этого я думала о том, что стoит мне только немного протянуть руку, как она упрется в такой же красивый, как спина, торс… Вот он стоит рядом, а я провожу рукой по кубикам на его прессе… Нет, Минати, держи свои странные непрошенные непристойные мысли и ручонки при себе, и начни уже внимать тому, что тебе говорят!
– Какие есть у тебя доказательства, что я, как ты красочно выразилась, шпион? – прищурившись, Камор продолжал нависать надо мной, загораживая остатки света и заполняя собой все видимое пространство. От него пахло крепким алкоголем и каким-то тонким древесным парфюмом. Черные глаза были пусты, как два бездонных озера, и не выражали ровным счетом ничего. Тихо выдохнув, я прошептала:
– Я тебя вспомнила. Тогда, восемь лет назад в Академии…
Друид резко вскинул руку, отчего я сразу же замолчала и внутренне сжалась. Но взгляда не отвела. Он будет меня бить. Еще один любитель распускать руки на мою голову. Нет, все-таки, я не умею выбирать мужчин для бесед. Но неужели я обозналась?! Тогда почему… Почему он не сдал меня? Впрочем, прошло столько лет, я могла и не узнать его. Хотя в свое время, кажется, вся Академия знала о моей «детской любви» к незнакомцу. Да чтоб бесы меня забрали, это все время был он, он!.. Но ведь повзрослев я и думать обо всем этом забыла, так может, все-таки обозналась… А что, если он прямо сейчас возьмет и поведет меня к Аксельроду! Или к Тильгенмайеру?! Панические мысли метались как бешеные пчелки, но я категорически старалась держать лицо. Видимо, это стало для Друида последней каплей.
– Ну, Минати, право, это не серьезно! – засмеялся в полный голос Камор. Довольная расслабленная улыбка снова цвела на его лице. И только теперь до меня, наконец, дошло, что он так проверял меня. – Видела бы ты свое лицо!
– Да иди ты к серному бесу, Камор! – и с силой я попыталась отпихнуть его от себя, впрочем, не сдвинув с места. Все-таки потрогала! Уже не сдерживая заливистый хохот, парень направился к огромному барно-алькогольному шкафу.
– Зачем ты открылся мне?! – вопрошала, пытаясь уместить в голове мысль, что была права, и Кругом города Асмариан действительно руководят два имперских агента. – Ведь это опасно!
– Хотел показать, что мы на одной стороне. Ты пить будешь?
– Пить?! Он спрашивает, буду ли я пить?! – вот теперь удерживать надо было меня. – Камор, да ты своим признанием мне всю картину мира перевернул. Только что были лишь я и Аксельрод – в одной лодке вдвоем. Но, выходит, ты тоже с нами. Это ведь существенно все меняет!
– Так будешь или нет? – наслаждаясь моим замешательством и оттого широко улыбаясь, Друид продолжал спокойно взбалтывать что-то зеленое. – Можем о работе поговорить и позже.
– Буду… – я сдалась. Нет, право, я теперь понимала Панталора Гиланджи, который бесился от этой улыбки, но злиться на этого засранца не могла. Все-таки, после внезапного открытия, он будто стал немного ближе. Как частичка дома.
– Правильное решение, детка. Выпивка, – подняв бокал и половив сквозь изумрудно-зеленую жидкость свет, – нередко помогает расслабиться. А уж если ты среди ночи заявилась прямо ко мне в спальню – значит у тебя явно самые серьезные намерения.
– Скорее – просто серьезный разговор. Без намерений, – улыбнулась я, принимая бокал. А память тут же подкинула недавние мыслишки о красивом теле коллеги по опасной шпионской деятельности. И приятные ощущения на кончиках пальцев. Интересно, может что-то еще нас связывает?
– Будь у меня больше времени, уверяю, ты уже была бы от меня без ума! – усмехнулся Друид. – И пришла бы с намерением не только раскрыть мою вторую жизнь молчаливым стенам и портретам. Может быть даже сама предложила бы что-то большее. Садись уже куда-нибудь, не стой! – сам Друид накинул на плечи какую-то легкую накидку и удобно расположился на большом потертом диване, не расплескав при этом ни одной капли напитка. Я уселась в противоположном углу. На всякий случай.
