Студентка Май, — заговорил ректор, — на вас поступила жалоба.
— И в чем же она заключается?
— Студентка Теймири...
— Мер Теймири! — влезла Рейяна.
Да, устав она явно так и не удосужилась прочитать.
— Студентка Теймири, — с нажимом повторил ректор, — утверждает, что по вашей вине получила ранение, поскольку вы намеренно подстроили так, чтобы она напоролась на ваше оружие. Или это результат вашей небрежности?
— Ну почему же небрежность? — отозвалась я. — я совершенно намеренно прислонила свой клинок к задней стенке шкафа за одеждой. В ножнах, заметьте. По всей видимости, студентка Теймири объяснила вам, как получилось, что она залезла в мой шкаф и достала оружие? Или я ей дала поручение принести мне что-нибудь из шкафа, да сама запамятовала? — я демонстративно сморщила лоб — мол, пытаюсь вспомнить, но никак не могу.
Моя клоунада была встречена озабоченным молчанием.
— То есть, вы уверяете, — это прорезался до сих пор молчавший преподаватель.
— Я не только уверяю, но могу подтвердить под присягой, что оружие было в моем шкафу и в ножнах. Я даже готова предложить вам подвергнуть меня ментальному сканированию, чтоб выяснить правду. При условии, конечно, что студентка Теймири пройдет ту же процедуру.
— Ни за что! — взвизгнула Рейяна.
— В таком случае, я могу считать конфликт исчерпанным? — я обвела взглядом присутствующих.
— Безусловно, — сухо отозвался ректор.
— Подтверждаю, — кивнул преподаватель. — можете быть свободны, студентки.
Рейяна выскочила из кабинета, как ошпаренная, я же уходить не спешила.
Мужчины вопросительно уставились на меня:
— Что-то еще?
— Видите ли, магистр Хольрин и... — я вопросительно взглянула на преподавателя.
— Магистр Релинэр, декан правового факультета, преподаватель ментальной магии и ответственный за дисциплинарные вопросы в этом учебной заведении, — с улыбкой отрекомендовал себя мужчина.
— Так вот, господа магистры, сегодняшнее разбирательство обнажило передо мной проблему, которая меня очень заботит и которую я хотела бы разрешить как можно скорее.
— А именно? — подтолкнул меня ректор.
— В моей комнате, как вы поняли, хранится боевое оружие, зарегистрированное комендантом общежития на мое имя. Сегодня с ним столкнулась моя не слишком умная соседка, влезшая в мой шкаф то ли из любопытства, то ли с целью устроить мелкую пакость, — магистр Релинэр хмыкнул, а я продолжила. — Но может так случиться, что в другой раз оружие возьмет в руки человек, который умеет с ним обращаться — и кого-нибудь убьет или покалечит, а подозрение падет на меня. Мне хотелось бы избежать подобных ситуаций в будущем.
Магистры переглянулись.
— Я думаю, это проблема разрешимая. — ректор ободряюще улыбнулся мне. — Вы ведь посещаете занятия по предметной магии? Как я понял, вы только что оттуда. В таком случае, просто обратитесь на ближайшем уроке к магистру Бертро, и он, уверяю вас, будет только рад провести тематическое занятие и продемонстрировать студентам, как боевое оружие настраивается на владельца. После этого клинком сможете пользоваться только вы или тот, кому вы вручите его по доброй воле.
Кабинет мы покинули вместе с магистром Релинэром. За дверью он наклонился ко мне и шепнул почти в самое ухо:
— Мой вам совет, студентка Май, не разбрасывайтесь так запросто предложениями подвергнуть вас сканированию. Во-первых, это крайне неприятная процедура, даже если сканирование поверхностное...
— Мне это известно, магистр.
— А во-вторых, — продолжил Релинэр, — есть опасность, что кто-нибудь узнает о вас больше, чем вам бы хотелось.
С этими словами менталист распрямился, повернулся ко мне спиной и быстро удалился по коридору. Интересно, что это было? Просто доброжелательный совет или намек на то, что мои щиты далеко не так совершенны, как мне думалось?
