Большую из спален Лайс намеревался заграбастать себе, но я вовремя это заметила, и справедливость восторжествовала.
На то, чтобы навести порядок у нас ушла целая длань. Обветшалую мебель мы выкинули и купили новую. Заменили битые оконные стекла. Только до чердака не добрались. Зато уже на третий день вычистили сухой холодный погреб и даже частично заполнили его припасами.
Воду брали из ручья неподалеку, а из каморки в коридоре Эн-Ферро устроил некое подобие ванной комнаты, установив там умывальник и найденное тут же и тщательно отмытое корыто. Прочие «удобства» располагались в деревянной будке за сарайчиком, но меня это не смущало.
Я больше переживала из-за распределения домашних обязанностей, но и тут обошлось. Уборку Лайс героически взял на себя, готовку доверил мне. А вот стирать, гладить и шить отказались мы оба, и чтобы решить эту проблему братец смотался в поселок и договорился с одной из местных жительниц, что та станет раз в длань забирать у нас грязные или нуждающиеся в починке вещи.
Как ни странно, но именно в этой суете мне удалось упорядочить свои мысли. Оказалось, что за спешными переходами, гигантскими ящерицами, поющими башнями, орками и разбойниками я не замечала очевидных вещей. Привыкла думать лишь о себе и своем будущем, напрочь забыв о том, кто рядом. О Лайсе. Чего стоит ему приход на Тар? Чего может стоить?
- Знаешь, ближайшие семь лет я абсолютно свободен, - попытался он свести к шутке начатый мной разговор. – Так что если переживаешь, что чем-то нарушила мои планы – забудь.
- А что будет, если местные маги тебя обнаружат?
Недаром он их сторонится, даже в городе поселиться не захотел. И щитов не снимает ни днем, ни ночью, даже подумать страшно, сколько сил уходит на это.
- Не обнаружат.
- Школа-то под боком, - напомнила я. – Вдруг…
- В Школу ты ходить будешь, а не я. А если случайно – так был я и в башне в Сарасте, и в канцелярию с тобой ходил – не заметили же?
- И сколько ты так продержишься?
Я спрашивала о блоках, и он понял:
- Месяц-полтора, если не снимая.
Месяц – это еще реально. А то я уж думала, что он сейчас скажет: «Лет семь – без проблем» и аргументирует это своим «я – кард!».
- А через месяц тебе реанимация понадобится, да?
- Не понадобится, не волнуйся. Дома могу расслабляться иногда. А попозже, когда все устроится, хочу в лесничество наняться, тут неподалеку, в охотничью артель. Магов у них нет, принципиально не держат. Пойду стрелком или загонщиком – и мне хорошо, весь день налегке, и для легенды неплохо, чтоб вопросов ни у кого не возникло, на какие шиши живем.
- В лесничество? – не поверила я. - Серьезно?
- А ты думала, как? Главное правило Идущего: не выделяться. Если только ты не в легальном Мире, конечно. А мы не в легальном мире. Но сначала, как я и сказал, нужно дом обустроить и тебе на первых порах помочь с учебой. Кстати, список тащи, поглядим, что тебе к занятиям докупить нужно, первое октября уже не за горами.
Не так уж и незаметно, но тему Эн-Ферро сменил. Может, и к лучшему. Все равно я не решилась бы его спросить, ради чего он готов пожертвовать несколькими годами жизни, а то и самой жизнью – ради меня, ради моего отца, ради возвращения в родной Мир или просто потому, что Рошан его попросил? Пусть пока остается секретом…
- Вот, держи, - я принесла из своей комнаты сложенный вдвое лист.
Перечень того, что будет нужно для учебы, выдали мне еще в канцелярии. Требовалось приобрести: бумагу и грифельные палочки, медный котелок объемом в два ковша и препараты и реактивы в количестве шестнадцати наименований по отдельному списку – для практических занятий то ли по химии, то ли по алхимии.
- Завтра в аптеке купим, - махнул рукой Эн-Ферро. – Давай дальше.
- Четыре отреза темной ткани по два гиара и мел, - с недоумением прочла я. – А это-то зачем?
