Максим уехал в свою обитель. Вера Ивановна проводила его и, вернувшись в дом, села на диван и тихо изрекла: «А у Игната ладонь-то перевязана. Говорит: «своя собака укусила», то есть – Бывалый… Хм!»
* * *
Наталья подъехала к воротам, открыла их и заехала во двор. Выйдя из машины, она увидела, что не закрыла ворота и, фыркнув, направилась их закрывать.
Закрыв ворота, она вернулась к машине, достала сумки из багажника и пошла в дом через главный вход. Она вошла в дом и понесла сумки в кухню.
Пройдя несколько шагов, она услышала за спиной грубый голос – хриплый, но ясный.
«Стой! - грубо скомандовал мужчина. – Брось сумки и подними руки вверх! Ну! Делай, что тебе говорят. Иначе пристрелю, сучка!»
Наталья не на шутку испугалась и, бросив сумки, подняла руки вверх. От таких грубых слов её бросило в жар. Она не могла понять, в чём дело, поэтому в её воображении рисовались картины одна мрачнее другой. Сначала она подумала: Максим попал в беду, если в доме орудует шайка. Потом она предположила, что в дом забрались воры или, скорее всего, банда, чтобы похитить (так она думала, и мысли её путались) картины и ценнейшие предметы искусства.
Голос за спиной продолжал: «Не оборачивайся. Наконец-то мы тебя нашли, сучка ты долбанная. Вернулась в дом? Хочешь отыскать сокровища? На этот раз не уйдёшь».
Наталья хотела спросить, о каких сокровищах идёт речь, и вообще, что происходит, но голос, хриплый голос за её спиной не позволил ей говорить и продолжал: «Весь дом обыскала? Нашла их? Неплохо ты одурачила нас десять лет назад. Втёрлась в доверие к хозяйке и… Где сокровища? Куда ты их спрятала? Не опускай руки! Одно движение – и я всажу в тебя три пули… Так где сокровища?» - «Да какие сокровища? О чём вы говорите?» - «Сама знаешь, о чём…»
Раздался выстрел. Наталья вздрогнула. Она подумала о Максиме. Возможно, он оказал сопротивление и был застрелен. Раздался второй выстрел, похожий на выстрел из ружья. Наталья решила, что это выстрел Максима, из ружья, висевшего в комнате, в которой бывший хозяин хранил старые коллекционные экземпляры оружия: мушкеты, пистолеты, обрезы, ружья… «Что же делать? В доме орудует банда. Если убили Максима, убьют и меня, чтобы не оставлять свидетелей».
Раздался третий выстрел. Вслед за ним мощный удар, будто кто-то ногой выбил дверь. Затем послышался хриплый кашель и голос, принадлежащий уже второму мужчине: «Бен, я застрелил индейца. Снимем с него скальп и продадим». – «Хорошо, - одобрил первый и, сплюнув, сказал: - Посмотри, кого я тут встретил. Полюбуйся. Наша давняя приятельница. Вернулась в дом, чтобы отыскать сокровища». – «Пристрели её, - произнёс второй мужчина. – Сокровищ в доме нет. Так сказал Джо Блейк. Их забрал офицер в синем мундире, тот предатель. Кончай с ней. Напои лошадей и поедем».
Наталья не могла ничего понять и подумала уже о том, что бандиты говорят между собой загадками, чтобы она не сообразила, что происходит. И что с «индейца сняли скальп», означало, по всей вероятности, что Максима убили.
«Покупайте вещи в Эльдорадо!» - услышала она знакомую рекламу и, обернувшись, увидела, что телевизор, висевший на стене, который много лет никто не включал, вдруг заработал. На экране рекламировали прохладительные напитки. Она тут же всё поняла, пришла в себя и села на стул. Легко вздохнув, она рассмеялась:
«Господи ты, Боже мой! Что творится? У меня душа в пятки ушла. Я уже начала готовиться к смерти, чёрт возьми! Но как всё по-настоящему вышло-то, а? Истинно, как наяву! Дьявольщина продолжается. Но кто же включил телевизор? Максим не смотрит телевизор, радио не слушает, газет не читает… Кто же?»
«Продолжение вестерна «Схватка у Горбатой скалы» смотрите после спецвыпуска новостей», - уточнила диктор.
