Анита остановилась возле его рабочего стола, приняв напряжённую стойку, скрестив руки на гру- ди. Дорас заметил её и поспешил к ней. Он сразу за- метил обеспокоенное выражение её лица.
Что случилось? — спросил он, быстро плюх- нувшись в большое мягкое кресло. — Почему сразу не ответила?
Случилось то же самое, — начала она ровно, но с волнением. — Наш орионец пропал точно так же, как и корабль с учёными. Он успел сообщить о необычном изменении свойств пространства, ко- торое, скорее всего, было искусственным.
Искусственным? — Дорас был очень удивлён.
Именно так он это определил, и я ему верю, — продолжала она. — Ещё я предлагаю свою кандида- туру для вылета в данный сектор для проверки.
Анита была очень взволнована, но пока ей удава- лось скрывать это чувство. Она сразу решила для се- бя вылететь на место исчезновения для осмотра. Но её могли не отпустить, так как она представляла для научной технической группы особую ценность.
Ты смогла обработать данные? — спросил До- рас.
Есть кое-какая информация, — старалась ров- но отвечать Анита. — Мне пришлось подключаться к закрытым научным серверам для анализа.
Если так, то об этом нужно узнать совету, — волновался Дорас.
Конечно, — кивнула она.
Ученый махнул рукой перед интеркомом. В цен- тре возникло голографическое изображение Ванима Гофа. Он был чем-то занят, но отвлёкся на исходя- щий вызов.
Дорас Тим. — произнёс он, увидев подобное изображение собеседника на своём терминале. — Есть какие-то новости?
Да, есть. — кивнул он. — Анита. — Дорас Тим, — произнёс он, увидев на экране терминала изображе- ние своего собеседника. — Есть какие-то новости?
Да, есть, — кивнул он. — Анита.
Согласно первоначальному анализу на месте исчезновения, были получены данные об искус- ственной аномалии, изменяющей пространственно- временные характеристики, — кратко начала изла- гать девушка.
Искусственной? — удивленно переспросил Ва- ним Гоф.
Вы не ослышались. — продолжала Анита. — Ес- ли верить этим характеристикам, то данная анома- лия подпадает под определение как ноль-простран- ство, где все известные нам физические величины стремятся к нулю.
Ноль-пространство. — тихо повторил Ваним Гоф. — Такие возможности нам ещё не доступны.
Но что это значит? — переспросил Дорас.
Использование такой технологии открывает нам новые границы. — ответил Ваним. — Оно позво- лит нам избавиться от транспортной энергетиче- ской сети и совершать мгновенные прыжки в про- странстве на любые расстояния.
Но все привыкли к ним. — возражал Дорас. — Мы пользуемся ими уже долгое время.
Всё же мы пытаемся ответить на вопрос, куда пропали корабли. — Анита решила вернуть начав- шуюся дискуссию в нужное русло.
Корабли? — переспросил Ваним Гоф.
Да, корабль нанятого специалиста исчез при схожих обстоятельствах. — волнуясь ответила она. —
Поэтому пока всё расследование зашло в тупик. Но я могу предложить себя, чтобы продолжить поиски. Я обладаю всей необходимой информацией.
Вся эта информация очень тревожная. — Ва- ним Гоф тяжело вздохнул. — Я должен обсудить это с другими учеными. Будьте на связи.
Изображение главного ученого быстро раствори- лось, а Дорас удивленно продолжал смотреть на Аниту, которая продолжала сидеть рядом, ожидая от него хоть какой-то реакции.
Мы не можем тобой рисковать. — волнуясь произнёс он. — Лучше будет снова выслать поиско- вый отряд.
Но это бессмысленно. — ответила Анита. — Ес- ли им повезёт не исчезнуть, они опять ничего не найдут.
Лично я в растерянности. — признался До- рас. — Может, научный совет что-то предложит.
Я думаю, совет ничего предложить не смо- жет. — Анита старалась держать свои эмоции под контролем.
Почему? — вздохнул Дорас.