— Приветствую вас на занятиях по физической подготовке! Нас тут двое, вас тоже будет две группы, первая — боевики, следователи и те, кто сейчас продемонстрирует достойный уровень физического развития, ее возьмет на себя мой коллега Наттиор Залесный...
Наттиор?! Нат? Неужели!..
— ...А я, Бейл Тагри, займусь теми, из кого еще требуется лепить человеков. Вот вроде тебя, мелочь, — Тагри за рукав вытянул меня из строя. Я не сопротивлялась.
— Э-э-э... Бейл, — из-за спины мощного физрука выплыл изящный Наттиор с довольной физиономией, — мне кажется, ты ошибаешься. Этого человечка я беру в свою группу.
— Ты уверен? — удивленно хмыкнул Тагри.
— Доказать? — Нат повернулся ко мне. — Потанцуем, птичка?
— А можно?
— Ну, ты же хочешь пройти отбор в мою группу. В другой, боюсь, ты заскучаешь.
И мы танцевали. В этот раз я продержалась против Ната больше четверти часа, но в конце концов он все-таки повалял меня по площадке.
— Растешь, — резюмировал полуэльф, протягивая руку, чтобы помочь мне подняться.
— Не расту, Нат. Но развиваюсь, — результатом я была вполне довольна.
— Рад видеть тебя живой, птичка. Пообщаемся за обедом, хорошо? А пока отдышись — и на полосу препятствий.
Пораженные зрители отмерли, включая и могучего Тангри, и урок... вернее, отбор... начался. Боевиков сразу отправляли на полосу, остальных «достойных» — после проверки. Собственно, сама полоса тоже была проверкой. И не все боевики справились — все-таки на факультет они проходили не по физическим кондициям, а по уровню магического дара. Мне удалось пройти полосу почти безупречно, только в одном месте я чуть замешкалась и сделала пару шагов назад по бревну — мне банально не хватало роста, чтобы с места уцепиться за веревочную петлю, пришлось прыгать с разбега. Парни одобрительно хлопали меня по плечу. Проходившая мимо — или, скорее, проползавшая после пыток, устроенных Тагри, — Рейяна позволила себе замечание:
— Девушкам неприлично махать кулаками.
— Ага, — радостным тоном отозвалась я, — девушкам вообще неприлично уметь себя защитить. Им положено при первых признаках опасности падать в обморок. Желательно, прямо в руки потенциального защитника.
— А что защитник? — осторожно осведомился один из боевиков.
— А защитнику предстоит делать выбор — доблестно погибнуть, прижимая к сердцу обморочную красавицу. Или избавиться от ноши и постараться сразиться за свою жизнь.
— А что красавица? — спросил кто-то еще.
— А что ей сделается? — пожала плечами я. — Пусть отползет, чтобы не затоптали. Обморок — дело серьезное, негоже под ногами валяться.
Народ заржал.
За обедом Нат подсел к моему столу.
— Я ведь тебя искал, птичка
— Я думала, что ты меня сочтешь погибшей.
— Поначалу так и было, но я навел справки и выяснил, что среди убитых и раненых не было никого похожего на тебя.
— Да-а... Я вышла из гостиницы за считанные минуты до взрыва.
— Твой нюх на опасность, как тогда?
— Да.
— Где же ты была после?
— Ночью помогала с ранеными, утром отсыпалась в лечебнице. Потом жила у следователя Рэнро, работала в лечебнице и... поступала сюда. Мне Рэнро посоветовал.
— Знаешь, когда я предлагал тебе встретиться, я как раз это и хотел посоветовать. Тем более, что к тому времени я уже принял предложение поработать здесь. Давно собирался осесть и остепениться.
— Я ужасно переживала, что мы разминулись. Потом решила, что мне тебя Тарс послал в пути, ну и забрал... когда счел нужным.
— Значит, наш с тобой общий путь еще не кончился, — улыбнулся полуэльф.
