Тарин послушался и зачерпнул ещё. Он открыл глаза и увидел Хилена. К его рукам устремились огненные потоки. Они сжимались в шар между его ладоней, отбрасывая жуткие тени исхудалых пальцев.
– Ещё, ещё, – повторял Хилен.
Тарин почувствовал, что слабеет. Он и сам был не слишком способным, и решил остановиться на этом. Посмотрим, на сколько хватит этого пламени.
Последний огонёк стёк с него в руки Хилена. Тарин начал стягивать песок. Это требовало куда меньше сил, чем сотворение стихии из ничего. Столб рос, пока не достиг высоты примерно в пять человек. Тарин решил, что этого хватит. Они стояли на вершине песчаной дюны, и увидеть его можно издалека.
– Нет, не получается, – медленно произнёс Хилен.
Он вертел в руках шар пламени и словно бы вглядывался в него, держа перед самым носом.
– Что не получается? – спросил Тарин. – Давай, расплавь песок, такой высоты хватит.
– Эх, а я так надеялся, – пробормотал Хилен. Он поднял голову и повернулся к Тарину. – Нет, всё зря.
Хилен метнул огненный шар в Тарина. Тот взвыл и вскинул руки, амулеты на груди вспыхнули, но всё зря. Огонь сжёг правую руку до кости, плечо и половину шеи. Тарин повалился на землю, захлёбываясь кровью. Невольно сотворились плетения, пытаясь удержать ускользающую жизнь, затянуть рану, но огонь выжег плоть начисто, оставив одни кости.
– Зачем? – пробулькал Тарин.
– Как и сказал – мне было интересно, – ответил Хилен. Он встал над Тарином, и тому почудилось, что сама смерть склонилась над ним. – Конечно, никто не собирается возиться с твоими камнями. Они останутся здесь, как и один верблюд, которого мы съедим утром, как я и обещал. И Карин Тол тоже. Кажется, его уже убили.
Тарин попытался сотворить плетение, но он так и не научился управлять ими сознательно. В последнем приступе злости он сжал левой рукой амулеты на груди и раздался треск. В последний раз Тарин вздохнул и умер.
Хилен ещё постоял, наблюдая, как расползается по дюне столб песка. Наклонился, сдёрнул с шеи Тарина амулеты и провёл по ним пальцами. Один, в виде металлической четырёхконечной звезды с драгоценным камнем внутри, сплющило, а по камню пошли трещины. Второй – на ощупь как монета, с какой-то гравировкой – остался невредим.
Хилен потянулся к нему и ощутил, как тот отозвался. Наверное, с его помощью Тарин и разрушил первый амулет. Наверняка он бы и второй разрушил, но амулет не может дать сил больше, чем заключено в нём самом.
Силт ло наклонился и взял Тарина за ногу. Не прилагая усилий, он легко поднял его на вытянутой руке. Удовлетворённо кивнув, Хилен отбросил разрушенный амулет и повесил на шею целый, после чего зашагал к лагерю.
Трое летар всё так же сидели у костра, а чуть поодаль валялся караванщик с неестественно выгнутой шеей.
– Я уж подумал, ты и впрямь хочешь ему помочь, – сказал Мирак.
– Меня очень заинтересовал один из твоих рассказов. – Хилен присел к остальным, стянул последние крохи тепла и костёр запылал ярче. – Тот, в котором один силт ло продлевал себе жизнь, используя родню.
– Он всех силт ло интересует, – усмехнулся Мирак. – Не ты первый. И что ты хотел? Использовать жизненную силу первого попавшегося силт ло?
– Хотел попробовать, – кивнул Хилен. – Я попытался поглотить его нити. Всё же у меня талант именно к управлению Огнём, вот я и подумал, может, он поможет.
– Нет, не сработает, – покачал головой Мирак. – Многие пытались. Калин даже проводил опыты в Кейиндаре, уж не помню, когда. Тысячу лет назад, да, Немерк? В общем, не сработало. Даже когда силт ло приводили близких родственников, родителей или детей. В итоге мы решили, что история эта выдумана.
– Она не выдумана, – сказала Ниала. Все повернулись к ней, даже Немерк оторвался от еды.
– С чего ты взяла? – спросил он.
– Меня тоже заинтересовала эта история. Я пыталась раскопать, откуда она взялась. Ничего особенного не узнала, поэтому не стала докладывать Калину. Но я была в замке, где жил этот силт ло, и встретилась с его потомками. Похоже, там и в самом деле пытались сохранить чистоту крови заключая браки между братьями и сёстрами. Сами знаете, чем это грозит – среди них встречалось много уродов. По их рассказам выходило, что тот силт ло дожил до трёхсот сорока лет.
– Но ценой убийства сотен наследников, – пробормотал Мирак. – Нам, летарам, особенно противно такое. Как основатель рода убивает своих детей, цепляясь за крохи ускользающей жизни. И ладно бы он смог жить вечно, так нет же, всё равно умер в итоге. С людьми иначе не бывает.
– Наверное потому, что его первые дети находили себе вторую половину на стороне, – заметил Хилен. – Он же не с самого рождения решил стать бессмертным.
Наступило молчание. Костёр всё тускнел, по мере распада плетения, и вскоре погас окончательно. Все начали собираться спать, когда тишину нарушил Немерк.
– Хилен, наш уговор.
– Да? – Силт ло оторвался от спального мешка, который пытался согреть, выискивая поблизости источник тепла.
– Мы договорились, что когда я вспомню нападение в таверне, то сразу расскажу тебе, был ли то голос Силт Ло.
Теперь центре внимания оказался Немерк.
– И..?
– Эта буря, что вы устроили на дюне, вспышки пламени… Они пробудили воспоминания. Не все, но достаточно, чтобы ответить на вопрос. Это был голос Силт Ло.
– Очень интересно, – протянул Мирак. – Осталось узнать, к кому он обращался.
– Вряд ли он знал нападающих, – сказал Хилен. – Наверняка к посоху.
– Это всего лишь амулет, – покачала головой Ниала. – Даже у могущественных силт ло. Да, в него попадает часть души во время пробуждения, но это всё равно просто вещь.
– Тебя недостаточно, – медленно произнёс Хилен. – Так он сказал тогда. И я ни за что не поверю, что обращался он к последнему уцелевшему силт ло, что держался за посох. Нет, он говорил с самим посохом.
– Это всего лишь амулет, – повторила Ниала. – Будь Силт Ло хоть воплощением силы, посох не станет ничем большим, чем обычным амулетом. Я бы скорее сказала, что он окончательно повредился рассудком. Сколько он там уже, десять лет? Ты знаешь, что это за мир, Хилен?
Силт ло отрицательно покачал головой.
– Это место без пространства и времени в обычном понимании. Там ты существуешь в виде… как бы тебе описать… сгустка мыслей. Нет ни зрения, ни слуха, ни любых других чувств, но ты можешь перемещаться и разговаривать с другими такими же сгустками.
– Это и есть Летар? – уточнил Хилен.
– Да. Когда мы умираем, то оказываемся там. – Голос Ниалы переменился, стал мягче. – Рядом со своими собратьями. Там к нам возвращаются все воспоминания о прошлых жизнях, о том, как мы жили в нормальном, животном теле. Там же ждём нового перерождения. А Силт Ло, – Ниала скривилась, – он тоже оказался среди своих собратьев. Тех, кто призывал летар и кого отправили в наш мир. Вы, люди, не приспособлены к такой жизни, и сходите там с ума. Мы, летары, можем свободно перемещаться по своему миру и иногда отправляемся к людям. Невнятное бормотание, несвязный поток мыслей, – Ниалу передёрнуло. – Жуткое зрелище. Потому я согласна с тобой, что он обращался к посоху. Но добавлю, что будь у него возможность – он бы и с песком говорил. Просто посох оказался связующим звеном между двумя мирами, и Силт Ло почувствовал его.
– Я согласен с Ниалой, – медленно произнёс Мирак. – За десять лет Силт Ло наверняка сошёл с ума.
– А ты, Немерк? Ты что скажешь? – спросил Хилен.
– Я? – Летар устроился в спальном мешке и привычно нащупал меч и посох Силт Ло. – Скажу, что наш контракт выполнен. Мы в расчёте.
– Есть что-то ещё? – продолжал допытываться Хилен.
– Спроси у Мирака, если что-то забыл. Наш договор выполнен, своим мнением я делиться не обязан.
Хилен склонил голову. Нити невольно потянулись к посоху, но он тут же одёрнул себя и продолжил укладываться спать. Вскоре лагерь погрузился в тишину.
Не спал один Немерк. Он прокручивал в голове разговор Силт Ло снова и снова.
Посох был на расстоянии вытянутой руки, и несмотря на арбалетные болты, что пробили его голову сквозь глазницы, слух никуда не делся.
Сознание постоянно ускользало, слова удавалось разобрать через раз. Он помнил, как трое силт ло вцепилось в посох. Как взметнулся огненный вихрь, пожирая всё вокруг. И какая оглушительная тишина наступила, когда зазвучал голос Силт Ло.
Нет, Ниала и Мирак правы, он наверняка сошёл с ума. Но они стояли далеко и не слышали, что Силт Ло отвечал, а не просто разговаривал. Отвечал посоху. А посох обращался к нему едва различимым голосом подростка.
Конечно, посох – всего лишь амулет, у него не может быть собственного сознания, тут Ниала тоже права. Может, ему просто почудилось?
Немерк вновь прокрутил в голове разговор.
– … мы вместе!
– Нет.
– *неразборчиво*
– Нет, это не они.
– Сколько можно..!
– Да, я тоже устал ждать.
– …хватит сил?
– Они не смогут, это не те.
– Я помогу!
– Тебя недостаточно.
– Неужели опять ждать?
– Подожди, мы ещё встретимся, я обещаю.
– …уже нет сил!
– Да, я тоже, но мы можем лишь ждать.
– Хорошо… прощай.
– До встречи.
Так разговор Силт Ло совсем не походит на речь сумасшедшего. Немерк тоже пару раз забредал в места обитания сосланных в Летар силт ло и слышал, как те разговаривают. Ничего общего.
Немерк нащупал сквозь ткань спального мешка посох и сжал его. Рука мгновенно покрылась чешуёй. Он ощущал, как трепещут потоки силы, изгибаясь под пальцами летара, не в силах ничего сделать. Уж если он ощущает их так явно, не удивительно, что те силт ло попали под влияние посоха.
Неужели он и в самом деле обладает сознанием, и заставил ту троицу сотворить плетение призыва? Хорошо, получилось оно слабенькое, едва хватило для передачи голоса, и то недолго. А если бы им удалось? На всех планах Калина можно было бы смело ставить крест. Или откладывать на очередную тысячу лет.
Нужно внимательнее присматривать за посохом. Благо, в Маск Раде у них полно союзников, и там всё должно пройти лучше, чем в Берт Лет.
Ученик
?
Высокие каменные стены Террады появились на горизонте ещё в обед, но отряд подошёл к ним лишь поздним вечером. Ещё не добравшись до города, Гепард ненадолго покинул компанию.
Никто не стал спрашивать, куда он ездил. Вечерние поединки с Калином стали привычным делом, а для многих ещё и развлечением. Поэтому большая часть разговоров стихла, пока Гепард отсутствовал. Все внимательно слушали, когда и где состоится следующий бой.
Обратно летар вернулся с Налесаром.
– Мы остановимся на постоялом дворе, – сказал Налесар. – Мы все, ещё несколько летар и силт ло. Задерживаться не станем, выступаем завтра утром.
– В Вердил? – уточнил Филин.
– Конечно.
– Я могу съездить в замок? – спросил Клард.
– Зачем?
– Хочу забрать одну… вещь. Если мою комнату не трогали, времени много не займёт.
Налесар повернул голову и глаза с вертикальными зрачками уставились на генерала. Тот ответил спокойным взглядом, хотя мороз пробрал его до костей.
– Мы выступаем завтра утром, – повторил Налесар. – Все должны быть в сборе к этому времени. Расплачиваться за опоздание будут оставшиеся члены вашей дружной компании.
– Ничего ты им не сделаешь, – сказал Филин. – Мне и Гепарду точно. Дари нет смысла мучить, она сама себя истязает лучше любого палача. А менестреля… зачем?
Налесар улыбнулся, показав два тонких острых клыка, но взгляда от Кларда не оторвал.
– Можешь проверить, человек.
– Я вернусь, – сказал Клард. – Задолго до рассвета.
На подъезде к воротам отряд замедлился, вливаясь в общее течение. Даже поздним вечером людей прибывало изрядно, в основном для сбыта урожая. Террада славилась плодородными землями, и крестьяне спешили распродать товары купцам. Те, в свою очередь, торопились набить телеги и отправиться в дорогу, чтобы успеть вернуться до настоящих холодов.
Путников встретили высокие деревянные дома, улыбчивые люди и многоголосый гомон. Несмотря на Первую волну, которая уничтожила большую часть города, люди сплотились и стали ещё дружнее, чем прежде, сообща отстраивая и возводя новые постройки, основательнее прежних.
– Всё такое… свежее, – сказала Дари, разглядывая светлые срубы на домах. – Даже город не смог задавить запах дерева.
– Так строительство не останавливается и сейчас. – Клард указал в один из переулков. – Вон, видите, телега гружёная доской. Везёт на стройку. Мы немногим больше половины города отстроили. Вторую половину строят куда медленнее. Жить там особо некому, людей после Первой волны изрядно поубавилось.
– Для домов лучше подходит камень, – сказал Филин.
– Поначалу все тоже так решили, но очень скоро выяснилось, что на всех камня не хватает, особенно когда каменоломни начали заламывать за него втридорога. Несколько знатных родов увидев цены посмеялись над ними и построили себе дома из мокрунского дерева. Вышло не сильно дороже, зато сразу показало, кто тут действительно богат.
– Интересно, куда идут налоги из Визистока, – пробормотал Гепард. – Неужели тут замок будет как в Вердиле?
– Об этом мне не известно, – пожал плечами Клард. – После двух поражений меня выгнали из совета и перестали посвящать во многие дела.
– Ты скоро увидишь, – сказал Налесар с полуулыбкой. – Завтра, когда мы выступим в дорогу. Сюда.
Он свернул в переулок, увлекая за собой компанию.
– Но ведь… – Гепард замешкался и оглянулся на остальной отряд.
– Генерал отправится в замок, поедешь с ним, – сказал Налесар не оглядываясь. – Но сначала я покажу, где мы остановимся.
Гепард не стал спорить. К ним ещё присоединилось три летара и Кипра.
– Да ведь это же… – прошептал Клард.
Десятка всадников выехала к широкому двору, обнесённому высоким, в два человеческих роста, забором.
– Мокрунское дерево, – кивнул Налесар. – Ты же не думал, что мы покинули Терраду? Нет, мы всегда были рядом. На самом верху.
– И это вы отправили меня на смерть в Визисток? – спросил Клард.
Налесар ответил не сразу.
– Нет, на смерть не отправляли. Мы действительно хотели отбить город. Но, скажем так – поражение нас не сильно расстроило.
– У вас и так всё готово, – то ли вопросительно, то ли утвердительно произнёс Филин. – Ещё до Первой волны.
– Времени на подготовку не бывает слишком много. Эти двадцать лет мы тоже не сидели сложа руки. Например, готовились к вашей встрече, – улыбнулся Налесар, на миг показав раздвоенный кончик языка.
У ворот он перебросился парой слов с охранниками. Те торопливо закивали и поспешили распахнуть створки.
– Мы в замок, – сказал Гепард, придержав коня. – Показывай дорогу, генерал.
– Не разочаруй Алиру, она неплохо зарабатывает на тебе, – бросил вдогонку Налесар.
– А на что ставят? – поинтересовался Клард.
– Сколько ударов после отсчёта Калина он простоит, – ответил Налесар и направился по широкой аллее к трёхэтажному особняку.
Генерал отправился в замок. Гепард – следом за ним.
– Зачем сражаться каждый день? – поинтересовался Клард. – Один день без поединка ничего не изменит. Тем более, как я понял, шансов и так не много.
– Вот потому и нельзя отдыхать, – ответил Гепард, разглядывая окрестности и изучая прохожих. Самым странным ему казалось обилие дерева в постройках. Если Вторая волна всё-таки начнётся и доберётся до Террады, уничтожить город ещё раз не составит труда – хватит нескольких человек с факелами.
– Ещё, ещё, – повторял Хилен.
Тарин почувствовал, что слабеет. Он и сам был не слишком способным, и решил остановиться на этом. Посмотрим, на сколько хватит этого пламени.
Последний огонёк стёк с него в руки Хилена. Тарин начал стягивать песок. Это требовало куда меньше сил, чем сотворение стихии из ничего. Столб рос, пока не достиг высоты примерно в пять человек. Тарин решил, что этого хватит. Они стояли на вершине песчаной дюны, и увидеть его можно издалека.
– Нет, не получается, – медленно произнёс Хилен.
Он вертел в руках шар пламени и словно бы вглядывался в него, держа перед самым носом.
– Что не получается? – спросил Тарин. – Давай, расплавь песок, такой высоты хватит.
– Эх, а я так надеялся, – пробормотал Хилен. Он поднял голову и повернулся к Тарину. – Нет, всё зря.
Хилен метнул огненный шар в Тарина. Тот взвыл и вскинул руки, амулеты на груди вспыхнули, но всё зря. Огонь сжёг правую руку до кости, плечо и половину шеи. Тарин повалился на землю, захлёбываясь кровью. Невольно сотворились плетения, пытаясь удержать ускользающую жизнь, затянуть рану, но огонь выжег плоть начисто, оставив одни кости.
– Зачем? – пробулькал Тарин.
– Как и сказал – мне было интересно, – ответил Хилен. Он встал над Тарином, и тому почудилось, что сама смерть склонилась над ним. – Конечно, никто не собирается возиться с твоими камнями. Они останутся здесь, как и один верблюд, которого мы съедим утром, как я и обещал. И Карин Тол тоже. Кажется, его уже убили.
Тарин попытался сотворить плетение, но он так и не научился управлять ими сознательно. В последнем приступе злости он сжал левой рукой амулеты на груди и раздался треск. В последний раз Тарин вздохнул и умер.
Хилен ещё постоял, наблюдая, как расползается по дюне столб песка. Наклонился, сдёрнул с шеи Тарина амулеты и провёл по ним пальцами. Один, в виде металлической четырёхконечной звезды с драгоценным камнем внутри, сплющило, а по камню пошли трещины. Второй – на ощупь как монета, с какой-то гравировкой – остался невредим.
Хилен потянулся к нему и ощутил, как тот отозвался. Наверное, с его помощью Тарин и разрушил первый амулет. Наверняка он бы и второй разрушил, но амулет не может дать сил больше, чем заключено в нём самом.
Силт ло наклонился и взял Тарина за ногу. Не прилагая усилий, он легко поднял его на вытянутой руке. Удовлетворённо кивнув, Хилен отбросил разрушенный амулет и повесил на шею целый, после чего зашагал к лагерю.
Трое летар всё так же сидели у костра, а чуть поодаль валялся караванщик с неестественно выгнутой шеей.
– Я уж подумал, ты и впрямь хочешь ему помочь, – сказал Мирак.
– Меня очень заинтересовал один из твоих рассказов. – Хилен присел к остальным, стянул последние крохи тепла и костёр запылал ярче. – Тот, в котором один силт ло продлевал себе жизнь, используя родню.
– Он всех силт ло интересует, – усмехнулся Мирак. – Не ты первый. И что ты хотел? Использовать жизненную силу первого попавшегося силт ло?
– Хотел попробовать, – кивнул Хилен. – Я попытался поглотить его нити. Всё же у меня талант именно к управлению Огнём, вот я и подумал, может, он поможет.
– Нет, не сработает, – покачал головой Мирак. – Многие пытались. Калин даже проводил опыты в Кейиндаре, уж не помню, когда. Тысячу лет назад, да, Немерк? В общем, не сработало. Даже когда силт ло приводили близких родственников, родителей или детей. В итоге мы решили, что история эта выдумана.
– Она не выдумана, – сказала Ниала. Все повернулись к ней, даже Немерк оторвался от еды.
– С чего ты взяла? – спросил он.
– Меня тоже заинтересовала эта история. Я пыталась раскопать, откуда она взялась. Ничего особенного не узнала, поэтому не стала докладывать Калину. Но я была в замке, где жил этот силт ло, и встретилась с его потомками. Похоже, там и в самом деле пытались сохранить чистоту крови заключая браки между братьями и сёстрами. Сами знаете, чем это грозит – среди них встречалось много уродов. По их рассказам выходило, что тот силт ло дожил до трёхсот сорока лет.
– Но ценой убийства сотен наследников, – пробормотал Мирак. – Нам, летарам, особенно противно такое. Как основатель рода убивает своих детей, цепляясь за крохи ускользающей жизни. И ладно бы он смог жить вечно, так нет же, всё равно умер в итоге. С людьми иначе не бывает.
– Наверное потому, что его первые дети находили себе вторую половину на стороне, – заметил Хилен. – Он же не с самого рождения решил стать бессмертным.
Наступило молчание. Костёр всё тускнел, по мере распада плетения, и вскоре погас окончательно. Все начали собираться спать, когда тишину нарушил Немерк.
– Хилен, наш уговор.
– Да? – Силт ло оторвался от спального мешка, который пытался согреть, выискивая поблизости источник тепла.
– Мы договорились, что когда я вспомню нападение в таверне, то сразу расскажу тебе, был ли то голос Силт Ло.
Теперь центре внимания оказался Немерк.
– И..?
– Эта буря, что вы устроили на дюне, вспышки пламени… Они пробудили воспоминания. Не все, но достаточно, чтобы ответить на вопрос. Это был голос Силт Ло.
– Очень интересно, – протянул Мирак. – Осталось узнать, к кому он обращался.
– Вряд ли он знал нападающих, – сказал Хилен. – Наверняка к посоху.
– Это всего лишь амулет, – покачала головой Ниала. – Даже у могущественных силт ло. Да, в него попадает часть души во время пробуждения, но это всё равно просто вещь.
– Тебя недостаточно, – медленно произнёс Хилен. – Так он сказал тогда. И я ни за что не поверю, что обращался он к последнему уцелевшему силт ло, что держался за посох. Нет, он говорил с самим посохом.
– Это всего лишь амулет, – повторила Ниала. – Будь Силт Ло хоть воплощением силы, посох не станет ничем большим, чем обычным амулетом. Я бы скорее сказала, что он окончательно повредился рассудком. Сколько он там уже, десять лет? Ты знаешь, что это за мир, Хилен?
Силт ло отрицательно покачал головой.
– Это место без пространства и времени в обычном понимании. Там ты существуешь в виде… как бы тебе описать… сгустка мыслей. Нет ни зрения, ни слуха, ни любых других чувств, но ты можешь перемещаться и разговаривать с другими такими же сгустками.
– Это и есть Летар? – уточнил Хилен.
– Да. Когда мы умираем, то оказываемся там. – Голос Ниалы переменился, стал мягче. – Рядом со своими собратьями. Там к нам возвращаются все воспоминания о прошлых жизнях, о том, как мы жили в нормальном, животном теле. Там же ждём нового перерождения. А Силт Ло, – Ниала скривилась, – он тоже оказался среди своих собратьев. Тех, кто призывал летар и кого отправили в наш мир. Вы, люди, не приспособлены к такой жизни, и сходите там с ума. Мы, летары, можем свободно перемещаться по своему миру и иногда отправляемся к людям. Невнятное бормотание, несвязный поток мыслей, – Ниалу передёрнуло. – Жуткое зрелище. Потому я согласна с тобой, что он обращался к посоху. Но добавлю, что будь у него возможность – он бы и с песком говорил. Просто посох оказался связующим звеном между двумя мирами, и Силт Ло почувствовал его.
– Я согласен с Ниалой, – медленно произнёс Мирак. – За десять лет Силт Ло наверняка сошёл с ума.
– А ты, Немерк? Ты что скажешь? – спросил Хилен.
– Я? – Летар устроился в спальном мешке и привычно нащупал меч и посох Силт Ло. – Скажу, что наш контракт выполнен. Мы в расчёте.
– Есть что-то ещё? – продолжал допытываться Хилен.
– Спроси у Мирака, если что-то забыл. Наш договор выполнен, своим мнением я делиться не обязан.
Хилен склонил голову. Нити невольно потянулись к посоху, но он тут же одёрнул себя и продолжил укладываться спать. Вскоре лагерь погрузился в тишину.
Не спал один Немерк. Он прокручивал в голове разговор Силт Ло снова и снова.
Посох был на расстоянии вытянутой руки, и несмотря на арбалетные болты, что пробили его голову сквозь глазницы, слух никуда не делся.
Сознание постоянно ускользало, слова удавалось разобрать через раз. Он помнил, как трое силт ло вцепилось в посох. Как взметнулся огненный вихрь, пожирая всё вокруг. И какая оглушительная тишина наступила, когда зазвучал голос Силт Ло.
Нет, Ниала и Мирак правы, он наверняка сошёл с ума. Но они стояли далеко и не слышали, что Силт Ло отвечал, а не просто разговаривал. Отвечал посоху. А посох обращался к нему едва различимым голосом подростка.
Конечно, посох – всего лишь амулет, у него не может быть собственного сознания, тут Ниала тоже права. Может, ему просто почудилось?
Немерк вновь прокрутил в голове разговор.
– … мы вместе!
– Нет.
– *неразборчиво*
– Нет, это не они.
– Сколько можно..!
– Да, я тоже устал ждать.
– …хватит сил?
– Они не смогут, это не те.
– Я помогу!
– Тебя недостаточно.
– Неужели опять ждать?
– Подожди, мы ещё встретимся, я обещаю.
– …уже нет сил!
– Да, я тоже, но мы можем лишь ждать.
– Хорошо… прощай.
– До встречи.
Так разговор Силт Ло совсем не походит на речь сумасшедшего. Немерк тоже пару раз забредал в места обитания сосланных в Летар силт ло и слышал, как те разговаривают. Ничего общего.
Немерк нащупал сквозь ткань спального мешка посох и сжал его. Рука мгновенно покрылась чешуёй. Он ощущал, как трепещут потоки силы, изгибаясь под пальцами летара, не в силах ничего сделать. Уж если он ощущает их так явно, не удивительно, что те силт ло попали под влияние посоха.
Неужели он и в самом деле обладает сознанием, и заставил ту троицу сотворить плетение призыва? Хорошо, получилось оно слабенькое, едва хватило для передачи голоса, и то недолго. А если бы им удалось? На всех планах Калина можно было бы смело ставить крест. Или откладывать на очередную тысячу лет.
Нужно внимательнее присматривать за посохом. Благо, в Маск Раде у них полно союзников, и там всё должно пройти лучше, чем в Берт Лет.
Глава 13
Ученик
?
Высокие каменные стены Террады появились на горизонте ещё в обед, но отряд подошёл к ним лишь поздним вечером. Ещё не добравшись до города, Гепард ненадолго покинул компанию.
Никто не стал спрашивать, куда он ездил. Вечерние поединки с Калином стали привычным делом, а для многих ещё и развлечением. Поэтому большая часть разговоров стихла, пока Гепард отсутствовал. Все внимательно слушали, когда и где состоится следующий бой.
Обратно летар вернулся с Налесаром.
– Мы остановимся на постоялом дворе, – сказал Налесар. – Мы все, ещё несколько летар и силт ло. Задерживаться не станем, выступаем завтра утром.
– В Вердил? – уточнил Филин.
– Конечно.
– Я могу съездить в замок? – спросил Клард.
– Зачем?
– Хочу забрать одну… вещь. Если мою комнату не трогали, времени много не займёт.
Налесар повернул голову и глаза с вертикальными зрачками уставились на генерала. Тот ответил спокойным взглядом, хотя мороз пробрал его до костей.
– Мы выступаем завтра утром, – повторил Налесар. – Все должны быть в сборе к этому времени. Расплачиваться за опоздание будут оставшиеся члены вашей дружной компании.
– Ничего ты им не сделаешь, – сказал Филин. – Мне и Гепарду точно. Дари нет смысла мучить, она сама себя истязает лучше любого палача. А менестреля… зачем?
Налесар улыбнулся, показав два тонких острых клыка, но взгляда от Кларда не оторвал.