Они будут сильно рисковать, посылая туда ко- го-то еще. — продолжала она.
Да, логично. — согласился он.
Они замолчали, понимая, что обсуждение этого происшествия может затянуться на долгое время и не привести к разумному решению. Нужно было дождаться решения высшего научного совета.
Анита уже потеряла надежду. Она понимала, что только чудо может помочь или дать ответы на все вопросы. Она сама хотела помочь, но понимала, что
её так просто не отпустят и заблокируют её корабль в доках. В мрачных раздумьях прошло некоторое время, пока интерком связи не активировался сам по себе, принимая чей-то вызов. Перед Дорасом и Анитой снова возникло голографическое изобра- жение их главного учёного Ванима Гофа. Он был яв- но чем-то обеспокоен.
Я обсудил этот вопрос с другими светилами науки, — начал он. — Было предложено много вари- антов, но мы сошлись в одном, — он тяжело вздох- нул. — Этот сектор космоса нужно закрыть, прекра- тить в нём все работы до особого распоряжения.
Почему? — возмутилась Анита, привстав с кресла. — Вы что-то знаете, но не хотите говорить?
Здесь очень много секретных моментов, тре- бующих тщательного анализа, — продолжал Ваним Гоф. — Но я всё же надеюсь на быстрое решение.
Пока вы будете думать, хорошие орионцы мо- гут погибнуть! — продолжала Анита. — Я разочаро- вана в вас!
Поймите, мы не можем более рисковать, пока не разберёмся, — виновато говорил Ваним Гоф.
Простите её, — отозвался Дорас. — Не пони- маю, как у неё возник этот эмоциональный всплеск.
Это обычное выражение моего мнения, — сер- дито говорила Анита. — Хоть я предвидела такой поворот, но не так, что вы решите прекратить все действия.
Я испытываю тревогу не менее чем вы, — при- знался Ваним Гоф. — Но мы учёные, а не солдаты. Просить кого-то ещё мы пока не можем.
И вы приняли решение ничего не делать? — возмущалась Анита. — Отлично!
Она поняла, что больше ничего не сможет до- биться от главного учёного, и решила прекратить разговор. Анита просто вышла из лаборатории, оставив создателя наедине с его мыслями.
У неё действительно эмоциональный всплеск, — согласился Ваним Гоф. — Но это нор- мально или это сбой?
Я разберусь, — ответил Дорас. — Но после об- щения с этим орионцем её поведение изменилось.
Она эволюционирует, мне так кажется, — ска- зал главный учёный.
Мы всё проверим, — продолжал Дорас. — Вы действительно решили прекратить все работы и за- крыть сектор? Честно говоря, сталкиваюсь с таким решением впервые.
Это было нелегкое решение, — признался Ва- ним Гоф. — Если всё так, как мы думаем, то здесь за- мешаны Зеты.
Зеты? — очень сильно удивился Дорас, чуть не выпав с кресла. — И вы так просто об этом гово- рите?
Похоже, данный сектор космоса они считают своим, — продолжал главный учёный. — А мы, в свою очередь, тоже считали его своим.
Но с ними ничего не согласуешь, — волновался Дорас. — Они не идут на контакт!
В этом и кроется проблема, — тихо произнёс он. — Мы решили ничего об этом не сообщать. Про- сто запретим доступ в этот сектор во избежание по- добных случаев. Вы меня понимаете?
Всё предельно ясно, — волнительно отреагиро- вал Дорас, поглядывая на своих учеников возле го- лографического стенда. — Пока об этом ни слова.
Ваним Гоф отключил связь, оставив своего колле- гу с вагоном мрачных мыслей. Дорас откинулся в кресле, продолжая поглядывать на своих учеников, понимая, что никто и ничего сделать в этом деле уже не сможет.
Анита вернулась в зал ретрансляций. Она стояла у огромной проекции звёздной карты, внимательно изучая то место, где исчез корабль Протеуса.