И я подумала, что стоит зайти в школьный храм, принести Тарсу малое возжигание — гость зерна. Так здесь принято благодарить богов — я выяснила это недавно. Такую же жертву приносят, когда обращаются с просьбами, если не могут предложить ничего особенного.
На медитации я практически сразу, как только магистр Листро закончила объяснения, скользнула в поток и отключилась от действительности, наказав себе вернуться к концу урока. Открыла глаза — и обнаружила, что магистр стоит прямо передо мной и меряет меня заинтересованным взглядом. Народ вокруг давно уже в активном состоянии и тоже посматривает с интересом.
— Я как-то не ожидала, студентка...
— Май
— …Студентка Май, что на первом занятии у кого-то будет такое погружение. Вы уже пробовали медитировать?
— Да, у меня есть некоторый опыт, — угу, и немалый, еще с прошлой жизни.
Но вообще-то с этим надо что-то делать — я слишком выделяюсь. Не стоит привлекать к себе столько внимания. С другой стороны — а как не привлекать? Сделать вид, что я ничего не знаю и не умею? Непросто это.
Спецпредмет «безмагическое целительство», как выяснилось, состоял из двух частей — анатомии разумных рас и собственно лекарского искусства. С человеческой анатомией у меня точно проблем не возникнет, только терминологию выучить — я заметила, что знание языка, которое я унаследовала вместе с телом бедняжки Тэнры, ограничивалось ее собственным словарным запасом. Тэнра была, конечно, девочкой начитанной, но ни магии, ни медицине не обучалась и соответствующей лексикой не владела. Впрочем, те новые слова, с которыми соотносились мои знания из прежней жизни, запоминались сходу, и это значительно облегчало учебу.
Вводная лекция по алхимии вогнала меня в скуку. Собственно, ничего другого я не ожидала, но все-таки решила покуда потерпеть — когда дело дойдет до сочетания теории с практикой, наверняка можно будет разжиться интересными рецептами.
Рейяна была со мной на медицине — значит, специализация у нас одинаковая. Но на алхимии ее не было, и я с некоторой опаской заходила в комнату, в которой меня кроме соседки могли ожидать неприятности. Однако ничего не произошло — Рейяна сидела за столом, делала вид что занимается, а на самом деле исподтишка поглядывала на меня, словно прикидывая, как со мной лучше справиться. Я напряглась — все-таки непонятно пока, чего ждать от этой обиженной... Потом расслабилась, прилегла и позволила себе настроиться на волну соседки. В конце концов, я на нее не воздействую и даже не сканирую — просто снимаю верхний слой, то, что само наружу прет, а значит, ничего противозаконного не совершаю.
А перло нехорошее — разгневанная аристократка все еще не оставила идею показать всему миру мое недостоинство. Например, путем подкидывания в мой шкаф своих побрякушек и объявления меня воровкой. Скорее всего, мне удалось бы отпереться — в крайнем случае прибегла бы к сканированию, но... слухи бы поползли, остался бы осадок после «ложечек».
И что делать? Пугнуть? Вопрос, будет ли толк...
Я ушла в душевую, присела на бортике, прикрыла глаза и вытянула из-за пазухи подвеску-чешуйку. Подумала, как предлагалось... Даже не сразу поняла, что я не одна. Хранительница. Мягкая улыбка, морщинистое лицо, яркие молодые глаза — и струящиеся серебром волосы.
— Ну, здравствуй, спасительница.
— Здравствуй, хранительница, — улыбнулась в ответ. — Я поговорить хотела... Посоветоваться с кем-то мудрым. И вообще, у меня тут из близких знакомых — только мужчины, с женщинами пока дружбу не завела. А вот вражду — да. Теперь вот думаю, как бы с наименьшими потерями из войны выйти.
— А война обязательно нужна?
— Похоже, это уже от меня не зависит, — и я рассказала саа-тши о замыслах соседки.
— Да, глупая девочка.
— Я, что ли? — скривила губы.
