Юг по муравейнику вроде определили правильно и пошли к дороге. На полпути Финист обнаружил мох на старом дереве и радостно возвестил о том, что растет этот мох лучше на северной стороне, поэтому по нему тоже можно ориентироваться. Дженни, которая, пока искали муравьев, видела этот мох раз сто, никак не меньше, заскрипела зубами и напомнила себе, что пинать подопечного еще более непедагогично, чем его обзывать. И по головам подопечных бить тоже нельзя. Так же как и вон той сухой веткой по спине.
Финист, не подозревавший о том, какие желания обуревают спутницу, весело шел по лесу. Прорубая дорогу сквозь кустарники, зачем-то стуча рукоятью меча по сухим деревьям и рассуждая о том, что скоро пойдут грибы. Куда эти грибы пойдут, Дженни даже знать не хотела.
Потом дрога, наконец, нашлась. Финист уточнил по дереву с мохом, где находится север и Дженни, повела его за руку влево, чувствуя себя старшей сестрой не особо умного братца. Впрочем, «братец» этому чувству исчезнуть не давал, словно поставил себе цель каждый раз превосходить самого себя если не в глупости, то в странности точно.
Сначала он надолго застыл над коровьим следом посреди подсохшей лужи. В следе все еще оставалась вода и там что-то червеобразное шевелилось. А вокруг него ореолом расселись белые бабочки, которые даже добрых молодцев почему-то не боялись.
Финист стоял и смотрел на след, хмуря лоб. Дженни стояла рядом и не понимала, что он там высмотрел. Наконец, девушка не выдержала и спросила об этом. И Финист, торжественно и с подвываниями поведал какую-то дикую историю о мальчике, который испил воды из козлиного следа и сам стал козлом. И потому теперь добрый молодец решал великую проблему — закопать этот след, чтобы детей не соблазнял, или само высохнет?
Дженни заглянула в мутную водичку и поняла, что ею не соблазнится даже самый неприхотливый ребенок, а потом треснула Финиста ладонью по затылку и мрачно сказала:
— Это коровий след.
— Должен быть козлиный, — не согласился добрый молодец.
— Я дочь фермера! И коровий след от всех остальных точно отличу! — вспылила Дженни и указала вперед. — Пошли!
— Ну, если отличишь… — с сомнением протянул Финист, но спорить не стал и послушно пошел.
Потом Финисту захотелось сделать доброе дело и помочь вырасти большим и красивым маленькому деревцу на обочине. Дженни еле уговорила его никуда не лезть и не обламывать ветви. Через сотню шагов Финист опять нашел кому помочь — нетрезвому мужику, спящему под кустом и уже обворованному — кто-то ушлый украл у него сапоги.
Несчастного обиженного и босого мужика Финист нес на руках, как красивую девушку. И, наверное, донес бы до его родного села, если бы мужик не проснулся, не вырвался с воплями и не умчался куда-то в глубину леса, громко подозревая Финиста в сексуальных связах с тещей. С чьей именно тещей, мужик не уточнял, но добрый молодец все равно обиделся.
А потом, как только Дженни решила, что на этом приключения на сегодня закончились и дальше можно идти спокойно, из туч затянувших небо начало капать. Где-то далеко раздался громовой раскат, стало еще темнее, а потом прямо над головами путешественников сверкнула молния.
— Мама, — сказал Финист и присел.
— Ты что, молний боишься? — удивилась Дженни.
— Нет, но мне не нравятся когда они так близко…
— Идем искать укрытие, — решила Дженни, больше всего желая встретить очередного гостеприимного лесовика.
Но на лесовиков им на этот раз не повезло — ни один не попался на пути. Зато, довольно скоро Финист опять остановился и уставился на что-то слева. Дженни нетерпеливо дернула его за руку, намекая, что лучше идти вперед, пока дорога не размокла и не превратилась в непроходимое болото. Добрый молодец не внял, так что пришлось Дженни остановиться и выругаться.