- У тебя через два-три месяца начнутся «Графические символы», что ж теперь весь пол пентаграммами измалюешь? А тряпки постирать можно, или выкинуть. Запиши на всякий случай еще два отреза и стальные булавки с крупной головкой – будешь ткань к доскам пришпиливать, чтоб не съезжала. Дальше.
- Свечи, не менее десяти штук, пчелиный воск, шелковые нитки… Миска и ложка?
- Вас там кормить будут.
- А, хорошо.
- Хорошо не обещаю, - усмехнулся братец, - но сытно – это факт. По молодости и неопытности у учеников расход энергии слишком большой получается. Так что ты и перед занятиями завтракать не забывай. Что там еще по списку?
- Только литература.
- А ну-ка дай сюда. «Основы практической магии» - самому интересно. «Народы Тара», «Травы и зелья», «Демонические сущности»… Книги тоже завтра купим.
- Нам бы в гостиную диванчик какой-нибудь поставить, - переключилась я на прозу жизни. – Ковер постелить. Посуды на кухню докупить…
- Список пиши, - лениво отозвался Лайс. – Денег пока хватает.
- А еще завтра двадцать четвертое сентября.
- Ну да, времени маловато.
- Я не о том. У меня день рождения.
Кард уставился на меня с непониманием.
- День рождения. Двадцать семь лет.
- А, так это у тебя на Земле в сентябре день рождения! – рассмеялся Эн-Ферро.
- А на Таре теперь когда? – удивилась я.
Лайс на пару минут скрылся в своей спальне. Вернулся он с каким-то странным приспособлением напоминавшим логарифмическую линейку.
- Смотри сюда. Мы вышли с Земли двадцать седьмого января. Правильно? Ищи на этой шкале значок Земли.
Я неуверенно указала один из символов. Мужчина закатил глаза.
- Ты же Открывающая! Вот Земля, вот! А то, что ты показала – Тиная. Ладно, смотри дальше: мы вышли на Таре седьмого августа по местному календарю. Вот Тар. Совмещаем эти две шкалы: седьмое августа здесь и двадцать седьмое января там. Ищи теперь свой день рождения.
- Седьмое апреля?
- Точно, - улыбнулся кард. – Не торопись взрослеть, Галчонок. Семнадцать лет – чудный возраст. Эй, надулась чего?
Чего-чего, подарок хотела получить. А теперь до апреля ждать придется.
- А у меня, вообще, в мае, - утешил Лайс. – Пятнадцатого.
- Запомню. А Новый год у них здесь когда?
- Первого марта.
- Так что, до весны и праздников не будет?!
- Как не будет? В новый дом мы въехали? Въехали. Давай новоселье праздновать! Я и подарок тебе купил.
Эн-Ферро снова смотался в комнату и притащил оттуда какую-то резную дощечку.
- И что это?
- Полочка!
- Малюсенькая-то какая! Что ж на нее станет?
- Чашка твоя драгоценная. Вот здесь повешу – на самом видном месте. А ты мне что подаришь?
Вариантов было не много.
- Я тебе ужин праздничный приготовлю. И пирог испеку. С яблоками.
Как оказалось, отличия в анатомии мужчины-человека и мужчины-карда не столь существенны: путь к сердцу и того, и другого пролегал через желудок.
Он ждал уже третий день, там, где она назначила встречу. Солея, деревушка Теплые Воды – маленькое поселение в долине гейзеров. Он и сам любил это место, хоть бывал тут нечасто. Дракону крайне проблематично затаиться на Солее: древний Мир блокирует трансформационную магию, вынуждая постоянно пребывать в истинном обличье, то бишь огнедышащим крылатым ящером. И все бы ничего, но местные жители вбили себе в головы, что драконы ниспосланы им за грехи их, и упорно отказываются идти на диалог, откупаясь жертвами и подношениями. Странно было мириться с подобными предрассудками в достаточно развитом Мире, однако прогресс, безостановочно двигавший вперед науку и технику, обошел стороной религию. Приходилось терпеть.
Вчера ему в жертву принесли теленка. Было бы лучше, если бы тушу предварительно освежевали и отделили мясо от костей, но люди, как и прежде, отказывались вести какие-либо переговоры.
