Каждый первый богач и модник надевает их по поводу и без. Как могла такая вещица попасть сюда, пусть и в руки такого уважаемого человека, как Член Круга? Нет, он совсем не похож на то, как должен выглядеть Друид… Или, хотя бы, житель друидского города… По моим представлениям. Хотя, он и придерживается черных цветов в одежде, как и должен Воплощающий Землю. Да и люди ему, кажется, прощают странности.
– Ах, это! – ухмыльнулся Камор, жестом указывая на очки. – Подарок одного хорошего приятеля на годовщину назначения. Он и тебе может что-нибудь достать. Если хорошенько меня попросишь.
– Благодарю, лиджев, – пробормотала я, пытаясь теперь понять, какие такие друзья имеют возможность дарить подобные подарки. Это важно. Это ключ к личности. Вряд ли этим другом был тот рыжий Друвер. Кто-то из торговцев? Может караванщики? У них здесь серьезно развита караванная сеть…
– Лиджев? – с глумливым смешком переспросил Камор. – Со мной можно и на ты. Ведь мы уже пили с тобой. Или ты забыла? Кстати, повторим?
– Я… С радостью, Камор, – немного замешкавшись ответила вежливо. Хотелось, очень хотелось изучить этого человека. Он не казался ни опасным, ни коварным, скорее интригующим.
– Заметано. Так. А расскажи-ка о себе, иностранка. Как ты сюда попала? Чем так зацепила сразу обоих – и Аксельрода, и Тильгенмайера?
Кажется, этот брюнет не собирался отступать и желал продолжить допрос. В его черных очках отражались блики солнца, и я совершенно не могла разглядеть, что таится за темнотой стекла. Прохожие останавливались и отвешивали нам поклоны разной степени вежливости. Кому-то Друид отвечал, кого-то удостаивал лишь улыбкой или кивком. И продолжал выжидание.
– На самом деле, я малопримечательная личность и мне не о чем особенно рассказывать. Родом из Пелепленеса. Сирота, – повела я плечом, грустно улыбнувшись. Такая еще недавно неприемлемая ложь, теперь легко соскальзывала с языка, оставляя после себя привкус легкого удивления самой собой. – Практически с младенчества воспитывалась в Приюте. Родителей своих не помню. Как проявился магический дар, была зачислена в Чертог. А уж чем зацепила, я не имею ни малейшего разумения. На одно надеюсь – что не подведу тех, кто в меня поверил.
– Я слышал, ты ледяная колдунья, – произнес Камор чуть задумавшись. – А лед – это почти вода.
– Разве это имеет значение?
– Хм… Просто мысли вслух. Я своих родителей тоже лишился. Давно.
– Соболезную, – проговорила тихо. От разговора, внезапно ставшего таким личным, становилось немного не по себе.
– О, нет-нет, они живы. Наверное. А как ты осталась си…
– Я слышала «зов»… – выпалила, чтобы побыстрее перевести беседу в более нейтральное русло. Но момент отметила. Что-то у Камора неладное с семьей. От моей новости Друид оживился, нежно погладил мою кисть, покоящуюся у него на сгибе локтя. От ласкового прикосновения по всему телу разбежались взъерошенные мурашки.
– Значит, с тобой еще не все потеряно! Надежда есть. Да, почти пришли.
Покинув тенистую аллейку, мы вышли на большую площадь, за которой раскинулся огромный парк. Его огромные деревья не были заключены в тесные рамки заборов и оттого создавали впечатление небольшого дикого леса. Не сбавляя шага, Камор стремительно шел по лесопарку, по его скрипящим отсыпанным дорожкам. Вокруг пели птицы и из земли поднимались первые весенние цветы. Впереди, меж могучих безлистых веток показалось огромное, устремленное ввысь здание. Меж блоков серо-коричневого камня расположились стрельчатые окна и балкончики с узкими ажурными оградами. Не останавливаясь, Камор пояснил:
– Бат-Абдир аки Митеймаар Агриан. Моя вотчина. Мы ненадолго забежим ознакомиться с парой документов и пойдем дальше.