Она взмахами рук увеличивала или удаляла раз- личные секторы, изучая ближайшие звёздные скоп- ления и входящие в них планетные системы. В кон- це концов, она остановилась на одной далекой и холодной звезде.
Анита внимательно изучала планеты, входящие в её систему, собирала информацию, которая могла ей пригодиться. В итоге она остановилась на изоб- ражении одной из планет, покрытой океанами. На ней было несколько небольших материков. Анита внимательно изучала эту планету, вращая её в раз- ных ракурсах.
Возможно, Анита о чём-то догадалась, но решила об этом никому не рассказывать, пытаясь самостоя- тельно докопаться до правды. Она долго смотрела на эту планету, видимо, что-то анализируя.
Ты жив, я чувствую, — произнесла Анита с осо- бой нежностью. — Я обязательно тебя найду.
Сознание медленно возвращалось. Чувства были притуплены. Это были последствия сверхбыстрых перемещений без должной защиты. Тело не чувство- валось.
«Я умер?» — подумал Протеус. Если это так, то очень обидно, ведь ещё многое хотелось сделать. Та- кже хотелось получить от кого-нибудь обратную связь. Но ответов не было. Вокруг была гнетущая ти- шина, необъяснимое спокойствие. В голове проно- силось множество мыслей, версий и вопросов, на ко- торые не было ответов. Вся совокупность этих странных факторов создавала напряжение. Только вот чего?
Тела не чувствовалось, но это было лишь перво- начальное осознание, которое постепенно возвра- щалось. Затем в глаза ударил яркий свет. Он не осле- пил и был вполне терпимым. Мозг довольно быстро адаптировался к его восприятию, хотя его природа была непонятна. Было бы интересно узнать источ- ник его энергии.
Возвращалось ощущение тела: начали чувство- ваться кончики пальцев рук и ног, восстанавлива-
лось зрение, связь с мозгом остальных частей тела приходила в норму.
«Я жив», — пронеслась очередная мысль. Это бы- ло правильное определение: Протеус был жив, но сильно пострадал. Непонятное излучение неиз- вестного корабля своим воздействием проникло сквозь энергетические щиты корабля разведчика и обожгло пилота.
Протеус ничего не помнил: ни что случилось, ни как он здесь оказался. Копаясь в обрывках па- мяти, он пытался восстановить картину произо- шедшего. Всё, что он мог вспомнить — это изобра- жение огромного дискообразного корабля, возник- шего словно ниоткуда и поглотившего его. Чей это был корабль? Протеус не успел определить, но мыс- ленно он уже пообещал себе разобраться во всём. Для начала нужно было понять состояние своего организма, свои возможности и своё местонахож- дение.
В этом месте ощущение времени было нарушено. Сколько он здесь находился, было трудно опреде- лить. Но чувство собственного тела возвращалось, и это было уже хорошо. Наконец он открыл глаза. Яркий белый свет действительно наполнял помеще- ние, в котором он находился. Источника не было видно, но это пока было не важно. Нужно было в первую очередь полностью вернуть контроль над собственным телом.
Ему пришлось приложить огромные усилия, что- бы пошевелить кончиками пальцев рук и ног. Про- теус подумал, что, возможно, он провёл здесь уже довольно много времени, и его мышцы могли атро-
фироваться. Однако быстро восстановившийся кон- троль над конечностями опроверг эту версию.
Видимо, из-за неизвестных перегрузок и воздей- ствия непонятного излучения нарушилась нейромы- шечная связь между мозгом и телом. Но она быстро восстанавливалась. Вскоре он почувствовал биение своего сердца и смог наконец сделать глубокий вдох. Состав газа был вполне пригоден для дыхания.
Возможно, он был не таким плотным, но это было и хорошо — его было легче вдыхать. Протеус попы- тался поднять голову, но у него не получилось — что-то крепко удерживало её сзади. После несколь- ких безуспешных попыток он понял, что лежит на огромном столе, а его руки, ноги и голова надёж- но закреплены.
