— Завались, — прошипел он, — я спросил: «Кто он мне?» Никто! А тебя я вообще впервые вижу! Про уговор он пришел напомнить… Подумал бы лучше о том, в каком положении сейчас ТЫ находишься, прежде чем рот раскрывать!
Несильно толкнув, отпуская моё лицо, он сел обратно. В глазах сверкала ненависть или, что другое, но всё одно — ничего хорошего взгляд его не сулил.
Кровь отлила у меня от головы, по спине побежали колючие мурашки, руки стали мелко дрожать. Пришлось плотно обхватить кружку – так не заметно, что они трясутся.
— Тогда я пойду. — Это была попытка «прощупать почву» – нужно было понять, что со мной собрались делать.
— Иди.
Я привстал, медленно поворачиваясь в сторону лестницы.
— Выход там, — кивнул Тартис в противоположную сторону.
«Понятно. Отпускать не собираются», — Сел на место.
Тартис продолжил:
— По лестнице отсюда могут выходить только свои.
— Ратибора-то вы выпустили.
— Он был под покровительством «дорогого гостя». Или ты скажешь, что и с Зохсиром знаком?
«Сказать-то я могу, но, боюсь, как-бы мне это «боком» не вышло».
— Ты Ратибору воровскому ремеслу обучиться предлагал.
— Так ты за этим сюда пришел?
— Нет. Но если это мне поможет – я не против.
— Специализацию выбрал?
— А какие есть?
— Не дури. Отвечай или проваливай.
— Замки вскрывать хочу!
Атаман поднял руку и щелкнул пальцами:
— Ирвин, время испытания!
Бармен поставил перед Тартисом шкатулку-сундучок, окованную металлическими полосами с округлыми заклёпками. Тот встал, положил одну руку на сундук, второй указывая на меня, спросил:
— Готов ли ты, Тильхель, пройти обряд посвящения и стать частью нашего братства? Надежным соратником для своих подельников, верным законам воровской чести?
— Готов.
— Начинаем?
— Да.
В голове зазвучал баритон: «Квест, «Испытание атамана», принят. Ограничения времени – нет. Награда: Профессия «медвежатник» и прием в гильдию воров».
— Вот, — Тартис подвинут шкатулку на середину стола, — открой.
Я повертел и так, и сяк, подергал крышку, попытался потрясти.
— Она заперта!
— Ты же замки хочешь вскрывать. Покажи на что способен.
— Кажется та часть, в которой обучение, пропущена!
Тартис криво ухмыльнулся. Бармен вложил в руку своему атаману пару железячек. Тот, развернув шкатулку к себе замочной скважиной, засунул инструменты в отверстие – неуловимое движение рук и крышка, на миллиметр, прыгнула вверх. Тартис её приподнял, демонстрируя – открыто. И с размаху захлопнул. Толкнул шкатулку ко мне.
— Теперь ты.
— Это чё сейчас было!? Обучение?
— Да. Кстати, с тебя пять серебряных.
— Но также нельзя…
— Просто повтори то, что я тебе показал.
— Попробую, – я протянул руку за отмычками.
Тартис отдал инструменты не мне, а бармену.
— Свои иметь надо. – Это уже мне.
Я уставился на шкатулку, подперев голову руками: «Кажется, я влип!»
Сколько так просидел – не знаю. Вечность прошла. В «кабак» спускались и уходили люди, не обращая на меня никакого внимания. Наконец, я решил обратится за помощью. Подошел к бармену.
— А где, вообще, воры для работы эти штуки берут?
— Можно купить.
— Продай!
Бармен вынул из-под прилавка объемную кожаную скрутку, положил на стойку и легонько подтолкнул её рукой. Кожа развернулась в длинную широкую ленту по всей внутренней стороне которой, удерживаемые петельками, расположился «инструмент» различного вида и размера.
— Мне то, что для этого подойдет, – Указал я за спину, на шкатулку.
Бармен-Ирвин пожал плечами:
— Хорошо. – И остался неподвижен.
— В чём дело?
— Деньги вперед.
— Сколько?
— Большой золотой.
— Чего?! Ай, ладно. Запиши на Тильхеля.
— Только наличные.
И бармен, легким движением, превратил кожаный лоскут снова в рулон. Убрал вниз.
Я вернулся на место.
Тупо уставился на сундук.
Время шло.
Никаких новых мыслей.