Я понимала, что сейчас мы войдем в одно из местных министерств. Потому что, как ни называй, но каждый Член Круга, на наш, имперский лад, был министром, а значит, управлял чем-то большим. Вряд ли мои шпионские наблюдения в данном месте будут полезны Аксельроду, но оглядеться не помешает. На том и порешив, я попыталась высвободить руку, но Друид крепче прижал меня к себе и отрицательно покачал головой, все также довольно и галантно улыбаясь. Так, сцепившись друг с другом, мы проникли в Бат-Абдир аки Митеймаар Агриан. Я – чувствуя себя скорее посрамленной (что там этот Камор говорил про традиции и про то, что народ не поймет?!), а Друид – невозмутимый как скала.
Центральный холл первого этажа выполнен все тем же серо-коричневым песчаником, а пол украшали красные ковры, из-под которых выглядывал кое-где побитый паркет. Кажется, здесь давно не делали ремонт. И это бросалась в глаза, особенно в сравнении с помпезностью залов Департамента Имперской безопасности. Не говоря уже о великолепии и просторе Императорского дворца. Стоило нам войти, как к Камору тут же подлетел маленький патлатый мужичок в черном мундире, застегнутом на все пуговицы, передавливающим большой живот.
– Гилам ватам, лиджев, мы вас заждались! Некоторые доклады уже не терпят отлагательств!
– Сэн Кубер, будьте так любезны, зачитайте самые срочные из них, – приказал Камор, ни на мгновение на останавливаясь и начиная взбираться по широкой лестнице. Моей руки он также не отпускал.
Вверх и вниз то и дело сновали служащие, почтительно уступавшие нам дорогу, раскланивающиеся и приветливые. Бат-Абдир аки Митеймаар Агриан гудел как разбуженный улей, в котором быстрые пчелки стараются поскорее и как можно лучше выполнить свою работу. Кубер, бросив на меня неодобрительный взгляд, переспросил.
– Лиджев, вы уверены? Вы позволяете мне сломать печать и зачитать вслух то, что там написано?
– А вам что-то не понятно с первого раза? – хмыкнул Камор. А я вновь отметила стальную нотку, проявившуюся в его обычно доброжелательном и игривом тоне.
Поднявшись на второй этаж, мы свернули направо. Здесь чиновники, одетые во все черное, тоже шарахались, буквально прижимаясь к стенам отделки темного дерева. Член Круга не обращал на это преклонение никакого внимания. А я жадно выхватывала из толпы и запоминала десятки новых лиц. Кубер сломал печать, громко, так, чтобы начальник слышал, развернул письмо желтой бумаги и зачитал.
– «Срочное донесение. Завтра вечером в Прибрежном районе в Шатрах лиджи Понни будет заключен контракт на поставку дурана на сумму в десять тысяч золотых монтари. Красный Овес передает информацию от Вепря…»
Дочитать Кубер не успел. Камор шквальным ветром налетел на него, выдернул из руки измятое письмо и сорвал с носа темные очки. Его угольно-черные глаза пылали, дыхание сбилось, а длинные тонкие пальцы уже комкали несчастный лист. Чиновник побледнел и вытянулся в струнку. Даже живот, казалось, уменьшился на пару размеров.
– В отставку у меня уйдешь, – прошипел Камор и, резко развернувшись, вновь предложил мне локоть. Отказываться я не стала и так мы молча дошли до массивных деревянных дверей, ведущих в Самый Главный Кабинет. Кабинет Члена Круга. Двое стражников неслышно открыли и закрыли их за нами. Я чуть прикусила губу, вспомнив вид растерянного и замершего сэна Кубера, который так и остался стоять как столб среди оживленного коридора. Камор тем временем дочитывал перемятую бумагу. После чего закинул донесение в растопленный камин и грохнулся в объемное кресло, стоящее возле большого рабочего стола.
– Дубина… – только и выдавил он, массируя виски. – Нет, каков идиот!
Это он уже обращался ко мне.
– Я могу чем-то помочь, Камор?