Наталья подошла к телевизору и выключила его.
«Схватка у Горбатой скалы», вестерн. Хм! Всё, как в фильмах ужасов: телевизор включается сам, следом - приёмник, свет начинает мигать, и так далее. Взяв сумки в руки, она пошла в кухню, громко повторяя слова: «Стой! Руки вверх, сучка!»
Поставив сумки на стол, домработница достала из них свежие продукты и вспомнила о Максиме: «Нужно пойти поздороваться. Где он там? Всю ночь, наверное, строчил свой роман, если не слышал этих жутких приказов. Хм, а может, он пристрелянный лежит в траве, со снятым с головы скальпом…»
Она представила навеянную ей фильмом картину и тотчас расхохоталась до слёз. Поднявшись на второй этаж, она постучала в дверь кабинета. Никто не ответил. Она приоткрыла дверь и, убедившись, что в кабинете писателя нет, пошла в спальную комнату.
Максима и в ней не оказалось. Вздохнув, она выглянула в окно, увидела машину Максима и спустилась вниз, в большую комнату.
«И что? Плюс ко всему я каждый раз буду искать его по всему дому? – произнесла она вслух и позвала писателя: - Максим! Максим, где Вы?»
Ответа не последовало. Она снова позвала пропавшего писателя и замерла, вслушиваясь в тишину. Вдруг она услышала голос, доносившийся со стороны реки. Она вышла на пирс через вторую дверь, ведущую к реке, и увидела Максима. Он махал ей рукой и что-то кричал. Она подошла к краю пирса и спросила:
- Что Вы там лепечете?
- У меня непроизвольное мышечное сокращение. Я уже выбился из сил. Очень больно.
Глядя на Максима, можно было подумать, что он не плавает, а, скорее, борется за жизнь. Наталья переспросила:
- Что у Вас, Максим? Не поняла.
- Судорогами ноги свело – обе!
- Господи! Не могли сказать по-человечески! Надо обязательно заумно. Держитесь, я всё поняла. Вечно его угораздит, - тихо промолвила она.
- Переохладился. Бросьте скорее спасательный круг!
Наталья начала искать спасательный круг со словами, которые неприлично описывать. Не отыскав круга, она крикнула:
- Его тут нет! А раньше был! Держитесь! – она посмотрела на реку, но Максима не увидела. - Уже утонул?
Она быстро взяла канат длиною метра три и нырнула с ним в реку. В это время из воды показалась голова Максима. Судя по тому, как быстро Наталья плыла, можно с большой долей уверенности сказать: она в юности занималась плаванием.
Максим находился от берега метрах в пятидесяти. Для человека или пловца, даже такого, каким был Максим, расстояние непреодолимое, если у него свело судорогами обе ноги от переохлаждения. Судороги к тому же сопровождаются сильными болями.
Наталья без труда доплыла до утопающего и властно заявила:
- Не приближайтесь ко мне, держитесь за конец верёвки.
Максим ухватился за конец каната, и Наталья стала плыть к берегу. Канат был перекинут через её плечо. Проплыв с большим трудом метров десять, она устала и, обернувшись, сказала:
- Помогайте же мне руками, чёрт возьми, Максим. Такое чувство, что я буксирую баржу с углём к причалу. Иначе…
- Я делаю всё, что могу, поверьте, но я выбился из сил. Вдобавок у меня сильные боли в ногах.
- Господи всемогущий! Не хватало нам ещё утонуть совместно. Чёрт, вместе, - она с трудом дышала. – Продолжим. Держитесь.
Проплыв ещё десять метров, она остановилась и с досадой произнесла:
- Я больше не могу! – она почувствовала, что канат ослаб. Максима не было рядом, он ушёл под воду.
- Максим! – крикнула она испуганно и нырнула под воду. Открыв глаза под водой, Наталья ничего не увидела. Вынырнув на поверхность реки, она отдышалась и хотела снова нырнуть, но тут утопающий вынырнул и, тяжело дыша, произнёс:
- Массаж не помогает. Всё! – отчаявшись, крикнул он.
- Что всё? Держитесь! О, Боже мой! Ну надо же!
Максим увидел в волосах у Натальи заколку и с надеждой произнёс:
- Наталья, скорее вытащите из волос заколку и дайте её мне!