Глупая, это факт. Такое впечатление, что мое сознание неуклонно стремится сблизиться с биологическим возрастом. Или не сознание, а эмоциональный фон пубертатному периоду теперь соответствует? Вот уж не думала, что второй раз такое пережить доведется. Во всяком случае, меня то и дело тянет взбрыкнуть, съязвить... И как тут не нажить себе врагов?
— И ты тоже, — махнула рукой саа-тши, — но сейчас я о твоей соседке. Вот что, деточка, ты дождись, пока она уйдет, а потом... — хранительница прислушалась, — ушла как раз.
— Ага. На ужин, — отозвалась я.
— Тогда пошли! — мы вышли в комнату. — А теперь смотри, будем твои вещи зачаровывать, чтобы у нее всякое желание прикасаться отпало, да и не только у нее.
Саа-тши обошла мою половину комнаты, останавливаясь у кровати, шкафа и стола. Она не совершала никаких пассов руками, не произносила никаких слов... просто задерживалась в некоторых местах, прикрывая глаза. Потом обернулась ко мне:
Кстати, об уборке. Интересно, Рейяна подобной магией владеет? Если нет, то вряд ли будет марать ручки ради мытья полов. Значит, это на мне. Я, конечно, могу, но... Стоит, пожалуй, уже сейчас начать штудировать взятый в библиотеке учебник по бытовой магии.
На предметной магии народу было немного. И — ни одного задранного аристократического носа. Не было и моей соседки. Похоже, благородные считают искусство работы с предметами слишком низменным для своих утонченных натур. Чем-то вроде ремесла. Но отсутствие соседки почему-то вызвало у меня смутное беспокойство.
Введение в предметную магию начали с материаловедения — какие камни и металлы используются для изготовления магических предметов, где и как их добывают и обрабатывают. Как ни странно, занятия обещали быть интересными, обидно будет, если не хватит на них пороху. Преподаватель — магистр Бертро, гном, судя по комплекции, — обещал занятия в форме семинаров: студенты по очереди должны будут готовить доклады по предложенным темам, за докладом — обсуждение, а также демонстрация материалов и готовых предметов, в том числе и в действии.
Уже на подходе к общежитию смутное беспокойство, которое я испытывала на семинаре, переросло в тревогу. В комнату я ворвалась как смерч — и обнаружила залитый кровью пол, распахнутые дверцы шкафа, торчащий наружу клинок. Кажется, я себе уже представляла, что тут произошло.
Объяснения не заставили себя долго ждать: почти сразу за мной в комнату влетела помощница коменданта:
— Май? К ректору, срочно.
Пришлось тащиться в административный корпус, хотя с большей охотой я бы сейчас заглянула в столовую.
В кабинете ректора меня, как и следовало ожидать, кроме самого хозяина, встречала Рейяна с перевязанной рукой и еще один преподаватель — я видела его во время вступительных экзаменов, но не знала имени: темные, почти черные глаза, точеные черты лица, черные же волосы с несколькими серебристыми прядями — именно серебристыми, а не седыми, насыщенный цвет, а не отсутствие пигмента. Довольно молодой мужчина, хотя определить возраст мага представлялось затруднительным. И красивый.
— Студентка Май, — заговорил ректор, — на вас поступила жалоба.
— И в чем же она заключается?
— Студентка Теймири...
— Мер Теймири! — влезла Рейяна.
Да, устав она явно так и не удосужилась прочитать.
— Студентка Теймири, — с нажимом повторил ректор, — утверждает, что по вашей вине получила ранение, поскольку вы намеренно подстроили так, чтобы она напоролась на ваше оружие. Или это результат вашей небрежности?
— Ну почему же небрежность? — отозвалась я. — я совершенно намеренно прислонила свой клинок к задней стенке шкафа за одеждой. В ножнах, заметьте. По всей видимости, студентка Теймири объяснила вам, как получилось, что она залезла в мой шкаф и достала оружие? Или я ей дала поручение принести мне что-нибудь из шкафа, да сама запамятовала? — я демонстративно сморщила лоб — мол, пытаюсь вспомнить, но никак не могу.
Моя клоунада была встречена озабоченным молчанием.