– Сможешь забыть то, что услышала? Тогда будешь большая молодец.
И, криво усмехнувшись, Член Круга указал мне на пару кресел для посетителей. А затем, закинув ноги на стол, принялся быстро листать бумаги и прямо навесу вписывать какие-то замечания. Я аккуратно села на предложенное сидение, сложила руки на колени и, обводя неспешным взглядом убранство, принялась лихорадочно соображать.
За спиной Камора огромное красивое окно. Напоминает кабинет, где нас принимал Император…
Он сказал, что у него есть какие-то «друзья», достающие эксклюзивные вещи. Что за друзья такие?
Каминную полку украшали разные стеклянные статуэтки и вазочки. В одной, грустно поникнув головой, стояла засохшая роза. Огонь ярко пылал, дожевывая последние уголки письма.
Донесение от Красного Овса и Вепря. Похоже на оперативные псевдонимы…
Стены заставлены огромными книжными шкафами. Запылившимися. Лишь некоторые корешки выглядят так, будто их берут в руки. Жаль, что тут так мало растений. Это даже как-то непривычно. Лишь мертвая роза.
Какое дело Члену Круга и Воплощающему Землю до каких-то сделок? Аксельрод в своей книге разъяснял, что Бат-Абдир аки Митеймаар Агриан в первую очередь занимается экономикой. Неизвестные «они» поставляют дуран. А Лелей говорила… Сделка незаконная? Тайная? Хмм… Как если бы…
– Так-так… Им срочно требуется парочка магов земли или Друидов для «вспоможения в весенних полевых работах». Где я возьму столько магов земли? – забормотал вслух Камор. Он нервно покачивал мыском черного сапога и пожевывал карандаш в серебряной оправе. Потом почесал острым кончиком тщательно ухоженную щетину. И громко крикнул. – Позовите Базиля!
И вот в дверь уже тихо стучатся и получают резкое приглашение войти. На пороге стоит приятный молодой человек. Тоже весь в черном и более скромный, чем владелец кабинета. Недоуменно глянув на меня, он отвешивает несколько поклонов, приглаживает соломенные волосы. Камор же, не теряя времени и убрав ноги со стола, приказывает твердым слегка небрежным тоном. Тоном человека, который что-то решил и не потерпит возражений и промедлений.
– На полях за городом требуется помощь. Скоро сойдет снег, и крестьяне выйдут на пахоту. У нас нет того количества магов земли, что они требуют. Поэтому собери самых талантливых Друидов из Земледельческой службы и посмотрите, что можно с этим сделать.
– Принято, лиджев, – быстро кивнул юноша. – Позволите идти?
– Только не облажайтесь там, – вздернул подбородок Камор. Он поглядывал на Базиля чуть свысока. – Судя по донесению, крестьяне ожидают большой урожай этим летом. Наша задача помочь им и наполнить казну. Бери этот вопрос под свой личный контроль целиком.
– Да, лиджев, – еще раз кивнул блондин и вышел. Искоса коротко взглянув на меня.
Вдруг кольнуло сердце. Этот Базиль напомнил моего дорогого друга Лэтти. Как он там сейчас?.. А мама с папой? Переживают и, наверное, не спят ночами. Лишь бы не ссорились… Лэтти обещал их навещать, а он всегда умел развеселить и приободрить любую компанию. Его доброго юмора ужасно не хватает.
– Так, – Камор с громким дзынем бросил на стол карандаш и убрал просмотренные бумаги в верхний ящик стола. На его лице снова цвела расслабленная довольная улыбка, а взгляд целиком сосредоточился на мне. – Детка, я надеюсь, что ты еще не устала и не голодна. День только начался и это даже не первая остановка, а так, разминочка.
– Я готова идти, Камор, – улыбнулась, вставая с места.
– Чудесно. Мы не пойдем через центральный вход, там в это время обычно толкается слишком много людей. А нам сейчас не до них. Пойдем.
И Камор, сдвинув очки со лба на нос, подошел к книжной полке. Потянув на себя один из корешков, он открыл тщательно замаскированный гобеленом проход в стене. Отодвинув ткань, пропустил меня первой, горячо шепнув перед этим на ухо:
– Там внизу темно и мрачно. Ты же не боишься темноты?
– Темнота – это лишь временное отсутствие света, – улыбнулась в ответ и шагнула на первую ступеньку, чуть придерживая шляпку и ускорившееся сердцебиение. Кажется, я начала что-то понимать в восторгах девушек.
– Изречение великого шахриматского поэта Зэзэби, – ухмылялся где-то позади Камор. Я вела пальцами по стене, чтобы чувствовать хоть какую-то опору. – Любишь читать умные книжки? Поразительно, какие редкости иногда находятся в приютских библиотеках.
А ведь это папин любимый поэт. Он мог декламировать стихи Зэзэби о жизни и любви часами и ему никогда не надоедало. А потом до кругов перед глазами работать в домашней библиотеке. Продолжать дела, начатые днем в Императорских лабораториях. А я так легко похоронила его словами…
После темных затхлых неосвещенных коридоров залитый солнцем сад казался божественно прекрасным. Разноцветные птички гонялись друг за другом, пели и громко галдели. Всюду разносились свежие гремучие запахи, и земля просыпалась от долгого зимнего сна. Вместе с ней будто просыпалась и я. И память волнами прибоя выносила на поверхность воспоминания.
Камор снова предложил мне локоть и не стал больше расспрашивать ни о чем личном. Признался, что отпустил компанию помощников, секретарей и телохранителей, с которыми обычно работал на обходе. Выходило, что теперь мы будем только вдвоем. Он не собирался упускать возможности пообщаться наедине с прекрасной интересной девушкой. Пытаясь найти тему для разговора, я восхитилась архитектурой. И теперь Друида было не остановить.
Он напомнил, что Асмариан – очень древнее поселение, основанное несколько тысяч лет назад гномами. Что никто не знает, куда гномы пропали после завоевания города Друидами. Они будто в одночасье испарились, забрав с собой множество ценностей и завалив проходы под землю. Ни одна экспедиция так и не смогла пробиться сквозь груды и груды осыпавшегося камня. А потом было принято неоднозначное решение прекратить исследования, чтобы не будить серных бесов в заброшенных лабиринтах туннелей и бывших в свое время бичом Асмариана.
Камор рассказывал эти старинные легенды с живостью верующего человека, а я все ловила себя на мысли, что не могу поверить в услышанное. Боги существуют. Я это уже уяснила. И Тильгенмайер даже разбил сегодня статую моей богини. Дальше – больше. Существуют мифические правительницы Тиффалейских островов – русалки. Существуют основатели Асмариана – гномы. А под самим Асмарианом существуют серные бесы. Не в виде ночных кошмаров, а как настоящие существа из плоти и крови. И если это так… То в Академии актуальной дипломатии нас совершенно не подготовили к жизни в мире, отличающемся от нашего. Мире, наполненном ожившими легендами и жуткими монстрами. Мире магии.
Мелодия: Adrian von Ziegler – Ghost Bride
Тем временем Камор продолжал разглагольствовать. Одной из главных его забот была «сантапан» – большая ярмарка, которая проводилась каждые две недели в санда. В этот день весь город превращался в огромный рынок, куда съезжались торговцы с самых разных концов Великого болота, чтобы провести множество сделок, купить что-то новое или избавиться от хлама и, главное, заключить договоры с караванщиками. Асмариан был самым крупным городом-государством с крепкой караванной связью с Вольными Городами Побережья и почти не имел конкурентов на этой почве. Конечно, звучит это красиво и мощно, но все, как всегда, сводилось к рутине. Например, сейчас мы должны будем посетить одного весьма уважаемого Правителя, который владел почти всеми складами города.
– И кого мы должны навестить? – уточнила я.
– Лиджев Панталора Гиланджи. Отвратительный субъект. Скупой прижимистый скупердяй. За ним нужен глаз да глаз. В прочем, ты и сама скоро все увидишь. Мы почти на месте.
За интересной беседой я не заметила, как священные камни Района Круга сменились широким мостом и брусчаткой Района Правителей. Быстрым шагом преодолев еще некоторое расстояние, мы оказались перед огромным поместьем, прятавшимся за высоким каменным забором.
– Ах, это! – ухмыльнулся Камор, жестом указывая на очки. – Подарок одного хорошего приятеля на годовщину назначения. Он и тебе может что-нибудь достать. Если хорошенько меня попросишь.
– Благодарю, лиджев, – пробормотала я, пытаясь теперь понять, какие такие друзья имеют возможность дарить подобные подарки. Это важно. Это ключ к личности. Вряд ли этим другом был тот рыжий Друвер. Кто-то из торговцев? Может караванщики? У них здесь серьезно развита караванная сеть…
– Лиджев? – с глумливым смешком переспросил Камор. – Со мной можно и на ты. Ведь мы уже пили с тобой. Или ты забыла? Кстати, повторим?
– Я… С радостью, Камор, – немного замешкавшись ответила вежливо. Хотелось, очень хотелось изучить этого человека. Он не казался ни опасным, ни коварным, скорее интригующим.
– Заметано. Так. А расскажи-ка о себе, иностранка. Как ты сюда попала? Чем так зацепила сразу обоих – и Аксельрода, и Тильгенмайера?
Кажется, этот брюнет не собирался отступать и желал продолжить допрос. В его черных очках отражались блики солнца, и я совершенно не могла разглядеть, что таится за темнотой стекла. Прохожие останавливались и отвешивали нам поклоны разной степени вежливости. Кому-то Друид отвечал, кого-то удостаивал лишь улыбкой или кивком. И продолжал выжидание.
– На самом деле, я малопримечательная личность и мне не о чем особенно рассказывать. Родом из Пелепленеса. Сирота, – повела я плечом, грустно улыбнувшись. Такая еще недавно неприемлемая ложь, теперь легко соскальзывала с языка, оставляя после себя привкус легкого удивления самой собой. – Практически с младенчества воспитывалась в Приюте. Родителей своих не помню. Как проявился магический дар, была зачислена в Чертог. А уж чем зацепила, я не имею ни малейшего разумения. На одно надеюсь – что не подведу тех, кто в меня поверил.
– Я слышал, ты ледяная колдунья, – произнес Камор чуть задумавшись. – А лед – это почти вода.
– Разве это имеет значение?
– Хм… Просто мысли вслух. Я своих родителей тоже лишился. Давно.
– Соболезную, – проговорила тихо. От разговора, внезапно ставшего таким личным, становилось немного не по себе.
– О, нет-нет, они живы. Наверное. А как ты осталась си…
– Я слышала «зов»… – выпалила, чтобы побыстрее перевести беседу в более нейтральное русло. Но момент отметила. Что-то у Камора неладное с семьей. От моей новости Друид оживился, нежно погладил мою кисть, покоящуюся у него на сгибе локтя. От ласкового прикосновения по всему телу разбежались взъерошенные мурашки.
– Значит, с тобой еще не все потеряно! Надежда есть. Да, почти пришли.
Покинув тенистую аллейку, мы вышли на большую площадь, за которой раскинулся огромный парк. Его огромные деревья не были заключены в тесные рамки заборов и оттого создавали впечатление небольшого дикого леса. Не сбавляя шага, Камор стремительно шел по лесопарку, по его скрипящим отсыпанным дорожкам. Вокруг пели птицы и из земли поднимались первые весенние цветы. Впереди, меж могучих безлистых веток показалось огромное, устремленное ввысь здание. Меж блоков серо-коричневого камня расположились стрельчатые окна и балкончики с узкими ажурными оградами. Не останавливаясь, Камор пояснил:
– Бат-Абдир аки Митеймаар Агриан. Моя вотчина. Мы ненадолго забежим ознакомиться с парой документов и пойдем дальше.