«Сколько часов я уже здесь?! Что мне делать?!»
Время как резиновое — тянется и тянется.
Ушли последние посетители. Бармен прибрался у себя и тоже ушел.
Вооруженный человек на ящике продолжал забавляться с узелками.
Тишина.
«Может, заново игру начать?» — Мелькнула малодушная мысль.
В зале постепенно темнело. Под потолком, одна за другой, прогорая, гасли свечи в люстре. В конце концов, всё погрузилось в кромешную тьму. Ощущения необычные. Я ощупал шкатулку, провел руками по поверхности стола, по его ребру. Начал вспоминать: «Слева у моего стола — табурет, ещё напротив — на нем Тартис сидел. Справа — нет. Стойка буквально в двух шагах от меня. Попробовать?!»
Я медленно, аккуратно чтобы не сдвинуть свою табуретку с места, поднялся. Касаясь левой рукой края стола, как кошко-черепах сделал несколько шагов. Вытянул правую руку вперед, пытаясь нащупать барную стойку — коснулся. Подошел вплотную, навалился грудью и заполз на неё, разместившись полностью, с ногами. Правой рукой стал шарить внизу. Коснулся чего-то, ощупал — кружки. Дальше — пустота. Чуть вниз — журнал записей. Дальше — кружки. Ползком подвинулся вперед. Вот она скрутка. Потянул тихонько — тяжелая. Поднять одной рукой не удастся — дальний конец шлепнется оземь. Пришлось спускаться на место бармена. Положив и размотав рулон на полу, я ощупывал инструменты, вызывая перед глазами их внешний вид согласно тактильным ощущениям. Прихватив то, что показалось подходящим, стал прокрадываться обратно к столу. Стойка имела Г-образную форму, справа от бармена был просторный проход. Но к столу, получается, я подошел с той стороны где стоял третий табурет и, конечно, я его зацепил ногой. Легкий шум от «проехавшей» по камню деревянной ножки зазвучал, в тишине, как гром.
— Собрался куда? — Мигом отреагировал охранник.
— Задремал я. Чуть на пол не упал.
— Мне подойти?
— Подойди. Только зачем?
Выждав, занялся шкатулкой. Особых надежд я не питал, но медленно, аккуратно, бесшумно продолжал манипуляции — вставил отмычку и тоненькую «проволочку» в скважину, ворочал по-всякому, пытаясь представить за что же там внутри цепляются и задевают инструменты и куда давить-вертеть нужно. Долго и монотонно, надеясь скорее на удачу. Стояла такая тишина, что я услышал еле уловимый щелчок внутри шкатулки. Провел пальцем — между крышкой и основной частью — щель. Внутри эта коробка была обита пухлыми бархатными подушечками. Из содержимого только колечко — широкое, плоское, гладкое. Нацепив его на указательный палец, я начал «операцию по заметанию следов» — долго и медленно возвращал всё на свои места.
Интересно сколько ещё ждать утра? Хотя б на минуточку выйду из игры. Уточню время. Руки положил на стол, голову на руки. Беззвучно, губами:
— Выход из игры.
Из темноты в темноту. Вроде лежу на постели, а не сижу за столом.
— Малиса-а! — тихо-тихо позвал я.
Слух резанул, непривычно громкий ответ:
— Да, Всеволод?
— Свет! Кофе. Сколько время? Покрепче.
— Пять сорок восемь.
Через пятнадцать минут, завершив моцион, я жадно глотал горький напиток. «Сахара!», — Насыпал пару ложек. «Перекусить бы чего», — Ещё пару ложек сахара. Размешиваю.
— Что на этот раз? — Сухо спросила Малиса.
Очень коротко, допивая кофе, пересказал основную суть.
— Я обратно! Вернусь к обеду. — И, подумав, добавил, — Врачам не «стучать»!
— Они осведомлены.
— ?!
— Ты вечером за таблеткой не спускался.
Вернулся в игру. Открываю глаза — светло. Подскочил озираясь. Бармен здесь, охранник уже другой, больше никого. Посмотрел на кольцо, и такая радость наполнила меня, как будто я подвиг совершил, захотелось похватать и просто поболтать. Показываю бармену руку с кольцом.
— Во! – расплываясь в улыбке.
Он спокойно кивнул, мол, вижу. И всё… Меня это задело – где восхищение, хотя бы вопросы?! В теле забурлила энергия, жажда двигаться. Сделал круг по залу, вернулся к стойке. За спиной раздался хлопок закрывшейся шкатулки. Резко обернулся. Тартис у стола.
— Я выполнил «задание»! – Сую руку с кольцом ему под нос.
— Не выполнил.
— Как?! Что это?! – трясу я кистью.
— Это начало. Деньги, за обучение, когда будут?
— Пять серебром?
— Они.
— В течении дня, если выйти дадите.
— Долго. Давай через часок, от момента как слово дашь.
— Хорошо.
— Ну?
— Чего? – не понял я.
— Слово давай.
— Обещаю, что в течении часа, как выйду на поверхность, вернусь с деньгами.
— Как выйду на поверхность, — передразнил меня Тартис, — Ирвин!
Тот поднял на стойку песочные часы, перевернул. Кольцо, темно-красной меди, стало чуть меньше – плотно охватив мой палец. Инстинктивно поднял руку, рассматривая, что произошло: внутри, как под тоненькой плёночкой, волнами ходили бело-красные переливы. Потянул – плотно село.
— Иди! На поверхность, — Тартис помахал кистью, как стряхивая крошки, в сторону лестницы.
На улице серо. Поспешил к меновому. Ворота заперты. Прошло минут двадцать. Кажется, кольцо стало теплым, нет, очень теплым. «Нагревается?!» Ещё двадцать минут жду. Кольцо уже горячее. Начали открываться павильоны. Немного и ворота тоже открыли. Бегом к месту Степана Макаровича.
— Здравствуйте, — кричу на «подлете», —дайте сумку!
Он спокойно так, не спеша, меня разглядывает:
— Какую? На сколько ячеек?
— Мою! ... Простите.
Дурацкий пароль придумал, но пришлось сказать. Купец снова оглядел меня с ног до головы.
— Я вчера тебя ждал.
— В переплет попал. Пытаюсь капитаново кольцо вернуть.
— Оно ему надо?
Я мысленно «врезался в стену». Потряс головой, — «Эти их семейные проблемы! Ну, не настроен я сегодня на дип. лад!»
— Вам же оно нужно было! — выпалил я.
— Зачем? – удивился купец.
— Эльза говорила, что вернется домой, когда отыщется кольцо.
— Эльза дома.
— Давно?!
— Уже день прошел.
— Нашли?
— Сама вернулась.
— Все-таки бросила капитана…
— Нет. Герасим её и уговорил.
«А с ним-то что приключилось?! Я день всего в игре отсутствовал, а тут всё вверх дном!»
Степан Макарович, видимо понял, что без разъяснений не обойтись:
— Караван уходит в четверг. Решено везти, как образец болезни, Захара, брата моего. Чтобы его сопровождать, да и дела свои поправить, я обязан поехать. Герасим это не хуже моего понимал, вот и пришел вчера утром ко мне поговорить, сразу после того, как тело Ратибора было обнаружено.
— Понял, что с кольцом уже ничего не выгорит и отказался от свадьбы?
— Связь здесь какая?
— «Кольцо – свадьба, нет кольца – свадьбы не будет», — так Эльза говорила.
— Что они там себе с этим кольцом надумали — дело не моё. Мне нужен зять — надежный помощник. Рассудительный. Такой, которому ни дочу не своё дело доверить не страшно.
— Герасим, по-вашему, не такой.
— Такой. Я своё добро дал молодым.
«Ну их к лешему, зачем пытаться искать логику в словах и поступках?! Просто буду руководствоваться фактами. Факт первый — Эльза дома. Купец пойдет с караваном. Факт второй — капитану больше незачем искать кольцо», — Подумал я.
— Мне в Сеить нужно. Срочно. Возьмёте с собой?
— В каком качестве?
— В любом. Места в караване не продаются?
— Нет. Возницы, охрана — ты в каком качестве в караван хочешь попасть?
Моё кольцо начало жечься уже довольно болезненно. Я попытался повертеть его на пальце – безрезультатно. Пришлось забирать сумку и бежать обратно к филармонии, отложив этот разговор.
Выложил стопочку серебряков на стойку рядом с часами. Кольцо приобрело свой первоначальный вид и остыло. Бармен, достав тетрадь, напомнил про купленное вчера пиво. Рассчитавшись и с ним, я поинтересовался:
— Теперь-то всё?
Сзади раздался голос Тартиса:
— Нет, это только начало.
— Начало чего?!
— Ты же хочешь стать вором и обрести уважение среди своих?
— Хм.
— Обучение ты прошел. Теперь – боевое крещение.
— Кого-то обчистить?
— Не совсем. Наш товарищ, сейчас находится в тюрьме. Твоя задача — вызволить его.
— Пожалуй, пойду. — Я сделал шаг к лестнице.
— Стоять! — Заорал Тартис, тише продолжил, — Обещай сначала.
— Это, что бы кольцо снова за мной «присматривало»?
— Пройдешь проверку — твоему слову будут верить и без него.
— Сроки какие? Кого спасать?
— Заключенный, на всю тюрьму, один. Его казнить собираются. Вот тебе и сроки.
— Могу я отказаться или поменять задание?
— На рынке торговаться будешь.
— Обещаю вызволить «товарища» из тюрьмы, до его казни.
Кольцо вновь засветилось.
— Ещё вопрос! Я прошел обучение, оплатил его — профессия где?
— Тартис улыбнулся:
— Где и должна быть.
Я вызвал свой интерфейс. Внизу, под кубиками характеристик, появился прямоугольник внутри которого было описание моей новой профессии. Простейшие механические и без магических чар. Вероятность успеха — тридцать процентов. «Не с того я начать хотел свою карьеру в Фотерре. А это что?!» — В правом верхнем углу ярко зеленел четырехлистный клевер.
«Не хочется, но кроме как на постоялом дворе, оставить тело негде. Пора бы поесть и отдохнуть, там, в реале. Затем возвращаться и думать, как обещание данное Тартису выполнять. Нашел проблем на свою голову!», — Так размышляя дошел до менового, скорее по привычке, подошел к павильону Степана Макаровича. С купцом беседовал капитан.
— Здравствуй, Герасим. – Забывшись, назвал имя.
Капитан, презрительно щурясь, рассматривал меня и молчал. Степан Макарович решил спасти положение:
— Гера, это друг Ратибора. Пришел сегодня в Енамор. Мы с утра пообщались — человек хороший. Не смотри на него так.
— Тильхель, — представился я капитану, и купцу заодно.
— Хороший, говорите? А по мне, так, морда его кирпича просит! — Обратился Гера к купцу.
— Внешность не типичная, согласен. Но, будь снисходительнее. Пообщайся для начала, затем выводы будешь делать.
— О чем с ним разговаривать?
— Не знаю. Например, про кольцо твоё. Он его для тебя, между прочим, вместо Ратибора, добыть пытается.
— Пойдем, — капитан взял меня под локоть и отвел подальше, — откуда про кольцо знаешь?
— Ратибор рассказывал.
— Его в воскресенье ещё не стало. Ты сегодня объявился. Что ты мне врёшь?!
— Если я не смогу объяснить, то так и останусь «презренным»?
— Мало, что измениться, даже если сможешь.
— Ты очень предвзят.
— Поумничай ещё! Неприятностей захотел? Давай-ка я тебя как главного подозреваемого в убийстве Ратибора в каталажку определю на время следствия?
— В тюрьму? Мне бы туда попасть не помешало.
Капитан удивленно посмотрел:
— Покладистый! Может стразу и расскажешь, что с Ратибором сделал?
— Легко! Ратибор получил фляжку от алхимика с «волшебным напитком», как напиток кончился, друг мой больше жить не смог.
— Снова этот алхимик! — капитан заиграл желваками.
«Удачно я стрелки перевел! Алхимика всё равно нет. Хуже ему от этого, надеюсь, не станет!»
— Что с кольцом? — озабоченно спросил Гера.
— Тебе ж оно больше не нужно?
— Как это?!
— Степан Макарович так сказал.
— Я Эльзе обещал вернуть кольцо. Что я за мужик буду, откажись от своего обещания?!
— У кого оно — я знаю. Осталось договориться о выкупе.
— Что хочешь за своё содействие?
— Мне бы твоё расположение не помешало.
— Хорошее отношение заслужить нужно, а не покупать!
— По-твоему, моё участие в этом деле в разряд «заслуг» не попадает?!
— Если поможешь — я буду благодарен и готов отплатить добром, но изменить своё к тебе отношение, вот так, по щелчку, — он щелкнул пальцами, — я не могу.
— Пойдем. — Капитан подтолкнул меня в спину.
Оказалось, что купец нам машет руками, приглашая подойти.
Несильно толкнув, отпуская моё лицо, он сел обратно. В глазах сверкала ненависть или, что другое, но всё одно — ничего хорошего взгляд его не сулил.
Кровь отлила у меня от головы, по спине побежали колючие мурашки, руки стали мелко дрожать. Пришлось плотно обхватить кружку – так не заметно, что они трясутся.
— Тогда я пойду. — Это была попытка «прощупать почву» – нужно было понять, что со мной собрались делать.
— Иди.
Я привстал, медленно поворачиваясь в сторону лестницы.
— Выход там, — кивнул Тартис в противоположную сторону.
«Понятно. Отпускать не собираются», — Сел на место.
Тартис продолжил:
— По лестнице отсюда могут выходить только свои.
— Ратибора-то вы выпустили.
— Он был под покровительством «дорогого гостя». Или ты скажешь, что и с Зохсиром знаком?
«Сказать-то я могу, но, боюсь, как-бы мне это «боком» не вышло».
— Ты Ратибору воровскому ремеслу обучиться предлагал.
— Так ты за этим сюда пришел?
— Нет. Но если это мне поможет – я не против.
— Специализацию выбрал?
— А какие есть?
— Не дури. Отвечай или проваливай.
— Замки вскрывать хочу!
Атаман поднял руку и щелкнул пальцами:
— Ирвин, время испытания!
Бармен поставил перед Тартисом шкатулку-сундучок, окованную металлическими полосами с округлыми заклёпками. Тот встал, положил одну руку на сундук, второй указывая на меня, спросил:
— Готов ли ты, Тильхель, пройти обряд посвящения и стать частью нашего братства? Надежным соратником для своих подельников, верным законам воровской чести?
— Готов.
— Начинаем?
— Да.
В голове зазвучал баритон: «Квест, «Испытание атамана», принят. Ограничения времени – нет. Награда: Профессия «медвежатник» и прием в гильдию воров».
— Вот, — Тартис подвинут шкатулку на середину стола, — открой.
Я повертел и так, и сяк, подергал крышку, попытался потрясти.
— Она заперта!
— Ты же замки хочешь вскрывать. Покажи на что способен.
— Кажется та часть, в которой обучение, пропущена!
Тартис криво ухмыльнулся. Бармен вложил в руку своему атаману пару железячек. Тот, развернув шкатулку к себе замочной скважиной, засунул инструменты в отверстие – неуловимое движение рук и крышка, на миллиметр, прыгнула вверх. Тартис её приподнял, демонстрируя – открыто. И с размаху захлопнул. Толкнул шкатулку ко мне.
— Теперь ты.
— Это чё сейчас было!? Обучение?
— Да. Кстати, с тебя пять серебряных.
— Но также нельзя…
— Просто повтори то, что я тебе показал.
— Попробую, – я протянул руку за отмычками.
Тартис отдал инструменты не мне, а бармену.
— Свои иметь надо. – Это уже мне.
Я уставился на шкатулку, подперев голову руками: «Кажется, я влип!»
Сколько так просидел – не знаю. Вечность прошла. В «кабак» спускались и уходили люди, не обращая на меня никакого внимания. Наконец, я решил обратится за помощью. Подошел к бармену.
— А где, вообще, воры для работы эти штуки берут?
— Можно купить.
— Продай!
Бармен вынул из-под прилавка объемную кожаную скрутку, положил на стойку и легонько подтолкнул её рукой. Кожа развернулась в длинную широкую ленту по всей внутренней стороне которой, удерживаемые петельками, расположился «инструмент» различного вида и размера.
— Мне то, что для этого подойдет, – Указал я за спину, на шкатулку.
Бармен-Ирвин пожал плечами:
— Хорошо. – И остался неподвижен.
— В чём дело?
— Деньги вперед.
— Сколько?
— Большой золотой.
— Чего?! Ай, ладно. Запиши на Тильхеля.
— Только наличные.
И бармен, легким движением, превратил кожаный лоскут снова в рулон. Убрал вниз.
Я вернулся на место.
Тупо уставился на сундук.
Время шло.
Никаких новых мыслей.
«Сколько часов я уже здесь?! Что мне делать?!»
Время как резиновое — тянется и тянется.
Ушли последние посетители. Бармен прибрался у себя и тоже ушел.
Вооруженный человек на ящике продолжал забавляться с узелками.
Тишина.
«Может, заново игру начать?» — Мелькнула малодушная мысль.
В зале постепенно темнело. Под потолком, одна за другой, прогорая, гасли свечи в люстре. В конце концов, всё погрузилось в кромешную тьму. Ощущения необычные. Я ощупал шкатулку, провел руками по поверхности стола, по его ребру. Начал вспоминать: «Слева у моего стола — табурет, ещё напротив — на нем Тартис сидел. Справа — нет. Стойка буквально в двух шагах от меня. Попробовать?!»
Я медленно, аккуратно чтобы не сдвинуть свою табуретку с места, поднялся. Касаясь левой рукой края стола, как кошко-черепах сделал несколько шагов. Вытянул правую руку вперед, пытаясь нащупать барную стойку — коснулся. Подошел вплотную, навалился грудью и заполз на неё, разместившись полностью, с ногами. Правой рукой стал шарить внизу. Коснулся чего-то, ощупал — кружки. Дальше — пустота. Чуть вниз — журнал записей. Дальше — кружки. Ползком подвинулся вперед. Вот она скрутка. Потянул тихонько — тяжелая. Поднять одной рукой не удастся — дальний конец шлепнется оземь. Пришлось спускаться на место бармена. Положив и размотав рулон на полу, я ощупывал инструменты, вызывая перед глазами их внешний вид согласно тактильным ощущениям. Прихватив то, что показалось подходящим, стал прокрадываться обратно к столу. Стойка имела Г-образную форму, справа от бармена был просторный проход. Но к столу, получается, я подошел с той стороны где стоял третий табурет и, конечно, я его зацепил ногой. Легкий шум от «проехавшей» по камню деревянной ножки зазвучал, в тишине, как гром.
— Собрался куда? — Мигом отреагировал охранник.
— Задремал я. Чуть на пол не упал.
— Мне подойти?
— Подойди. Только зачем?
Выждав, занялся шкатулкой. Особых надежд я не питал, но медленно, аккуратно, бесшумно продолжал манипуляции — вставил отмычку и тоненькую «проволочку» в скважину, ворочал по-всякому, пытаясь представить за что же там внутри цепляются и задевают инструменты и куда давить-вертеть нужно. Долго и монотонно, надеясь скорее на удачу. Стояла такая тишина, что я услышал еле уловимый щелчок внутри шкатулки. Провел пальцем — между крышкой и основной частью — щель. Внутри эта коробка была обита пухлыми бархатными подушечками. Из содержимого только колечко — широкое, плоское, гладкое. Нацепив его на указательный палец, я начал «операцию по заметанию следов» — долго и медленно возвращал всё на свои места.
Интересно сколько ещё ждать утра? Хотя б на минуточку выйду из игры. Уточню время. Руки положил на стол, голову на руки. Беззвучно, губами:
— Выход из игры.
***
Из темноты в темноту. Вроде лежу на постели, а не сижу за столом.
— Малиса-а! — тихо-тихо позвал я.
Слух резанул, непривычно громкий ответ:
— Да, Всеволод?
— Свет! Кофе. Сколько время? Покрепче.
— Пять сорок восемь.
Через пятнадцать минут, завершив моцион, я жадно глотал горький напиток. «Сахара!», — Насыпал пару ложек. «Перекусить бы чего», — Ещё пару ложек сахара. Размешиваю.
— Что на этот раз? — Сухо спросила Малиса.
Очень коротко, допивая кофе, пересказал основную суть.
— Я обратно! Вернусь к обеду. — И, подумав, добавил, — Врачам не «стучать»!
— Они осведомлены.
— ?!
— Ты вечером за таблеткой не спускался.
***
Вернулся в игру. Открываю глаза — светло. Подскочил озираясь. Бармен здесь, охранник уже другой, больше никого. Посмотрел на кольцо, и такая радость наполнила меня, как будто я подвиг совершил, захотелось похватать и просто поболтать. Показываю бармену руку с кольцом.
— Во! – расплываясь в улыбке.
Он спокойно кивнул, мол, вижу. И всё… Меня это задело – где восхищение, хотя бы вопросы?! В теле забурлила энергия, жажда двигаться. Сделал круг по залу, вернулся к стойке. За спиной раздался хлопок закрывшейся шкатулки. Резко обернулся. Тартис у стола.
— Я выполнил «задание»! – Сую руку с кольцом ему под нос.
— Не выполнил.
— Как?! Что это?! – трясу я кистью.
— Это начало. Деньги, за обучение, когда будут?
— Пять серебром?
— Они.
— В течении дня, если выйти дадите.
— Долго. Давай через часок, от момента как слово дашь.
— Хорошо.
— Ну?
— Чего? – не понял я.
— Слово давай.
— Обещаю, что в течении часа, как выйду на поверхность, вернусь с деньгами.
— Как выйду на поверхность, — передразнил меня Тартис, — Ирвин!
Тот поднял на стойку песочные часы, перевернул. Кольцо, темно-красной меди, стало чуть меньше – плотно охватив мой палец. Инстинктивно поднял руку, рассматривая, что произошло: внутри, как под тоненькой плёночкой, волнами ходили бело-красные переливы. Потянул – плотно село.
— Иди! На поверхность, — Тартис помахал кистью, как стряхивая крошки, в сторону лестницы.
На улице серо. Поспешил к меновому. Ворота заперты. Прошло минут двадцать. Кажется, кольцо стало теплым, нет, очень теплым. «Нагревается?!» Ещё двадцать минут жду. Кольцо уже горячее. Начали открываться павильоны. Немного и ворота тоже открыли. Бегом к месту Степана Макаровича.
— Здравствуйте, — кричу на «подлете», —дайте сумку!
Он спокойно так, не спеша, меня разглядывает:
— Какую? На сколько ячеек?
— Мою! ... Простите.
Дурацкий пароль придумал, но пришлось сказать. Купец снова оглядел меня с ног до головы.
— Я вчера тебя ждал.
— В переплет попал. Пытаюсь капитаново кольцо вернуть.
— Оно ему надо?
Я мысленно «врезался в стену». Потряс головой, — «Эти их семейные проблемы! Ну, не настроен я сегодня на дип. лад!»
— Вам же оно нужно было! — выпалил я.
— Зачем? – удивился купец.
— Эльза говорила, что вернется домой, когда отыщется кольцо.
— Эльза дома.
— Давно?!
— Уже день прошел.
— Нашли?
— Сама вернулась.
— Все-таки бросила капитана…
— Нет. Герасим её и уговорил.
«А с ним-то что приключилось?! Я день всего в игре отсутствовал, а тут всё вверх дном!»
Степан Макарович, видимо понял, что без разъяснений не обойтись:
— Караван уходит в четверг. Решено везти, как образец болезни, Захара, брата моего. Чтобы его сопровождать, да и дела свои поправить, я обязан поехать. Герасим это не хуже моего понимал, вот и пришел вчера утром ко мне поговорить, сразу после того, как тело Ратибора было обнаружено.
— Понял, что с кольцом уже ничего не выгорит и отказался от свадьбы?
— Связь здесь какая?
— «Кольцо – свадьба, нет кольца – свадьбы не будет», — так Эльза говорила.
— Что они там себе с этим кольцом надумали — дело не моё. Мне нужен зять — надежный помощник. Рассудительный. Такой, которому ни дочу не своё дело доверить не страшно.
— Герасим, по-вашему, не такой.
— Такой. Я своё добро дал молодым.
«Ну их к лешему, зачем пытаться искать логику в словах и поступках?! Просто буду руководствоваться фактами. Факт первый — Эльза дома. Купец пойдет с караваном. Факт второй — капитану больше незачем искать кольцо», — Подумал я.
— Мне в Сеить нужно. Срочно. Возьмёте с собой?
— В каком качестве?
— В любом. Места в караване не продаются?
— Нет. Возницы, охрана — ты в каком качестве в караван хочешь попасть?
Моё кольцо начало жечься уже довольно болезненно. Я попытался повертеть его на пальце – безрезультатно. Пришлось забирать сумку и бежать обратно к филармонии, отложив этот разговор.
***
Выложил стопочку серебряков на стойку рядом с часами. Кольцо приобрело свой первоначальный вид и остыло. Бармен, достав тетрадь, напомнил про купленное вчера пиво. Рассчитавшись и с ним, я поинтересовался:
— Теперь-то всё?
Сзади раздался голос Тартиса:
— Нет, это только начало.
— Начало чего?!
— Ты же хочешь стать вором и обрести уважение среди своих?
— Хм.
— Обучение ты прошел. Теперь – боевое крещение.
— Кого-то обчистить?
— Не совсем. Наш товарищ, сейчас находится в тюрьме. Твоя задача — вызволить его.
— Пожалуй, пойду. — Я сделал шаг к лестнице.
— Стоять! — Заорал Тартис, тише продолжил, — Обещай сначала.
— Это, что бы кольцо снова за мной «присматривало»?
— Пройдешь проверку — твоему слову будут верить и без него.
— Сроки какие? Кого спасать?
— Заключенный, на всю тюрьму, один. Его казнить собираются. Вот тебе и сроки.
— Могу я отказаться или поменять задание?
— На рынке торговаться будешь.
— Обещаю вызволить «товарища» из тюрьмы, до его казни.
Кольцо вновь засветилось.
— Ещё вопрос! Я прошел обучение, оплатил его — профессия где?
— Тартис улыбнулся:
— Где и должна быть.
Я вызвал свой интерфейс. Внизу, под кубиками характеристик, появился прямоугольник внутри которого было описание моей новой профессии. Простейшие механические и без магических чар. Вероятность успеха — тридцать процентов. «Не с того я начать хотел свою карьеру в Фотерре. А это что?!» — В правом верхнем углу ярко зеленел четырехлистный клевер.
***
«Не хочется, но кроме как на постоялом дворе, оставить тело негде. Пора бы поесть и отдохнуть, там, в реале. Затем возвращаться и думать, как обещание данное Тартису выполнять. Нашел проблем на свою голову!», — Так размышляя дошел до менового, скорее по привычке, подошел к павильону Степана Макаровича. С купцом беседовал капитан.
— Здравствуй, Герасим. – Забывшись, назвал имя.
Капитан, презрительно щурясь, рассматривал меня и молчал. Степан Макарович решил спасти положение:
— Гера, это друг Ратибора. Пришел сегодня в Енамор. Мы с утра пообщались — человек хороший. Не смотри на него так.
— Тильхель, — представился я капитану, и купцу заодно.
— Хороший, говорите? А по мне, так, морда его кирпича просит! — Обратился Гера к купцу.
— Внешность не типичная, согласен. Но, будь снисходительнее. Пообщайся для начала, затем выводы будешь делать.
— О чем с ним разговаривать?
— Не знаю. Например, про кольцо твоё. Он его для тебя, между прочим, вместо Ратибора, добыть пытается.
— Пойдем, — капитан взял меня под локоть и отвел подальше, — откуда про кольцо знаешь?
— Ратибор рассказывал.
— Его в воскресенье ещё не стало. Ты сегодня объявился. Что ты мне врёшь?!
— Если я не смогу объяснить, то так и останусь «презренным»?
— Мало, что измениться, даже если сможешь.
— Ты очень предвзят.
— Поумничай ещё! Неприятностей захотел? Давай-ка я тебя как главного подозреваемого в убийстве Ратибора в каталажку определю на время следствия?
— В тюрьму? Мне бы туда попасть не помешало.
Капитан удивленно посмотрел:
— Покладистый! Может стразу и расскажешь, что с Ратибором сделал?
— Легко! Ратибор получил фляжку от алхимика с «волшебным напитком», как напиток кончился, друг мой больше жить не смог.
— Снова этот алхимик! — капитан заиграл желваками.
«Удачно я стрелки перевел! Алхимика всё равно нет. Хуже ему от этого, надеюсь, не станет!»
— Что с кольцом? — озабоченно спросил Гера.
— Тебе ж оно больше не нужно?
— Как это?!
— Степан Макарович так сказал.
— Я Эльзе обещал вернуть кольцо. Что я за мужик буду, откажись от своего обещания?!
— У кого оно — я знаю. Осталось договориться о выкупе.
— Что хочешь за своё содействие?
— Мне бы твоё расположение не помешало.
— Хорошее отношение заслужить нужно, а не покупать!
— По-твоему, моё участие в этом деле в разряд «заслуг» не попадает?!
— Если поможешь — я буду благодарен и готов отплатить добром, но изменить своё к тебе отношение, вот так, по щелчку, — он щелкнул пальцами, — я не могу.
— Пойдем. — Капитан подтолкнул меня в спину.
Оказалось, что купец нам машет руками, приглашая подойти.