– Можешь проверить, человек.
– Я вернусь, – сказал Клард. – Задолго до рассвета.
На подъезде к воротам отряд замедлился, вливаясь в общее течение. Даже поздним вечером людей прибывало изрядно, в основном для сбыта урожая. Террада славилась плодородными землями, и крестьяне спешили распродать товары купцам. Те, в свою очередь, торопились набить телеги и отправиться в дорогу, чтобы успеть вернуться до настоящих холодов.
Путников встретили высокие деревянные дома, улыбчивые люди и многоголосый гомон. Несмотря на Первую волну, которая уничтожила большую часть города, люди сплотились и стали ещё дружнее, чем прежде, сообща отстраивая и возводя новые постройки, основательнее прежних.
– Всё такое… свежее, – сказала Дари, разглядывая светлые срубы на домах. – Даже город не смог задавить запах дерева.
– Так строительство не останавливается и сейчас. – Клард указал в один из переулков. – Вон, видите, телега гружёная доской. Везёт на стройку. Мы немногим больше половины города отстроили. Вторую половину строят куда медленнее. Жить там особо некому, людей после Первой волны изрядно поубавилось.
– Для домов лучше подходит камень, – сказал Филин.
– Поначалу все тоже так решили, но очень скоро выяснилось, что на всех камня не хватает, особенно когда каменоломни начали заламывать за него втридорога. Несколько знатных родов увидев цены посмеялись над ними и построили себе дома из мокрунского дерева. Вышло не сильно дороже, зато сразу показало, кто тут действительно богат.
– Интересно, куда идут налоги из Визистока, – пробормотал Гепард. – Неужели тут замок будет как в Вердиле?
– Об этом мне не известно, – пожал плечами Клард. – После двух поражений меня выгнали из совета и перестали посвящать во многие дела.
– Ты скоро увидишь, – сказал Налесар с полуулыбкой. – Завтра, когда мы выступим в дорогу. Сюда.
Он свернул в переулок, увлекая за собой компанию.
– Но ведь… – Гепард замешкался и оглянулся на остальной отряд.
– Генерал отправится в замок, поедешь с ним, – сказал Налесар не оглядываясь. – Но сначала я покажу, где мы остановимся.
Гепард не стал спорить. К ним ещё присоединилось три летара и Кипра.
– Да ведь это же… – прошептал Клард.
Десятка всадников выехала к широкому двору, обнесённому высоким, в два человеческих роста, забором.
– Мокрунское дерево, – кивнул Налесар. – Ты же не думал, что мы покинули Терраду? Нет, мы всегда были рядом. На самом верху.
– И это вы отправили меня на смерть в Визисток? – спросил Клард.
Налесар ответил не сразу.
– Нет, на смерть не отправляли. Мы действительно хотели отбить город. Но, скажем так – поражение нас не сильно расстроило.
– У вас и так всё готово, – то ли вопросительно, то ли утвердительно произнёс Филин. – Ещё до Первой волны.
– Времени на подготовку не бывает слишком много. Эти двадцать лет мы тоже не сидели сложа руки. Например, готовились к вашей встрече, – улыбнулся Налесар, на миг показав раздвоенный кончик языка.
У ворот он перебросился парой слов с охранниками. Те торопливо закивали и поспешили распахнуть створки.
– Мы в замок, – сказал Гепард, придержав коня. – Показывай дорогу, генерал.
– Не разочаруй Алиру, она неплохо зарабатывает на тебе, – бросил вдогонку Налесар.
– А на что ставят? – поинтересовался Клард.
– Сколько ударов после отсчёта Калина он простоит, – ответил Налесар и направился по широкой аллее к трёхэтажному особняку.
Генерал отправился в замок. Гепард – следом за ним.
– Зачем сражаться каждый день? – поинтересовался Клард. – Один день без поединка ничего не изменит. Тем более, как я понял, шансов и так не много.
– Вот потому и нельзя отдыхать, – ответил Гепард, разглядывая окрестности и изучая прохожих. Самым странным ему казалось обилие дерева в постройках. Если Вторая волна всё-таки начнётся и доберётся до Террады, уничтожить город ещё раз не составит труда – хватит нескольких человек с факелами.
