– Это все обращение? – спросил Сэм.
Директор кивнул.
– Для магов огня оно проходит наиболее тяжко и часто ломает их изнутри. Но это поправимо если принимать этот отвар хотя бы раз в сутки. Тебе повезло оказаться здесь, мальчик мой, - Он обращался к нему по отцовски тепло, словно Сэм уже стал среди них своим, – Не представляю какие последствия тебя ожидали бы, будь ты в большом городе, ничего не зная о своих способностях.
Только теперь до Сэма дошло, что ему не удастся сбежать от всего этого. Его надежды развеялись как густой туман, уносимый поднявшимся за окном ветром. Он не знал, что теперь с ним будет, куда он пойдет и как расскажет обо всем дяде и тете. Что, если на самом деле они не знают о магии? Тогда они могут не поверить ему или отказаться от опеки, сослать в какую-нибудь психбольницу или запереть в четырех стенах… И кто же его защитит?
Сомнения юноши явно не прошли мимо врожденного чутья директора.
– Возможность использовать заложенную в тебе магию, - это серьезное изменение, – твердо сказал он, – поэтому обращение будет длиться до тех пор, пока ты не станешь готов. Не знать что тебя ждет в будущем – это нормально, но не стоит себя накручивать. Я разберусь с теми вопросами, которые на тебя давят.
– Каким образом? – горько усмехнулся Сэм, – Из пансиона меня не забрать без разрешения опекунов, а я не уверен даже в курсе ли они о моих силах …
– Если я говорю, что могу помочь тебе, значит так и есть, – произнес директор тоном, не терпящим возражений, – Ты можешь учиться здесь, в нашей школе или заниматься в лагере, на свое усмотрение. Мы обучим тебя борьбе, здесь ты сможешь найти новый дом.
– А как же моя семья? – юноша произнес это менее уверенно, нежели хотелось бы.
– Ближайшее время они в любом случае не захотят тебя видеть, - вдруг сказала Мэй.
Сэм в удивленно на нее обернулся, в ответ на что девушка вопросительно вскинула бровь.
– По твоей истории не сложно догадаться.
– Кхм, я полагаю, что нам необходимо поселить тебя здесь на некоторое время, – откашлялся Форрест, – Позже разберемся с твоими дядей и тетей, заодно выясним в курсе ли они вообще о происходящих в тебе переменах.
Сэм устало кивнул. Внезапно его ноги стали ватными, и он перестал чувствовать свой вес, становясь словно пушинкой.
– Вы же объясните мне? – еле выговорил он.
– Объясню тебе что, мальчик мой? – мягко спросил директор, придерживая его за плечо.
– Как... Возможно...
Сэм почувствовал, как оседает на пол. Язык внезапно перестал его слушаться, запинаясь и путаясь между зубами.
– Ах, senex stultus! (старый дурак, лат.) – директор Форрест покачал головой, и хлопнул ладонью по лбу, – Забыл предупредить, что снадобье имеет седативный эффект! Ну, ничего страшного, отдохни немного, и завтра мы обязательно продолжим.
Приближающиеся к двери шаги директора слабоватым эхом отдавались в его измученной голове. Последним что Сэм увидел перед полным погружением в темноту, оказались смутные силуэты нескольких детей. Они строго смотрели на него, сложив руки на груди и начинали приближаться, как вдруг картинка кабинета завертелась перед глазами Сэма и юноша потерял сознание.
Сэм проснулся на небольшой кровати в странного вида комнате, подозрительно напоминающей кладовку. Вдоль стен тянулись полки, под завязку забитые банками с приготовлениями, снадобьями и чистящими средствами. Половина этих предметов покрывалась мелким слоем пыли, хоть пол оставался чистым.
Он потянулся рукой к прикроватной тумбочке, на которой краем глаза заметил свой сотовый, но достать его не успел. Горло юноши настолько пересохло, что стоило ему сделать глубокий вдох, как он закашлялся, вынуждая содрогаться и скручиваться узлом пустой желудок. Вместо телефона, юноша схватился за оставленный кем-то стакан воды и судорожно сделал несколько глотков. Прохладная вода скатилась по гортани и холодным клубком опустилась вниз. Ему сразу полегчало.
Он приподнялся на локтях и вытянул спину. Его лицо тут же обдало живительной прохладой. Оказалось, кровать была приперта к стене, поэтому прямо перед ним демонстрировало виды распахнутое настежь окно. Посмотрев в него, Сэм мгновенно понял, что наблюдает ранний рассвет. Солнце слабо касалось горизонта и окрашивало небо вокруг в багровые тона. Воздух был прохладным, деревья снаружи окружались лёгкой туманной дымкой, привыкая к свету и встречая начало нового дня. Сэм приподнялся бы ещё немного, но вдруг услышал щебетание прямо над своим ухом.
Он вздрогнул от неожиданности и поискал глазами источник звука. Маленькие когти какой-то необычной птички царапали дощатую поверхность подоконника в нескольких футах от лица юноши. Птица издавала странные звуки, то и дело, прыгая из стороны в сторону. Он в негодовании проследил за взглядом ее глаз-бусинок и заметил скопление небольших домиков, поросших плющом и лесными побегами. На их крыше красовалось множество растительности, начиная от вьющихся цветов и заканчивая разными грибами.
Крыши этих необычных строений выглядывали из низины, словно шпионы, широко распахнув пустые глазницы окон. У Сэма мгновенно создалось впечатление, что за ним наблюдают живущие внутри духи или выжившие из ума лесники. Он поежился и с трудом отвел взгляд от окна.
Попытка подняться с кровати оказалось безуспешной с первого же раза. Голова Сэма настолько потяжелела, что он едва мог удержать ее мышцами шеи. Юноша застонал, тем самым испугав птицу и в следующую секунду отплевывался от перьев и мелкого пуха. Он проследил за ее полетом и увидел как крошечное создание скрылось в окне одного из тех странных домиков, так и не вернувшись назад.
Размышлять на тему того, было ли это совпадением и хитро спланированной слежкой юноше не позволила отворившаяся дверь. В комнату вошёл директор Форрест, неся в руках поднос с яичницей и наскоро приготовленным кофе. На нем по-прежнему был замшевый костюм, только теперь композицию дополнял пришедшийся по размеру фартук, строгим бантиком повязанный на поясе.
– Ты уже проснулся? – он установил поднос на прикроватную тумбочку.
Сэм предпринял ещё одну попытку подняться. На этот раз она увенчалась успехом, и он смог ровно сесть в кровати, привалившись спиной к ее изголовью.
– Сколько времени я здесь пролежал? – спросил он с лёгкой хрипотцой в голосе.
– Десять часов, начиная с прошлой ночи, – возвестил директор, сев на деревянный стул подле кровати, – Действие отвара уже развеялось, но ты еще можешь ощущать лёгкую сонливость. Тебе необходимо поесть.
Сэм покачал головой, но в животе неодобрительно заурчало, поэтому он взялся за вилку и попробовал кухонный шедевр директора Форреста. На удивление, оказалось необычайно вкусно. Он стал поглощать яичницу с такой скоростью, которой сам от себя не ожидал и делал это до тех пор, пока тарелка не оказалась пустой. С кофе было покончено подобным образом.
– Вы потрясающий повар, – возвестил Сэм, откинувшись на спинку кровати, – Есть что-то, чего вы не умеете?
Директор слабо улыбнулся.
– Было время научиться, – он возвел взгляд к потолку.
Сэм чувствовал себя неуютно, но ему было необходимо задать следующий вопрос для удовлетворения собственного любопытства:
– Существуют маги старше вас?
– В лагере нет, – ответил директор, ни чуть не обиженный данным вопросом, – После меня идут тренер Джеральд и Эдгар. Наше так сказать начальство, составляют очень опытные и великовозрастные маги. Обычно они путешествуют или разрешают возникшие проблемы в взаимодействии магов и людей. Их сенат расположен в Калифорнии.
