– Тогда, боюсь, что нам придется гулять по улицам до самого приема, – с колкой ухмылкой подметила Василина. – Это развлечение для юных мальчишек, а вы для такого занятия весьма староваты, не находите?
– Мужчина никогда не стар, чтобы посвятить подвиг прекрасной даме. – С задором отметил брюнет, принявшись расстегивать пуговицы на кожаном мундире. И как только плотная одежда слетела с его плеч, он, протянув ее собеседнице, с поклоном, выглядящим издевательски, добавил: – Не окажете ли честь?
Вместо ответа Василина со столь откровенным презрением посмотрела на мундир, словно ей предлагали дотронуться до грязной тряпки. Не менее ласковым взглядом она одарила Дария, продолжающего лукаво улыбаться, так что, выхватив одежонку без единого слова, она постаралась нагнать на себя вид, что делала большое одолжение.
– Благодарю вас. – Отвесив низкий поклон, Дарий направился к центральному столбу, встретив одобрительную поддержку толпы.
Дерзость телохранителя не знала границ, и в то же время это помогло отвлечься княжне от проблем, отчего она ухмыльнулась и покачала головой, принявшись наблюдать, как смельчак принялся покорять недосягаемую для него вершину. Но едва она отпустила последнюю колкую мысль, как вновь поспешила призвать ее обратно, поскольку мужчина довольно проворно взбирался вверх. Поднятые уголки губ медленно опускались, вынуждая Василину не то с восхищением, не то с подавленностью наблюдать за стараниями Дария. Неужели он действительно сможет сорвать один из мешочков?
Однако волноваться оказалось не за чем. Едва мужчина преодолел половину пути, как силы его начали покидать, что в итоге сказалось на сноровке и сосредоточенности. Подошва сапог соскользнула с зазубрены, и в следующий миг брюнет полетел вниз, камнем упав в пышный стог сена.
По толпе пронесся взволнованный говор, однако Василина без единой тени переживания направилась к павшему герою, не спешащему с бодростью вскакивать на ноги. Подняв подол платья, чтобы переступить через завал сухой травы, она склонилась над поверженным противником.
– Я так полагаю, теперь нам точно следует позвать целителя.
– Нет, Ваша Светлость, я в полном… – Только Дарий не успел завершить оправдания, прерванный упавшим на лицо мундиром.
– Поднимайтесь, у нас еще много дел. – Не скрывая довольной ухмылки, велела Василина.
Поступок телохранителя казался сумасбродным и лишенным рассудка, но он помог ей вернуть былую уверенность и напомнил о духе праздника. Запахи вновь стали сладкими, песни не казались назойливым шумом. Вот только переговоры за спиной по-прежнему звучали взволнованно, даже несколько тихо для Весницы, будто на площадь нагрянула зима, положив конец празднеству. Василина не придала этой перемене должного значения, пока в сторону людей не обратил взгляд Дарий, моментально изменившись в лице: вместо знакомого лукавства и задора его глаза наполнились страхом и тревогой.
– Какого?..
Нахмурив брови, Василина поспешно обернулась назад, не понимая, что могло нагнать на главный праздник весны столь тревожную атмосферу.
Отчасти ее догадка о зиме, ворвавшейся без приглашения, оказалась верна, представ в образе запуганной и испачканной с головы до ног девушки. Рваная одежда, липнущая к стройному, невероятно хрупкому телу, лоскутами покачивалась на ветру, как и тонкие пряди белоснежных волос, выбившиеся из давно растрепавшейся косы. Девушка переваливалась с ноги на ногу, невидящим взглядом озираясь по сторонам, наталкиваясь на людей, которые и подняли шум. Для них белая тень напоминала плешивую дворнягу, путающуюся под ногами, от которой всем поскорее хотелось избавиться.
Едва удержав жалобный стон, Василина прижала ладонь ко рту, когда изнеможенная девушка обратила взгляд в ее сторону. Пелену тумана в глазах блондинки разогнало узнавание, на лице мелькнула страдальческая улыбка.