Он продолжал сопротивляться, пытаясь понять, какие оковы его удерживают. Поскольку он не чув- ствовал их, то пришёл к выводу, что его удерживают энергетические приспособления. А это было уже очень плохо. Вырваться из них без посторонней по- мощи было невозможно. Оставалось только беспо- мощно извиваться на месте в надежде привлечь внимание тех, кто его сюда поместил.
Так он продолжал довольно долго, но никто не обращал на него внимания. Возможно, рядом ни- кого не было. В помещении не раздавалось никаких посторонних звуков. Он сделал ещё несколько неудачных попыток освободиться, чтобы полностью почувствовать своё тело.
Эй, — негромко произнёс он, но никакого от- вета не последовало. — Есть кто? — спросил он уже громче.
В ответ также доносилась тишина.
Мовар тридцать четыре, ты где? Ты меня слы- шишь? — обратился он к своему дрону.
Но ответа не было. Протеус надеялся, что с его другом и напарником всё в порядке. Возможно, он находился очень далеко и не мог принять сигнал. Осознание этого обстоятельства определённо не ра- довало.
Сейчас Протеус находился в неизвестном месте, в полном одиночестве и привязанный к чему-то странному. Его окружала тревожная и напряжённая обстановка. Внешне он казался спокойным, но внут- ри испытывал сильный страх, так как ничего не знал о своём положении. Чтобы успокоиться и не тратить энергию тела зря, он принял решение уснуть.
Протеус действительно погрузился в глубокий сон. Ему не снилось ничего, он словно отключился от окружающего мира. Его сознание блуждало в неизвестном пространстве невероятных размеров. Это было единственное, что он понимал, и это нача- ло приводить его в ужас. Также он помнил о своей миссии — найти пропавший корабль с учёными и, если возможно, узнать о судьбе его обитателей. Воз- можно, его переместили так же, и если повезёт, он может находиться где-то недалеко. Но это были только предположения.
Во время сна Протеус услышал странные свистя- щие и шипящие звуки, доносившиеся сверху. Мед- ленно открыв глаза, он испытал настоящий ужас. Даже в лобовом столкновении с превосходящими силами рептилоидов Траша на Футиссе, смотря смерти в глаза, он не чувствовал такого страха, как
сейчас. Тогда он знал, за что сражается и что нужно делать, а сейчас он не знал, что делать, совсем.
Над ним склонились два огромных существа, ро- стом около тридцати метров. Они были синекожи- ми, на месте ушей у них были что-то похожее на большие плавники, вместо носа — обычные дыр- ки, а рот без губ выглядел как обычная щель. Но ужас вызывало не это. Протеуса разглядывали две пары огромных красных глаз, словно наполнен- ных ярко-алой жидкостью. Их взгляд был непоня- тен. Они не излучали никаких чувств, никаких эмо- ций. Холодный взгляд этих огромных гуманоидов рассматривал Протеуса как что-то низменное, при- митивное, глупое.
Существа о чём-то говорили между собой, пре- имущественно вербально, издавая короткие свисты и щелчки разной интонации. Они также продолжали разговаривать, внимательно разглядывая своего пленника, очевидно, обсуждая его дальнейшую судьбу. В этот момент Протеус понял, что попал в се- рьёзную передрягу. Перед ним были два представи- теля древней расы, которую в межзвёздном союзе называли Зет-Хеш. Он не знал их истории, но они были настолько древними, что считали себя высши- ми материальными существами во вселенной. Они не считались ни с кем.
Однажды бурхадцы попытались установить кон- такт с этими существами, но те отвергли их, дав по- нять, что не намерены сотрудничать с примитивны- ми формами жизни.
Протеус также имел некоторое представление о местоположении их родного мира. Насколько он
помнил из доступной информации, их система со- стояла из четырнадцати планет, возможно, некото- рые из них были искусственными.
Синекожие гуманоиды продолжали изучать его, не прекращая обсуждать что-то. Их речь, состоящая из щелчков и свистков, начала очень сильно раздра- жать, но заткнуть уши протеус не мог. Он чувство- вал, как что-то проникает в его сознание — непо- нятные чужеродные команды или мысли, которые мозг орионца не мог осознать.
Что случилось? — спросил он, быстро плюх- нувшись в большое мягкое кресло. — Почему сразу не ответила?
Случилось то же самое, — начала она ровно, но с волнением. — Наш орионец пропал точно так же, как и корабль с учёными. Он успел сообщить о необычном изменении свойств пространства, ко- торое, скорее всего, было искусственным.
Искусственным? — Дорас был очень удивлён.
Именно так он это определил, и я ему верю, — продолжала она. — Ещё я предлагаю свою кандида- туру для вылета в данный сектор для проверки.
Анита была очень взволнована, но пока ей удава- лось скрывать это чувство. Она сразу решила для се- бя вылететь на место исчезновения для осмотра. Но её могли не отпустить, так как она представляла для научной технической группы особую ценность.
Ты смогла обработать данные? — спросил До- рас.
Есть кое-какая информация, — старалась ров- но отвечать Анита. — Мне пришлось подключаться к закрытым научным серверам для анализа.
Если так, то об этом нужно узнать совету, — волновался Дорас.
Конечно, — кивнула она.
Ученый махнул рукой перед интеркомом. В цен- тре возникло голографическое изображение Ванима Гофа. Он был чем-то занят, но отвлёкся на исходя- щий вызов.
Дорас Тим. — произнёс он, увидев подобное изображение собеседника на своём терминале. — Есть какие-то новости?
Да, есть. — кивнул он. — Анита. — Дорас Тим, — произнёс он, увидев на экране терминала изображе- ние своего собеседника. — Есть какие-то новости?
Да, есть, — кивнул он. — Анита.
Согласно первоначальному анализу на месте исчезновения, были получены данные об искус- ственной аномалии, изменяющей пространственно- временные характеристики, — кратко начала изла- гать девушка.
Искусственной? — удивленно переспросил Ва- ним Гоф.
Вы не ослышались. — продолжала Анита. — Ес- ли верить этим характеристикам, то данная анома- лия подпадает под определение как ноль-простран- ство, где все известные нам физические величины стремятся к нулю.
Ноль-пространство. — тихо повторил Ваним Гоф. — Такие возможности нам ещё не доступны.
Но что это значит? — переспросил Дорас.
Использование такой технологии открывает нам новые границы. — ответил Ваним. — Оно позво- лит нам избавиться от транспортной энергетиче- ской сети и совершать мгновенные прыжки в про- странстве на любые расстояния.
Но все привыкли к ним. — возражал Дорас. — Мы пользуемся ими уже долгое время.
Всё же мы пытаемся ответить на вопрос, куда пропали корабли. — Анита решила вернуть начав- шуюся дискуссию в нужное русло.
Корабли? — переспросил Ваним Гоф.
Да, корабль нанятого специалиста исчез при схожих обстоятельствах. — волнуясь ответила она. —
Поэтому пока всё расследование зашло в тупик. Но я могу предложить себя, чтобы продолжить поиски. Я обладаю всей необходимой информацией.
Вся эта информация очень тревожная. — Ва- ним Гоф тяжело вздохнул. — Я должен обсудить это с другими учеными. Будьте на связи.
Изображение главного ученого быстро раствори- лось, а Дорас удивленно продолжал смотреть на Аниту, которая продолжала сидеть рядом, ожидая от него хоть какой-то реакции.
Мы не можем тобой рисковать. — волнуясь произнёс он. — Лучше будет снова выслать поиско- вый отряд.
Но это бессмысленно. — ответила Анита. — Ес- ли им повезёт не исчезнуть, они опять ничего не найдут.
Лично я в растерянности. — признался До- рас. — Может, научный совет что-то предложит.
Я думаю, совет ничего предложить не смо- жет. — Анита старалась держать свои эмоции под контролем.
Почему? — вздохнул Дорас.
Они будут сильно рисковать, посылая туда ко- го-то еще. — продолжала она.
Да, логично. — согласился он.