- Поняла. Восхитительный ход!
Наталья вытащила из волос заколку и протянула её Максиму. Тот взял её, набрал в лёгкие побольше воздуха и нырнул под воду. В этом месте вода была уже теплее. Под водой он уколол заколкой мышцы на обеих ногах, в которых чувствовалась боль, и вынырнул, тяжело дыша. Наталья с нетерпением спросила:
- Ну что? Проходит? До берега плыть и плыть…
- Левую отпустило.
- Отлично! – продолжала командовать домработница. – Хватайте канат – и вперёд!
Максим ухватился за конец каната, и они поплыли к берегу уже без остановок.
- Правую ногу отпускает!
- Слава Богу! Только не беспокойтесь. Теперь точно доплывём. Осталось всего метров восемь.
Наконец они доплыли до берега. Первой забралась на пирс Наталья. Она была почти без сил, но всё же помогла Максиму выбраться из воды.
Через минуту они лежали на спине, уставшие, без сил, под тёплыми летними лучами солнца и от души смеялись.
Выбившиеся из сил, они, в прямом смысле этого слова, вырубились на некоторое время. Первой проснулась Наталья. Открыв глаза, она едва вымолвила:
- Максим, просыпайтесь.
- Уже проснулся. Вы, как всегда, пришли вовремя.
- Я всегда прихожу вовремя, будто чувствую… Понимаете, о чём я? Я спасла Вам жизнь, Вашим читателям – обожаемого писателя, Вашим друзьям – любимого друга. С этим надо что-то делать? Что мне это будет стоить? – глядя спасенному в глаза, спросила она.
- Пользуетесь случаем? Разве Вы такая?.. – улыбаясь, спросил спасённый. – Ладно, просите, чего хотите. Ужин в ресторане? Подарок? Выходной день?
- Прибавку к жалованию, - уверенно произнесла домработница. – Как это звучит?
- Как вымогательство… Хорошо, жизнь бесценна. Добавим десять тысяч.
- Это правильно! – без эмоций и радости одобрила Наталья.
- Правильно?! Пусть будет так. О, Боже!
- Повезло Вам, что я сегодня явилась на высокооплачиваемую работу в шортах и лёгкой блузке. Была бы в джинсах, неизвестно, чем бы всё закончилось. Но представить нетрудно.
- Ну и денёк начинается, - глядя на пролетающую птицу, заключил писатель.
Наталья встала, застегнула пуговицы на блузке и предложила Максиму:
- Поднимайтесь. Идёмте в «Пармскую обитель». Отметим Ваше новое рождение. Выпьем чаю, с вареньем.
- Не стану возражать, - согласился, вздыхая, спасённый.
Они вошли в дом.
С того берега за всем, что происходило на реке, кто-то наблюдал в армейский бинокль, и, когда Наталья с Максимом вошли в дом, этот «кто-то» произнёс вслух: «Она появилась своевременно. Иначе бы…» Затем наблюдавший встал с колен, отряхнулся и пошёл вдоль берега, скрываясь за камышами.
- Забыла предупредить: в этом месте утонул целый отряд немцев, - разливая чай по чашкам, сообщила домработница. – А надлежало бы.
- Каким образом?
- В этом месте нередко тонут люди, в основном, приезжие. Пять лет назад этим занялась комиссия или какая-то организация из Туапсе. Они приехали и стали обследовать это жуткое место. Три водолаза работали два дня.
- И?
- Оказывается, люди тонут в этом месте по причине того, что там бьют из-под земли холодные источники. Поэтому вода в этом месте очень холодная. Перепад температур. Река в этом месте превращается в маленькое озеро, течение в котором замедленное.
- Понятно. Я сегодня это почувствовал и чуть не стал следующим… Но, к великому моему счастью, на сцене вовремя появились Вы. Нужно купить парочку спасательных кругов.
- А куда подевалась лодка? – удивилась Наталья.
- Призраки утопили… Таков у них был план.
Наталья рассказал Максиму о неожиданно заработавшем телевизоре, о вестерне и о том, как она напугалась. Они посмеялись над этим случаем или над этой загадкой и списали всё на чертовщину, периодически проявляющую себя такими странными явлениями, к которым Максим, похоже, стал привыкать.
Наталья достала из сумки прозрачную коробку и, сняв с неё крышку, сказала:
- Вот шесть видов печенья. Попробуйте. Выберите два вида, которые Вам понравятся. Я буду выпекать их по утрам.
Максим попробовал все печенья и сделал заключение:
- Все хорошие! Но голосую я за «медвежонка».
Домработница удивлённо подняла вверх глаза и вытянула губы, подчёркивая этими движениями то, что ожидала совсем иных результатов.
- Всё ясно, шеф. С клубникой и ноткой корицы.
- Ах, вот отчего такой приятный вкус, вернее, - послевкусие.
- Хочу задать Вам один вопрос. Можно?
- Ну, если только один. Мне вообще-то пора уже работать.
- Вы не пьёте, не курите, не глотаете таблетки, не нюхаете кокаин… Где или в чём Вы находите вдохновение? Я в кино про писателей видела, как они, почти все, кто пьёт, кто нюхает, кто глотает…
Писатель улыбнулся, встал и ответил:
- Я не состою в категории «почти все». Это кинематографисты создали образ писателей и вообще творческих людей этаким… Но… нужно признать, что они недалеки от правды.
- Ещё я читала: если бы рок-музыканты не употребляли наркотики, музыка была бы скучной. А вот наркотики, расслабляя музыкантов, уносят их во время концерта в другие миры… И они импровизируют под кайфом на все сто, - продолжала делать выводы домработница.
- И в этом тоже есть доля правды. Спасибо за завтрак.
- На здоровье.
Максим вышел из кухни, остановился, кашлянул и вернулся.
- Что-то не так? – удивилась его возвращению Наталья.
- Где Вы покупаете такие вкусные и свежие овощи и фрукты?
- Ну, наконец-то! Всё – из моего огорода. Муж выращивает. Он делает это с душой, поэтому они и свежие, и вкусные.
- Понятно.
Писатель поднялся в кабинет. Домработница начала мыть фрукты и овощи.
«Да, ну и денёк начался. А ведь ещё целый день впереди. Что же ему приготовить на обед? – размышляла домработница, когда вдруг услышала крик Максима. – О, Боже! Ну надо же! Что там ещё произошло? Это уже перебор…»
- Наталья! – громким голосом звал он домработницу. – Наталья!
Домработница вошла в большую комнату и увидела писателя с широко раскрытыми от удивления глазами. Он стоял на втором этаже у лестницы, ухватившись руками за перила.
- Ну, что там ещё? Призрака увидели что ли за рабочим столом? Или ангела?
- Это совсем не смешно! Поднимитесь в кабинет.
Наталья вошла в кабинет. Максим стоял у стола и показывал пальцем на экран компьютера.
- Что? – спросила она.
- Это Вы написали эти слова? Я ведь запретил…
- О-о-о! Полчаса тому назад я спасла Вам жизнь. Помните? Посему, думаю, не заслуживаю такого… пренебрежительного тона с Вашей стороны, - обиженно проговорила она.
- Извините. Прочтите, пожалуйста.
Домработница прочитала то, что было написано на экране монитора заглавными буквами, а именно: «Убирайся из этого дома! Иначе пожалеешь», и, не раздумывая, сказала:
- Как я могла написать такое?! Я в компьютерах, тем более, в таких, как у Вас, крутых, не особо-то и соображаю. Да и с какой стати мне писать это?
- Кто же тогда написал? Ночью, закончив работу, я помню, что выключил компьютер и закрыл его. Это моё правило!
- Духи, наверное. Или призрак, который включил утром телевизор, - отчеканила домработница.
- Очень смешно! – развёл руками Максим и, вздохнув, добавил: - В таком случае, не кажется ли Вам это ненормальным?
- Нет. Это – предупреждение, между прочим. Дураку понятно, - прикусив губу после последних произнесённых слов, она поправила себя: - Это я зря, конечно… Это сравнение…
- Не извиняйтесь. Значит, предупреждение? – задумчиво произнёс писатель. – Судя по всему творящемуся, видимо, Вы правы.
- Что тут непонятного? Вас же предупреждали все, кому не лень: в этом доме будут происходить противоестественные, как их там... явления. Даже – ужасные. Они и происходят. Люди-то не просто так обходят дом стороной, они даже боятся находиться рядом с ним. Карина показывала Вам фото?