– Тебе не холодно? – спросил Камор, поглядывая на меня поверх своего бокала. Удивленно насупившись, я осмотрела сорочку и тонкий халат. Ингельда сказала бы, что я скомпрометировала себя на всю жизнь. Ночью полураздетая прибежала к едва знакомому полураздетому мужчине с загубленной репутацией и пью сейчас вместе с ним что-то очень крепкое. Ни один приличный принц не позвал бы такую замуж.
– Нет. Я ведь не чувствую холода. Это моя стихия. Но спасибо за заботу… Что мы пьем?
– Не узнала? – Камор широко ухмыльнулся, повертел в руке бокал. – Кампадус. На этот раз – разбавленный.
– А, та дрянь, что мы пили на маскараде?
– Все верно. Друидская яблочная настойка.
Так мы и сидели в тишине, не смотря друг на друга, потихоньку потягивая крепкую настойку. Внезапно мне было теперь тепло и уютно. Грела мысль о том, что в этом непонятном и опасном мире Друидов есть человек, на которого можно положиться. Который такой же, как я, но при этом знает не в меру больше меня. И живет буквально под боком. И не является Аксельродом. Что я теперь думала о той давней встрече? Что тогда мы наверняка были другими людьми. Что я много наивно фантазировала и мечтала, а он просто проходил мимо.
Мне наконец представилась возможность получше рассмотреть украшение в левом ухе Камора. Женский взгляд не обманул, это действительно был морион. Каждому выпускнику Академии актуальной дипломатии помимо диплома и направления на работу вручали по маленькой бархатной коробочке. Внутри на благородно-красной подушке лежал необработанный черный морион. «Морион – имперский шпион» – шутили мои одногруппники... Многие носили его при себе как талисман, многие, как я, прятали и старались забыть то место, где он лежал. А Камор вставил крошечный камень в серьгу и носил его то ли с гордостью, то ли с вызовом.
Заметив мой пристальный взгляд, Друид пробормотал:
– А ведь я тебя узнал, сразу, как только ты подошла ко мне во время маскарада… Забавно, ты стала одной из последних, кого я увидел, в Империи, – Камор говорил тихо, медленно вращая бокал в руке. – Вот она – память шпиона. В голове хранит все, что нужно и, что давно пора бы было уничтожить… Тут, конечно, есть Акшар, но она и старше, и огонь в ней темный…
– А что такое с Акшар? – чуть заплетающимся языком спросила я, откинув голову на спинку дивана. Он такой мягкий, а меня опять будто укачало.
– Ты не знала? Акшар тоже из наших, – будничным тоном проговорил Камор. Меня же, как будто хорошенько встряхнуло электрической волной. Сонливость на какое-то время отступила.
– Постой… Акшар тоже из Империи?!
– А что тебя удивляет? – ухмыльнулся устало и как-то горько Камор. – Ты знаешь, сколько Аксельроду лет? А сколько из них он провел тут, на болотах? Вот столько лет и существует разведывательная программа, нацеленная на Друидов. Мы внедрялись на очень разные посты. Но немногие выжили.
– Как… Немногие? Они нас как-то вычисляют? – отравленный алкоголем мозг воспринимал информацию гораздо более спокойно, чем это было бы в обычном состоянии.
– Потери исчисляются десятками, детка… Удачных операций очень мало, – Камор вздохнул и пошел вновь наполнять бокал. Я жестом отказалась от второй порции. – У них здесь мощная контрразвдека. Наши агенты пытались внедриться к ним – и позже мы находили лишь трупы в каналах города… Мы пытались перевербовать известных низовых членов – и тогда их трупы тоже всплывали в каналах города. Это долгая и давняя игра в кошки-мышки на выживание, детка. Теперь и ты в мышеловке.
С новым бокалом он подошел к дивану и цепко взглянул на меня. Я подобрала под себя ноги. Почему-то показалось, что так надежнее, что ли.