Сегодня жертв не было, и он удовлетворил аппетит заблудившейся в овраге овцой. Гадость редкостная! До сих пор сплевывал шерсть. Но, по крайней мере, сыт.
Со стороны селения показалась многочисленная процессия, возглавляемая священнослужителем в парадном одеянии. С торжественными песнопениями крестьяне волокли странного вида деревянную конструкцию, в центре которой вяло трепыхалось нечто белое и воздушное.
Он аж сплюнул огнем от досады. Прогрессивный Мир, так его! Пароходы–поезда! И эти туда же.
Девственница! И что прикажете с ней делать?! Может, лучше сожрать жреца и деревенского старосту, чтоб неповадно было пугать бедных девчонок?
Не успел – кое-как закрепив треногу с жертвой на ближайшем холме, поселяне спешно укрылись в рощице.
Он опасливо огляделся. Оставалось одно – бежать!
Но жертвенная девица вдруг помахала ему рукой.
- Ольга?! – узнал он, подобравшись поближе. - Что это за цирк?
- Извини, - она смущенно улыбнулась. – Но это был, наверное, единственный способ явиться на свидание.
- В смысле?
- Меня ограбили, - пояснила девушка. – Я от Врат добиралась по железной дороге и на одной из станций лишилась всего имущества. Из одежды осталась только пижама. А я, прости, не так воспитана, чтоб являться на встречу с мужчиной в пижаме.
- И что ты сделала?
- Сначала обратилась в муниципальную охрану в Ямеле…
- И?
- И мне выписали штраф за хождение в неприличном виде. У меня пижма такая, знаешь ли… Они смотрят?
- Кто? – не понял он.
- Крестьяне.
- Кажется, выглядывают из-за камней.
- Ну зарычи что ли… Фу, Кир! Когда ты в последний раз зубы чистил?
- С утра, - смутился он, - даже пучок мелисы сжевал. Просто потом неудачно позавтракал.
- Овцой? У тебя шерсть между зубами. Черная.
- Тьфу! Прости. Так как же ты все-таки попала сюда?
- Закуталась в какие-то тряпки и пошла в местный храм. Сказала, что сбежала из своей деревни, так как там меня собирались принести в жертву дракону. Попросила помощи и убежища.
Разумный ход, учитывая местный менталитет. Он понимающе кивнул:
- И тебя приволокли сюда.
- Да. И заметь, мне позволили принять душ, дали неплохое платье, косметику и вот – бусики!
- Бусики?! Да это же дешевка из цветного стекла!
- А смотрятся миленько. Я их сохраню. На память.
- Как хочешь. Но как по мне, то тебе больше пошли бы изумруды… Слушай, поселяне – они не уходят!
Она проследила за его взглядом. Да, все еще здесь.
- Ну, я думаю, они несколько потратились на экипировку жертвы и теперь хотят получить компенсацию в виде зрелища моего пожирания.
- Что?! – возмутился он. – Не собираюсь я тебя пожирать! Во-первых, я не голоден. Во-вторых, эти твои бусики - дешевка и не стоят зрелища. А в третьих, ты худая… и очень мне нравишься. Особенно когда вот так хитро щуришься.
- Ну, тогда ты бы мог схватить меня и утащить в свое логово.
- Прекрасная идея, - согласился он. – Но хочу предупредить, мое лучшее логово находится в Либене.
- Алеуза? Ничего не имею против.
Тар, Марони
Октябрь, 1056 г.
- Это уже второй, - Лайс наскоро нацарапал что-то в тетрадке. – Первый сон был ровно месяц назад.
- Ты отмечаешь интервалы? – догадалась я. – Думаешь, есть какая-то закономерность?
- Возможно. Но двух случаев недостаточно, чтобы ее выявить. Ты ешь быстрее, а то опоздаешь!
Сегодня господин магистр совершил подвиг: встал раньше меня, разогрел вчерашнее мясо и пожарил яичницу. На будущее нужно предупредить, что я люблю глазунью с жидкими желтками. Хотя вряд ли братец собирается готовить мне завтраки ежедневно.
- Жуй, говорю тебе! – нервничал он. – В первый день опаздывать нельзя!
- А во второй?
- И во второй, и в третий, и во все остальные!
Ну вот, придется каждый день вставать в такую рань. Хотя нет – еще раньше! Сегодня-то Лайс в честь первого дня и вчерашнего дождя обещал подвезти меня до Школы на фургоне. А потом пешком ходить буду. Может, братишка все же расщедрится на подседельного кера?
- Лайс, а мне лучше в платье пойти или в брюках?
- Что?! – завопил он. – Ты не в этом едешь?
- Естественно, нет. Это же домашнее.
Эн-Ферро за шкирку выволок меня из-за стола и впихнул в комнату:
- По дороге доешь, я тебе бутерброд сделаю! Одевай платье…
- А …
- Синее, - отрезал он. – И волосы можешь не заплетать. И на макияж время не трать – ты и так красавица. В общем, если через пять минут не будешь готова, гружу в фургон и везу, как есть! Станешь потом объяснять, что это последняя саатарская мода!
Он такой. С него станется и голой меня в Школу притащить! Только вряд ли там поверят, что в Эльфийском Лесу все именно так и ходят. Так что одевалась я быстро. Даже волосы успела собрать на затылке в хвост и глаза немного подвела.
- Можешь, если хочешь! – похвалил меня Лайс. – Сумку не забудь, ученица!
Ну, с богом. Или с богами – на Таре их целых пять. Помоги они мне все!
Эн-Ферро высадил меня у моста. Въезжать в кишащий местными волшебниками замок магистр Пилаг не решился.
- Домой сама доберешься? Ну тогда, как говорят на твоей Земле, ни пуха, ни пера!
Я от всей души послала Лайса к черту и вклинилась в разноцветную толпу школяров.
Во внутреннем дворе царила неразбериха. Но если присмотреться, становилось понятно, что стоящие небольшими группками спокойные и уверенные в себе молодые люди, взирающие на творящийся беспорядок с высокомерно-снисходительными лицами – старшие ученики, а многоголовое и многоголосое стадо, мечущееся из стороны в сторону – это мы, первогодки. Последних насчитывалось около пятидесяти. Эн-Ферро говорил, что в течение первого года обучения больше половины отсеется. Оставшиеся разделятся по специальностям. Как я поняла из разговоров, большинство новичков грезило боевой магией. Только три девчушки, прибывшие откуда-то с северной границы, сразу же заявили, что хотят выучиться на целительниц. Да еще одна особа в нелепой шляпке с ходу поведала, что у нее-де мощнейший дар ясновиденья, и ее куратор пообещал еще до конца года перевести ее на отделение прорицателей.
Девицу звали Миларой. Когда она сняла свой жуткий головной убор, то оказалась вполне симпатичной. И очень общительной.
- Можешь звать меня Милой, - разрешила она. – Только не Милкой. А то эти сельские дурочки так и норовят перекрутить все имена на свой лад. Видишь ту девушку? Единственная дочь маркиза Весара. Снимает целый дом на Приречной улице. Зовут Алатти. Так эти клуши назвали ее Алкой. Представляешь? А она – врожденная огневичка. Думала, испепелит этих дурех к троллевой бабушке!
Здорово-то как! Милка. Алка. Словно и с Земли не уходила!
- А парня того видишь? – не унималась ясновидящая. – Красивый, да?
Как по мне, не очень. Короткие волосы неопределенно-серого цвета, голубые глаза, плечи узковаты для такого высокого роста, сутулится немного… Да ему же вообще семнадцать лет!
- Звать Данвей, но можно Дан – он не обижается. Тоже стихийник. Только еще не ясно, какой именно. Не может определиться между Водой и Воздухом. А вон…
Милара жила в студенческом квартале уже месяц, успела перезнакомиться практически со всеми будущими соучениками и сейчас с радостью взялась за мое просвещение. Объекты ее рассказов, проходя мимо, здоровались и тут же исчезали где-то на противоположном конце двора, кое-кого девушка успевала схватить за рукав и познакомить со мной, но и те спешили убраться подальше. Я долго думала, как бы тактичнее выяснить у Милы причины странного явления, но, так ничего и не надумав, задала вопрос в лоб.
- Я им ворожила, - вздохнула она. – Сами же уговаривали! А потом – кто обиделся, кто расстроился. А кто-то и вовсе испугался. Так что тебе я ничего предсказывать не буду, и не проси. А то совсем без друзей останусь.
На то, чтобы навести порядок у нас ушла целая длань. Обветшалую мебель мы выкинули и купили новую. Заменили битые оконные стекла. Только до чердака не добрались. Зато уже на третий день вычистили сухой холодный погреб и даже частично заполнили его припасами.
Воду брали из ручья неподалеку, а из каморки в коридоре Эн-Ферро устроил некое подобие ванной комнаты, установив там умывальник и найденное тут же и тщательно отмытое корыто. Прочие «удобства» располагались в деревянной будке за сарайчиком, но меня это не смущало.
Я больше переживала из-за распределения домашних обязанностей, но и тут обошлось. Уборку Лайс героически взял на себя, готовку доверил мне. А вот стирать, гладить и шить отказались мы оба, и чтобы решить эту проблему братец смотался в поселок и договорился с одной из местных жительниц, что та станет раз в длань забирать у нас грязные или нуждающиеся в починке вещи.
Как ни странно, но именно в этой суете мне удалось упорядочить свои мысли. Оказалось, что за спешными переходами, гигантскими ящерицами, поющими башнями, орками и разбойниками я не замечала очевидных вещей. Привыкла думать лишь о себе и своем будущем, напрочь забыв о том, кто рядом. О Лайсе. Чего стоит ему приход на Тар? Чего может стоить?
- Знаешь, ближайшие семь лет я абсолютно свободен, - попытался он свести к шутке начатый мной разговор. – Так что если переживаешь, что чем-то нарушила мои планы – забудь.
- А что будет, если местные маги тебя обнаружат?
Недаром он их сторонится, даже в городе поселиться не захотел. И щитов не снимает ни днем, ни ночью, даже подумать страшно, сколько сил уходит на это.
- Не обнаружат.
- Школа-то под боком, - напомнила я. – Вдруг…
- В Школу ты ходить будешь, а не я. А если случайно – так был я и в башне в Сарасте, и в канцелярию с тобой ходил – не заметили же?
- И сколько ты так продержишься?
Я спрашивала о блоках, и он понял:
- Месяц-полтора, если не снимая.
Месяц – это еще реально. А то я уж думала, что он сейчас скажет: «Лет семь – без проблем» и аргументирует это своим «я – кард!».
- А через месяц тебе реанимация понадобится, да?
- Не понадобится, не волнуйся. Дома могу расслабляться иногда. А попозже, когда все устроится, хочу в лесничество наняться, тут неподалеку, в охотничью артель. Магов у них нет, принципиально не держат. Пойду стрелком или загонщиком – и мне хорошо, весь день налегке, и для легенды неплохо, чтоб вопросов ни у кого не возникло, на какие шиши живем.
- В лесничество? – не поверила я. - Серьезно?
- А ты думала, как? Главное правило Идущего: не выделяться. Если только ты не в легальном Мире, конечно. А мы не в легальном мире. Но сначала, как я и сказал, нужно дом обустроить и тебе на первых порах помочь с учебой. Кстати, список тащи, поглядим, что тебе к занятиям докупить нужно, первое октября уже не за горами.
Не так уж и незаметно, но тему Эн-Ферро сменил. Может, и к лучшему. Все равно я не решилась бы его спросить, ради чего он готов пожертвовать несколькими годами жизни, а то и самой жизнью – ради меня, ради моего отца, ради возвращения в родной Мир или просто потому, что Рошан его попросил? Пусть пока остается секретом…
- Вот, держи, - я принесла из своей комнаты сложенный вдвое лист.
Перечень того, что будет нужно для учебы, выдали мне еще в канцелярии. Требовалось приобрести: бумагу и грифельные палочки, медный котелок объемом в два ковша и препараты и реактивы в количестве шестнадцати наименований по отдельному списку – для практических занятий то ли по химии, то ли по алхимии.
- Завтра в аптеке купим, - махнул рукой Эн-Ферро. – Давай дальше.
- Четыре отреза темной ткани по два гиара и мел, - с недоумением прочла я. – А это-то зачем?
- У тебя через два-три месяца начнутся «Графические символы», что ж теперь весь пол пентаграммами измалюешь? А тряпки постирать можно, или выкинуть. Запиши на всякий случай еще два отреза и стальные булавки с крупной головкой – будешь ткань к доскам пришпиливать, чтоб не съезжала. Дальше.
- Свечи, не менее десяти штук, пчелиный воск, шелковые нитки… Миска и ложка?
- Вас там кормить будут.
- А, хорошо.
- Хорошо не обещаю, - усмехнулся братец, - но сытно – это факт. По молодости и неопытности у учеников расход энергии слишком большой получается. Так что ты и перед занятиями завтракать не забывай. Что там еще по списку?
- Только литература.
- А ну-ка дай сюда. «Основы практической магии» - самому интересно. «Народы Тара», «Травы и зелья», «Демонические сущности»… Книги тоже завтра купим.
- Нам бы в гостиную диванчик какой-нибудь поставить, - переключилась я на прозу жизни. – Ковер постелить. Посуды на кухню докупить…
- Список пиши, - лениво отозвался Лайс. – Денег пока хватает.
- А еще завтра двадцать четвертое сентября.
- Ну да, времени маловато.
- Я не о том. У меня день рождения.
Кард уставился на меня с непониманием.
- День рождения. Двадцать семь лет.
- А, так это у тебя на Земле в сентябре день рождения! – рассмеялся Эн-Ферро.
- А на Таре теперь когда? – удивилась я.
Лайс на пару минут скрылся в своей спальне. Вернулся он с каким-то странным приспособлением напоминавшим логарифмическую линейку.
- Смотри сюда. Мы вышли с Земли двадцать седьмого января. Правильно? Ищи на этой шкале значок Земли.
Я неуверенно указала один из символов. Мужчина закатил глаза.
- Ты же Открывающая! Вот Земля, вот! А то, что ты показала – Тиная. Ладно, смотри дальше: мы вышли на Таре седьмого августа по местному календарю. Вот Тар. Совмещаем эти две шкалы: седьмое августа здесь и двадцать седьмое января там. Ищи теперь свой день рождения.
- Седьмое апреля?
- Точно, - улыбнулся кард. – Не торопись взрослеть, Галчонок. Семнадцать лет – чудный возраст. Эй, надулась чего?
Чего-чего, подарок хотела получить. А теперь до апреля ждать придется.
- А у меня, вообще, в мае, - утешил Лайс. – Пятнадцатого.
- Запомню. А Новый год у них здесь когда?
- Первого марта.
- Так что, до весны и праздников не будет?!
- Как не будет? В новый дом мы въехали? Въехали. Давай новоселье праздновать! Я и подарок тебе купил.
Эн-Ферро снова смотался в комнату и притащил оттуда какую-то резную дощечку.
- И что это?
- Полочка!
- Малюсенькая-то какая! Что ж на нее станет?
- Чашка твоя драгоценная. Вот здесь повешу – на самом видном месте. А ты мне что подаришь?
Вариантов было не много.
- Я тебе ужин праздничный приготовлю. И пирог испеку. С яблоками.
Как оказалось, отличия в анатомии мужчины-человека и мужчины-карда не столь существенны: путь к сердцу и того, и другого пролегал через желудок.
Глава 13
Он ждал уже третий день, там, где она назначила встречу. Солея, деревушка Теплые Воды – маленькое поселение в долине гейзеров. Он и сам любил это место, хоть бывал тут нечасто. Дракону крайне проблематично затаиться на Солее: древний Мир блокирует трансформационную магию, вынуждая постоянно пребывать в истинном обличье, то бишь огнедышащим крылатым ящером. И все бы ничего, но местные жители вбили себе в головы, что драконы ниспосланы им за грехи их, и упорно отказываются идти на диалог, откупаясь жертвами и подношениями. Странно было мириться с подобными предрассудками в достаточно развитом Мире, однако прогресс, безостановочно двигавший вперед науку и технику, обошел стороной религию. Приходилось терпеть.
Вчера ему в жертву принесли теленка. Было бы лучше, если бы тушу предварительно освежевали и отделили мясо от костей, но люди, как и прежде, отказывались вести какие-либо переговоры.
Сегодня жертв не было, и он удовлетворил аппетит заблудившейся в овраге овцой. Гадость редкостная! До сих пор сплевывал шерсть. Но, по крайней мере, сыт.
Со стороны селения показалась многочисленная процессия, возглавляемая священнослужителем в парадном одеянии. С торжественными песнопениями крестьяне волокли странного вида деревянную конструкцию, в центре которой вяло трепыхалось нечто белое и воздушное.
Он аж сплюнул огнем от досады. Прогрессивный Мир, так его! Пароходы–поезда! И эти туда же.
Девственница! И что прикажете с ней делать?! Может, лучше сожрать жреца и деревенского старосту, чтоб неповадно было пугать бедных девчонок?
Не успел – кое-как закрепив треногу с жертвой на ближайшем холме, поселяне спешно укрылись в рощице.
Он опасливо огляделся. Оставалось одно – бежать!
Но жертвенная девица вдруг помахала ему рукой.
- Ольга?! – узнал он, подобравшись поближе. - Что это за цирк?
- Извини, - она смущенно улыбнулась. – Но это был, наверное, единственный способ явиться на свидание.
- В смысле?
- Меня ограбили, - пояснила девушка. – Я от Врат добиралась по железной дороге и на одной из станций лишилась всего имущества. Из одежды осталась только пижама. А я, прости, не так воспитана, чтоб являться на встречу с мужчиной в пижаме.
- И что ты сделала?
- Сначала обратилась в муниципальную охрану в Ямеле…
- И?
- И мне выписали штраф за хождение в неприличном виде. У меня пижма такая, знаешь ли… Они смотрят?
- Кто? – не понял он.
- Крестьяне.
- Кажется, выглядывают из-за камней.
- Ну зарычи что ли… Фу, Кир! Когда ты в последний раз зубы чистил?
- С утра, - смутился он, - даже пучок мелисы сжевал. Просто потом неудачно позавтракал.
- Овцой? У тебя шерсть между зубами. Черная.
- Тьфу! Прости. Так как же ты все-таки попала сюда?
- Закуталась в какие-то тряпки и пошла в местный храм. Сказала, что сбежала из своей деревни, так как там меня собирались принести в жертву дракону. Попросила помощи и убежища.
Разумный ход, учитывая местный менталитет. Он понимающе кивнул:
- И тебя приволокли сюда.
- Да. И заметь, мне позволили принять душ, дали неплохое платье, косметику и вот – бусики!
- Бусики?! Да это же дешевка из цветного стекла!
- А смотрятся миленько. Я их сохраню. На память.
- Как хочешь. Но как по мне, то тебе больше пошли бы изумруды… Слушай, поселяне – они не уходят!
Она проследила за его взглядом. Да, все еще здесь.
- Ну, я думаю, они несколько потратились на экипировку жертвы и теперь хотят получить компенсацию в виде зрелища моего пожирания.
- Что?! – возмутился он. – Не собираюсь я тебя пожирать! Во-первых, я не голоден. Во-вторых, эти твои бусики - дешевка и не стоят зрелища. А в третьих, ты худая… и очень мне нравишься. Особенно когда вот так хитро щуришься.
- Ну, тогда ты бы мог схватить меня и утащить в свое логово.
- Прекрасная идея, - согласился он. – Но хочу предупредить, мое лучшее логово находится в Либене.
- Алеуза? Ничего не имею против.
Тар, Марони
Октябрь, 1056 г.
- Это уже второй, - Лайс наскоро нацарапал что-то в тетрадке. – Первый сон был ровно месяц назад.
- Ты отмечаешь интервалы? – догадалась я. – Думаешь, есть какая-то закономерность?
- Возможно. Но двух случаев недостаточно, чтобы ее выявить. Ты ешь быстрее, а то опоздаешь!
Сегодня господин магистр совершил подвиг: встал раньше меня, разогрел вчерашнее мясо и пожарил яичницу. На будущее нужно предупредить, что я люблю глазунью с жидкими желтками. Хотя вряд ли братец собирается готовить мне завтраки ежедневно.
- Жуй, говорю тебе! – нервничал он. – В первый день опаздывать нельзя!
- А во второй?
- И во второй, и в третий, и во все остальные!