* * *
Наталья подъехала к воротам, открыла их и заехала во двор. Выйдя из машины, она увидела, что не закрыла ворота и, фыркнув, направилась их закрывать.
Закрыв ворота, она вернулась к машине, достала сумки из багажника и пошла в дом через главный вход. Она вошла в дом и понесла сумки в кухню.
Пройдя несколько шагов, она услышала за спиной грубый голос – хриплый, но ясный.
«Стой! - грубо скомандовал мужчина. – Брось сумки и подними руки вверх! Ну! Делай, что тебе говорят. Иначе пристрелю, сучка!»
Наталья не на шутку испугалась и, бросив сумки, подняла руки вверх. От таких грубых слов её бросило в жар. Она не могла понять, в чём дело, поэтому в её воображении рисовались картины одна мрачнее другой. Сначала она подумала: Максим попал в беду, если в доме орудует шайка. Потом она предположила, что в дом забрались воры или, скорее всего, банда, чтобы похитить (так она думала, и мысли её путались) картины и ценнейшие предметы искусства.
Голос за спиной продолжал: «Не оборачивайся. Наконец-то мы тебя нашли, сучка ты долбанная. Вернулась в дом? Хочешь отыскать сокровища? На этот раз не уйдёшь».
Наталья хотела спросить, о каких сокровищах идёт речь, и вообще, что происходит, но голос, хриплый голос за её спиной не позволил ей говорить и продолжал: «Весь дом обыскала? Нашла их? Неплохо ты одурачила нас десять лет назад. Втёрлась в доверие к хозяйке и… Где сокровища? Куда ты их спрятала? Не опускай руки! Одно движение – и я всажу в тебя три пули… Так где сокровища?» - «Да какие сокровища? О чём вы говорите?» - «Сама знаешь, о чём…»
Раздался выстрел. Наталья вздрогнула. Она подумала о Максиме. Возможно, он оказал сопротивление и был застрелен. Раздался второй выстрел, похожий на выстрел из ружья. Наталья решила, что это выстрел Максима, из ружья, висевшего в комнате, в которой бывший хозяин хранил старые коллекционные экземпляры оружия: мушкеты, пистолеты, обрезы, ружья… «Что же делать? В доме орудует банда. Если убили Максима, убьют и меня, чтобы не оставлять свидетелей».
Раздался третий выстрел. Вслед за ним мощный удар, будто кто-то ногой выбил дверь. Затем послышался хриплый кашель и голос, принадлежащий уже второму мужчине: «Бен, я застрелил индейца. Снимем с него скальп и продадим». – «Хорошо, - одобрил первый и, сплюнув, сказал: - Посмотри, кого я тут встретил. Полюбуйся. Наша давняя приятельница. Вернулась в дом, чтобы отыскать сокровища». – «Пристрели её, - произнёс второй мужчина. – Сокровищ в доме нет. Так сказал Джо Блейк. Их забрал офицер в синем мундире, тот предатель. Кончай с ней. Напои лошадей и поедем».
Наталья не могла ничего понять и подумала уже о том, что бандиты говорят между собой загадками, чтобы она не сообразила, что происходит. И что с «индейца сняли скальп», означало, по всей вероятности, что Максима убили.
«Покупайте вещи в Эльдорадо!» - услышала она знакомую рекламу и, обернувшись, увидела, что телевизор, висевший на стене, который много лет никто не включал, вдруг заработал. На экране рекламировали прохладительные напитки. Она тут же всё поняла, пришла в себя и села на стул. Легко вздохнув, она рассмеялась:
«Господи ты, Боже мой! Что творится? У меня душа в пятки ушла. Я уже начала готовиться к смерти, чёрт возьми! Но как всё по-настоящему вышло-то, а? Истинно, как наяву! Дьявольщина продолжается. Но кто же включил телевизор? Максим не смотрит телевизор, радио не слушает, газет не читает… Кто же?»
«Продолжение вестерна «Схватка у Горбатой скалы» смотрите после спецвыпуска новостей», - уточнила диктор.
Наталья подошла к телевизору и выключила его.