– И знаешь, что? Борись, девочка, или беги. Но помни – тогда из охотника ты станешь подстреленной дичью. С нами у тебя больше шансов остаться в живых.
Я несколько раз прокрутила в голове сказанное, пока Камор прикладывался к горькой настойке. Бежать? Но мне некуда бежать… Кажется. У меня нет здесь друзей, а на болотах тем более никто не захочет помогать сомнительной ледяной колдунье. Кажется, дневной план прыгать в окно и скрываться – какой-то не очень хороший и проработанный.
– Какой кошмар… – я сокрушенно покачала головой. Все это очень грустно. Хотелось бы мне, чтобы все было хорошо. Чтобы не приходилось разбивать чужие сакральные вазы, прятать окровавленные перчатки, мечтать о недостижимом, куда-то бежать и прятаться, каяться за то, что родилась магом, и вечно бояться.
– Хэй, детка, вот это тебя развезло с одной порции! – хохотнул Камор, прихлебывая из своего бокала. – Ты же хотела поговорить, так спрашивай.
– Да, кажется, хотела… – почесав макушку, будто пытаясь разогнать сонные думы, я пыталась перебирать в голове все интересовавшие меня вопросы, но они упорно не желали перебираться. Так что пришлось хватать первый попавшийся. – Какую Миссию выполняют агенты Империи в Асмариане?
– Разведка, в первую очередь. Контроль иностранных правительств – по лучшим канонам нашего Министерства. Вообще, у каждого – своя Миссия. Моей – было внедрение в Круг. Я идеально для этого подходил.
– А моей? – повернувшись к Камору и глупо улыбаясь, я случайно выронила на пол пустой бокал, который тут же покатился куда-то в сторону. – Ой…
– Да, детка, – пробормотал парень, провожая взглядом укатывающийся в угол к другому мусору бокал, – напомни мне в следующий раз наливать тебе еще меньше… Твоя Миссия. Хмм, а ты не в курсе?
– Неа, – активно помотала я головой. Ой, какое странное чувство. Распитие алкогольных напитков было бы куда приятнее, не сопровождайся оно вечным звоном и тяжестью.
– Тогда я тоже не смогу тебе сказать. Я просто не знаю. Спроси у Аксельрода. Вообще, это он заведует всеми миссиями города.
– Он не говорит, – мне внезапно взгрустнулось.
– Странно… Но, если он отдал тебя в ученицы Тильгенмайеру, значит, все идет по плану. Предлагаю просто плыть по течению и не выдавать себя. Ты, конечно, иногда можешь сойти за провинциалку-глупышку, но это не поможет на длинной дистанции.
– Хорошо, – улыбнулась я, растягивая гласные в этом длинном слове. В голове что-то приятно булькало и дымилось.
– Надо будет как-то встретиться нам втроем с Друвером, – пробормотал Камор, потирая щетинистый подбородок. Затем он перевел слегка осоловевший взгляд на меня и чуть улыбнулся. – Ты ему понравилась. В этом мы согласны.
– О, это так здорово… – прошептала, не в силах вложить громкости в голос. – Он тоже ничего. Забавный. Себастьяна нашел… А еще мне завтра переезжать. Я пойду…
Я попыталась подняться с дивана, но голова сильно закружилась, и пришлось уцепиться за подлокотник, чтобы не упасть. Камор внимательно наблюдал за моими неловкими телодвижениями, но сам не двигался с места. С третьей попытки у меня получилось встать на ноги, но высота оказалась слишком большой, и очень захотелось сесть обратно. А лучше лечь, закрыть глаза и…
– Эй-эй, Минати, не спать! – через мгновение я уже оказалась в руках подскочившего Друида, тщетно пытаясь приоткрыть непослушные глаза. – Взрослые девочки не спят стоя, слышишь? Сейчас мы тебя отведем в твою комнату, а то скоро начнет светать.
– Светать? Хорошо… Ка-мор… – я подслеповато улыбалась, пытаясь глядеть прямо в глубокие черные глаза, аккуратно проводя пальцем по небритой щеке. – Ты красивый, знаешь… Как принц из сказки… Но только уже не принц… Хи-хи…
– Ты хоть иногда перестаешь обо мне думать? – он мягко улыбнулся, продолжая полуобнимать меня. Мягко и очень нежно, как дорогую игрушку.
Он и сам был изрядно пьян. Не так сильно, как я, но… Изрядно. Наверное, поэтому, он просто наклонился, удерживая меня, и легонько прикоснулся к моим губам. Я ответила. Невозможно думать весь вечер, всю юность – и не сделать этого. Долго и медленно, два пьяных и очень одиноких человека, целовались. Будто пробуя, какого это – не быть только с собой. Я, наверное, пыталась ему рассказать о том, как мне не хватает искреннего человеческого общения и друзей, как быстро надоедает распространяемая нами ложь и как невозможно из нее выпутаться… Он желал поделиться очень старой болью и горем. Не помню, сколько времени это длилось, да и разве считают время, проведенное с принцами? Разве что, только оторвавшись, Камор слабо улыбнулся и сказал:
– Знаешь, детка, я с тобой не справлюсь.
В его пьяных черных глазах, прикрытых пушистыми ресницами, читалась легкая досада:
– Нет, Минати, ты – не она... Как жаль...
Она? Я вспомнила ту грустную певицу. Риш. Видимо, речь шла о ней.
Он невесомо провел тыльной стороной ладони по моей горячей щеке.
– Прости.
– Она тоже Друид, Камор? – прошептала так, будто кто-то может услышать этот секрет. Решила, что нужно уточнить. Вдруг я опять все не так поняла.
– Нет, слава Митаре, конечно, нет!
И эта мысль явно приносила ему невероятное облегчение.
Наваждение окончательно спало. Я больше не та шестнадцатилетняя девочка. А обаятельный Камор беззаветно и тайно любит другую. Этот парень, принц, в которого я была нелепо влюблена в школе, который явился ко мне во сне и наяву, явно был не из моей сказки. Поэтому я лишь кивнула и ответно улыбнулась. Наверное, это здорово, иметь хороших верных… Приятелей? Не знаю, со мной это давно не происходило.
Приобнявшись, как добрые давние знакомые, мы медленно вышли из спальни Камора по направлению к моей комнате. Теперь я знала, что не одна. И в этом «гиблом прогнившем месте» у меня есть человек, на которого можно положиться.
Мелодия: Infinite Stream – Beginning of a Way
Ингельда все никак не могла решить, как относиться к факту переезда. С одной стороны, она была рада сопровождать меня и перестать выполнять многочисленные сложные ритуалы и традиции Дома Круга. С другой стороны, не расценят ли соседи по Торговому району отъезд дочери поставщика овощей к столу Круга, как отлучение? Вдруг начнут сплетничать, что сам дворецкий Дома прогнал ее?! Всеми этими мыслями она немедленно поделилась со мной, пока я умывалась, пытаясь прийти в себя после ночной попойки. Казалось бы, всего один бокальчик, ну что такого? И я в очередной раз дала слово, что больше не буду пить вместе с Камором.
Были в той ночной ситуации, конечно, и плюсы… Мужчина, о котором все женщины и девицы Асмариана имели непристойные фантазии, действительно прекрасно целовался. Так, что из мыслей пропадали любые тревоги и мелочи. Жить хотелось именно в текущем моменте.
Болтая со служанкой и пытаясь унять ее нервозность, я не услышала, как в дверь постучали. Зато Ингельда, бывшая всегда на стороже, спросив разрешения, ушла посмотреть, кто пришел в такой ранний час. Любопытный Себастьян не преминул воспользоваться возможностью поболтать, пока мы оказались наедине:
– Ты вчера так поспешно убежала… Я полночи тебя прождал, а ты вернулась под утро пьяная. Кажется, это был второй раз за довольно короткий промежуток времени. С тобой все в порядке, Мина?
Я даже слегка опешила и перестала расчесывать длинные черные волосы. Конечно, со мной все было в порядке! Это что же – мой кот обвиняет меня в пьянстве? Да уж… Докатилась. Вот стоило только разочек дать себе волю! Ну ладно, два разочка.