Ну вот, придется каждый день вставать в такую рань. Хотя нет – еще раньше! Сегодня-то Лайс в честь первого дня и вчерашнего дождя обещал подвезти меня до Школы на фургоне. А потом пешком ходить буду. Может, братишка все же расщедрится на подседельного кера?
- Лайс, а мне лучше в платье пойти или в брюках?
- Что?! – завопил он. – Ты не в этом едешь?
- Естественно, нет. Это же домашнее.
Эн-Ферро за шкирку выволок меня из-за стола и впихнул в комнату:
- По дороге доешь, я тебе бутерброд сделаю! Одевай платье…
- А …
- Синее, - отрезал он. – И волосы можешь не заплетать. И на макияж время не трать – ты и так красавица. В общем, если через пять минут не будешь готова, гружу в фургон и везу, как есть! Станешь потом объяснять, что это последняя саатарская мода!
Он такой. С него станется и голой меня в Школу притащить! Только вряд ли там поверят, что в Эльфийском Лесу все именно так и ходят. Так что одевалась я быстро. Даже волосы успела собрать на затылке в хвост и глаза немного подвела.
- Можешь, если хочешь! – похвалил меня Лайс. – Сумку не забудь, ученица!
Ну, с богом. Или с богами – на Таре их целых пять. Помоги они мне все!
Эн-Ферро высадил меня у моста. Въезжать в кишащий местными волшебниками замок магистр Пилаг не решился.
- Домой сама доберешься? Ну тогда, как говорят на твоей Земле, ни пуха, ни пера!
Я от всей души послала Лайса к черту и вклинилась в разноцветную толпу школяров.
Во внутреннем дворе царила неразбериха. Но если присмотреться, становилось понятно, что стоящие небольшими группками спокойные и уверенные в себе молодые люди, взирающие на творящийся беспорядок с высокомерно-снисходительными лицами – старшие ученики, а многоголовое и многоголосое стадо, мечущееся из стороны в сторону – это мы, первогодки. Последних насчитывалось около пятидесяти. Эн-Ферро говорил, что в течение первого года обучения больше половины отсеется. Оставшиеся разделятся по специальностям. Как я поняла из разговоров, большинство новичков грезило боевой магией. Только три девчушки, прибывшие откуда-то с северной границы, сразу же заявили, что хотят выучиться на целительниц. Да еще одна особа в нелепой шляпке с ходу поведала, что у нее-де мощнейший дар ясновиденья, и ее куратор пообещал еще до конца года перевести ее на отделение прорицателей.
Девицу звали Миларой. Когда она сняла свой жуткий головной убор, то оказалась вполне симпатичной. И очень общительной.
- Можешь звать меня Милой, - разрешила она. – Только не Милкой. А то эти сельские дурочки так и норовят перекрутить все имена на свой лад. Видишь ту девушку? Единственная дочь маркиза Весара. Снимает целый дом на Приречной улице. Зовут Алатти. Так эти клуши назвали ее Алкой. Представляешь? А она – врожденная огневичка. Думала, испепелит этих дурех к троллевой бабушке!
Здорово-то как! Милка. Алка. Словно и с Земли не уходила!
- А парня того видишь? – не унималась ясновидящая. – Красивый, да?
Как по мне, не очень. Короткие волосы неопределенно-серого цвета, голубые глаза, плечи узковаты для такого высокого роста, сутулится немного… Да ему же вообще семнадцать лет!
- Звать Данвей, но можно Дан – он не обижается. Тоже стихийник. Только еще не ясно, какой именно. Не может определиться между Водой и Воздухом. А вон…
Милара жила в студенческом квартале уже месяц, успела перезнакомиться практически со всеми будущими соучениками и сейчас с радостью взялась за мое просвещение. Объекты ее рассказов, проходя мимо, здоровались и тут же исчезали где-то на противоположном конце двора, кое-кого девушка успевала схватить за рукав и познакомить со мной, но и те спешили убраться подальше. Я долго думала, как бы тактичнее выяснить у Милы причины странного явления, но, так ничего и не надумав, задала вопрос в лоб.
- Я им ворожила, - вздохнула она. – Сами же уговаривали! А потом – кто обиделся, кто расстроился. А кто-то и вовсе испугался. Так что тебе я ничего предсказывать не буду, и не проси. А то совсем без друзей останусь.