«Схватка у Горбатой скалы», вестерн. Хм! Всё, как в фильмах ужасов: телевизор включается сам, следом - приёмник, свет начинает мигать, и так далее. Взяв сумки в руки, она пошла в кухню, громко повторяя слова: «Стой! Руки вверх, сучка!»
Поставив сумки на стол, домработница достала из них свежие продукты и вспомнила о Максиме: «Нужно пойти поздороваться. Где он там? Всю ночь, наверное, строчил свой роман, если не слышал этих жутких приказов. Хм, а может, он пристрелянный лежит в траве, со снятым с головы скальпом…»
Она представила навеянную ей фильмом картину и тотчас расхохоталась до слёз. Поднявшись на второй этаж, она постучала в дверь кабинета. Никто не ответил. Она приоткрыла дверь и, убедившись, что в кабинете писателя нет, пошла в спальную комнату.
Максима и в ней не оказалось. Вздохнув, она выглянула в окно, увидела машину Максима и спустилась вниз, в большую комнату.
«И что? Плюс ко всему я каждый раз буду искать его по всему дому? – произнесла она вслух и позвала писателя: - Максим! Максим, где Вы?»
Ответа не последовало. Она снова позвала пропавшего писателя и замерла, вслушиваясь в тишину. Вдруг она услышала голос, доносившийся со стороны реки. Она вышла на пирс через вторую дверь, ведущую к реке, и увидела Максима. Он махал ей рукой и что-то кричал. Она подошла к краю пирса и спросила:
- Что Вы там лепечете?
- У меня непроизвольное мышечное сокращение. Я уже выбился из сил. Очень больно.
Глядя на Максима, можно было подумать, что он не плавает, а, скорее, борется за жизнь. Наталья переспросила:
- Что у Вас, Максим? Не поняла.
- Судорогами ноги свело – обе!
- Господи! Не могли сказать по-человечески! Надо обязательно заумно. Держитесь, я всё поняла. Вечно его угораздит, - тихо промолвила она.
- Переохладился. Бросьте скорее спасательный круг!
Наталья начала искать спасательный круг со словами, которые неприлично описывать. Не отыскав круга, она крикнула:
- Его тут нет! А раньше был! Держитесь! – она посмотрела на реку, но Максима не увидела. - Уже утонул?
Она быстро взяла канат длиною метра три и нырнула с ним в реку. В это время из воды показалась голова Максима. Судя по тому, как быстро Наталья плыла, можно с большой долей уверенности сказать: она в юности занималась плаванием.
Максим находился от берега метрах в пятидесяти. Для человека или пловца, даже такого, каким был Максим, расстояние непреодолимое, если у него свело судорогами обе ноги от переохлаждения. Судороги к тому же сопровождаются сильными болями.
Наталья без труда доплыла до утопающего и властно заявила:
- Не приближайтесь ко мне, держитесь за конец верёвки.
Максим ухватился за конец каната, и Наталья стала плыть к берегу. Канат был перекинут через её плечо. Проплыв с большим трудом метров десять, она устала и, обернувшись, сказала:
- Помогайте же мне руками, чёрт возьми, Максим. Такое чувство, что я буксирую баржу с углём к причалу. Иначе…
- Я делаю всё, что могу, поверьте, но я выбился из сил. Вдобавок у меня сильные боли в ногах.
- Господи всемогущий! Не хватало нам ещё утонуть совместно. Чёрт, вместе, - она с трудом дышала. – Продолжим. Держитесь.
Проплыв ещё десять метров, она остановилась и с досадой произнесла:
- Я больше не могу! – она почувствовала, что канат ослаб. Максима не было рядом, он ушёл под воду.
- Максим! – крикнула она испуганно и нырнула под воду. Открыв глаза под водой, Наталья ничего не увидела. Вынырнув на поверхность реки, она отдышалась и хотела снова нырнуть, но тут утопающий вынырнул и, тяжело дыша, произнёс:
- Массаж не помогает. Всё! – отчаявшись, крикнул он.
- Что всё? Держитесь! О, Боже мой! Ну надо же!
Максим увидел в волосах у Натальи заколку и с надеждой произнёс:
- Наталья, скорее вытащите из волос заколку и дайте её мне!
- Поняла. Восхитительный ход!
Наталья вытащила из волос заколку и протянула её Максиму. Тот взял её, набрал в лёгкие побольше воздуха и нырнул под воду. В этом месте вода была уже теплее. Под водой он уколол заколкой мышцы на обеих ногах, в которых чувствовалась боль, и вынырнул, тяжело дыша. Наталья с нетерпением спросила:
- Ну что? Проходит? До берега плыть и плыть…
- Левую отпустило.
- Отлично! – продолжала командовать домработница. – Хватайте канат – и вперёд!
Максим ухватился за конец каната, и они поплыли к берегу уже без остановок.
- Правую ногу отпускает!
- Слава Богу! Только не беспокойтесь. Теперь точно доплывём. Осталось всего метров восемь.
Наконец они доплыли до берега. Первой забралась на пирс Наталья. Она была почти без сил, но всё же помогла Максиму выбраться из воды.
Через минуту они лежали на спине, уставшие, без сил, под тёплыми летними лучами солнца и от души смеялись.
Выбившиеся из сил, они, в прямом смысле этого слова, вырубились на некоторое время. Первой проснулась Наталья. Открыв глаза, она едва вымолвила:
- Максим, просыпайтесь.
- Уже проснулся. Вы, как всегда, пришли вовремя.
- Я всегда прихожу вовремя, будто чувствую… Понимаете, о чём я? Я спасла Вам жизнь, Вашим читателям – обожаемого писателя, Вашим друзьям – любимого друга. С этим надо что-то делать? Что мне это будет стоить? – глядя спасенному в глаза, спросила она.
- Пользуетесь случаем? Разве Вы такая?.. – улыбаясь, спросил спасённый. – Ладно, просите, чего хотите. Ужин в ресторане? Подарок? Выходной день?
- Прибавку к жалованию, - уверенно произнесла домработница. – Как это звучит?
- Как вымогательство… Хорошо, жизнь бесценна. Добавим десять тысяч.
- Это правильно! – без эмоций и радости одобрила Наталья.
- Правильно?! Пусть будет так. О, Боже!
- Повезло Вам, что я сегодня явилась на высокооплачиваемую работу в шортах и лёгкой блузке. Была бы в джинсах, неизвестно, чем бы всё закончилось. Но представить нетрудно.
- Ну и денёк начинается, - глядя на пролетающую птицу, заключил писатель.
Наталья встала, застегнула пуговицы на блузке и предложила Максиму:
- Поднимайтесь. Идёмте в «Пармскую обитель». Отметим Ваше новое рождение. Выпьем чаю, с вареньем.
- Не стану возражать, - согласился, вздыхая, спасённый.
Они вошли в дом.
С того берега за всем, что происходило на реке, кто-то наблюдал в армейский бинокль, и, когда Наталья с Максимом вошли в дом, этот «кто-то» произнёс вслух: «Она появилась своевременно. Иначе бы…» Затем наблюдавший встал с колен, отряхнулся и пошёл вдоль берега, скрываясь за камышами.
- Забыла предупредить: в этом месте утонул целый отряд немцев, - разливая чай по чашкам, сообщила домработница. – А надлежало бы.
- Каким образом?
- В этом месте нередко тонут люди, в основном, приезжие. Пять лет назад этим занялась комиссия или какая-то организация из Туапсе. Они приехали и стали обследовать это жуткое место. Три водолаза работали два дня.
- И?
- Оказывается, люди тонут в этом месте по причине того, что там бьют из-под земли холодные источники. Поэтому вода в этом месте очень холодная. Перепад температур. Река в этом месте превращается в маленькое озеро, течение в котором замедленное.
- Понятно. Я сегодня это почувствовал и чуть не стал следующим… Но, к великому моему счастью, на сцене вовремя появились Вы. Нужно купить парочку спасательных кругов.
- А куда подевалась лодка? – удивилась Наталья.
- Призраки утопили… Таков у них был план.
Наталья рассказал Максиму о неожиданно заработавшем телевизоре, о вестерне и о том, как она напугалась. Они посмеялись над этим случаем или над этой загадкой и списали всё на чертовщину, периодически проявляющую себя такими странными явлениями, к которым Максим, похоже, стал привыкать.