Я понимала, что сейчас мы войдем в одно из местных министерств. Потому что, как ни называй, но каждый Член Круга, на наш, имперский лад, был министром, а значит, управлял чем-то большим. Вряд ли мои шпионские наблюдения в данном месте будут полезны Аксельроду, но оглядеться не помешает. На том и порешив, я попыталась высвободить руку, но Друид крепче прижал меня к себе и отрицательно покачал головой, все также довольно и галантно улыбаясь. Так, сцепившись друг с другом, мы проникли в Бат-Абдир аки Митеймаар Агриан. Я – чувствуя себя скорее посрамленной (что там этот Камор говорил про традиции и про то, что народ не поймет?!), а Друид – невозмутимый как скала.
Центральный холл первого этажа выполнен все тем же серо-коричневым песчаником, а пол украшали красные ковры, из-под которых выглядывал кое-где побитый паркет. Кажется, здесь давно не делали ремонт. И это бросалась в глаза, особенно в сравнении с помпезностью залов Департамента Имперской безопасности. Не говоря уже о великолепии и просторе Императорского дворца. Стоило нам войти, как к Камору тут же подлетел маленький патлатый мужичок в черном мундире, застегнутом на все пуговицы, передавливающим большой живот.
– Гилам ватам, лиджев, мы вас заждались! Некоторые доклады уже не терпят отлагательств!
– Сэн Кубер, будьте так любезны, зачитайте самые срочные из них, – приказал Камор, ни на мгновение на останавливаясь и начиная взбираться по широкой лестнице. Моей руки он также не отпускал.
Вверх и вниз то и дело сновали служащие, почтительно уступавшие нам дорогу, раскланивающиеся и приветливые. Бат-Абдир аки Митеймаар Агриан гудел как разбуженный улей, в котором быстрые пчелки стараются поскорее и как можно лучше выполнить свою работу. Кубер, бросив на меня неодобрительный взгляд, переспросил.
– Лиджев, вы уверены? Вы позволяете мне сломать печать и зачитать вслух то, что там написано?
– А вам что-то не понятно с первого раза? – хмыкнул Камор. А я вновь отметила стальную нотку, проявившуюся в его обычно доброжелательном и игривом тоне.
Поднявшись на второй этаж, мы свернули направо. Здесь чиновники, одетые во все черное, тоже шарахались, буквально прижимаясь к стенам отделки темного дерева. Член Круга не обращал на это преклонение никакого внимания. А я жадно выхватывала из толпы и запоминала десятки новых лиц. Кубер сломал печать, громко, так, чтобы начальник слышал, развернул письмо желтой бумаги и зачитал.
– «Срочное донесение. Завтра вечером в Прибрежном районе в Шатрах лиджи Понни будет заключен контракт на поставку дурана на сумму в десять тысяч золотых монтари. Красный Овес передает информацию от Вепря…»
Дочитать Кубер не успел. Камор шквальным ветром налетел на него, выдернул из руки измятое письмо и сорвал с носа темные очки. Его угольно-черные глаза пылали, дыхание сбилось, а длинные тонкие пальцы уже комкали несчастный лист. Чиновник побледнел и вытянулся в струнку. Даже живот, казалось, уменьшился на пару размеров.
– В отставку у меня уйдешь, – прошипел Камор и, резко развернувшись, вновь предложил мне локоть. Отказываться я не стала и так мы молча дошли до массивных деревянных дверей, ведущих в Самый Главный Кабинет. Кабинет Члена Круга. Двое стражников неслышно открыли и закрыли их за нами. Я чуть прикусила губу, вспомнив вид растерянного и замершего сэна Кубера, который так и остался стоять как столб среди оживленного коридора. Камор тем временем дочитывал перемятую бумагу. После чего закинул донесение в растопленный камин и грохнулся в объемное кресло, стоящее возле большого рабочего стола.
– Дубина… – только и выдавил он, массируя виски. – Нет, каков идиот!
Это он уже обращался ко мне.
– Я могу чем-то помочь, Камор?
– Сможешь забыть то, что услышала? Тогда будешь большая молодец.
И, криво усмехнувшись, Член Круга указал мне на пару кресел для посетителей. А затем, закинув ноги на стол, принялся быстро листать бумаги и прямо навесу вписывать какие-то замечания. Я аккуратно села на предложенное сидение, сложила руки на колени и, обводя неспешным взглядом убранство, принялась лихорадочно соображать.