— То есть, вы уверяете, — это прорезался до сих пор молчавший преподаватель.
— Я не только уверяю, но могу подтвердить под присягой, что оружие было в моем шкафу и в ножнах. Я даже готова предложить вам подвергнуть меня ментальному сканированию, чтоб выяснить правду. При условии, конечно, что студентка Теймири пройдет ту же процедуру.
— Ни за что! — взвизгнула Рейяна.
— В таком случае, я могу считать конфликт исчерпанным? — я обвела взглядом присутствующих.
— Безусловно, — сухо отозвался ректор.
— Подтверждаю, — кивнул преподаватель. — можете быть свободны, студентки.
Рейяна выскочила из кабинета, как ошпаренная, я же уходить не спешила.
Мужчины вопросительно уставились на меня:
— Что-то еще?
— Видите ли, магистр Хольрин и... — я вопросительно взглянула на преподавателя.
— Магистр Релинэр, декан правового факультета, преподаватель ментальной магии и ответственный за дисциплинарные вопросы в этом учебной заведении, — с улыбкой отрекомендовал себя мужчина.
— Так вот, господа магистры, сегодняшнее разбирательство обнажило передо мной проблему, которая меня очень заботит и которую я хотела бы разрешить как можно скорее.
— А именно? — подтолкнул меня ректор.
— В моей комнате, как вы поняли, хранится боевое оружие, зарегистрированное комендантом общежития на мое имя. Сегодня с ним столкнулась моя не слишком умная соседка, влезшая в мой шкаф то ли из любопытства, то ли с целью устроить мелкую пакость, — магистр Релинэр хмыкнул, а я продолжила. — Но может так случиться, что в другой раз оружие возьмет в руки человек, который умеет с ним обращаться — и кого-нибудь убьет или покалечит, а подозрение падет на меня. Мне хотелось бы избежать подобных ситуаций в будущем.
Магистры переглянулись.
— Я думаю, это проблема разрешимая. — ректор ободряюще улыбнулся мне. — Вы ведь посещаете занятия по предметной магии? Как я понял, вы только что оттуда. В таком случае, просто обратитесь на ближайшем уроке к магистру Бертро, и он, уверяю вас, будет только рад провести тематическое занятие и продемонстрировать студентам, как боевое оружие настраивается на владельца. После этого клинком сможете пользоваться только вы или тот, кому вы вручите его по доброй воле.
Кабинет мы покинули вместе с магистром Релинэром. За дверью он наклонился ко мне и шепнул почти в самое ухо:
— Мой вам совет, студентка Май, не разбрасывайтесь так запросто предложениями подвергнуть вас сканированию. Во-первых, это крайне неприятная процедура, даже если сканирование поверхностное...
— Мне это известно, магистр.
— А во-вторых, — продолжил Релинэр, — есть опасность, что кто-нибудь узнает о вас больше, чем вам бы хотелось.
С этими словами менталист распрямился, повернулся ко мне спиной и быстро удалился по коридору. Интересно, что это было? Просто доброжелательный совет или намек на то, что мои щиты далеко не так совершенны, как мне думалось?
Глава 2
— Приветствую вас на занятиях по физической подготовке! Нас тут двое, вас тоже будет две группы, первая — боевики, следователи и те, кто сейчас продемонстрирует достойный уровень физического развития, ее возьмет на себя мой коллега Наттиор Залесный...
Наттиор?! Нат? Неужели!..
— ...А я, Бейл Тагри, займусь теми, из кого еще требуется лепить человеков. Вот вроде тебя, мелочь, — Тагри за рукав вытянул меня из строя. Я не сопротивлялась.
— Э-э-э... Бейл, — из-за спины мощного физрука выплыл изящный Наттиор с довольной физиономией, — мне кажется, ты ошибаешься. Этого человечка я беру в свою группу.
— Ты уверен? — удивленно хмыкнул Тагри.
— Доказать? — Нат повернулся ко мне. — Потанцуем, птичка?
— А можно?