Наталья достала из сумки прозрачную коробку и, сняв с неё крышку, сказала:
- Вот шесть видов печенья. Попробуйте. Выберите два вида, которые Вам понравятся. Я буду выпекать их по утрам.
Максим попробовал все печенья и сделал заключение:
- Все хорошие! Но голосую я за «медвежонка».
Домработница удивлённо подняла вверх глаза и вытянула губы, подчёркивая этими движениями то, что ожидала совсем иных результатов.
- Всё ясно, шеф. С клубникой и ноткой корицы.
- Ах, вот отчего такой приятный вкус, вернее, - послевкусие.
- Хочу задать Вам один вопрос. Можно?
- Ну, если только один. Мне вообще-то пора уже работать.
- Вы не пьёте, не курите, не глотаете таблетки, не нюхаете кокаин… Где или в чём Вы находите вдохновение? Я в кино про писателей видела, как они, почти все, кто пьёт, кто нюхает, кто глотает…
Писатель улыбнулся, встал и ответил:
- Я не состою в категории «почти все». Это кинематографисты создали образ писателей и вообще творческих людей этаким… Но… нужно признать, что они недалеки от правды.
- Ещё я читала: если бы рок-музыканты не употребляли наркотики, музыка была бы скучной. А вот наркотики, расслабляя музыкантов, уносят их во время концерта в другие миры… И они импровизируют под кайфом на все сто, - продолжала делать выводы домработница.
- И в этом тоже есть доля правды. Спасибо за завтрак.
- На здоровье.
Максим вышел из кухни, остановился, кашлянул и вернулся.
- Что-то не так? – удивилась его возвращению Наталья.
- Где Вы покупаете такие вкусные и свежие овощи и фрукты?
- Ну, наконец-то! Всё – из моего огорода. Муж выращивает. Он делает это с душой, поэтому они и свежие, и вкусные.
- Понятно.
Писатель поднялся в кабинет. Домработница начала мыть фрукты и овощи.
«Да, ну и денёк начался. А ведь ещё целый день впереди. Что же ему приготовить на обед? – размышляла домработница, когда вдруг услышала крик Максима. – О, Боже! Ну надо же! Что там ещё произошло? Это уже перебор…»
- Наталья! – громким голосом звал он домработницу. – Наталья!
Домработница вошла в большую комнату и увидела писателя с широко раскрытыми от удивления глазами. Он стоял на втором этаже у лестницы, ухватившись руками за перила.
- Ну, что там ещё? Призрака увидели что ли за рабочим столом? Или ангела?
- Это совсем не смешно! Поднимитесь в кабинет.
Наталья вошла в кабинет. Максим стоял у стола и показывал пальцем на экран компьютера.
- Что? – спросила она.
- Это Вы написали эти слова? Я ведь запретил…
- О-о-о! Полчаса тому назад я спасла Вам жизнь. Помните? Посему, думаю, не заслуживаю такого… пренебрежительного тона с Вашей стороны, - обиженно проговорила она.
- Извините. Прочтите, пожалуйста.
Домработница прочитала то, что было написано на экране монитора заглавными буквами, а именно: «Убирайся из этого дома! Иначе пожалеешь», и, не раздумывая, сказала:
- Как я могла написать такое?! Я в компьютерах, тем более, в таких, как у Вас, крутых, не особо-то и соображаю. Да и с какой стати мне писать это?
- Кто же тогда написал? Ночью, закончив работу, я помню, что выключил компьютер и закрыл его. Это моё правило!
- Духи, наверное. Или призрак, который включил утром телевизор, - отчеканила домработница.
- Очень смешно! – развёл руками Максим и, вздохнув, добавил: - В таком случае, не кажется ли Вам это ненормальным?
- Нет. Это – предупреждение, между прочим. Дураку понятно, - прикусив губу после последних произнесённых слов, она поправила себя: - Это я зря, конечно… Это сравнение…
- Не извиняйтесь. Значит, предупреждение? – задумчиво произнёс писатель. – Судя по всему творящемуся, видимо, Вы правы.
- Что тут непонятного? Вас же предупреждали все, кому не лень: в этом доме будут происходить противоестественные, как их там... явления. Даже – ужасные. Они и происходят. Люди-то не просто так обходят дом стороной, они даже боятся находиться рядом с ним. Карина показывала Вам фото?