Она вернулась. Энрайха вернулась домой.
Праздничная неделя подходила к концу, а попытки добиться от Энрайхи ответов разлетались по ветру, словно пепельные стружки сожженного соломенного чучела. Она продолжала хранить молчание, однако не заметить, что буквально весь замок пытался вытянуть из нее правду, не могла. Дарий надеялся, что хотя бы Василине по силам будет разговорить подругу, но каждый раз княжна с печалью доносила отцу, что не добилась успеха. Отговорки целительницы, что она ничего не помнила, отпугивали терпение, которое Владислав пытался удержать всеми силами.
Тем не менее жизнь на этом не заканчивалась. Энрайха постепенно приходила в себя, начала подстраиваться под график дня, вновь улыбаться. Однако Дарию пришлось донести до нее приказ Владислава:
– Послушай, если в течение десяти дней ты не явишься к Его Милости и не расскажешь, что с тобой произошло, он посадит тебя под замок. Я не знаю, что приключилось, но… Всех нас раздирают вопросы, Эн.
– Я все расскажу, как только буду готова хоть что-нибудь сказать. – Говорила блондинка со столь непривычной легкостью, будто они обсуждали будничную рутину.
Дария охватило негодование, он начинал выходить из себя, однако девушка убежала быстрее, чем он успел высказаться на этот счет. Пришлось выместить злость на несчастном табурете, пнув его к стене.
Как же девушка не понимала, что молчание с каждым днем приближало секиру, зависшую над ее головой? Исчезнув в лесах Зора, она внезапно объявляется посреди главной площади города. Растрепанная, в изодранной грязной одежде, она выглядела так, словно прошла долгий путь пешком. По времени такое могло быть вполне возможным, но Энрайха не преодолела бы и половину расстояния. Без денег, без должных навыков она бы погибла от рук разбойников или природы, в лучшем случае замерзнув от холода. Без посторонней помощи до столицы ей было бы не добраться, но почему она так отчаянно пыталась скрыть этот факт? Помог ли ей Илай? Или же дело крылось в другом?
Подозрительность целительницы не на шутку обеспокоила Дария, поэтому он решил действовать целенаправленно, сообщив девушке, что вечером ее ждет тренировка по фехтованию. Новость она восприняла, как и обычно, без должной радости, но с непривычным смирением.
Целый день мужчина находился на взводе, не отставая от Энрайхи ни на шаг. По ее возвращении князь наказал ему день и ночь следить за передвижениями девушки, любыми действиями. Она по-прежнему занималась врачеванием, используя Aeris – единственную вещь, уцелевшую после долгого загадочного путешествия, что поражало Дария вдвойне. Потеряв все: меч, теплую накидку, сумку со снадобьями – она умудрилась сохранить самое ценное, то, ради чего люди могли убить ее, не глядя.
От безутешных догадок становилось только хуже, поэтому, как только вечернее солнце отвернуло свой ослепительный взор от земель севера, мужчина почувствовал волнительное предвкушение. Заранее подготовив площадку для тренировки, находящуюся в закрытом зале под тоннами камней, он зажег лампы, позволяя огню вырвать из тьмы окружающий интерьер. Тренировочное обмундирование: деревянные и затупленные металлические мечи, кожаные защитные дублеты, помятые доспехи и стянутые в связке стрелы. Запах пота и старой древесины, подчеркнутый кислинкой металла, знакомо щекотал ноздри в предвкушении очередного боя.
Более почувствовав, нежели услышав приближающиеся шаги, Дарий обернулся к двери, которую в следующий момент отворила хрупкая девушка. В трепещущем свете огней ее волосы блестели желтизной, а во взгляде плясал любопытный блеск.
– Ты неожиданно вовремя.
– Мне еще не доверяют серьезную работу, – снимая меховую накидку, бесцветным голосом констатировала Энрайха. – Мой наставник считает, что пока я не заслужу признание в глазах князя, то и не место мне рядом со знатными господами. Единственным исключением стала Василина, да и то, только из-за ее непреодолимого желания и настроя, чтобы я лечила ее.
– Тогда скажи правду. – С упреком попросил мужчина, внезапно встретив суровый взгляд собеседницы.
– Когда придет время – скажу.
– Эн, да в чем дело? Я же чувствую, что ты что-то скрываешь, и князь тоже не слепой, поэтому не усугубляй положение.
Встретив в ответ лишь напряженное молчание, во время которого девушка усердно делала вид, что увлечена выбором тренировочного оружия, Дарий устало вздохнул. Он уже не настаивал, а умолял:
– Ты же вернулась обратно, несмотря ни на что, это не будет забыто. Князь к тебе хорошо относится, поэтому скажи правду, или хотя бы откройся Василине, если тебе так…
– Ты хоть представляешь?!.. – Воскликнула целительница, сверкнув яростным взглядом, блестящим от подступивших слез. Но она не позволила гневу вырваться наружу: крепко сжав лезвие деревянного меча, она глубоко вдохнула и тонким голоском продолжила: – Мне пришлось сделать тяжелый выбор, и князь узнает о нем первый, можешь более не беспокоиться.
Могло ли это означать, что Энрайха подверглась вещам, о которых ни одна девушка не захочет говорить? От подобной мысли у Дария перехватило дыхание и пробежала дрожь по спине. Вырвавшись из темных глубин души, перед его взором возник смутный образ старшей сестры: очаровательная улыбка на загорелом лице сменилась заплывшим синяками и кровоподтеками. Руки предательски дрогнули, вынудив брюнета сжать кулаки, чтобы не выдать ужаса. Неужели все, отчего он старался уберечь целительницу, обрушилось на нее за один миг?
Он вспомнил о докладе целителей, осмотревших девушку после ее возвращения: тело покрывали синяки и ссадины. Настораживал только характер ран, будто блондинка стала жертвой не жестокого избиения, а сил природы: нападения животных, колючих ветвей и острых булыжников. Неужели она действительно могла преодолеть путь от Зора до замка? И если ею двигало желание попасть домой, то почему она не направилась в столицу науки и разработок?
Каря себя за упущенный миг, за то, что не приложил больше усилий и настойчивости для проведения тренировок, Дарий обратил на Энрайху извиняющийся взгляд. Однако, к своему удивлению, на мгновение подумал, что перед ним стояла незнакомка. Все тот же стройный стан, белоснежные волосы, убранные в косу, и мягкие черты лица. Но во взгляде горела боль, смешанная с решимостью и злостью, которые Дарий еще ни разу не наблюдал за два года знакомства с целительницей.
– Раз с разговорами покончено, – перехватив деревянный меч, с вызовом обратилась к мужчине девушка, – начнем?
Удивительная смелость застала врасплох Дария, но он не растерялся, а с готовностью принял желание подопечной скрестить оружие. Возможно, после схватки она откроется ему.
Кружа вокруг комнаты, словно стервятники, готовые наперегонки броситься к единственному куску добычи, мужчина и девушка не спешили скрестить мечи. Помня их предыдущие тренировки, Дарий всегда нападал первым, вынуждая противницу обороняться, несмотря на его призывы проявить храбрость или неожиданность. Энрайха боялась оружия, даже рукоять деревянного меча сжимала, будто это хвост ядовитой змеи.
Сделав резкий выпад вперед, брюнет взмахнул тренировочным оружием, вынудив девушку отпрыгнуть в сторону. Она крепче схватила меч, подняв его перед собой в качестве защиты, но продолжала отступать под натиском атак. Так происходило всегда: она убегала прочь, готовая вот-вот поддаться страху и поднять руки в знак капитуляции.
– Хватит уходить, нападай!
Дарию всегда приходилось подталкивать ее к первому шагу, в конечном итоге получая неуклюжую попытку зацепить его кончиком острия. В этот раз целительницу также постигла неудача, однако Дарий едва успел закрыться мечом, чтобы избежать прямого попадания. Недоумение сменилось приятным удивлением. Несмотря на слабую технику и знакомую нерасторопность, Энрайха двигалась невероятно быстро.
– Неужели тренировки начали приносить свои плоды? – Бодро ухмыльнулся мужчина, заслужив в ответ напряженный взгляд, отчего ему пришлось погасить улыбку.
Бой продолжался. Пока яркий огонь пожирал древки факелов, по просторному помещению разносился глухой стук дерева о дерево и быстрой поступи шагов. Чем больше проходило времени, тем увлекательнее становилась игра. Мужчина никогда не воспринимал их тренировки, как полноценную схватку, а, скорее, рассматривал в них попытку переиграть друг друга. И сейчас ему впервые пришлось приложить довольно заметные усилия, чтобы не оказаться в дураках.
Шумно выдыхая воздух через нос, Энрайха вновь отступила, внимательно наблюдая за действиями противника. Дарий не остался в долгу, изучая малейшие движения девушки. Она стала двигаться плавно и стремительно, уже не отпрыгивала с испугом от летящего навстречу меча, а с решительностью блокировала удар. Прошедший месяц отчетливо сказался на ее поведении и стиле боя, не лишив большинства недостатков, но сгладив углы. Стойка, движения, взгляд – казалось, будто целительница изо всех сил старалась скрыть приобретенные навыки за былой неуклюжестью. Это насторожило Дария, поэтому он решил не терзаться догадками, а проверить все на практике.
Метнувшись вперед, он замахнулся мечом со стороны, вынудив противницу отступить, но на этом не завершил атаку, дополнил повторным ударом. От неожиданности Энрайха воскликнула, однако быстро собралась и подставила меч под удар. От силы столкновения он отлетел ввысь, оставив ее открытой, чем и воспользовался мужчина, толкнув девушку на пол.
– Когда ты успела так наловчиться? – Не прекращал попытки достучаться до Энрайхи Дарий. – Я не верю, что тебе приходилось сражаться. Ты недостаточно опытна, чтобы выжить в полноценном бою. Так что произошло?
Обратив на собеседника пылкий взгляд, целительница поднялась с пола и, подобрав оружие, заняла боевую стойку. Бунтарский вид уже не столько умилял брюнета, сколько начинал раздражать. Но если она того добивалась, то так тому и быть – не терпением, так грубой силой он выбьет из нее правду.
Напав на целительницу, Дарий осыпал ее серией ударов, вынуждая отступить назад. Не в силах уловить момент, чтобы выскользнуть из радиуса поражения, она старательно подставляла меч, едва успевая избежать прямого попадания. Первые мгновения Энрайха выдержала стойко, но мужчина ускорил темп, вынудив ее воскликнуть:
– Хватит! Ты что творишь?!
– Скажи, что с тобой случилось! – Настоял брюнет, позволив противнице отпрыгнуть в сторону, после чего обрушил на нее новый град ударов.
– Ты что, меня убить хочешь?! Стой!
– Скажи правду!
– Прекрати! Пожалуйста!
– Скажи. Правду! – По словам разделил предложение мужчина, поддавшись на миг обуявшей его злости, наполнившей руки невероятной силой.
Только когда меч полетел вперед, грозясь не просто опуститься на оружие блондинки, но и нанести ощутимое увечье его хозяину, Дарий неподдельно испугался. Вот только бояться пришлось того, что девушка не просто смогла выскользнуть из-под удара, а умчаться прочь на противоположную сторону зала. Он ничего не успел осознать, лишь увидеть яркую голубую вспышку и смутный шлейф, протянувшийся тенью за Энрайхой.
Помещение наполнила угнетающая тишина, долгое мгновение Дарий смотрел на меч в руках, опустившийся острием на холодный пол, рискнув в конечном итоге оглянуться к целительнице. Она пронеслась подобно ветру: мимо него, сквозь него, окутав прохладным дуновением.
– Мужчина никогда не стар, чтобы посвятить подвиг прекрасной даме. – С задором отметил брюнет, принявшись расстегивать пуговицы на кожаном мундире. И как только плотная одежда слетела с его плеч, он, протянув ее собеседнице, с поклоном, выглядящим издевательски, добавил: – Не окажете ли честь?
Вместо ответа Василина со столь откровенным презрением посмотрела на мундир, словно ей предлагали дотронуться до грязной тряпки. Не менее ласковым взглядом она одарила Дария, продолжающего лукаво улыбаться, так что, выхватив одежонку без единого слова, она постаралась нагнать на себя вид, что делала большое одолжение.
– Благодарю вас. – Отвесив низкий поклон, Дарий направился к центральному столбу, встретив одобрительную поддержку толпы.
Дерзость телохранителя не знала границ, и в то же время это помогло отвлечься княжне от проблем, отчего она ухмыльнулась и покачала головой, принявшись наблюдать, как смельчак принялся покорять недосягаемую для него вершину. Но едва она отпустила последнюю колкую мысль, как вновь поспешила призвать ее обратно, поскольку мужчина довольно проворно взбирался вверх. Поднятые уголки губ медленно опускались, вынуждая Василину не то с восхищением, не то с подавленностью наблюдать за стараниями Дария. Неужели он действительно сможет сорвать один из мешочков?
Однако волноваться оказалось не за чем. Едва мужчина преодолел половину пути, как силы его начали покидать, что в итоге сказалось на сноровке и сосредоточенности. Подошва сапог соскользнула с зазубрены, и в следующий миг брюнет полетел вниз, камнем упав в пышный стог сена.
По толпе пронесся взволнованный говор, однако Василина без единой тени переживания направилась к павшему герою, не спешащему с бодростью вскакивать на ноги. Подняв подол платья, чтобы переступить через завал сухой травы, она склонилась над поверженным противником.
– Я так полагаю, теперь нам точно следует позвать целителя.
– Нет, Ваша Светлость, я в полном… – Только Дарий не успел завершить оправдания, прерванный упавшим на лицо мундиром.
– Поднимайтесь, у нас еще много дел. – Не скрывая довольной ухмылки, велела Василина.
Поступок телохранителя казался сумасбродным и лишенным рассудка, но он помог ей вернуть былую уверенность и напомнил о духе праздника. Запахи вновь стали сладкими, песни не казались назойливым шумом. Вот только переговоры за спиной по-прежнему звучали взволнованно, даже несколько тихо для Весницы, будто на площадь нагрянула зима, положив конец празднеству. Василина не придала этой перемене должного значения, пока в сторону людей не обратил взгляд Дарий, моментально изменившись в лице: вместо знакомого лукавства и задора его глаза наполнились страхом и тревогой.
– Какого?..
Нахмурив брови, Василина поспешно обернулась назад, не понимая, что могло нагнать на главный праздник весны столь тревожную атмосферу.
Отчасти ее догадка о зиме, ворвавшейся без приглашения, оказалась верна, представ в образе запуганной и испачканной с головы до ног девушки. Рваная одежда, липнущая к стройному, невероятно хрупкому телу, лоскутами покачивалась на ветру, как и тонкие пряди белоснежных волос, выбившиеся из давно растрепавшейся косы. Девушка переваливалась с ноги на ногу, невидящим взглядом озираясь по сторонам, наталкиваясь на людей, которые и подняли шум. Для них белая тень напоминала плешивую дворнягу, путающуюся под ногами, от которой всем поскорее хотелось избавиться.
Едва удержав жалобный стон, Василина прижала ладонь ко рту, когда изнеможенная девушка обратила взгляд в ее сторону. Пелену тумана в глазах блондинки разогнало узнавание, на лице мелькнула страдальческая улыбка.
Она вернулась. Энрайха вернулась домой.
Глава 2
Праздничная неделя подходила к концу, а попытки добиться от Энрайхи ответов разлетались по ветру, словно пепельные стружки сожженного соломенного чучела. Она продолжала хранить молчание, однако не заметить, что буквально весь замок пытался вытянуть из нее правду, не могла. Дарий надеялся, что хотя бы Василине по силам будет разговорить подругу, но каждый раз княжна с печалью доносила отцу, что не добилась успеха. Отговорки целительницы, что она ничего не помнила, отпугивали терпение, которое Владислав пытался удержать всеми силами.
Тем не менее жизнь на этом не заканчивалась. Энрайха постепенно приходила в себя, начала подстраиваться под график дня, вновь улыбаться. Однако Дарию пришлось донести до нее приказ Владислава:
– Послушай, если в течение десяти дней ты не явишься к Его Милости и не расскажешь, что с тобой произошло, он посадит тебя под замок. Я не знаю, что приключилось, но… Всех нас раздирают вопросы, Эн.
– Я все расскажу, как только буду готова хоть что-нибудь сказать. – Говорила блондинка со столь непривычной легкостью, будто они обсуждали будничную рутину.
Дария охватило негодование, он начинал выходить из себя, однако девушка убежала быстрее, чем он успел высказаться на этот счет. Пришлось выместить злость на несчастном табурете, пнув его к стене.
Как же девушка не понимала, что молчание с каждым днем приближало секиру, зависшую над ее головой? Исчезнув в лесах Зора, она внезапно объявляется посреди главной площади города. Растрепанная, в изодранной грязной одежде, она выглядела так, словно прошла долгий путь пешком. По времени такое могло быть вполне возможным, но Энрайха не преодолела бы и половину расстояния. Без денег, без должных навыков она бы погибла от рук разбойников или природы, в лучшем случае замерзнув от холода. Без посторонней помощи до столицы ей было бы не добраться, но почему она так отчаянно пыталась скрыть этот факт? Помог ли ей Илай? Или же дело крылось в другом?
Подозрительность целительницы не на шутку обеспокоила Дария, поэтому он решил действовать целенаправленно, сообщив девушке, что вечером ее ждет тренировка по фехтованию. Новость она восприняла, как и обычно, без должной радости, но с непривычным смирением.
Целый день мужчина находился на взводе, не отставая от Энрайхи ни на шаг. По ее возвращении князь наказал ему день и ночь следить за передвижениями девушки, любыми действиями. Она по-прежнему занималась врачеванием, используя Aeris – единственную вещь, уцелевшую после долгого загадочного путешествия, что поражало Дария вдвойне. Потеряв все: меч, теплую накидку, сумку со снадобьями – она умудрилась сохранить самое ценное, то, ради чего люди могли убить ее, не глядя.
От безутешных догадок становилось только хуже, поэтому, как только вечернее солнце отвернуло свой ослепительный взор от земель севера, мужчина почувствовал волнительное предвкушение. Заранее подготовив площадку для тренировки, находящуюся в закрытом зале под тоннами камней, он зажег лампы, позволяя огню вырвать из тьмы окружающий интерьер. Тренировочное обмундирование: деревянные и затупленные металлические мечи, кожаные защитные дублеты, помятые доспехи и стянутые в связке стрелы. Запах пота и старой древесины, подчеркнутый кислинкой металла, знакомо щекотал ноздри в предвкушении очередного боя.
Более почувствовав, нежели услышав приближающиеся шаги, Дарий обернулся к двери, которую в следующий момент отворила хрупкая девушка. В трепещущем свете огней ее волосы блестели желтизной, а во взгляде плясал любопытный блеск.
– Ты неожиданно вовремя.
– Мне еще не доверяют серьезную работу, – снимая меховую накидку, бесцветным голосом констатировала Энрайха. – Мой наставник считает, что пока я не заслужу признание в глазах князя, то и не место мне рядом со знатными господами. Единственным исключением стала Василина, да и то, только из-за ее непреодолимого желания и настроя, чтобы я лечила ее.
– Тогда скажи правду. – С упреком попросил мужчина, внезапно встретив суровый взгляд собеседницы.
– Когда придет время – скажу.
– Эн, да в чем дело? Я же чувствую, что ты что-то скрываешь, и князь тоже не слепой, поэтому не усугубляй положение.
Встретив в ответ лишь напряженное молчание, во время которого девушка усердно делала вид, что увлечена выбором тренировочного оружия, Дарий устало вздохнул. Он уже не настаивал, а умолял:
– Ты же вернулась обратно, несмотря ни на что, это не будет забыто. Князь к тебе хорошо относится, поэтому скажи правду, или хотя бы откройся Василине, если тебе так…
– Ты хоть представляешь?!.. – Воскликнула целительница, сверкнув яростным взглядом, блестящим от подступивших слез. Но она не позволила гневу вырваться наружу: крепко сжав лезвие деревянного меча, она глубоко вдохнула и тонким голоском продолжила: – Мне пришлось сделать тяжелый выбор, и князь узнает о нем первый, можешь более не беспокоиться.
Могло ли это означать, что Энрайха подверглась вещам, о которых ни одна девушка не захочет говорить? От подобной мысли у Дария перехватило дыхание и пробежала дрожь по спине. Вырвавшись из темных глубин души, перед его взором возник смутный образ старшей сестры: очаровательная улыбка на загорелом лице сменилась заплывшим синяками и кровоподтеками. Руки предательски дрогнули, вынудив брюнета сжать кулаки, чтобы не выдать ужаса. Неужели все, отчего он старался уберечь целительницу, обрушилось на нее за один миг?
Он вспомнил о докладе целителей, осмотревших девушку после ее возвращения: тело покрывали синяки и ссадины. Настораживал только характер ран, будто блондинка стала жертвой не жестокого избиения, а сил природы: нападения животных, колючих ветвей и острых булыжников. Неужели она действительно могла преодолеть путь от Зора до замка? И если ею двигало желание попасть домой, то почему она не направилась в столицу науки и разработок?
Каря себя за упущенный миг, за то, что не приложил больше усилий и настойчивости для проведения тренировок, Дарий обратил на Энрайху извиняющийся взгляд. Однако, к своему удивлению, на мгновение подумал, что перед ним стояла незнакомка. Все тот же стройный стан, белоснежные волосы, убранные в косу, и мягкие черты лица. Но во взгляде горела боль, смешанная с решимостью и злостью, которые Дарий еще ни разу не наблюдал за два года знакомства с целительницей.
– Раз с разговорами покончено, – перехватив деревянный меч, с вызовом обратилась к мужчине девушка, – начнем?
Удивительная смелость застала врасплох Дария, но он не растерялся, а с готовностью принял желание подопечной скрестить оружие. Возможно, после схватки она откроется ему.
Кружа вокруг комнаты, словно стервятники, готовые наперегонки броситься к единственному куску добычи, мужчина и девушка не спешили скрестить мечи. Помня их предыдущие тренировки, Дарий всегда нападал первым, вынуждая противницу обороняться, несмотря на его призывы проявить храбрость или неожиданность. Энрайха боялась оружия, даже рукоять деревянного меча сжимала, будто это хвост ядовитой змеи.
Сделав резкий выпад вперед, брюнет взмахнул тренировочным оружием, вынудив девушку отпрыгнуть в сторону. Она крепче схватила меч, подняв его перед собой в качестве защиты, но продолжала отступать под натиском атак. Так происходило всегда: она убегала прочь, готовая вот-вот поддаться страху и поднять руки в знак капитуляции.
– Хватит уходить, нападай!
Дарию всегда приходилось подталкивать ее к первому шагу, в конечном итоге получая неуклюжую попытку зацепить его кончиком острия. В этот раз целительницу также постигла неудача, однако Дарий едва успел закрыться мечом, чтобы избежать прямого попадания. Недоумение сменилось приятным удивлением. Несмотря на слабую технику и знакомую нерасторопность, Энрайха двигалась невероятно быстро.
– Неужели тренировки начали приносить свои плоды? – Бодро ухмыльнулся мужчина, заслужив в ответ напряженный взгляд, отчего ему пришлось погасить улыбку.
Бой продолжался. Пока яркий огонь пожирал древки факелов, по просторному помещению разносился глухой стук дерева о дерево и быстрой поступи шагов. Чем больше проходило времени, тем увлекательнее становилась игра. Мужчина никогда не воспринимал их тренировки, как полноценную схватку, а, скорее, рассматривал в них попытку переиграть друг друга. И сейчас ему впервые пришлось приложить довольно заметные усилия, чтобы не оказаться в дураках.
Шумно выдыхая воздух через нос, Энрайха вновь отступила, внимательно наблюдая за действиями противника. Дарий не остался в долгу, изучая малейшие движения девушки. Она стала двигаться плавно и стремительно, уже не отпрыгивала с испугом от летящего навстречу меча, а с решительностью блокировала удар. Прошедший месяц отчетливо сказался на ее поведении и стиле боя, не лишив большинства недостатков, но сгладив углы. Стойка, движения, взгляд – казалось, будто целительница изо всех сил старалась скрыть приобретенные навыки за былой неуклюжестью. Это насторожило Дария, поэтому он решил не терзаться догадками, а проверить все на практике.
Метнувшись вперед, он замахнулся мечом со стороны, вынудив противницу отступить, но на этом не завершил атаку, дополнил повторным ударом. От неожиданности Энрайха воскликнула, однако быстро собралась и подставила меч под удар. От силы столкновения он отлетел ввысь, оставив ее открытой, чем и воспользовался мужчина, толкнув девушку на пол.
– Когда ты успела так наловчиться? – Не прекращал попытки достучаться до Энрайхи Дарий. – Я не верю, что тебе приходилось сражаться. Ты недостаточно опытна, чтобы выжить в полноценном бою. Так что произошло?
Обратив на собеседника пылкий взгляд, целительница поднялась с пола и, подобрав оружие, заняла боевую стойку. Бунтарский вид уже не столько умилял брюнета, сколько начинал раздражать. Но если она того добивалась, то так тому и быть – не терпением, так грубой силой он выбьет из нее правду.
Напав на целительницу, Дарий осыпал ее серией ударов, вынуждая отступить назад. Не в силах уловить момент, чтобы выскользнуть из радиуса поражения, она старательно подставляла меч, едва успевая избежать прямого попадания. Первые мгновения Энрайха выдержала стойко, но мужчина ускорил темп, вынудив ее воскликнуть:
– Хватит! Ты что творишь?!
– Скажи, что с тобой случилось! – Настоял брюнет, позволив противнице отпрыгнуть в сторону, после чего обрушил на нее новый град ударов.
– Ты что, меня убить хочешь?! Стой!
– Скажи правду!
– Прекрати! Пожалуйста!
– Скажи. Правду! – По словам разделил предложение мужчина, поддавшись на миг обуявшей его злости, наполнившей руки невероятной силой.
Только когда меч полетел вперед, грозясь не просто опуститься на оружие блондинки, но и нанести ощутимое увечье его хозяину, Дарий неподдельно испугался. Вот только бояться пришлось того, что девушка не просто смогла выскользнуть из-под удара, а умчаться прочь на противоположную сторону зала. Он ничего не успел осознать, лишь увидеть яркую голубую вспышку и смутный шлейф, протянувшийся тенью за Энрайхой.
Помещение наполнила угнетающая тишина, долгое мгновение Дарий смотрел на меч в руках, опустившийся острием на холодный пол, рискнув в конечном итоге оглянуться к целительнице. Она пронеслась подобно ветру: мимо него, сквозь него, окутав прохладным дуновением.