Они замолчали, понимая, что обсуждение этого происшествия может затянуться на долгое время и не привести к разумному решению. Нужно было дождаться решения высшего научного совета.
Анита уже потеряла надежду. Она понимала, что только чудо может помочь или дать ответы на все вопросы. Она сама хотела помочь, но понимала, что
её так просто не отпустят и заблокируют её корабль в доках. В мрачных раздумьях прошло некоторое время, пока интерком связи не активировался сам по себе, принимая чей-то вызов. Перед Дорасом и Анитой снова возникло голографическое изобра- жение их главного учёного Ванима Гофа. Он был яв- но чем-то обеспокоен.
Я обсудил этот вопрос с другими светилами науки, — начал он. — Было предложено много вари- антов, но мы сошлись в одном, — он тяжело вздох- нул. — Этот сектор космоса нужно закрыть, прекра- тить в нём все работы до особого распоряжения.
Почему? — возмутилась Анита, привстав с кресла. — Вы что-то знаете, но не хотите говорить?
Здесь очень много секретных моментов, тре- бующих тщательного анализа, — продолжал Ваним Гоф. — Но я всё же надеюсь на быстрое решение.
Пока вы будете думать, хорошие орионцы мо- гут погибнуть! — продолжала Анита. — Я разочаро- вана в вас!
Поймите, мы не можем более рисковать, пока не разберёмся, — виновато говорил Ваним Гоф.
Простите её, — отозвался Дорас. — Не пони- маю, как у неё возник этот эмоциональный всплеск.
Это обычное выражение моего мнения, — сер- дито говорила Анита. — Хоть я предвидела такой поворот, но не так, что вы решите прекратить все действия.
Я испытываю тревогу не менее чем вы, — при- знался Ваним Гоф. — Но мы учёные, а не солдаты. Просить кого-то ещё мы пока не можем.
И вы приняли решение ничего не делать? — возмущалась Анита. — Отлично!
Она поняла, что больше ничего не сможет до- биться от главного учёного, и решила прекратить разговор. Анита просто вышла из лаборатории, оставив создателя наедине с его мыслями.
У неё действительно эмоциональный всплеск, — согласился Ваним Гоф. — Но это нор- мально или это сбой?
Я разберусь, — ответил Дорас. — Но после об- щения с этим орионцем её поведение изменилось.
Она эволюционирует, мне так кажется, — ска- зал главный учёный.
Мы всё проверим, — продолжал Дорас. — Вы действительно решили прекратить все работы и за- крыть сектор? Честно говоря, сталкиваюсь с таким решением впервые.
Это было нелегкое решение, — признался Ва- ним Гоф. — Если всё так, как мы думаем, то здесь за- мешаны Зеты.
Зеты? — очень сильно удивился Дорас, чуть не выпав с кресла. — И вы так просто об этом гово- рите?
Похоже, данный сектор космоса они считают своим, — продолжал главный учёный. — А мы, в свою очередь, тоже считали его своим.
Но с ними ничего не согласуешь, — волновался Дорас. — Они не идут на контакт!
В этом и кроется проблема, — тихо произнёс он. — Мы решили ничего об этом не сообщать. Про- сто запретим доступ в этот сектор во избежание по- добных случаев. Вы меня понимаете?
Всё предельно ясно, — волнительно отреагиро- вал Дорас, поглядывая на своих учеников возле го- лографического стенда. — Пока об этом ни слова.
Ваним Гоф отключил связь, оставив своего колле- гу с вагоном мрачных мыслей. Дорас откинулся в кресле, продолжая поглядывать на своих учеников, понимая, что никто и ничего сделать в этом деле уже не сможет.
Анита вернулась в зал ретрансляций. Она стояла у огромной проекции звёздной карты, внимательно изучая то место, где исчез корабль Протеуса.
Она взмахами рук увеличивала или удаляла раз- личные секторы, изучая ближайшие звёздные скоп- ления и входящие в них планетные системы. В кон- це концов, она остановилась на одной далекой и холодной звезде.
Анита внимательно изучала планеты, входящие в её систему, собирала информацию, которая могла ей пригодиться. В итоге она остановилась на изоб- ражении одной из планет, покрытой океанами. На ней было несколько небольших материков. Анита внимательно изучала эту планету, вращая её в раз- ных ракурсах.
Возможно, Анита о чём-то догадалась, но решила об этом никому не рассказывать, пытаясь самостоя- тельно докопаться до правды. Она долго смотрела на эту планету, видимо, что-то анализируя.
Ты жив, я чувствую, — произнесла Анита с осо- бой нежностью. — Я обязательно тебя найду.
Глава 10. В плену
Сознание медленно возвращалось. Чувства были притуплены. Это были последствия сверхбыстрых перемещений без должной защиты. Тело не чувство- валось.
«Я умер?» — подумал Протеус. Если это так, то очень обидно, ведь ещё многое хотелось сделать. Та- кже хотелось получить от кого-нибудь обратную связь. Но ответов не было. Вокруг была гнетущая ти- шина, необъяснимое спокойствие. В голове проно- силось множество мыслей, версий и вопросов, на ко- торые не было ответов. Вся совокупность этих странных факторов создавала напряжение. Только вот чего?
Тела не чувствовалось, но это было лишь перво- начальное осознание, которое постепенно возвра- щалось. Затем в глаза ударил яркий свет. Он не осле- пил и был вполне терпимым. Мозг довольно быстро адаптировался к его восприятию, хотя его природа была непонятна. Было бы интересно узнать источ- ник его энергии.
Возвращалось ощущение тела: начали чувство- ваться кончики пальцев рук и ног, восстанавлива-
лось зрение, связь с мозгом остальных частей тела приходила в норму.
«Я жив», — пронеслась очередная мысль. Это бы- ло правильное определение: Протеус был жив, но сильно пострадал. Непонятное излучение неиз- вестного корабля своим воздействием проникло сквозь энергетические щиты корабля разведчика и обожгло пилота.
Протеус ничего не помнил: ни что случилось, ни как он здесь оказался. Копаясь в обрывках па- мяти, он пытался восстановить картину произо- шедшего. Всё, что он мог вспомнить — это изобра- жение огромного дискообразного корабля, возник- шего словно ниоткуда и поглотившего его. Чей это был корабль? Протеус не успел определить, но мыс- ленно он уже пообещал себе разобраться во всём. Для начала нужно было понять состояние своего организма, свои возможности и своё местонахож- дение.
В этом месте ощущение времени было нарушено. Сколько он здесь находился, было трудно опреде- лить. Но чувство собственного тела возвращалось, и это было уже хорошо. Наконец он открыл глаза. Яркий белый свет действительно наполнял помеще- ние, в котором он находился. Источника не было видно, но это пока было не важно. Нужно было в первую очередь полностью вернуть контроль над собственным телом.
Ему пришлось приложить огромные усилия, что- бы пошевелить кончиками пальцев рук и ног. Про- теус подумал, что, возможно, он провёл здесь уже довольно много времени, и его мышцы могли атро-
фироваться. Однако быстро восстановившийся кон- троль над конечностями опроверг эту версию.
Видимо, из-за неизвестных перегрузок и воздей- ствия непонятного излучения нарушилась нейромы- шечная связь между мозгом и телом. Но она быстро восстанавливалась. Вскоре он почувствовал биение своего сердца и смог наконец сделать глубокий вдох. Состав газа был вполне пригоден для дыхания.
Возможно, он был не таким плотным, но это было и хорошо — его было легче вдыхать. Протеус попы- тался поднять голову, но у него не получилось — что-то крепко удерживало её сзади. После несколь- ких безуспешных попыток он понял, что лежит на огромном столе, а его руки, ноги и голова надёж- но закреплены.
Он продолжал сопротивляться, пытаясь понять, какие оковы его удерживают. Поскольку он не чув- ствовал их, то пришёл к выводу, что его удерживают энергетические приспособления. А это было уже очень плохо. Вырваться из них без посторонней по- мощи было невозможно. Оставалось только беспо- мощно извиваться на месте в надежде привлечь внимание тех, кто его сюда поместил.
Так он продолжал довольно долго, но никто не обращал на него внимания. Возможно, рядом ни- кого не было. В помещении не раздавалось никаких посторонних звуков. Он сделал ещё несколько неудачных попыток освободиться, чтобы полностью почувствовать своё тело.
Эй, — негромко произнёс он, но никакого от- вета не последовало. — Есть кто? — спросил он уже громче.
В ответ также доносилась тишина.
Мовар тридцать четыре, ты где? Ты меня слы- шишь? — обратился он к своему дрону.
Но ответа не было. Протеус надеялся, что с его другом и напарником всё в порядке. Возможно, он находился очень далеко и не мог принять сигнал. Осознание этого обстоятельства определённо не ра- довало.
Сейчас Протеус находился в неизвестном месте, в полном одиночестве и привязанный к чему-то странному. Его окружала тревожная и напряжённая обстановка. Внешне он казался спокойным, но внут- ри испытывал сильный страх, так как ничего не знал о своём положении. Чтобы успокоиться и не тратить энергию тела зря, он принял решение уснуть.
Протеус действительно погрузился в глубокий сон. Ему не снилось ничего, он словно отключился от окружающего мира. Его сознание блуждало в неизвестном пространстве невероятных размеров. Это было единственное, что он понимал, и это нача- ло приводить его в ужас. Также он помнил о своей миссии — найти пропавший корабль с учёными и, если возможно, узнать о судьбе его обитателей. Воз- можно, его переместили так же, и если повезёт, он может находиться где-то недалеко. Но это были только предположения.
Во время сна Протеус услышал странные свистя- щие и шипящие звуки, доносившиеся сверху. Мед- ленно открыв глаза, он испытал настоящий ужас. Даже в лобовом столкновении с превосходящими силами рептилоидов Траша на Футиссе, смотря смерти в глаза, он не чувствовал такого страха, как
сейчас. Тогда он знал, за что сражается и что нужно делать, а сейчас он не знал, что делать, совсем.
Над ним склонились два огромных существа, ро- стом около тридцати метров. Они были синекожи- ми, на месте ушей у них были что-то похожее на большие плавники, вместо носа — обычные дыр- ки, а рот без губ выглядел как обычная щель. Но ужас вызывало не это. Протеуса разглядывали две пары огромных красных глаз, словно наполнен- ных ярко-алой жидкостью. Их взгляд был непоня- тен. Они не излучали никаких чувств, никаких эмо- ций. Холодный взгляд этих огромных гуманоидов рассматривал Протеуса как что-то низменное, при- митивное, глупое.
Существа о чём-то говорили между собой, пре- имущественно вербально, издавая короткие свисты и щелчки разной интонации. Они также продолжали разговаривать, внимательно разглядывая своего пленника, очевидно, обсуждая его дальнейшую судьбу. В этот момент Протеус понял, что попал в се- рьёзную передрягу. Перед ним были два представи- теля древней расы, которую в межзвёздном союзе называли Зет-Хеш. Он не знал их истории, но они были настолько древними, что считали себя высши- ми материальными существами во вселенной. Они не считались ни с кем.
Однажды бурхадцы попытались установить кон- такт с этими существами, но те отвергли их, дав по- нять, что не намерены сотрудничать с примитивны- ми формами жизни.
Протеус также имел некоторое представление о местоположении их родного мира. Насколько он
помнил из доступной информации, их система со- стояла из четырнадцати планет, возможно, некото- рые из них были искусственными.
Синекожие гуманоиды продолжали изучать его, не прекращая обсуждать что-то. Их речь, состоящая из щелчков и свистков, начала очень сильно раздра- жать, но заткнуть уши протеус не мог. Он чувство- вал, как что-то проникает в его сознание — непо- нятные чужеродные команды или мысли, которые мозг орионца не мог осознать.