— Ну, ты же хочешь пройти отбор в мою группу. В другой, боюсь, ты заскучаешь.
И мы танцевали. В этот раз я продержалась против Ната больше четверти часа, но в конце концов он все-таки повалял меня по площадке.
— Растешь, — резюмировал полуэльф, протягивая руку, чтобы помочь мне подняться.
— Не расту, Нат. Но развиваюсь, — результатом я была вполне довольна.
— Рад видеть тебя живой, птичка. Пообщаемся за обедом, хорошо? А пока отдышись — и на полосу препятствий.
Пораженные зрители отмерли, включая и могучего Тангри, и урок... вернее, отбор... начался. Боевиков сразу отправляли на полосу, остальных «достойных» — после проверки. Собственно, сама полоса тоже была проверкой. И не все боевики справились — все-таки на факультет они проходили не по физическим кондициям, а по уровню магического дара. Мне удалось пройти полосу почти безупречно, только в одном месте я чуть замешкалась и сделала пару шагов назад по бревну — мне банально не хватало роста, чтобы с места уцепиться за веревочную петлю, пришлось прыгать с разбега. Парни одобрительно хлопали меня по плечу. Проходившая мимо — или, скорее, проползавшая после пыток, устроенных Тагри, — Рейяна позволила себе замечание:
— Девушкам неприлично махать кулаками.
— Ага, — радостным тоном отозвалась я, — девушкам вообще неприлично уметь себя защитить. Им положено при первых признаках опасности падать в обморок. Желательно, прямо в руки потенциального защитника.
— А что защитник? — осторожно осведомился один из боевиков.
— А защитнику предстоит делать выбор — доблестно погибнуть, прижимая к сердцу обморочную красавицу. Или избавиться от ноши и постараться сразиться за свою жизнь.
— А что красавица? — спросил кто-то еще.
— А что ей сделается? — пожала плечами я. — Пусть отползет, чтобы не затоптали. Обморок — дело серьезное, негоже под ногами валяться.
Народ заржал.
За обедом Нат подсел к моему столу.
— Я ведь тебя искал, птичка
— Я думала, что ты меня сочтешь погибшей.
— Поначалу так и было, но я навел справки и выяснил, что среди убитых и раненых не было никого похожего на тебя.
— Да-а... Я вышла из гостиницы за считанные минуты до взрыва.
— Твой нюх на опасность, как тогда?
— Да.
— Где же ты была после?
— Ночью помогала с ранеными, утром отсыпалась в лечебнице. Потом жила у следователя Рэнро, работала в лечебнице и... поступала сюда. Мне Рэнро посоветовал.
— Знаешь, когда я предлагал тебе встретиться, я как раз это и хотел посоветовать. Тем более, что к тому времени я уже принял предложение поработать здесь. Давно собирался осесть и остепениться.
— Я ужасно переживала, что мы разминулись. Потом решила, что мне тебя Тарс послал в пути, ну и забрал... когда счел нужным.
— Значит, наш с тобой общий путь еще не кончился, — улыбнулся полуэльф.
И я подумала, что стоит зайти в школьный храм, принести Тарсу малое возжигание — гость зерна. Так здесь принято благодарить богов — я выяснила это недавно. Такую же жертву приносят, когда обращаются с просьбами, если не могут предложить ничего особенного.
На медитации я практически сразу, как только магистр Листро закончила объяснения, скользнула в поток и отключилась от действительности, наказав себе вернуться к концу урока. Открыла глаза — и обнаружила, что магистр стоит прямо передо мной и меряет меня заинтересованным взглядом. Народ вокруг давно уже в активном состоянии и тоже посматривает с интересом.
— Я как-то не ожидала, студентка...
— Май
— …Студентка Май, что на первом занятии у кого-то будет такое погружение. Вы уже пробовали медитировать?
— Да, у меня есть некоторый опыт, — угу, и немалый, еще с прошлой жизни.
Но вообще-то с этим надо что-то делать — я слишком выделяюсь. Не стоит привлекать к себе столько внимания. С другой стороны — а как не привлекать? Сделать вид, что я ничего не знаю и не умею? Непросто это.
Спецпредмет «безмагическое целительство», как выяснилось, состоял из двух частей — анатомии разумных рас и собственно лекарского искусства. С человеческой анатомией у меня точно проблем не возникнет, только терминологию выучить — я заметила, что знание языка, которое я унаследовала вместе с телом бедняжки Тэнры, ограничивалось ее собственным словарным запасом. Тэнра была, конечно, девочкой начитанной, но ни магии, ни медицине не обучалась и соответствующей лексикой не владела. Впрочем, те новые слова, с которыми соотносились мои знания из прежней жизни, запоминались сходу, и это значительно облегчало учебу.
Вводная лекция по алхимии вогнала меня в скуку. Собственно, ничего другого я не ожидала, но все-таки решила покуда потерпеть — когда дело дойдет до сочетания теории с практикой, наверняка можно будет разжиться интересными рецептами.
Рейяна была со мной на медицине — значит, специализация у нас одинаковая. Но на алхимии ее не было, и я с некоторой опаской заходила в комнату, в которой меня кроме соседки могли ожидать неприятности. Однако ничего не произошло — Рейяна сидела за столом, делала вид что занимается, а на самом деле исподтишка поглядывала на меня, словно прикидывая, как со мной лучше справиться. Я напряглась — все-таки непонятно пока, чего ждать от этой обиженной... Потом расслабилась, прилегла и позволила себе настроиться на волну соседки. В конце концов, я на нее не воздействую и даже не сканирую — просто снимаю верхний слой, то, что само наружу прет, а значит, ничего противозаконного не совершаю.
А перло нехорошее — разгневанная аристократка все еще не оставила идею показать всему миру мое недостоинство. Например, путем подкидывания в мой шкаф своих побрякушек и объявления меня воровкой. Скорее всего, мне удалось бы отпереться — в крайнем случае прибегла бы к сканированию, но... слухи бы поползли, остался бы осадок после «ложечек».
И что делать? Пугнуть? Вопрос, будет ли толк...
Я ушла в душевую, присела на бортике, прикрыла глаза и вытянула из-за пазухи подвеску-чешуйку. Подумала, как предлагалось... Даже не сразу поняла, что я не одна. Хранительница. Мягкая улыбка, морщинистое лицо, яркие молодые глаза — и струящиеся серебром волосы.
— Ну, здравствуй, спасительница.
— Здравствуй, хранительница, — улыбнулась в ответ. — Я поговорить хотела... Посоветоваться с кем-то мудрым. И вообще, у меня тут из близких знакомых — только мужчины, с женщинами пока дружбу не завела. А вот вражду — да. Теперь вот думаю, как бы с наименьшими потерями из войны выйти.
— А война обязательно нужна?
— Похоже, это уже от меня не зависит, — и я рассказала саа-тши о замыслах соседки.
— Да, глупая девочка.
— Я, что ли? — скривила губы.
Глупая, это факт. Такое впечатление, что мое сознание неуклонно стремится сблизиться с биологическим возрастом. Или не сознание, а эмоциональный фон пубертатному периоду теперь соответствует? Вот уж не думала, что второй раз такое пережить доведется. Во всяком случае, меня то и дело тянет взбрыкнуть, съязвить... И как тут не нажить себе врагов?
— И ты тоже, — махнула рукой саа-тши, — но сейчас я о твоей соседке. Вот что, деточка, ты дождись, пока она уйдет, а потом... — хранительница прислушалась, — ушла как раз.
— Ага. На ужин, — отозвалась я.
— Тогда пошли! — мы вышли в комнату. — А теперь смотри, будем твои вещи зачаровывать, чтобы у нее всякое желание прикасаться отпало, да и не только у нее.
Саа-тши обошла мою половину комнаты, останавливаясь у кровати, шкафа и стола. Она не совершала никаких пассов руками, не произносила никаких слов... просто задерживалась в некоторых местах, прикрывая глаза. Потом обернулась ко мне:
