Дитзи прошла чуть вперед, огляделась. Холодное помещение отдавало какой-то неприязнью и даже отчужденностью. Вдруг в другом конце помещения появился чей-то силуэт. Он был в темноте, и пони не могла разобрать, кто это. Он стал приближаться, не торопясь и ничего не говоря.
— Здравствуйте, — поприветствовала Дитзи незнакомую фигуру в темноте.
Ничего в ответ не последовало. Серая кобылка была уже готова ко всему. Она не сильно боялась, но ощущение на душе у пони стало неприятным. В горле сдавливало, а копыта начинали снова за свое привычное в последнее время подрагивание.
— Извините, что я без приглашения, — боязливо продолжала речь серая пони. — Но у меня посылка для мэра, то есть… это письмо. Да, у меня письмо для мэра.
Силуэт вышел на освещаемый центр зала, и им оказался один из работников мэра — некий плохо знакомый Дитзи жеребец.
— Мэр сейчас подойдет, — наконец, ответил он монотонно. — Ожидайте.
Серая пегаска подозрительно осматривала жеребца, который встал недалеко от главного входа и лишь изредка поглядывал каким-то недовольным взглядом на нее. Она подошла чуть ближе к нему, как бы просто так, а сама не прекращала его изучать. Она полагала, что он такой же оборотень, но почему-то никак не могла своим чутьем это определить. Когда он снова поворачивался к ней, серая пони стесненно улыбалась, пытаясь выглядеть безразлично, но потом, когда он отворачивался, тут же возвращала серьезный вид и продолжала пытаться выяснить его истинную природу.
Наконец, позади послышались шаги. Дитзи обернулась и увидела мэра, которая деловито, как и обычно подходила к ней.
— Здравствуйте. Вам письмо, — первой заговорила серая кобылка.
— Да? — слегка удивилась мэр. — Очень интересно. Давайте его сюда.
Дитзи передала письмо и когда мэр расписывалась за него, серая пони решила поинтересоваться:
— Извините, что отвлекаю, но вы не могли бы проверить по своим данным, где я проживаю? — сказала она, и прекрасно понимая абсурдность вопроса со стороны, постаралась несколько мило улыбнуться.
— Что, простите? — отвлеклась мэр, расписавшись.
— Я хотела бы, — продолжила серая кобылка слегка напряженно. — Узнать… мой точный адрес проживания… Это возможно?
Мэр с удивлением уставилась на почтальонку:
— Вы хотите сказать, что не знаете, где сами живете?!
— Нет, не совсем. Я бы просто хотела узнать официальные сведения.
— Но зачем это нужно? Послушайте, Дерпи, да?..
— Дитзи Ду!
— Правда? — повторно изумилась мэр. — Вы задаете какие-то абсурдные вопросы? Зачем вам это нужно?
— Ой, — вздохнула серая пони. — Я прекрасно знаю, где лично я живу. Но некоторые пони утверждают совершенно обратное, — стала недовольно объяснять пегаска. — Я получила письмо, адресованное мне… Ну, не совсем… Нет, все верно. Оно было адресовано мне, да! И там был совершенно другой адрес, понимаете? Вот поэтому я и хотела бы узнать официальные сведения о моем месте жительства, если это не трудно?..
— Дерпи, Дерпи… Сейчас вспомню, — с лицемерным выражением морды мэр принялась напоказ что-то вспоминать. — Что-то не припомню твоего переезда… Не подскажите мне… — обратилась она к своему помощнику. — Дерпи переезжала когда-нибудь?
— Дитзи Ду! — сквозь зубы проворчала серая кобылка.
— Что вы сказали? — переспросила деловито мэр, повернувшись к Дитзи.
Дитзи пристально посмотрела на нее, и ей как будто показалось, что в глазах у мэра вроде как блеснул некий странный темноватый оттенок. Это могло просто почудиться серой пони, но одновременно с этим вдруг проснулось и ее чутье. Пегаска, наконец, пришла к своему выводу — они точно оборотни. Плохие ожидания подтвердились.
— Ничего, — безрадостно выдавила из себя серая пони.
— Вы знаете, — начал свою игру помощник мэра. — Я помню, эта пони как-то переезжала, но было это давно и искать эти сведения придется долго.
— Ничего страшного, — пояснила мэр. — Если этого очень требует наш уважаемый почтальон, мы можем и перепроверить.
— Было это где-то полтора года назад, — продолжил помощник. — Я могу сейчас пойти и отыскать записи об этом, но я точно помню, что Дерпи уже давно проживает с доктором Хувзом. Сейчас, одну минутку…
— В одном доме? — выкрикнула вдруг Дитзи.
— М-м, да, в одном, конечно, — ответил слегка удивленно помощник.
— Спасибо вам, дорогие об… работники, — с вызовом остановила она помощника. — Не трудитесь, мне достаточно и этой информации.
— Вы уверены? — как бы с непониманием происходящего переспросила мэр.
— О да, я в этом уверена, — ответила Дитзи и собралась уходить, но приостановилась и снова взглянула на них, желая что-то сказать.
Мэр вместе с помощником вопросительно смотрели на серую кобылку. Но Дитзи лишь слегка нахмурилась и, ничего не продолжив, пошла на выход.
— Да, я вспомнил, — услышала, еще не успев выйти, серая пони речь помощника мэра. — Как раз вы мне велели внести последние правки по всем, кто переселился за последнее время… как звали ту пони, кажется Лаванда. Да, верно, сейчас я этим и займусь.
Дитзи услышала это и в сердцах еще раз не смогла себе простить, что Лаванда переехала. Ей уже начинало казаться, что и переезд ее верной подруги тоже дело копыт оборотней. Но как она могла знать?
Пегаска вылетела из помещения. «Полтора года, полтора года… — твердила она у себя в уме. — Это ужас! Это просто кошмар! Но, может, они мне специально соврали, ведь полтора года назад все было совершенно тихо… Их появления стали заметны снова от силы полгода назад… Как же так?.. Наверно соврали», — заключила Дитзи и полетела прочь.
Жизнь продолжалась. Но эта жизнь для серой пегаски уже успела превратиться в настоящий ад. Она уже давно не слышала обращений к себе по ее имени. На почте она старалась избегать больших сборищ, особенно в час пик. Многочисленные насмешки и обвиняющие взгляды кобылка пыталась не замечать и просто игнорировать. Дитзи уверена, что добрая половина тех, кто над ней потешается — оборотни. Они же и подогревают дурные настроения всех остальных.
— Смотри, смотри, это идет она… — тихо послышался вновь чей-то разговор на почте, когда Дитзи проходила мимо.
— Помнишь, что она тогда учудила?
— Да-да, это просто ужас… — добавил кто-то сбоку.
Серая пегаска не обращая внимания, направлялась к выходу.
— Держись подальше от нее, она может снова что-то натворить, — вновь послышался чей-то голос уже с другой стороны.
— Да она просто неадекватная.
— У нее какая-то фобия. Я сама слышала, что говорили. Она либо истеричка, либо и того хуже…
— Да, с психикой что-то явно не то.
Дитзи приостановилась почти у двери, закрыла на мгновение глаза, глубоко вздохнула и вышла на улицу. Ее очень мучили подобные разговоры. Но сопротивляться было просто бесполезно. Против нее ополчились абсолютно все. Даже те, кто к ней относился до последнего нормально, в итоге просто стали ее игнорировать и не замечать. Поддержки ждать было не от кого.
«Надеюсь, у меня на самом деле не возникнет никакой такой фобии из-за всего этого… Или чего хуже настоящего расстройства психики… А то, я уже на пределе… И вправду еще рехнусь… Нужно держаться, нужно!» — пыталась успокоить себя серая пони в уме.
Тем временем, к почте подошли две кобылки:
— И теперь весь Кантерлот в страхе и ужасе! Там постепенно начинается настоящая паника! Пони боятся выходить на улицу. Как же хорошо, что мне не получилось попасть на сборы вандерболтов, а то и мне бы досталось. Говорят, он крадет магию у пони, всю магию! — рассказывала Сассафлэш, одна из кобылок.
— Так что, там действительно появился некий магический маньяк? Это же кошмар! А я собиралась на днях туда съездить… — ответила вторая кобылка, единорог, которую Дитзи плохо знала.
Они прошли мимо серой пегаски и даже не взглянули на нее. «Надо же, хоть кому-то я безразлична. Не думала, что обрадуюсь такому отношению, но я действительно этому рада, — подумала серая пони, случайно услышав их разговор. — Некий очередной выскочка стал обсуждаемее самой глупой пони в Эквестрии, великолепно! Наверно, я должна быть и этому рада…» — саркастично сама себя подколола она и вдобавок усмехнулась.
— В Кантерлоте объявлен высокий уровень опасности! — продолжала Сассафлэш, подойдя к двери почтового отделения.
А Дитзи тем временем отчего-то приглянулся знак отличия ее спутницы. «Хм, забавная кьютимарка. Какой-то желтый цветочек на чем-то там, фиолетовом вроде… или это все один цветок… Хм, и почему я редко встречала эту единорожку? — загадочно поглядела ей вслед Дитзи. — Она вроде не местная. Так я многих знаю… ну да и ладно. Неважно, — как-то грустновато она перекинула взгляд на свой знак отличия и в такой незамысловатой попытки отвлечься от дурных разговоров побрела пешком к дому. — Разве кто-то, какой-то там магический маньяк, может сравниться в опасности и дерзости с оборотнями? Не думаю… Но зато они совершенно не обратили на меня внимания, надо же…»
Серая пони, как и обычно, слегка напряженно дождавшись вечера, отправилась спать и, минуя все несложные манипуляции по своему прикрытию, продолжила с энтузиазмом свой рассказ:
«Тогда творилось что-то необычайное. Казалось, весь мир сошел с ума. По улицам безумно бегали разные пони, и никто не знал что делать…»
— Хм, — едва слышно под одеялом усомнилась Дитзи. — Надо обязательно написать про книгу, да-да, это незабываемо было! — и пони оживленно продолжила письмо.
«И когда я решила отвлечься и почитать любимую литературу, я наткнулась на нечитаемые символы. Поначалу текст шел, как и положено, но вдруг в конце текста вместо нормальных слов я прочла «поруй на охуве»! Я не поняла, что я прочла и продолжила чтение. Но дальше почти сразу же пошли такие же странные и непонятные слова. Уже весь текст был нашпигован неясным плохо читаемым содержанием. Я прочла еще дальше… и выяснилось, что все стало только хуже. В тексте пошли всякие разные крючки, закорючки и прочие подобные символы, которые и прочесть-то было невозможно…»
Дитзи с азартом описывала всю свою жизнь, все важные и значимые события за эти пять лет. Полночи проведя под одеялом за своим любимым занятием, она в итоге радостная дописала до точки, сложила листы под подушку и, удовлетворившись еще одной плодотворной ночью, принялась засыпать.
Серая кобылка лишь в своем ночном увлечении являлась спокойной и относительно радостной. Хоть и описывала она свою нелегкую и весьма печальную историю, ее грели мысли о будущем, что когда-то кто-то в попытках разобраться со всем этим хаосом и нелепостью двойников все-таки прочтет ее биографический рассказ и осознает настоящую историю о ней. Иногда лишь подрагивая от малейшего шороха за окном, серая пегаска безмятежно заснула.
На удивление, Дитзи крайне редко снились сны в последнее время. Но эта ночь оказалась особенной. Серой пони снился сон. Она почти сразу осознала, что находится во сне, слишком нелогично и нелинейно разворачивались события вокруг нее, да и видны они были весьма неотчетливо. Некое чувство подсказало ей, что она во сне. Но действовала пони все равно по наитию, на автомате, без контроля своих желаний. Вот вполне предсказуемо она встретила нескольких оборотней и со всех копыт помчалась прочь от них. Оборотни ее догоняли. И хоть кобылка и пыталась от них убежать, ее ноги совсем ее не слушались. Чем быстрее она пыталась от них удрать, тем быстрее они ее догоняли. Когда же они ее попытались схватить, она кинулась на землю, сгруппировалась и уже приготовилась к худшему… но ничего не произошло.
Пегаска встала, осмотрелась. Она вдруг осознала себя совершенно в другом месте, и вокруг уже не было никаких оборотней. Мелькнула ежесекундная мысль, что все нереально, что это просто сон. Но мысль тут же исчезла, как только Дитзи что-то услышала позади себя. Обернувшись, она никого не увидела. И снова шум позади. И снова серая кобылка оборачивается и не видит никого. Так продолжается некоторое время. Она понимает, что кто-то постоянно находится за ней, но увидеть его у нее так и не выходит.
Наконец, в бессчетных попытках обернуться назад, пони прекращает пустую борьбу с невидимым врагом и измотанная садится прямо на землю. Тут же она снова слышит шаги позади себя, но на сей раз у нее мелькает другая мысль, что ничего не нужно делать, и все пустить на самотек. Как только она решается так поступить, ее тут же хватает кто-то сзади и неистово треплет по земле. Дитзи сопротивляется, она пытается вырваться, но хватка незнакомца настолько сильна, что у нее ровным счетом ничего не выходит. Серая пони в истерике, она не знает, что делать, что предпринять. Теперь ее пытаются еще и задушить, обжав ее горло чем-то крепким, как будто железным. Серая пегаска задыхается, она пытается звать на помощь, но горло сдавлено и нельзя вымолвить ни единого слова. Невообразимым трудом, ей удается разомкнуть что-то, что обхватило ее горло, и это на ее удивление оказываются простые копыта… копыта серого цвета, точно такого же, как и у нее.
И тут Дитзи все понимает, и, оборачиваясь, видит прямо перед собой Дерпи. Косая пони ничего не делает. Она стоит вплотную к Дитзи, едва не касаясь своим лбом ее лба. Дитзи смотрит в упор на непримиримого врага. От ее ужасно-невыносимого взгляда, который буквально пронзает серую пони, Дитзи моментально сводят судороги, учащается сердцебиение, сохнет во рту. Она хочет избавиться от отвратительного взгляда своего двойника, но никак не получается. Проходит какое-то время, длящееся неизмеримо долго и каким-то образом Дитзи понимает еще раз, что все это сон. В тот самый момент все исчезает, исчезает и Дерпи. Серая кобылка стоит совсем одна. Она оглядывается и обнаруживает, что находится у себя во дворе, перед своим домом…
— Минутку, сколько раз я осознала, что это сон… — наконец, говорит серая пони. — Сон, сон!!! Так что… Так что же… Что же мне мешает связаться с самой принцессой Луной?! Это же ее мир! Это же гениально! Как я сразу не додумалась!
Дитзи озирается по сторонам, в наивных поисках принцессы.
— Принцесса Луна? Принцесса Лу-уна-а?! — кричит серая пегаска, начиная бегать из стороны в сторону. — Стоп, стоп. Раз это сон, то мне совершенно незачем никуда бегать, достаточно просто позвать. Принцесса сама прекрасно знает, как меня нужно найти. Все верно. Принцесса Луна, если вы меня слышите, пожалуйста, отзовитесь! Вы моя последняя надежда, если не вы, то мне уже наверно никто не поможет. Я послала письмо принцессе Селестии… — рассказывает пони в пустоту сна все, что считает нужным сейчас сказать. — Где же вы? Вы очень сильно мне нужны? Пожалуйста, принцесса Луна! Прошу вас, отзовитесь! Мне очень срочно нужна ваша помощь! Возможно, судьба всей Эквестрии вновь в очень большой опасности! Где же вы?..
Дитзи пытается как только может звать на помощь принцессу, но ничего не происходит. Она все продолжает и продолжает жалостливо взывать к принцессе, но в ответ слышит только лишь тишину, пугающую, до необыкновения жуткую и глухую тишину. Серая пегаска в безвыходном состоянии опускается к земле, ложится и тихо начинает плакать. Усиленные попытки мольбы не привели ни к каким результатам.
Вдруг Дитзи чувствует, что кто-то все-таки стоит перед ней. Как она это почувствовала, пони не понимает. Но она абсолютно точно уверена в том, что кто-то в нескольких шагах впереди от нее стоит и смотрит на нее. Дитзи радостно вскакивает с возгласом:
— Здравствуйте, — поприветствовала Дитзи незнакомую фигуру в темноте.
Ничего в ответ не последовало. Серая кобылка была уже готова ко всему. Она не сильно боялась, но ощущение на душе у пони стало неприятным. В горле сдавливало, а копыта начинали снова за свое привычное в последнее время подрагивание.
— Извините, что я без приглашения, — боязливо продолжала речь серая пони. — Но у меня посылка для мэра, то есть… это письмо. Да, у меня письмо для мэра.
Силуэт вышел на освещаемый центр зала, и им оказался один из работников мэра — некий плохо знакомый Дитзи жеребец.
— Мэр сейчас подойдет, — наконец, ответил он монотонно. — Ожидайте.
Серая пегаска подозрительно осматривала жеребца, который встал недалеко от главного входа и лишь изредка поглядывал каким-то недовольным взглядом на нее. Она подошла чуть ближе к нему, как бы просто так, а сама не прекращала его изучать. Она полагала, что он такой же оборотень, но почему-то никак не могла своим чутьем это определить. Когда он снова поворачивался к ней, серая пони стесненно улыбалась, пытаясь выглядеть безразлично, но потом, когда он отворачивался, тут же возвращала серьезный вид и продолжала пытаться выяснить его истинную природу.
Наконец, позади послышались шаги. Дитзи обернулась и увидела мэра, которая деловито, как и обычно подходила к ней.
— Здравствуйте. Вам письмо, — первой заговорила серая кобылка.
— Да? — слегка удивилась мэр. — Очень интересно. Давайте его сюда.
Дитзи передала письмо и когда мэр расписывалась за него, серая пони решила поинтересоваться:
— Извините, что отвлекаю, но вы не могли бы проверить по своим данным, где я проживаю? — сказала она, и прекрасно понимая абсурдность вопроса со стороны, постаралась несколько мило улыбнуться.
— Что, простите? — отвлеклась мэр, расписавшись.
— Я хотела бы, — продолжила серая кобылка слегка напряженно. — Узнать… мой точный адрес проживания… Это возможно?
Мэр с удивлением уставилась на почтальонку:
— Вы хотите сказать, что не знаете, где сами живете?!
— Нет, не совсем. Я бы просто хотела узнать официальные сведения.
— Но зачем это нужно? Послушайте, Дерпи, да?..
— Дитзи Ду!
— Правда? — повторно изумилась мэр. — Вы задаете какие-то абсурдные вопросы? Зачем вам это нужно?
— Ой, — вздохнула серая пони. — Я прекрасно знаю, где лично я живу. Но некоторые пони утверждают совершенно обратное, — стала недовольно объяснять пегаска. — Я получила письмо, адресованное мне… Ну, не совсем… Нет, все верно. Оно было адресовано мне, да! И там был совершенно другой адрес, понимаете? Вот поэтому я и хотела бы узнать официальные сведения о моем месте жительства, если это не трудно?..
— Дерпи, Дерпи… Сейчас вспомню, — с лицемерным выражением морды мэр принялась напоказ что-то вспоминать. — Что-то не припомню твоего переезда… Не подскажите мне… — обратилась она к своему помощнику. — Дерпи переезжала когда-нибудь?
— Дитзи Ду! — сквозь зубы проворчала серая кобылка.
— Что вы сказали? — переспросила деловито мэр, повернувшись к Дитзи.
Дитзи пристально посмотрела на нее, и ей как будто показалось, что в глазах у мэра вроде как блеснул некий странный темноватый оттенок. Это могло просто почудиться серой пони, но одновременно с этим вдруг проснулось и ее чутье. Пегаска, наконец, пришла к своему выводу — они точно оборотни. Плохие ожидания подтвердились.
— Ничего, — безрадостно выдавила из себя серая пони.
— Вы знаете, — начал свою игру помощник мэра. — Я помню, эта пони как-то переезжала, но было это давно и искать эти сведения придется долго.
— Ничего страшного, — пояснила мэр. — Если этого очень требует наш уважаемый почтальон, мы можем и перепроверить.
— Было это где-то полтора года назад, — продолжил помощник. — Я могу сейчас пойти и отыскать записи об этом, но я точно помню, что Дерпи уже давно проживает с доктором Хувзом. Сейчас, одну минутку…
— В одном доме? — выкрикнула вдруг Дитзи.
— М-м, да, в одном, конечно, — ответил слегка удивленно помощник.
— Спасибо вам, дорогие об… работники, — с вызовом остановила она помощника. — Не трудитесь, мне достаточно и этой информации.
— Вы уверены? — как бы с непониманием происходящего переспросила мэр.
— О да, я в этом уверена, — ответила Дитзи и собралась уходить, но приостановилась и снова взглянула на них, желая что-то сказать.
Мэр вместе с помощником вопросительно смотрели на серую кобылку. Но Дитзи лишь слегка нахмурилась и, ничего не продолжив, пошла на выход.
— Да, я вспомнил, — услышала, еще не успев выйти, серая пони речь помощника мэра. — Как раз вы мне велели внести последние правки по всем, кто переселился за последнее время… как звали ту пони, кажется Лаванда. Да, верно, сейчас я этим и займусь.
Дитзи услышала это и в сердцах еще раз не смогла себе простить, что Лаванда переехала. Ей уже начинало казаться, что и переезд ее верной подруги тоже дело копыт оборотней. Но как она могла знать?
Пегаска вылетела из помещения. «Полтора года, полтора года… — твердила она у себя в уме. — Это ужас! Это просто кошмар! Но, может, они мне специально соврали, ведь полтора года назад все было совершенно тихо… Их появления стали заметны снова от силы полгода назад… Как же так?.. Наверно соврали», — заключила Дитзи и полетела прочь.
Часть V. Глава 20. Кошмарная ночь
Жизнь продолжалась. Но эта жизнь для серой пегаски уже успела превратиться в настоящий ад. Она уже давно не слышала обращений к себе по ее имени. На почте она старалась избегать больших сборищ, особенно в час пик. Многочисленные насмешки и обвиняющие взгляды кобылка пыталась не замечать и просто игнорировать. Дитзи уверена, что добрая половина тех, кто над ней потешается — оборотни. Они же и подогревают дурные настроения всех остальных.
— Смотри, смотри, это идет она… — тихо послышался вновь чей-то разговор на почте, когда Дитзи проходила мимо.
— Помнишь, что она тогда учудила?
— Да-да, это просто ужас… — добавил кто-то сбоку.
Серая пегаска не обращая внимания, направлялась к выходу.
— Держись подальше от нее, она может снова что-то натворить, — вновь послышался чей-то голос уже с другой стороны.
— Да она просто неадекватная.
— У нее какая-то фобия. Я сама слышала, что говорили. Она либо истеричка, либо и того хуже…
— Да, с психикой что-то явно не то.
Дитзи приостановилась почти у двери, закрыла на мгновение глаза, глубоко вздохнула и вышла на улицу. Ее очень мучили подобные разговоры. Но сопротивляться было просто бесполезно. Против нее ополчились абсолютно все. Даже те, кто к ней относился до последнего нормально, в итоге просто стали ее игнорировать и не замечать. Поддержки ждать было не от кого.
«Надеюсь, у меня на самом деле не возникнет никакой такой фобии из-за всего этого… Или чего хуже настоящего расстройства психики… А то, я уже на пределе… И вправду еще рехнусь… Нужно держаться, нужно!» — пыталась успокоить себя серая пони в уме.
Тем временем, к почте подошли две кобылки:
— И теперь весь Кантерлот в страхе и ужасе! Там постепенно начинается настоящая паника! Пони боятся выходить на улицу. Как же хорошо, что мне не получилось попасть на сборы вандерболтов, а то и мне бы досталось. Говорят, он крадет магию у пони, всю магию! — рассказывала Сассафлэш, одна из кобылок.
— Так что, там действительно появился некий магический маньяк? Это же кошмар! А я собиралась на днях туда съездить… — ответила вторая кобылка, единорог, которую Дитзи плохо знала.
Они прошли мимо серой пегаски и даже не взглянули на нее. «Надо же, хоть кому-то я безразлична. Не думала, что обрадуюсь такому отношению, но я действительно этому рада, — подумала серая пони, случайно услышав их разговор. — Некий очередной выскочка стал обсуждаемее самой глупой пони в Эквестрии, великолепно! Наверно, я должна быть и этому рада…» — саркастично сама себя подколола она и вдобавок усмехнулась.
— В Кантерлоте объявлен высокий уровень опасности! — продолжала Сассафлэш, подойдя к двери почтового отделения.
А Дитзи тем временем отчего-то приглянулся знак отличия ее спутницы. «Хм, забавная кьютимарка. Какой-то желтый цветочек на чем-то там, фиолетовом вроде… или это все один цветок… Хм, и почему я редко встречала эту единорожку? — загадочно поглядела ей вслед Дитзи. — Она вроде не местная. Так я многих знаю… ну да и ладно. Неважно, — как-то грустновато она перекинула взгляд на свой знак отличия и в такой незамысловатой попытки отвлечься от дурных разговоров побрела пешком к дому. — Разве кто-то, какой-то там магический маньяк, может сравниться в опасности и дерзости с оборотнями? Не думаю… Но зато они совершенно не обратили на меня внимания, надо же…»
Серая пони, как и обычно, слегка напряженно дождавшись вечера, отправилась спать и, минуя все несложные манипуляции по своему прикрытию, продолжила с энтузиазмом свой рассказ:
«Тогда творилось что-то необычайное. Казалось, весь мир сошел с ума. По улицам безумно бегали разные пони, и никто не знал что делать…»
— Хм, — едва слышно под одеялом усомнилась Дитзи. — Надо обязательно написать про книгу, да-да, это незабываемо было! — и пони оживленно продолжила письмо.
«И когда я решила отвлечься и почитать любимую литературу, я наткнулась на нечитаемые символы. Поначалу текст шел, как и положено, но вдруг в конце текста вместо нормальных слов я прочла «поруй на охуве»! Я не поняла, что я прочла и продолжила чтение. Но дальше почти сразу же пошли такие же странные и непонятные слова. Уже весь текст был нашпигован неясным плохо читаемым содержанием. Я прочла еще дальше… и выяснилось, что все стало только хуже. В тексте пошли всякие разные крючки, закорючки и прочие подобные символы, которые и прочесть-то было невозможно…»
Дитзи с азартом описывала всю свою жизнь, все важные и значимые события за эти пять лет. Полночи проведя под одеялом за своим любимым занятием, она в итоге радостная дописала до точки, сложила листы под подушку и, удовлетворившись еще одной плодотворной ночью, принялась засыпать.
Серая кобылка лишь в своем ночном увлечении являлась спокойной и относительно радостной. Хоть и описывала она свою нелегкую и весьма печальную историю, ее грели мысли о будущем, что когда-то кто-то в попытках разобраться со всем этим хаосом и нелепостью двойников все-таки прочтет ее биографический рассказ и осознает настоящую историю о ней. Иногда лишь подрагивая от малейшего шороха за окном, серая пегаска безмятежно заснула.
На удивление, Дитзи крайне редко снились сны в последнее время. Но эта ночь оказалась особенной. Серой пони снился сон. Она почти сразу осознала, что находится во сне, слишком нелогично и нелинейно разворачивались события вокруг нее, да и видны они были весьма неотчетливо. Некое чувство подсказало ей, что она во сне. Но действовала пони все равно по наитию, на автомате, без контроля своих желаний. Вот вполне предсказуемо она встретила нескольких оборотней и со всех копыт помчалась прочь от них. Оборотни ее догоняли. И хоть кобылка и пыталась от них убежать, ее ноги совсем ее не слушались. Чем быстрее она пыталась от них удрать, тем быстрее они ее догоняли. Когда же они ее попытались схватить, она кинулась на землю, сгруппировалась и уже приготовилась к худшему… но ничего не произошло.
Пегаска встала, осмотрелась. Она вдруг осознала себя совершенно в другом месте, и вокруг уже не было никаких оборотней. Мелькнула ежесекундная мысль, что все нереально, что это просто сон. Но мысль тут же исчезла, как только Дитзи что-то услышала позади себя. Обернувшись, она никого не увидела. И снова шум позади. И снова серая кобылка оборачивается и не видит никого. Так продолжается некоторое время. Она понимает, что кто-то постоянно находится за ней, но увидеть его у нее так и не выходит.
Наконец, в бессчетных попытках обернуться назад, пони прекращает пустую борьбу с невидимым врагом и измотанная садится прямо на землю. Тут же она снова слышит шаги позади себя, но на сей раз у нее мелькает другая мысль, что ничего не нужно делать, и все пустить на самотек. Как только она решается так поступить, ее тут же хватает кто-то сзади и неистово треплет по земле. Дитзи сопротивляется, она пытается вырваться, но хватка незнакомца настолько сильна, что у нее ровным счетом ничего не выходит. Серая пони в истерике, она не знает, что делать, что предпринять. Теперь ее пытаются еще и задушить, обжав ее горло чем-то крепким, как будто железным. Серая пегаска задыхается, она пытается звать на помощь, но горло сдавлено и нельзя вымолвить ни единого слова. Невообразимым трудом, ей удается разомкнуть что-то, что обхватило ее горло, и это на ее удивление оказываются простые копыта… копыта серого цвета, точно такого же, как и у нее.
И тут Дитзи все понимает, и, оборачиваясь, видит прямо перед собой Дерпи. Косая пони ничего не делает. Она стоит вплотную к Дитзи, едва не касаясь своим лбом ее лба. Дитзи смотрит в упор на непримиримого врага. От ее ужасно-невыносимого взгляда, который буквально пронзает серую пони, Дитзи моментально сводят судороги, учащается сердцебиение, сохнет во рту. Она хочет избавиться от отвратительного взгляда своего двойника, но никак не получается. Проходит какое-то время, длящееся неизмеримо долго и каким-то образом Дитзи понимает еще раз, что все это сон. В тот самый момент все исчезает, исчезает и Дерпи. Серая кобылка стоит совсем одна. Она оглядывается и обнаруживает, что находится у себя во дворе, перед своим домом…
— Минутку, сколько раз я осознала, что это сон… — наконец, говорит серая пони. — Сон, сон!!! Так что… Так что же… Что же мне мешает связаться с самой принцессой Луной?! Это же ее мир! Это же гениально! Как я сразу не додумалась!
Дитзи озирается по сторонам, в наивных поисках принцессы.
— Принцесса Луна? Принцесса Лу-уна-а?! — кричит серая пегаска, начиная бегать из стороны в сторону. — Стоп, стоп. Раз это сон, то мне совершенно незачем никуда бегать, достаточно просто позвать. Принцесса сама прекрасно знает, как меня нужно найти. Все верно. Принцесса Луна, если вы меня слышите, пожалуйста, отзовитесь! Вы моя последняя надежда, если не вы, то мне уже наверно никто не поможет. Я послала письмо принцессе Селестии… — рассказывает пони в пустоту сна все, что считает нужным сейчас сказать. — Где же вы? Вы очень сильно мне нужны? Пожалуйста, принцесса Луна! Прошу вас, отзовитесь! Мне очень срочно нужна ваша помощь! Возможно, судьба всей Эквестрии вновь в очень большой опасности! Где же вы?..
Дитзи пытается как только может звать на помощь принцессу, но ничего не происходит. Она все продолжает и продолжает жалостливо взывать к принцессе, но в ответ слышит только лишь тишину, пугающую, до необыкновения жуткую и глухую тишину. Серая пегаска в безвыходном состоянии опускается к земле, ложится и тихо начинает плакать. Усиленные попытки мольбы не привели ни к каким результатам.
Вдруг Дитзи чувствует, что кто-то все-таки стоит перед ней. Как она это почувствовала, пони не понимает. Но она абсолютно точно уверена в том, что кто-то в нескольких шагах впереди от нее стоит и смотрит на нее. Дитзи радостно вскакивает с возгласом:
