Я отчетливо понимала, что в моём теперешнем положении это лишь иллюзия, но, чёрт возьми, иллюзия приятная. Нам было весело вместе, и мы над многим смеялись. Меня постоянно награждали характеристиками «тупица» и «позерша». Сначала было немного неприятно, но я быстро поняла, что это они так – искренне, по-дружески. Музыканты и друг другу давали прозвища, порой похлеще моих.
Про них уже слагали байки. Конкретно про то, как они каждый вечер отдыхали в «Тролле и чёрном единороге». Говорят, ребята стали завсегдатаями и сумели расположить к себе абсолютно всех, чья нога переступала порог заведения.
Озеро с множеством помостов и тентов сверкало внизу, а два, ставших мне родными, фургона одиноко стояли на склоне по дороге к месту проведения праздника.
Когда я нарисовалась на горизонте, то увидела, что все участники коллектива, облаченные в строгие брюки, белые рубашки и черные галстуки, стоят, смотрят на озеро и нервно курят в долгий затяг. Курить страшно захотелось и мне самой.
- Йоу, народ! – поздоровалась я. – Можно я пакет с костюмом вам оставлю?
- Она еще спрашивает… - выпустил струйку дыма Дин.
- Спасибо, извините за неудобства, - и я скрылась в одном из фургонов.
- Что за экзотическая манера постоянно извиняться, по поводу и без? - пожала плечами Холли Фокс.
Потом, высунувшись из фургона, я попросила ребят дать мне воды, чтобы отмыть ноги после прогулки босиком. Водой со мной охотно поделились.
- А почему вы не на озере? – поливая ступни из пластиковой бутылки и опираясь о дверцу машины, поинтересовалась я.
- Скучняк там… полный, - небрежно протянул Ленни.
- Ну, мне в этот скучняк сейчас надо идти… Так что, пожелайте удачи!
Ремешки босоножек плотно обхватили щиколотки. Я сделала несколько пробных шагов, проверяя устойчивость обуви.
- А то, хочешь, оставайся с нами до выступления, - предложил Саймон. – У нас тут выпивка есть и парочка косяков…
Холли Фокс с силой треснула парня по плечу, а гитарист недоуменно на неё уставился в свою очередь.
- Чокнулся, что ли? Она же была агентом! – яростно шикнула девушка в его сторону.
Знакомое чувство зародилось у меня в груди. Именно такого совершенно открытого и даже панибратского отношения мне и не хватало. Такого, каким могут похвастаться лишь очень близкие приятели или друзья.
- Ветер сегодня шумный… - протянула я с улыбкой, направляясь прямиком к озеру. Мне никто ничего не ответил – погода была абсолютно безветренной.
Грудь возбужденно вздымалась по мере того, как я приближалась к праздничной декорации. Тогда я еще не знала, что впоследствии этот день запомнится мне надолго – 15 июня 2006 года…
Несколько минут я простояла перед деревянным помостом, ведущим к середине озера, где близко друг к другу располагались понтоны. Над некоторыми из них возвышались белоснежные тенты, а другая часть оставалась под открытым небом. По поверхности озера скользили лампы из цветного стекла. Всюду, отражаясь на водной глади, мерцали фантастические огни, больше похожие на маленькие звезды. Часть этих огоньков, будто живые, сновала туда-сюда по бокам помоста на разной высоте.
Вот Ван Райан расстарался, умереть и не встать! Сколько же денег сюда вбухано?
Выверяя каждое движение, я шагала по скрипучим досками помоста. Понятно, что все это задумано для антуража, но практически – очень страшно – вдруг нога провалится.
Моё опасное маленькое путешествие окончилось, как только я поднялась на первый понтон. Передо мной мелькали силуэты множества гостей: парадные одеяния, достойные кисти живописцев, и вечерние наряды более привычные для моих глаз – всё сливалось в один красочный водоворот. Зрелище поглощало, заставляя рот удивленно приоткрываться…
Мимо пробежал парнишка в форменной одежде, наверное, официант. Недолго думая, я окликнула его:
- Молодой человек, можно мне «Секс на пляже» и побыстрее, пожалуйста!
Тот вылупился на меня так, словно он с рождения жил в монастыре.
- Да что ж это такое?! – возмутилась я. - Что за Советский Союз - «А у нас секса нет!» Значит так, сейчас подходите к одному из барменов, неважно к какому, и передаете ему мою просьбу. Уверяю вас, уж кто-то должен её понять.
Молодой человек тут же поскакал от меня, как от маньяка-убийцы, на совести которого минимум десять жертв. Тьфу, ты Господи! Он что, из Отделённого мира? Неужели там вся молодёжь такая? И что это за вечеринка, где коктейль заказать не у кого и переспать не с кем?
Несколько гостей обратили в мою сторону любопытные взгляды. Наверное, мне лучше поменять дислокацию. И было кое-что такое, на что мне хотелось взглянуть.
Зафиксировав на губах дежурную улыбку, я двинулась дальше, опасливо избегая столкновений с другими приглашенными. Надо признаться, это больше походило на попытку скрыться в толпе от преследования. И все же толпа меня интриговала. Взгляд постоянно перемещался то в стороны, то мне под ноги. Один понтон, второй понтон, третий, ещё немного и достигну центра. Вдруг, когда я в очередной раз разевала рот на какую-то шикарную даму, при этом продолжая идти, мой лоб встретился с чьей-то широкой грудью.
- Ходят тут всякие, а потом месячные пропадают, – огрызнулась я себе под нос и, подняв глаза, столкнулась со знакомым до боли взглядом. На этот раз Ван Райн выглядел несколько иначе: в чёрном смокинге с атласными воротом и лацканами и при бабочке. Главную же перемену в его внешности я заметила не сразу, а когда заметила…
- Ван Райан, что у тебя на голове? – произнесла я, не веря глазам своим. - Ты похож на лощеного выпускника Гарварда! Или на респектабельного яппи(1), особенно, если учесть, на какой машине ты ездишь…
Он с досадой провел рукой по волосам, которые теперь были коротко острижены и по-деловому зачесаны назад. Одна маленькая непослушная прядка незамедлительно спружинила и выскочила на лоб. Ван Райан утомленно прикрыл глаза, видимо, уже изрядно намучившись с вышеозначенной проблемой.
- Феррари – подарок от коллег на позапрошлый день рождения, только и всего. Что касается внешнего вида – на официальных мероприятиях я всегда выгляжу подобным образом. К тому же, Эндрю говорит, что с длинными волосами я слишком похож на персонажа вампирского фильма…
- Эндрю – это твой парикмахер? - я едва сдержала себя, чтобы не разразиться истерическим хохотом – уж очень сильно этот Эндрю оказался точен в сравнении.
- Нет, мой личный помощник.
- А мне было бы жалко отрезать такие роскошные волосы… Ты только прикинь, сколько денег можно было бы заработать на рекламе шампуня!
Ой, я опять ляпнула лишнее, но Драйден, кажется, этим шуточкам значения не придал, он был занят тем, что рассматривал меня. Наконец, полукровка удовлетворенно тряхнул головой.
- Я удивлен, ты подобрала подобающий случаю наряд, и мне не придется за тебя краснеть... – возникло ощущение, что это стало для него бальзамом на душу. Это он просто мой сценический костюм ещё не видел. – И, кстати, тебе очень идет, - внезапно мягким тоном дополнил он, после чего у меня возникло желание в ужасе отскочить от него подальше.
- Ты случайно на солнце сегодня не перегрелся?
- Насколько я знаю – нет. А к чему такой вопрос?
- Да потому что ты сделал мне комплимент, как в какой-нибудь «мыльной» опере!
Он рассмеялся звонко и непривычно, чуть запрокинув голову назад. Тут было отчего удивленно на него вытаращиться.
- То есть ты против того, чтобы я делал тебе комплименты?
- Не знаю, - замявшись пробормотала я. Действительно, а что в этом такого? Всего лишь дань вежливости и элемент светского общения. Однако меня почему-то внутренне передернуло.
- Кристина, я не кусаюсь, - с насмешливым выражение лица напомнил Ван Райан.
- Давно ли? – автоматически выдала я первое, что пришло на ум. Его плечи еще раз содрогнулись от хохота.
- Не переживай об этом. Достаточно давно.
- А, ну ладно. Я пойду поищу сцену, - памятуя о том, что мы на официальном мероприятии, и моё общество вряд ли было для него желательным. Мало ли что потом в газетах напишут?
- Я могу проводить тебя, но сначала ты должна пойти со мной, - настойчиво произнес он.
- Зачем?
- Есть один человек, с которым ты должна встретиться.
- О-о-о! Надеюсь, это симпатичный молодой парень, – держу пари, у меня просветлело лицо, а глаза загорелись надеждой и желанием.
- Вообще-то, нет, – судя по его выражению лица, меня ждал облом – Ван Райан загадочно улыбался. - Это молодая, но успевшая добиться успеха, журналистка, которая хочет написать правдивую статью про тебя. Тем самым позаботившись о твоей, и моей заодно, репутации.
От разочарования я горько вздохнула, и вдруг, как со мной часто бывает, до меня дошла очевидная вещь.
- О, Господи!
- К чему вдруг столь экспрессивное восклицание?
- А что если здесь, на приеме, меня кто-то может узнать и не как Кристину Йорк?
- Не стоит так нервничать, Юрген Вульф покинул торжество двадцать минут назад, - шеф отмахнулся от меня. - Не стоит забывать, что ты опоздала почти на час (качает головой) и пропустила всю официальную часть.
- Простите, но опоздания обязательный элемент имиджа звезды, если ты не в курсе! К тому же, мне нужно было распеться. И, может, ты просветишь меня хоть теперь, есть ли тут люди, способные меня опознать. Ну, типа твоих коллег, директоров ЦРУ и АНБ…
- Нет, к сожалению, мисс Мария Корбин и мисс Айрис Бах не смогут почтить своим присутствием этот приём. Они впервые за три года после вступления в свои должности взяли короткие отпуска и отправились на Гавайи. Директрисы ограничились поздравлением по почте.
Драйден продолжал удивлять меня сегодня: теперь от него веяло лукавством и изворотливостью, точно от опытного шулера.
- Ты специально это подстроил? – впредь буду всегда держать с ним ухо востро. А-то нашелся тут, старый интриган!
- Пришлось… Как раз их я бы хотел видеть на своём юбилее, но возникает проблема – они могут раскрыть твою подлинную личность…
Неожиданно рядом с нами образовался тот самый официант с моим коктейлем.
- Ваш «С-с-екс на пляже», - с трудом доложил парень, изрядно запыхавшись. Видимо, ему пришлось долго меня искать, чтобы принести выпивку.
Директор ФБР выразительно приподнял бровь.
- О, наконец-то, не прошло и года, - проворчала я, беря с подноса коктейль с множеством украшений на фужере, включая маленькие американский и английский флажки. Официант тут же вежливо кивнул и удалился.
Я с наслаждение стала потягивать коктейль через трубочку. И тогда Драйден галантно предложил мне руку. С огромным недоверием я покосилась на его локоть.
- Пойдем?
Лениво и словно бы с неохотой я приняла приглашение, а затем он повел меня на соседний понтон. Во время последующей короткой переправы мне на ум пришел наилюбопытнейший вопрос.
- Мне вот тут стало интересно, а что с тобой сделают директрисы АНБ и ЦРУ, если узнают, что ты, мягко говоря, обвёл их вокруг пальца?
- Вобьют мне осиновый кол в сердце, - мрачно пошутил Ван Райан (я аж поперхнулась). - Они, знаешь ли, леди, но покладистостью нрава не отличается ни одна из них.
- Не мудрено, при их-то должностях… - поддакнула я.
- Да, есть немного. Кроме того, знаешь, как характер закаляется при общении с нашим нынешним президентом? Очень трудно разговаривать с человеком, который даже не знает, что в Бразилии тоже живут представитель негроидной расы(2), тем более, о магии. Он, к тому же, нас к себе по любому поводу любит вызывать…
- О, помню этот скандал с президентом Бразилии в Белом доме! Опозорился Буш тогда на весь мир, и уже не в первый раз.
- Удивительно, как такая, в общем-то, неглупая девушка, как ты, способна изъясняться, подобно портовому грузчику из Квинса, – уничижительно заметил Ван Райан.
- Ненормативная лексика – это состояние души, невероятно точно передающее все внутренние ощущения! Иногда это почти поэзия…
Он, было, открыл рот, но в итоге решил не тратить силы на пустые пререкания. Довольно улыбнувшись, я продолжила шествовать рядом с ним мимо гостей. Правда, улыбка быстро стала тускнеть. Кто-то поглядывал на Ван Райана с нездоровым интересом, затем переводя недоуменный взгляд на меня. А еще через несколько мгновений удивленно разевать рот пришлось уже мне.
Музыка, точно плывшая по воде, звучала все ближе и ближе. Я застыла как громом пораженная и отцепилась от директора ФБР, готовая едва ли не завопить от восторга. Это было оно, место нашего выступления, а также моя любовь с первого взгляда.
Высокая и просторная прямоугольная сцена-коробка занимала почти весь понтон. Портал сцены был обозначен металлической конструкцией, напоминающей ворота, задняя часть оканчивалась натянутым белым полотном. Кулис, как таковых не было, но какое это имеет значение, когда ты видишь перед собой новую, ещё не взятую, высоту? До этого дня мне ни разу не доводилось выступать на такой большой сцене. Поэтому сейчас я была даже не способна уделить внимание играющим на ней виртуозам, различая лишь фигуры с инструментами – классическое сочетание: две скрипки, альт и виолончель. Мой беглый взгляд нашарил там же на сцене аппаратуру ребят, ждущую своей очереди; всю, кроме гитар, которые они решили оставить при себе на время посиделок у озера.
Стоя на понтоне, расположенном по диагонали к подмосткам, я чувствовала, как дрожь пробегает по всему телу. Всё это не может быть правдой. Сказка, сон, галлюцинация – всё, что угодно, но не правда! Это слишком прекрасно для того, чтобы ею быть…
Джен, мне так жаль, что ты не видишь того, что вижу сейчас я. Так жаль, что ты сейчас не со мной…
- Нам дальше, - позвал меня полукровка. Я несколько раз моргнула, выходя из транса, а потом уставилась на него совершенно сумасшедшим взглядом.
- Да я тебя сейчас расцелую! – звучало прямо как угроза.
Казалось, его глаза даже распахнулись от неожиданности, а потом он поднял руку в предупредительном жесте.
- Вот этого, пожалуйста, не надо. Кругом полно журналистов…
А как взять меня под руку и потащить через все честное сборище, так это ничего страшного?
- Ах, вот вы где! – ласкающий слух тёплый женский голос. Такой голос, который легко может вскружить голову любому.
К нам приблизилась женщина. Трудно сказать, сколько точно ей было лет, но она бесспорно очень красива. И выше меня на полголовы. Стройная фигура, не лишенная приятных глазу изгибов, была способна вызвать острый приступ зависти у многих женщин. Изящный вечерний наряд из плотно облегающей тело ткани сапфирового цвета, с глубоким треугольным вырезом на груди выгодно подчеркивал главнее достоинства. Поверх наброшена полупрозрачная накидка. Чёрные блестящие волосы мягкими волнами ниспадают на плечи и струятся по спине. Шоколадно-карие глаза обворожительно поблескивали из-за очков в аккуратной оправе. Было заметно, что её кожа смуглая от природы, но сейчас женщина выглядела несколько бледной.
Она улыбалась чётко очерченными сочными губами, напоминающими лепестки роз, хотя было что-то вымученное в её улыбке.
- Саманта Стефанис, - представилась женщина первой и протянула мне руку. - Но все зовут меня просто – Стеф.
- Саманта Стефанис? Та самая? – я не верила своим ушам – журналистка, которой так восхищается Чак Уандер. Да, с её внешностью у меня бы не было проблем попасть в шоу-бизнес. Надеть на неё хоть мешок – все равно будет выглядеть великолепно, и не нужно заморачиваться на привлекающий внимание имидж, как мне.
Про них уже слагали байки. Конкретно про то, как они каждый вечер отдыхали в «Тролле и чёрном единороге». Говорят, ребята стали завсегдатаями и сумели расположить к себе абсолютно всех, чья нога переступала порог заведения.
Озеро с множеством помостов и тентов сверкало внизу, а два, ставших мне родными, фургона одиноко стояли на склоне по дороге к месту проведения праздника.
Когда я нарисовалась на горизонте, то увидела, что все участники коллектива, облаченные в строгие брюки, белые рубашки и черные галстуки, стоят, смотрят на озеро и нервно курят в долгий затяг. Курить страшно захотелось и мне самой.
- Йоу, народ! – поздоровалась я. – Можно я пакет с костюмом вам оставлю?
- Она еще спрашивает… - выпустил струйку дыма Дин.
- Спасибо, извините за неудобства, - и я скрылась в одном из фургонов.
- Что за экзотическая манера постоянно извиняться, по поводу и без? - пожала плечами Холли Фокс.
Потом, высунувшись из фургона, я попросила ребят дать мне воды, чтобы отмыть ноги после прогулки босиком. Водой со мной охотно поделились.
- А почему вы не на озере? – поливая ступни из пластиковой бутылки и опираясь о дверцу машины, поинтересовалась я.
- Скучняк там… полный, - небрежно протянул Ленни.
- Ну, мне в этот скучняк сейчас надо идти… Так что, пожелайте удачи!
Ремешки босоножек плотно обхватили щиколотки. Я сделала несколько пробных шагов, проверяя устойчивость обуви.
- А то, хочешь, оставайся с нами до выступления, - предложил Саймон. – У нас тут выпивка есть и парочка косяков…
Холли Фокс с силой треснула парня по плечу, а гитарист недоуменно на неё уставился в свою очередь.
- Чокнулся, что ли? Она же была агентом! – яростно шикнула девушка в его сторону.
Знакомое чувство зародилось у меня в груди. Именно такого совершенно открытого и даже панибратского отношения мне и не хватало. Такого, каким могут похвастаться лишь очень близкие приятели или друзья.
- Ветер сегодня шумный… - протянула я с улыбкой, направляясь прямиком к озеру. Мне никто ничего не ответил – погода была абсолютно безветренной.
Грудь возбужденно вздымалась по мере того, как я приближалась к праздничной декорации. Тогда я еще не знала, что впоследствии этот день запомнится мне надолго – 15 июня 2006 года…
Несколько минут я простояла перед деревянным помостом, ведущим к середине озера, где близко друг к другу располагались понтоны. Над некоторыми из них возвышались белоснежные тенты, а другая часть оставалась под открытым небом. По поверхности озера скользили лампы из цветного стекла. Всюду, отражаясь на водной глади, мерцали фантастические огни, больше похожие на маленькие звезды. Часть этих огоньков, будто живые, сновала туда-сюда по бокам помоста на разной высоте.
Вот Ван Райан расстарался, умереть и не встать! Сколько же денег сюда вбухано?
Выверяя каждое движение, я шагала по скрипучим досками помоста. Понятно, что все это задумано для антуража, но практически – очень страшно – вдруг нога провалится.
Моё опасное маленькое путешествие окончилось, как только я поднялась на первый понтон. Передо мной мелькали силуэты множества гостей: парадные одеяния, достойные кисти живописцев, и вечерние наряды более привычные для моих глаз – всё сливалось в один красочный водоворот. Зрелище поглощало, заставляя рот удивленно приоткрываться…
Мимо пробежал парнишка в форменной одежде, наверное, официант. Недолго думая, я окликнула его:
- Молодой человек, можно мне «Секс на пляже» и побыстрее, пожалуйста!
Тот вылупился на меня так, словно он с рождения жил в монастыре.
- Да что ж это такое?! – возмутилась я. - Что за Советский Союз - «А у нас секса нет!» Значит так, сейчас подходите к одному из барменов, неважно к какому, и передаете ему мою просьбу. Уверяю вас, уж кто-то должен её понять.
Молодой человек тут же поскакал от меня, как от маньяка-убийцы, на совести которого минимум десять жертв. Тьфу, ты Господи! Он что, из Отделённого мира? Неужели там вся молодёжь такая? И что это за вечеринка, где коктейль заказать не у кого и переспать не с кем?
Несколько гостей обратили в мою сторону любопытные взгляды. Наверное, мне лучше поменять дислокацию. И было кое-что такое, на что мне хотелось взглянуть.
Зафиксировав на губах дежурную улыбку, я двинулась дальше, опасливо избегая столкновений с другими приглашенными. Надо признаться, это больше походило на попытку скрыться в толпе от преследования. И все же толпа меня интриговала. Взгляд постоянно перемещался то в стороны, то мне под ноги. Один понтон, второй понтон, третий, ещё немного и достигну центра. Вдруг, когда я в очередной раз разевала рот на какую-то шикарную даму, при этом продолжая идти, мой лоб встретился с чьей-то широкой грудью.
- Ходят тут всякие, а потом месячные пропадают, – огрызнулась я себе под нос и, подняв глаза, столкнулась со знакомым до боли взглядом. На этот раз Ван Райн выглядел несколько иначе: в чёрном смокинге с атласными воротом и лацканами и при бабочке. Главную же перемену в его внешности я заметила не сразу, а когда заметила…
- Ван Райан, что у тебя на голове? – произнесла я, не веря глазам своим. - Ты похож на лощеного выпускника Гарварда! Или на респектабельного яппи(1), особенно, если учесть, на какой машине ты ездишь…
Он с досадой провел рукой по волосам, которые теперь были коротко острижены и по-деловому зачесаны назад. Одна маленькая непослушная прядка незамедлительно спружинила и выскочила на лоб. Ван Райан утомленно прикрыл глаза, видимо, уже изрядно намучившись с вышеозначенной проблемой.
- Феррари – подарок от коллег на позапрошлый день рождения, только и всего. Что касается внешнего вида – на официальных мероприятиях я всегда выгляжу подобным образом. К тому же, Эндрю говорит, что с длинными волосами я слишком похож на персонажа вампирского фильма…
- Эндрю – это твой парикмахер? - я едва сдержала себя, чтобы не разразиться истерическим хохотом – уж очень сильно этот Эндрю оказался точен в сравнении.
- Нет, мой личный помощник.
- А мне было бы жалко отрезать такие роскошные волосы… Ты только прикинь, сколько денег можно было бы заработать на рекламе шампуня!
Ой, я опять ляпнула лишнее, но Драйден, кажется, этим шуточкам значения не придал, он был занят тем, что рассматривал меня. Наконец, полукровка удовлетворенно тряхнул головой.
- Я удивлен, ты подобрала подобающий случаю наряд, и мне не придется за тебя краснеть... – возникло ощущение, что это стало для него бальзамом на душу. Это он просто мой сценический костюм ещё не видел. – И, кстати, тебе очень идет, - внезапно мягким тоном дополнил он, после чего у меня возникло желание в ужасе отскочить от него подальше.
- Ты случайно на солнце сегодня не перегрелся?
- Насколько я знаю – нет. А к чему такой вопрос?
- Да потому что ты сделал мне комплимент, как в какой-нибудь «мыльной» опере!
Он рассмеялся звонко и непривычно, чуть запрокинув голову назад. Тут было отчего удивленно на него вытаращиться.
- То есть ты против того, чтобы я делал тебе комплименты?
- Не знаю, - замявшись пробормотала я. Действительно, а что в этом такого? Всего лишь дань вежливости и элемент светского общения. Однако меня почему-то внутренне передернуло.
- Кристина, я не кусаюсь, - с насмешливым выражение лица напомнил Ван Райан.
- Давно ли? – автоматически выдала я первое, что пришло на ум. Его плечи еще раз содрогнулись от хохота.
- Не переживай об этом. Достаточно давно.
- А, ну ладно. Я пойду поищу сцену, - памятуя о том, что мы на официальном мероприятии, и моё общество вряд ли было для него желательным. Мало ли что потом в газетах напишут?
- Я могу проводить тебя, но сначала ты должна пойти со мной, - настойчиво произнес он.
- Зачем?
- Есть один человек, с которым ты должна встретиться.
- О-о-о! Надеюсь, это симпатичный молодой парень, – держу пари, у меня просветлело лицо, а глаза загорелись надеждой и желанием.
- Вообще-то, нет, – судя по его выражению лица, меня ждал облом – Ван Райан загадочно улыбался. - Это молодая, но успевшая добиться успеха, журналистка, которая хочет написать правдивую статью про тебя. Тем самым позаботившись о твоей, и моей заодно, репутации.
От разочарования я горько вздохнула, и вдруг, как со мной часто бывает, до меня дошла очевидная вещь.
- О, Господи!
- К чему вдруг столь экспрессивное восклицание?
- А что если здесь, на приеме, меня кто-то может узнать и не как Кристину Йорк?
- Не стоит так нервничать, Юрген Вульф покинул торжество двадцать минут назад, - шеф отмахнулся от меня. - Не стоит забывать, что ты опоздала почти на час (качает головой) и пропустила всю официальную часть.
- Простите, но опоздания обязательный элемент имиджа звезды, если ты не в курсе! К тому же, мне нужно было распеться. И, может, ты просветишь меня хоть теперь, есть ли тут люди, способные меня опознать. Ну, типа твоих коллег, директоров ЦРУ и АНБ…
- Нет, к сожалению, мисс Мария Корбин и мисс Айрис Бах не смогут почтить своим присутствием этот приём. Они впервые за три года после вступления в свои должности взяли короткие отпуска и отправились на Гавайи. Директрисы ограничились поздравлением по почте.
Драйден продолжал удивлять меня сегодня: теперь от него веяло лукавством и изворотливостью, точно от опытного шулера.
- Ты специально это подстроил? – впредь буду всегда держать с ним ухо востро. А-то нашелся тут, старый интриган!
- Пришлось… Как раз их я бы хотел видеть на своём юбилее, но возникает проблема – они могут раскрыть твою подлинную личность…
Неожиданно рядом с нами образовался тот самый официант с моим коктейлем.
- Ваш «С-с-екс на пляже», - с трудом доложил парень, изрядно запыхавшись. Видимо, ему пришлось долго меня искать, чтобы принести выпивку.
Директор ФБР выразительно приподнял бровь.
- О, наконец-то, не прошло и года, - проворчала я, беря с подноса коктейль с множеством украшений на фужере, включая маленькие американский и английский флажки. Официант тут же вежливо кивнул и удалился.
Я с наслаждение стала потягивать коктейль через трубочку. И тогда Драйден галантно предложил мне руку. С огромным недоверием я покосилась на его локоть.
- Пойдем?
Лениво и словно бы с неохотой я приняла приглашение, а затем он повел меня на соседний понтон. Во время последующей короткой переправы мне на ум пришел наилюбопытнейший вопрос.
- Мне вот тут стало интересно, а что с тобой сделают директрисы АНБ и ЦРУ, если узнают, что ты, мягко говоря, обвёл их вокруг пальца?
- Вобьют мне осиновый кол в сердце, - мрачно пошутил Ван Райан (я аж поперхнулась). - Они, знаешь ли, леди, но покладистостью нрава не отличается ни одна из них.
- Не мудрено, при их-то должностях… - поддакнула я.
- Да, есть немного. Кроме того, знаешь, как характер закаляется при общении с нашим нынешним президентом? Очень трудно разговаривать с человеком, который даже не знает, что в Бразилии тоже живут представитель негроидной расы(2), тем более, о магии. Он, к тому же, нас к себе по любому поводу любит вызывать…
- О, помню этот скандал с президентом Бразилии в Белом доме! Опозорился Буш тогда на весь мир, и уже не в первый раз.
- Удивительно, как такая, в общем-то, неглупая девушка, как ты, способна изъясняться, подобно портовому грузчику из Квинса, – уничижительно заметил Ван Райан.
- Ненормативная лексика – это состояние души, невероятно точно передающее все внутренние ощущения! Иногда это почти поэзия…
Он, было, открыл рот, но в итоге решил не тратить силы на пустые пререкания. Довольно улыбнувшись, я продолжила шествовать рядом с ним мимо гостей. Правда, улыбка быстро стала тускнеть. Кто-то поглядывал на Ван Райана с нездоровым интересом, затем переводя недоуменный взгляд на меня. А еще через несколько мгновений удивленно разевать рот пришлось уже мне.
Музыка, точно плывшая по воде, звучала все ближе и ближе. Я застыла как громом пораженная и отцепилась от директора ФБР, готовая едва ли не завопить от восторга. Это было оно, место нашего выступления, а также моя любовь с первого взгляда.
Высокая и просторная прямоугольная сцена-коробка занимала почти весь понтон. Портал сцены был обозначен металлической конструкцией, напоминающей ворота, задняя часть оканчивалась натянутым белым полотном. Кулис, как таковых не было, но какое это имеет значение, когда ты видишь перед собой новую, ещё не взятую, высоту? До этого дня мне ни разу не доводилось выступать на такой большой сцене. Поэтому сейчас я была даже не способна уделить внимание играющим на ней виртуозам, различая лишь фигуры с инструментами – классическое сочетание: две скрипки, альт и виолончель. Мой беглый взгляд нашарил там же на сцене аппаратуру ребят, ждущую своей очереди; всю, кроме гитар, которые они решили оставить при себе на время посиделок у озера.
Стоя на понтоне, расположенном по диагонали к подмосткам, я чувствовала, как дрожь пробегает по всему телу. Всё это не может быть правдой. Сказка, сон, галлюцинация – всё, что угодно, но не правда! Это слишком прекрасно для того, чтобы ею быть…
Джен, мне так жаль, что ты не видишь того, что вижу сейчас я. Так жаль, что ты сейчас не со мной…
- Нам дальше, - позвал меня полукровка. Я несколько раз моргнула, выходя из транса, а потом уставилась на него совершенно сумасшедшим взглядом.
- Да я тебя сейчас расцелую! – звучало прямо как угроза.
Казалось, его глаза даже распахнулись от неожиданности, а потом он поднял руку в предупредительном жесте.
- Вот этого, пожалуйста, не надо. Кругом полно журналистов…
А как взять меня под руку и потащить через все честное сборище, так это ничего страшного?
- Ах, вот вы где! – ласкающий слух тёплый женский голос. Такой голос, который легко может вскружить голову любому.
К нам приблизилась женщина. Трудно сказать, сколько точно ей было лет, но она бесспорно очень красива. И выше меня на полголовы. Стройная фигура, не лишенная приятных глазу изгибов, была способна вызвать острый приступ зависти у многих женщин. Изящный вечерний наряд из плотно облегающей тело ткани сапфирового цвета, с глубоким треугольным вырезом на груди выгодно подчеркивал главнее достоинства. Поверх наброшена полупрозрачная накидка. Чёрные блестящие волосы мягкими волнами ниспадают на плечи и струятся по спине. Шоколадно-карие глаза обворожительно поблескивали из-за очков в аккуратной оправе. Было заметно, что её кожа смуглая от природы, но сейчас женщина выглядела несколько бледной.
Она улыбалась чётко очерченными сочными губами, напоминающими лепестки роз, хотя было что-то вымученное в её улыбке.
- Саманта Стефанис, - представилась женщина первой и протянула мне руку. - Но все зовут меня просто – Стеф.
- Саманта Стефанис? Та самая? – я не верила своим ушам – журналистка, которой так восхищается Чак Уандер. Да, с её внешностью у меня бы не было проблем попасть в шоу-бизнес. Надеть на неё хоть мешок – все равно будет выглядеть великолепно, и не нужно заморачиваться на привлекающий внимание имидж, как мне.