— Там гора, большая, — наконец ожил Финист и указал рукой куда-то вправо.
Дженни честно посмотрела, но ничего так и не высмотрела — небо было темное, кроны деревьев не светлее, да и дождь не помогал что-то рассмореть.
— Не вижу, — призналась Дженни.
— Там молния сверкнула и ее стало видно. Она недалеко. Может в ней пещера есть?
Дженни пожала плечами, а потом вспомнила, что Мурзик говорил о чем-то неожиданном, вроде подводной лодки посреди степи. А увидеть какую-то гору посреди равнинного леса Дженни точно не ожидала. Так что это вполне могло оказаться то место, к которому вела карта.
— Ты направление запомнил? — спросила девушка.
— Запомнил, — уверенно ответил Финист.
— Тогда веди! — велела Дженни и они пошли.
Как оказалось, деревья пока дождь не пропускали и идти по лесу было гораздо приятнее, чем по дороге — ничего не капало за шиворот и не пыталось промочить насквозь. Правда, счастье длилось не долго. Финист направление запомнил правильно и вскоре они вышли к горе, которая оказалась рукотворным сооружением, похожим на пирамиду майя.
— Вот, гора, — с гордостью сказал Финист и указал пальцем на находку.
— Ищем вход, — решила Дженни немного помедитировав на успевший усилиться дождь.
Добрый молодец радостно кивнул и выскочил на поляну с пирамидой.
Дженни нехотя поплелась следом. Сама же захотела сопровождать это недоразумение. Никто за язык не тянул. А раз взялась, придется донести эту тяжесть до конца.
— Лишь бы до победного, — пробормотала Дженни. — А то ведь могут быть варианты, вплоть до мужского.
Поляна была очень симпатичная и очень нравилась Миррет. Обедать на такой, рассевшись на расстеленных покрывалах и найденных в безразмерной сумке подушках — сплошное удовольствие. Особенно когда можно прижаться плечом к одному некроманту и слушать, как лягушка тоном любящей мамочки рассказывает Аркалелю о вреде алкоголя.
А потом пришел Яй-Каай и все испортил.
— Вот! — мрачно сказал он, удивляя мир теперь уже синяками под обоими глазами, что делало его похожим на панду.
А еще у божества была оцарапана щека и перебинтована правая кисть.
— Вы что подрались? — с удивлением спросил Луи. Как-то он был лучшего мнения о богах.
— А, дурные бабы, — проворчал бог. — И стена, — добавил, посмотрев на перебинтованную руку. — Но сейчас не о том. Я вам подвиг принес.
И улыбнулся. Широко и доброжелательно, как Дедушка Мороз, принесший послушным детям подарки.
— Где он? — мрачно спросила Миррет, заглянув Яй-Кааю за спину, словно там мог прятаться лев со стальной шкурой или трехголовый пес.
— Мы портал настроили, — сказал бог и зашарил по карманам. После двух минут поисков, когда даже Миррет успела заскучать и отвлечься, а лягушка вернулась к лекции о вреде пьянства и его влиянии на семейные отношения, Яй-Каай наконец что-то нашел и вытащил на свет мешочек из завязанного узлом клетчатого носового платка. — Внутри путеводный клубочек, точнее то, что от него осталось. Кто же знал, что древние артефакты с таким аппетитом ест моль? А вредная старуха новый дать не захотела… В общем, развяжете, когда готовы будете тронуться в путь и он вас выведет куда надо.
— А куда нам надо? — с подозрением спросил Луи.
— К гидре. Точнее, как гидре… к какому-то ее дальнему родственнику. Еле его нашли, хорошо прятался все это время. Точнее, как прятался… сидел себе дома, изредка выходил, притворяясь драконом, овец драл и жрал. А рыцари, которые ходили с ним сражаться, возвращались не в себе.
— В смысле, не в себе? — забеспокоилась Миррет.