- У магов есть правительство? – удивился Сэм.
- Это не совсем правительство, но они за нас ответственны и требуют соблюдать некий свод правил. В любом обществе должен соблюдаться порядок, иначе миром овладеет хаос. Но обычно маги, составляющие сенат нас не посещают. В нашем пансионе учатся в основном, дети и подростки по меркам магов.
Большинству учеников обычно не больше сотни.
– Обычно?
– Мэй среди них самая старшая. Ей уже около шести ста лет. Однако она довольно своенравна для своего возраста... Так сказать, с характером. Но она многому может научить, если увидит в тебе потенциал. Честно говоря, никак не могу привыкнуть к ее возрасту. Вообразить ее живущей в средневековье крайне тяжело.
Сэм постарался представить Мэй в каком-нибудь роскошном платье, легкой походкой щеголяющей во дворце и исполняющей пируэты на балах, ведя дамские переговоры о замужестве, в компании нескольких леди в модных панамках и покачал головой. Образ девушки совершенно не вязался со всей этой лабудой.
– Я тоже, – признался юноша, – Так, получается, я буду таким же, как она? Смогу использовать магию огня?
– Чтобы стать как она, потребуется не одно столетие упорных тренировок, но ваша стихия одинакова. Однако, пока что это не столь важно, – он вздохнул и заговорщицки на него посмотрел, – На самом деле я пришел сказать тебе то, что ты не услышишь ни от кого в лагере, так что отнесись к этому серьезно.
Юноша моментально оживился и подался поближе к директору.
– Я знал твоих родителей довольно давно и близко с ними дружил. Их сила воли и характера всегда превышала уровень обыкновенного мага. Из этого можно сделать вывод, что у них не могло получиться слабого ребенка. У тебя есть все шансы стать таким же героем как они.
По спине Сэма пробежал холодок.
– Героем? – он вспомнил слова чудовища из своего сна: «потомственный герой», – Почему вы называете их героями?
Он тяжко вздохнул и свел брови, с закрытыми глазами потерев переносицу.
– У нас об этом многое говорят, поэтому тебе лучше узнать сейчас, чтобы не удивляться. Но для начала я хочу услышать, что тебе известно об обстоятельствах их смерти?
Чувствуя что-то неладное, Сэм прикусил внутреннюю поверхность щеки. Ему показалось, что директор пытается что-то от него утаить, но что именно он не знал и знать не мог. Все что было в его силах – рассказать о том дне все что он помнил. Именно это он и сделал, не забыв упомянуть о телефонном разговоре тети Розалин и приходе бледного дяди Майка домой. Он рассказал, как по прошествии получаса после того, как дядя заявился домой едва не теряя сознание, он собрал всех за круглым столом в гостиной и поведал о случившейся трагедии.
В половине шестого после полудня дядю забрали с работы и попросили опознать погибших, показав лишь распечатанную фотографию двух молодожен. Опознав по черно-белому фотороботу брата и его жену, дядя был погружен в ужасающие подробности несчастного случая. К сожалению, полиция не могла даже показать их тела, ведь они полностью обратились в пепел.
Как выяснилось путем расследования, Саманта и Паркер Бейкеры ехали вместе с работы, и попали в автомобильную аварию. Ноги женщины были придавлены серым седаном, чей владелец решил полихачить, не заметив крутого поворота и врезавшись в громадный фургон посреди улицы. Муж не мог отойти от жены ни на шаг, пытаясь помочь ей выбраться из-под машины. К сожалению, когда прохожие поняли, что произошло, из прорванного бензопака уже вытекло достаточно бензина для сокрушительного взрыва. По счастливой случайности для прохожих и по несчастливой для юноши, взрыв унес жизни лишь двоих – его родителей. Даже водитель того самого серого седана, устроивший аварию, успел отползти и остался в живых на несколько дней, скончавшись в больнице лишь потом от повышенного давления и инсульта.
Это было все, что известно Сэму о случившейся трагедии. По крайней мере, все, что не утаил и посчитал нужным рассказать семье дядя Майк.
– Это версия событий несколько не достоверна, – известил директор по окончанию рассказа и смолк, подбирая нужные слова.
– Скажите мне правду, – потребовал Сэм и сжал пододеяльник со своего покрывала с такой силой, что тот едва не порвался, – Какой бы она ни была, я хочу знать больше!
– В стенах этого лагеря, как и в нашем мире в целом, – сдался директор, – Саманту и Паркера Байкеров принято считать героями. Они отдали свою жизнь за процветание нашей популяции, победив главного заговорщика и зачинщика беды, в чьих мыслях было лишь устроить массовый геноцид. Эта история крайне долгая и запутанная, а время, чтобы посвящать тебя во все ее подробности явно не подходящее. Сейчас тебе достаточно знать, что в лагере их называют героями, поэтому не удивляйся.
- И это все? – возмутился Сэм, – Так вы делаете только хуже! Я хочу знать об их смерти всю правду целиком! За что они отдавали жизни и какого «зачинщика беды» побеждали?
Воцарилась тишина. Юноша не на шутку вспылил и теперь видел, как директор жалеет, что вообще завел эту тему. Но тут уж Сэма можно было понять! Сказать что доступная ему информация о смерти родителей - ложь, и что на самом деле они погибли при совершенно иных обстоятельствах, замолчав после этого – это все равно что пообещать конфету и дать одну лишь обертку!
Но, в конце концов, директор Форрест глубоко вздохнул и собрался с мыслями. Было заметно, что эта тема причиняет ему страдания, но Сэм не оставил ему выбора. Юноша никогда не простит себя, если не наберется мужества дослушать эту историю до конца прямо сейчас.
– Это произошло во время…
Его прервал раздавшийся в дверь стук. Сэм заранее был готов убить того, кто стоит за дверью, но вовремя совладал с собой и успокоился. Он обязательно вернется к этой теме и заставит директора все ему рассказать.
По разрешению войти, в дверной щели сначала мелькнули светлые локоны, затем показалась и их обладательница. Ею оказалась круглолицая длинноволосая девушка с перекинутым через дощечку бумажным блокнотом в руках. Ее кожа была светлой, а тонкая талия подчеркивалась широкими бедрами. Одета она была в голубую футболку, заправленную в такого же цвета джинсы.
– Директор Форрест, вы меня звали? – мелодично спросила девушка.
– Да, Мелисса, входи, – он виновато посмотрел на Сэма, успевшего внутренне ее возненавидеть, – Давай поговорим об этом в другой раз, ладно? Я бы очень хотел, чтобы ты поскорее здесь освоился. Все-таки новеньких у нас обычно не бывает, поэтому все происходит в спешке.
Он поднялся и поправил золотые запонки на своем костюме.
– Мелисса покажет тебе лагерь, а я пока организую место в обиталище магов огня, – он выдохнул и мотнул головой, – К этому нужно подготовиться.
– Он не очень любит туда ходить, – шепнула Мелисса за его спиной – Это расстраивает его медитационные каналы.
Последние два слова девушка произнесла с сарказмом, шуточно изображая пальцами кавычки.
– Я все слышал! – откликнулся директор, – В свою защиту скажу, что так оно и есть. Здешние маги огня такие суетливые и проблемные. Стоит мне выйти от них, как мои способности и желание работать опускается до уровня трех сотен лет! Это неслыханный позор! Надеюсь, ты окажешься более спокойным, мальчик мой.
«Не хочется вас расстраивать, но я впишусь в такую компанию как влитой» – подумал Сэм, но вслух произносить не стал. Он обрадовался, должно быть, в первый раз с момента приезда в лагерь. В обществе нормальных он обычно был чужим и всячески пытался это изменить, но еще никогда не пробовал повернуть все вспять. И вот теперь, по счастливой случайности, он попадет именно к ненормальным.
Директор кивнул.
– Для магов огня оно проходит наиболее тяжко и часто ломает их изнутри. Но это поправимо если принимать этот отвар хотя бы раз в сутки. Тебе повезло оказаться здесь, мальчик мой, - Он обращался к нему по отцовски тепло, словно Сэм уже стал среди них своим, – Не представляю какие последствия тебя ожидали бы, будь ты в большом городе, ничего не зная о своих способностях.
Только теперь до Сэма дошло, что ему не удастся сбежать от всего этого. Его надежды развеялись как густой туман, уносимый поднявшимся за окном ветром. Он не знал, что теперь с ним будет, куда он пойдет и как расскажет обо всем дяде и тете. Что, если на самом деле они не знают о магии? Тогда они могут не поверить ему или отказаться от опеки, сослать в какую-нибудь психбольницу или запереть в четырех стенах… И кто же его защитит?
Сомнения юноши явно не прошли мимо врожденного чутья директора.
– Возможность использовать заложенную в тебе магию, - это серьезное изменение, – твердо сказал он, – поэтому обращение будет длиться до тех пор, пока ты не станешь готов. Не знать что тебя ждет в будущем – это нормально, но не стоит себя накручивать. Я разберусь с теми вопросами, которые на тебя давят.
– Каким образом? – горько усмехнулся Сэм, – Из пансиона меня не забрать без разрешения опекунов, а я не уверен даже в курсе ли они о моих силах …
– Если я говорю, что могу помочь тебе, значит так и есть, – произнес директор тоном, не терпящим возражений, – Ты можешь учиться здесь, в нашей школе или заниматься в лагере, на свое усмотрение. Мы обучим тебя борьбе, здесь ты сможешь найти новый дом.
– А как же моя семья? – юноша произнес это менее уверенно, нежели хотелось бы.
– Ближайшее время они в любом случае не захотят тебя видеть, - вдруг сказала Мэй.
Сэм в удивленно на нее обернулся, в ответ на что девушка вопросительно вскинула бровь.
– По твоей истории не сложно догадаться.
– Кхм, я полагаю, что нам необходимо поселить тебя здесь на некоторое время, – откашлялся Форрест, – Позже разберемся с твоими дядей и тетей, заодно выясним в курсе ли они вообще о происходящих в тебе переменах.
Сэм устало кивнул. Внезапно его ноги стали ватными, и он перестал чувствовать свой вес, становясь словно пушинкой.
– Вы же объясните мне? – еле выговорил он.
– Объясню тебе что, мальчик мой? – мягко спросил директор, придерживая его за плечо.
– Как... Возможно...
Сэм почувствовал, как оседает на пол. Язык внезапно перестал его слушаться, запинаясь и путаясь между зубами.
– Ах, senex stultus! (старый дурак, лат.) – директор Форрест покачал головой, и хлопнул ладонью по лбу, – Забыл предупредить, что снадобье имеет седативный эффект! Ну, ничего страшного, отдохни немного, и завтра мы обязательно продолжим.
Приближающиеся к двери шаги директора слабоватым эхом отдавались в его измученной голове. Последним что Сэм увидел перед полным погружением в темноту, оказались смутные силуэты нескольких детей. Они строго смотрели на него, сложив руки на груди и начинали приближаться, как вдруг картинка кабинета завертелась перед глазами Сэма и юноша потерял сознание.
Глава 5. Встреча со своими страхами
Сэм проснулся на небольшой кровати в странного вида комнате, подозрительно напоминающей кладовку. Вдоль стен тянулись полки, под завязку забитые банками с приготовлениями, снадобьями и чистящими средствами. Половина этих предметов покрывалась мелким слоем пыли, хоть пол оставался чистым.
Он потянулся рукой к прикроватной тумбочке, на которой краем глаза заметил свой сотовый, но достать его не успел. Горло юноши настолько пересохло, что стоило ему сделать глубокий вдох, как он закашлялся, вынуждая содрогаться и скручиваться узлом пустой желудок. Вместо телефона, юноша схватился за оставленный кем-то стакан воды и судорожно сделал несколько глотков. Прохладная вода скатилась по гортани и холодным клубком опустилась вниз. Ему сразу полегчало.
Он приподнялся на локтях и вытянул спину. Его лицо тут же обдало живительной прохладой. Оказалось, кровать была приперта к стене, поэтому прямо перед ним демонстрировало виды распахнутое настежь окно. Посмотрев в него, Сэм мгновенно понял, что наблюдает ранний рассвет. Солнце слабо касалось горизонта и окрашивало небо вокруг в багровые тона. Воздух был прохладным, деревья снаружи окружались лёгкой туманной дымкой, привыкая к свету и встречая начало нового дня. Сэм приподнялся бы ещё немного, но вдруг услышал щебетание прямо над своим ухом.
Он вздрогнул от неожиданности и поискал глазами источник звука. Маленькие когти какой-то необычной птички царапали дощатую поверхность подоконника в нескольких футах от лица юноши. Птица издавала странные звуки, то и дело, прыгая из стороны в сторону. Он в негодовании проследил за взглядом ее глаз-бусинок и заметил скопление небольших домиков, поросших плющом и лесными побегами. На их крыше красовалось множество растительности, начиная от вьющихся цветов и заканчивая разными грибами.
Крыши этих необычных строений выглядывали из низины, словно шпионы, широко распахнув пустые глазницы окон. У Сэма мгновенно создалось впечатление, что за ним наблюдают живущие внутри духи или выжившие из ума лесники. Он поежился и с трудом отвел взгляд от окна.
Попытка подняться с кровати оказалось безуспешной с первого же раза. Голова Сэма настолько потяжелела, что он едва мог удержать ее мышцами шеи. Юноша застонал, тем самым испугав птицу и в следующую секунду отплевывался от перьев и мелкого пуха. Он проследил за ее полетом и увидел как крошечное создание скрылось в окне одного из тех странных домиков, так и не вернувшись назад.
Размышлять на тему того, было ли это совпадением и хитро спланированной слежкой юноше не позволила отворившаяся дверь. В комнату вошёл директор Форрест, неся в руках поднос с яичницей и наскоро приготовленным кофе. На нем по-прежнему был замшевый костюм, только теперь композицию дополнял пришедшийся по размеру фартук, строгим бантиком повязанный на поясе.
– Ты уже проснулся? – он установил поднос на прикроватную тумбочку.
Сэм предпринял ещё одну попытку подняться. На этот раз она увенчалась успехом, и он смог ровно сесть в кровати, привалившись спиной к ее изголовью.
– Сколько времени я здесь пролежал? – спросил он с лёгкой хрипотцой в голосе.
– Десять часов, начиная с прошлой ночи, – возвестил директор, сев на деревянный стул подле кровати, – Действие отвара уже развеялось, но ты еще можешь ощущать лёгкую сонливость. Тебе необходимо поесть.
Сэм покачал головой, но в животе неодобрительно заурчало, поэтому он взялся за вилку и попробовал кухонный шедевр директора Форреста. На удивление, оказалось необычайно вкусно. Он стал поглощать яичницу с такой скоростью, которой сам от себя не ожидал и делал это до тех пор, пока тарелка не оказалась пустой. С кофе было покончено подобным образом.
– Вы потрясающий повар, – возвестил Сэм, откинувшись на спинку кровати, – Есть что-то, чего вы не умеете?
Директор слабо улыбнулся.
– Было время научиться, – он возвел взгляд к потолку.
Сэм чувствовал себя неуютно, но ему было необходимо задать следующий вопрос для удовлетворения собственного любопытства:
– Существуют маги старше вас?
– В лагере нет, – ответил директор, ни чуть не обиженный данным вопросом, – После меня идут тренер Джеральд и Эдгар. Наше так сказать начальство, составляют очень опытные и великовозрастные маги. Обычно они путешествуют или разрешают возникшие проблемы в взаимодействии магов и людей. Их сенат расположен в Калифорнии.
- У магов есть правительство? – удивился Сэм.
- Это не совсем правительство, но они за нас ответственны и требуют соблюдать некий свод правил. В любом обществе должен соблюдаться порядок, иначе миром овладеет хаос. Но обычно маги, составляющие сенат нас не посещают. В нашем пансионе учатся в основном, дети и подростки по меркам магов.
Большинству учеников обычно не больше сотни.
– Обычно?
– Мэй среди них самая старшая. Ей уже около шести ста лет. Однако она довольно своенравна для своего возраста... Так сказать, с характером. Но она многому может научить, если увидит в тебе потенциал. Честно говоря, никак не могу привыкнуть к ее возрасту. Вообразить ее живущей в средневековье крайне тяжело.
Сэм постарался представить Мэй в каком-нибудь роскошном платье, легкой походкой щеголяющей во дворце и исполняющей пируэты на балах, ведя дамские переговоры о замужестве, в компании нескольких леди в модных панамках и покачал головой. Образ девушки совершенно не вязался со всей этой лабудой.
– Я тоже, – признался юноша, – Так, получается, я буду таким же, как она? Смогу использовать магию огня?
– Чтобы стать как она, потребуется не одно столетие упорных тренировок, но ваша стихия одинакова. Однако, пока что это не столь важно, – он вздохнул и заговорщицки на него посмотрел, – На самом деле я пришел сказать тебе то, что ты не услышишь ни от кого в лагере, так что отнесись к этому серьезно.
Юноша моментально оживился и подался поближе к директору.
– Я знал твоих родителей довольно давно и близко с ними дружил. Их сила воли и характера всегда превышала уровень обыкновенного мага. Из этого можно сделать вывод, что у них не могло получиться слабого ребенка. У тебя есть все шансы стать таким же героем как они.
По спине Сэма пробежал холодок.
– Героем? – он вспомнил слова чудовища из своего сна: «потомственный герой», – Почему вы называете их героями?
Он тяжко вздохнул и свел брови, с закрытыми глазами потерев переносицу.
– У нас об этом многое говорят, поэтому тебе лучше узнать сейчас, чтобы не удивляться. Но для начала я хочу услышать, что тебе известно об обстоятельствах их смерти?
Чувствуя что-то неладное, Сэм прикусил внутреннюю поверхность щеки. Ему показалось, что директор пытается что-то от него утаить, но что именно он не знал и знать не мог. Все что было в его силах – рассказать о том дне все что он помнил. Именно это он и сделал, не забыв упомянуть о телефонном разговоре тети Розалин и приходе бледного дяди Майка домой. Он рассказал, как по прошествии получаса после того, как дядя заявился домой едва не теряя сознание, он собрал всех за круглым столом в гостиной и поведал о случившейся трагедии.
В половине шестого после полудня дядю забрали с работы и попросили опознать погибших, показав лишь распечатанную фотографию двух молодожен. Опознав по черно-белому фотороботу брата и его жену, дядя был погружен в ужасающие подробности несчастного случая. К сожалению, полиция не могла даже показать их тела, ведь они полностью обратились в пепел.
Как выяснилось путем расследования, Саманта и Паркер Бейкеры ехали вместе с работы, и попали в автомобильную аварию. Ноги женщины были придавлены серым седаном, чей владелец решил полихачить, не заметив крутого поворота и врезавшись в громадный фургон посреди улицы. Муж не мог отойти от жены ни на шаг, пытаясь помочь ей выбраться из-под машины. К сожалению, когда прохожие поняли, что произошло, из прорванного бензопака уже вытекло достаточно бензина для сокрушительного взрыва. По счастливой случайности для прохожих и по несчастливой для юноши, взрыв унес жизни лишь двоих – его родителей. Даже водитель того самого серого седана, устроивший аварию, успел отползти и остался в живых на несколько дней, скончавшись в больнице лишь потом от повышенного давления и инсульта.
Это было все, что известно Сэму о случившейся трагедии. По крайней мере, все, что не утаил и посчитал нужным рассказать семье дядя Майк.
– Это версия событий несколько не достоверна, – известил директор по окончанию рассказа и смолк, подбирая нужные слова.
– Скажите мне правду, – потребовал Сэм и сжал пододеяльник со своего покрывала с такой силой, что тот едва не порвался, – Какой бы она ни была, я хочу знать больше!
– В стенах этого лагеря, как и в нашем мире в целом, – сдался директор, – Саманту и Паркера Байкеров принято считать героями. Они отдали свою жизнь за процветание нашей популяции, победив главного заговорщика и зачинщика беды, в чьих мыслях было лишь устроить массовый геноцид. Эта история крайне долгая и запутанная, а время, чтобы посвящать тебя во все ее подробности явно не подходящее. Сейчас тебе достаточно знать, что в лагере их называют героями, поэтому не удивляйся.
- И это все? – возмутился Сэм, – Так вы делаете только хуже! Я хочу знать об их смерти всю правду целиком! За что они отдавали жизни и какого «зачинщика беды» побеждали?
Воцарилась тишина. Юноша не на шутку вспылил и теперь видел, как директор жалеет, что вообще завел эту тему. Но тут уж Сэма можно было понять! Сказать что доступная ему информация о смерти родителей - ложь, и что на самом деле они погибли при совершенно иных обстоятельствах, замолчав после этого – это все равно что пообещать конфету и дать одну лишь обертку!
Но, в конце концов, директор Форрест глубоко вздохнул и собрался с мыслями. Было заметно, что эта тема причиняет ему страдания, но Сэм не оставил ему выбора. Юноша никогда не простит себя, если не наберется мужества дослушать эту историю до конца прямо сейчас.
– Это произошло во время…
Его прервал раздавшийся в дверь стук. Сэм заранее был готов убить того, кто стоит за дверью, но вовремя совладал с собой и успокоился. Он обязательно вернется к этой теме и заставит директора все ему рассказать.
По разрешению войти, в дверной щели сначала мелькнули светлые локоны, затем показалась и их обладательница. Ею оказалась круглолицая длинноволосая девушка с перекинутым через дощечку бумажным блокнотом в руках. Ее кожа была светлой, а тонкая талия подчеркивалась широкими бедрами. Одета она была в голубую футболку, заправленную в такого же цвета джинсы.
– Директор Форрест, вы меня звали? – мелодично спросила девушка.
– Да, Мелисса, входи, – он виновато посмотрел на Сэма, успевшего внутренне ее возненавидеть, – Давай поговорим об этом в другой раз, ладно? Я бы очень хотел, чтобы ты поскорее здесь освоился. Все-таки новеньких у нас обычно не бывает, поэтому все происходит в спешке.
Он поднялся и поправил золотые запонки на своем костюме.
– Мелисса покажет тебе лагерь, а я пока организую место в обиталище магов огня, – он выдохнул и мотнул головой, – К этому нужно подготовиться.
– Он не очень любит туда ходить, – шепнула Мелисса за его спиной – Это расстраивает его медитационные каналы.
Последние два слова девушка произнесла с сарказмом, шуточно изображая пальцами кавычки.
– Я все слышал! – откликнулся директор, – В свою защиту скажу, что так оно и есть. Здешние маги огня такие суетливые и проблемные. Стоит мне выйти от них, как мои способности и желание работать опускается до уровня трех сотен лет! Это неслыханный позор! Надеюсь, ты окажешься более спокойным, мальчик мой.
«Не хочется вас расстраивать, но я впишусь в такую компанию как влитой» – подумал Сэм, но вслух произносить не стал. Он обрадовался, должно быть, в первый раз с момента приезда в лагерь. В обществе нормальных он обычно был чужим и всячески пытался это изменить, но еще никогда не пробовал повернуть все вспять. И вот теперь, по счастливой случайности, он попадет именно к ненормальным.