– Я должна была проверить одну гипотезу… – максимально старалась подбирать слова, чтобы ненароком не сболтнуть лишнего. – По работе.
– Какие есть у тебя доказательства, что я, как ты красочно выразилась, шпион? – прищурившись, Камор продолжал нависать надо мной, загораживая остатки света и заполняя собой все видимое пространство. От него пахло крепким алкоголем и каким-то тонким древесным парфюмом. Черные глаза были пусты, как два бездонных озера, и не выражали ровным счетом ничего. Тихо выдохнув, я прошептала:
– Я тебя вспомнила. Тогда, восемь лет назад в Академии…
Друид резко вскинул руку, отчего я сразу же замолчала и внутренне сжалась. Но взгляда не отвела. Он будет меня бить. Еще один любитель распускать руки на мою голову. Нет, все-таки, я не умею выбирать мужчин для бесед. Но неужели я обозналась?! Тогда почему… Почему он не сдал меня? Впрочем, прошло столько лет, я могла и не узнать его. Хотя в свое время, кажется, вся Академия знала о моей «детской любви» к незнакомцу. Да чтоб бесы меня забрали, это все время был он, он!.. Но ведь повзрослев я и думать обо всем этом забыла, так может, все-таки обозналась… А что, если он прямо сейчас возьмет и поведет меня к Аксельроду! Или к Тильгенмайеру?! Панические мысли метались как бешеные пчелки, но я категорически старалась держать лицо. Видимо, это стало для Друида последней каплей.
– Ну, Минати, право, это не серьезно! – засмеялся в полный голос Камор. Довольная расслабленная улыбка снова цвела на его лице. И только теперь до меня, наконец, дошло, что он так проверял меня. – Видела бы ты свое лицо!
– Да иди ты к серному бесу, Камор! – и с силой я попыталась отпихнуть его от себя, впрочем, не сдвинув с места. Все-таки потрогала! Уже не сдерживая заливистый хохот, парень направился к огромному барно-алькогольному шкафу.
– Зачем ты открылся мне?! – вопрошала, пытаясь уместить в голове мысль, что была права, и Кругом города Асмариан действительно руководят два имперских агента. – Ведь это опасно!
– Хотел показать, что мы на одной стороне. Ты пить будешь?
– Пить?! Он спрашивает, буду ли я пить?! – вот теперь удерживать надо было меня. – Камор, да ты своим признанием мне всю картину мира перевернул. Только что были лишь я и Аксельрод – в одной лодке вдвоем. Но, выходит, ты тоже с нами. Это ведь существенно все меняет!
– Так будешь или нет? – наслаждаясь моим замешательством и оттого широко улыбаясь, Друид продолжал спокойно взбалтывать что-то зеленое. – Можем о работе поговорить и позже.
– Буду… – я сдалась. Нет, право, я теперь понимала Панталора Гиланджи, который бесился от этой улыбки, но злиться на этого засранца не могла. Все-таки, после внезапного открытия, он будто стал немного ближе. Как частичка дома.
– Правильное решение, детка. Выпивка, – подняв бокал и половив сквозь изумрудно-зеленую жидкость свет, – нередко помогает расслабиться. А уж если ты среди ночи заявилась прямо ко мне в спальню – значит у тебя явно самые серьезные намерения.
– Скорее – просто серьезный разговор. Без намерений, – улыбнулась я, принимая бокал. А память тут же подкинула недавние мыслишки о красивом теле коллеги по опасной шпионской деятельности. И приятные ощущения на кончиках пальцев. Интересно, может что-то еще нас связывает?
– Будь у меня больше времени, уверяю, ты уже была бы от меня без ума! – усмехнулся Друид. – И пришла бы с намерением не только раскрыть мою вторую жизнь молчаливым стенам и портретам. Может быть даже сама предложила бы что-то большее. Садись уже куда-нибудь, не стой! – сам Друид накинул на плечи какую-то легкую накидку и удобно расположился на большом потертом диване, не расплескав при этом ни одной капли напитка. Я уселась в противоположном углу. На всякий случай.
