— Принцесса Луна?!
Но это оказывается не принцесса, а снова все та же косоглазая пони. Дитзи с неприязнью огорченно вздыхает, а косая кобылка, тем временем, отрицательно машет головой, давая понять, что ей не стоит ждать помощи ни от кого. Дитзи начинает снова плакать. Ей кажется, что этот кошмар никогда не закончится. Суровый и дикой взгляд Дерпи, продолжающей качать своей головой, начинает сводить с ума серую пони. Ее косоглазие замыкается в уме Дитзи, и вдруг случается еще более страшное: Дитзи уже сама себя осознает как косоглазую пони!
— А-а-а!!! — издает истошный крик серая кобылка, пытаясь копытами хоть как-то сбить косоглазие со своей морды.
У нее ничего не получается и в обезумевшем состоянии, истерично трепыхаясь на земле, Дитзи все-таки встает, нервно пытаясь найти где-то поблизости Дерпи. Но нигде ее не видит. Пегаска невменяемо пытается отыскать косую пони, быстро крутясь то в одну, то в другую сторону и водя своими косыми глазами, пытаясь с непривычки всматриваться. Наконец, она раз иди два замечает мелькнувший у нее в глазах серый силуэт. А как назло сон становится все более расплывчатым и блеклым.
Попытавшись уловить серый силуэт, Дитзи остановилась и присмотрелась в темно-серую расплывчатую даль. Максимально возможно она постаралась сфокусировать свое уже косое зрение и картинка перед ней медленно стала фокусироваться. В самых отчетливых пятнах изображения Дитзи уловила, что это она и есть — ее косой враг. И как только картинка вновь приобрела свою четкость, Дерпи резко, буквально молниеносно прыгнула на безучастную серую кобылку!
Дитзи сковало все движения, и она не смогла никак пошевелиться, лишь долей мгновения наблюдая этот безжалостный прыжок на нее. Единственное, что смогла четко уловить серая пони своим косым взглядом, это косые яростные, до ужаса взбешенные глаза оппонентки. И в своем косоглазии они смотрелись еще устрашающе и безжалостнее.
— А-а-а-а-а!!! — вскочила, проснувшись, и тут же взъерошено взлетела прямо к потолку Дитзи Ду, да так, что врезалась в этот же потолок, после чего еще дважды метнувшись в разные стенки.
Серая пегаска не сразу пришла в себя. Некоторое время она еще импульсивно летала по потолку у себя в комнате, пытаясь понять, сон это или уже нет. Сердце бешено билось, вся пони дрожала и дергалась как невменяемая. Наконец, осознав, что она уже точно проснулась, Дитзи медленно опустилась на пол и с сумасшедшим видом пыталась переварить все, что она сейчас пережила.
Осмотревшись в комнате, она ничего подозрительного не заметила. Лишь возвращавшись обратно в постель, пегаска увидела, что в порыве пробуждения она откинула в другой угол подушку и ее записи жизни оказались разбросаны по всей комнате. Она тут же панически принялась их собирать, чтобы не дай Бог не заметили оборотни, которые в теории могли быть повсюду. Серая пони ни на секунду не забывала эту простую истину своей жизни, что только предавало ей больше страха. Собрав лишь бы как за считанные секунды все разбросанные листки, и даже подсветив под кроватью своим фонариком, Дитзи кое-как наспех сложила их обратно под подушку и легла в кровать, накрывшись одеялом до самого подбородка.
Теперь можно было перевести дух и надеяться, что ее не заметил какой-нибудь оборотень-шпион. Серая кобылка крепко сжала копытами одеяло, повернулась к стенке и у нее тихо пролилась по щеке слеза. Не издав совершенно никакого звука Дитзи закрыла мокрые глаза.
Она заснула лишь через час. И крепко, но уже без снов, проспав до самого утра, проснулась, когда уже вовсю светило Солнце. Не спеша поднявшись, застелив тут же постель, не забыв проверить на всякий случай наличие записей под подушкой и еще раз осмотревшись в комнате, серая пони побрела вниз, про себя нерадостно думая: «Да… сны тоже не выход… С принцессой Луной не связаться… Как же они это могут контролировать?.. Наверное, принцесса тоже в беде…»
И в таком подавленном настроении она продолжила готовиться к новому дню…
Дитзи уже собралась на работу и, подойдя к двери, готовилась вылететь, как неожиданно послышался стук в дверь. Пони находилась прямо перед дверью. На миг сердце ушло в копыта, но внешне пегаска никак не испугалась. Ей уже настолько надоели эти внезапные стуки, причем обычно с совсем нехорошими известиями, что ожидать чего бы то ни было приятного от них попросту не было смысла.
«Кто бы это мог быть? — мелькнула пугающая мысль. — Никого же нет рядом. Кому я оказалась снова нужна? И, главное, зачем?..»
Дитзи открыла дверь. На пороге оказался рослый высокий жеребец. Серая кобылка на него посмотрела каменным взглядом. Жеребец смотрел непринужденно ей в ответ, но ничего не говорил. Его взгляд был холодным и надменным. Дитзи в душе давно на все плюнула и просто, слегка облокотившись о край двери, безучастно посматривала то на жеребца, то на улицу, с якобы показушным, но совершенно безразличным интересом. На самом деле она четко дала понять, что ей безразлично все, что твориться вокруг. Жеребец продолжал стоять молча и смотреть в упор на серую пегаску. Такой немой «цирк» продолжался минуты полторы. Пока все-таки жеребцу не надоело безразличие серой пони и он не начал первым:
— Вам сегодня незачем идти на работу, — промолвил он высокомерно в полу-приказном тоне.
Серая пегаска снова вяло снизу вверх взглянула на него. И, выждав время, с все тем же безразличием сказала:
— Что?.. А неважно. Ну и ладно… Завтра подлечу.
И уже собралась закрывать дверь, как услышала ответ:
— Завтра вам также не стоит приходить на работу!
Тут уже безразличие Дитзи ушло и появилось настороженность.
— В каком смысле не стоит? Что вы имеете ввиду? — непонятливо спросила серая кобылка.
Теперь стал выжидать большую паузу жеребец, и с явным пренебрежением спустя полминуты надменно пояснил:
— Вам больше никогда не стоит появляться на своей бывшей работе! Вы теперь не работаете на почте! И больше вам нечего там делать!
Дитзи онемела, приоткрыв рот. Такой открытой хамской дерзости она не ожидала даже от оборотней. Она прекрасно видела в жеребце оборотня, простого, наглого и напыщенного оборотня, но что он только что сказал, никак не могло уясниться в ее голове. Все, что смогла сейчас выдавить из себя пони, это было неприкрытое и негромкое:
— Что?!
Жеребец стоял молча и хладнокровно продолжал смотреть в упор на нее. Через некоторое время, придя в себя после первого шока, Дитзи продолжила:
— Бывшей работе?! Как это понимать?
— Вы больше не работаете на почте! Вы не должны там появляться, если не хотите себе большие проблемы!
— Большие проблемы? Большие проблемы?! А у меня типа не большие проблемы сейчас, да?.. — взбесилась серая пегаска. — Что? Как… Как это вообще понимать? Что ты такое говоришь?.. Да, да как вы смеете себя так вести?! — не найдя лучшего ответа, в ярости произнесла она.
— Вам все объяснено. Вы были предупреждены, — с таким надменным прощанием он повернулся и стал удаляться куда-то в город.
— Эй! Постой, подожди! Так нельзя! — пыталась остановить его пони, выскочив за ним на улицу. — Я там получаю деньги, в конце концов! За что я буду жить?!
— Не беспокойтесь за это… — внезапно с некой радушно милой улыбкой повернулся жеребец. — Деньги теперь вам тоже не нужны. Всю необходимую еду вам будут приносить на дом. Всего доброго! — после этих слов он пафосно кивнул головой в знак лицемерной признательности и ушел.
Серая пегаска даже и не собиралась теперь его догонять. Второй раз она оказалась шокированной услышанным. Не закрывая рта, она с недоумением проводила его взглядом, пока он не скрылся в горизонте. Постояв так еще несколько минут и пытаясь переварить, как это вообще возможно, пони, наконец, зашевелилась и медленно осмотрелась.
Она, не особо веря в происходящее, осмотрела округу, как будто ожидая какого-то подвоха, какого-то сюрприза или розыгрыша. Ей вдруг показалось, что так все и есть — это один большой и нелепый многолетний розыгрыш. Что прямо сейчас, фактически на пике всей абсурдности должна выскочить какая-нибудь Пинки Пай или Рейнбоу Дэш, или даже Сюрпрайз на худой конец… но нет, такого не происходило. Серая пони одиноко ждала невозможного.
Она медленно, склонив голову, побрела обратно в свой дом. Под конец, еще раз осмотрев свой двор и прекрасно чувствуя наличие где-то поблизости оборотней, она в сердцах сквозь зубы негромко добавила:
— Что вам от меня надо?.. — и, конечно же, не услышав ответа, закрыла дверь.
Это было уже слишком для серой пони. Она до сих пор не могла прийти в себя после такого заявления. «Что это было вообще? — безумно крутился единственный нормально составленный вопрос в голове у кобылки. — Да это же… да это… Да как они вообще посмели?! Ну да… Я не люблю уже свою некогда отличную работу, но это же не повод так делать! Я ни у кого никогда не просила меня увольнять… Зачем им это надо было? Пять лет, пять дискордовых лет они меня почти постоянно мучили и никогда до такого не доходило. А теперь что? Все, что ли?..»
Серая пони пыталась хоть как-то связать эту цепочку событий, но у нее ничего не получалось. Одно с другим просто не клеилось и ни в какую не объяснялось. Дитзи напряженно размышляла и вдруг заметила себя опять ходящей по комнате. Ее движения были снова неосознанными. Но, поняв это, Дитзи не удивилась и, даже не став сильно задумываться, продолжила расхаживать.
«С другой стороны, мне на почте действительно делать уже просто нечего… Там никто меня не ценит. Отношения ко мне просто отвратительное. В лучшем случае, потребительское, да даже и до такого не дотягивает… просто наплевательское… Так, ну что оборотни об этом знали — это точно. Они же такое отношение и создали. То, что мне не нравится это — тоже все прекрасно знают. Ну оборотни точно знают. Но ведь я не просила ничего делать, ни увольнять, ничего… Они этого захотели сами. Ть… ха, да это… Да я… В конце концов, они просто могли меня убить… но им хочется надо мной все больше и больше издеваться. И как раз, когда Лаванда уехала… а Тери… — остановилась серая пони возле зеркала, повернувшись к нему. — Мои бедные подружки… Мне кажется, с Лавандой тоже что-то не так… Но тут уже я совершенно не уверена. Вроде она — это она. Что ж такое… — она помотала озлобленно головой. — Но как можно было дойти до такого? Чтобы мне приносили еду на дом!!! Они хотят превратить меня в своего раба? В домашнюю декоративную пони? В бездумное и во всем им подчиняющееся животное?.. Да это просто немыслимо!!!»
Серая пегаска не знала как быть. Она начинала просто сходить с ума от самой идеи подобного к ней отношения. А это происходило уже в реальности. Еще минут двадцать она ходила туда-сюда, пытаясь в своих рассуждениях найти хоть каплю здравого смысла, но так и не найдя, просто легла на диван и ничего не стала делать. Пролежав так с полчаса, пони разожгла камин, чтобы легкий треск поленьев приглушал всякие звуки снаружи, которые лишь больше пугали и тревожили ее. Да и к тому же тепло и уют камина придавал хотя бы иллюзорность благополучия, пусть и такую слабую, но непременно важную сейчас, как никогда. Единичные пони, видимые из окна, редко прохаживались по улице, что также потихоньку начинало сводить с ума серую пегаску. Наконец, она подскочила и плотно занавесила все шторы, чтобы никого не видеть.
Прошел день, вечер… Наступила ночь и это была первая ночь, в которую Дитзи ничего не писала о своей жизни. Она весь день так и провела, съежившись на своем любимом диване у камина. Она даже не читала Дэринг и лишь изредка, раз в пару часов, подбрасывала по несколько поленьев в камин. Так на диване кобылка и уснула. Уснула грустная и расстроенная, не желавшая видеть никого и нечего. Жаждущая лишь одного, чтобы ее, наконец, оставили в покое…
Под утро Дитзи Ду не хотела просыпаться. Она часто ворочалась на диване, прекрасно помня, что было вчера. Никакие сны ей уже не снились, лишь непривычно прохладно поддувало из незакрытого камина, который к ночи сам потух. А поутру с улицы изредка доносились чьи-то голоса. Ведь пегаска очень долго не хотела вставать, уже давно проснувшись, и пытаясь дальше задремать.
Шел одиннадцатый час, а Дитзи все не вставала, несмотря не на что. Наконец, к двенадцати пони нехотя все-таки поднялась с дивана, и в голове снова постепенно начал появляться вчерашний кавардак сумасшедших мыслей и идей. Неохотно пони побрела на кухню делать себе еду.
Безрадостно позавтракав, она вышла на улицу. Никого на ней не оказалась. Заколоченные окна на доме Лаванды ужасом екнули у нее в сердце. Она взлетела. Она не могла больше находиться на земле. В какой-то степени ей это даже опротивело. Полетав немного над домом и кратко разведав, если это так можно назвать, обстановку, Дитзи полетела дальше, вглубь города.
Во время полета она просто не смогла не подлететь к своей уже бывшей работе. Серая пегаска пролетела лишь несколько раз и то вдали от нее, пытаясь издалека рассмотреть, что и как там делается у почты. Ничего особенного, конечно, не увидев, она безысходно полетела дальше. «Никто не запрещал мне летать, летать, Дискорд побери, по моему почти родному городу! — как-то само подумалось ей. — Или ходить…» — приземлилась вдруг она на рынок Понивилля.
Дитзи прошлась по рынку. Никого из хорошо знакомых она не встретила. Лишь опять словила несколько неприятных взглядов в свою сторону. Проходя, она вдруг заметила те самые кусты. Кусты, в которых она некогда впервые в жизни вела шпионскую слежку. Да ни за кем-нибудь простым, а за самой Дерпи. На нее нахлынули воспоминания. Она живо подошла к этим кустам. Они выглядели ухожено и смотрелись слегка пушисто. Конечно, никакими следами ее старой встречи с косоглазой здесь уже и не пахло.
«Да… — подумала серая кобылка. — Здесь многое начиналось… Я помню, как потом проходила здесь, они были изрядно поломаны, наполовину погнуты, а сейчас… и воспоминаний не осталось о тех событиях. Рослые, крепкие, выросли и все пережили… — рассказывала она о кустах, как будто о своем лучшем друге. — Лишь я помню те далекие воспоминания…» — вздохнула она и пошла дальше.
Серая кобылка еще немного походила по рынку и снова взлетела. Полетав с полчасика она вернулась домой, закрылась и опять от безысходности легла на диван.
Но, не успела она толком забыться, как дверь снова звонко загремела, кто-то постучался. У Дитзи было такое чувство, как будто это ей только что приснилось, и это не по-настоящему. Но, на удивление самой себе, она вполне спокойно встала и подошла к двери. Немного выждав, она открыла ее и увидела внизу корзинку, наполовину прикрытую простой тканью. Никого рядом и даже во всей округе она не заметила.
Кобылка заглянула в корзинку и увидела там еду. Простую еду, овощи, фрукты, самых разных сортов. Это только напугала серую пони. Она как будто бы увидела какой-то ад, Тартар… а не простую красивую и наполненную разными всячинами корзину. «Как кролик в клетке…» — мелькнула противная мыслишка у пони и она от этого чуть снова не заплакала, но все-таки сдержалась, изрядно лишь скривив свою мордочку.
Пони взяла корзину. Ей ничего не оставалась, как просто принять издевательские правила ее противников. Еды у нее еще хватало и своей, да и были кое-какие денежные сбережения, небольшие, но хоть что-то.