— Да просто дураки они, неученые, большинство даже читать не умеют. А он им то устройство мира покажет, то иллюзию открытого космоса создаст, то еще какую-то пакость. Вот они маленько с ума и сходили. Одного даже на костре сожгли, — объяснил улыбчивый бог.
— Ага, — сказала Миррет.
А Луи взял увязанный в платочек клубок и вежливо поблагодарил.
— Ах, да, за клубком следует идти. Именно пешком. На машине нельзя, — заявил Яй-Каай, отступая от облагодетельствованных подвигом людей. — Это довольно медлительный артефакт, хотя и точный.
С этим бог и пропал, оставив Миррет размышлять о том, что ее то ли опять провели, то ли послали в какое-то нехорошее место, то ли решили испытать работоспособность поеденного молью артефакта. И завести этот клубочек на самом деле может куда угодно, в том числе и в пасть ближайшего дракона. Такого здоровенного, величиной с гору.
— Я пока не поем, никуда не пойду, — гордо сказала Аллочка и расправила плечи.
— Правильно, голодать тебе нельзя, вон какая тощенькая, — проворчал волк, за что получил возмущенный взгляд и обещание отстрелить хвост.
Поеденный молью клубок освобождали из платка осторожно, как будто это был не волшебный клок шерсти, а натуральная мина. Оказалось, оно того не стоило. Зрелище оказалось жалким, а не страшным.
— Похоже его не только моль, а еще и мыши ели, — задумчиво сказала Миррет и потыкала в лохматое и пыльное нечто пальцем. — А как им пользоваться?
— Бросить на землю, он и поведет куда побитый божок загадал, — ответила лягушка. — Эх, видела бы это Баба Яга. Прокляла бы божков утащивших один из ее клубочков. Она же их с такой любовью делает. Сама овец стрижет, сама шерсть в ручье вымывает, потом сама же сушит и чешет. А потом скручивает нить, обязательно при полной луне и под волчьи песни. Потом эту нить в травяных настоях вымачивает, и сушит, вплетая еще и магию. И только после этого нить в клубочек мотает. А они даже сохранить не сумели. Эх.
— Может сжечь его будет гуманнее? — спросил Луи, глядя на клубок с большим сомнением. Если бы он сам был артефактом и кто-то довел бы его до такого состояния, то он бы обязательно отомстил первому, кто под руку подвернется. А подвернулись клубочку именно они.
— Сначала пускай доведет до чудовища, а потом мы его кремируем и похороним, — торжественно пообещала Миррет. — Ну что, идем?
— Идем, — согласился Луи, хотя клубочку все равно не доверял.
Остальные спорить не стали.
Луи оказался прав — клубочек определенно стал мстить людям. То в болото их завел, которое маскировалось под веселую зеленую полянку. То в колючие кусты, как после оказалось, единственные колючие в том месте. То и вовсе стал петлять кругами среди молодых дубков и, если бы эльфийка не стала эти деревья вскоре узнавать, так бы и петлял до вечера.
— А может нам найти где-то моль и начать ему угрожать? — спросил Луи после того, как клубочек привел компанию на край глубокого оврага с глиняными крутыми склонами.
Девушки и даже лягушка посмотрели на некроманта осуждающе, а клубочек подумал и покатился вдоль оврага, свернул обратно в лес, а потом докатился до ручья, с размаха в него шлепнулся.
— Кажется, он решил утопиться, — задумчиво сказала Аллочка, а Луи чертыхнулся и бросился вылавливать ценный артефакт.
Потом они его по очереди выжимали, а волк сушил с помощью магически управляемого теплого ветра. Клубочек после этого еще больше распушился, но выглядеть стал гораздо приятнее. Да и побежал дальше гораздо веселее и больше не плутал среди дубков и болот, хотя завести в колючие кусты все равно норовил при каждом удобном случае.
— Может он настроился? — спросила сама у себя Миррет.
— Возможно, — сказал волк и в небе громыхнуло.
Приключенцы дружно задрали головы и обнаружили, что синие с легкими перистыми облаками небеса поменялись на серые, затянутые дождевыми тучами.