За спиной Камора огромное красивое окно. Напоминает кабинет, где нас принимал Император…
Он сказал, что у него есть какие-то «друзья», достающие эксклюзивные вещи. Что за друзья такие?
Каминную полку украшали разные стеклянные статуэтки и вазочки. В одной, грустно поникнув головой, стояла засохшая роза. Огонь ярко пылал, дожевывая последние уголки письма.
Донесение от Красного Овса и Вепря. Похоже на оперативные псевдонимы…
Стены заставлены огромными книжными шкафами. Запылившимися. Лишь некоторые корешки выглядят так, будто их берут в руки. Жаль, что тут так мало растений. Это даже как-то непривычно. Лишь мертвая роза.
Какое дело Члену Круга и Воплощающему Землю до каких-то сделок? Аксельрод в своей книге разъяснял, что Бат-Абдир аки Митеймаар Агриан в первую очередь занимается экономикой. Неизвестные «они» поставляют дуран. А Лелей говорила… Сделка незаконная? Тайная? Хмм… Как если бы…
– Так-так… Им срочно требуется парочка магов земли или Друидов для «вспоможения в весенних полевых работах». Где я возьму столько магов земли? – забормотал вслух Камор. Он нервно покачивал мыском черного сапога и пожевывал карандаш в серебряной оправе. Потом почесал острым кончиком тщательно ухоженную щетину. И громко крикнул. – Позовите Базиля!
И вот в дверь уже тихо стучатся и получают резкое приглашение войти. На пороге стоит приятный молодой человек. Тоже весь в черном и более скромный, чем владелец кабинета. Недоуменно глянув на меня, он отвешивает несколько поклонов, приглаживает соломенные волосы. Камор же, не теряя времени и убрав ноги со стола, приказывает твердым слегка небрежным тоном. Тоном человека, который что-то решил и не потерпит возражений и промедлений.
– На полях за городом требуется помощь. Скоро сойдет снег, и крестьяне выйдут на пахоту. У нас нет того количества магов земли, что они требуют. Поэтому собери самых талантливых Друидов из Земледельческой службы и посмотрите, что можно с этим сделать.
– Принято, лиджев, – быстро кивнул юноша. – Позволите идти?
– Только не облажайтесь там, – вздернул подбородок Камор. Он поглядывал на Базиля чуть свысока. – Судя по донесению, крестьяне ожидают большой урожай этим летом. Наша задача помочь им и наполнить казну. Бери этот вопрос под свой личный контроль целиком.
– Да, лиджев, – еще раз кивнул блондин и вышел. Искоса коротко взглянув на меня.
Вдруг кольнуло сердце. Этот Базиль напомнил моего дорогого друга Лэтти. Как он там сейчас?.. А мама с папой? Переживают и, наверное, не спят ночами. Лишь бы не ссорились… Лэтти обещал их навещать, а он всегда умел развеселить и приободрить любую компанию. Его доброго юмора ужасно не хватает.
– Так, – Камор с громким дзынем бросил на стол карандаш и убрал просмотренные бумаги в верхний ящик стола. На его лице снова цвела расслабленная довольная улыбка, а взгляд целиком сосредоточился на мне. – Детка, я надеюсь, что ты еще не устала и не голодна. День только начался и это даже не первая остановка, а так, разминочка.
– Я готова идти, Камор, – улыбнулась, вставая с места.
– Чудесно. Мы не пойдем через центральный вход, там в это время обычно толкается слишком много людей. А нам сейчас не до них. Пойдем.
И Камор, сдвинув очки со лба на нос, подошел к книжной полке. Потянув на себя один из корешков, он открыл тщательно замаскированный гобеленом проход в стене. Отодвинув ткань, пропустил меня первой, горячо шепнув перед этим на ухо:
– Там внизу темно и мрачно. Ты же не боишься темноты?
– Темнота – это лишь временное отсутствие света, – улыбнулась в ответ и шагнула на первую ступеньку, чуть придерживая шляпку и ускорившееся сердцебиение. Кажется, я начала что-то понимать в восторгах девушек.
– Изречение великого шахриматского поэта Зэзэби, – ухмылялся где-то позади Камор. Я вела пальцами по стене, чтобы чувствовать хоть какую-то опору. – Любишь читать умные книжки? Поразительно, какие редкости иногда находятся в приютских библиотеках.
А ведь это папин любимый поэт. Он мог декламировать стихи Зэзэби о жизни и любви часами и ему никогда не надоедало. А потом до кругов перед глазами работать в домашней библиотеке. Продолжать дела, начатые днем в Императорских лабораториях. А я так легко похоронила его словами…
После темных затхлых неосвещенных коридоров залитый солнцем сад казался божественно прекрасным. Разноцветные птички гонялись друг за другом, пели и громко галдели. Всюду разносились свежие гремучие запахи, и земля просыпалась от долгого зимнего сна. Вместе с ней будто просыпалась и я. И память волнами прибоя выносила на поверхность воспоминания.
Камор снова предложил мне локоть и не стал больше расспрашивать ни о чем личном. Признался, что отпустил компанию помощников, секретарей и телохранителей, с которыми обычно работал на обходе. Выходило, что теперь мы будем только вдвоем. Он не собирался упускать возможности пообщаться наедине с прекрасной интересной девушкой. Пытаясь найти тему для разговора, я восхитилась архитектурой. И теперь Друида было не остановить.
Он напомнил, что Асмариан – очень древнее поселение, основанное несколько тысяч лет назад гномами. Что никто не знает, куда гномы пропали после завоевания города Друидами. Они будто в одночасье испарились, забрав с собой множество ценностей и завалив проходы под землю. Ни одна экспедиция так и не смогла пробиться сквозь груды и груды осыпавшегося камня. А потом было принято неоднозначное решение прекратить исследования, чтобы не будить серных бесов в заброшенных лабиринтах туннелей и бывших в свое время бичом Асмариана.
Камор рассказывал эти старинные легенды с живостью верующего человека, а я все ловила себя на мысли, что не могу поверить в услышанное. Боги существуют. Я это уже уяснила. И Тильгенмайер даже разбил сегодня статую моей богини. Дальше – больше. Существуют мифические правительницы Тиффалейских островов – русалки. Существуют основатели Асмариана – гномы. А под самим Асмарианом существуют серные бесы. Не в виде ночных кошмаров, а как настоящие существа из плоти и крови. И если это так… То в Академии актуальной дипломатии нас совершенно не подготовили к жизни в мире, отличающемся от нашего. Мире, наполненном ожившими легендами и жуткими монстрами. Мире магии.
Глава 7.3. Ашанти
Мелодия: Adrian von Ziegler – Ghost Bride
Тем временем Камор продолжал разглагольствовать. Одной из главных его забот была «сантапан» – большая ярмарка, которая проводилась каждые две недели в санда. В этот день весь город превращался в огромный рынок, куда съезжались торговцы с самых разных концов Великого болота, чтобы провести множество сделок, купить что-то новое или избавиться от хлама и, главное, заключить договоры с караванщиками. Асмариан был самым крупным городом-государством с крепкой караванной связью с Вольными Городами Побережья и почти не имел конкурентов на этой почве. Конечно, звучит это красиво и мощно, но все, как всегда, сводилось к рутине. Например, сейчас мы должны будем посетить одного весьма уважаемого Правителя, который владел почти всеми складами города.
– И кого мы должны навестить? – уточнила я.
– Лиджев Панталора Гиланджи. Отвратительный субъект. Скупой прижимистый скупердяй. За ним нужен глаз да глаз. В прочем, ты и сама скоро все увидишь. Мы почти на месте.
За интересной беседой я не заметила, как священные камни Района Круга сменились широким мостом и брусчаткой Района Правителей. Быстрым шагом преодолев еще некоторое расстояние, мы оказались перед огромным поместьем, прятавшимся за высоким каменным забором.