Но это оказывается не принцесса, а снова все та же косоглазая пони. Дитзи с неприязнью огорченно вздыхает, а косая кобылка, тем временем, отрицательно машет головой, давая понять, что ей не стоит ждать помощи ни от кого. Дитзи начинает снова плакать. Ей кажется, что этот кошмар никогда не закончится. Суровый и дикой взгляд Дерпи, продолжающей качать своей головой, начинает сводить с ума серую пони. Ее косоглазие замыкается в уме Дитзи, и вдруг случается еще более страшное: Дитзи уже сама себя осознает как косоглазую пони!
— А-а-а!!! — издает истошный крик серая кобылка, пытаясь копытами хоть как-то сбить косоглазие со своей морды.
У нее ничего не получается и в обезумевшем состоянии, истерично трепыхаясь на земле, Дитзи все-таки встает, нервно пытаясь найти где-то поблизости Дерпи. Но нигде ее не видит. Пегаска невменяемо пытается отыскать косую пони, быстро крутясь то в одну, то в другую сторону и водя своими косыми глазами, пытаясь с непривычки всматриваться. Наконец, она раз иди два замечает мелькнувший у нее в глазах серый силуэт. А как назло сон становится все более расплывчатым и блеклым.
Попытавшись уловить серый силуэт, Дитзи остановилась и присмотрелась в темно-серую расплывчатую даль. Максимально возможно она постаралась сфокусировать свое уже косое зрение и картинка перед ней медленно стала фокусироваться. В самых отчетливых пятнах изображения Дитзи уловила, что это она и есть — ее косой враг. И как только картинка вновь приобрела свою четкость, Дерпи резко, буквально молниеносно прыгнула на безучастную серую кобылку!
Дитзи сковало все движения, и она не смогла никак пошевелиться, лишь долей мгновения наблюдая этот безжалостный прыжок на нее. Единственное, что смогла четко уловить серая пони своим косым взглядом, это косые яростные, до ужаса взбешенные глаза оппонентки. И в своем косоглазии они смотрелись еще устрашающе и безжалостнее.
— А-а-а-а-а!!! — вскочила, проснувшись, и тут же взъерошено взлетела прямо к потолку Дитзи Ду, да так, что врезалась в этот же потолок, после чего еще дважды метнувшись в разные стенки.
Серая пегаска не сразу пришла в себя. Некоторое время она еще импульсивно летала по потолку у себя в комнате, пытаясь понять, сон это или уже нет. Сердце бешено билось, вся пони дрожала и дергалась как невменяемая. Наконец, осознав, что она уже точно проснулась, Дитзи медленно опустилась на пол и с сумасшедшим видом пыталась переварить все, что она сейчас пережила.
Осмотревшись в комнате, она ничего подозрительного не заметила. Лишь возвращавшись обратно в постель, пегаска увидела, что в порыве пробуждения она откинула в другой угол подушку и ее записи жизни оказались разбросаны по всей комнате. Она тут же панически принялась их собирать, чтобы не дай Бог не заметили оборотни, которые в теории могли быть повсюду. Серая пони ни на секунду не забывала эту простую истину своей жизни, что только предавало ей больше страха. Собрав лишь бы как за считанные секунды все разбросанные листки, и даже подсветив под кроватью своим фонариком, Дитзи кое-как наспех сложила их обратно под подушку и легла в кровать, накрывшись одеялом до самого подбородка.
Теперь можно было перевести дух и надеяться, что ее не заметил какой-нибудь оборотень-шпион. Серая кобылка крепко сжала копытами одеяло, повернулась к стенке и у нее тихо пролилась по щеке слеза. Не издав совершенно никакого звука Дитзи закрыла мокрые глаза.
Она заснула лишь через час. И крепко, но уже без снов, проспав до самого утра, проснулась, когда уже вовсю светило Солнце. Не спеша поднявшись, застелив тут же постель, не забыв проверить на всякий случай наличие записей под подушкой и еще раз осмотревшись в комнате, серая пони побрела вниз, про себя нерадостно думая: «Да… сны тоже не выход… С принцессой Луной не связаться… Как же они это могут контролировать?.. Наверное, принцесса тоже в беде…»
И в таком подавленном настроении она продолжила готовиться к новому дню…
Часть V. Глава 21. Крах
Дитзи уже собралась на работу и, подойдя к двери, готовилась вылететь, как неожиданно послышался стук в дверь. Пони находилась прямо перед дверью. На миг сердце ушло в копыта, но внешне пегаска никак не испугалась. Ей уже настолько надоели эти внезапные стуки, причем обычно с совсем нехорошими известиями, что ожидать чего бы то ни было приятного от них попросту не было смысла.
«Кто бы это мог быть? — мелькнула пугающая мысль. — Никого же нет рядом. Кому я оказалась снова нужна? И, главное, зачем?..»
Дитзи открыла дверь. На пороге оказался рослый высокий жеребец. Серая кобылка на него посмотрела каменным взглядом. Жеребец смотрел непринужденно ей в ответ, но ничего не говорил. Его взгляд был холодным и надменным. Дитзи в душе давно на все плюнула и просто, слегка облокотившись о край двери, безучастно посматривала то на жеребца, то на улицу, с якобы показушным, но совершенно безразличным интересом. На самом деле она четко дала понять, что ей безразлично все, что твориться вокруг. Жеребец продолжал стоять молча и смотреть в упор на серую пегаску. Такой немой «цирк» продолжался минуты полторы. Пока все-таки жеребцу не надоело безразличие серой пони и он не начал первым:
— Вам сегодня незачем идти на работу, — промолвил он высокомерно в полу-приказном тоне.
Серая пегаска снова вяло снизу вверх взглянула на него. И, выждав время, с все тем же безразличием сказала:
— Что?.. А неважно. Ну и ладно… Завтра подлечу.
И уже собралась закрывать дверь, как услышала ответ:
— Завтра вам также не стоит приходить на работу!
Тут уже безразличие Дитзи ушло и появилось настороженность.
— В каком смысле не стоит? Что вы имеете ввиду? — непонятливо спросила серая кобылка.
Теперь стал выжидать большую паузу жеребец, и с явным пренебрежением спустя полминуты надменно пояснил:
— Вам больше никогда не стоит появляться на своей бывшей работе! Вы теперь не работаете на почте! И больше вам нечего там делать!
Дитзи онемела, приоткрыв рот. Такой открытой хамской дерзости она не ожидала даже от оборотней. Она прекрасно видела в жеребце оборотня, простого, наглого и напыщенного оборотня, но что он только что сказал, никак не могло уясниться в ее голове. Все, что смогла сейчас выдавить из себя пони, это было неприкрытое и негромкое:
— Что?!
Жеребец стоял молча и хладнокровно продолжал смотреть в упор на нее. Через некоторое время, придя в себя после первого шока, Дитзи продолжила:
— Бывшей работе?! Как это понимать?
— Вы больше не работаете на почте! Вы не должны там появляться, если не хотите себе большие проблемы!
— Большие проблемы? Большие проблемы?! А у меня типа не большие проблемы сейчас, да?.. — взбесилась серая пегаска. — Что? Как… Как это вообще понимать? Что ты такое говоришь?.. Да, да как вы смеете себя так вести?! — не найдя лучшего ответа, в ярости произнесла она.
— Вам все объяснено. Вы были предупреждены, — с таким надменным прощанием он повернулся и стал удаляться куда-то в город.
— Эй! Постой, подожди! Так нельзя! — пыталась остановить его пони, выскочив за ним на улицу. — Я там получаю деньги, в конце концов! За что я буду жить?!
— Не беспокойтесь за это… — внезапно с некой радушно милой улыбкой повернулся жеребец. — Деньги теперь вам тоже не нужны. Всю необходимую еду вам будут приносить на дом. Всего доброго! — после этих слов он пафосно кивнул головой в знак лицемерной признательности и ушел.
Серая пегаска даже и не собиралась теперь его догонять. Второй раз она оказалась шокированной услышанным. Не закрывая рта, она с недоумением проводила его взглядом, пока он не скрылся в горизонте. Постояв так еще несколько минут и пытаясь переварить, как это вообще возможно, пони, наконец, зашевелилась и медленно осмотрелась.