— Мы портал прошли! — первой сообразила Миррет.
— А тут скоро дождь начнется, — обрадовала всех лягушка, которую наслушавшийся душеспасительных лекций Аркалель нес в кармане, из которого она время от времени выглядывала.
— Вот дождя нам и не хватало, — проворчал Луи, у которого и так хлюпало в кроссовках.
Дождь тоже считал, что его не хватает компании, бредущей за поеденным молью клубком. Поэтому начал шелестеть листвой над головами. Потом отдельные капли пробирались сквозь листяной заслон и били по плечам и головам, а когда клубочек вывел на поляну с непонятным сооружением, оказалось, что небеса успели разродиться ливнем и изливали на землю воду тоннами.
— Твою ж маму, — оценил открывшийся пейзаж Луи.
Выходить на поляну ему сразу же не захотелось. Клубочек, видимо, был солидарен с некромантом и в нерешительности застыл под очередным колючим кустом. Девушки дружно поежились, эльф втянул голову в плечи, и только волк смотрел на поляну, как генерал на вражескую территорию, которую собирался захватить в предстоящем бою.
— Думаю, нам нужно в то строение, — сказал он задумчиво.
— Строение? — переспросила Миррет, удивленно посмотрев на преподавателя.
— Вот та куча на самом деле рукотворна, — уверенно сказал волк. — И там должен быть вход. Тем более, нашего чудища нигде не видно…
— А может оно не на этой поляне, — засомневалась Миррет, которую ливень совсем не вдохновлял на исследования.
— Надо проверить, — за всех решил волк и схватив клубочек, бросил его под ливень.
Несчастный проводник подскочил и уныло покатился к сооружению.
Приключенцы переглянулись и пошли за первопроходцем. А когда он их довел до входа в ступенчатую пирамиду, точнее, к воротам, в которых кто-то прорубил здоровенную дыру, они даже не заподозрили, что должны кланяться клубочку в землю и всячески его восхвалять. Потому что немногим ранее Финисту и Дженни пришлось очень долго ходить вокруг пирамиды, прежде, чем они нашли ворота, скрывавшиеся за разросшимися кустарниками и ползучими растениями.
Мокрые, продрогшие и очень злые Дженни и Финист уже несколько часов, если верить ощущениям, бродили по лабиринту внутри пирамиды, собирая на себя пыль, паутину и дохлых пауков. Изредка по дороге встречались мыши, никогда не видевшие людей и поэтому бесстрашно застывавшие у них на пути, чтобы получше рассмотреть этакое диво. Где-то далеко что-то пищало и капало. А Финист и Дженни упорно шли, проклиная непонятно кого каждый на своем языке.
Компании из эльфов, оборотней, богининой дочери и некроманта повезло гораздо больше — у них был клубочек, который в лабиринте ориентировался неплохо, а из-за того? что там было очень грязно, пытался добраться до конечной цели как можно быстрее. Но к чудищу первыми дошли все равно Финист с Дженни и застыли в дверях, удивленно его рассматривая.
— Это что? — наконец спросил Финист, так и не сумев понять, где у крылатого холма непонятного серо-бурого цвета искать голову, сколько у него лап и что за непонятный столбик торчит снизу, напоминая о посаженных на кол разбойниках, о которых доброму молодцу рассказала все та же бабушка.
— Понятия не имею, — честно призналась Дженни, у которой огромные крылья ассоциировались с ангелами, а расцветка существа с выходцами из ада.
— И что нам теперь делать? — задал Финист следующий вопрос.
— Побеждать это, — уверенно сказала Дженни.
Финист обнажил меч и неуверенно на него посмотрел. Чудище было большое и кладенец на его фоне выглядел несерьезной щепкой. И, возможно, он в итоге бы додумался до того, что надо напасть и все само как-то решится, но тут подоспела вторая группа борцов с чудовищами. И, вместо того, чтобы сражаться, Финист затеял скандал, а они у него всегда неплохо получались, причем сами собой. Как-то он был так устроен, что временами в нем просыпалась догадливость и он сразу же ею пользовался.
— Конкуренты на наше чудище! — завопил он и выставил перед собой меч.
Конкуренты остановились и посмотрели на него кто с интересом, кто с удивлением.
Финист, не подозревавший о том, какие желания обуревают спутницу, весело шел по лесу. Прорубая дорогу сквозь кустарники, зачем-то стуча рукоятью меча по сухим деревьям и рассуждая о том, что скоро пойдут грибы. Куда эти грибы пойдут, Дженни даже знать не хотела.
Потом дрога, наконец, нашлась. Финист уточнил по дереву с мохом, где находится север и Дженни, повела его за руку влево, чувствуя себя старшей сестрой не особо умного братца. Впрочем, «братец» этому чувству исчезнуть не давал, словно поставил себе цель каждый раз превосходить самого себя если не в глупости, то в странности точно.
Сначала он надолго застыл над коровьим следом посреди подсохшей лужи. В следе все еще оставалась вода и там что-то червеобразное шевелилось. А вокруг него ореолом расселись белые бабочки, которые даже добрых молодцев почему-то не боялись.
Финист стоял и смотрел на след, хмуря лоб. Дженни стояла рядом и не понимала, что он там высмотрел. Наконец, девушка не выдержала и спросила об этом. И Финист, торжественно и с подвываниями поведал какую-то дикую историю о мальчике, который испил воды из козлиного следа и сам стал козлом. И потому теперь добрый молодец решал великую проблему — закопать этот след, чтобы детей не соблазнял, или само высохнет?
Дженни заглянула в мутную водичку и поняла, что ею не соблазнится даже самый неприхотливый ребенок, а потом треснула Финиста ладонью по затылку и мрачно сказала:
— Это коровий след.
— Должен быть козлиный, — не согласился добрый молодец.
— Я дочь фермера! И коровий след от всех остальных точно отличу! — вспылила Дженни и указала вперед. — Пошли!
— Ну, если отличишь… — с сомнением протянул Финист, но спорить не стал и послушно пошел.
Потом Финисту захотелось сделать доброе дело и помочь вырасти большим и красивым маленькому деревцу на обочине. Дженни еле уговорила его никуда не лезть и не обламывать ветви. Через сотню шагов Финист опять нашел кому помочь — нетрезвому мужику, спящему под кустом и уже обворованному — кто-то ушлый украл у него сапоги.
Несчастного обиженного и босого мужика Финист нес на руках, как красивую девушку. И, наверное, донес бы до его родного села, если бы мужик не проснулся, не вырвался с воплями и не умчался куда-то в глубину леса, громко подозревая Финиста в сексуальных связах с тещей. С чьей именно тещей, мужик не уточнял, но добрый молодец все равно обиделся.
А потом, как только Дженни решила, что на этом приключения на сегодня закончились и дальше можно идти спокойно, из туч затянувших небо начало капать. Где-то далеко раздался громовой раскат, стало еще темнее, а потом прямо над головами путешественников сверкнула молния.
— Мама, — сказал Финист и присел.
— Ты что, молний боишься? — удивилась Дженни.
— Нет, но мне не нравятся когда они так близко…
— Идем искать укрытие, — решила Дженни, больше всего желая встретить очередного гостеприимного лесовика.
Но на лесовиков им на этот раз не повезло — ни один не попался на пути. Зато, довольно скоро Финист опять остановился и уставился на что-то слева. Дженни нетерпеливо дернула его за руку, намекая, что лучше идти вперед, пока дорога не размокла и не превратилась в непроходимое болото. Добрый молодец не внял, так что пришлось Дженни остановиться и выругаться.
— Там гора, большая, — наконец ожил Финист и указал рукой куда-то вправо.
Дженни честно посмотрела, но ничего так и не высмотрела — небо было темное, кроны деревьев не светлее, да и дождь не помогал что-то рассмореть.
— Не вижу, — призналась Дженни.
— Там молния сверкнула и ее стало видно. Она недалеко. Может в ней пещера есть?
Дженни пожала плечами, а потом вспомнила, что Мурзик говорил о чем-то неожиданном, вроде подводной лодки посреди степи. А увидеть какую-то гору посреди равнинного леса Дженни точно не ожидала. Так что это вполне могло оказаться то место, к которому вела карта.
— Ты направление запомнил? — спросила девушка.
— Запомнил, — уверенно ответил Финист.
— Тогда веди! — велела Дженни и они пошли.
Как оказалось, деревья пока дождь не пропускали и идти по лесу было гораздо приятнее, чем по дороге — ничего не капало за шиворот и не пыталось промочить насквозь. Правда, счастье длилось не долго. Финист направление запомнил правильно и вскоре они вышли к горе, которая оказалась рукотворным сооружением, похожим на пирамиду майя.
— Вот, гора, — с гордостью сказал Финист и указал пальцем на находку.
— Ищем вход, — решила Дженни немного помедитировав на успевший усилиться дождь.
Добрый молодец радостно кивнул и выскочил на поляну с пирамидой.
Дженни нехотя поплелась следом. Сама же захотела сопровождать это недоразумение. Никто за язык не тянул. А раз взялась, придется донести эту тяжесть до конца.
— Лишь бы до победного, — пробормотала Дженни. — А то ведь могут быть варианты, вплоть до мужского.
Поляна была очень симпатичная и очень нравилась Миррет. Обедать на такой, рассевшись на расстеленных покрывалах и найденных в безразмерной сумке подушках — сплошное удовольствие. Особенно когда можно прижаться плечом к одному некроманту и слушать, как лягушка тоном любящей мамочки рассказывает Аркалелю о вреде алкоголя.
А потом пришел Яй-Каай и все испортил.
— Вот! — мрачно сказал он, удивляя мир теперь уже синяками под обоими глазами, что делало его похожим на панду.
А еще у божества была оцарапана щека и перебинтована правая кисть.
— Вы что подрались? — с удивлением спросил Луи. Как-то он был лучшего мнения о богах.
— А, дурные бабы, — проворчал бог. — И стена, — добавил, посмотрев на перебинтованную руку. — Но сейчас не о том. Я вам подвиг принес.
И улыбнулся. Широко и доброжелательно, как Дедушка Мороз, принесший послушным детям подарки.
— Где он? — мрачно спросила Миррет, заглянув Яй-Кааю за спину, словно там мог прятаться лев со стальной шкурой или трехголовый пес.
— Мы портал настроили, — сказал бог и зашарил по карманам. После двух минут поисков, когда даже Миррет успела заскучать и отвлечься, а лягушка вернулась к лекции о вреде пьянства и его влиянии на семейные отношения, Яй-Каай наконец что-то нашел и вытащил на свет мешочек из завязанного узлом клетчатого носового платка. — Внутри путеводный клубочек, точнее то, что от него осталось. Кто же знал, что древние артефакты с таким аппетитом ест моль? А вредная старуха новый дать не захотела… В общем, развяжете, когда готовы будете тронуться в путь и он вас выведет куда надо.
— А куда нам надо? — с подозрением спросил Луи.
— К гидре. Точнее, как гидре… к какому-то ее дальнему родственнику. Еле его нашли, хорошо прятался все это время. Точнее, как прятался… сидел себе дома, изредка выходил, притворяясь драконом, овец драл и жрал. А рыцари, которые ходили с ним сражаться, возвращались не в себе.
— В смысле, не в себе? — забеспокоилась Миррет.
— Да просто дураки они, неученые, большинство даже читать не умеют. А он им то устройство мира покажет, то иллюзию открытого космоса создаст, то еще какую-то пакость. Вот они маленько с ума и сходили. Одного даже на костре сожгли, — объяснил улыбчивый бог.
— Ага, — сказала Миррет.
А Луи взял увязанный в платочек клубок и вежливо поблагодарил.
— Ах, да, за клубком следует идти. Именно пешком. На машине нельзя, — заявил Яй-Каай, отступая от облагодетельствованных подвигом людей. — Это довольно медлительный артефакт, хотя и точный.
С этим бог и пропал, оставив Миррет размышлять о том, что ее то ли опять провели, то ли послали в какое-то нехорошее место, то ли решили испытать работоспособность поеденного молью артефакта. И завести этот клубочек на самом деле может куда угодно, в том числе и в пасть ближайшего дракона. Такого здоровенного, величиной с гору.
— Я пока не поем, никуда не пойду, — гордо сказала Аллочка и расправила плечи.
— Правильно, голодать тебе нельзя, вон какая тощенькая, — проворчал волк, за что получил возмущенный взгляд и обещание отстрелить хвост.
Поеденный молью клубок освобождали из платка осторожно, как будто это был не волшебный клок шерсти, а натуральная мина. Оказалось, оно того не стоило. Зрелище оказалось жалким, а не страшным.
— Похоже его не только моль, а еще и мыши ели, — задумчиво сказала Миррет и потыкала в лохматое и пыльное нечто пальцем. — А как им пользоваться?
— Бросить на землю, он и поведет куда побитый божок загадал, — ответила лягушка. — Эх, видела бы это Баба Яга. Прокляла бы божков утащивших один из ее клубочков. Она же их с такой любовью делает. Сама овец стрижет, сама шерсть в ручье вымывает, потом сама же сушит и чешет. А потом скручивает нить, обязательно при полной луне и под волчьи песни. Потом эту нить в травяных настоях вымачивает, и сушит, вплетая еще и магию. И только после этого нить в клубочек мотает. А они даже сохранить не сумели. Эх.
— Может сжечь его будет гуманнее? — спросил Луи, глядя на клубок с большим сомнением. Если бы он сам был артефактом и кто-то довел бы его до такого состояния, то он бы обязательно отомстил первому, кто под руку подвернется. А подвернулись клубочку именно они.
— Сначала пускай доведет до чудовища, а потом мы его кремируем и похороним, — торжественно пообещала Миррет. — Ну что, идем?
— Идем, — согласился Луи, хотя клубочку все равно не доверял.
Остальные спорить не стали.
Луи оказался прав — клубочек определенно стал мстить людям. То в болото их завел, которое маскировалось под веселую зеленую полянку. То в колючие кусты, как после оказалось, единственные колючие в том месте. То и вовсе стал петлять кругами среди молодых дубков и, если бы эльфийка не стала эти деревья вскоре узнавать, так бы и петлял до вечера.
— А может нам найти где-то моль и начать ему угрожать? — спросил Луи после того, как клубочек привел компанию на край глубокого оврага с глиняными крутыми склонами.
Девушки и даже лягушка посмотрели на некроманта осуждающе, а клубочек подумал и покатился вдоль оврага, свернул обратно в лес, а потом докатился до ручья, с размаха в него шлепнулся.
— Кажется, он решил утопиться, — задумчиво сказала Аллочка, а Луи чертыхнулся и бросился вылавливать ценный артефакт.
Потом они его по очереди выжимали, а волк сушил с помощью магически управляемого теплого ветра. Клубочек после этого еще больше распушился, но выглядеть стал гораздо приятнее. Да и побежал дальше гораздо веселее и больше не плутал среди дубков и болот, хотя завести в колючие кусты все равно норовил при каждом удобном случае.
— Может он настроился? — спросила сама у себя Миррет.
— Возможно, — сказал волк и в небе громыхнуло.
Приключенцы дружно задрали головы и обнаружили, что синие с легкими перистыми облаками небеса поменялись на серые, затянутые дождевыми тучами.
— Мы портал прошли! — первой сообразила Миррет.
— А тут скоро дождь начнется, — обрадовала всех лягушка, которую наслушавшийся душеспасительных лекций Аркалель нес в кармане, из которого она время от времени выглядывала.
— Вот дождя нам и не хватало, — проворчал Луи, у которого и так хлюпало в кроссовках.
Дождь тоже считал, что его не хватает компании, бредущей за поеденным молью клубком. Поэтому начал шелестеть листвой над головами. Потом отдельные капли пробирались сквозь листяной заслон и били по плечам и головам, а когда клубочек вывел на поляну с непонятным сооружением, оказалось, что небеса успели разродиться ливнем и изливали на землю воду тоннами.
— Твою ж маму, — оценил открывшийся пейзаж Луи.
Выходить на поляну ему сразу же не захотелось. Клубочек, видимо, был солидарен с некромантом и в нерешительности застыл под очередным колючим кустом. Девушки дружно поежились, эльф втянул голову в плечи, и только волк смотрел на поляну, как генерал на вражескую территорию, которую собирался захватить в предстоящем бою.
— Думаю, нам нужно в то строение, — сказал он задумчиво.
— Строение? — переспросила Миррет, удивленно посмотрев на преподавателя.
— Вот та куча на самом деле рукотворна, — уверенно сказал волк. — И там должен быть вход. Тем более, нашего чудища нигде не видно…
— А может оно не на этой поляне, — засомневалась Миррет, которую ливень совсем не вдохновлял на исследования.
— Надо проверить, — за всех решил волк и схватив клубочек, бросил его под ливень.
Несчастный проводник подскочил и уныло покатился к сооружению.
Приключенцы переглянулись и пошли за первопроходцем. А когда он их довел до входа в ступенчатую пирамиду, точнее, к воротам, в которых кто-то прорубил здоровенную дыру, они даже не заподозрили, что должны кланяться клубочку в землю и всячески его восхвалять. Потому что немногим ранее Финисту и Дженни пришлось очень долго ходить вокруг пирамиды, прежде, чем они нашли ворота, скрывавшиеся за разросшимися кустарниками и ползучими растениями.
Мокрые, продрогшие и очень злые Дженни и Финист уже несколько часов, если верить ощущениям, бродили по лабиринту внутри пирамиды, собирая на себя пыль, паутину и дохлых пауков. Изредка по дороге встречались мыши, никогда не видевшие людей и поэтому бесстрашно застывавшие у них на пути, чтобы получше рассмотреть этакое диво. Где-то далеко что-то пищало и капало. А Финист и Дженни упорно шли, проклиная непонятно кого каждый на своем языке.
Компании из эльфов, оборотней, богининой дочери и некроманта повезло гораздо больше — у них был клубочек, который в лабиринте ориентировался неплохо, а из-за того? что там было очень грязно, пытался добраться до конечной цели как можно быстрее. Но к чудищу первыми дошли все равно Финист с Дженни и застыли в дверях, удивленно его рассматривая.
— Это что? — наконец спросил Финист, так и не сумев понять, где у крылатого холма непонятного серо-бурого цвета искать голову, сколько у него лап и что за непонятный столбик торчит снизу, напоминая о посаженных на кол разбойниках, о которых доброму молодцу рассказала все та же бабушка.
— Понятия не имею, — честно призналась Дженни, у которой огромные крылья ассоциировались с ангелами, а расцветка существа с выходцами из ада.
— И что нам теперь делать? — задал Финист следующий вопрос.
— Побеждать это, — уверенно сказала Дженни.
Финист обнажил меч и неуверенно на него посмотрел. Чудище было большое и кладенец на его фоне выглядел несерьезной щепкой. И, возможно, он в итоге бы додумался до того, что надо напасть и все само как-то решится, но тут подоспела вторая группа борцов с чудовищами. И, вместо того, чтобы сражаться, Финист затеял скандал, а они у него всегда неплохо получались, причем сами собой. Как-то он был так устроен, что временами в нем просыпалась догадливость и он сразу же ею пользовался.
— Конкуренты на наше чудище! — завопил он и выставил перед собой меч.
Конкуренты остановились и посмотрели на него кто с интересом, кто с удивлением.