– Тебе не холодно? – спросил Камор, поглядывая на меня поверх своего бокала. Удивленно насупившись, я осмотрела сорочку и тонкий халат. Ингельда сказала бы, что я скомпрометировала себя на всю жизнь. Ночью полураздетая прибежала к едва знакомому полураздетому мужчине с загубленной репутацией и пью сейчас вместе с ним что-то очень крепкое. Ни один приличный принц не позвал бы такую замуж.
– Нет. Я ведь не чувствую холода. Это моя стихия. Но спасибо за заботу… Что мы пьем?
– Не узнала? – Камор широко ухмыльнулся, повертел в руке бокал. – Кампадус. На этот раз – разбавленный.
– А, та дрянь, что мы пили на маскараде?
– Все верно. Друидская яблочная настойка.
Так мы и сидели в тишине, не смотря друг на друга, потихоньку потягивая крепкую настойку. Внезапно мне было теперь тепло и уютно. Грела мысль о том, что в этом непонятном и опасном мире Друидов есть человек, на которого можно положиться. Который такой же, как я, но при этом знает не в меру больше меня. И живет буквально под боком. И не является Аксельродом. Что я теперь думала о той давней встрече? Что тогда мы наверняка были другими людьми. Что я много наивно фантазировала и мечтала, а он просто проходил мимо.
Мне наконец представилась возможность получше рассмотреть украшение в левом ухе Камора. Женский взгляд не обманул, это действительно был морион. Каждому выпускнику Академии актуальной дипломатии помимо диплома и направления на работу вручали по маленькой бархатной коробочке. Внутри на благородно-красной подушке лежал необработанный черный морион. «Морион – имперский шпион» – шутили мои одногруппники... Многие носили его при себе как талисман, многие, как я, прятали и старались забыть то место, где он лежал. А Камор вставил крошечный камень в серьгу и носил его то ли с гордостью, то ли с вызовом.
Заметив мой пристальный взгляд, Друид пробормотал:
– А ведь я тебя узнал, сразу, как только ты подошла ко мне во время маскарада… Забавно, ты стала одной из последних, кого я увидел, в Империи, – Камор говорил тихо, медленно вращая бокал в руке. – Вот она – память шпиона. В голове хранит все, что нужно и, что давно пора бы было уничтожить… Тут, конечно, есть Акшар, но она и старше, и огонь в ней темный…
– А что такое с Акшар? – чуть заплетающимся языком спросила я, откинув голову на спинку дивана. Он такой мягкий, а меня опять будто укачало.
– Ты не знала? Акшар тоже из наших, – будничным тоном проговорил Камор. Меня же, как будто хорошенько встряхнуло электрической волной. Сонливость на какое-то время отступила.
– Постой… Акшар тоже из Империи?!
– А что тебя удивляет? – ухмыльнулся устало и как-то горько Камор. – Ты знаешь, сколько Аксельроду лет? А сколько из них он провел тут, на болотах? Вот столько лет и существует разведывательная программа, нацеленная на Друидов. Мы внедрялись на очень разные посты. Но немногие выжили.
– Как… Немногие? Они нас как-то вычисляют? – отравленный алкоголем мозг воспринимал информацию гораздо более спокойно, чем это было бы в обычном состоянии.
– Потери исчисляются десятками, детка… Удачных операций очень мало, – Камор вздохнул и пошел вновь наполнять бокал. Я жестом отказалась от второй порции. – У них здесь мощная контрразвдека. Наши агенты пытались внедриться к ним – и позже мы находили лишь трупы в каналах города… Мы пытались перевербовать известных низовых членов – и тогда их трупы тоже всплывали в каналах города. Это долгая и давняя игра в кошки-мышки на выживание, детка. Теперь и ты в мышеловке.
С новым бокалом он подошел к дивану и цепко взглянул на меня. Я подобрала под себя ноги. Почему-то показалось, что так надежнее, что ли.
– И знаешь, что? Борись, девочка, или беги. Но помни – тогда из охотника ты станешь подстреленной дичью. С нами у тебя больше шансов остаться в живых.
Я несколько раз прокрутила в голове сказанное, пока Камор прикладывался к горькой настойке. Бежать? Но мне некуда бежать… Кажется. У меня нет здесь друзей, а на болотах тем более никто не захочет помогать сомнительной ледяной колдунье. Кажется, дневной план прыгать в окно и скрываться – какой-то не очень хороший и проработанный.
– Какой кошмар… – я сокрушенно покачала головой. Все это очень грустно. Хотелось бы мне, чтобы все было хорошо. Чтобы не приходилось разбивать чужие сакральные вазы, прятать окровавленные перчатки, мечтать о недостижимом, куда-то бежать и прятаться, каяться за то, что родилась магом, и вечно бояться.
– Хэй, детка, вот это тебя развезло с одной порции! – хохотнул Камор, прихлебывая из своего бокала. – Ты же хотела поговорить, так спрашивай.
– Да, кажется, хотела… – почесав макушку, будто пытаясь разогнать сонные думы, я пыталась перебирать в голове все интересовавшие меня вопросы, но они упорно не желали перебираться. Так что пришлось хватать первый попавшийся. – Какую Миссию выполняют агенты Империи в Асмариане?
– Разведка, в первую очередь. Контроль иностранных правительств – по лучшим канонам нашего Министерства. Вообще, у каждого – своя Миссия. Моей – было внедрение в Круг. Я идеально для этого подходил.
– А моей? – повернувшись к Камору и глупо улыбаясь, я случайно выронила на пол пустой бокал, который тут же покатился куда-то в сторону. – Ой…
– Да, детка, – пробормотал парень, провожая взглядом укатывающийся в угол к другому мусору бокал, – напомни мне в следующий раз наливать тебе еще меньше… Твоя Миссия. Хмм, а ты не в курсе?
– Неа, – активно помотала я головой. Ой, какое странное чувство. Распитие алкогольных напитков было бы куда приятнее, не сопровождайся оно вечным звоном и тяжестью.
– Тогда я тоже не смогу тебе сказать. Я просто не знаю. Спроси у Аксельрода. Вообще, это он заведует всеми миссиями города.
– Он не говорит, – мне внезапно взгрустнулось.
– Странно… Но, если он отдал тебя в ученицы Тильгенмайеру, значит, все идет по плану. Предлагаю просто плыть по течению и не выдавать себя. Ты, конечно, иногда можешь сойти за провинциалку-глупышку, но это не поможет на длинной дистанции.
– Хорошо, – улыбнулась я, растягивая гласные в этом длинном слове. В голове что-то приятно булькало и дымилось.
– Надо будет как-то встретиться нам втроем с Друвером, – пробормотал Камор, потирая щетинистый подбородок. Затем он перевел слегка осоловевший взгляд на меня и чуть улыбнулся. – Ты ему понравилась. В этом мы согласны.
– О, это так здорово… – прошептала, не в силах вложить громкости в голос. – Он тоже ничего. Забавный. Себастьяна нашел… А еще мне завтра переезжать. Я пойду…
Я попыталась подняться с дивана, но голова сильно закружилась, и пришлось уцепиться за подлокотник, чтобы не упасть. Камор внимательно наблюдал за моими неловкими телодвижениями, но сам не двигался с места. С третьей попытки у меня получилось встать на ноги, но высота оказалась слишком большой, и очень захотелось сесть обратно. А лучше лечь, закрыть глаза и…
– Эй-эй, Минати, не спать! – через мгновение я уже оказалась в руках подскочившего Друида, тщетно пытаясь приоткрыть непослушные глаза. – Взрослые девочки не спят стоя, слышишь? Сейчас мы тебя отведем в твою комнату, а то скоро начнет светать.
– Светать? Хорошо… Ка-мор… – я подслеповато улыбалась, пытаясь глядеть прямо в глубокие черные глаза, аккуратно проводя пальцем по небритой щеке. – Ты красивый, знаешь… Как принц из сказки… Но только уже не принц… Хи-хи…
– Ты хоть иногда перестаешь обо мне думать? – он мягко улыбнулся, продолжая полуобнимать меня. Мягко и очень нежно, как дорогую игрушку.
Он и сам был изрядно пьян. Не так сильно, как я, но… Изрядно. Наверное, поэтому, он просто наклонился, удерживая меня, и легонько прикоснулся к моим губам. Я ответила. Невозможно думать весь вечер, всю юность – и не сделать этого. Долго и медленно, два пьяных и очень одиноких человека, целовались. Будто пробуя, какого это – не быть только с собой. Я, наверное, пыталась ему рассказать о том, как мне не хватает искреннего человеческого общения и друзей, как быстро надоедает распространяемая нами ложь и как невозможно из нее выпутаться… Он желал поделиться очень старой болью и горем. Не помню, сколько времени это длилось, да и разве считают время, проведенное с принцами? Разве что, только оторвавшись, Камор слабо улыбнулся и сказал:
– Знаешь, детка, я с тобой не справлюсь.
В его пьяных черных глазах, прикрытых пушистыми ресницами, читалась легкая досада:
– Нет, Минати, ты – не она... Как жаль...
Она? Я вспомнила ту грустную певицу. Риш. Видимо, речь шла о ней.
Он невесомо провел тыльной стороной ладони по моей горячей щеке.
– Прости.
– Она тоже Друид, Камор? – прошептала так, будто кто-то может услышать этот секрет. Решила, что нужно уточнить. Вдруг я опять все не так поняла.
– Нет, слава Митаре, конечно, нет!
И эта мысль явно приносила ему невероятное облегчение.
Наваждение окончательно спало. Я больше не та шестнадцатилетняя девочка. А обаятельный Камор беззаветно и тайно любит другую. Этот парень, принц, в которого я была нелепо влюблена в школе, который явился ко мне во сне и наяву, явно был не из моей сказки. Поэтому я лишь кивнула и ответно улыбнулась. Наверное, это здорово, иметь хороших верных… Приятелей? Не знаю, со мной это давно не происходило.
Приобнявшись, как добрые давние знакомые, мы медленно вышли из спальни Камора по направлению к моей комнате. Теперь я знала, что не одна. И в этом «гиблом прогнившем месте» у меня есть человек, на которого можно положиться.
Глава 8.2. К чему могут привести ночные прогулки
Мелодия: Infinite Stream – Beginning of a Way
Ингельда все никак не могла решить, как относиться к факту переезда. С одной стороны, она была рада сопровождать меня и перестать выполнять многочисленные сложные ритуалы и традиции Дома Круга. С другой стороны, не расценят ли соседи по Торговому району отъезд дочери поставщика овощей к столу Круга, как отлучение? Вдруг начнут сплетничать, что сам дворецкий Дома прогнал ее?! Всеми этими мыслями она немедленно поделилась со мной, пока я умывалась, пытаясь прийти в себя после ночной попойки. Казалось бы, всего один бокальчик, ну что такого? И я в очередной раз дала слово, что больше не буду пить вместе с Камором.
Были в той ночной ситуации, конечно, и плюсы… Мужчина, о котором все женщины и девицы Асмариана имели непристойные фантазии, действительно прекрасно целовался. Так, что из мыслей пропадали любые тревоги и мелочи. Жить хотелось именно в текущем моменте.
Болтая со служанкой и пытаясь унять ее нервозность, я не услышала, как в дверь постучали. Зато Ингельда, бывшая всегда на стороже, спросив разрешения, ушла посмотреть, кто пришел в такой ранний час. Любопытный Себастьян не преминул воспользоваться возможностью поболтать, пока мы оказались наедине:
– Ты вчера так поспешно убежала… Я полночи тебя прождал, а ты вернулась под утро пьяная. Кажется, это был второй раз за довольно короткий промежуток времени. С тобой все в порядке, Мина?
Я даже слегка опешила и перестала расчесывать длинные черные волосы. Конечно, со мной все было в порядке! Это что же – мой кот обвиняет меня в пьянстве? Да уж… Докатилась. Вот стоило только разочек дать себе волю! Ну ладно, два разочка.
– Я должна была проверить одну гипотезу… – максимально старалась подбирать слова, чтобы ненароком не сболтнуть лишнего. – По работе.