Она, не особо веря в происходящее, осмотрела округу, как будто ожидая какого-то подвоха, какого-то сюрприза или розыгрыша. Ей вдруг показалось, что так все и есть — это один большой и нелепый многолетний розыгрыш. Что прямо сейчас, фактически на пике всей абсурдности должна выскочить какая-нибудь Пинки Пай или Рейнбоу Дэш, или даже Сюрпрайз на худой конец… но нет, такого не происходило. Серая пони одиноко ждала невозможного.
Она медленно, склонив голову, побрела обратно в свой дом. Под конец, еще раз осмотрев свой двор и прекрасно чувствуя наличие где-то поблизости оборотней, она в сердцах сквозь зубы негромко добавила:
— Что вам от меня надо?.. — и, конечно же, не услышав ответа, закрыла дверь.
Это было уже слишком для серой пони. Она до сих пор не могла прийти в себя после такого заявления. «Что это было вообще? — безумно крутился единственный нормально составленный вопрос в голове у кобылки. — Да это же… да это… Да как они вообще посмели?! Ну да… Я не люблю уже свою некогда отличную работу, но это же не повод так делать! Я ни у кого никогда не просила меня увольнять… Зачем им это надо было? Пять лет, пять дискордовых лет они меня почти постоянно мучили и никогда до такого не доходило. А теперь что? Все, что ли?..»
Серая пони пыталась хоть как-то связать эту цепочку событий, но у нее ничего не получалось. Одно с другим просто не клеилось и ни в какую не объяснялось. Дитзи напряженно размышляла и вдруг заметила себя опять ходящей по комнате. Ее движения были снова неосознанными. Но, поняв это, Дитзи не удивилась и, даже не став сильно задумываться, продолжила расхаживать.
«С другой стороны, мне на почте действительно делать уже просто нечего… Там никто меня не ценит. Отношения ко мне просто отвратительное. В лучшем случае, потребительское, да даже и до такого не дотягивает… просто наплевательское… Так, ну что оборотни об этом знали — это точно. Они же такое отношение и создали. То, что мне не нравится это — тоже все прекрасно знают. Ну оборотни точно знают. Но ведь я не просила ничего делать, ни увольнять, ничего… Они этого захотели сами. Ть… ха, да это… Да я… В конце концов, они просто могли меня убить… но им хочется надо мной все больше и больше издеваться. И как раз, когда Лаванда уехала… а Тери… — остановилась серая пони возле зеркала, повернувшись к нему. — Мои бедные подружки… Мне кажется, с Лавандой тоже что-то не так… Но тут уже я совершенно не уверена. Вроде она — это она. Что ж такое… — она помотала озлобленно головой. — Но как можно было дойти до такого? Чтобы мне приносили еду на дом!!! Они хотят превратить меня в своего раба? В домашнюю декоративную пони? В бездумное и во всем им подчиняющееся животное?.. Да это просто немыслимо!!!»
Серая пегаска не знала как быть. Она начинала просто сходить с ума от самой идеи подобного к ней отношения. А это происходило уже в реальности. Еще минут двадцать она ходила туда-сюда, пытаясь в своих рассуждениях найти хоть каплю здравого смысла, но так и не найдя, просто легла на диван и ничего не стала делать. Пролежав так с полчаса, пони разожгла камин, чтобы легкий треск поленьев приглушал всякие звуки снаружи, которые лишь больше пугали и тревожили ее. Да и к тому же тепло и уют камина придавал хотя бы иллюзорность благополучия, пусть и такую слабую, но непременно важную сейчас, как никогда. Единичные пони, видимые из окна, редко прохаживались по улице, что также потихоньку начинало сводить с ума серую пегаску. Наконец, она подскочила и плотно занавесила все шторы, чтобы никого не видеть.
Прошел день, вечер… Наступила ночь и это была первая ночь, в которую Дитзи ничего не писала о своей жизни. Она весь день так и провела, съежившись на своем любимом диване у камина. Она даже не читала Дэринг и лишь изредка, раз в пару часов, подбрасывала по несколько поленьев в камин. Так на диване кобылка и уснула. Уснула грустная и расстроенная, не желавшая видеть никого и нечего. Жаждущая лишь одного, чтобы ее, наконец, оставили в покое…
Под утро Дитзи Ду не хотела просыпаться. Она часто ворочалась на диване, прекрасно помня, что было вчера. Никакие сны ей уже не снились, лишь непривычно прохладно поддувало из незакрытого камина, который к ночи сам потух. А поутру с улицы изредка доносились чьи-то голоса. Ведь пегаска очень долго не хотела вставать, уже давно проснувшись, и пытаясь дальше задремать.
Шел одиннадцатый час, а Дитзи все не вставала, несмотря не на что. Наконец, к двенадцати пони нехотя все-таки поднялась с дивана, и в голове снова постепенно начал появляться вчерашний кавардак сумасшедших мыслей и идей. Неохотно пони побрела на кухню делать себе еду.
Безрадостно позавтракав, она вышла на улицу. Никого на ней не оказалась. Заколоченные окна на доме Лаванды ужасом екнули у нее в сердце. Она взлетела. Она не могла больше находиться на земле. В какой-то степени ей это даже опротивело. Полетав немного над домом и кратко разведав, если это так можно назвать, обстановку, Дитзи полетела дальше, вглубь города.
Во время полета она просто не смогла не подлететь к своей уже бывшей работе. Серая пегаска пролетела лишь несколько раз и то вдали от нее, пытаясь издалека рассмотреть, что и как там делается у почты. Ничего особенного, конечно, не увидев, она безысходно полетела дальше. «Никто не запрещал мне летать, летать, Дискорд побери, по моему почти родному городу! — как-то само подумалось ей. — Или ходить…» — приземлилась вдруг она на рынок Понивилля.
Дитзи прошлась по рынку. Никого из хорошо знакомых она не встретила. Лишь опять словила несколько неприятных взглядов в свою сторону. Проходя, она вдруг заметила те самые кусты. Кусты, в которых она некогда впервые в жизни вела шпионскую слежку. Да ни за кем-нибудь простым, а за самой Дерпи. На нее нахлынули воспоминания. Она живо подошла к этим кустам. Они выглядели ухожено и смотрелись слегка пушисто. Конечно, никакими следами ее старой встречи с косоглазой здесь уже и не пахло.
«Да… — подумала серая кобылка. — Здесь многое начиналось… Я помню, как потом проходила здесь, они были изрядно поломаны, наполовину погнуты, а сейчас… и воспоминаний не осталось о тех событиях. Рослые, крепкие, выросли и все пережили… — рассказывала она о кустах, как будто о своем лучшем друге. — Лишь я помню те далекие воспоминания…» — вздохнула она и пошла дальше.
Серая кобылка еще немного походила по рынку и снова взлетела. Полетав с полчасика она вернулась домой, закрылась и опять от безысходности легла на диван.
Но, не успела она толком забыться, как дверь снова звонко загремела, кто-то постучался. У Дитзи было такое чувство, как будто это ей только что приснилось, и это не по-настоящему. Но, на удивление самой себе, она вполне спокойно встала и подошла к двери. Немного выждав, она открыла ее и увидела внизу корзинку, наполовину прикрытую простой тканью. Никого рядом и даже во всей округе она не заметила.
Кобылка заглянула в корзинку и увидела там еду. Простую еду, овощи, фрукты, самых разных сортов. Это только напугала серую пони. Она как будто бы увидела какой-то ад, Тартар… а не простую красивую и наполненную разными всячинами корзину. «Как кролик в клетке…» — мелькнула противная мыслишка у пони и она от этого чуть снова не заплакала, но все-таки сдержалась, изрядно лишь скривив свою мордочку.
Пони взяла корзину. Ей ничего не оставалась, как просто принять издевательские правила ее противников. Еды у нее еще хватало и своей, да и были кое-какие денежные сбережения, небольшие, но хоть что-то.
